Тёмные силы 2: Агент Сопротивления

У Моргана похолодело в жилах. Олмондо! Под его ногами лежал город! Глубоко ли в землю уходит обелиск? Метров на двадцать, на двадцать пять? Оставалось загадкой, откуда прыгуны знали, где копать, и что ещё говорится в их «Песни». Может ли это быть лишь простым совпадением, или тут нечто большее? А если бы тот забияка выжил? Что если бы Морган научился у мастеров владению своими способностями, стал рыцарем? Оказался бы он тогда здесь, выполнил ли задание, предначертанное ему за сотни лет? Ответов не было.

Следующий вопрос, начертанный на песке прыгуном, казался невинным, но вполне мог оказаться и насмешкой: «Готов ли ты путь узнать?»

***

Морган встал рано, сварганил простой завтрак и пошёл искать аборигенов. Если человеческие инстинкты подсказывали ему искать убежища в дюнах, то прыгуны предпочитали ночевать на равнине.

Он обошёл дюну, на которую забирался прошлой ночью, в предвкушении новой встречи с прыгунами, но тут его ждало разочарование. Вместо прыгунов он обнаружил несколько ямок, покрытых тщательно вырезанными крышками из тонкой, полупрозрачной ткани, вроде тех, что он видел рядом с валуном, похожим на краюху хлеба. В отличие от тех, под каждой крышкой был странный перевёрнутый конус.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что утреннее солнце уже нагрело воздух под крышками, и на внутренней поверхности конусов начали проступать капли. Морган видел, что по мере роста капли скатывались по гладкой поверхности в тканый мешочек на дне ямки. Позже, когда прыгуны появятся из своих убежищ, для них будет готова вода.

По такому же принципу работал солнечный опреснитель в глиссере. Интересный пример, как среда влияет на эволюцию. Морган постарался не разрушать ямки.

Он огляделся, но не нашёл никаких следов вчерашнего чёрного обелиска – прыгуны закопали его обратно, чтобы никто не нашёл. Моргану почувствовал гордость от их доверия. Жаль, что не удалось пообщаться с ними подольше.

Как и вчера, утро было восхитительным, воздух свеж и прохладен, а на душе весело. Путь, который ему указали вчера вечером, привёл Моргана к предгорью. Местность казалась нетронутой, скалистой, с осыпавшимися склонами, плоскими вершинами и глубокими вымытыми водой расщелинами.

Но по мере того как глаза Моргана привыкали к окружению, он стал различать следы далёкого прошлого. Или ему только казалось? Природа ли вырубила в скалах кажущиеся одинаковыми террасы? Могли ли те булыжники быть частью некогда стоявшего здесь здания? Шёл ли он по руслу древней реки или улице? Трудно сказать.

Одно он знал точно. Когда солнце было уже высоко, а Морган ещё больше углубился в «пустошь», Сила сгустилась и стала осязаемой.

Сомнения, разочарование и неясности навалились на Моргана всем своим весом. Верит ли он в судьбу? Его ли это судьба?

Возможность положительного ответа наполняла его сожалением. Что там говорилось в «Песне»? «Придёт рыцарь, будет битва, и пленники обретут свободу». Что за битва? Какие пленники? А эта «Песнь» – всего лишь древние бредни или что-то действительно важное, к чему следует подготовиться? Он надеялся на первое, но боялся второго.

Время шло. Появилась древняя колея, и он проследовал по ней. Воздух, который должен был всё больше разрежаться по мере восхождения, наоборот сгущался – настолько, что стало трудно дышать. Почему только глиссер работал, как прежде? Морган несколько раз проверял индикаторы – все светились зелёным.

Дорога свернула вправо, прошла между двумя грудами камней. Он почувствовал покалывание в затылке, будто кто-то провёл пёрышком. В голове загудело. Вибрация усилилась, кожу стало покалывать, зубы застучали.

Моргану хотелось повернуть, убежать – это было бы естественно. Кто-то или что-то не особо жаловало посетителей и умело их отваживать.

Хуже всего было то, что просто врождённых способностей было недостаточно. Чтобы ими пользоваться, нужны знания и опыт, а Морган мог лишь наблюдать и делиться с кем-то своими наблюдениями.

Дорога вывела его к отрытой площадке, по бокам которой, подобно часовым, стояли нагромождения камней. Любопытство и личное участие толкало Моргана вперёд. Глиссер замедлил ход и остановился.

Морган увидел впадину, обрамлённую ломаным камнем, и понял, что разгадка за ним. Он вышел из глиссера и пошёл к отверстию. Воздух сгустился настолько, что мешал идти. Морган услышал голоса, настолько далёкие, что слова сливались в единый стон. В голове застучал невидимый молот.

Площадка образовалась после обрушения свода пещеры и была около полукилометра шириной. Снизу поднимался столб света, окружающее скрывалось в тени. Ступени, засыпаные каменными обломками, но все еще хорошо различимые, вели вправо. Голоса всё стонали – одни яснее, другие глуше. Они толкали, давили, тянули. Это были пленники из «Песни» – те сущности, которых его послали спасать, но он не мог.

Морган наполовину обошёл столб света, и ступеньки закончились. Он вошёл в Долину под своеобразным сводом и чуть не упал от того, что перед ним предстало.

Столб света открывал взору сотни памятников. Некоторые представляли собой обыкновенные глыбы, свалившиеся с потолка. Другие отличались выделкой и походили на могильные плиты, красивейшие скульптурные статуи, миниатюрные храмы или стелы с непонятными иероглифами.

Морган мгновенно понял, что это место – темница духов, сосредоточие невиданной силы, настолько могущественной и ужасной, что может потушить солнце, погрузить всю солнечную систему в темноту и обречь на смерть миллиарды жизней. Если она попадёт в плохие руки.

Он вынул из сумки универсальный инструмент, собираясь вырезать предостережение на своде, но пальцы онемели – предмет выпал и покатился по земле.

Стон усилился. Морган зажал уши, но всё равно слышал звук изнутри. Он попятился назад. Голова раскалывалась от боли и сознания того, что он не тот, кому стоило здесь находиться. Моргану оставалось лишь надеяться, что сюда придёт настоящий рыцарь-джедай, который сразится и освободит этих пленников.

Слёзы, не переставая, катились из глаз, пока Морган поднимался по лестнице и шёл обратно к глиссеру. Сколько бы аргументов не подсказывал ему разум, Моргану было не по себе, что он потерпел неудачу.

Через несколько часов стоны затихли, воздух выпустил его из липких объятий, а Сила стала прежней. Все те дни, пока он возвращался в форт, и те недели, пока он возвращался домой, Долина и заточённые в ней духи не выходили у него из головы.

Впечатления от этой находки были настолько сильны, что даже через несколько месяцев, когда деятельность в рядах Альянса свела его с джедаем по имени Ран, он не мог не думать о Долине. День клонился к вечеру, ужин был закончен, ВиДжи убрал со стола тарелки. В очаге горел огонь, по стенам плясали тени. Когда разговор принял философский уклон, Моргану показалось, что пришла пора.

Поначалу слова не шли, но Ран был терпелив. Ему было настолько интересно, что он подался вперёд. Ран был темнокожим и скуластым с белыми зубами. Его глаза возбуждённо сверкали.

– Да-да, продолжай! Мастер Йода рассказывал мне о таком месте. Я искал его. Где ты его нашёл?

Морган закончил рассказ. Ран взволнованно ходил взад-вперёд по комнате. Казалось, вокруг него искрила энергия. Одежда колыхалась так сильно, что на неё попали искры из камина.

– Это важно, очень важно… нужно собрать команду и отправиться туда на разведку. Понадобятся эксперты, чтобы осмотреть и понять назначение этого места. Ты должен показать его нам.

Морган вспомнил пещеру и содрогнулся. Но если это означало освободить те голоса, которые продолжали стонать у него в голове, он решил согласиться:

– Как скажешь. Могу назвать координаты.

– Нет! – яростно ответил Ран. Морган смутился, и джедай поднял руку. – Извини, дружище, но лучше уж координаты будешь знать только ты. Так спокойнее. Я должен ехать – меня ищут. Не говори об этом с теми, кому не доверяешь. Те, кто следует за Тёмной Стороной, обязательно захотят найти это место и использовать его во зло.

На следующий день Ран отбыл, а другой безвестный рыцарь высек свою тайну на камне, символически передав её сыну. Как бесчисленные фермеры до него, он пахал и сеял. Зима была уже не за горами, и людям нужна еда.

Через несколько месяцев Морган погиб.

Глава 2

Планета была прекрасна: долгие солнечные деньки, покрытые снегом верхушки гор, журчащие реки и просторные плодородные долины, которые в своё время расчистили и засеяли. Здесь выросло уже несколько поколений поселенцев.

Но так было до Сопротивления, до оскудения ресурсов, до того как один из дроидов-геологоразведчиков корпорации «СороСууб» опустился прямо посреди поля фермера Зито Брааля, взял пробу почвы и буквально зарылся носом в землю.

Через три месяца на орбите появились лайнеры. Поселенцам «заплатили» за их фермы и отвезли на пустынную планету на самых задворках галактики. Лайнеры едва покинули орбиту, как появилась пара фрахтовиков «СороСууба» и отправила на поверхность планеты челноки. Десятки тысяч машин выкатились из дюрастальных подбрюший, установили своё местонахождение по спутниковой системе и выдвинулись в назначенные сектора. Каждая могла поглотить, переработать и выдать на-гора около пятидесяти тонн руды в день. Император получит своё оружие, акционеры – прибыль. Остальное никого не касалось. Вот почему дороги вскоре заросли, опрятные домики фермеров покосились, а когда-то зелёные поля покрылись машинными рытвинами.

Трём джедаям и сопровождавшим их войскам всё это было неинтересно. Они думали о джедае по имени Мо, который находился на носу первого глиссера, нюхал воздух и чем-то напоминал статуэтку на деревянном корабле эпохи варваров. Рулевой понимал малейший взмах его руки и поворачивал корабль сообразно невысказанным мыслям.

Глиссеры лучше всего подходили для поставленной задачи. На просторных открытых платформах размещались репульсорные двигатели, которые мчали их по гладким холмам. Посудины были уязвимы для наземного огня, зато с них хорошо просматривалась окружающая местность, а навесы немного защищали от летнего солнца.

Мо усмехнулся и дал ветру слегка приподнять себя над кораблём. Хотя повстанцы были достаточно умны и хитро запутывали следы, они не могли скрыть своих ощущений. От страха по Тёмной Стороне Силы шла рябь, благодаря которой Мо отследит их и уничтожит.

Сарисс и Ян удивлённо наблюдали за ним. Будучи такими же жестокими, они чувствовали некоторое превосходство и смотрели на него с тем же уважением, с каким охотники смотрят на своих гончих. Сарисс была привлекательной женщиной среднего роста с коротко стрижеными волосами. Как и её наставник, Джерек, она одевалась только в чёрное. Красными были только губы, воротник и ногти. Благодаря своему страстному властолюбию, она стала одним из самых доверенных помощников Джерека, хотя и сама побаивалась Тёмного джедая. Ян, едва вышедший из подросткового возраста, сидел справа от неё. Она была его наставницей и центром его внутренней вселенной. Его не просто пригласили присоединиться к их походу, к нему относились как к равному, что весьма льстило его врождённому честолюбию.

Затрещал комлинк. Офицер нажал на кнопку, увидел знакомое лицо и произнёс:

– Да, сэр.

Сарисс заметила натянутость в его голосе и поняла, кто вызывает. Взяв комлинк, она поняла, что не ошиблась.

– Джерек, рада вас видеть.

– Вы их поймали? – Джерек намеренно не здоровался. Это был один из приёмов, которым он выводил своих собеседников из равновесия. Джедай был высок и держался с почти королевской осанкой. Из-за худобы казалось, что его полупрозрачную кожу кто-то напылил на череп. Пустые глазницы были закрыты чёрной полоской. Нижнюю половину лица покрывали татуировки. «Возмездие» висело на орбите, но своими датчиками корабль уже прощупывал поверхность планеты.

Сарисс кисло улыбнулась. Ответ был известен им обоим. Джерек лишь желал указать ей её место.

– Ещё нет, мой господин, но уже скоро, – ответила она.

Джерек улыбнулся. Только Сарисс называла его «господином», вечно пытаясь манипулировать им. Он это обожал. Джерек командовал лишь кораблём у себя под ногами, но ему нужно больше, намного больше.

– Я устал ждать, – холодные слова выдали больше, чем должны были.

***

Ран, успевший обрасти за три дня, выглянул за опалённую бластерным выстрелом корму глиссера. Одежды, когда-то белые, потемнели от крови и почернели там, где бластерный разряд обжёг ему плечо. Он чувствовал, что за ним идут, и знал кто.

Ран повернулся к носу глиссера. Рядом с ним были: Дуно Дри, молодой и неопытный пилот; Ниж Пор Рал, тучный профессор старинной словесности; Си Нортли, худая как спичка эксперт в области вооружения, и Роланд Грон, технолог-клатуниец. Все с надеждой смотрели на него, и он ободрил их улыбкой. Ветер ловил его слова и кидал их им в лицо.

– Шанс есть… если удастся выиграть немного времени, если доберёмся до корабля, если оторвёмся от ДИС-истребителей. Вот мой план…

Повстанцы выслушали его и быстро одобрили.

***

Преследователи на имперских глиссерах были настолько уверены в своей победе, что шли на малой скорости. Пусть повстанцы бегут, им всё равно не скрыться. Ведь всем руководит Мо.

Они подошли к перекрёстку. Грубые указатели обозначали место, где погибло тридцать шесть фермеров, защищавших свою землю. Сарисс их даже не заметила, сосредоточенная на себе и на задании.

Мо тоже не замечал окружающую красоту: ни девственных лугов, ни позолоченных солнечным светом деревьев, ни изгиба протекающей невдалеке речки. Он чувствовал лишь страх, который притягивал его, подобно падальщика к мертвечине.

Ян считал, что Мо изменило чувство хорошего вкуса. Товарищ-джедай уподоблялся боевым собакам-некам, находящим свою цель по запаху. Он любил более элегантно применять свои способности – к примеру, воздух избегал ерошить его тщательно уложенные волосы, а десантник невдалеке тщетно пытался унять несуществующую чесотку. Довольно интересная манипуляция, в которой он…

Ракета ударила, когда второй глиссер зашёл на подъём позади них. Ян пропустил момент взрыва, но увидел, как корабль пронёсся по воздуху и вонзился в землю. Силы имперцев уменьшились на пятьдесят процентов. Засада была типична в духе Рана. Видимо, один из его товарищей смог побороть страх и остаться незамеченным.

Ян схватился за поручни – глиссер развернулся в сторону угрозы. Сарисс вскочила, прищурилась и сжала кулаки.

***

Норли смотрела, как на землю падают обломки глиссера, всё ещё прижимая к плечу пустой гранатомёт. Когда второй глиссер начал разворачиваться в её сторону, она отбросила первую трубу и положила на плечо новую. Глиссер выровнялся. Она нащупала пальцем спусковой рычаг, как что-то коснулось её шеи. Вздрогнув, она поборола желание обернуться.

– Не отвлекайся, сосредоточься на цели, – так говаривал техник-сержант, так она и поступила. Прикосновение было мягким, как материнский шарф, но сжималось всё сильнее и сильнее.

Задыхаясь, Норли выпустила из рук гранатомёт и схватилась за горло. Бесполезно. Глаза выкатили из орбит, а кожа посинела, когда бластерный разряд продырявил ей грудь.

Сарисс видела, как Норли упала, рявкнула приказ и приготовилась поворачивать. Глиссер выровнялся, и ускорил ход. Время было потеряно… и выиграно. Один повстанец принёс себя в жертву. Зачем? Ответ очевиден. У беглецов есть корабль и нужно время, чтобы до него добраться. Сарисс прикрикнула на рулевого. Потекли долгие секунды.

***

Корабль, доставивший команду на Дорло, был небольшим, но подходящим для своей задачи. За несколько секунд повстанцы скинули маскировку, взбежали по трапу и пристегнулись в креслах.

У Дуно Дри были грязно-светлые волосы, веснушчатый нос и ярко-рыжая щетина на щеках. Он всем говорил, что ему двадцать, но на самом деле ему едва стукнуло семнадцать. Сократив предстартовую подготовку вдвое, он глянул на индикаторы и щёлкнул выключателями. Жаль, что как пилот он даже вполовину не настолько хорош, как пытается казаться. Шесть лет он летал на отцовских внутрипланетных фрахтовиках. Ну, ладно, три года, если учесть, что половину времени он проводил в школе. Этого всё равно недостаточно.

Сперва поездка смахивала на приключение, о котором он потом будет рассказывать своим детям, а вовсе не на смертельно опасное задание. Команда прибыла на Дорло, чтобы убедить Нижа Пор Рала присоединиться к ним. Его удалось уговорить кое-что для них сделать, но согласился он с большой неохотой.

Дроиды-шахтёры «СороСууба» раскопали древнюю стену длиной три мили, и компания наняла профессора, чтобы тот расшифровал надписи на её поверхности. Совсем не для того, чтобы сохранить памятник древней культуры, но чтобы воспользоваться подвернувшимися под руку знаниями. Пор Рал предпочёл попытаться расшифровать надписи, а не смотреть, как древний артефакт будет разрушен. Уехать без разрешения компании означало перечеркнуть всю работу.

Дри нажал на последний выключатель, прислушался к рёву репульсоров. Корабль поднялся в воздух. В дальнейшей судьбе Дри не сомневался. Слишком поздно говорить правду, признаваться Норли, насколько она ему дорога, и возвращаться к отцовскому бизнесу.

Корабль оторвался от земли, развернулся вокруг оси и полетел вдоль дороги. Норли погибла. Имперцы дорого заплатят за её жизнь.

***

Мо первым заметил корабль, выкрикнул приказ и взмахнул над головой световым мечом. Судно выстрелило из бластерных пушек, проделав симметричные канавки по обеим сторонам от дороги, и исчезло.

Имперский глиссер накренился, войдя в полосу пониженного давления, отклонился от курса и врезался в каменную стену ручной постройки. Мо успел спрыгнуть до столкновения, Сарисс вылетела с палубы, а Ян получил пару синяков. Если не считать рулевого, которого Мо обезглавил, потери были незначительны.

***

ДИС-истребители поджидали на высоте, где заканчивалась атмосфера планеты и начинался космос. Дри заложил поворот, перевёл силовые установки на полную мощность… и попал в хорошо расставленную ловушку.

Как и у всех кораблей такого размера, на «Возмездии» было много генераторов лучей захвата. Хотя обычно их использовали для техобслуживания и подвода кораблей на стоянку в док, с тем же успехом ими можно было обездвиживать другие суда, которым хватало глупости оказаться в зоне их действия. Единственная проблема заключалась в том, что эти лучи требовали повышенного расхода энергии и опытных операторов. И того, и другого на «Возмездии» хватало с избытком.

Когда корабль перестал двигаться вперёд, Дри выругался. Он пытался увеличить охлаждение перегревшихся силовых установок, жалея, что не остался дома в кругу семьи. Но датчики только гудели, а челнок приближался, и он был не в силах его остановить.