Буддийская практика. Путь к жизни, полной смысла

Отличительные черты непоколебимого спокойствия

Чтобы достичь непоколебимого спокойствия, ум должен обрести стабильность в удержании единственного объекта медитации. Но одного этого недостаточно. Ум должен быть ясным, но и это еще не всё. Ясность ума должна быть интенсивной и настороженной; даже малейшая его притупленность недопустима.

Эти тонкие настройки ума, делающие его способным к непоколебимому спокойствию, выполнить не так-то просто. В Индии, в Дхарамсале, один из тибетцев, практиковавших медитацию, рассказывал мне, что развить в себе однонаправленную концентрацию было для него труднее, чем перенести заключение в китайской тюрьме! Поскольку задача эта действительно чрезвычайно трудна, к ее выполнению надлежит тщательно подготовиться, двигаясь шаг за шагом. Не принуждайте себя слишком сильно, особенно на первых порах, — иначе вы рискуете разувериться в своих силах, а то и вовсе получить нервный срыв. Вашей целью должна быть ежедневная практика, в процессе которой вы подберете себе объект медитации и, сосредоточившись на нем, будете пытаться достичь стабильности, ясности и насыщенности ощущений.

Сосредоточение на собственно уме

Непоколебимого спокойствия также можно достичь с помощью ежедневных медитаций на собственно ум. Одно из преимуществ такого наблюдения за умом состоит в том, что оно усилит вашу способность проявить в процессе умирания сознание ясного света. Прежде всего отыщите в своем уме его светоносную, сознающую, незапятнанную мышлением основу и сконцентрируйтесь на ней. Это один из множества уровней свободы от мыслей. (Медитация на основополагающую сущность ума описывается в главе 10.)

Чтобы приготовиться к сосредоточению на собственно уме, нужно преодолеть эмоциональные препятствия путем накопления заслуг — например, развивая в себе сострадание, как было описано выше. Следующий шаг состоит в том, чтобы как следует узнать природу собственного ума. Лучшее время для этого — раннее утро, сразу после того, как вы проснулись, но еще до того, как все ваши чувства окончательно пробудились. Ваши глаза еще закрыты. Рассмотрите свой ум, а то и загляните внутрь него, Это хорошая возможность ощутить светоносную природу ума. Не позволяйте уму отвлекаться на то, что происходило в прошлом или могло бы случиться в будущем; пусть он остается ясным, свободным от каких бы то ни было мыслительных процессов, таким, каков он есть на самом деле. В пространстве между старыми и новыми идеями обнаружьте естественную, неподдельную, ясную и сознающую основу ума, не тронутую мыслью. Пребывая в таком состоянии, вы поймете, что ум подобен зеркалу, отражающему любой объект, любую идею, и что сущность его — абсолютная ясность и осознание, абсолютное переживание.

Распознав светоносную и сознающую основу ума, оставайтесь в этом состоянии, используя силу концентрации и наблюдения. Если вам придет в голову какая-то мысль, просто всмотритесь в ее суть, и стоящая за ней идея утратит свою силу и растворится сама собой. Иногда, ценой значительных усилий, вам будет удаваться вообще предотвратить возникновение какой бы то ни было мысли. Но более вероятно, что, когда вы достигнете состояния, в котором окажетесь способны распознать основополагающую, неискаженную и неподдельную природу ума, все мысли будут исчезать, не успев возникнуть, и даже появившись, не будут иметь никакой силы. Помните о том, что точно так же, как волны океана состоят из воды, мысли состоят из светоносной и сознающей основы ума. А регулярная ежедневная практика приведет к тому, что мысли станут ослабевать и исчезать сами по себе, без всякого усилия.

Такая практика медитации сама по себе обострит ваш ум и укрепит память, что, безусловно, полезно не только в плане духовной практики — такие качества нужны домохозяйкам и бизнесменам, инженерам и учителям, врачам и юристам. Эта практика помогает также справляться с гневом. Рассердившись, вы можете сконцентрироваться на природе гнева и, таким образом, лишить его силы.

Еще одно преимущество такой тренировки ума возникает вследствие его тесной связи с телом. Когда вы молоды и физически здоровы, ваш ум полон сил. Особенно важно начать практику в юности, чтобы, когда вы постареете, ваше сознание оставалось свежим и позитивно настроенным несмотря на изменения в теле. Что ни говори, человеческий мозг — это особый дар, и было бы жаль по собственной небрежности позволить ему прийти в упадок, подвергнуться старению, чтобы в конце концов он оказался ничем не лучше мозга животных и был способен лишь на заботу о теле. Тренировки ума смолоду и особенно концентрация на нем — важный этап подготовки практикующего к последнему дню текущей жизни. Ясность и острота ума в этот день позволит вам применить особые методы, предназначенные для различных стадий умирания или, по крайней мере, повлиять на процесс вашего перерождения. Притупленность же ума в этот момент может оказаться очень опасной. Способность осуществлять практику во время умирания — залог хорошего перерождения.

Состояние вашего ума непосредственно перед перерождением весьма существенно при определении характера вашей следующей жизни. Пусть даже вы накопили огромные заслуги на протяжении этой жизни, но если вы покинете ее с притупленным умом, то подвергнете опасности ту форму, которую примете в жизни следующей. И наоборот: даже если вы в течение этой жизни совершали какие-то заслуживающие сожаления поступки, но, когда пришел последний час, готовы к нему и целеустремленны, ваше следующее воплощение наверняка будет хорошим. Поэтому старайтесь приучать свой ум быть свежим, ясным и внимательным.

Другие методы достижения умственного спокойствия

В сложных ситуациях легко прийти в эмоциональное возбуждение. Буддизм предлагает множество методов, позволяющих избавиться от стресса и обрести спокойствие в ответственных ситуациях, с которыми мы сталкиваемся ежедневно. Эти методы различны для разных людей и обстоятельств. Гораздо лучше, если вы вместо того, чтобы пытаться избежать проблем, будете направлять непосредственно на них силу аналитической медитации. Приведу несколько примеров.

• Сталкиваясь с трудностями, делайте всё возможное, чтобы преодолеть их, но если это не удается, поразмышляйте над тем, что проблемы — лишь результат ваших собственных действий в этой жизни или в предыдущей. Понимание того, что страдания обусловлены кармой, а не порождены несправедливостью жизни как таковой, принесет вам некоторое успокоение. В противном же случае печаль и боль покажутся бессмысленными.

• Сначала проблема кажется серьезной и неразрешимой, но так будет лишь до тех пор, пока вы не рассмотрите ее истинную природу. Для этого задумайтесь над многообразием страданий, которые довелось пережить лично вам. Заурядные ум и тело страдают в силу самой своей природы, точно так же как природа огня такова, что он несет тепло и сжигает. И подобно тому, как мы учимся осторожно обращаться с огнем, мы способны научиться справляться со страданием.

• Взгляните на свои неприятности более широко. Если кто-то в чем-либо обвиняет вас, не отвечайте ему бранью: представьте, что это обвинение ослабляет путы вашей самовлюбленности, а значит, усиливает вашу способность заботиться о других. Превратите неприятности в силу, способствующую вашему духовному развитию. Этот метод весьма труден в применении, но в случае успеха принесет много пользы.

• Когда вы испытываете зависть или желание отомстить врагу, не сосредоточивайтесь на его недостатках, а задумайтесь о том, что он собой представляет в действительности. У большинства людей хорошие и плохие качества перемешаны, и трудно найти такого человека, который был бы плох во всех отношениях.

• Размышляйте над отсутствием собственного существования. Это глубочайший уровень аналитической медитации; частично эта тема будет освещена в следующих трех главах.

Непродолжительное успокоение может принести и однонаправленная медитация:

• Если вы не можете избавиться от беспокойства по поводу чего-то уже случившегося или такого, что может случиться, переключите свое внимание на то, как вы дышите. Или повторяйте мантру: Ом мани падме хум. Поскольку ум не способен сосредоточиваться на двух вещах одновременно, любая из этих двух медитаций заставит беспокойство улетучиться.

Я полагаю, что все религии могут с пользой для себя применять буддийские медитационные методы: однонаправленная концентрация может пригодиться во многих ситуациях. Способность сосредоточиться, больше запоминать — всё это сослужит добрую службу человеку любой профессии.

Памятка для ежедневной практики

1. Выберите объект медитации и сосредоточьте на нем свой ум, стараясь достигнуть стабильности, ясности и насыщенности образа. Сохраняйте это состояние. Избегайте несобранности и возбужденности.

2. Также можно проделать следующее. Распознайте основополагающее состояние ума, свободного от размышлений, — его абсолютно ясную и осознающую природу. Оставайтесь в этом состоянии, понимая его и наблюдая за своим умом. Если у вас возникнет мысль, просто всмотритесь в ее суть, и она утратит силу и улетучится сама собой.

IV. Практика мудрости

8. О существовании живого и неживого

Мудрость в духовной практике

Чтобы развить в себе тот вид любви и сочувствия, который побуждает нас стремиться к достижению состояния будды не для себя, а ради других, нужно прежде всего вплотную познакомиться со страданием и выяснить его разновидности. В этом состоит первая Благородная Истина. От рождения до смерти мы страдаем от внутренней и физической боли, испытываем страдание перемен, а также всепронизывающее страдание всеобщей обусловленности, Вторая и третья Благородные Истины подводят нас к пониманию того, каковы причины страдания и можно ли их устранить. Главная причина страдания — неведение, ложное представление о собственном существовании живых созданий и неодушевленных предметов. В этой главе будет показана ошибочность такого взгляда.

Мы все наделены врожденным чувством себя, или своего "я", но нам свойственно также ошибочное представление о том, что существование этого "я" абсолютно. Под влиянием этого заблуждения мы воспринимаем свое "я" существующим само по себе, возникшим в силу собственной природы и самодостаточным. Такое чувство собственного существования настолько сильно, что "я" иной раз даже воспринимает себя независимым от ума и тела. Так, например, когда человек болен, ему порой кажется, что он мог бы поменяться телами с кем-то, кто здоровее его. Точно так же у человека, чей ум притуплен, возникает чувство, что он мог бы одолжить его у кого-то еще.

Но если такое самодостаточное и пребывающее в своем праве отдельное "я" существует, то посредством надлежащего анализа мы могли бы все глубже и глубже прояснить вопрос о том, существует ли оно как ум, как тело, как их совокупность или же как нечто от них отличное. В действительности же чем глубже мы будем всматриваться, тем меньше обнаружим. То же самое оказывается верным в отношении всего, всех наблюдаемых явлений. Тот факт, что вы не можете их обнаружить, означает, что эти явления попросту не существуют сами в себе, они не самодостаточны.

Как-то в начале шестидесятых я был словно громом поражен отрывком из Цонкапы, где говорилось о необнаружимости и о том, что явления зависят от понятий, которыми мы их описываем. Вот этот отрывок:

"Моток пестрой веревки формой и расцветкой напоминает змею, и когда мы в сумерках глядим на него, то думаем: "Это змея". Но в то мгновение, когда мы принимаем веревку за змею, ни веревка как целое, ни ее части никоим образом змеей не являются. Следовательно, змея эта порождена исключительно нашими понятиями. Точно так же, когда в связи с умом и телом возникает мысль о "я", ничто в сознании и теле — ни непрерывная совокупность мгновений прошлого и настоящего, ни совокупность частей ума и тела в какой-то момент времени, ни отдельные их части, ни непрерывная совокупность каких-то отдельных их частей — ничто из этого ни в малейшей степени не есть "я". Также не существует чего-то отдельного от ума и тела, что могло бы восприниматься как "я". Следовательно, "я" только лишь порождено нашими понятиями в связи с умом и телом; оно не существует как самостоятельная сущность."

Некоторое время я не мог прийти в себя, и в течение еще нескольких недель люди представлялись мне некими магическими иллюзиями, которые казались существующими сами по себе, по я знал, что на самом деле это не так. Это переживание, подобное сверкнувшей в сердце молнии, скорее всего стояло лишь одной ступенью ниже полного и неоспоримого осознания. Именно тогда ко мне пришло понимание реальной возможности освобождения от разрушающих эмоций. Сейчас я каждое утро медитирую на пустоту и стараюсь переносить этот опыт в свою повседневную деятельность. Стоит мне хотя бы подумать или произнести "я", — например: "Я сделаю то-то и то-то" — меня сразу передергивает. Но я пока не могу утверждать, что полностью понял пустоту. Сознание, измысливающее собственное существование, не имеет действительной основы. Умудренное же сознание, опирающееся на реальность, понимает, что все существа и явления — умы, тела, дома и тому подобное — не существуют в своей основе. Такова мудрость пустоты. Понимая, что реальность совершенно противоположна ошибочной идее о собственном существовании, мудрость постепенно преодолевает неведение.

Порвав с ложным представлением о собственною существовании наблюдаемых явлений, вы предотвратите и возникновение таких пагубных эмоций, как привязанность и ненависть. А это, в свою очередь, позволит избавиться и от страдания. Также замечу, что мудрость понимания пустоты сможет устранить преграду на пути к всеведению (каковой является склонность к ложному восприятию явлений — не только внешних, но порой и подсознательных) только в том случае, если будет сопровождаться стремлением заботиться о других и поступками, к которым оно побуждает. Таким образом, духовная практика в целом предполагает развитие в себе мудрости, соединенной с великим состраданием, и альтруистического намерения достичь просветления. Только после этого ваше сознание сможет преобразиться во всеведение будды.

Отсутствие самости

Как буддисты, так и небуддисты практикуют медитацию для того, чтобы достичь удовлетворения и избавиться от боли, — и в обоих случаях центром внимания становится человеческое "я". Некоторые небуддисты, признающие перерождение, принимают также и идею преходящести природы ума и тела, но при этом верят в некое вечное, неизменное и неделимое "я". Буддийские же школы, признавая перевоплощение, считают, что такого незыблемого "я" не существует. Для буддистов отправной точкой при обретении мудрости является пустота, или отсутствие вечной, неизменной и неделимой самости — говоря же более точно, отсутствие собственного существования как живых существ, так и наблюдаемых явлений.

Две истины

Чтобы понять, что такое отсутствие самости, нужно уяснить себе, что всё существующее делится на две группы, называемые двумя истинами: относительной и абсолютной. Те явления, которые мы наблюдаем вокруг себя, могут развиваться от хорошего к плохому или наоборот — в зависимости от различных причин и обстоятельств. Про многие явления нельзя сказать, что они хороши или плохи по своей сути; они бывают лучше или хуже, они высокие или низкие, красивые или уродливые только лишь в сравнении с чем-то, но не по своей собственной природе. Их оценка относительна. Отсюда видно, что существует различие между тем, какими вещи представляются, и тем, каковы они на самом деле. Так, некий предмет может выглядеть хорошим (с точки зрения наружности), но если его внутренняя природа иная, то под влиянием определенных обстоятельств он может оказаться плохим. Еда, которая столь привлекательно выглядит в ресторане, может не понравиться вашему желудку. Вот наглядный пример различия между видимостью и реальностью.

Такого рода явления называются относительными истинами; они постигаются разумом, который не идет дальше внешнего проявления. Но тем же самым предметам свойствен также внутренний образ бытия, именуемый абсолютной истиной, которая учитывает изменения, происходящие под влиянием обстоятельств. И мудрый разум, не довольствующийся одной лишь наружностью, прибегает к анализу, чтобы понять, соответствует ли существование тех или иных объектов их внешнему проявлению, но вместо этого обнаруживает отсутствие у них собственного существования — оно находит, что за внешними проявлениями скрывается пустота.

Чего же они лишены?

Концепцию пустоты, или отсутствия самости, можно уяснить, только определив, чего именно лишены наблюдаемые явления. Не поняв, что же, собственно, отрицается, мы не поймем и его отсутствие — пустоту. Вы можете подумать, что пустота означает "ничто", однако это не так. Объект такого отрицания, который буддийские тексты именуют подлинным утверждением, или собственным существованием, трудно определить и осмыслить, только лишь прочитав о нем. Но со временем, по мере того как к прочитанному добавятся результаты ваших собственных исследований этого вопроса, ошибочность привычного нам взгляда на вещи будет становиться все более и более очевидной.

Будда не раз говорил, что, поскольку все явления возникают обусловленно, они относительны: их существование зависит от внешних причин и обстоятельств, а также от их собственных составляющих. Так, деревянный стол не существует независимо: его появление было обусловлено огромным количеством причин — деревом, столяром, который его сделал, и так далее; стол также находится в зависимости от своих собственных частей. Если бы деревянный стол или какое-либо явление действительно были бы независимы, то ваше размышление привело бы к тому, что такое их существование "в своем праве" становилось бы всё более очевидным, но этого не происходит. Это рассуждение буддистов подтверждает и наука. Физики сегодня открывают всё более и более мелкие частицы материи, но так и не пришли к пониманию ее основополагающей природы. Понимание пустоты еще глубже.

Чем больше вдумываешься в то, как невежественный разум осмысливает существование явлений, тем более прочно приходишь к выводу, что явления не существуют вовсе. Однако чем больше осознаешь то, что постигается разумом мудрым, тем больше убеждаешься в отсутствии собственного существования. Привязанность и гнев движимы неведением и поэтому не могут проявляться бесконечно.

Так существуют ли вещи?

Итак, мы установили, что анализ какого бы то ни было явления приводит к невозможности это явление обнаружить. Но тогда возникает вопрос: а существуют ли явления вообще? Между тем непосредственный опыт говорит нам, что люди и предметы доставляют нам удовольствие или причиняют боль и что они могут как помогать, так и наносить вред. Следовательно, явления, безусловно, существуют; вопрос лишь в том, как именно. Они не существуют сами по себе, но лишь в зависимости от множества факторов, в том числе и сознания, которое их концептуализирует.

Коль скоро явления существуют, но не сами по себе, они неизбежно зависят от наших понятий. Но когда явления предстают перед нами, они вовсе не выглядят существующими именно таким образом. Наоборот, нам кажется, что они проявляются сами по себе, объективно, независимо от концептуализирующего сознания.

Развивая в себе мудрость, вы путем размышлений стремитесь отыскать собственное существование всех исследуемых объектов — будь то вы сами, другой человек, ваше тело, ум или что-то еще. Вы анализируете не только наружность, но и внутреннюю природу объекта. Следовательно, вывод, к которому приводит ваш анализ, состоит не в том, что объекта не существует; вы заключаете лишь, что не отыскали подтверждений его собственного существования. Результаты такого исследования вовсе не противоречат простому существованию объекта. Явления существуют на самом деле, но не так, как нам это представляется.

То, что остается после анализа, есть обусловленное существование явления. Исследуя, например, собственное тело, вы отрицаете его собственное существование, но тело, зависимое от четырех конечностей, туловища и головы, — остается.

Если явления пусты, могут ли они функционировать?

Не совершаем ли мы ошибки, позволяя себе рассуждать о предметах и явлениях? Не допускаем ли мы тем самым их собственное существование? Нет. Явления мыслимы тремя различными способами. Представим себе, например, дерево. Спору нет, оно действительно выглядит собственно существующим, однако:

1. Мы можем думать о дереве как о существующем само по себе, "в своем праве".

2. Мы можем думать о дереве как о не обладающем собственным существованием.

3. Мы можем думать о дереве, вообще не задаваясь вопросом, является ли его существование неотъемлемой частью его природы.

Ошибочен лишь первый из этих подходов. Другие два образа осмысления правомерны, даже при том, что во втором и третьем случаях образ проявления (предполагающий, что наружность дерева говорит о его собственном существовании) ошибочен.

Но означает ли несобственность существования предметов невозможность их функционирования? Скоропалительный вывод о том, что раз подлинная сущность объектов и явлений есть пустота, то они не способны выполнять такие функции, как причинение боли или доставление радости, способствование или препятствование, — это худшее из заблуждений, чисто нигилистический взгляд. Как пишет в своей "Драгоценной гирлянде" индийский учитель Нагарджуна, следующее воплощение нигилиста обязательно будет плохим, тогда как тот, кто верит, пусть и ошибочно, в необусловленное существование, — получит хорошее перерождение.

Позвольте мне объяснить это. Вера в последствия совершённых действий нужна для того, чтоб быть в состоянии предпочитать в этой жизни полезное и отвергать пагубное. Быть может, для вас пока что слишком сложно осмыслить утонченную концепцию отсутствия собственного существования, не попав при этом в ловушку нигилизма, который не позволяет понять, что явления возникают вследствие причин и обстоятельств. С точки зрения вашего духовного роста лучше на время оставить попытки проникнуть в сущность понятия пустоты. Даже если вы ошибочно полагаете, будто наблюдаемые явления существуют сами по себе, вы можете развить в себе понимание обусловленности их возникновения и применить его на практике. Именно поэтому даже Будда, бывало, учил, что живые существа и другие явления существуют по своей природе. Такие поучения суть положения трактатов Будды, но не его собственные окончательные выводы. Для определенных целей он иногда прибегал к недомолвкам.

Как же ошибается ум?

Поскольку все явления представляются нам существующими сами по себе, наше обычное восприятие совершенно ошибочно. Фальшивая наружность отступает лишь после того, как путем полностью сосредоточенного созерцания человек непосредственно осмысливает пустоту. В этот момент двойственность "субъект — объект", равно как и кажущаяся множественность, исчезает, и остается только пустота. Когда вы перестаете медитировать, живые существа и предметы вновь кажутся существующими в себе и сами по себе, но благодаря той силе, которую вы обрели благодаря постижению пустоты, вы увидите разницу между наружностью и реальностью. Медитация позволит вам распознать как ошибочный образ восприятия, так и ложный образ проявления.

Но вернемся к отправной точке. Все мы наделены ощущением собственного "я", но нужно понимать, что эта концепция правомерна лишь в связи с нашими умом и телом. То отсутствие "я", о котором говорят буддисты, означает отсутствие вечной, неделимой и независимой самости, или, на более тонком уровне, отсутствие собственного существования всякого явления. Однако буддисты вполне признают существование постоянно меняющегося "я", мыслимого в связи с неразрывной совокупностью ума и тела. Все мы совершенно законно обладаем чувством этого "я". Говоря об отсутствии самости, мы, буддисты, вовсе не имеем в виду несуществования такого "я". Именно посредством своего "я" все мы стремимся к счастью и не желаем страдать. Лишь когда мы излишне подчеркиваем свое ощущение себя и других явлений, то есть признаем нечто существующим по своей сути, мы навлекаем на себя множество проблем.

Памятка для ежедневной практики

В качестве упражнения в распознании источников ложной наружности предметов и явлений попробуйте следующее:

1. Наблюдайте, каким вы воспринимаете предмет (например, часы в магазине) в тот момент, когда вы его впервые заметили, затем — как его образ меняется и становится более ясным, по мере того как вы всё больше интересуетесь этим предметом, рассматривая его, и, наконец, — каким он видится, когда вы покупаете эти часы и считаете их своими.

2. Размышляйте о том, как получается, что вы представляетесь своему уму обладающим собственным существованием. Затем поразмышляйте над тем, какими видятся ему другие люди и их тела.

9. Срединный путь

Необходимость сосредоточенности и мудрости

Буддийские тексты учат, что, постигнув пустоту, мы начинаем избавляться от иллюзии необусловленного существования, но это вряд ли возможно после однократного, непродолжительного осознания. Если вы не добились однонаправленной концентрации (непоколебимого спокойствия ума), то при помощи одного лишь понимания пустоты не сможете искоренить это заблуждение. Вы будете вынуждены вновь и вновь анализировать свои представления и воззрения; благодаря же медитации ваш ум обретет силу, устойчивость и способность к однонаправленной концентрации на пустоте. А это постепенно сведет на нет наиболее грубые ошибки восприятия реальности.

Вот почему Сутры Будды, так же как и три низшие Тантры, учат тому, что состояние непоколебимого спокойствия (медитация) — это необходимая предпосылка проникновения в суть вещей (мудрости). Однонаправленная медитация необходима для достижения состояния непоколебимого спокойствия, аналитическая — для проникновения в суть вещей, и они не разнятся по своим объектам: и та, и другая могут фокусироваться на пустоте либо на обычных явлениях. Разница в том, что рассмотрение пустоты из состояния непоколебимого спокойствия требует физической и умственной гибкости, которая достигается посредством однонаправленной медитации на пустоту. Тогда как проникновение в суть вещей при наблюдении пустоты требует также физической и умственной гибкости, обретаемой при помощи аналитической медитации на пустоту. Это состояние может быть достигнуто только после достижения элементарного уровня гибкости при помощи однонаправленной медитации. Таким образом, вам необходимо достичь состояния непоколебимого спокойствия, а лишь затем стремиться обрести мудрость.

Хотя состояния непоколебимого спокойствия можно достичь, если избрать объектом медитации пустоту, этот способ пригоден лишь для тех практикующих, которые уже постигли суть пустоты. Обычно же практикующие сначала осваивают однонаправленную медитацию и лишь после этого осмысливают пустоту путем рассудочного анализа.

Необходимость рассуждений

Все буддийские школы сходятся в том, что процесс аналитических рассуждений, приводящий к умозаключениям (концептуальному осмыслению), проистекает из элементарного, разделяемого другими, непосредственного восприятия. Рассмотрим в качестве примера следующее рассуждение:

"Растение не существует само в себе, поскольку представляет собой обусловленное проявление."

Вы начинаете с размышления над тем фактом, что растение есть обусловленное проявление, так как оно возникает вследствие определенных причин и обстоятельств (таких, как семя, почва, солнце и вода), но в конечном счете процесс рассуждения должен быть подкреплен прямым восприятием, иначе ему не на что будет опереться. Мы можем наблюдать, как изменяются растения: они растут, созревают и в конце концов засыхают. В этом смысле умозаключения слепы, так как должны рано или поздно опереться на результаты прямого восприятия. Выводы обусловлены рассуждением, в основе которого, в свою очередь, лежит элементарный, разделяемый другими неоспоримый опыт непосредственного восприятия.

Все постижимые объекты можно разделить на очевидные, не очень понятные и абсолютно непонятные. Чтобы постичь абсолютно непонятное, необходимо обратиться к текстам, но даже для такого типа умозаключений недостаточно просто процитировать один текст для подтверждения другого. Нужно путем анализа выяснить следующее;

• существуют ли в текстах какие-либо внутренние противоречия по данному вопросу;

• существует ли противоречие между тем, что говорится в текстах относительно предмета вашего размышления, и тем, что мы воспринимаем напрямую;

• существует ли противоречие между тем, что сказано в текстах относительно данного предмета, и теми выводами, которые можно сделать, опираясь на рассуждения.

Таким образом, аналитическое размышление необходимо даже в весьма неясных случаях, когда прибегают к помощи текстов.

Будда говорит о четырех ступенях формирования надежного суждения:

1. Не полагайтесь лишь на человека, но полагайтесь на учение.

2. Опираясь на учение, не полагайтесь лишь на слова, но полагайтесь на смысл.

3. Обращаясь к смыслу, не полагайтесь лишь на смысл, требующий истолкования, но полагайтесь на определяющий смысл.

4. Не полагайтесь лишь на двойственное понимание определяющего смысла, но полагайтесь на мудрость непосредственного восприятия истины.

Будда также говорит:

Словно золото, выплавленное, вырезанное и отшлифованное,

Слово мое будет принято монахами и мудрецами после раздумий над ним, а не из уважения [ко мне].

В процессе рассуждений весьма полезно доводить ошибочное воззрение до абсурда, чтобы преодолеть силу такой ложной идеи, а затем высказать бесспорное утверждение. Когда в юности я изучал логику, один из учителей сказал мне, что как в споре (с буддистом, который доказывает собственность существования вещей и явлений), так и при занятиях аналитической медитацией использование силлогизмов вроде: "Мое тело не существует само в себе, так как оно обусловлено" не очень эффективно. Куда более действенны в таких случаях абсурдные выводы наподобие: "Следовательно, мое тело не может быть обусловленным, так как оно существует само в себе" — ведь тот факт, что все явления обусловлены, является в буддизме фундаментальным.

Как совместить обусловленность и пустоту

Сам Будда в своих четырех сутрах, а также Нагарджуна и его духовные сыновья Арьядева, Буддапалита и Чандракирти в комментариях к этим сутрам полагают тот факт, что все явления обусловлены, решающим обоснованием пустоты. Это показывает, что явления, вообще говоря, не являются несуществующими и что преходящие явления способны функционировать.

Когда Будда учил четырем Благородным Истинам, он прежде всего дал определение подлинному страданию, истинным источникам, прекращениям и путям, а затем сказал:

"Нужно распознать страдания, но распознавать нечего. Нужно устранить источники страдания, но устранять нечего. Нужно осуществить прекращение страдания, но осуществлять нечего. Нужно созерцать путь, но созерцать нечего."

Смысл этих слов в том, что, хотя среди четырех Благородных Истин имеются факторы, подлежащие условному (и совершенно обоснованному) распознанию, устранению, осуществлению и созерцанию, ни один из них не подлежит абсолютному распознанию, устранению, осуществлению и созерцанию. С точки зрения абсолютной реальности все они находятся за пределами действия; отсутствие собственного существования их уравнивает. Тем самым Будда вводит представление о двух истинах — относительной и абсолютной.

Все явления — причины и следствия, действия и те, кто их совершает, хорошее и плохое и т.д. — существуют лишь условно, чисто номинально; они суть обусловленные проявления. Будучи зависимы в своем существовании от других факторов, явления не могут быть самодостаточны. Такое отсутствие независимости, или лишенность собственного существования, есть их высшая истина. И когда вас перестанет удовлетворять одна лишь наружность и вы начнете копать глубже, вы придете к пониманию этой истинной пустоты.

Глубоко осмыслив внешние проявления и пустоту, вы также поймете, что они находятся в гармонии друг с другом. Наружность не отменяет пустоты, и наоборот. Если вы не осознаете это, то сможете поверить в добро и зло, причину и следствие и тому подобное, но будете не в состоянии поверить в пустоту. Также вы можете думать, что постигли пустоту, но все же не будете в состоянии поверить в существование причин и следствий — помощь и вред, удовольствие и страдание, — которые представляют собой обусловленные проявления. Без ясного понимания пустота и проявления покажутся вам исключающими друг друга.

Однако явления лишены абсолютного существования, потому что для своего существования они нуждаются во внешних обстоятельствах. И наоборот, явления могут функционировать, потому что они пусты — лишены основы собственного существования. Если бы явления не обладали такой пустотой и существовали по своей сути, внешние причины и обстоятельства не могли бы оказать на них влияния — а значит, они бы не менялись. В таком случае они не способны были бы вызывать удовольствие или боль, помогать или наносить вред. Хорошее и плохое было бы равно невозможно.

Полное осмысление обусловленного проявления приводит к двойному результату — осмыслению наружности и отсутствия собственного существования. Это двойное понимание избавляет нас сразу от двух крайностей — полного небытия и абсолютного существования. Понимание того, что явления возникают, предотвращает крайность нигилизма, позволяя живым существам и предметам действовать в этом мире — то есть допуская кармические причины и следствия. С другой стороны, понимание того, что явления зависимы, охраняет вас от веры в крайность абсолютного бытия, устраняя убеждение в том, будто все явления существуют сами по себе. Постигнув эти две истины, вы оказываетесь на Срединном пути.

Сутра Сердца Мудрости

Какова связь между объектами и их пустотой? Эта глубокая тема обсуждается в тексте о совершенствовании мудрости, названном Сутрой Сердца Мудрости: эта сутра повторяется во время медитации во всех буддийских странах, в которых практикуют Большую Колесницу: в Китае, Японии, Корее, Монголии, Тибете и Вьетнаме. Она представляет собой краткое и содержательное описание Буддой той мудрости, которая необходима для коренного преодоления проблем и — в сочетании с альтруистической мотивацией и сострадательными действиями — ведет к достижению всеведения Будды. Вот полный текст [4] Сутры Сердца Мудрости:

Хвала Благословенной Запредельной Мудрости!

Так я слышал: однажды Благословенный пребывал в Раджагрихе на горе Коршуна с великой общиной монахов и великой общиной бодхисаттв. В то время Благословенный погрузился в медитацию на бесконечное множество явлений под названием "Глубина видимости". И в тот миг Великий Бодхисаттва, именуемый Великим Авалокитешварой, так узрел суть практики глубокого совершенства Мудрости: "Ведь пять совокупностей [формы, чувства, различающие мысли, кармические образования, сознание] поистине видятся пустыми в их самобытии!"

Тогда достопочтенный Шарипутра, [побуждаемый] силой Будды, спросил Великого Авалокитешвару: "Если какой-нибудь сын [благородной] семьи или дочь [благородной] семьи захотят практиковать глубокое совершенство Мудрости, как следует учиться?" В ответ на это Великий Авалокитешвара так отвечал достопочтенному Шарипутре: "Если, Шарипутра, какие-нибудь сын [благородной] семьи или дочь [благородной] семьи захотят практиковать глубокое совершенство Мудрости, следует именно так истинно показать: "Ведь пять совокупностей поистине видятся пустыми в их самобытии!" Здесь, Шарипутра, форма — пустота, а пустота — форма. Пустота неотлична от формы, форма неотлична от пустоты; что форма — то пустота, что пустота — то форма. Точно так же эмоции, понятия, кармические образования, сознание все пусты. Здесь, Шарипутра, все явления отмечены пустотой, не имеют признаков, не рождены и не преходящи, не загрязнены и не очищены, не ущербны и не совершенны. Поэтому, Шарипутра, в пустоте нет формы, нет эмоций, нет понятий, нет кармических образований, нет сознания, нет глаза, уха, носа, языка, тела, ума, нет видимого, слышимого, обоняемого, вкушаемого, осязаемого, нет явлений. Нет элементов, начиная от глаза и кончая сознанием ума. Нет неведения, нет пресечения неведения и далее, вплоть до того, что нет старости и смерти и нет пресечения старости и смерти.

Страдания, источника, пресечения, пути — нет. Нет познания, нет достижения, нет недостижения. Поэтому, Шарипутра, бодхисаттва живет, опираясь на Запредельную Мудрость посредством недостижения, и благодаря отсутствию психических препятствий бесстрашно, отринув превратное, в конце концов достигает нирваны.

Все будды, пребывающие в трех временах, полностью пробуждались к высочайшему подлинному совершенному прозрению, опираясь на Запредельную Мудрость.

Поэтому следует знать: мантра Запредельной Мудрости — мантра великого ведения, высочайшая мантра, несравненная мантра, успокаивающая все страдания, познаваемая истинной благодаря отсутствию заблуждений. Мантра Мудрости говорится вот так: ТАДЬЯТА ОМ ГАТЭ ГАТЭ ПАРАГАТЭ ПАРАСАМГАТЭ БОДХИ СВАХА.

Так, Шарипутра, должны великие бодхисаттвы осуществлять обучение глубокой Мудрости". Тогда Благословенный вышел из медитации и похвалил великого бодхисаттву, прозванного Великим Авалокитешварой: "Отлично! Отлично, сын семьи! Именно так, сын семьи, именно так, как показано тобой, следует осуществлять практику глубокой Мудрости на радость всем Так Ушедшим. Когда сказаны были Благословенным такие слова, возрадовались достопочтенный Шарипутра, и Великий Авалокитешвара, и те монахи, и те великие бодхисатгвы, и все присутствовавшие боги, люди, асуры, гаруды, гандхарвы, и мир возликовал от сказанного Благословенным.

Так заканчивается Сутра Сердца Благословенной Запредельной Мудрости.

Форма и пустота

Основываясь на давней традиции индийских и тибетских комментариев к Сутре сердца, я хотел бы предложить некоторую пищу для размышлений о ее ключевом месте: "Форма есть пустота; пустота есть форма. Пустота неотличима от формы; форма неотличима от пустоты". Это глубокое утверждение несет в себе следующий смысл:

1. Все живые существа и предметы зависят от обстоятельств и своих частей и не могут существовать независимо от них. Они суть обусловленные проявления; следовательно, они лишены собственного существования. Поскольку все явления обусловлены, их природа пустотна.

2. Наоборот, коль скоро существа и предметы не обладают независимой, или собственной природой, они должны опираться на другие факторы. Они неизбежно оказываются обусловленными проявлениями.

3. Пустота форм неотделима от форм. Формы как таковые, возникающие и исчезающие под влиянием обстоятельств, по своей природе лишены собственного существования.

4. Такое отсутствие собственного существования есть их конечная реальность, их фундаментальный образ существования.

5. Говоря в целом, рождение и распад, возрастание и убывание, равно как и прочие свойства форм, возможны лишь потому, что формы пусты — лишены самодостаточного существования. Про такие явления, как формы, говорят, что они появляются из сферы, природа которой пустотна.