Отраженная угроза

Ангелина появилась только на следующее утро. Сенин, впрочем, и не рассчитывал на большее. Он уже понял, что к его расследованию здесь относятся как к капризу очередного чиновника из Сектора. И принцип тут действовал известный: хочешь сделать хорошо – делай сам.

Однако небольшой прогресс был налицо: Ангелина хотя бы принесла списки. Сенин мельком просмотрел их, но взгляд ни на чем не задержался.

– У меня просьба, – смущенно сказала Ангелина.

– Да, я слушаю.

– Вы ведь ребята храбрые, да?

– Допустим. – Сенина удивило такое начало.

– Надо слазить на радиомачту, поправить гидроизоляцию на блоках. А то как дождь, у меня сплошной треск и помехи.

– Хочешь, чтобы мы поправили эти блоки?

– Ну да. Мои балбесы говорят, что высоты боятся. Надоело их упрашивать.

– Упрашивать, – хмыкнул Сенин. – А власть тут зачем?

– Да что я, из-за каждой железки буду губернатору жаловаться? Ну, не хочешь, я сама могу, конечно, слазить…

– Да нет, сделаем, какие проблемы. Не пойму только, почему ты этим занимаешься.

– Мое хозяйство. Эти блоки – резервная связь с объектами.

– Ясно. Сделаем, не волнуйся.

– Ой, спасибо! – искренне обрадовалась она. – Я принесу инструменты.

Сам Сенин на мачту не полез, отправив Вельцера и Муциева. Те даже обрадовались – похоже, вынужденное безделье им уже приелось. Да и показать удаль перед молодыми поселенками не лишнее.

Сенин вместе с Ангелиной стоял у подножия мачты и наблюдал, как его бойцы возятся с блоками, когда рация донесла удивленный голос Вельцера:

– Командир, там какой-то человек.

– Где «там»?

– Далеко, на равнине.

– И что?

– Он странный какой-то… сейчас, одну минуту… – Похоже, у Вельцера был с собой бинокль. – Он ползает по кучам, что-то ищет.

– По каким еще кучам, говори яснее!

– Минуту… это, похоже, свалка. Озирается… Весь какой-то оборванный.

– Оставайся на связи.

Сенин повернулся к Ангелине, которая встревоженно прислушивалась к разговору.

– Там есть свалка?

– Есть, конечно.

– И что, по ней часто ползают бродяги?

– Какие бродяги?! Никто там не ползает.

Джип стоял рядом. Сенин раздумывал всего секунду.

– Едем?

– Конечно! – отозвалась Ангелина.

Машина проехала метров пятьсот, когда Вельцер снова вышел на связь.

– Командир, я его не вижу. Думаю, он вас заметил.

– Куда он мог деться?

– Никуда. Где-то там спрятался.

– Значит, будем искать. Свяжись с Кареловым, пусть берет Гордосевича и на любой свободной машине гонит за нами.

– И мы присоединимся.

– Лично ты оставайся на месте и наблюдай.

Свалка, похоже, являлась ровесницей поселения. Слежавшиеся кучи технических отходов возвышались, как твердые скалистые уступы. Впрочем, свежего хлама здесь тоже хватало, и воздух был нехороший, с тухлецой.

– Сюда вывозят промышленные отходы? – сразу спросил Сенин.

– Нет! – испуганно замотала головой Ангелина. – Уничтожаем, как положено.

– Ну, тогда пошли. – И он выпрыгнул из машины, эффектно – специально для своей спутницы – выхватив пистолет. Надо сказать, что и спутница извлекла свое оружие вполне сноровисто.

Под ногами что-то хрустело и скользило, и вообще идти следовало осторожно. Свалка была довольно обширной, обшарить ее в пять минут вряд ли удалось бы.

– Может, я своих ребят соберу? – предложила Ангелина.

– Не надо, хватит и моих, – отмахнулся Сенин. Конечно, прочесать зону по всем правилам было бы здорово, но пока она будет сгонять в кучу свою бестолковую команду.

– Вельцер, ты следишь за обстановкой? – спросил Сенин в рацию.

– Да, слежу. Вас вижу, его – нет.

Обходя большую груду обрывков упаковочных материалов, Сенин потерял Ангелину из вида.

«Ладно, не маленькая, – решил он. – Догадается, если что, крикнуть или выстрелить».

И вдруг он остановился. Он не сразу понял, на чем споткнулся взгляд – однако мозг дал команду «стоп».

Это был обрезок металлической трубы с тяжелым фланцем. В следующее мгновение Сенин понял, в чем дело. К краю фланца прилип пучок волос.

Сенин поднял трубу, внимательно осмотрел. Конечно, это мог быть случайный пучок или вообще не волосы, а какие-то технические волокна. И всё же очень похоже, что кому-то хорошо досталось этой трубой по голове. Даже очень похоже. Сенин тронул край фланца – липко. На вкус, однако, пробовать не стал.

Он огляделся. Рядом было большое кострище – паленое пятно размером метра в четыре. Здесь жгли какое-то тряпье, уцелевшие остатки лежали по краям.

Он сел на корточки, взял один клочок в руки и узнал остатки клетчатой рубашки столь популярного здесь фасона. На клочке темнели застывшие бурые пятна.

«Интересно, интересно, – пронеслась быстрая мысль. – Это тоже коровьи останки?»

Быстро оглядевшись, он сунул клочок в карман. В следующую секунду раздался голос Ангелины:

– Ган, ты где?

Он поднялся, помахал рукой.

– Нашла что-нибудь?

– Нет, вон твои мужики едут.

Действительно, вдали подпрыгивал на буграх красный пикап на больших болотных колесах.

– Эй! Пожалуйста, не выдавайте меня!

У Сенина екнуло сердце. Незнакомый слабый голос прозвучал прямо из-под ног.

– Кто здесь? – он невольно сделал шаг назад.

– Пожалуйста, тише!

Лист грязного пластика, на котором Сенин только что стоял, зашевелился. Показалась косматая голова и рука – вся израненная и расцарапанная. Лицо тоже покрывали запекшиеся ссадины.

Сенин быстро глянул на Ангелину, до нее было шагов тридцать, и она не смотрела в его сторону. Он сел на корточки.

– Слава богу, вы прибыли, слава богу, – запричитал незнакомец, и на глазах его заблестели самые настоящие слезы. – Только не выдавайте им меня.

– Тихо, тихо… – пробормотал Сенин. – В чем дело? Кто ты такой?

– Я Эрих Валенски, биотехник. Это я поднял тревогу, я вас вызвал…

– Ах, вот оно что! – воскликнул Сенин. – А ну, вылезай, тебя-то мне и нужно.

– Тише, умоляю вас! У нас сейчас нет времени. Я всё объясню и докажу. Я знаю порядок и хорошо подготовился. Вот вы – командир, я разбираюсь в знаках…

– Ган! – раздался голос Ангелины. – Ты где? Что ты там застрял!

– Всё в порядке! – он снова помахал рукой. – Просто ботинок поправляю.

– Давно вы здесь? – спросил биотехник.

– Нет, четвертый день. А что?

– Это хорошо, четыре дня не страшно, – затараторил Валенски. – Они ждут новых поселенцев, нужно любой ценой отменить высадку. Все погибнут, абсолютно все погибнут.

– Поселенцы уже здесь, – сообщил Сенин. – Все живы и здоровы.

– Они здесь? – ахнул Валенски. – Вы же ничего не знаете, абсолютно не знаете!

– Так говори же, наконец! – потерял терпение Сенин.

– Нет, вы сейчас не поймете, просто не поверите. И времени нет. – Он прислушался. Было слышно, как приближается пикап с командой. – Мы тайно встретимся сегодня вечером, как стемнеет. Буду ждать вас за периметром, рядом с вымпелом первой экспедиции. Там нас не увидят. У меня такие доказательства, что… – Пикап остановился, хлопнула дверь.

– Командир! – донесся голос Гордосевича.

– Прошу простить, – пробормотал Валенски и тут же исчез.

Сенин и не понял, когда тот успел юркнуть под пластик. Потом раздался шорох в куче картонных коробок, качнулись кусты неподалеку. Похоже, этот парень научился лазить по своим тайным ходам не хуже крысы.

Подошли его бойцы.

– Что тут? – спросил Карелов.

Сенин лишь пожал плечами, он не торопился отвечать. Проще всего сейчас сказать «фас», и парни всё тут перероют, выдернут несчастного биотехника буквально из-под земли. Так же просто было минутой раньше схватить того за шиворот и не отпускать. И вытряхнуть информацию – всё это делалось легко. Но с другой стороны, человек сам показался, доверился, назначил встречу, обещал какие-то доказательства. И очень убедительно просил не выдавать его. Вот тебе дилемма: поступать, как натасканный полицейский пес, и принести добычу, или принять условия игры, как подобает сыщику. Конечно, парень здорово смахивает на ненормального. А как же тогда окровавленные тряпки в кострище? А как же всё остальное? Да и где тут найти нормального информатора? Что ж, решил Сенин, устроить облаву никогда не поздно. А шансом на доверительный разговор нужно воспользоваться. И, кстати, ничто не мешает записать этот разговор на «Протокол» и приложить к делу.

– Пока никого не нашли, – сказал он. – Вельцер не мог ошибиться?

– Нет-нет, – проговорил Муциев. – Я тоже видел.

– Это был человек? Может, какое-то животное?

Муциев обиженно улыбнулся.

– Тут есть гиены, – сказала Ангелина. – Они иногда встают на задние лапы, совсем как люди.

– Всё-таки, кажется, это был человек, – неуверенно проговорил сбитый с толку Муциев.

– Хорошо, давайте искать, – пожал плечами Сенин, всем своим видом показывая, что на успех уже не надеется.

– Мы взяли детектор движения, – сообщил Карелов.

– Да, попробуйте.

«Только бы он не пошевелился, – думал в этот момент Сенин. – Только бы сидел тихо».

* * *