Помоги проекту - поделись книгой:
— Не надо. Все в порядке. Я сам выберусь.
Было видно, что он стоит свободно. Но чтобы выбраться, ему придется лезть через верх машины. Он был шокирован. Мертвенно бледное лицо покрылось крупными каплями пота. Очевидно, он ужаснулся тем последствиям, которые могли быть, послушайся мы его. Похоже, кроме ужаса он испытывал неловкость оттого, что, подверг нас серьезной опасности и что, в отличие от нас, имел за спиной спасительную нишу.
Я посмотрел на то место, где стоял при первой попытке. Зазор между машиной и стеной был около пяти сантиметров. Если бы хватило сил свалить машину с первой попытки, было бы либо два пожизненных инвалида-паралитика, либо два трупа. Хорошо, что идея о предварительной раскачке машины не пришла, когда пытались тянуть на себя.
Семен тоже озадаченно смотрел на то место, где стоял при первой попытке. Он коротко, растерянно и вяло сматерился и замолк в задумчивости. Я ожидал как неизбежности, что сейчас, после минутной растерянности, Семен разразится громкой и продолжительной смесью мата, возмущения, оскорблений и поучений. Если он по пустякам выдавал гневные нецензурные тирады, то сейчас, вроде бы, самое время для подобного. Но он задумчиво молчал. Его, обычно хмурое и темное лицо сейчас было спокойным и, к моему удивлению, вроде бы, даже посветлело и подобрело.
Ну конечно же, он испытывал то же, что и я! От сознания того, что несчастье было рядом, но прошло мимо, никакого раздражения к хозяину не было. Наоборот, была радость от того, что все могло быть слишком ужасно, но все обошлось. Видимо, он, как и я, чувствовал себя второй раз родившимся.
Я подумал, что вот так, иногда в совершенно спокойной, скучной, ничего не предвещающей бытовой текучке, буквально из-за пустяка возникает большая трагедия.
Я сказал хозяину:
— Так и будешь стоять? Давай вытащим тебя. В чем проблема-то?
— Не надо. Постою, отдохну. Сам выберусь. Я не ушиблен. Спасибо вам большое за помощь. Не беспокойтесь. Видите, — я не зажат. Все нормально. Идите по своим делам. Большое вам спасибо.
— Лестницу тебе, может? — Предложил Семен.
— Или веревку подадим. Ухватишься, вытащим. — Сказал я.
— Не надо. Дальше сам управлюсь. Я легко выберусь. Спасибо. Все.
Засунув руки в карманы, хозяин нервно топтался на месте, потупив взор. Крупные капли пота продолжали стекать по белому лицу. Он был какой-то съежившийся и жалкий. Казалось, даже в росте уменьшился. Он явно хотел, чтобы мы ушли. Или боялся, что Семен сгоряча возьмется что-нибудь вручную объяснять? Мы распрощались и ушли, полагая, что у него могут быть причины остаться одному.
Я иду по асфальту, постепенно осознавая истинный масштаб опасности, которая миновала. На обочинах дороги лежат окурки и разный мусор, вытаявший из снега. Обхожу кучу мусора рядом с переполненными мусорными контейнерами, мимо которых лежит путь. Это меня нисколько не раздражает. Какая это ерунда! Главное — жив-здоров! Голубое небо. Легкие белые облачка. Яркое веселое солнце. Остатки снега на газоне. Легкая зеленая вуаль молодых листочков на деревьях и кустах. Где-то в глубине дворовых тополей весело перекликаются птички. Голоса играющих детей. Как хорошо весной! Да что там, — как хорошо в любое время года, когда цел и здоров! Как легко и внезапно всего этого можно лишиться из-за какого-то пустяка, по недостаточной осторожности!
После этого случая я понял, что лично для меня даже кратковременное дело с представителем ЭГП может таить опасные сюрпризы.
Лишь со временем я по-настоящему осознал всю тяжесть того, что могло тогда произойти. В худшем случае была бы смерть, а в лучшем — жизнь сделала бы крутой поворот, и дальнейшее существование было бы чередованием лечения с мучениями. Хотя в такой ситуации не так просто определить — где, на самом деле, лучший вариант.
При воспоминании об этом случае у меня до сих пор возникает чувство глубокой признательности к Семену. Благодаря бдительности этого необаятельного человека не произошло ужасного. Но, конечно же, основная моя признательность к главному защитнику, многократно отводившему от меня серьезные опасности — Богу. Ведь только Он, в конечном итоге, решает, по какому направлению развиваются события.
И ни в коем случае не возникает негативных чувств к хозяину. У этого добродушного и обаятельного человека не было и не могло быть в отношении нас с Семеном злого умысла. Ведь в случае несчастного исхода у него самого возникли бы проблемы, как минимум, нравственные. В данном случае ЭГП, воздействуя на его подсознание, предопределил ошибку мышления.
Андрей приехал в деревню растерянный, задумчивый и озабоченный. Улыбчивость, свойственная ему, на этот раз никак не проявлялась. На мои вопросы о случившемся, отвечать не хотел. Приглядевшись, я заметил, что у виска краснеет небольшая ранка. Выдран клочок кожи размером с ноготь.
— Что случилось-то?
— Давай об этом потом.
Странно, обычно сам сходу все выкладывал. До ужина говорили с ним о делах. Видимо, все еще пребывая во власти неприятных воспоминаний, он говорил кратко и односложно. Налет трагичности не сходил с его лица. Я поджарил картошку, добавив в нее печенки, подогрел чай. Накрыл стол. За ужином он, наконец, разговорился:
— В общем, к новой женщине ходил. Странно как-то вышло. Сама знакомым призналась, что я ей приглянулся. Я по женщинам изголодался. Конечно, пошел к ней в гости. Наряженный, с букетом. Приняла хорошо. Почаёвничали, выпили. Танцы-обниманцы. Ну, а после и до постели дошло. Развлеклись, так сказать, активно. Вроде довольна была. Лежим, отдыхаем. Тут она ни с того, ни с сего вскочила с постели. По комнате нагишом туда-сюда ходит, что-то невнятное себе под нос бормочет. Потом вдруг на меня с кулаками налетела. Телефон с тумбочки схватила и мне по голове треснула так, что он разлетелся.
— Мобильник, что-ли?
— Если бы! Стационарный большой, увесистый такой аппарат, советского еще производства! Представляешь, весь на осколки разлетелся! Видишь, вот кожа у виска содрана? Хорошо ещё руку успел подставить, а то бы сильнее вышло. Я так ничего и не понял. Удерживал её, спрашивал. Она ничего толком не говорит. Мне кажется, и сама не поняла, что случилось. Ну, я оделся и ушёл. Обиделся, конечно. Знакомые говорят, что проблем с психикой у неё нет.
Я предложил ему вспомнить, о чем они говорили. В первую очередь интересовало то, что могло бы свидетельствовать о мировоззренческих особенностях. После того, как он рассказал все, что смог вспомнить, для меня в этой истории не осталось ничего загадочного. Как я и предполагал, не обошлось без ЭГП.
Наверняка, была и какая-нибудь вполне тривиальная причина. Андрей далеко не психолог и бывает небрежен во взаимоотношениях. Иногда его отношения с людьми усложнялись из-за ляпов, которые он допускал, сам того не замечая. Нельзя исключать, что и в постели он мог дать повод для конфликта. В то же время, этот конфликт с телефонизацией лба, безусловно, являлся элементом партии, запрограммированной ЭГП.
В который раз он попадает в дурацкую ситуацию. И ведь, даже задним числом не осознает, что мог избежать ее, если бы не игнорировал моих советов. Он просто неутомим в производстве собственных неприятностей. Это бы упорство, да в созидательных целях. Но нет, ему слишком важно себя ублажить. Сердиться и объяснять я устал: не ворчун, чтобы от этого удовольствие получать. Поэтому к Андреевым приключениям стараюсь относиться либо со смирением, либо с юмором.
Пережитая им ситуация, по правде сказать, была небезопасной. Но, к тому же, ситуация была настолько закономерной, что его серьезный грустный вид выглядит сейчас всего лишь естественным элементом реализовавшейся закономерности.
Так ребенку говорят «не делай этого, будет плохо». Ребенок упрямо делает, потом страдает и плачет оттого, что неприятно или больно. Когда подобным образом поступает основательно предупрежденный взрослый человек, его страдания сложно воспринимать серьезно. Хотя себя он, конечно же, воспринимает исключительно серьезно. Печать высокой трагедии, застывшая на лице, сейчас придает ему дополнительную солидность и важность. Он унижен и озадачен. Он чувствует себя совершенно невинно пострадавшим благородным человеком. Видимо, ждет сочувствия и понимания. Но его несколько напыщенный вид по вышеупомянутым причинам мне забавен.
Нередко происшествие символически отображает общую жизненную ситуацию. Иногда эта символика бывает юмористической. Я хотел было пошутить, что телефон можно рассматривать как символ информации, а телефон, интенсивно стучащий по голове, — как символ информации, которая никак не достучится до сознания через твердый лоб. Но он эту шутку и в другое время вряд ли оценил бы.
Меня разбирает смех от этой невысказанной шутки, и я, с трудом сдерживая смех, срочно пошел на кухню, якобы, за срочно понадобившейся тряпкой для вытирания стола. Успокоив приступ смеха и мобилизовав свою волю, я вернулся к столу. Что-то уместное надо говорить.
— Жалко, в довесок фингал тебе не поставила. Чтобы дольше помнил. Было бы полезно.
Андрей растерянно уставился на меня, приготовившись оскорбиться. Я продолжал:
— Я же говорил, чтобы, как минимум, до выхода книги ты с женщинами осторожнее был? Она ведома ЭГП. Обрати внимание, что удар почти пришёлся по очень уязвимому месту — виску. Для нехорошего исхода и силы-то большой не надо. В прессе я встречал описание нелепого несчастного случая: бумажный самолётик из плотной бумаги случайно попал женщине в висок, она мгновенно скончалась. Если б ты не помешал, удар получился бы точнее, потому что ЭГП руку ее направлял. Могли быть тяжёлые последствия…
После некоторого молчания он спросил:
— Владимир, похоже, действительно, как ты говорил, ЭГП мне женщин своих подсовывает?
— Я устал тебе об этом говорить. Но через твой твердый лоб эту истину, как и многие другие истины, никак не пробить. Магией не заниматься тоже сколько убеждал. Ведь продолжаешь под разными лукавыми предлогами. Когда говорю, запоминай и практические выводы делай. Меньше будет неприятностей.
Цель ЭГП — затруднить исполнение тобой миссии Помощника, или даже вообще устранить, усложнив тем самым реализацию моей Миссии.
Твоя бестолковость на руку ЭГП. К примеру, когда в позапрошлом году с деньгами сложно стало, я магически запрограммировал тебе работу с хорошей оплатой. Два раза магическое действие делал, чтобы наверняка. Поэтому две работы получилось, причем совместимых между собой. Промежуток времени между получением этих работ совпал с промежутком времени между моими магическими действиями. На одной ты и сейчас работаешь. А когда на двух работах был, солидный денежный запас образовался.
И как же ты распорядился этими деньгами? Заботясь о нашем деле, отложил на издание книги? Что ты, ни в коем случае! Хозяин-барин, что хочу, то и ворочу. Ты тогда на такую вот, подосланную ЭГП женщину, все деньги и просадил. Рестораны, подарки, дорогие тряпки. Тоже мне, барин на час. Нахвастался? Как деньги закончились, так и ты ей ни к чему оказался. Сейчас бы эти деньги на издание пошли. Не искали бы спонсора.
Но ведь, чтобы магически запрограммировать твоё трудоустройство, я затратил определённый созидательный потенциал. Это звучит просто — «созидательный потенциал». На деле это задействование ресурсов моей души по полевому контролю за ситуацией и задействование ресурсов, предоставленных Богом. Вот и получается, что ЭГП удалось через твоё глупое безудержное транжирство нейтрализовать часть созидательного потенциала, данного мне Богом на исполнение моей Миссии.
Фактически свою похоть ты поставил выше нашего дела. И ведь не в первый раз ты свою похоть и прихоть ставишь выше главного дела. Вряд ли и сейчас понимаешь, какой тогда грех совершил. Тяжела, видно, карма России, что такой бестолковый разгильдяй мне в Помощники достался.
Он слушает внимательно. Он, якобы, все понимает. Знаю я, как он понимает. Уже давно устал втолковывать ему что-либо. Информация усваивается им такими крохотными дозами и так редко, что руки опускаются. Но вот когда случается что-либо ощутимо болезненное, его понятливость возрастает. Что поделаешь, большинство людей быстрее через боль вразумляются.
Новые Знания, которые мне предстоит обнародовать, радикально улучшат жизнь людей. Но благополучие надо кармически заслужить. Поэтому успешность моей деятельности зависит от кармы народа, от того, насколько на данный момент он заслужил благополучие.
Вот почему закономерно, что Андрей собирательно отражает противоречивую суть нашего народа. Андрей искренно желает принести пользу Родине и Богу, обеспечил меня всем необходимым для жизни и работы. В то же время, его ошибки наносят серьезный ущерб нашему делу, то и дело усложняя его. Своими проступками он постоянно усложняет и свою судьбу, страдая не только от непосредственных последствий своих ошибок, но и от кармического воздаяния за свои грехи.
Когда происходит неприятность, обижается на обидчика и на ситуацию, а значит, и на ее создателя — Бога. Он отказывается понимать, почему он — весь такой положительный, чуть ли не святой, к тому же, Помощник Вестника, так, якобы, незаслуженно страдает. В его речах то и дело сквозит обида на такую, с его точки зрения, несправедливость.
Разве наш народ, с одной стороны неравнодушный к духовности и справедливости, с другой стороны не столь же бестолков? Разве он не столь же ленив в поиске истинных причин существующих проблем? Разве разумно упорное повторение одних и тех же ошибок? Не свидетельствует ли об этом голосование на выборах в пользу тех, кто последовательно предает и обманывает? Например, в пользу тех, чьи идеологические предшественники угробили миллионы лучших людей страны или в пользу тех новых шустрых, которые уже успели проявить свою безнравственную суть, но, слегка меняя политические маски, продолжают оставаться наплаву.
У народа давно уже огромная шишка на лбу, а он раз за разом все наступает и наступает на одни и те же грабли. Как ни крути, а есть определенное соответствие между Андреем и состоянием народного сознания. Те же умственная лень, нелогичность и короткая память. Извините за прямоту. Я не политику пришел разводить, а истину дать.
…Я пью подостывший чай и продолжаю без энтузиазма втолковывать Андрею, надеясь, что хотя бы сегодня он поймет чуть больше, чем обычно.
— Когда знакомишься с новым человеком, сразу анализируй на принадлежность к ЭГП. Не смотри на то, что женщина может быть привлекательной и доступной. Если она подвластна ЭГП, то в итоге все равно зло принесет, как бы хорошо к тебе ни относилась.
— Это так сложно. Ведь надо выяснять мировоззрение, анализировать тонкости внешних черт.
— Что поделаешь, жизнь — сложная штука.… А ведь в последнем случае, с телефоном, ты прекрасно понимал с кем дело имеешь. Понимал?
Андрей с потемневшим от недовольства лицом нервно заерзал на стуле. Он ужасно не любит выслушивать критику. Не любит признавать своей вины. Еще больше не любит, когда в неоткровенности обличают.
— Ну… немного догадывался.
— Да ладно, не юли. Не немного, а все прекрасно понимал. Про Лену, ту, на которую деньги просадил, тоже с самого начала прекрасно понимал, что она — от ЭГП. И ведь не только передо мной прикидывался, что не знаешь. Сам себя лукаво обманывал. Мол, не знал, кто такая. Хотя, как и в последнем случае, все достаточно очевидно было. Ведь подвластные ЭГП совершенно не скрывают своих убеждений, потому как даже представления не имеют о хозяине своей души, о том мировоззренческом обмане, который он внедряет в их сознание. Тебе тяжело было отказаться от легко доступного удовольствия. Нормальную, свободную от влияния ЭГП женщину не так просто собой заинтересовать. А от ЭГП — симпатичная, и сама к тебе стремится. В глубине души понимал, что это — приманка от ЭГП, но торопливо заглатывал ее. Ну и скажи мне теперь — умно ли ты поступал?
— Да чего там…. И так ясно.
— Это ты сейчас говоришь, что ясно. Потом опять глупость какую-нибудь сделаешь вопреки тому, что якобы тебе сейчас ясно. В этой ситуации не она виновата, а ты. Она — человек подневольный, можно сказать, зомби. А вот ты все прекрасно понимал. И вообще, все неприятности, которые с тобой приключаются — следствие твоих собственных ошибок. Если бы меня рядом не было, мог бы со спокойной душой, как и остальные, на случайности и невезение сваливать. Но раз уж есть кому объяснять, то лукаво закрывать глаза на правду тебе не удастся.
Истоки всех твоих неприятностей и болезней — в тебе самом. Если уж веришь в Новые Знания, то следуй им в жизни. Ведь они не только научными фактами подтверждаются, но и самой жизнью. Подтверждаются на каждом шагу и в каждой ситуации. Потому что это знания о реальности, а не сладкое религиозное вранье, которым доверчивых пичкают.
Если б ты не осознал, насколько обоснованы и достоверны Новые Знания, ведь не стал бы связываться со мной, тем более жертвуя часть своих доходов? Почему же, соглашаясь с очевидными истинами, поступаешь наперекор им?
Думаешь, раз мне помогаешь, так все, что угодно вытворять можешь? Ошибаешься. Ты будешь под Высшей защитой лишь в той мере, в какой сам соблюдаешь Нормы Разумного Бытия, в том числе, элементарные нормы безопасности.
Андрей, недолго помолчав, сказал:
— Владимир, понимаешь, я уже полгода женщины не имел. К тому же, они сами ко мне интерес проявляют. Симпатичные, часто молодые. Непросто устоять, хоть и понимаю, что не стоило бы связываться.
— Вот теперь ближе к истине говоришь. Хотя бы перед собой-то будь честным. У тебя гордыня. Их интерес льстит тебе. Как же — тебе за полтинник, а тобой молодухи интересуются. Но не надо забывать, что этот интерес закладывается со стороны ЭГП. Как бы ты ни пытался хитрить, ЭГП перехитрит тебя. ЭГП знает, что ты помогаешь мне, поэтому не упустит удобного случая, чтобы принести вред тебе или через тебя мне. В общем-то, немало ему удается. Его действия результативны в меру ошибочности твоих действий.
Я тебе много рассказывал о том, как сталкивался с представителями ЭГП. ЭГП изощрен настолько, что и мне не всегда просто разглядеть его уловки. А ты с твоей-то простотой все пытаешься ЭГП перехитрить. У тебя-то уж точно это не получится, даже не надейся! Лучше вообще избегай. Ищи женщину, не связанную с ЭГП.
2001 год, 5 августа. Сегодня замечательная погода. Высокое яркое солнце, редкие перистые облака в голубой выси, легкий ветер, лениво колышущий траву и листья. Тепло, но не жарко. Только гулять да гулять, наслаждаясь комфортной погодой и скромной живописностью подмосковной природы.
Но и в такой день я не позволяю себе разгуливать — надо готовить материал для книги. Так что сижу в избе на своём рабочем месте — за компьютером. С улицы заходит Андрей. Встает недалеко от меня, внимательно вглядываясь в монитор. С такого расстояния текст прочитать невозможно. Но он, якобы, с интересом всматривается, держа руки за спиной и слегка покачиваясь с носков на пятки. Вижу — собирается заговорить, но почему-то не решается. После некоторого молчания, когда я уже собрался было предложить ему не стоять над душой и идти по своим делам, наконец, спрашивает, продолжая смотреть на монитор:
— Владимир, а вот молнии, которые ты умеешь на людей посылать, от расстояния слабнут?
Ну, прямо очень актуально! Как будто нельзя было спросить об этом в другое время, когда не работаю. Впрочем, я не делал перерыв вот уже полтора часа. Ладно, отдохну.
Я щёлкнул на кнопке сохранения и отодвинулся от компьютера.
— Нет. Хоть за тысячи километров, хоть на другой стороне Земли свое дело сделают. Это не обычная молния, а ментально-астральная. Мощных видимых разрядов не видно. Воздействует непосредственно на организм, не затрагивая окружающую среду. По ощущениям это действительно похоже на сильные электрические разряды. Я даже не знаю, где объект воздействия находится. Представляю образ и действую, если очень надо. Вот и всё.
— Давно в последний раз применял?
— Давно. Я применял молнии только к отъявленным негодяям, которые не оставляли меня в покое, как бы я ни избегал их.
Помню, наказывал одну мерзавку. Она работала у меня, когда я только начинал предпринимательством заниматься. Шустрая, жестокая, жадная, крайне эгоистичная, опытная интриганка, она многим людям кровь попортила. Она из тех, кто подсознательно подчинен ЭГП. Я ее суть не сразу распознал, а когда разобрался, уже непросто было от нее избавиться. Однажды она предложила мне облапошить коллег ради того, чтобы увеличить наши доли в прибыли. Конечно, категорически отказался и коллег незамедлительно в известность поставил. В отместку она стала мне козни строить, интриги разные плести, пользуясь своими обширными связями.
Я в то время только начал магией баловаться. Решил слегка пощекотать ее молнией. Ну, пощекотал. Пару дней после этого она не выходила на работу, а когда пришла, была вся разбитая, болезненная. Когда пришла, стала рассказывать, как три дня назад совершенно внезапно ее органы один за другим стало бить сильным электрическим током. Она сказала «Чуть было концы не отдала».
В помещении кроме нас было еще несколько человек. Она, вроде бы, обращалась в основном к ним, но, как я заметил, пристально следила за моей реакцией. Поскольку она имела экстрасенсорные задатки, видимо, заподозрила меня в астральном нападении.
Да, именно в то самое время, которое она назвала, я посылал молнии. Конечно, во время её рассказа я сделал вид, что меня её болезни совершенно не интересуют.
Экзекуция ситуацию заметно не изменила. Разве что она чуть потише стала. Но я и не ставил целью серьёзный вред причинить. Единственное, что моя душа от раздражения освободилась.
В конце концов, я вспомнил, что есть более радикальный способ. Обратившись к Богу, я попросил избавить меня от неё. Вскоре произошли различные изменения ситуации и она, наконец, ушла в другую фирму.
Кстати, обращение к Богу оправдано, когда всё возможное самим уже сделано и собственные возможности исчерпаны. Бог не поощряет иждивенчества.
Что касается ментально-астральных молний, то мне этот способ воздействия совершенно не нравится. Иногда впоследствии отдача сильная бывает. Это настолько нехорошо, что вообще не хочу когда-либо к этому средству прибегать. Чтобы отдачи не было, можно было бы, конечно, соответствующую магическую защиту установить. Но любые магические защиты тоже отсроченные побочные негативные последствия имеют.
Кстати, был казус, когда еще только осваивал эту технику. Однажды, когда уже вошел в соответствующее состояние, не сохранил сосредоточенности и с раздражением вспомнил коллегу, который в этот день на работе создал некоторые проблемы, проявив ненужную инициативу.
Он, руководствуясь своим предположением, смело изменил производственную технологию. В результате испортил дефицитный материал.
Поэтому я с раздражением подумал о его руках, которыми он горазд работать, лишь, когда это не на пользу дела. Всего несколько секунд думал о нем. Потом с ужасом спохватился, вспомнив, что нахожусь в опасном состоянии. Взглянул на часы, чтобы потом объективно выяснить последствия.
Он отсутствовал на работе три дня. Это было нетипично для него, потому что молодой и здоровый. Когда вышел на работу, с удивлением рассказал мне, что правую руку ни с того, ни с сего как электротоком начало бить. Било недолго, но так сильно, что рука отнялась. Парализовало ее. Лишь на третий день подвижность восстановилась.
Я сказал:
— Хочешь, скажу — во сколько именно это произошло?
— Ну…
Я назвал точное до минуты время, когда совершил свою оплошность. Он с удивлением подтвердил, что приступ произошел именно в это время. С любопытством глядя на меня, засыпал вопросами:
— Тайком к моему дому подъезжал что ли? Соседей расспрашивал? Ну, рассказывал я им про свою беду, но ведь точное время никому не называл. Короче, колись — как узнал-то?
— Делать мне больше нечего, как в такую даль переть, чтобы у твоих соседей такую ерунду выведывать!
Конечно, я ему рассказал, что произошло, и принес свои глубочайшие извинения. Он, покачивая головой из стороны в сторону, расхохотался. Потом, глядя на меня так, как полагается нормальному образованному человеку смотреть на невежественного чудака, сказал:
— Ну, ты и фантазер, Володя! Не знаю, как ты угадал время. Ну ладно, угадал, бывает. А все остальное — полная ерунда. Не бывает такого. Ты же неглупый, вроде, человек. Как ты можешь такую чепуху говорить? Не ожидал от тебя. Не ожидал…
Он с улыбкой и, как мне показалось, с разочарованием покачал головой. — Фантастики что ли начитался? Действительно, что ли, в чудеса всякие и магию веришь? Посчитай, сколько километров между нами было. Ты находился ближе к центру Питера, а я — на далекой окраине. Так что успокойся — ты ни при чем. — Он снисходительно похлопал меня по плечу. Потом, помрачнев, с тревогой продолжил: — А вот руку действительно странно ударило. Никогда в жизни такого жуткого ощущения не было. Ведь главное — не болею же ничем. Как бы продолжения не было.
— Не беспокойся, продолжения не будет.
Я больше не пытался ему ничего объяснять.
Андрей нерешительно мнётся некоторое время, раскачиваясь с носка на пятку, садится на стул и выпаливает:
— Владимир, давай ты меня научишь молнией пользоваться! В будущем, когда тебе придётся среди людей быть, ведь обязательно враги подбираться будут. Я буду всегда рядом с тобой, начеку, как телохранитель, и, если что, нейтрализую их.
Поделиться книгой: