Эра голодных псов

Кому-то очень нужно что-то из имущества Ярдвар.

Кому – примерно понятно. Но вот что? На какой куш разинул пасть милейший Флориан Ледневски? Ведь им с Энкром клан Ярдвар ну никак не по зубам, пускай даже за них подпишутся воротилы из солнечной Виктории. На что, черт их дери, они рассчитывают?

Если князь Яр-Энкр, фигура пусть уважаемая, но отнюдь не выдающаяся, триумфально притащит гнейтам огромного боевого клана Биу документы, романтически потерянные два столетия назад, его репутация, очевидно, вырастет настолько, что он сможет угрожать Ярдвар долгими разбирательствами. Неизвестно, что там на самом деле в этих документах, – но среди закорючек на бронзе вполне может оказаться некая мина замедленного действия. Если Ярдвар, глубоко увязшим в серьезных военно-промышленных проектах, придется бросать все и таскаться за Энкром по судам и межклановым советам, они рано или поздно не выдержат и отдадут ему то, что он хочет. Но на хрена «это» Флориану и чем он, помимо прочего, собирается подпереть гипотетический авторитет Энкра?

Тогдашние корварские корабли не имели в оснащении ничего похожего на имперские «луковицы» – она же «свидетель смерти», бронированный шар, который отстреливается в случае гибели звездолета и передает на базу особый кодовый сигнал. «Луковиц» на борту несколько, одна-две уцелеют в любом (или почти любом) случае. Но здесь совсем не та история, мать ее…

Откуда была последняя передача с кораблей, посланных за этим безмозглым идиотом?

Как это узнать? Ведь это должно быть известно, из контекста всей этой истории следует, что они его догнали и вынудили вступить в бой. Проклятье, где это было? Где?

В клане твердо решили, что корабль беглеца погиб, а вместе с ним погибли документы, иначе их вернули бы еще тогда. Ледневски, наоборот, уверен, что по крайней мере сейф – уцелел.

Но почему Энкр не очень спешит добыть вожделенные закорючки? Где логика?

«Нет, – сказал себе Йорг, выбираясь из кресла, – мне самому тут не размотаться. Пока нужно подготовить донесение, чтобы отстрелить его перед разгоном… может быть, при случае мне что-нибудь подскажут».

* * *

Костакис поднял «Шерпу» в пять утра по бортовому времени. Йорг находился на посту – правда, его вклад в общее дело заключался лишь в наполнении кружки Драпендры. На этот раз уже не бурдой темного происхождения, а настоящим кофе, густым и приправленным корицей.

После трех часов маневрирования корабль покинул систему.

– Нигде никого, – удовлетворенно констатировал Драпендра. – А то после истории с Максеном я стал дерганым…

– Станешь тут, – тихонько согласился Детеринг.

– Первый готов, – выдохнуло под потолком голосом Костаса.

– Поехали, – поднял палец штурман. – Курсовой на линии, нули на совмещении. Три… два… ну, черт с ним, нуль.

«Шерпа» содрогнулась. Несмотря на отсутствие кого-либо в обзорном поле корабля, Костас сразу дал полную нагрузку, стараясь как можно скорее разогнаться до крейсерской скорости – рисковать задницей ему хотелось ничуть не больше остальных.

– Ну вот, – хмыкнул Драпендра, – теперь еще сто пять часов – я надеюсь, – и мы будем на Линдаллу.

– Большой мир, – улыбнулся в ответ Йорг. – Но не входящий, как я помню, в число прямых колоний.

– Совместная собственность, сын мой. Все давно подсчитано, взвешено и измерено. До миллиметра, как принято у наших друзей корварцев.

– Я должен понимать это так, что член клана имеет право вести какие-либо дела только на своей территории?

– Ни боже мой, – фыркнул штурман. – Что за глупости? Это же бизнес. Никто не может претендовать… вот истина, которую нужно вдолбить себе в башку намертво. Линдаллу впредь неделим, а все остальное – сколько хочешь. Ты же знаешь, наверное, что войну корварцы объявляют всегда внезапно, а вот заключение мира сопровождается такими церемониями, что куда нам, грешным. Сами они объясняют это тем, что, дескать, «Ночь комет», когда они чудом не извели друг друга под корень, случилась именно из-за долгого пренебрежения искусством церемонии. После этого любое серьезное дело у них представляет собой очень тягомотную процедуру. Это у корварцев поэзия такая… нам непонятная. Костас, кстати, решил все-таки взять на себя проблемы Тита, – заявил вдруг Драпендра без всякого перехода. – Оптом. Тит только письма приготовил, и все. Так что нас ждут те еще приключеньица, уж поверь мне.

– Н-да, – от неожиданности у Йорга зачесался нос. – Мне казалось, что одному там не справиться.

– Ну, он не один, – подмигнул Драпендра. – Есть еще мы, не так ли?.. К тому же я четко вижу, что Костас что-то придумал. Что именно, он пока молчит. Ну, это как всегда, ничего нового. Зато для тебя – хороший шанс увидеть много забавного. Кто знает, как сложится у тебя дальше? В твоем деле не бывает ни лишнего опыта, ни уж тем более лишних связей. Особенно если речь идет о связях в криминальных кругах.

– Вы имели какое-то отношение к Ц-службе Флота? – подозрительно зашевелился Детеринг.

– Я? – Штурман с хохотом протянул ему опустевшую кружку. – Да ты что! Я вообще не военный.

– Как это?.. А где же вы э-ээ, учились?

– Я инженер-кораблестроитель, – усмехнулся Драпендра. – Точнее, специалист по навигационным системам. Почему это тебе досье так плохо подготовили?

– Я и сам думаю – почему, – кивнул Йорг. – И придумать пока не могу.

…Космодром клана Ярдвар, расположенный почти на экваторе – все шесть континентов Линдаллу тянулись от полюса до полюса, делая планету похожей на апельсин, из которого кто-то, скучая, вырывал дольки через одну, – кишмя кишел кораблями разных рас. Ничего подобного Детеринг не то что не видел, а не мог даже представить. Едва «Шерпа», ощущаемая теперь крохотной, опустилась на указанной Костасу стоянке, как желтоватое небо пронзил стремительно уходящий лидданский транспорт, а за ним, с промежутком в тридцать секунд поднялся старый корварский крейсер с незнакомыми Йоргу клановыми эмблемами на борту. Здесь стояли россы, лидданы, орти и даже три или четыре веретенообразных звездолета фаргов – расы, с которой человечество имело только эпизодические торговые отношения. Среди «корварцев» преобладали среднеразмерные боевые корабли, что подтверждало информацию одной из сводок, заготовленных для Детеринга: кланы очень часто оказывают своим покупателям конвойные услуги.

Через двадцать минут после посадки Йорга и Киру вызвал к себе Костас.

Помимо командира, за столом сидел один лишь Драпендра. Вид у обоих был непривычно сосредоточенный.

– Нас ждет Бодуэн, – не утруждаясь пояснениями, заявил Костас. – За бортом двадцать градусов, дождя не будет… Форма одежды незаметная. Личное оружие скрытого ношения. Жду под правым-передним через десять минут. Шагом марш.

– Что это с ним сегодня? – неловко улыбнулась Кира, когда они вернулись в свою каюту.

– Увидим. – Йорг распахнул шкаф. – Одевайся, быстро…

Он не знал, кто такой Бодуэн, это имя не числилось ни в одном из подготовленных для него архивов. В корварских кланах нашли свою судьбу многие из тех, кто покинул пределы Империи Человечества, к тому же смена имени – переход на клички – являлась весьма распространенной практикой у пиратов и контрабандистов.

Йорг никогда не задумывался над тем, какие обстоятельства могли заставить человека оставить мир, заселенный братьями по крови, и уйти к чужим. Пусть не враждебным, вполне познаваемым, но все же совершенно иным. История Тинто, рассказанная ему Костасом, вдруг заставила капитана Детеринга всмотреться в долгие годы своей учебы – с тенью сомнения. Огромные массивы информации, «впечатанные» в него терпеливыми наставниками, показались ему не столь уж и значительными. Ведь он, по сути, пока еще только высунул из привычной Сферы кончик носа, а уже увидел столько необычного. Что там, впереди? Не окажется ли так, что учиться придется заново и на ходу?

Шлюз работал в штатном режиме – значит, понял Детеринг, Костас вентилирует корабль через фильтры. Его чем-то не устраивает состав атмосферы? Забавно…

Выйдя на трап, он сразу понял, в чем дело, и сморщился. Такой концентрации характерной «технической» вони Йорг еще не встречал. От рядов кораблей, многие из которых разменяли второй век, пахло металлом, сложными запахами разнообразных искусственных материалов, к которым добавлялись «ароматы» подтекающих гидросистем. Напротив трапа «Шерпы» уходил в небо борт старого корварского крейсера. Когда-то гладко-черный, за долгие десятилетия странствий по Галактике он стал пепельным из-за сплошной сетки мелких шрамов. Некоторые несли на себе следы сварки, свидетельствуя о глубоких повреждениях брони. Крейсер казался мертвой, древней громадой, давно брошенной экипажем, лишь шасси с новенькими, не утратившими еще красноватого блеска цилиндрами антигравитационных опорных систем говорили об обратном.

Подтолкнув вперед себя Киру, Детеринг забрался в салон длинного колесного кара. Сидевший на переднем диване Костас что-то едва слышно сказал водителю – молодому корварцу в яркой многоцветной куртке с прорезными рукавами, тот коснулся рукой небольшого пульта управления, и кар едва ощутимо взял с места. Округлая крыша машины, снаружи переливающаяся приятным глазу темно-зеленым перламутром, изнутри оказалась прозрачной; Детеринг проследил, как тает в странном желтом небе темное пятно очередного стартовавшего корабля, и с любопытством уставился вперед. Кар несся по специальной полосе наземного транспорта, выделенной впечатанными в покрытие красными треугольниками, справа и слева проплывали корабли, тип которых Йоргу удавалось определить лишь в некоторых случаях, хуже того – он не всегда мог точно разобраться с расовой принадлежностью гостей Линдаллу. Под некоторыми кораблями стояли длинные, тяжелые транспортные кары с присоединенными к ним грузовыми лентами, под другими ловко шуровали сервисно-ремонтные роботы, тускло посверкивали короткие языки плазменной сварки. Для Детеринга зрелище было совершенно феерическим, но Костас и Драпендра, сидящие спереди, не обращали на всю эту суету ни малейшего внимания.

– С ума сойти, – прошептала Кира, вцепившись пальцами в податливый коричневый ворс дивана. – Нигде в Империи… такое и представить себе невозможно. Сколько же их тут – сотни?

– Похоже, что да, – так же тихо ответил Йорг. – И это ведь далеко не самая серьезная колония – так, небольшой торговый форпост. А что же у них творится на «больших» мирах?

– Вряд ли мы это когда-нибудь увидим, – вздохнула девушка.

Кар наконец вырвался за пределы поля и, быстро набирая скорость, пошел вверх по широкой многополосной ленте, висящей над крышами тысяч ангаров, складов и контор, там и сям увенчанных башенками каких-то антенн. Очень скоро космопорт со всей своей инфраструктурой остался позади, но дорога все так же струилась по небу. Внизу были поля: зеленые, лиловые, голубоватые. Кое-где Детеринг успевал рассмотреть крохотные жучки сельскохозяйственных машин, пару раз он увидел, как работают роболеты, тянущие за собой шлейфы химикатов. Ровные прямоугольники, расчерченные серыми полосками дорог, на перекрестках – полусферы сервисных и энергостанций. И ни одной живой души, только автоматы. При известной любви к природе корварцы утруждали себя трудом на земле только ради удовольствия, но никак не в промышленных масштабах.

Из далекого горизонта неожиданно выстрелила башня – изящная, сужающаяся в тонкую иглу, поражающая своей нереальностью на фоне окружающего пространства. Виденье было недолгим: несколько секунд, и впереди появились неровные очертания города. Трасса плавно пошла вниз, из-под нее появилась другая, нижняя, плотно забитая мчащимися в обе стороны грузовиками.

– Это не основной поток, – вдруг заговорил Костас, оборачиваясь назад. – Это мелкие партии, ерунда всякая. Основной идет под поверхностью.

Йорг понимающе покачал головой. «Следовало догадаться, – сказал он себе. – С такими объемами…»

Он видел много записей корварских городов на разных планетах – как редких многомиллионных мегаполисов Старого Корвара, так и относительно небольших, утопающих в зелени садов и парков, колониальных селений. Несмотря на тот факт, что корварская цивилизация являлась абсолютным индустриальным лидером среди известных человечеству рас, основным ее товаром было не «железо», а технологии. Промышленные мощности традиционно «прятали» под землю, не желая поганить пейзаж. Все небольшие корварские поселения были довольно однотипны: кварталы с узкими пешеходными улочками, разделенные обширными парками, над которыми висят дороги для наземного транспорта.

Увенчанный потрясающе элегантной башней город оказался именно таким, каким и ожидал его увидеть Детеринг. Кар остановился на большой круглой площадке, от которой, теряясь в тени величественных деревьев, расходились мощенные камнем тропки, высадил своих пассажиров и умчался, снова поднявшись в небо по широкой «воздушной» трассе.

– Пошли, – коротко приказал Костас, поворачивая к известной ему дорожке среди деревьев.

Йорг глубоко вдохнул пахнущий лесом воздух и улыбнулся. Небо уже не выглядело желтым, над рощей сияло теплое солнце, и все вокруг, несмотря на отчетливо чужие ароматы, казалось удивительно уютным. Их путь был недолгим: скоро за деревьями появились четырех-пятиэтажные строения, и путники оказались на тесной, поднимающейся вверх улице. Дома, узкие, жмущиеся один к другому, выглядели невероятно вычурно. Входная дверь подъезда всегда была приподнята на пару ступеней, овальные или треугольные окна, как показалось Йоргу, располагались не по линии этажей, а как попало, тут и там из розоватой стены вырастали чаши балкончиков, а однажды он и вовсе увидел шедевр, глубоко поразивший его воображение: под крышей довольно высокого, этажей, наверное, в пять, здания, рядом с большим окном, из стены росла прекрасно вылепленная кисть корварской руки, держащая в раскрытой ладони неглубокую чашу, усаженную растениями с длинными, свисающими вниз стеблями, каждый из которых заканчивался крупным желтым цветком.

– Вот черт, – прошептал Детеринг, опуская голову, – почему мы так не можем?

Костас остановился на маленьком перекрестке и свернул налево, чтобы через пару метров приложить ладонь к темно-коричневой двери. Дверь почти сразу щелкнула и приоткрылась. Пират взмахнул рукой и шагнул через порог.

Узкая каменная лестница привела гостей на второй этаж. На полукруглой площадке уже стоял рослый корварец в алой рубашке до колен, перетянутой широким поясом, и в высоких остроносых сапогах. Дождавшись, когда Костас поднимется, он сделал шаг навстречу и совершенно по-человечески протянул ладонь.

– Небеса благосклонны, – произнес корварец (Йорг вдруг поймал себя на ощущении, что интер в его устах прозвучал для него совершенно буднично), – мы рады, что ты добрался. Брат Бодуэн ждет с самого утра.

– Мы тоже рады, Лири, – улыбнулся Костас, отвечая на рукопожатие. – Приветствуй Драпендру и моих выкормышей – Йорга и Киру.

Когда сухая, немного шершавая коричневая ладонь коснулась его пальцев, поклон Йорга был безукоризнен.

Пожав руку девушке, Лири резко повернулся и прошел в раскрывшуюся перед ним дверь. Длинный коридор закончился просторным помещением с тремя овальными окнами и открытым выходом на балкон. Очень высокий, тонкокостный человек в длинном красном одеянии с короткими разрезными рукавами порывисто поднялся из кресла, блеснул большущими, живыми черными глазами.

– Привет, брат! И ты брат, и вы…

До этого мгновения капитан Детеринг еще надеялся, что под именем Бодуэна окажется некто, известный Службе…

Но эти глаза, выпуклые, любопытные, полные неводомых глубин, он не встречал ни в одной из ориентировок. Лицо можно сделать другим, совсем другим – а вот заменить глаза намного сложнее. И глаза Бодуэна ему, офицеру СБ, прошедшему через специальные программы, дающие человеку «фотографическую» память, были незнакомы. Имперская стратегическая разведка, обходящаяся налогоплательщикам во многие миллиарды, снова с размаху плюхнулась на задницу.

В принципе, Йорг был готов к такому развитию событий без всяких инструктажей. Он хорошо понимал то, о чем ему никто и никогда не говорил: «здесь и сейчас» смог бы оказаться только человек, не засвеченный еще ни в одной из сколько-нибудь заметных операций и, что было немаловажно, пусть и из других соображений, – не принадлежащий ни к одной из сформировавшихся внутри Службы группировок. Только младенец, весь грех которого состоит в мокрых пеленках.

Из числа таких «младенцев» единственно подходящим оказался он. Впрочем, его никто не заставлял…

Хозяин рассадил гостей по глубоким кожаным креслам, придвинул к ним низкий столик с гнутыми ножками, на котором стояли несколько грушевидных бутылок и тонкие бокалы красноватого камня, и задымил сигарой.

– Про Максена я уже знаю, – произнес он. – О просьбе Тита – тоже…

– Вот, – Костас передал через Драпендру небольшой квадратный пакет, – он написал тебе сам.

– О, – Бодуэн приподнял брови. – Наш старикашка учится этикету… что ж, это верный поступок, он усилит его позиции.

– Без околичностей… – Костас налил себе из бутылки и с жадностью припал к бокалу. – Ты должен знать, что мы приняли решение взять все финансовые вопросы на себя. Нам нужно только содействие в покупке и, может быть, в формировании конвоя.

– Еще одна новость, – констатировал Бодуэн с непонятной улыбкой. – Думаю, такое дело повышает ваши шансы. Я бы даже сказал, доводит их до значимых величин. Со своей стороны могу сказать, что ответа не придется ждать долго. Наши дела сейчас в очень сложном состоянии, но потеря Ойсмолла окажется событием невыносимым.

– Почему тогда?.. – тихо вздохнул Костас.

– Потому, что предоставление серьезных вооружений арендатору с неоднозначной репутацией может вызвать неоднозначные же вопросы. – Бодуэн коротко поджал губы. – В любой другой ситуации оружие было бы уже доставлено. Сейчас – нет. Все слишком серьезно. Если Тит, заручившись поддержкой известных друзей, купит то, о чем он просит, вопросов не возникнет. Но просто дать ему все это – другой уровень взаимоотношений.

– Я догадывался, – кивнул Драпендра.

– Все хуже, чем мы себе представляли, – повернулся к нему Бодуэн. – До сих пор никто не смог дать ответ на вопрос – чего от нас хотят? Все ищут приметы игры, но судья и не думает раздавать шары. Или же игра идет, но мы не на поле…

– Это бесит…

– Кое-кого это скоро сведет с ума. Не забывайте, что мы имеем дело с Биу и любой шаг в сторону может привести к очень тяжелым последствиям. Хорошо! – Бодуэн встал. – Ответ на первый вопрос вы, я думаю, получите не позднее чем послезавтра. Лететь никуда не понадобится, ваш товар есть на Линдаллу. Со вторым вопросом могут быть сложности, так что вам придется пока поработать самостоятельно. Но и тут – я надеюсь…

Костас улыбнулся и протянул руку:

– Спасибо. Мы верили в тебя.

– Всего лишь здравый смысл, – невесело покачал головой Бодуэн. – Не теряйте время, у вас много дел на этом шарике.

– Увы, да…

Глава 12

Выйдя на улицу, Костас посмотрел на Драпендру – тот ответил ему короткой согласной ухмылкой – и без лишних слов двинулся в направлении, противоположном тому, которым они следовали от транспортной площадки. На перекрестке командир свернул направо. За все время, что люди шли по кварталу, им встретились лишь двое корварцев, неспешно вышагивающие по середине улицы – тротуаров тут, понятно, не наблюдалось. Несколько раз Йорг отчетливо услышал негромкие переливы музыки, доносящиеся из открытых окон, – и никаких иных примет жизни; жилой квартал казался ему уснувшим в своем вычурно-элегантном, плавном и манящем уюте.

Улочка снова закончилась рощей, только деревья были другие: серо-голубые хвойные «свечки», гордо поднимающие заостренные верхушки много выше домов. Выложенная шестиугольной плиткой дорожка привела на транспортную площадку, ничем не отличающуюся от уже виденной Йоргом. Костас остановился, повел глазами, потом быстро пересек сероватый овал и подошел к небольшому синему столбику, растущему прямо из травы на его противоположной стороне. Детеринг увидел, как он сдвинул вверх защитную крышку и набрал какой-то короткий код на открывшейся панели.

– Такси здесь автоматизировано, – пояснил Драпендра. – Курите, через несколько минут к нам спустится ближайшая пустая машина.

– Не хочу, – мотнул головой Детеринг и, засунув руки в карманы своей длинной клетчатой куртки, мечтательно огляделся по сторонам. – Как-то тут все странно… кажется неуловимо знакомым… дежавю прямо.

– Так могло бы быть у нас, – хмыкнул в ответ штурман. – Но не будет, не надейся. Каждому свой путь. Потом поймешь…

– Если доживу.

– Ну-ну… не переживай, – Драпендра многозначительно посмотрел в сторону, – даже если ты умудришься подставиться, мы этого не допустим.

– Хорошо сказано. – Йорг хотел было прибавить что-нибудь поострее, но по длинному «языку», который спускался на площадку с воздушной трассы, зашуршали шины, и перед ними остановился вытянутый жучок темно-вишневого цвета. В правом борту распахнулась широкая дверь, открывающая три ряда сидений.

Костас забрался вперед и быстро начертал что-то пальцем на услужливо выдвинувшемся из-под лобового стекла планшете. Планшет уехал восвояси; машина подождала, пока в ее нутро заберется последний пассажир, закрыла дверь и плавно взяла с места.

Когда слева внизу промелькнул последний зеленый многоугольник парка с густо-синей каплей пруда, Детеринг понял, что роботакси привезло их в деловой центр города. Вокруг вдруг выросли многоэтажные пирамидальные билдинги со множеством «отростков» посадочных площадок атмосферной техники, но вот трасса опустилась вниз, и добросовестный таксикар углубился в затененные ущелья улиц. Машина остановилась в «кармане» возле арочного входа одного из множества деловых зданий. Верхние этажи сверкали на солнце нежной зеленью полупрозрачного пластика, внизу же царил легкий сумрак.

Огромный холл встретил гостей разноязыким гулом голосов. Два десятка лифтов выбрасывали из золотистого сияния кабин корварцев, лиддан, россов и иногда людей – и тотчас же уносились вверх, забирая с собой очередную группу пассажиров. Но лифты Костаса не интересовали. С уже знакомой Йоргу уверенностью, свидетельствующей о хорошем знании обстановки, он двинулся куда-то вбок, мимо стоек разнообразных торговых автоматов, мимо экранов информационных систем, на которых то и дело вспыхивали все новые и новые графики и столбчатые сводки: цены, котировки, отлеты и прилеты…

Вниз по длинной белой лестнице – и впереди показались деревянные двери, украшенные золотыми изображениями каких-то птиц. «Старое гнездо», – прочитал Йорг корварскую надпись на вывеске из затемненной бронзы. Как и следовало ожидать, пройдоха Костас привел их в питейное заведение. Войдя в зал, Детеринг прикусил в удивлении губу, хотя если по совести, то именно такую картину он и рисовал в своем воображении. Но все же… за круглыми столиками, из которых росли удивительные, слабо светящиеся цветы, сидели и компании, и одинокие дринчмены всех известных ему рас, включая пару глокхов, невозмутимо внимающих эмоциональному лиддану, который, оседлав плетеный стул с высокой спинкой, яростно размахивал руками у них перед носом. Не оглядываясь, Костас быстро прошел через зал и нырнул в сводчатый проем, за которым обнаружилось еще одно помещение, раза в два больше размерами. Финиш маршрута Детеринг увидел почти сразу: в углу, за большим овальным столом сидели Мюир, Тальберг и Айна.

– Быстро вы, – произнес Тальберг, поднимая глаза на не успевшего присесть Костаса.

– Сегодня да, – кивнул тот. – Бодуэн удивил.

– О, – шевельнул серыми губами Мюир.

– Н-да-да… сразу говорю – по Титу – и да, и нет. Товар есть, Бодуэн поможет, но с конвоем, как я понял, придется развязываться самим. Или – в основном самим. А вообще у них там непонятки, и серьезные. Ярдвар не могут двинуться с места, пока не будет решен вопрос с проклятым наследством. А решаться он не спешит…

– Это знают уже все вокруг, – кисло заметил Тальберг. – Что теперь нам?

– Ну что… хм…

Костас выдвинул из-под столешницы планшет, похожий на тот, что Йорг уже видел в такси, и некоторое время читал ползущие сверху вниз строчки.

– Закажу вам птицу гвак с овощами, – решил он, подмигнув Кире. – С непривычки – самое то.