Страна Городов 1-4

— Благодарю покорно! — отвернулась Матильда. Портфель полетел обратно к королю.

— Матильда, ты, наверное, забыла, что твой отец тоже был колдуном и моим другом! — переходя на «ты», недовольно проворчал Карколам.

— Но моя мать воспитала меня как волшебницу. Я не могу вернуться в мир колдунов.

— Но хоть поклянись мне, что ты не выступишь против меня!

— Что ты затеял, Карколам, если тебе нужна моя клятва? — подняла брови Матильда.

— Ничего, ничего! — попытался замять разговор Карколам. — Взгляни-ка на моего слугу! Тоже король! Хочешь, подарю его тебе?

— Благодарю. Я не люблю королей, — резко отвернулась от него Матильда.

17. Новые планы

Угрюмый Карколам мчался в мерно покачивающейся карете. Король Триста Тридцать Третий затаился на козлах, как мышка. Вот кто поможет ему расправиться с ненавистным городом Королей, который превратился в город Мастеров!

— Стой! — вывел его из раздумий крик Карколама. Лошади замерли. Король спрыгнул с козел и угодливо открыл дверцу.

Карколам, кряхтя, выбрался наружу. Они остановились на зелёной полянке. Порхали над цветами бабочки, протяжно жужжали шмели и пчёлы. Тенистый дуб нёс прохладу ручейку, журчащему в траве.

Побродив по полянке и понюхав цветы, Карколам сказал:

— Под этим дубом я и позавтракаю.

Колдун щёлкнул пальцами, и над поляной закружился вихрь. Телевизор из кареты переместился на пенёк. На траве развернулся роскошный ковёр, а на ковре одно за другим появились на золотых тарелках различные яства. Они расточали аппетитный аромат. Король судорожно глотал слюну.

Карколам начал поглощать еду в невероятном количестве. Король только глазами заморгал. Вот Карколам щёлкнул пальцами, к нему из воздуха подплыл жареный барашек и в одну минуту был съеден. У короля заныло в животе.

Насытившись, Карколам порозовел и обмяк.

— Телевизор включи! — пнул слугу ногой Карколам. Король бросился к пеньку.

Пока Карколам увлёкся телевизором, король решил потихоньку подзакусить остатками хозяйского завтрака. Огромные куски не помещались во рту, а король был так голоден, что хватал куски побольше. И вдруг Карколам поманил его пальцем.

— Посмотри-ка, — захихикал он. — Не тебя ли показывают? А? Похож!

На экране народ прогонял из своей страны короля. Полицейские сдерживали толпу, которая угрожала бывшему правителю.

— Переселяется в город Королей, — со вздохом сказал Триста Тридцать Третий.

— Куда-куда? — застыл с куском пирога в руке Карколам.

— В город Королей… — угодливо повторил Триста Тридцать Третий.

— Разве есть такой?

— А то как же! Только теперь он почти превратился в город Мастеров.

— Это что же такое?! — Карколам поднялся и в гневе зашагал по полянке. — Почему мне никто об этом не доложил? Как посмели! — визжал Карколам и топал ногами. От его крика птицы в испуге взвились в воздухе. Трава там, где он топал, почернела. Тучи забегали в небе, точно живые. Даже солнце потускнело. — Я им покажу мастеров! — закричал Карколам и взмахнул рукой. И тотчас молния, вырвавшаяся из руки, ударила в ближайший дуб и переломила его пополам.

Упавший дуб успокоил колдуна. Король выбрался из-под засыпавших его листьев и выжидающе посмотрел на своего повелителя, пытаясь отгадать, какие мысли бродят в его голове. Кажется, план мести городу Королей начал осуществляться.

Карколам закрыл глаза и замер. Его чёрная фигура возвышалась почти до неба. Потом он открыл глаза и потёр лоб.

— Пожалуй, я займусь этим мерзким городом! — вдруг осветилось улыбкой его лицо. — Город Королей — это же прекрасно.

Король облегчённо вздохнул: гнев повелителя испарился. Карколам вдруг заметил его и поманил к себе пальцем.

— Ты тоже там жил?

От испуга король потерял голос и безуспешно пытался выдавить из себя хоть один звук. Карколам усмехнулся и щёлкнул пальцами. Голос тотчас вернулся к королю.

— Как все. Жил, — кивнул он.

— А ну-ка расскажи, как вы там жили.

Пришлось рассказывать о трудной жизни без слуг и подданных. Каждый раз, когда он горестно вздыхал, лицо Карколама светилось радостью.

— Вот это по мне, — сказал он, когда Король кончил, умолчав о своём изгнании. — Все короли будут служить мне как собачки, если я пообещаю вернуть им королевскую жизнь. А потом их страны станут моими… — выразительно посмотрел он на Короля. Взгляд его был столь всепроникающий, что у короля по спине побежали мурашки и волосы на голове зашевелились.

— В карету! В путь! — скомандовал Карколам. И вся еда тотчас растворилась в воздухе. Ковёр свернулся и исчез. Поляна опустела. Только сломленный дуб да выжженная трава напоминали о гневе Карколама.

Колдун плюхнулся на сиденье. Король, почтительно и осторожно закрыв дверцу, прыгнул на козлы. Карета тронулась в путь.

Птицы, взлетевшие над поляной, опустились на деревья. Небо постепенно прояснилось.

Король крепко держал вожжи в руках. В своей новой жизни он уже свыкся с ролью кучера и был рад.

— Поворачивай направо, дубина! — высунулся Карколам из кареты, когда король придержал лошадей на развилке, не зная, куда дальше держать путь. — Мы едем в город Королей!

В испуге Король что было силы хлестнул лошадей, и карета помчалась в облаке пыли.

18. Подмена

Они остановились на развилке, где сходились несколько дорог. Карколам велел королю съехать с дороги и загнать карету в чащу, чтобы её не было видно с дороги.

— Нас не должны узнать, — сказал Карколам, превращая карету в автомобиль, а короля в шофёра. При этом король, хотя он никогда в жизни не водил машину, почувствовал себя опытным водителем.

Осмотрев машину, Карколам пальцем дорисовал в воздухе десяток набитых чемоданов, которые, опустившись на машину, тяжело продавили ей крышу. Теперь, по его мнению, всё выглядело по-королевски.

— Жди меня здесь, — бросил сквозь зубы Карколам и вышел на дорогу.

Вдали надрывно урчала машина. Видно, она тоже была перегружена чемоданами и с трудом поднималась в гору. Вскоре машина появилась над пригорком.

Когда машина приблизилась, Король увидел и на её крыше чемоданы. На дверце красовалась золотая корона.

Карколам шагнул ей навстречу и властно поднял руку. В его чёрной фигуре было столько силы и могущества, что шофёр подъехавшей машины сам остановился.

— Что такое? Почему остановка? — закудахтал, высовываясь из дверцы, король: в нем Триста Тридцать Третий без труда узнал бывшего правителя, которого недавно видел на экране телевизора.

— Выходите! — приказал Карколам тоном, не допускающим возражений.

Когда король и его шофёр вышли, Карколам присмотрелся к ним. Под его взглядом король и шофёр съёжились. Потом колдун набрал полную грудь воздуха и дунул в их сторону. Ветер подхватил обоих и завертел, как осенние листики. С короля свалилась корона и покатилась по дороге.

Покружившись в воздухе, король и шофёр превратились в двух чёрных птиц. Только у короля остался белый хохолок на том месте, где когда-то была корона.

Птицы, тревожно закричав, полетали над своей машиной и исчезли.

Карколам поднял с земли чужую корону и примерил её. Как раз впору.

Он дунул ещё раз — теперь на машину. Она покатилась задним ходом в лес и застряла в кустарнике, скрытая ветками.

Карколам довольно усмехнулся и поманил пальцем своего шофёра.

Мотор их машины работал ровно. Карколам включил телевизор, пощёлкал программами и откинулся на сиденье.

Король стремительно рванул машину вперёд.

19. Приезд в город

Машина Карколама въехала в город. Король удивлённо поглядывал по сторонам: он не узнавал этого города.

Вдоль улиц выстроились одноэтажные домики, построенные переселившимися из гостиницы королями.

На домах пестрели вывески: "Мастерская по ремонту обуви", "Пошивочная мастерская", "Мастерская игрушек"… И перед каждой надписью красовалась приписка — «Королевская»: "Королевская пошивочная мастерская", "Королевская столярная мастерская"… Все двери украшали короны. Владельцы мастерских сидели у окон и в поте лица работали. Один король в короне действовал рубанком, другой старательно вколачивал гвозди. И даже — о, ужас! — улицы подметал король с метлой в руках.

Король-шофёр застонал, хотя он тоже сидел за рулем. Но ведь его к этому принудили силой!..

Машина подкатила к гостинице. Навстречу им вышел директор, тоже в королевской короне.

Карколам ухмыльнулся.

— Неси вещи, — приказал он своему шофёру.

— Одну минуточку, — остановил их директор. — А что вы умеете делать?

И он заставил шофёра поставить чемоданы обратно в машину.

— Что?! Да я тебя! — взревел Карколам. Но потом вспомнил, что он сейчас не колдун, а всего лишь изгнанный король, и взял себя в руки.

— Мой шофёр умеет водить машину. Этого достаточно?

— Этого достаточно для него: он может поселиться у нас! — И директор посторонился, разрешая королю-шофёру пройти.

— А я? — возмутился Карколам.

— Теперь в нашем городе новые законы: в нём может поселиться только тот, кто что-то умеет делать, приносить городу пользу. Однако если вы ничего не умеете, то можете пойти к кому-нибудь учеником. Это тоже разрешается. Я ведь раньше тоже ничего не умел, почти как вы. Зато теперь я директор гостиницы, — гордо добавил он.

— Хорошо, я пойду учиться. Мне всё равно к кому. А сейчас я устал и хочу отдохнуть. Вы довольны? Мы можем войти?

В номере Карколам заскрежетал зубами:

— Я мог бы превратить его в жабу, а должен терпеть. Работать учеником!.. Неслыханно!

А король-шофёр прижался к стенке, чтобы ненароком его самого не превратили в жабу. Карколам повернул ключ в двери и щёлкнул пальцами. Стол заполнили золотые блюда со снедью, кувшины причудливой формы с самыми изысканными напитками. Карколам схватил с блюда самый большой кусок мяса и поспешно сунул в рот. Не не успел он мясо прожевать, как в дверь постучали.

Карколам закашлялся, щелкнул пальцами, и стол опустел. Колдун открыл дверь, Перед ним стоял директор гостиницы.

— Если вы проголодались, можете спуститься вниз, в ресторан.

— Обойдёмся, — буркнул Карколам и захлопнул дверь.

Он вернулся в кресло и снова щёлкнул пальцами. Роскошное угощение тотчас вернулось на стол. Запах жареного барашка защекотал ноздри. Нежно зарумянился поросёнок.

Карколам крякнул от удовольствия и отхватил кусок барашка. Король даже закрыл глаза, чтобы не видеть всего этого священнодействия. Ведь он тоже был голоден, но о нём никто не думал. Карколам сам уплетал за обе щеки.

В дверь снова постучали.

Карколам бешено завращал глазами, затряс головой. Кушанья тотчас исчезли. Бормоча: "В жабу! В жабу!!" — он сделал несколько стремительных шагов и распахнул дверь.

Там снова стоял директор. При виде его Карколам несколько остыл. Он вспомнил о своём плане. Значит, следовало быть осторожным. Поэтому он заставил себя внимательно выслушать директора-короля.

— Я пришёл сказать вам, что вас записали учеником сапожника. Это очень почётное ремесло. Наш мастер — бывший король королевства Леонии. Он был очень несчастен, а теперь счастлив, как дитя. Завтра к девяти он вас ждёт.

Выслушав, Карколам закрыл дверь, прислонился к стенке и потёр виски. В таком напряжении ему ещё не приходилось ужинать. Есть расхотелось, и он рухнул в кровать. А бедный король-шофёр так и не успел поесть.

Вскоре Карколам захрапел. А король на голодный желудок спал плохо. Его одолевали сомнения. Что будет дальше с этим городом? Какая судьба уготована ему самому?

20. Королевская мастерская

С утра пораньше король-шофёр отправился чинить машины, а Карколам поспешил в сапожную мастерскую.

Кругом все шли на работу. Короли здоровались друг с другом, приподнимая короны. Пришлось раскланиваться и Карколаму, так как у него на голове тоже была корона. Открывались двери мастерских. Короли, засучив рукава, принимались за работу. Карколам шёл по улице, беззаботно насвистывая песенку, засунув руки в карманы. Вдруг он нащупал там сбившуюся в комок бумажку. Это оказалась старая квитанция на взятого напрокат трёхголового дракона. Дракона он давно вернул, а квитанцию выбросить забыл. Карколам скомкал бумажку и швырнул на землю.

Тотчас сзади послышались торопливые шаги. Карколам обернулся. К нему спешил король с метлой.

— Гражданин король! — кричал он. — Извольте вашу бумажку поднять.

Карколам побагровел. Потом покрылся пятнами. Но решил вернуться и поднять квитанцию.

— Если каждый станет кидать, сколько тогда нам понадобится дворников? — рассуждал король с метлой. — Это в скольких королевствах людей поснимать надо!

Карколам сунул бумажку в карман и, не унижаясь до разговоров, заспешил дальше. Вскоре он уже стучал в дверь сапожной мастерской.

— Заходи-заходи! — обрадовался ему король-сапожник. — Дел у меня, братец, невпроворот. Я давно просил наш совет дать мне ученика. Видишь, сколько работы накопилось?

И он показал на груду сапог и туфель в углу мастерской. Все они жалобно разинули оторванные подошвы, светили ужасными дырами. А один зелёный ботфорт, словно крокодил, ощетинился гвоздями.