Ограбления, которые потрясли мир. Захватывающие истории о выдающихся криминальных талантах

Бернард Лоуренс Мэдофф родился 29 апреля 1938 года в простой семье в нью-йоркском Лорелтоне (район Квинс), где тогда предпочитали селиться представители еврейского среднего класса. Его родители — Ральф и Сильвия Мэдофф — занимались бизнесом. Сейчас уже никто не знает каким. Сам Бернард о родителях не рассказывал, а друзей детства у него почти не осталось. Правда, кто-то из его одноклассников однажды заметил, что Ральф Мэдофф был «кем-то вроде брокера», а уже сейчас журнал Fortune сообщил, что на Сильвию Мэдофф была зарегистрирована брокерская контора Gibraltar Securities, адрес которой совпадал с адресом, по которому проживали Мэдоффы. Комиссия по биржам и ценным бумагам США закрыла контору из-за проблем с отчетностью.

Впрочем, сам Бернард в делах родительской фирмы никакого участия не принимал. Он учился. Благо государственная школа — Far Rockaway High School — была на редкость хорошей. Среди ее выпускников три лауреата Нобелевской премии (по медицине и физике), еще с полдесятка ученых с мировым именем, несколько известных спортсменов, конгрессмен, видные журналисты и, наконец, два известнейших во всем мире бизнесмена — Карл Айкен и, разумеется, сам Бернард Мэдофф.

Учился он, как свидетельствуют документы из школьного архива, очень хорошо. В 1956 году, по окончании школы, он поступил в Университет Алабамы, а затем перевелся в один из частных нью-йоркских университетов, где и получил диплом политолога. Мэдофф попытался было продолжить образование в Бруклинской высшей юридической школе, однако бросил учебу через год. Ему хотелось работать и зарабатывать.

Новатор

Свое дело Бернард Мэдофф открыл в 1960 году. В собственную компанию, в которой кроме него работала, как говорят, и его жена Рут, Мэдофф вложил все свои сбережения — $5 тыс., которые скопил, работая спасателем на пляже и занимаясь установкой поливочного оборудования в садах более успешных (на тот момент) ньюйоркцев. Мэдофф был одним из сотен, если не тысяч брокеров, занимавшихся так называемыми грошовыми акциями — акциями мелких или только что созданных компаний, стоившими менее $5 и торговавшимися не на бирже, а на внебиржевом рынке. Дело было не слишком прибыльным, но позволяло Мэдоффам жить вполне пристойно. Как вспоминают сейчас его тогдашние знакомые, новых клиентов Мэдоффу поставлял его тесть, бухгалтер. Постепенно клиентура расширялась, и Мэдоффу становилось все труднее работать практически в одиночку. (К тому же он использовал допотопную систему внебиржевых торгов, предоставляемую Национальным бюро котировок — организацией, которая собирала информацию о покупаемых и продаваемых акциях, ценах и публиковала ее в своих ежедневных бюллетенях.)

Мэдоффу пришла в голову идея воспользоваться компьютерными технологиями, чтобы распространять данные о котировках, получать заказы и т. д. Фактически это был вызов Нью-Йоркской фондовой бирже. То, что придумал Мэдофф, вскоре превратилось в компьютерную внебиржевую площадку для торговли ценными бумагами, созданную при участии и поддержке Национальной ассоциации фондовых дилеров (NASD) и получившую название NASDAQ (система автоматической котировки Национальной ассоциации фондовых дилеров). Мэдофф был не только одним из самых активных участников ассоциации, но фактически отцом NASDAQ и одно время главным игроком на этой торговой площадке.

Площадка NASDAQ стала для Мэдоффа настоящей золотой жилой. Она не просто конкурировала с Нью-Йоркской фондовой биржей, а конкурировала необыкновенно успешно.

«В то время как Мэдофф стал настоящим королем и богом NASDAQ, в Америке появилось множество многообещающих высокотехнологичных компаний. По целому ряду причин они не могли выходить на биржевой рынок, они не отвечали в тот момент требованиям, необходимым для включения в листинг Нью-Йоркской фондовой биржи. Однако эти компании с успехом торговались на внебиржевом рынке, — говорит нью-йоркский эксперт Рон Гилман. — Риски на внебиржевом рынке были куда выше, но риск компенсировался возможностью относительно быстро заработать. Это привлекало к рынку и азартных игроков. В итоге вполне естественным образом получилось так, что на NASDAQ торговались акции самых высокотехнологичных компаний. Достаточно назвать три: Microsoft, Dell, Apple. Что бы сейчас ни происходило, на протяжении десятилетий все они ассоциировались с успехом, быстрым ростом и новизной».

Гордый аферист

NASDAQ, руководителем которой Мэдофф был долгие годы, помогла ему стать не только миллиардером, но и настоящей легендой Уолл-стрит. Инвесткомпании Мэдоффа никогда не испытывали недостатка в клиентах. Казалось, все, к чему он прикасается, превращается в золото. Его влияние в мире бизнеса было почти абсолютным. Он входил в совет директоров Ассоциации фондовой индустрии США — главного профессионального объединения фондовиков. Благодаря этому Мэдофф имел практически неограниченный доступ к первым лицам государства. «В Вашингтоне он был не просто своим, он был желанным, — говорит один из экспертов. — Если Мэдофф говорил, что он чего-то не может сделать, следовало понимать, что этого не сможет сделать никто».

Собственно, утверждает сейчас сам Мэдофф (об этом он честно рассказал в своих показаниях на суде), это чувство всемогущества и погубило его. Идея создать финансовую пирамиду пришла Мэдоффу после того, как в начале 1990-х годов несколько инвесторов, испугавшись царившей в то время на рынке неразберихи, обратились к нему с простой и понятной просьбой принять их средства и приумножить их. Ведь, понятное дело, если этого не смог бы сделать Мэдофф, этого не смог бы сделать никто. Инвесторы были не индивидуальные, а институциональные. Мэдофф не назвал их, однако речь, скорее всего, идет о крупных банках или финансовых корпорациях.

«Я понимал, что эти клиенты, как и все профессиональные инвесторы на рынке, ожидают, что их инвестиции будут превосходить среднерыночные. И хотя я никогда не обещал никому из своих клиентов некоторой конкретной степени доходности, я чувствовал себя обязанным удовлетворить ожидания моих клиентов любой ценой», — заявил Мэдофф.

Единственной возможностью сделать это в тех условиях стал обман. Знаменитый инвестор объявил, что придумал некую особую систему инвестиций, основанную на анализе и отслеживании биржевых индексов, выверенной игре в разных направлениях — на повышение и на понижение, которая позволяет не только обезопасить вложения инвесторов от непредсказуемых изменений котировок, но и в любом случае приумножить вложения. Если бы на месте Мэдоффа был кто-то другой, его бы обозвали шарлатаном. Но авторитет Мэдоффа-провидца, Мэдоффа-новатора и Мэдоффа-инвестора был непререкаем, и бизнесмену поверили сразу.

Поначалу Мэдофф полагал, что его пирамида Bernard L. Madoff Investment Securities — временное явление: он дождется восстановления спокойствия на рынке, вложит вверенные ему деньги в настоящие акции, и все пойдет по-старому. Однако оказалось, что пирамида — дело необычайно прибыльное, а выйти из него практически невозможно.

Своим клиентам и регулирующим органам Мэдофф периодически сообщал, что вкладывает средства в акции и прочие биржевые инструменты, в то время как на самом деле просто складывал все деньги на открытый им счет в Chase Manhattan Bank, а по мере необходимости, когда приходило время выплачивать «дивиденды» или когда клиенты решали забрать свои деньги, выдавал их с того же самого счета.

Счет пополнялся из средств новых клиентов, от которых у Мэдоффа отбоя не было. По свидетельству одной из британских газет, инвесторы буквально выстраивались в очередь, чтобы отдать ему деньги. Когда уже после ареста Мэдоффа власти опубликовали список всех клиентов его пирамиды, он читался как оглавление справочника «Кто есть кто в мире финансов». Помимо огромного количества просто очень богатых людей (один из них позже рассказывал, что доверил Мэдоффу $11 млн, то есть 95 % всего своего капитала), в список вошли несколько десятков крупных благотворительных фондов (в том числе, например, благотворительный фонд Стивена Спилберга) и ведущие мировые банки.

Жертва доноса

Нельзя сказать, что деятельность Мэдоффа, слишком удачная на фоне других, не вызывала никаких вопросов. Однажды дело дошло даже до скандала. Некий дотошный эксперт публично заявил, что объявляемые Мэдоффом результаты деятельности его фонда противоречат не только здравому смыслу, но и законам математики: «Такие результаты невозможны даже теоретически». Однако слушать его никто не стал. «Слово простого эксперта против слова легенды Уолл-стрит. Никто и задумываться не стал, кому из них верить», — говорит теперь один из специалистов.

Впрочем, после этого случая Мэдофф стал осторожнее. Он уже не просто выписывал липовые отчеты. Открыв несколько счетов, в том числе и в Британии, в отделении одной из своих фирм, бизнесмен начал переводить деньги со счета на счет, изображая деловую активность.

«Невероятно, но факт. Ему верили абсолютно все. Ему верили собственные сыновья, которые не участвовали в этом бизнесе, ему верил даже третий сын, который участвовал в деятельности Bernard L. Madoff Investment Securities, — говорит эксперт Майкл Доннели. — И было похоже, что лимит доверия предоставлен неограниченный». У него было несколько тысяч клиентов, которые передали ему средства на общую сумму $50 млрд.

По словам Мэдоффа, с самого начала своей аферы он знал, что за преступление придется отвечать. «Когда я начал эту аферу, я знал, что то, чем я занимаюсь, неправильно, преступно… С течением лет я понял, что мой арест и этот день неминуемы», — заявил он на суде за несколько минут до того, как судья отправил его в тюрьму. Тем не менее, говорят многие эксперты, уровень доверия к Мэдоффу был настолько велик, что он мог бы продолжать строить пирамиду всю оставшуюся жизнь. Если бы не грянувший финансовый кризис.

Бегство инвесторов с фондовых рынков коснулось и Bernard L. Madoff Investment Securities. Это не было признаком недоверия к Мэдоффу, просто на какое-то время он перестал быть самым великим. «После краха нескольких инвестиционных банков речь о доверии уже не шла. Инвесторы просто хотели поскорее изъять свои деньги из инвестфондов», — говорит Рон Гилман.

В начале декабря 2008 года давление на Мэдоффа со стороны инвесторов стало весьма серьезным, он понял, что сохранить историю в тайне не удастся, и попытался спасти хотя бы часть своего состояния. «Мэдофф, разумеется, осознавал, что когда дело раскроется, инвесторы заберут у него все, что к тому времени у него останется, — говорит один из экспертов. — Он сделал то, что посчитал разумным сделать: постарался раздать деньги своим близким и тем самым вывести их из-под удара».

Финансист сообщил сыновьям Марку и Эндрю, работавшим в других, вполне законных его компаниях, что намерен выплатить новогодние бонусы в несколько сотен миллионов долларов раньше срока. Заподозрив неладное, Марк с Эндрю приехали к отцу домой и потребовали объяснений. Он рассказал правду: пока Марк и Эндрю занимались вполне честным и прибыльным (до кризиса, разумеется) бизнесом, он, Бернард Л. Мэдофф, строил финансовую пирамиду; крах пирамиды в условиях кризиса неизбежен, и он надеется, что сумеет до этого времени спасти хотя бы часть средств. Потом он готов объявить себя банкротом.

Из резиденции Бернарда Мэдоффа его сыновья отправились к своему адвокату. Разговор был недолгим: юрист получил поручение немедленно связаться с властями и передать им Бернарда Мэдоффа.

Мэдофф был арестован 11 декабря 2008 года. На то, чтобы подготовить дело к суду, обнаружить всех пострадавших от пирамиды Мэдоффа и, наконец, передать дело в суд, потребовалось несколько месяцев. Все это время бизнесмен находился под домашним арестом. Уже в зале суда, сделав официальное признание, Мэдофф узнал, что ордер на домашний арест отменен. Суд решил, что теперь, когда обвиняемый во всем сознался, с учетом огромного срока, грозящего ему, преклонного возраста и, разумеется, сохранившихся возможностей он может попытаться бежать от правосудия, чтобы провести остаток дней на свободе. Под аплодисменты присутствовавших финансист был взят под стражу прямо в зале суда и после окончания заседания препровожден в изолятор временного содержания, где он и пробудет все время до вынесения приговора — уже не как Бернард Л. Мэдофф, а как заключенный № 61727054.

Мэдофф признал вину по 11 пунктам обвинения, его приговорили к тюремному заключению сроком до 150 лет.

Часть 3

Полицейские и воры

Надо исполнять закон всегда, а не только тогда, когда схватили за одно место.

В.В. Путин

Собственность сама себя защитить не может. Не всегда могут защитить ее и сами собственники.

Для этого существуют специально обученные люди, которые либо состоят на государственной службе (полиция), либо работают самостоятельно (частные детективы).

И те и другие расследуют преступления. Дело благородное, к тому же сопряженное с опасностью и риском для жизни. Не удивительно, что жанр детектива столь любим читателями.

Но, в отличие от литературных детективов, высоколобых адептов дедукции и работы «маленьких серых клеточек» (Шерлок Холмс, Огюст Дюпен, Эркюль Пуаро) и знатоков человеческих душ (отец Браун, мисс Марпл, комиссар Мегрэ), реальные детективы не столь благородны и милосердны (среди «государевых людей», охраняющих «правопорядок», можно встретить даже таких персонажей, как Ванька-Каин) и не столь успешны. На их счету гораздо больше нераскрытых преступлений, чем у героев Конан-Дойля, По, Честертона, Кристи и Сименона.

Впрочем, в этом не всегда их вина. Ведь и реальные преступления отличаются от литературных. Есть преступления, которые практически невозможно раскрыть, а есть и такие, которые раскрывать и вовсе не обязательно.

Похитителей не судят

(Кражи произведений искусства)

В большинстве случаев похищенные произведения искусства обнаруживаются совершенно случайно.

Весной 2000 года с выставки «Сокровища последнего российского императора» в США был похищен драгоценный кинжал Александра III. Через день случилось чудо — кинжал был возвращен. Обычно похищенные произведения ищут годами, а большинство из них не будут найдены никогда.

Чудесное возвращение

В воскресенье 26 марта 2000 года охрана лайнера-отеля «Куин Мэри», стоящего в калифорнийском порту Лонг-Бич, после обычного утреннего осмотра открыла для посетителей выставку «Сокровища последнего российского императора». И только в середине дня охранник, обходя выставочный зал, заметил отсутствие одного из самых ценных экспонатов — кинжала, принадлежавшего российскому императору Александру III. Кинжал стоимостью $50 тыс., с золотой рукояткой и ножнами, украшенными изумрудами и бирюзой, исчез из плексигласовой витрины.

Служба безопасности отеля приступила к расследованию. Охранники надеялись опознать похитителя по видеозаписи, сделанной камерой, направленной точно на кинжал. Но оказалось, что грабитель перерезал провод видеокамеры. Ловетте Крамер, вице-президенту отеля, пришлось-таки позвонить в полицию и оповестить о случившемся прессу и российских музейщиков. Администрация отеля объявила награду за возвращение кинжала — $10 тыс.

Сообщение о пропаже экспоната из круглосуточно охраняемого фешенебельного лайнера-отеля вызвало шок. С момента кражи прошли почти сутки. Администрация «Куин Мэри» и Российский музей этнографии начали готовиться к закрытию выставки и судебному разбирательству. Но вечером во вторник в местное отделение телекомпании CBS позвонил неизвестный и сообщил о местонахождении кинжала. Он лежал за телефонной будкой на Беверли-Хиллз, аккуратно упакованный в почтовый конверт.

История с кинжалом — действительно чудо. В большинстве случаев украденные культурные ценности не возвращаются никогда. Даже если украденное удается найти, происходит это случайно. А имена преступников чаще всего остаются неизвестными.

Нескончаемое расследование

В полночь 18 марта 1990 года два человека в полицейской форме постучали в двери бостонского Музея Изабеллы Стюарт Гарднер. Часть Бостона, в которой расположен музей, населена преимущественно ирландцами. Так что празднование Дня святого Патрика в ночь с 17 на 18 марта проходило достаточно бурно. Люди в полицейской форме заявили, что в участок поступил сигнал о пьяной драке недалеко от музея, и они хотели бы проверить, все ли в порядке внутри. Охранники открыли им дверь. И тут же были связаны. Грабители беспрепятственно вошли в музей и сняли со стен полотна Рембрандта, Вермеера, Мане и Дега. Всего было украдено 13 картин, среди которых единственный морской пейзаж Рембрандта «Шторм на море Галилейском» и редчайшая картина Вермеера «Концерт».

Кража вызвала грандиозный скандал. Ни одна из украденных картин не была подключена к сигнализации. Музей не был оборудован видеокамерами. А охранники были слишком стары, чтобы оказать хоть какое-то сопротивление. Кроме того, коллекция музея не была застрахована. Сегодня стоимость похищенного оценивается в $300 млн.

Расследование было нескончаемым. И все это время ФБР и кураторы музея постоянно конфликтуют, поскольку преследуют разные цели. Полиции и ФБР нужно поймать грабителей, а музею — вернуть картины. Поэтому всякий раз, когда полицейские выходили на след, музейщики добивались для подозреваемых иммунитета и предлагали им вознаграждение за информацию о картинах. Получив деньги, подозреваемые исчезали или просто отказывались от показаний. Последний такой случай произошел в 1997 году.

Некий Уильям Янгворт был арестован за управление угнанным автомобилем. На допросе он неожиданно заявил, что располагает сведениями о похищенных в Бостоне картинах и может помочь вернуть их. Янгворта немедленно выпустили из тюрьмы. Представители музея, тайно встретившись с ним, вручили ему $10 тыс. в обмен на фотографии картин и крошки краски, якобы соскобленные с похищенного холста Рембрандта. Получив деньги, Янгворт отказался давать дальнейшие показания и спокойно сел в тюрьму. Никаких картин у него не было. Зато, выйдя из тюрьмы, он мог некоторое время не беспокоиться о своем будущем. Соскобы оказались поддельными, а на фотографиях были запечатлены репродукции. Получить деньги назад музейщики так и не смогли. Янгворт заявил, что денег в глаза не видел, а фотографии и соскобы подарил им по доброте душевной. Тогда, окончательно отчаявшись в официальном расследовании, Музей Изабеллы Гарднер объявил о награде в $5 млн за возвращение картин. Пока об их судьбе ничего не известно.

В Европе не лучше

Однако не только американская полиция так беспомощна в поисках похищенных картин. Европейцы тоже не делают больших успехов. В ночь на 1 января 2000 года неизвестные взломщики проломили стеклянную крышу британского музея Ашмолеан в Оксфорде и украли картину Сезанна «Овер-на-Уазе» стоимостью $3,2 млн. Эта известнейшая картина была не только не застрахована, но и не защищена сигнализацией. 60-летний охранник музея (единственный в новогоднюю ночь) заметил пропажу только утром. Полицейское расследование до сих пор не дало никаких результатов.

С 1969 года полиция всех стран Европы разыскивает картину Караваджо «Рождество со св. Лаврентием и св. Франциском», похищенную из часовни св. Лаврентия в Палермо. До сих пор неизвестны ни обстоятельства похищения, ни даже его дата. Вплоть до последнего времени часовня, в которой хранилась картина и еще ряд бесценных реликвий, была заколочена и никем не охранялась. Только в 1999 году году в часовне была установлена охрана и началась реконструкция.

О судьбе самой картины ходят совершенно фантастические слухи. Во время суда над бывшим премьер-министром Италии Джулио Андреотти в 1996 году босс итальянской мафии Марино Маннойя заявил, что это его ребята украли картину по заказу бывшего премьера. Правда, по его словам, они работали так неосторожно, что изуродовали картину до неузнаваемости. Однако полицейские ему не верят. По другой версии, мафиози продали картину некоему британскому торговцу антиквариатом. После нескольких тайных перепродаж картина погибла во время землетрясения в итальянском городе Ирпина в 1980 году. По другим версиям, картина находится либо в Йоханнесбурге, либо в Латинской Америке.

Как это делается

Согласно американскому «Каталогу украденных произведений искусства», всего в мире грабителями было похищено и до сих пор разыскивается более 100 тыс. картин, статуй и других произведений искусства. Многие — по нескольку десятков лет.

Если произведения искусства все-таки удается найти, полиция заявляет о возвращении картин владельцам «в результате успешно проведенной операции».

На поверку оказывается совсем другое. При посредничестве полиции выплачивается выкуп. Официально он называется «вознаграждением» и составляет 5—10 % от полной стоимости картины. Выплата такого «вознаграждения» является совершенно официальной услугой любой страховой компании, застраховавшей произведение искусства от кражи. В случае, когда произведения не застрахованы, на «вознаграждение» приходится раскошеливаться самим музеям или частным владельцам. Скорее всего, нечто подобное имело место и в случае с похищенным кинжалом Александра III.

Именно таким образом в феврале 2000 года швейцарский антиквар Макс Боллаг получил назад семь картин Пикассо, украденных у него в 1991 и 1994 годах. Точно так же в 1999 году году британская полиция вернула похищенные в 1998 году из лондонского Музея Виктории и Альберта два полотна Джона Констебла. В первом случае выкуп, по слухам, составил около $1 млн, во втором — около 100 тыс. фунтов стерлингов.

Зачастую похитители сами рассчитывают на выкуп. В 1982 году ФБР раскрыло заговор трех флоридских искателей приключений, которые собирались украсть из Коннектикутского музея искусств картины Дега и Моне и потребовать за них выкуп. В случае отказа воры планировали уничтожить картины и послать их остатки в газету New York Times. Однако они так охотно делились своими планами, что были арестованы, так и не совершив ограбления.

По чистой случайности

В большинстве же случаев похищенные произведения искусства обнаруживаются совершенно случайно. С 1992 года Интерпол безуспешно разыскивал картину Рубенса «Неизвестный» стоимостью $3,1 млн. В декабре 1999 года картина была выставлена на продажу одним из американских антикваров. По его словам, он купил ее с рук и даже не знал, что она была похищена.

В сентябре того же года искусствовед Венди Барон, просматривая каталоги аукционов Christie’s и Sotheby’s, обнаружила два рисунка Сезанна. Все бы ничего, да вот только в 1962 году эти рисунки были украдены из Абердинской галереи искусств. Полиция выяснила, что владельцы рисунков совершенно законно купили их на тех же аукционах.

Впрочем, в Европе такие случаи редки. Вот в американском Майами похищенные предметы искусства изымают ежегодно десятками. Чаще всего это происходит либо на таможне, либо на почте, либо при обысках, совершенно никак не связанных с кражами из музеев. В сентябре 1999 года агенты ФБР и таможенники, искавшие наркотики на рыболовецкой шхуне, обнаружили спрятанные в трюме под грузом рыбы деревянные ящики. Надеясь обнаружить большую партию кокаина, агенты открыли их и были поражены. В ящиках находились 268 древнегреческих произведений искусства — от амфор и золотых монет до статуй. Все они были похищены в 1990 году из Археологического музея Древнего Коринфа в Греции. Контрабандисты клялись, что понятия не имели, что они везут.

Cui prodest?

Пути похищенных произведений искусства сходятся в Майами по одной простой причине. Большинство покупателей украденных картин и произведений искусства — латиноамериканские наркобароны. Как считают эксперты, кражи совершаются по их личному заказу. Агенты ФБР, работавшие в Колумбии, не раз сообщали о множестве известных картин, украшавших стены вилл таких известных наркобаронов, как Хильберто и Мигель Родригес. На многих из них сохранились даже музейные штампы. Наркобароны были арестованы в 1995 году, но картины найти так и не удалось.

В свою очередь для многих коллекционеров и искусствоведов украсть бесценную картину, свернуть ее в рулон и хранить в сейфе или в гараже вовсе не значит совершить преступление. В свое оправдание они часто заявляют, что заботятся о сохранности произведений искусства. Случаи воровства среди искусствоведов довольно часты. Так, 24 картины Эдуарда Мане, принадлежащие потомкам художника, были обнаружены в сейфе старого друга семьи — искусствоведа Франсуа Далта. Сам Франсуа умер в апреле 1998 года. И с тех пор у наследников не доходили руки открыть его сейф. Когда же наконец они это сделали, то были поражены: кроме картин Мане в сейфе их отца хранились произведения Гогена и Коро. С 1993 года все они считались похищенными.

Самые-самые

Ограбление Музея Мунка в Осло, случившееся 22 августа 2004 года, вполне может претендовать на титул «ограбление века». Преступление большего масштаба в отношении культурных ценностей было совершено в XXI веке только один раз — это разграбление багдадского музея.

Разумеется, то, что произошло в Багдаде в связи с вводом американских войск, не имеет аналогов. Багдадская музейная коллекция была просто бесценна. Эта кража (грабеж, разбой, мародерство — даже непонятно, как лучше назвать случившееся) занимает малопочетное первое место в нашем рейтинге.

Понятием «бесценно» пользовались и представители Музея Ван Гога в Амстердаме, когда их просили оценить две похищенные картины художника. И хотя некоторые картины Ван Гога ценятся на международном художественном рынке явно дороже «Крика» Эварда Мунка, украденные работы «Вид на море в районе Схевенингена» и «Паства выходит из реформистской церкви в Ньюнене», скорее всего, дешевле «Крика» и «Мадонны», и, возможно, намного. Мы условно поставили их на пятое место в рейтинге, хотя, возможно, некоторые эксперты оценили бы их выше. К слову, надо отметить высокую профессиональную подготовку негодяев, умыкнувших две работы раннего Ван Гога. В момент проникновения воров в музей сработала сигнализация. Полиция оказалась на месте происшествия через пять минут. Этого времени преступникам хватило, чтобы скрыться с добычей. При этом они преодолели довольно сложный маршрут — в музей проникли через крышу, а покинули его по 4,5-метровой лестнице, подставленной к разбитому окну.

На третьем месте — золотая солонка с аллегорическими скульптурами моря и земли работы Бенвенуто Челлини, известная как «Солонка короля Франциска I». Ограбить венский Музей истории искусств оказалось несложно. Преступник сначала разбил окно второго этажа, по стремянке забрался в музейный зал, разбил витрину, за которой хранился шедевр, — и был таков. Сигнализация по непонятным причинам не сработала. За помощь в обнаружении похищенного была обещана награда в €70 тыс. Но на призыв откликнулся лишь один человек, чье имя осталось неизвестным широкой публике. Он скромно попросил у руководства музея в десять раз меньшую сумму — €7 тыс., заявив, что солонку украл его знакомый, с которым они вместе отбывали тюремный срок. Встреча, на которой драгоценность должна была вернуться в музей, не состоялась. «Благородный» помощник был обвинен в мошенничестве. Других следов украденного полиции обнаружить не удалось. Единственное, что сделали стражи порядка, — обвинили руководство музея в плохой охране экспонатов.

Украденная работа Леонардо да Винчи «Мадонна с веретеном» — чемпион в своей категории. За помощь в ее обнаружении обещано самое высокое вознаграждение —£1 млн ($1,8 млн). Впрочем, если учесть, что картина оценивается в $50 млн, это не так уж много. «Мадонна» была похищена из замка Драмланриг в Шотландии при следующих обстоятельствах. Замок открыт для посетителей. Двое грабителей вошли в него под видом бескорыстных ценителей искусства, заказали экскурсию по картинной галерее, связали женщину-гида, отключили сигнализацию, сняли картину со стены и скрылись в автомобиле Volkswagen Golf. Преступники, видимо, хорошо знали систему охраны, так как на пленках с установленных в замке камер слежения не видно их лиц. Гид помогла составить фотороботы похитителей, но расследование это не продвинуло.

Всего за три недели до похищения «Крика» воры картин на славу поработали в Риме. Из больницы Святого Духа было похищено десять произведений средневековой живописи. Преступники учли массу факторов. Картины готовились к реставрации и были перемещены в комнату, где отсутствовала сигнализация, а органы правопорядка в момент ограбления были заняты обеспечением безопасности на концерте Саймона и Гарфункеля.

Картина Сезанна «Овер-на-Уазе» (7-е место в рейтинге) была также украдена в подходящий момент — в ночь с 31 декабря 1999 года на 1 января 2000 года.

Рынок краденых произведений искусства глобален. Его годовой оборот эксперты оценивают в $2–3 млрд. В списке находящихся в розыске работ — более 300 Пикассо, около 250 Шагалов, более сотни Дали, Рембрандтов и Ренуаров. Как показывает наш рейтинг, дорогостоящие картины воруют в Европе и Азии, Северной и Южной Америке. Исключением пока является Африка, видимо, просто потому, что большинство ценностей оттуда было украдено давным-давно, а то, что осталось, очень хорошо охраняется. Что касается Австралии, то в феврале 2000 года у одного австралийского коллекционера пропала картина Сезанна, которую безутешный хозяин оценил в $50 млн. Увы, в ходе расследования выяснилась печальная (наверное, и для воров тоже) вещь: картина не принадлежала кисти Сезанна и вряд ли вообще чего-то стоила.

Украденные картины и скульптуры чаще не находятся, чем находятся. Но все же, как показывает наш рейтинг самых дорогостоящих возвращенных ценностей, порой справедливость торжествует.

Так, стоящая на первой строчке этого рейтинга картина Ренуара «Разговор с садовником», похищенная из Национального музея в Стокгольме, была найдена полицией. Правда, во время операции полиция искала героин, а не картину. Мало того, стражи порядка далеко не сразу поняли, что именно нашли, но результат есть результат.

Интересно, что и с коллекцией картин русских художников-реалистов, украденных из Государственного музея искусств Узбекистана, вышла похожая история: их случайно нашли во время облавы на наркоманов.

Кража картин Ван Гога, Гогена и Пикассо из художественной галереи в Манчестере тоже в своем роде уникальна. Краденое было найдено на следующий же день — в контейнере для мусора рядом с общественным туалетом.

И только на пятом месте рейтинга мы видим картины, которые были возвращены благодаря полицейской операции, в результате которой были также задержаны виновные в краже.

Напоследок хочется отметить — как еще один своеобразный рекорд — ограбления замка Расборо в Ирландии. В XXI веке картины из замка похищали дважды. Две кражи картин из замка успели случиться еще в XX веке. Похоже, это любимое место преступников, специализирующихся на произведениях искусства.

Черный рынок похищенных предметов искусства процветает и расширяется. Причину эксперты видят в одном — это астрономический рост цен на произведения искусства, начавшийся с 1980-х. Ведь всегда лучше заплатить меньше. Большинство краденых картин, если кража не была совершена по заказу, продаются за бесценок.

При этом, как ни странно, большинство музеев и частных галерей не могут застраховать свои сокровища. Это слишком дорого, ведь кроме открытой экспозиции они имеют огромные запасники. Чаще всего их содержимое хранители представляют себе весьма приблизительно. Дорогостоящая сигнализация по карману далеко не всем хранилищам. «Мону Лизу», например, французские власти упрятали в пуленепробиваемый саркофаг.

Но сделать это со всеми картинами в мире просто невозможно. Так что у музейных воров большое будущее.

Молчание денежного мешка

(Лучшее средство против кражи)

Допустим, эти деньги предназначались нам. Мы мгновенно связываемся с банком-поставщиком, который нам тут же досылает необходимые деньги, и мы получаем всю заказанную сумму. Собственно говоря, мы бы даже не заметили произошедшего ограбления.

Сотрудник одного из российских банков

25 февраля 1997 года в Лондоне по дороге из Нью-Йорка в Москву в аэропорту Хитроу из контейнера с $10 млн был украден мешок с $2,5 млн. Перевозка наличности была абсолютно легальной, кража по масштабам сенсационной, но ни в Лондоне, ни в Нью-Йорке, ни в Москве и по прошествии месяца никто публично не заявил о пропаже денег. Почему?

Ограбление по расписанию

$10 млн прибыли в Лондон между 5.20 и 5.30 утра рейсовым самолетом British Airways из Нью-Йорка и должны были продолжить путь рейсовым же самолетом этой авиакомпании в Москву. В 5.40—5.50 утра деньги (четыре стандартных мешка) были выгружены из самолета в присутствии сотрудника службы безопасности British Airways в охраняемом спецотсеке компании в аэропорту Heathrow и загружены в опечатанный затем контейнер.

Через два часа, в 7.45 утра, контейнер был в присутствии сотрудников службы безопасности British Airways перевезен в четвертый терминал Heathrow. К восьми часам утра охраняемый контейнер ожидал погрузки на борт самолета Boeing 767, который в 9.50 должен был вылететь рейсом BA872 в Москву.

Здесь контейнер ровно на две минуты — чему есть свидетели — был оставлен без присмотра: именно столько времени грузчики аэропорта и охранник British Airways готовили багажное отделение лайнера к загрузке. Как подчеркнул — уже после обнаружения пропажи — в разговоре со следователем представитель аэропорта, «мешки с деньгами находились все время в особой зоне аэропорта, доступ в которую имеют ограниченное количество сотрудников».

В 8.30 утра охранник British Airways заметил, что три из четырех пломб, которыми был опечатан контейнер, выглядят так, будто их вскрывали, а потом попытались снова восстановить. Четвертой пломбы не было вовсе. Охранник поднял тревогу. Когда крышка контейнера была поднята, оказалось, что одного мешка из четырех ($2,5 млн) в нем недостает. Вызванные следователи Скотланд-Ярда сделали все, что полагается в подобной ситуации. Сорок сотрудников аэропорта и авиакомпании — все, кто так или иначе имел отношение к ценному грузу, — были подвергнуты обыску, но денег при них не оказалось. Не были обнаружены деньги и при досмотре личных шкафов обслуживающего персонала во всем аэропорту. Всем полицейским, служащим банков и обменных пунктов были розданы описания пропавшего мешка. И даны указания немедленно сообщать о попытках конвертировать в фунты или другую валюту крупные суммы в долларах США.

Примерно неделю об ограблении знали только компании и лица, имевшие непосредственное отношение к случившемуся. И молчали.

Потерпевшие пока терпят

Первыми заговорили о том, что в Heathrow пропали $2,5 млн из $10 млн, которые наличными переправлялись из Нью-Йорка в Москву, журналисты из английской газеты Mail on Sunday. Газета выдвинула несколько версий. По одной из них, деньги принадлежали «русской мафии», которая нелегально ввозит в Россию огромные суммы в наличной валюте. А по другой версии, мешки с деньгами были частью финансовой помощи, посланной правительством США в Россию. Что, впрочем, несколько дней спустя опровергло американское посольство в Москве. «Данное утверждение представляется нам неверным», — было сказано в официальном заявлении.

Но прежде всего британских журналистов заинтересовал не сам факт кражи денег в лондонском аэропорту, а то, что большая сумма наличных долларов перевозилась в Москву. Когда же газетчики узнали, что завоз большого количества наличных долларов российскими банками — явление частое и абсолютно легальное, интерес газеты к этому утих.

Mail on Sunday назвала также отправителя денег — американский банк Republic National Bank of New York. В течение недели банк отказывался комментировать это утверждение, после чего через своего лондонского представителя признал, что отправлены упомянутые в публикации $10 млн были именно им: «Но банк не будет раскрывать имя получателей денег, так как это нарушило бы конфиденциальность операций между нашими клиентами».

Официальное заявление сделал и Скотланд-Ярд, который сообщил о начале следствия. Один из следователей честно признался: «Если эту загадку и мог бы кто-нибудь решить, то только сам Шерлок Холмс. В этом деле слишком много неизвестных».

Главное, что удалось выяснить Скотланд-Ярду на начальной стадии расследования: перевозка наличных денег осуществлялась на абсолютно законных основаниях. Следственные действия Скотланд-Ярд держит в глубоком секрете, известно только, что арестов по этому делу произведено не было.

Самое странное в этой истории, что о своих претензиях не заявил московский получатель груза. Ведь все происшедшее должно означать, что кто-то в Москве вместо $10 млн получил $7,5 млн. И молчит.

Не везет тому, кто везет

«Пропадать может сколько угодно, — говорят в ЦБ РФ. — И, конечно, мы знаем, из чьего груза пропал мешок в Лондоне. Ну и что? Банку-покупателю все равно, у него ведь все застраховано-перестраховано».

Масштабный ввоз наличной валюты в Россию начался с осени 1992 года. Сегодня схема и технология ввоза доведена до автоматизма. По официальным каналам ввозить наличную валюту в Россию могут только банки, имеющие валютную лицензию. Таких более сотни. Ежемесячно в Россию ввозится около $1,5–2 млрд. Средняя разовая сумма — $10–15 млн, крупная — до $30 млн. Год назад на эту операцию уходило трое суток. Теперь деньги доставляются день в день.

Как правило, наличные доллары отправляются в Россию из Нью-Йорка, Лондона или Франкфурта-на-Майне. Основных операторов — то есть банков-продавцов — на рынке наличной валюты три: Bank of New York, нью-йоркский Republic National Bank и Union Bank of Switzerland (с недавних пор этот список существенно увеличился, и в него вошли Credit Suisse, Commerzbank, Swiss Bank Corp. и др.).