Помоги проекту - поделись книгой:
Все Барретт-82, кроме одной я переложил в свой пикап – здесь, в Техасе у меня был тяжелый Форд-350. Отвезу шерифу, мне все равно больше одной винтовки все равно не понадобится. Туда же положил и пулемет со всеми патронами к нему – для защиты дома автоматического оружия достаточно вполне.
Потом в шесть ходок перетаскал в сейф все, что набрал по дороге – только сейчас, все это перетаскав, я понял – сколько всего собрано. Хоть оружейный магазин открывай, честное слово…
Перетаскав все, и озадачив Пита завтрашней глобальной чисткой использованного в дороге оружия (не почистив, убирать его было нельзя), я засел подбирать оружие для действий на границе и дальше…
С пистолетами у меня был полный порядок, ничего лучше Кольта 1911 в этом мире не придумали. Глок тоже хорош… но не так. А вот со штурмовыми винтовками…
В качестве основной штурмовой винтовки я взял АК. Автомат Калашникова – тоже лучшего пока не придумано, это тебе не М16, которую то и дело клинит. В Дельте, которая подбирала оружие по руке, многие помимо штатного имели и Калашников…
Калашниковых у меня было четыре, я взял два из них. Первый – основной, АК – SOPMOD под патрон 7,62*39, к которому у меня имелся прицел ACOG и глушитель. Дорабатывала фирма Марка Кребса и доработала хорошо. За основу брали не сам АК, а гражданскую версию – Вепрь. Ствольная коробка из оружейной стали толщиной полтора миллиметра – с легкосплавной М16 и не сравнить. Самое главное – на этот ствол можно было поставить любые предметы из армейского набора SOPMOD – фонари, оптические и ночные прицелы, дополнительные рукоятки. В общем – оружие если и не идеальное, то весьма близкое к этому…
Второй – обычный Вепрь, который я переделывал сам и то слегка. Ручной пулемет Калашникова, только на заводе был поставлен тяжелый ствол стандартной автоматной длины. А все остальное – как у ручного пулемета. Купив этот Вепрь, кстати весьма дешево, я переделал его под автоматический огонь и поставил через переходник прицел «Ред Дот». Длинные магазины на сорок пять патронов и короткие – на тридцать. Вот и все усовершенствования, собственно…
Калибр – русский, 5,45*39. Кстати, не удивляйтесь. Самый доступный патрон из промежуточных, в последнее время оружие под такой патрон начала производить даже Smith&Wesson. Патроны я купил для него оптом, буквально за копейки. Тоже – русские от Wolf, самые дешевые.
Но дешевые – не значит плохие. Мало кто знает, что этот патрон в гражданской версии даже мощнее стандартного .223 remington. Поэтому те, кто к нему привыкал – обратно на родные .223 уже не переходили.
Тем не менее – и без винтовки под стандартный патрон обойтись было нельзя. Может получиться всякое, если придется боеприпасы получать с армейских складов – ни 5,45 ни 7,62 там не будет. Поэтому третьей и последней винтовкой я взял трофейный Robarm XCR с набором сменных стволов разной длины. На ней тоже стоял четырехкратный ACOG, дополнительно я прикрутил из своих запасов переднюю рукоятку, совмещенную с сошками. Из этого набора на базе одной ствольной коробки можно было собрать как оружие огневой поддержки, так и короткий штурмовой автомат, причем под два разных калибра – 5,56 и 6,8. Пока я поставил короткий ствол под патрон 5,56.
Взял на всякий случай служебный полицейский Ремингтон-700 с кевларовой ложей. Может пригодиться и как снайперская винтовка и поохотиться. Лишним не будет.
Последнее – «оружие последнего шанса». Легкий титановый револьвер Smith&Wesson с двухдюймовым коротким стволом и барабаном на восемь патронов. Пистолет и штурмовую винтовку может заклинить – револьвер не заклинит никогда. Для такого калибра револьвер поразительно легкий – целый день носишь и не чувствуешь. А триста пятьдесят седьмой калибр – аргумент более чем убедительный. К нему у меня была кожаная поясная кобура – кобуры «на щиколотку» я никогда не любил…
Набрав магазинов и пачек с патронами, перетаскав все в пикап и пообещав скоро вернуться, я потащился обратно, в сторону города…
У офиса шерифа уже толпился народ, стояли несколько пикапов. Кто-то пил пиво из банок, кто-то балагурил. Мое появление встретили с энтузиазмом – как я понял, меня уже успели похоронить и оплакать. Как же, не дождетесь…
Без пятнадцати минут вышел шериф. Первым делом перетаскали наверх то, что я привез – четыре крупнокалиберные снайперские винтовки и пулемет. Имея такое вооружение плюс три Хаммера с пулеметами оборону можно держать долго и обороняться от очень серьезного противника. Правда, на таких винтовках кроме меня работать никто не умел – но это дело поправимое. В процессе можно научиться, тем более что стрелять на дистанции от километра вряд ли понадобится…
Задачу поставили просто – на двух машинах выдвинуться на границу, сменить там наших, усилить национальных гвардейцев и попытаться перекрыть границу с Нью-Мексико. Границы оборудованной там отродясь не было, сам рельеф местности пустынный – ходи не хочу. В общем – вся надежда на патрулирование местности – при желании может стадо слонов пройти, а мы можем только на удачу заметить.
Моя машина шла третьей – шериф всем объяснил, что меня он в любой момент может отозвать обратно, поэтому я иду исключительно в качестве усиления. Народ воспринял без энтузиазма – в основном в патруле шли обычные гражданские, вынужденные взять в руки оружие. К серьезным боевым действиям они, конечно же, были не готовы. Тогда еще встречались даже пацифисты – это через год такой жизни их не стало совсем – а тогда были.
В машину ко мне напросился Мик Фишерман – младший у старого Тома Фишермана, моего соседа. Пацану исполнилось всего девятнадцать, в армии он не был ни дня – но рвался в бой. Не хлебнул, короче, как следует. А может, старый Том решил снова, через своего сына, завести разговор о продаже земли – несмотря на то, что все предыдущие разговоры на эту тему закончились ничем. Я тоже был не против общества – и поговорить можно и вообще в дороге веселее.
Из оружия у младшего Фишермана была короткая «скаутская» М1 Спрингфильд в базовой версии. Оружие для девятнадцатилетнего пацана совсем неподходящее – ну да ладно. Ничего особо плохого от поездки на границу я не ожидал…
– Сэр, а…
– Помалкивай! – пристрожил я молодого Фишермана, как только караван тронулся – и по сторонам смотри! Не прозевай засаду!
– Есть, сэр! – как в армии крикнул он. Действительно, не хлебнул еще…
– Шутка юмора… – рассмеялся я – на самом деле обычно на первую машину нападают. Да и не различишь ты ничего в темноте-то. Лучше мне скажи – твои родственники с земли обетованной прибыли?
– Нет… – улыбка моментально пропала с лица Фишермана – то есть, нет, сэр… Папа места себе не находит.
Двое старших сыновей многодетной семьи Фишерманов жили на Земле Обетованной…
– Хреново… – сочувственно протянул я – и что, даже непонятно, что там происходит?
– Папа на пятый день связывался, как это началось. Тогда они все еще держались. А больше связаться не получилось…
– Не думай о плохом. В Израиле оружие на каждом шагу, воевать они умеют. Отобьются…
– Хотелось бы…
Катастрофа, день восемнадцатый
Окрестности Герефорда, штат Техас Временный лагерь пограничных сил
20 июня 2010 года
Временный лагерь представлял собой кусок прерии, по четырем сторонам которого змеились витки колючей проволоки. В лагере были поставлены палатки, стояла пара Хаммеров и гораздо больше – гражданских машин. Освещалось это все прожектором, работавшим от дизеля.
Пока тащились до Герефорда – зверски устал. Хорошо, что ехали по голой прерии – знай себе жми на газ, ориентируясь по габариткам впереди идущей машины. Иначе не миновать бы аварии. А поскольку, боевых действий в окрестностях не наблюдалось, а я был всего лишь «временно приданным для усиления» – то решил, что имею право немного поспать до рассвета. Поэтому, загнав джип на импровизированную стоянку, откинув кресло и положив себе под руку пистолет, я моментально заснул…
Проснулся от настойчивого стука, сначала вообще подумал, что это – продолжение сна. Потом вскочил, ошалело глядя по сторонам. У машины стояли несколько человек и один настойчиво колотил мне в стекло. Лицо я не видел – в спину слепил прожектор, делая людей похожими на черные безликие силуэты. Но чем-то он мне показался знакомым. Нащупав пистолет, я потянул на себя ручку, открыл дверь, начал выползать из машины – и тут попал в железные объятья моего старого дружка по службе…
– Алекс… Ты какого хрена представляться не заходишь? Я случайно узнал, что ты здесь…
– Что, обязательно ночью представляться? Поспать невозможно…
Микки Коэн, насколько я помню – был капитаном, сейчас не знаю. Начинал с нами в Дельте, но потом его сманили военно-воздушные силы. Последнее, что я о нем знал – то, что он служил в так называемой «двадцать третьей группе особого назначения ВВС США», база которых располагалась в МакДилле, Флорида…
Двадцать третья группа или «парашютисты-спасатели» – по качеству подготовки и возможностям не уступала Дельте … почти. Ее основной целью был поиск и эвакуация летчиков, сбитых за линией фронта. В свое время работали в бывшей Югославии, в Ираке (в Кувейте у них одно время была постоянная база), в Сомали. В Сомали получилось так, что их не было в том день, когда наши пошли захватывать Айдида … вообще та операция была продумана скверно – и результатом явились девятнадцать погибших. Девятнадцать гробов.
– А я только услышал – так и думаю – то ли ты, то ли не ты… Ты здесь как оказался? Говорили, ты со службы ушел…
– Хочешь верь – хочешь нет – но я помощник шерифа в соседнем округе. Техас теперь – мой дом родной…
– О, как… Пойдем, надо это дело отметить…
Особым любителем «отмечаний» я не был – но это дело отметить и впрямь было не грех. Заодно узнаю, что тут делается…
Микки располагался в одной из палаток по центру. Несколько пластиковых стульев, планшет с картой окрестностей, выключенный ноутбук. Кофейный автомат, откуда-то явно стыренный. Несколько раций, в беспорядке валяющихся на столе. Лежащий на краю стола карабин М4 с подствольником – стандартное вооружение двадцать третьей команды. Народа в палатке кроме нас не было.
– А что народа нет? – поинтересовался я, занимая свободный стул
– Спят все. Одни мы по ночам шарахаемся… – заявил Микки, доставая откуда то плоский шкалик «Бифитера». Разлив зелье в два пластиковых стаканчика, один он протянул мне.
– Давай, за встречу что ли…
– Лучше бы кофе налил … – проворчал я, после чего слегка отхлебнул и поставил на стол. Джинн на голодный желудок может капитально вывести из строя.
– Будет и кофе… – Микки повернулся, ткнул в какие-то кнопки на аппарате – ты лучше мне скажи, зачем ты на границу пошел, а не в городе своем остался?
– Хочу понять, что по округе творится. Заодно кое-какие мысли есть…
– Мыслей у всех сейчас море. Только их бы еще в дела превратить…
– Ты лучше скажи – как ты сюда то попал? Ты ведь во Флориде служил?
– Служил… Ты в курсе, что в стране делается?
– Я сам из Арканзаса проехал через весь Нью-Мехико. Ни дня без того, чтобы во что-нибудь не вляпаться…
– Вот именно. У нас во Флориде – не лучше. Как это началось – Вашингтон вообще устранился, командование базы запрашивало Минобороны, там вообще – паника и ничего более. Только сказали, что по слухам, в первый же день во время заседания Совета национальной безопасности взрыв произошел. И все кто там присутствовал, в том числе и президент – от всех мокрое место осталось. Это нам на второй день сообщили, когда стало понятно, что творится – и в тот же вечер всю связь отрубили…
Нормально… Кое что ясно – сработала «теория декапитации». В восьмидесятые годы наши военные теоретики придумали такую теорию, что войну можно закончить в первые же дни, физически уничтожив высшее командование противника. Вот под это дело и усиливались спецназы, создавались портативные ядерные заряды. Теперь – все это сработало против нас.
– Ты уверен – насчет Вашингтона?
– Да кто же сейчас в чем-нибудь уверен? Говорю же тебе – самые настоящие слухи, хотя многое объясняющие. Это я неофициально вообще узнал, у меня хорошая знакомая на связи сидела. А так – решили панику не нагнетать и информацию ограничить только старшими офицерами …
– И что теперь там у вас, в МакДилле?
– Меня несколько дней назад сюда послали – налаживать контакты. Ваш командующий, генерал Бриггс кое с кем из наших служил, удалось с грехом пополам наладить связь. Ты меня, вообще здесь случайно застал – я с Форт Худа приехал.
– И что планируется?
– Да разное… – Микки допил свой джин до конца – на базе удалось кое-как закрепиться, но все равно вечно на ней не просидишь. Сейчас верха решают вопрос – о порядке эвакуации в Техас. А я – площадку для временной базы подбираю…
– Здесь?
– А почему бы нет. Недалеко аэродром гражданский, почти не используемый. У вас вообще в Техасе взлеток – полно…
Это точно, для техасца, при наших расстояниях, самолет – что для нью-йоркца автомобиль. Тем более, небольшой подержанный самолет как раз и стоит как хороший автомобиль. Разговор прервала рация, замигавшая рубиновым огоньком вызова…
– Центральная, на приеме… – спокойно ответил Микки Выслушав сообщение, положил рацию, посмотрел на меня
– Километрах в десяти какие-то непонятки творятся. Народ в панике. С нами съездишь?
– Да не вопрос. Поехали… – заявил я, поднимаясь…
Район между Кловисом и Фрионой
20 июня 2010 года
Звуки боя услышали еще издали – длинные, заполошные очереди, раскатистое буханье помповиков. Гражданские, мать их так, только патроны зря переводят. Хотя других сейчас – взять негде.
Шли на трех машинах – впереди Хаммер с пулеметом М240 на крыше, затем мой Форд, куда я посадил Микки и еще одного нацгвардейца, фермера по имени Фрэнк за руль. Пусть лучше рулит, пострелять и мы постреляем, с тем антикварным помповым дробовиком Итака, который у него был, в серьезной переделке ловить нечего… Замыкал колонну еще один старый тяжелый пикап Шевроле с четырьмя нацгвардейцами тревожной группы.
Внезапно наш пикап словно напоролся в темноте на какое-то животное, смял его колесами. Раздался жуткий вой, от которого кровь застыла у меня в жилах – этот вой я уже слышал…
– Включи фары! Вон там переключатель!
Как и у любого уважающего себя техасца, на моем пикапе стоял хромированный кенгурятник, хромированные подножки и толстая дуга – распорка в кузове с четырьмя мощными фонарями на ней. Без этих прибамбасов пикап в Техасе не считался крутым…
– Лезем в кузов. Быстро!!!
Разгрузка у меня была набита длинными магазинами 5,45 – всего восемь штук. Плюс два, смотанных лентой – в самом Вепре. Должно хватить…
Ругаясь на себя последними словами за то, что не залезли в кузов заранее, я отодвинул в сторону окошко в заднем стекле Форда (
Какая-то тварь уже лезла в кузов, схватившись окровавленными руками за борт пикапа. Вылезти и схватить автомат я не успевал, поэтому просунул руку, с трудом вытащил из кобуры револьвер, три раза шарахнул самовзводом, почти не целясь. Видимо попал – руки разжались и тварь, волочившаяся за машиной, упала под колеса Шевроле…
Наконец то мне удалось вылезти – даже не вылезти, а вывалиться в кузов. Первым делом бросил револьвер, дотянулся до автомата. Машина шла по неровной местности и на скорости – мотало так, что просто встать было невозможно, выбросит на дорогу, одержимые разорвут в момент. Уцепившись за дугу за кабиной, я подтянулся, глянул на освещенную мертвенно-белым светом прожекторов – и едва не упал. Такого я еще не видел никогда.
Прерия буквально кишела одержимыми. Жуткое зрелище – самая настоящая стая хищников, вышедшая на охоту. Впереди уже работал пулемет, то один то другой одержимый падал, перерезанный пополам очередью – но со всех сторон лезли и лезли новые, не обращая внимания на стрельбу. Свет прожектора видимо привел их в ярость, они оставили патрульную группу и все свое внимание переключили на нас…
– Микки! – я наклонился к кабине – по рации скажи – пусть останавливаются! Делаем круг!
– Что? – проорал Мик, стреляя с заднего сидения через окно.
– Б…, скажи, пусть Хаммер остановится! Ставим машины в круг и работаем!!! Понял?!!
– Понял!!!
Выпрямившись, я прижал приклад локтем, дал длинную очередь веером, пытаясь удержать одержимых на расстоянии. Твари, чтоб…
Хаммер остановился, следом за ним тормознул и Форд. Пулемет с Хаммера бил почти беспрерывно, от раскаленного ствола уже вовсю шел дым. Вот теперь – повеселимся…
Увидев, что машины с добычей остановились, одержимые с новыми силами пошли на нас со всех сторон. Самые разные – те, которые раньше были мужчинами, женщинами, даже детьми. Сейчас они все превратились в серые силуэты целей во тьме ночи…
Отстреляв остаток первого магазина, я судорожно дернул магазин, перевернул его, снова примкнул к автомату. Рванул на себя затвор…
– Вылезай в кузов! Я прикрываю!
Короткими очередями ударил по мечущимся в темноте силуэтам. Видно было хреново, и это еще мягко сказано. Прожекторы, с…а, светят вперед, а эти твари с бортов лезут. По вспышкам, да по теням ориентируешься… Один – два упали, остальные продолжали бежать к нам. Срезал еще одного…
Из кабины грохнуло ружье – раз, другой, третий. Каждый сноп картечи валил одержимого сразу, некоторые продолжали ползти, истекая кровью – но активно нападать уже не могли.
Снова сменил магазин, начал стрелять уже прицельно. Все-таки хороша винтовка – толстый ствол, вес килограммов пять не меньше – отдача почти не чувствуется, по три выстрела отсекаешь – и все в цель. Вот только одержимый – тварь куда более живучая, чем любое животное и на порядок превосходит по живучести человека. Даже подраненные, они продолжали ползти к остановившимся машинам, желая добраться, вцепиться, растерзать. Немного приноровившись, начал бить по ногам – с перебитыми ногами далеко не уйдешь. Высадил магазин, сменил, прицелился, нажал на спуск. Твари…
К рассвету отстрелялись. Одного человека потеряли – водитель третьей машины в колонне неосторожно высунулся – и одержимый бросился на него сзади. Прежде чем одержимого застрелили, он буквально оторвал голову своей жертве. Еще двоих потерял патруль, которому мы шли на помощь – когда мы подошли, боеприпасы у них уже кончались…
Я же выпустил пять обойм – больше двухсот патронов. Тварей набили… как только солнце взошло, осмотрели место боя, и пришли в ужас. Несколько сот тварей, настоящая стая… Откуда они здесь взялись? Сожрали все, что было в городах и пошли дальше?
Я опыт общения с одержимыми уже имел, и то, что сейчас произошло, серьезно напугало меня. Если раньше одержимые охотились либо поодиночке, либо мелкими группами – то сейчас они собрались в стаю несколько сотен особей. То нападение в Альбукерке не в счет – там мы въехали в кишащий тварями город и они тупо стянулись к единственной в этих местах живой добыче. Но так, чтобы одержимые сбились в большую стаю, вышли из города, стали мигрировать в поисках пищи – такое я видел впервые. Это – намного более опасно, такая стая вполне способна разорвать даже группу вооруженных людей, я не говорю об обычном фермере, возделывающем землю. Пусть у него дома даже пулемет стоять будет – против такой стаи не поможет… Микки сидел на капоте и курил, белый как мел…
– Ну, как? Весело жить в Техасе?
– б…, полный п…ц – от избытка эмоций Микки через слово ругался матом – это полный п…ц. Никогда такого б…ва не видел…
Поделиться книгой: