Каким все является

Отождествляясь с формами будд, некоторые могут дополнительно работать с глубоким дыханием и, наконец, применять очень эффективные, но сложные практики союза, в которых пространство и блаженство неразделимы. Для этих упражнений требуются определенные внешние условия, которые трудно обеспечить, особенно в сегодняшнем занятом мире. К примеру, для некоторых занятий необходимо медитационное уединение (ретрит) длительностью в месяц или даже год. Участники такого ретрита принимают монашеские обеты и медитируют на воображаемых партнеров. Будда проявлял и одиночные просветленные формы – для тех, кто еще не мог видеть сексуальность на чистом уровне. Но, давая наивысшие посвящения, он всегда преобразовывал свое тело именно в любовную пару. Будды в союзе выражают единство и полное осуществление.

Мантры перекидывают энергетический мост к призываемым буддам. Каждый слог в мантре передает специфические вибрации, связывающие нас с Просветлением. Произнесение мантры можно сравнить со звонком по телефону. Обычно мантра начинается с ОМ – это все равно что снять трубку. Теперь мы на связи с Буддами всех времен и направлений. Следующие слоги – это телефонный номер нужного нам Будды, и его линия никогда не бывает занята. Последний слог указывает требуемое направление энергии. ХУНГ приносит силу. ХРИ пробуждает сочувствие в общем смысле. ДИ дает мудрость. ПЭ отсекает препятствия. СОХА распространяет все, а ТАМ пробуждает особые женские аспекты сочувствия.

Сегодня большинство людей Запада знакомо с наиболее популярной из тибетских мантр, которая произносится как ОМ МАНИ ПЕМЕ ХУНГ. Она является призыванием Бодхисаттвы Любящие Глаза (на санскрите Авалокитешвара, по-тибетски Чернезиг) и активизирует сочувствие, или сострадание, которое нужно всем. Многие люди произносят эту мантру просто потому, что она приносит приятное чувство, но если знать ее значение, то польза возрастает. Вибрация слога ОМ удаляет гордость, МА преодолевает ревность, НИ устраняет привязанность, ПЕ растворяет неведение, МЕ побеждает жадность, а ХУНГ, заставляя вибрировать наш сердечный центр, преобразует гнев.

Третий класс методов, данный Буддой этим способным ученикам, – Путь глубокого ви дения. В отличие от уже описанных практик отождествления и искусных средств он не требует ни глубокой преданности, ни длительных ретритов, ни трудных физических упражнений и потому более полезен в современном мире. Здесь ум обнаруживает свой естественный покой, сосредотачиваясь на дыхании, на внешнем объекте – например статуе Будды – или пребывая в особом внутреннем состоянии осознавания. Таким образом происходит направленное сосредоточение, благодаря которому постепенно появляются вдохновение и интуиция. Так вода в стакане становится прозрачной, когда оседает муть. Так зеркало, с которого стирают пыль, блестит все ярче и отражает все отчетливее. Когда медитирующему становится ясно, что все взаимосвязано и все вещи являются частями единого целого, – он уже неотделим от самой медитации и ее объекта, он ощущает вкус совершенства. Как упоминалось ранее, на Пути средств пространство означает радость, а на Пути глубокого ви дения – мудрость. Но если у нас есть возможность практиковать Путь отождествления, то мы получим максимальный эффект. Здесь мы сливаемся с учителем как всеобъемлющим пространством и переживаем безграничное блаженство. Применение этих методов возможно благодаря врожденной просветленной природе всех существ и в итоге ведет к полному Просветлению, Махамудре, состоянию Великой печати. Работая на этом наивысшем уровне, Будда делился своим постижением так просто и непосредственно, что места для сомнений не оставалось, и почти каждый из тех, кто слышал эти поучения, запомнил их навсегда.

С помощью точных наставлений Будда позволял ученикам разделять с ним ту бесконечную свободу, в которой видящий, ви дение и его объект образуют полное единство. С тех пор и до наших дней это постижение меняет каждого, кто его испытывает. Когда это случается, умственные процессы протекают более гладко и непринужденно, распространяется вневременное счастье, и в любой ситуации мы чувствуем себя как дома. После этого собственная освобождающая сила ума продолжает действовать подспудно, постоянно превращая препятствия в возможности. Нужно лишь поддерживать взгляд, медитировать и открываться той радости, которая сбросит с ума последнюю завесу. С начала 1970-х годов мирские буддийские центры Алмазного пути линии преемственности Карма Кагью разрабатывают западный подход к наивысшим поучениям Будды. В этих центрах буддисты-миряне читают лекции, учатся и регулярно медитируют вместе, и двери здесь открыты для всех, кому это интересно.

МЕТОДЫ АЛМАЗНОГО ПУТИ

Сегодня на Западе буддизм развивается в условиях, похожих на те, что сложились в Тибете во время второй успешной волны его распространения 950 лет назад. Мы переводим тибетские тексты на наши языки, так же как тибетцы когда-то переводили индийские рукописи. Учение Будды часто сравнивают с кристаллом, который излучает и отражает цвета той поверхности, на которой лежит, не меняясь при этом сам.

Для меня источником великой радости служит тот факт, что западное образование с его критическим и свободолюбивым подходом оказалось первоклассным фундаментом для абсолютных поучений Алмазного пути. Это означает, что сегодня высшая мудрость Будды попадает в руки самых независимых и идеалистически настроенных людей в мире. Если ее внутреннее богатство мы сможем постигнуть с минимальным набором ограничений, оставив монашеское безбрачие и изощренные традиционные ритуалы тем, кто этого хочет, если нам удастся избежать тюрьмы тибетской политики, не создать официальных или неофициальных иерархий – многие получат возможность непосредственно включить Учение в свою жизнь. Поэтому учителя буддизма Алмазного пути несут ответственность за чистоту и актуальность его передачи. Все его представители должны понимать, что такое чистый взгляд, и явно воплощать его в жизни. Только будучи сознательным и надежным примером, можно быть уверенным, что передаешь вещи, содержащие подлинный смысл. Для буддиста такой подход означает торжество бесстрашия, непосредственной радости и активной любви. Нет лучшего способа отблагодарить Будду и большей помощи существам, чем радостно делать все, что можешь.

С годами немалое число моих учеников становятся профессорами тибетского языка и буддологии в различных университетах. Такое теоретическое знание, однако, лучше всего использовать в паре с медитацией. Тогда оно включает все наше существо и приносит зрелость. В противоположность чисто интеллектуальному пониманию, которое иногда порождает гордость и редко затрагивает нас целиком, медитация дает возможность лучше жить, лучше умирать и лучше перерождаться. Наивысшей практикой является радостное, освобождающее действие – воплощение в жизнь Великой печати.

Широко известная сегодня практика пховы – один из главных способов обретения такой глубокой зрелости. Принесенная в Тибет примерно 1250 лет назад в составе Пути средств, эта исключительно полезная медитация учит нас владеть умом в процессе умирания. И это очень убедительный пример прямой и быстрой помощи, которую можно получить от буддизма Алмазного пути.

В течение интенсивного пятидневного медитационного курса в спокойном окружении, где практике никто не мешает, мои ученики упражняются в предварительных стадиях умирания и благодаря этому избавляются от страха смерти. Если человек получил внешний знак успеха этой практики и затем повторяет ее несколько раз в год, то, когда придет время умереть, он достигнет освобождающего умственного поля красного Будды Безграничного Света. В 1987 году мои учителя попросили меня пере давать эту медитацию ученикам даже в тех случаях, когда те не смогут пройти все необходимые этапы, предваряющие такого рода тренировку. Поскольку традиционно приготовление к ней занимает годы, а человек может умереть в любое мгновение, этот совет стал великим подарком для всех. С тех пор я провожу двенадцать или тринадцать курсов этой медитации в год, в них уже приняли участие более 80 000 человек со всего мира, в основном из Центральной Европы и России. Тибетцы поражаются интенсивности нашей практики и ясности получаемых знаков. Многие из тех, кто считал, что извлечь пользу из Алмазного пути можно, только живя в трудных условиях или отдаленных странах, были рады изменить свое мнение.

Уходя из этого мира, Будда был весьма удовлетворен своей работой. Он дал все, что было нужно людям для Просветления. Его последний совет был о том, чтобы они не просто верили его словам, но проверяли их и доверяли своему критическому рассудку. Это делает Учение Будды драгоценным и недогматичным подарком для независимо мыслящих людей.

ЦЕЛИ ПУТЕЙ БУДДЫ – ОСВОБОЖДЕНИЕ И ПРОСВЕТЛЕНИЕ

Цель Малого пути – Освобождение

Освобождение есть результат устранения иллюзии любого существующего и настоящего «я». Это признание того, что в теле нет ничего реального, только стремительное кругообразное движение бесчисленных частиц. То же самое относится к мыслям, чувствам и состояниям нашего сознания. Хотя переживания могут ощущаться как реальные во время их появления, они на самом деле представляют собой лишь непрерывно меняющиеся потоки впечатлений, удерживаемые вместе иллюзией того, что они каким-то образом устойчивы и отделены от всего остального. Если же «я» не существует, то кому можно причинить вред? Зная, что в действительности нет никакого реального «я», мы навсегда перестаем быть мишенью – ведь больше не на кого нападать. Когда в жизни случается боль или другие неприятности, вместо привычной мысли «я страдаю» присутствует общее наблюдение «есть страдание». Появившись однажды, такое глубокое ви дение непостоянства будет усиливаться и все больше определять наши взгляды на жизнь, пока не станет непрерывным опытом.

Здесь становится понятным термин «малая нирвана», который иногда переводят как «сдувание». В школах буддизма Хинаяны, на Цейлоне или в Индокитае (за исключением Вьетнама), человек признает, что можно стереть, очистить многие объекты сознания, в том числе идею отдельного «я». Этот процесс противоположен состоянию сансары, в котором существа полностью захвачены появлениями и исчезновениями этого обусловленного мира. Поэтому южные школы буддизма обычно удовлетворяются интуитивным знанием, что эго не существует. Это знание ведет к желанному состоянию Освобождения – концу личных страданий человека – за счет искоренения всех мешающих эмоций. Тот, кто его достиг, больше не возвращается в обусловленные миры.

Великая нирвана северного буддизма, который обнаруживается в окрестностях Гималаев, в Северной и Центральной Азии, а также в мире китайской культуры, стремится к постижению того, что внешний мир – это тоже иллюзия, созданная уплотняющимися коллективными кармами существ.

Устранить эту вторую завесу – означает достичь полного Просветления, при котором проявляются все безграничные силы и способности ума. С этой широкой и отважной мотивации начинается великий поход к Просветлению для блага всех – путь Бодхисаттвы. В высшем, всеобъемлющем понимании Алмазного пути все является умом.

В сансаре, колесе существования, существа видят картинки. Малая нирвана показывает им зеркало. Алмазный путь показывает, что картинки и зеркало взаимозависимы.

Просветление – цель Великого и Алмазного пути

Как уже отмечалось, стремясь приносить пользу другим, мы не должны считать Освобождение своей единственной целью и останавливаться на нем. Следует радостно принимать его знаки как подарок на своем пути к полному функционированию ума. Нужно с самого начала нацеливаться на полное Просветление ради блага всех. Тогда мы заметим, что все существа стремятся к счастью, но часто достигают весьма печальных результатов. Нечто абсолютно злое неизбежно разрушило бы себя, поэтому никакой мега-турбодьявол явно не может быть причиной такого досадного исхода. Следовательно, причиной должны быть мешающие эмоции и ложные концепции, и именно они становятся материалом, с которым можно работать. Уверенность, что осознаванию, по сути являющемуся пространством, никак нельзя причинить вред, составляет основу для полного развертывания возможностей ума. Тогда без всяких усилий проявляются бесстрашная интуиция, самовозникающая радость и мощная, деятельная любовь. Они относятся к вневременной сути ума и автоматически выходят на поверхность по мере удаления завесы двойственных идей. Осуществляя такое понимание, мы достигаем состояния спонтанного всеведения – окончательного Просветления, Великой нирваны. На этом уровне все происходящее воспринимается как богатство и наслаждение. Если не происходит ничего, ум узнает в этом свой потенциал. Любые события – не важно, трудные или приятные, – это его свободная игра. А тот факт, что возможно и то и другое – и воспринимающий, и объекты восприятия, – выражает безграничность ума.

Пройдут годы усилий и стараний, прежде чем опыт сияющего пространства ума станет постоянным или хотя бы будет часто переживаться. То, что смотрит нашими глазами и слушает нашими ушами, оказывается на редкость неуловимым клиентом! Но нет другого пути к свершению и нескончаемому счастью, на уровне которого все внешнее и внутреннее возникает, играет в пространстве ума, узнается его осознаванием и снова растворяется в его безграничности.

Буддийские учителя целенаправленно спрашивают своих учеников, являются ли внутренние переживания и внешние миры тождественными уму или отличными от него. Самый лучший ответ: и то и другое. Хотя они воспринимаются как нечто иное, все вещи появляются, развертываются именно в уме, осознаются им и в нем же исчезают. Это подобно океану и волнам. Являются ли волны океаном или чем-нибудь другим? Тот, кто это понимает, не станет ограничивать свои ощущения концепциями, но просто позволит вневременной мудрости тела, речи и ума сохранять перевес. Тогда возникающие впечатления не будут нас больше тревожить, а их отсутствие не ввергнет нас в сонливость или запутанность. Осознавание «здесь и сейчас» очищает зеркало ума, пробуждает силу его сияния и богатство возможностей.

Как уже отмечалось, удаление умственных завес неизбежно ведет к храбрости, радости и деятельной доброте, к раскрытию вневременной сути ума. Понимание того, что мы являемся не телом, подверженным распаду, не переменчивыми эмоциями, а неразрушимы осознаванием, которое, подобно открытому и всеобъемлющему пространству, успешно искореняет любые страхи. Что может повредить пространству? Что может заставить его страдать?

Без страхов огромное богатство явлений становится игрой возможностей ума. Проявляется ли в уме смерть или рождение, приход или уход – все показывает его изобилие и потенциал. Наконец, опыт безграничности ума развивает в нас искусство любить. Обретая зрелую интуитивную мудрость, мы действуем для блага других, вне зависимости от мимолетных веяний времени.

На этом уровне главная идея ясна: не лишайте свою жизнь свободы из-за чувства вины. Сущность ума нельзя ни улучшить, ни повредить, и какие бы мысли и чувства ни появлялись, они демонстрируют многогранную силу его выражения. Важно то, где возникают эти впечатления и кто их воспринимает. Значение имеет океан под волнами, зеркало за картинками, то сознание, которое остается по сути чистым, что бы оно ни отражало и ни порождало. Материалистические мысли не означают, что медитация бесполезна. В них можно видеть практичность. Нигилистические мысли – не признак того, что в нас воплотился Ницше. Можно просто заметить, что они возможны. Экзистенциальные переживания ничего не доказывают, а идеалистическими состояниями можно наслаждаться без привязанности. Даже идеи о плохих и хороших богах, приходивших и уходивших на протяжении истории, указывают лишь на то, что люди любят проецировать вовне свои противоречивые умственные состояния, облекая их в такие возвышенные формы. Все, что появляется в уме, только подтверждает его богатство, потенциал и силу. Высшая мудрость всегда является высшей радостью и действенностью, так что пусть вас приятно удивит, когда эти состояния начнут раскрываться. Только за пределами надежды и страха может рождаться и непринужденно играть просветленное осознавание.

Обусловленные и абсолютные поучения Будды

В монастырях и библиотеках, где хранится тибетский Кангьюр – 84 000 поучений, по содержанию подразделенных на четыре группы по 21 000. Их цель одна – благо существ. Первая группа называется Виная. Эти советы вместе с внешними обетами личного освобождения Будда давал разным группам людей по различным поводам, в качестве рекомендаций разумного поведения и образа жизни, при котором можно было бы избегать привязанности. В целом имеется 350 правил для монахинь, 254 для монахов и 37 для послушников. Мирянин может принять до восьми таких обетов, а три-пять из них и сегодня звучат разумно для большинства людей.

Если мы следуем этим советам, значимым лично для нас, мы защищены от многих страданий, причиной которых обычно являемся сами. Всем полезно соблюдать некоторые общие правила поведения. В их числе: отказаться от намеренного убийства, воровства, лжи, причинения вреда или потери репутации из-за глупого употребления веществ, одурманивающих сознание. Не следует также причинять другим боль неправильными действиями в области секса и играть чужими чувствами. Такие правила помогут людям реже попадаться в ловушки обусловленного мира и не получать впоследствии соответствующих кармических результатов. Вторая группа поучений, называемая Сутра, в основном состоит из наставлений по медитации. Они давались для того, чтобы ликвидировать гнев, или неприязнь, и развить сочувствие. Эти наставления особенно полезны для мирян, которым приходится защищать своих близких, свой бизнес или общество, стараясь по минимуму испытывать мешающие чувства. Для этой цели в учении Сутры приводятся предложения относительно и медитации, и жизни. Абхидхарма, третья категория поучений, предназначена для тех необычайно удачливых людей, кто обладает способностью абстрактного мышления и образованием, позволяющим иметь философское мировоззрение. В ней Будда показывает, как можно мыслить логически, но не указывает, что именно нужно думать. Таким образом он дает нам возможность вырвать корень запутанности и неясного мышления.

Методы, позволяющие усвоить три этих типа поучений, подобны тем, что применяются в обычной школе. То, что в итоге должно быть воспринято, только постепенно просачивается из головы в сердце, шаг за шагом превращаясь из концепции в опыт. Мы строим дом снизу вверх. Обычно тибетцы все эти три части вместе называют общим словом «Сутра» (по-тибетски до). Оно означает «путеводная нить».

Тантра (по-тибетски гью) – четвертая категория поучений в этом классическом собрании. Термин переводится как «переплетение», или «поток». Он относится к целостному опыту, который становится неотделимой частью нас самих. Задача тантры – быстро возвести дом Просветления при помощи подъемного крана наивысшего ви дения. Другими словами, здесь человек ведет себя как Будда, пока не становится Буддой.

Буддийские поучения на тантрическом уровне всегда относятся к телу, речи и уму, преобразуя идеи и представления, работая с дыхательными техниками, сексуальностью и звуковыми вибрациями. Когда мы говорим об этих методах, следует употреблять их полное название – «буддийская тантра». Причина в том, что индуисты пользуются тем же термином «тантра» для обозначения совершенно иных методов с другими целями. Непрактикующему человеку на первый взгляд может показаться, что многие изображения и слова тех и других высоких поучений похожи. На самом деле и пути, и цели у этих двух традиций различны, хотя они пользуются теми же символами, такими как жесты рук или атлетичные фигуры в сексуальном союзе. Окончательная цель в индуизме – сила воли (на санскрите шакти). Буддисты же стремятся обнаружить свою абсолютную мудрость (на санскрите джняна, по-тибетски йеше). Кроме того, в индуистских медитациях внутренний энергетический канал пролегает в позвоночнике, а буддийские тантры работают с магнитной осью, проходящей через середину тела и соединяющей макушку головы с «точкой G», или простатой. Если смешивать эти тайные поучения, то, как говорят тибетцы, голова станет как арбуз, полный семечек – бессвязных идей, а сердце будет маленьким и твердым, как лесной орех. В линии преемственности Кагью тантра является энергетической практикой Алмазного пути. Она целиком затрагивает наше существо. Ее можно сравнить с быстрой ездой на мотоцикле по извилистой дороге, переживанием свободного падения во время прыжка с парашютом или погружением в глубины вдохновения и любви. Она преобразует людей и пробуждает их силы и способности. Использование ее самых эффективных методов, таких как практика умирания в сознании (пхова), уже открыло чистые страны, из которых невозможно падение вниз, бессчетному числу людей на протяжении тысячелетий и многих привело к Просветлению за одну жизнь.

Прекрасные ламы старой школы Ньингма спорят о том, принадлежат ли их наивысшие поучения о взгляде, называемые по-тибетски Дзогчен, а на санскрите Маха-ати, что означает «Великое совершенство», к изначальной структуре буддийской тантры или представляют собой отдельную систему. Похоже, что оба взгляда имеют под собой основания. Однако в Алмазном пути Карма Кагью Великая печать – Махамудра – указывает на основу, придает направление пути и сама по себе является целью любой абсолютной практики.

Рай и ад происходят в нашем собственном уме. Верное понимание и применение Алмазного пути делает существ великими. Он оставляет бедный взгляд с позиции «либо – либо» на обусловленном уровне, к которому тот и относится. Вместо этого развивается великий взгляд, включающий «и то и другое», практичный и еще больше раскрывающий подлинное богатство ума. Здесь аспект безграничности пространства становится источником свободы во всех отношениях, и сам путь к этому опыту захватывает. Мы искусно ловим крота обычного сознания, вставляем ему в глаза контактные линзы, наклеиваем на хвост перья, привязываем крылья к лапам и – запускаем его в небо, как орла. Все внутри и снаружи, вне любых ограничений, тогда становится свежим и новым.

ВСТУПЛЕНИЕ НА БУДДИЙСКИЙ ПУТЬ

ПРИМЕНЕНИЕ УЧЕНИЯ В ЖИЗНИ ЗНАЧЕНИЕ УЧИТЕЛЯ

Даже в наше время Интернета, коллективной работы и ускоренных обучающих программ ничто не сможет заменить нам личной связи учителя и ученика, если мы хотим быстро развиваться и меняться. Эти отношения особенно важны, поскольку в них целостным образом передаются прозрения и опыт. Когда освобожденный учитель делится миром своего опыта, он может напрямую обогащать вдохновленного ученика на сознательном и подсознательном уровне.

Хотя все поучения Будды сохранены в Кангьюре, его самые прямые передачи приходят в сегодняшний мир в крови и плоти великих людей, которые практикуют и осуществляют этот живой опыт, передавая его со времен Будды до наших дней. То, чем Будда поделился тогда с самыми способными из своих учеников, затем, примерно в 750 году н.э., принес из Индии в Тибет полностью просветленный Гуру Ринпоче (на санскрите Падмасамбхава). Через пятьдесят лет его поучения, за исключением укрытых сокровищ – так называемых терм, были уничтожены царем, исповедовавшим шаманизм. Однако около 1050 года великий герой Марпа, лама-мирянин, снова принес в Тибет все методы Алмазного пути. Они оставались там под защитой, в полной неприкосновенности, пока в 1959 году в страну не вторглись китайцы.

Четыре линии преемственности тибетского буддизма поразному относятся к старым и новым передачам. Представители Ньингмы используют то, что сохранилось из поучений Гуру Ринпоче, в Гелугпе основываются на текстах, которые можно найти в Индии до сих пор, а школы Сакья и Кагью применяют все эти методы, хотя первая подходит к ним более строго и интеллектуально. Неизмеримо богатое учение, указывающее непосредственно на ум, передается по непрерывной линии от учителя к ученику. Даже в названии традиции Кагью отражен этот способ передачи: «ка» означает «устная», а «гью» – «линия преемственности». В 1959 году сотни лам, хранивших абсолютные поучения об уме, бежали из Тибета через Гималаи. Те, кому удалось выжить, учили других людей, и сегодня методы Алмазного пути практикуют группы идеалистов по всему Востоку и Западу. В тибетских буддийских традициях учитель – самый существенный фактор в развитии ученика, поскольку он пробуждает нашу мотивацию и предоставляет как инструменты для достижения Просветления, так и очевидное подтверждение того, что это вообще возможно. С этой целью учитель показывает нам наш ум, находясь за пределами личностного. Как часто говорил Калу Ринпоче, который первым из высоких лам Кагью приехал на Запад, «когда вы уже всему научились от своего ламы, его ум и ваш ум – одно целое».

Многие жизнеописания знаменитых йогинов Индии и Тибета подтверждают полезность такой связи. Мы с Ханной нередко слышали от нашего первого Ламы Лопена Цечу Ринпоче, с которым мы встретились в 1968 году, что у Будды тоже были учителя. Все Просветленные нашей школы – Наропа, Майтрипа, Марпа, Миларепа, Речунгпа, Гампопа и все семнадцать Кармап, вплоть до нашего современника Тринле Тхае Дордже, а также четырнадцать Шамарп – с благодарностью утверждают, что достигли зрелости и осуществления за счет благословения, полученного от своих учителей.

Тибетцы говорят: «Невозможно увидеть вершину высокой горы, глядя с более низкой». Столь же трудно полностью оценить достижение учителя. Поэтому благоразумно считать его уровень настолько высоким, насколько позволяет наш трезвый оптимизм, и при этом убедиться, что лама способен проявлять настоящую силу и сохранять стиль. Почему это так важно? Потому что учитель – это зеркало для нашего ума. Высшая радость является высшей истиной, а до достижения Освобождения мы видим не мир, а скорее проекции своих собственных состояний ума. Поэтому все, чья благоприятная карма позволяет видеть хорошего учителя на высоком уровне, просто подтверждают свое собственное внутреннее богатство.

Вот еще одно мудрое высказывание Калу Ринпоче на эту тему, предполагающее, конечно, что лама должен обладать прочным знанием Учения Будды и подавать разумный пример: «Если видишь учителя как Будду, получишь благословение Будды. Если видишь его как Бодхисаттву, получишь благословение Бодхисаттвы. Если же видишь его как обычного человека – наверное, получишь головную боль».

Без преданности не было бы Алмазного пути. Не появился бы ни один из многих просветленных – ни на Востоке со времен Будды, ни на Западе с начала 1970-х. Нет более быстрого пути к Просветлению, чем отождествление с видимым совершенством. Поэтому к способности отождествляться следует относиться как к величайшему, но в то же время очень опасному подарку, поскольку ученику требуется богатый жизненный опыт, чтобы удерживать этот высокий, но практичный взгляд на учителя вплоть до полной зрелости. В этом контексте для кого-то может быть облегчением узнать, что лама является ламой только тогда, когда представляет Будду и его Учение. А если учитель из чувства ответственности высказывается на такие современные темы, как политика, в области которой предсказания Будды неясны или отсутствуют, – он просто делится личными прозрениями, смелыми взглядами и жизненным опытом. У учителей, чью квалификацию подтверждает непрерывная линия преемственности – например Кагью, – имеются методы и качества, обеспечивающие их ученикам убедительные возможности для человеческого развития. Но все же ученикам следует быть внимательными и осторожными в отношении учителей, которых они выбирают. К сожалению, среди лам с самыми лучшими рекомендациями нередко встречаются интриганы и просто некомпетентные люди. Но мало у кого найдется достаточно благоразумия, чтобы публично выступить против человека, носящего благородный титул. Поразительные истории его предыдущих воплощений не дают гарантии совершенства, и, прежде чем брать на себя какие-либо обязательства, нужно тщательно проверить любого ламу.

На абсолютном уровне очень важными признаками постижения являются бесстрашие, спонтанная радость и активное сочувствие. Сегодня совсем немногие могут провести достаточно времени в непосредственной близости к учителю, чтобы проверить, насколько непоколебимы его достижения, и помочь здесь может только интуиция. Лично мне кажется, что полезно спросить себя: хотим ли мы через десять лет вызывать в целом такое же ощущение, как этот человек, и перенять важнейшие особенности его поведения – ведь именно это с нами и произойдет. Иногда стоит представить себе, что мы вместе с учителем крадем лошадей или гоняем на мотоциклах, и становится ясно, есть ли у нас базовое доверие для всего остального. Нам нужна как можно более прочная уверенность в этом, прежде чем мы впустим учителя в свой ум на абсолютном уровне ви дения мира.

Важно также познакомиться хотя бы с несколькими учениками нашего потенциального ламы и посмотреть, насколько они открытые, прямые и радостные, успешно ли они действуют в жизни – или пугаются и оправдываются. Кроме всего прочего, следует проверить, приятно ли нам их общество, вдохновляет ли оно, нравятся ли они нам как люди. Именно в этой чувствительной сфере базовой честности ученики разделяют с учителем великую ответственность за то, чтобы новички не подвергались рутинному «промыванию мозгов» ради привлечения их на путь, не соответствующий их способностям.

Здесь действуют те же принципы, что и вообще в жизни. Ничто так не убеждает, как подлинные человеческие свершения. Только учитель, обладающий вышеописанными качествами, способен верно передавать просветляющие поучения. Если лама уступает давлению, остерегается занимать ответственную позицию или произносит политически корректную бессмыслицу, чтобы быть популярным, модным и всеми любимым, его влияние рассеется как дым. Если буддийские учителя поступают прозрачно и просто делают то же, что и говорят, тогда качества их силовых полей легко распознать и осуществить. Новая метла по-новому метет, и следует надеяться, что взрослеющие сегодня тибетские монахи и преданные западные учителямиряне преуспеют в отделении средневековых культурных обычаев и буддийской политики от вневременной мудрости Дхармы. Открытость и доброта современных западных обществ должны помогать им сделать это лучше. Пусть на этом пути они испытывают меньше колебаний, чем многие их предшественники, от которых мы принимаем эстафету Учения.

При сегодняшнем обилии подчас беспорядочной информации и слухов об известных ламах важно найти и узнать учителя, обладающего цельностью и надежностью. Он не оставит учеников без защиты, не станет просто промывать им мозги сладкими речами – он будет сочувственно делиться вневременной мудростью Будды. Если, для того чтобы считаться современным, лама пытается примкнуть к популярному политическому крылу или выражать непереваренные и изменчивые понятия своего времени, он потеряет лицо и в конце концов запутается еще больше, чем его ученики. Когда ученик избавится от дорогих его сердцу, но ошибочных концепций о причинности (карме), станет практичным и пожелает работать с этим миром в том виде, в каком он существует, а не каким он, по мнению многих интеллектуалов, должен быть, – только опытный учитель сможет ввести такого ученика на уровень абсолютного ви дения. Для этого учителю нужна стабильность. Единственная задача ламы – развивать самостоятельность учеников, их сочувствие и силу. Он будет радостно отмечать их особые качества, с благодарностью за то, что нас могут объединять такие прекрасные вещи. Кроме того, духовный наставник позаботится о том, чтобы никто не терял времени впустую. Не думая, что он лучше своих учеников, не ожидая никакого особого отношения или роскоши, он окружит себя людьми, с которыми легко работается и у которых есть чему поучиться. Он не станет терпеть придворные группировки, чтобы те обслуживали или восхваляли его. Если следовать разумным законам свободных стран и не создавать лишнего шума вокруг своей персоны, то любая совместная с учениками деятельность послужит их внутреннему росту.

Пока ученики поддерживают связь с ламой, он несет ответственность за их развитие. Если учишь на высшем уровне прямого опыта и глубокого ви дения, нужно еще поддерживать силовое поле, чтобы защищать учеников на их исключительно быстром пути. Никакой другой подход не вдохновляет учеников так глубоко, как встреча с их вневременной природой в бесстрашном зеркале ума ламы. Когда обнаруживаешь, что твоя суть – это тоже пространство и радость, свершаешь все!

ПРОДВИЖЕНИЕ ПО ПУТИ В ОДИНОЧКУ

Человек, желающий совершенствоваться вдали от других буддистов, нуждается в большой зрелости и способности верно оценивать свое собственное развитие. Хотя многим хотелось бы продвигаться вперед с помощью книг, приятных духовных мыслей и, возможно, каких-то прозрений, достигнутых в прошлом за счет психоделического опыта, – это, со всей очевидностью, невозможно. В захватывающие 1960-е годы эксперименты с веществами, расширяющими сознание, открыли оптимистичный Запад для внутренних переживаний, но сделали это способами, фундаментально отличающимися от медитации. Даже самый идеалистический и интересный опыт, полученный с помощью химикатов, подобен теплу от сжигания денег вместо дров или угля. Наркотики рассеивают наше осознавание и сжимают все хорошие впечатления, которым иначе предстояло бы радовать нас целыми месяцами и годами, до нескольких часов исключительного блаженства. Следовательно, они крадут у ума все положительное, что было накоплено за много жизней и наконец достигло высшей точки, созрев в виде столь редкого и приятного рождения в гуманистическом обществе. Такое неразумное потребление позитивных впечатлений ума оставляет человека совершенно неподготовленным к следующему воплощению. Правильная медитация, наоборот, обостряет и собирает ум, взращивая в нем переживание изначального бесстрашия, блаженства и безграничной любви.

Даже самым независимым людям нетрудно продолжать работу Будды. Его Учение только освобождает и дает доступ к внутреннему потенциалу. В Будде не было ничего от деспотичного или подавляющего бога – он любил женщин и никогда не читал нравоучений. Его методы помогают на уровне причинности, мотивации и высшего ви дения, и потому мы можем выбирать те из поучений, которые нам лучше всего подходят. Узнавать суть ума намного труднее, чем изучать внешние вещи, особенно когда у нас нет друга, вместе с которым можно было бы ее искать. Повсюду таятся враги – часто это тени духовной гордости или зависти, – способные сбросить с рельсов одинокого практикующего. Если, невзирая на все эти соображения, вы решите продвигаться по пути в одиночку, важно не забывать один важный момент. Цель Учения Будды – переживание ума как вневременного, обнаженного осознавания. Эти методы охватывают три области, полезные для жизни: действия, мотивацию и взгляд. В области действий мы учимся избегать чувств, слов и поступков, которые вели бы к боли. Это устраняет причины будущих страданий и служит надежным фундаментом для приятных переживаний, особенно в будущих жизнях. Во второй области – мотивации – мы развиваем сочувствие и освобождающую мудрость, добиваясь идеального равновесия между ними. На этом уровне необходимо глубокое желание, чтобы все существа были счастливы, и пробужденная способность воспринимать тот такт, что мир, все явления в нем, мы сами и другие обусловлены, подвержены постоянным изменениям и не целостны. Это устраняет всякие иллюзии об устойчивом, отдельном, реальном эго и дает возможность не воспринимать ничего из происходящего личностно. В третьей и абсолютной области взгляда все является вдохновением. Мы здесь ведем себя как Будда, пока не становимся Буддой.

Сферы действий и мотивации последовательны и относительно неизменны. В зависимости от зрелости людей, первая из них полностью, а вторая частично постигается по книгам – в одиночку и без учителя. Хотя их цели различны – у первой это Освобождение, у второй полное Просветление, – все более углубленного наблюдения за жизнью и правильной информации может оказаться достаточно для выработки единого подхода путем размышления или медитации. Но в области взгляда это не сработает. Алмазный путь чувствителен и зависит от опыта, он требует, чтобы держатели традиций непосредственно передавали ученикам свое постижение. Без такого взаимообмена Алмазный путь исчез бы, был бы недоступен или неприменим. Эти методы просто не вступают в силу без контакта с ламой или с центрами, представляющими линию преемственности и ее силовое поле. Если человек увлекается интереснейшей психологией или символикой тантрических текстов, но не обладает преданностью, в итоге он окажется запутанным. Даже самая начитанная голова без тела – это еще не все, что нужно. Из-за таящегося где-то глубоко внутри ощущения, что они упускают главное, у этих людей развивается холодный, интеллектуальный тип гордости, который они редко замечают и прорабатывают. Легко становясь бесполезными в повседневной жизни, они лелеют собственное эго, усугубляют свое одиночество и не могут ни радоваться богатству ума, ни помогать другим.

Если человек хочет практиковать вдали от зеркал, которыми являются друзья и учитель, то его обязательно нужно предупредить об этих потенциальных ошибках – но это не повод думать, что буддизм полностью отказывает зрелым людям в возможности проходить в одиночку какие-то части пути. Если правильно со всем обращаться, можно и одному сделать довольно много. До сих пор у такого количества одаренных, самостоятельных идеалистов еще никогда не было столь целостного доступа к огромной массе буддийских поучений, какой у нас есть сегодня, в особенности благодаря книгам, Интернету и прочим новым средствам связи. Благодаря нашему абстрактному мышлению и высокому уровню образования такое знание может даже включать прямые поучения об уме, которые было очень сложно получить в Тибете, хотя три «красношапочные» школы передавали их везде, где могли. В подобных случаях все решает жизненный опыт, но потребность в ответственном учителе остается.

До недавнего времени самые доступные книги на духовные темы предлагали туманную мешанину из всякой экзотики и нью-эйдж. Только опытные учителя и хорошо подготовленные группы их учеников смогли успешно рассеять эту запутанность, защищая умственное здоровье и экономя драгоценное время. Но эти предостережения для одиноких практикующих – не единственное, на что стоит обратить внимание. Даже когда мы уже прочно вступили на верный путь к Просветлению, впереди на этой автостраде есть еще две развилки, где можно съехать в ошибочном направлении. Их нелегко заметить, если мы практикуем не в группе. Первая – это неразборчивый подход к «неточным» наукам. Он открывает соблазнительное, но опасное направление. Конечно, даже став буддистом, имеет смысл продолжать применять такие навыки, как нетрадиционная медицина или астрология, по крайней мере до тех пор, пока они могут быть встроены в буддийский контекст, не мешая нашей медитации и не путая взгляд. Но если в этом процессе мы забываем об окончательной цели – Просветлении для блага всех, – то самая драгоценная возможность теряется, а впоследствии у нас может уйти еще много жизней на то, чтобы снова ее обрести.

Второе скользкое место – устремленность и привязанность к столь желанным переживаниям от практики. Если мы цепляемся за них или ждем их возвращения, это может серьезно заблокировать наш рост и вдобавок отпугнуть умных людей. Интересных переживаний может быть неисчислимое множество, но они нестойкие, и потому желание повторить их всегда приводит к разочарованию. Привычка тащить за собой все километровые столбики, отмечающие наш путь, и жить тем, что произошло когда-то в прошлом, не только обеспечит нам мускулатуру гориллы, но и затормозит любой прогресс. Тогда мы останемся на месте с парочкой сверхъестественных историй, которые все уже слышали. Эти истории не приведут нас в то непринужденное состояние, в котором спонтанно раскрывается полный потенциал ума, – то есть к окончательной цели. Поэтому намного мудрее наслаждаться богатством мгновения «здесь и сейчас», чем пытаться повторить, подтвердить или удержать прошлые переживания. Просветление проявляется только в расслабленном состоянии, а в полноте пространства все приходит своевременно и в нужное место. Просто продолжая движение по этой автостраде, с доверием к моменту, будешь восхищаться нескончаемой игривостью ума.

БУДДИЙСКИЙ ОБРАЗ ЖИЗНИ

Тибетцы, особенно представители старых, нереформированных школ красных шапок, применяют три практичных и жизненных подхода к Учению Будды: йогический, монашеский и мирской. Сегодня в большинстве буддийских культур (например, в китайской) распространены только два последних, что существенно обедняет их опыт, лишая его своеобразной магии и дополнительного проявления человечности. Речь идет о двух классах – монахов, соблюдающих полное безбрачие и выполняющих ритуалы, и мирян, оказывающих им материальную поддержку. Однако живая передача лучше всего осуществляется в неформальных ситуациях и среди йогинов. Затрагивая все грани человеческой жизни, такие посвящения могут быть не столь высоконравственными, менее ритуальными и организованными, чем церемонии, происходящие в монастырях, но, поскольку они вплетены в повседневность, их область действия широка, они влияют на все аспекты бытия и полностью преобразуют их. Со времен Будды такие условия прямой передачи сохраняют мощь и непосредственность поучений Алмазного пути. И на меньшее свежие умы сегодняшнего Запада не согласны.

В Тибете и других буддийских странах монахи и монахини столетиями жили за прочными монастырскими стенами, отделенные от общества и друг от друга, строго соблюдая свои правила поведения. Как и следует ожидать, они были беззащитны перед внутренней и внешней политикой своих монастырей. Миряне же повсюду заботились о своих семьях и обществах, а также поддерживали духовную жизнь – в основном за счет сельского хозяйства. Они были плохо образованны и довольно суеверны, но старались по возможности развивать преданность и применять полученные учения в повседневной жизни. А йогины жили вне общественных норм, часто в пещерах, меняя партнеров. Каждый опыт и соблазн они использовали для узнавания ума. Знаменитые примеры – это великие йогины и просветленные учителя Миларепа [Walter Evans-Wentz, Tibet’s Great Yogi Milarepa: A Biography from the Tibetan. Oxford, 2000] и Другпа Кюнлег [Keith Dowman (trans.), The Divine Madman: The sublime life and songs of Drukpa Kunley. London, 1980].

Миларепа прославился на весь Тибет своими песнями мудрости. В юности по просьбе своей матери он призвал негативные силы, чтобы убить тридцать пять врагов своей семьи. Позже, терзаемый муками совести, он нашел учителя – Марпу – и вначале много лет служил ему. Лишь в возрасте сорока четырех лет Миларепа начал практиковать Алмазный путь. В течение следующих тридцати лет он жил в пещерах, в основном неподалеку от Эвереста и Кайлаша, и часто пропитанием ему служила только похлебка из жгучей крапивы. Абсолютный взгляд и эффективные методы, переданные ему Марпой, все больше показывали Миларепе, что и его эго, и внешний мир – лишь иллюзия. С тех пор он никогда больше не испытывал ни напряжения, ни страха. Все возникающие мысли он воспринимал как богатую игру ума и наслаждался их растворением, не уделяя им никакого внимания.

Бутанец Другпа Кюнлег, научивший медитации в союзе пять тысяч женщин, известен еще и упорным противостоянием буржуазной морали своего времени. Он радостно разоблачал и выставлял напоказ претенциозность людей, освобождая многих от их социальных игр и негибкого поведения. Он выводил на чистую воду лицемерных учителей и тех, кого больше интересовали слава и подношения от учеников, чем сами ученики и их рост. Многие из его партнерш быстро развивались в совместном поле осознавания, применяя полученные от него медитации. Рассказы о чудесах, которые показывал Другпа Кюнлег, до сих пор составляют часть фольклора Бутана. В этом великолепном гималайском королевстве его продолжают почитать за постижение и за силовые поля, исполняющие желания. Очень разные, но всегда узнаваемые символы его благородного мужского инструмента защищают машины от аварий и благословляют даже самые святые монастыри.

Поскольку сегодня в свободных и развитых странах люди сами могут определять численность своего потомства, на Западе уже не появится больших монастырей. Однако в прошлом мужчины и женщины, желавшие свободы от семейных забот, вынуждены были жить отдельно друг от друга. Это делалось не потому, что Учение Будды плохо относится к человеческому телу. Напротив, тело на высшем уровне видится как мандала света, в которой мужской орган сравнивают с алмазом, а женский – с цветком лотоса. Одна из причин монашества в том, что тогда нельзя было заниматься любовью и не иметь детей. А поскольку не было детских садов, школ и системы здравоохранения, это существенно сокращало то время, которое люди могли бы уделять обучению и медитации. Хотя монастыри и правила Будды, позволяющие гармонично в них жить, привлекают сегодня намного меньше интересующихся, стесненные монастырские условия все же оказываются полезными для людей с определенными предрасположенностями. Будда сам дал им триста практичных обетов, которые нельзя изменить. Они защищают людей от запутанного внешнего мира.

Что же касается мирян, дающих внутренние обещания, и йогинов, дающих тайные, то у них различия в одежде, образе жизни и взглядах, столь отчетливо отмечавшиеся в традиционных обществах, исчезают в условиях современного образованного Запада. В Тибете йогинам приходилось конкурировать с организованными монахами и монахинями в красных одеяниях за материальную поддержку «производящего» населения. Им нужно было выглядеть так, чтобы их замечала широкая публика. Поэтому они тяготели к нечесаным волосам, длинным ногтям, странному поведению и одеждам из дешевого неокрашенного хлопка или шерсти. Сейчас в таких «знаках отличия» нет необходимости. Миряне в цивилизованных странах хорошо образованны, общаются с миром при помощи современных средств связи, и им не обязательно иметь большое потомство в надежде, что хотя бы некоторые из детей позаботятся о них в старости. Поэтому у людей есть время и хорошие впечатления, требуемые для внутреннего развития. А спутанные волосы, экзотические одеяния и эксцентричное поведение сегодня в изобилии встречаются на рок-концертах и уже мало кого впечатляют, так что современных йогинов от мирян отличает совсем немногое.

Мои ученики Алмазного пути по всему миру убедительно сочетают мотивацию мирянина – приносить пользу другим – с высшим ви дением йогина. На внешнем уровне они живут в мире осмысленной жизнью, как можно более полезно и мудро управляясь с повседневными ситуациями. В то же время своей целью они считают постоянное благо всех существ, а на тайном уровне поддерживают недвойственный взгляд Великой печати. Будучи по сути йогинами, они узнают свой ум во всем и благодаря всему, что происходит.

2500 лет назад в индийском обществе не задумывались о манипулировании людьми. Поэтому большинство населения восприняло практические советы Будды о причине и следствии просто как полезные. Стремясь к тому, чтобы все жили лучше и полагались на абсолютные ценности, некоторые сосредотачивались на поучениях о сочувствии и мудрости, наслаждаясь богатой внутренней жизнью. А горстка избранных, в том числе царь Индрабодхи, достигла такого мастерства в чистом видении, что Будда давал им наивысшие методы Алмазного пути – в Вайшали и некоторых других местах.

Сегодня в наших западных странах с высочайшим уровнем личной свободы и образования, достигнутым за счет огромного количества благоприятной кармы, условия другие. По крайней мере большинство из моих учеников испытывают воодушевление, когда узнают о высшем взгляде. Они хотят немедленно пережить пространство ума как радость. Поскольку наши социальные системы нормально функционируют, поиск мудрости и сочувствия, компонентов богатой внутренней жизни сегодня обычно находит свое выражение в сфере философии и психологии и может привлекать примерно такой же процент населения, как и во времена Будды. В конце концов, когда страны вырождаются, превращаясь в заорганизованные государства-няньки, большинство людей естественным образом отказывается нести ответственность за свое поведение, предоставляя чиновникам и полиции разбираться в тонкостях причинноВступление на буддийский путь следственных связей. Они думают, что, пока их не поймали, все в порядке.

Всякий, кто работает ради полного Просветления всех существ, применяя специфические ситуации и пробуждая способности учеников, продолжает непрерывный поток преемственности от Будды. Это может происходить в медитационных центрах, где идеалисты принимают на себя общественные обязанности, оказывают материальную поддержку, защищают работу центров, читают лекции о буддизме. Любая из этих работ хороша. Подавая живой пример своим семьям и друзьям, большинство практикующих приносят другим максимальную пользу и развивают наиболее глубокое доверие к своему собственному потенциалу. Если к тому же люди разобрались с причинами своих трудностей, если они понимают результат и структуру бесчисленных методов Будды, их доверие к цели и пути, естественно, растет. Тогда учитель может стабилизировать достигнутый ими уровень развития, придать ему завершенность и предложить им радость от предвкушения следующих шагов. Что же касается классических групп текстов, на которые принято подразделять Учение Будды (Виная, Сутра, Абхидхарма и Тантра), то в деле достижения быстрых и существенных изменений в нашей жизни они могут служить лишь теоретическим справочником. Они остаются концептуальными и не затрагивают все наше существо. Далее здесь представлен полный дом Учения Будды, опирающийся на три колонны и состоящий из трех этажей под крышей высшего прозрения. Такой подход намного глубже, шире и практичней.

ДОМ УЧЕНИЯ БУДДЫ

Вступая на путь духовного развития, сколько бы жизней или мировых периодов назад оно ни началось, существа обычно стремятся к своему личному счастью. Постепенно опыт и развивающийся интеллект показывают им, что такие результаты могут появиться только благодаря ясным и разумным мыслям, словам и действиям. Так начинается осознанная деятельность в формате причины и следствия, и человек вступает на Малый путь – практикует внешнее учение, которое закрепляет и усиливает положительные тенденции. Затем, поскольку ум находит покой, появляется освобождающая мудрость не-эго – цель Южного буддизма, или Малого пути.

На этом этапе ум осознает, что не может быть никакого устойчивого «я», или «эго», ни в нашем меняющемся теле, ни в мимолетных чувствах. Поняв это, мы больше неуязвимы. Стоя на этой безопасной основе, замечаешь, что внешний мир подобен сну. Когда мы к тому же видим, что существ бесчисленное множество и все они хотят счастья, рождается мотивация исследовать все аспекты ума и мира для блага всех. Таким образом, сочувствие, вдохновленная мудрость и внутренне присущий уму поиск совершенства проводят нас на путь полного, хотя и постепенного, развития. Теперь мы способны работать с вдохновляющими средствами Великого пути.

Здесь наша логика и сочувствие ясно показывают, что, если истина абсолютна, она должна быть вневременной и присутствовать повсюду. Мы можем узнать ее снаружи, в Будде или ламе, лишь благодаря ее присутствию в нашем собственном уме. У всех есть природа Будды. Она – пространство, неотделимое от осознавания, но понимание этого еще предстоит обрести. Такое прозрение открывает доступ ко взгляду и методам Алмазного пути – наивысшего и тайного третьего уровня Учения Будды, уровня прямого знания ума. Способность отождествляться с Просветлением – это самый совершенный и захватывающий из всех методов. Каждый из этих уровней развития соответствует определенному типу людей: эгоцентрикам, альтруистам и йогинам. Этапы постижения как перекладины на стремянке – наступить на следующую можно только после того, как поднялся на предыдущую. На каждом уровне содержится необходимая информация, которую можно оспаривать, медитации для того, чтобы усваивать поучения, и соответствующий образ жизни. Если высший уровень Учения осмысливается сразу, непосредственно в этой жизни, это может означать, что фундамент для него был заложен еще в прошлых воплощениях, – но все же и в этом случае вам посоветуют периодически проверять прочность его структуры. Поскольку, пока мы находимся в теле, бесчисленные чувственные впечатления ограничивают и замедляют свободную игру ума, в каждой жизни нам приходится заново пробуждать его изначальную мудрость и сознательно поддерживать ее новизну и свежесть. Это заставляет тренировать осознанность действий тела, речи и ума, пока красные сигнальные лампочки в сознании не начнут загораться сами собой, прежде чем мы совершим ошибку. Это легче всего сделать, если установить прочные колонны доказанной информации, выработать привычку к повседневной медитации, пусть даже короткой, и совершать поступки, которые помогут сохранить все понятое и углубить его в повседневной жизни.

ВЗГЛЯД – МЕДИТАЦИЯ – ДЕЙСТВИЯ

Первой колонной должны быть знание и воззрение. Какой бы уровень мы ни надеялись осуществить, прежде всего следует видеть путь и цель. Наставления здесь должны быть конкретными, приближенными к реальной жизни, понятными и действенными в решении проблем. Ученику к тому же нужны отвага и готовность проверять предложенную информацию, не сковывая себя ни страхом, ни догмами. Стремимся ли мы к спокойной и не вызывающей возражений повседневности, богатой внутренней жизни или опыту Будды среди будд – нам всегда необходимы эти уровни знания и проверки.

Последние слова Будды показывают, насколько сильно он хотел, чтобы его ученики сами критически проверяли учения и учителей. Признавшись, что он может «умереть счастливо, потому что передал все, что может принести благо существам», Будда добавил к этому два высказывания, благодаря которым его Учение сегодня является единственной возможностью для многих людей: «Теперь не верьте ничему, даже если это говорит Будда. Проверяйте все сами. Убедитесь, что поучения согласуются с вашим опытом». И наконец: «Будьте сами себе путеводным светом». Вот почему нам нельзя превращать ни один из относительных советов Будды в догму. Это все шаги на пути. Только абсолютные поучения о мудрости и сущности ума, о пустоте всего снаружи и внутри, а также о природе Будды принадлежат уровню абсолютной реальности.

Кроме того, в случае, если наука противоречила бы определенным аспектам Учения Будды, нужно было бы следовать за доказанным научным знанием. Но, насколько я могу видеть, буддисту это делать легко. Самые последние научные исследования со всей очевидностью приближаются к буддийскому взгляду на вещи, включая природу материи, возможность бесчисленных «Больших взрывов» и параллельных вселенных. Для Будды и его учеников неприемлема ни одна религия, которая закрепляет или диктует что-либо уголовное или претендует на то, чтобы стоять выше гуманистических ценностей. Важнее всего здесь – знать, в чем отличие относительного, личного переживания явлений и вызываемого ими счастья или боли, от их абсолютной, пустотной сути, полной блаженства и подобной сну.

Второй, центральной, колонной, поддерживающей Учение Будды, является медитация. Она переносит то, что было усвоено интеллектуально, из головы в сердце, превращая знание в часть жизни. Позволяя отстраниться от повседневного потока состояний ума, признание непостоянства всех помех рождает спонтанные прозрения, а также радостные и просветляющие состояния глубокого понимания. Когда наше осознавание пустоты любой устойчивой личной природы и понимание взаимообусловленного характера всех внешних и внутренних явлений становится стабильным, все остальное – просто подарок.

С этого момента ум и впредь без усилий проявляет свои самые изначальные и просветленные качества. Спонтанная мудрость, неотделимая от каждого момента, сущностное бесстрашие, самовозникшая радость и активное сочувствие становятся нашей жизнью. Сбросив любые покровы, мы присутствуем в «здесь и сейчас», и все вокруг имеет вкус роста и абсолютного смысла. Поскольку медитация пробуждает вневременную силу и радость ума – исчезают все страхи, цепляние и враждебность. Как мутная вода в стакане, оставаясь неподвижной, становится прозрачной, потому что грязь оседает на дно, – в уме все больше проявляется и осознается подлинная природа всего сущего. Так возникает полная уверенность в том, каким все является на самом деле.

Третья колонна – действие – заземляет и защищает все, что уже достигнуто. Жизненный опыт очень важен, причем не только для нас самих. Ничто не является менее убедительным, чем чопорность или настороженность в поведении, причиной которых может быть недостаток зрелости или шаткие эмоциональные состояния, вызванные отсутствием непосредственного опыта. Поэтому все, что достигается в медитации, обязательно должно быть проверено и подкреплено жизнью. Если отсутствует уверенность, придающая основательность нашим прозрениям, на человека нельзя полагаться.

На всех уровнях эта колонна, поддерживающая нашу зрелость, помогает практикующему избегать мешающих эмоций и вредного поведения. Человек внутренне развивается для блага всех, и это позволяет всем достигать чистого ви дения. Таким образом, Учение Будды в целом можно представить в виде здания, состоящего из трех вертикальных частей, в каждой из которых три этажа, а абсолютная мудрость Великой печати служит ему крышей. Задача Учения – подарить людям ключ к верному пониманию собственного потенциала, искусные средства для его раскрытия и настоящую способность удерживать захваченные позиции, чтобы не растерять достигнутого.

ПРЕОДОЛЕНИЕ ЛИЧНОГО СТРАДАНИЯ – УРОВЕНЬ ПОИСКА ИНДИВИДУАЛЬНОГО ОСВОБОЖДЕНИЯ

Знание и взгляд: признание нереальности эго

Люди, ищущие прежде всего благополучия и защищенности лично для себя, нуждаются в Учении о законе причины и следствия, действующем на внешнем мирском уровне. Поскольку вчерашние мысли сегодня превращаются в слова, а завтра вполне могут вылиться в поступки, состояние ума является чрезвычайно важным фактором. Будда объяснял, что именно приносит неприятности и как удержать тело, речь и ум от причинения вреда. Тогда упор делался на то, каких действий стоило бы избегать. Для современных западных людей этот материал кажется слишком нравоучительным и сухим – в наших заорганизованных обществах и так уже достаточно запретов, которые человек вынужден обходить.

Все, что делал или говорил Будда, имело лишь одну цель чтобы люди осознали свою ситуацию, меньше отвлекались и лучше сосредотачивались на медитации, привнося в свою жизнь больше смысла на прочной и долговременной основе. Он никогда не хотел иметь последователей, но всегда с удовольствием учил будущих коллег. Сегодня методы Будды особенно привлекательны для самостоятельно мыслящих умов.

Главной целью своего фундаментального Малого пути, который сегодня называется Путем старейшин, или Южным буддизмом, Будда сделал постижение нереальности эго. Благодаря этому возникает чувство безопасности, обеспечивающее стабильное состояние ума на долгое время. Ученикам с весьма сильной эгоцентрической установкой Будда предлагал провести всестороннее и точное исследование тела и ума, чтобы они проверили, найдется ли вообще что-либо постоянное, неизменно существующее и личное, что можно было бы назвать «эго», или «я». Когда такие попытки одна за другой терпели неудачу, ученики ясно понимали: если эго не существует, то человек не может быть мишенью. Нет ничего личного, что могло бы образовывать устойчивую и уязвимую сущность, – следовательно, беспокоиться не о чем. Достигаемое в итоге состояние Освобождения придает нам непоколебимость. Это цель Малого пути.

Медитация: успокоение, удерживание и узнавание ума

Медитация превращает наше отлично проверенное и верно понятое знание в опыт. На первом уровне Учения Будды основные методы призваны успокаивать ум и удерживать его в этом состоянии. Они создают защитную дистанцию, позволяющую отстраняться от внутренних и внешних помех. Такие упражнения, строящие фундамент для глубокого ви дения, называются шаматха на санскрите, или шинэ на тибетском языке. Их задача – создать пространство между субъектом и объектом, между медитирующим и его переменчивыми ощущениями. Обнаруживая непостоянство и иллюзорную природу любой навязчивой идеи или чувства, эта практика позволяет все чаще и легче выбирать, участвовать ли в жизненных трагедиях или лучше их сторониться. Многие развивают это умение отступать на безопасную дистанцию от событий благодаря концентрации на дыхании, на каком-либо внешнем объекте или умственном занятии.

Когда волны впечатлений улягутся, а вокруг станет больше сознающего пространства, появится освобождающее интуитивное прозрение. Такое недвойственное состояние называют глубоким, или проникающим, ви дением – на санскрите випашьяна, по-тибетски лхагтонг. Всякий, кто способен удерживать такое постижение в лабораторных условиях своей медитации, постепенно добьется того же и в повседневной жизни. Шине и лхагтонг представляют собой основу всех буддийских медитаций, какими бы разнообразными и непохожими друг на друга они ни казались. В конце этой книги вы найдете две практики для успокоения ума и отстраненности от эмоций – это медитация «Радужный свет» и медитация на дыхание.

Поведение: отказ от вредных поступков и принятие внешних обетов

Жизнь каждого существа формируется его бесчисленными полезными, вредными или даже ничего не значащими поступками. И, наверное, поскольку у людей обычно десять пальцев на руках, Будда, как и Моисей, представил весь наш вредный взаимообмен с миром в виде десяти действий, которые приносят тяжелые последствия и которых по этой причине лучше избегать. Как и следовало ожидать, зная стиль Будды, – это не заповеди, а логичные советы друга. В отношении тела человек должен дать обещание не убивать, не воровать и не причинять другим вреда на сексуальной почве. В отношении речи даются обеты не лгать с целью заставить страдать, не оговаривать других, избегать грубой и обидной речи и не болтать впустую. В отношении ума следует воздерживаться от недоброжелательности, зависти и ложных взглядов.

Десять вредных действий

Убийство – сильнейший источник страдания, и впечатления, которыми оно сопровождается, тяжким бременем остаются в уме. Будда очень настойчиво предостерегал от прекращения чьей-то жизни, утверждая, что если в будущем мы родимся в человеческом теле, то результатом убийства будет очень короткая жизнь. Более того, можно ожидать, что и последующие жизни будут трудными, полными болезней и пройдут в неприятных местах. Гампопа [Гампопа. Драгоценное украшение освобождения. / Пер. с тиб. Б. Ерохина. СПб., 2005] в «Драгоценном украшении Освобождения» пишет, что бывшие убийцы живут «в опустошенной местности, где много войн и несчастья».

Воровством Будда называет присвоение чего-либо, что нам не дано. В его времена общественная собственность вряд ли существовала – и выжить человеку было намного труднее, чем в современных промышленно развитых странах. Тогда люди часто были очень бедными, хотя и не столь безнадежно несчастными, как сегодня в перенаселенных районах вокруг экватора. Следствием неочищенного воровства будет многократная утрата собственности в этой и следующих жизнях.

Причинение вреда сексуальным путем относится к широчайшей сфере человеческого поведения. Будда мудро и убедительно предостерегал против кровосмешения. Он также не советовал вмешиваться в предпочтения людей в случаях, если никто никому не причиняет вреда. Сексуальное поведение человека зависит от культурного контекста, личных склонностей, вкусов и общей кармы с другими существами. В Гренландии непременным атрибутом гостеприимства может оказаться жена хозяина дома, если она сама не возражает. А мусульмане стремятся в общественных местах прятать своих женщин под черными палатками, а то и просто запирать дома. Для некоторых людей и культур естественно проявлять щедрость и доверчивость, в то время как другие чувствуют себя неуверенно и потому пытаются все контролировать. Здесь особенно важно быть внимательным, потому что эта область деятельности человека сопряжена с самым большим числом условностей и сильнее всего влияет на счастье или страдание людей. Последствием сексуального вреда будут рождения в пустыне или болезненные партнерские взаимоотношения в этой и следующих жизнях.

Ложь встречается в двух разновидностях: серьезное и повседневное искажение истины, или большая и маленькая ложь. Маленькая ложь – когда мы, например, говорим «автобус опоздал», хотя на самом деле мы просто хотели дольше наслаждаться чьим-нибудь приятным обществом в постели, – просто относится к глупым привычкам. Эта ложь никому не причиняет прямого вреда, хотя и польза от нее лишь кратковременная. Будда также отмечал, что у людей, привыкших к таким небольшим искажениям истины, впоследствии будет дурной запах изо рта. Серьезная, большая ложь имеет место тогда, когда обманом мы целенаправленно стремимся нанести кому-то вред. Примером может быть сознательное обвинение человека в преступлении, к которому он не причастен. Духовная ложь, то есть приписывание себе несуществующего медитационного опыта, способна вести к еще бoльшим трудностям. Это серьезный обман, потому что глубокое доверие является одним из самых освобождающих человеческих качеств и, однажды утраченное, оно может не восстановиться за много жизней.

Клевета особенно опасна, поскольку причиной ее является злость. Плохо говорить о ком-то за его спиной, за исключением тех случаев, когда объект является общественным лицом и мы обсуждаем его с целью обратить внимание других людей на его опасный пример, – означает принимать участие в его негативности. Кроме того, это разрушает дружбу и разобщает людей. Такое поведение губительно для нас самих. Ничто не оборачивается против нас так быстро, как вредные слова.

Грубая и обидная речь - не только признак дурного воспитания. Это чрезвычайно отталкивающая черта, ставящая всех в неловкое положение. Она придает жизни ощущение дешевизны, и в результате мы услышим много неприятного о самих себе. Даже когда все хорошо, деструктивная речь способна достигать многих и влиять на них негативно.