Вторжение на Землю

– А по какой программе смотреть?

– По любой.

* * *

Совет Безопасности ООН собрался через десять дней после того, как инопланетяне покинули Солнечную систему. В этот раз кроме официальных представителей США, России и Китая на заседании присутствовали и руководители этих стран, а также британский премьер-министр Риши Сунак.

В принципе, Роберт Десантис, будучи пока ещё вице-президентом, фактически являлся лишь исполняющим обязанности руководителя, но кроме него самого это мало кого волновало. Для всех остальных было вполне достаточно того, что он официально представляет Соединённые Штаты Америки.

Председательствующий – официальный представитель Китая, открыв заседание и пояснив, что в изменившихся условиях старые правила и сложившиеся в последнее время традиции утратили актуальность, сразу, без обсуждения повестки и регламента, передал слово руководителю Китая. В зале раздался недовольный ропот, но быстро сошёл на нет сразу после появления на трибуне Си Цзиньпина.

Оглядев притихший зал слегка прищуренными глазами, китайский лидер начал своё выступление:

– Уважаемые коллеги, я вынужден констатировать, что наш мир вступил в новую космическую эру. Мы больше не одни во Вселенной, более того, мы там не главные. Совсем недавно нам недвусмысленно на это указали, проведя на нашу планету разбойничий набег, в ходе которого выкрали четверть миллиона молодых женщин и перебили более трёх миллионов человек. При этом с нами не только не стали ни о чём договариваться, но даже не посчитали нужным разговаривать. Обладая сверхмощным лучевым оружием, пришельцы воспользовались им лишь дважды. Они не воевали с нами, просто взяли то, что им требовалось, и улетели. Мы выяснили, откуда они взялись на наши головы и что им от нас нужно.

Си отпил из стакана пару глотков воды и продолжил:

– Пришельцы являются нашими ближайшими соседями по космосу. Они прибыли к нам с планеты, вращающейся вокруг одного из светил тройной звезды Альфа Центавра. Условия для жизни там очень плохие – планета, а точнее спутник газового гиганта, через каждые сорок лет оказывается под воздействием мощного рентгеновского излучения соседней звезды, приближающейся к планете на расстояние в одиннадцать астрономических единиц. Это примерно как от Земли до Сатурна. Вот так они и живут: сорок лет нормальной жизни, потом ещё сорок под убийственным излучением, когда приходится прятаться по пещерам или опускаться в океан, где зародилась и, вполне возможно, до сих пор проживает их цивилизация. В семидесятые годы прошлого века их автоматы уже побывали на нашей планете с разведывательной миссией. После рассекречивания российских и американских архивов было установлено, что некоторые сообщения уфологов оказались правдивыми. Пришельцы убедились, что условия на Земле их вполне удовлетворяют, а человечество ещё не достигло той ступени, после которой нужно начинать считаться с его мнением. Поэтому они будут захватывать Землю и очищать её от дикой и агрессивной фауны, к которой причислены и мы с вами. Никаких переговоров не будет. Они захватили четверть миллиона женщин в репродуктивном возрасте и несколько сотен крупных мужчин. Думаю, что всем понятно, для чего им потребовалась такая пропорция. Женщины выносят детей, а из них пришельцы воспитают супербойцов-биороботов для зачистки Земли от диких зверей и человечества. По нашим расчётам флот вторжения появится на земной орбите через три с небольшим десятилетия. Может быть, немного раньше или позже, но в любом случае не ранее две тысячи пятьдесят пятого года и позднее две тысячи шестидесятого.

Китайский лидер сделал небольшую паузу, давая людям возможность осмыслить свои слова, после чего продолжил:

– Поскольку противостоять цивилизации, стоящей на более высокой ступени технологического развития, мы сможем, только объединившись и собрав все силы в единый кулак, Китай, США и Россия, имеющие различное государственное устройство и принадлежащие к разным политическим системам, смогли преодолеть исторически сложившиеся противоречия и приняли совместное беспрецедентное решение. Они формируют Большую Тройку, которая, в отличие от Большой Двадцатки и Большой Семёрки, не будет играть роль совещательно-экономических конференций, а возьмёт на себя практическое руководство и контроль над целенаправленным развитием цивилизации. При этом первоочередными задачами будут ликвидация угрозы падения на Землю космического корабля пришельцев, освоение инопланетных технологий и, по возможности, мирное разрешение всех крупных конфликтов на планете. Поясняю, что данное решение мы не выносим на обсуждение Совета Безопасности, а лишь информируем о нём остальных его членов. Оно уже принято и чьи-либо возражения никак не смогут повлиять на проведение его в жизнь.

Си сделал ещё одну паузу, вглядываясь в лица членов Совета Безопасности слегка прищуренными глазами. В его взгляде было столько мощи и непоколебимой уверенности, что британский премьер испуганно вжал голову в плечи, а ещё несколько человек прикинулись ветошью и изо всех сил старались не отсвечивать. Сполна насладившись произведённым эффектом, китайский лидер продолжил своё выступление:

– Напоследок, перед тем как передать слово другим представителям Большой Тройки, я доведу до вашего сведения ещё одно, уже частное решение. Руководство Китайской Народной Республики официально заявляет о прекращении противостояния с Китайской Республикой Тайвань. Мы один народ, и разный политический строй наших стран больше не будет помехой нашему взаимодействию. А теперь я приглашаю на эту трибуну представителя Соединённых Штатов Америки.

Роберт Десантис впервые появился не только на заседании Совета Безопасности, но и вообще в Штаб-квартире ООН, при этом, выйдя на трибуну, не потерялся и, поприветствовав присутствующих, сразу взял быка за рога:

– В нашей доктрине были прописаны две основные угрозы: Россия и Китай. Россия угрожала нам военной силой, а Китай – экономически. Теперь появилась общая для всех угроза – цивилизация с Альфы Центавра, и бывшие враги стали не просто союзниками, а истинными соратниками в общей борьбе. В прошедшем столкновении с пришельцами мы плотно взаимодействовали и добились определённых успехов. Теперь эти успехи надо закрепить. Но для этого каждой из трёх стран надо провести целый комплекс мероприятий. Официально заявляю, что Соединённые Штаты распускают блок НАТО, ликвидируют его организационную структуру, прекращают какие-либо враждебные действия в отношении своих бывших противников, включая Иран и Северную Корею, а также снимают с них санкции. Кроме этого Соединённые Штаты выводят войска из Сирии, Японии, Южной Кореи и европейских стран. При этом инфраструктура военных баз остаётся в совместной с этими странами собственности и в дальнейшем подлежит реконструкции под задачи планетарной обороны.

Третьим вышел к трибуне президент России. Оглядев притихший зал, он некоторое время многозначительно помолчал и сказал:

– Здравствуйте, – и, после небольшой паузы, начал своё выступление: – В военной доктрине России не прописано ни одного врага. Мы мирная страна, не претендующая на чужие территории и богатства. Но и своей земли мы не привыкли отдавать ни пяди. А на неё наше окружение зарилось постоянно. И российская армия всегда давала захватчикам достойный отпор. Так было с печенегами, поляками, шведами, французами и немцами. Не стал исключением и последний случай. Космические войска России уничтожили один из трёх космических кораблей пришельцев. Это спасло от их нападения Индию, Пакистан, Юго-Восточную Азию, Новую Зеландию, Австралию и Океанию. Из сорока девяти десантных транспортов, высадившихся в нашей зоне ответственности, российские Вооружённые Силы уничтожили сорок семь. Наша страна приветствует инициативу Соединённых Штатов Америки по роспуску НАТО и, в свою очередь, распускает ОДКБ. При этом мы также оставляем за собой военные базы, с тем, чтобы использовать их для планетарной обороны. Теперь относительно Сирии, Ирака, Ирана и Турции. На территории этих стран в исторической области Курдистан проживают курды – народ, численность которого составляет порядка сорока пяти миллионов человек, не имеющий своего государства. Это приводит к регулярным военным конфликтам и способствует поддержанию постоянного очага напряжённости в регионе. Решать эту проблему нужно кардинально. Тем более что один прецедент уже имеется. Семьдесят семь лет назад по инициативе Советского Союза было создано и декретировано ООН государство Израиль. К сожалению, это произошло с нарушением первоначального плана, заключающегося в создании в Палестине двух независимых государств – еврейского и арабского. Последствия этого половинчатого решения мир расхлёбывает до сих пор. Сейчас Россия опять выступает с аналогичной инициативой. Мы предлагаем создать на части территории Сирии, освобождаемой США, и примыкающей к ней части территории Ирака государство Курдистан и обеспечить переселение туда курдского населения Турции и Ирана. План согласован государствами Большой Тройки. Проведены консультации с руководством Сирии, Ирака, Ирана и Турции, достигнуто их принципиальное согласие. Большая Тройка предлагает принять решение по этому вопросу Совету Безопасности ООН на сегодняшнем заседании.

Президент сделал паузу, отпив воды, которую налил в пластиковый стаканчик из своей бутылочки, после чего продолжил:

– В мире сейчас тлеет ещё несколько вялотекущих конфликтов: израильско-палестинский, о котором я уже упомянул, косовский, карабахский, корейский. Ими Большая Тройка будет заниматься в такой же последовательности, как и сейчас с курдским: подготовит для стран – участниц конфликта предложения, от которых они не смогут отказаться, проведёт взаимные согласования проекта решения и передаст в Совет Безопасности все материалы, необходимые для обсуждения и декретирования. Аналогичным образом мы будем поступать и при возникновении новых конфликтов, не доводя их до военного разрешения. Если же какая-либо из стран рискнёт пойти на обострение, минуя этот порядок, то сразу получит по рукам, а её руководство столкнётся с трибуналом Большой Тройки. И любые ссылки на демократию и права человека будут проигнорированы – в чрезвычайной ситуации, а теперь она стала чрезвычайной для всего человечества, личные хотелки, пожелания и предпочтения будут возможны только в том случае, если они не идут вразрез с интересами окружения, не наносят вреда и не тормозят развитие человеческой цивилизации. Вы можете иметь любые политические представления, верить в плоскую Землю и в макаронного бога, сочетаться браком с деревом, каждый сходит с ума по-своему, но не вздумайте требовать подобного от других.

Президент России ещё раз смочил горло, внимательно оглядел зал и перешёл к заключительному этапу своего выступления:

– Сейчас над нашими головами нависла ещё одна опасность, и это вовсе не фигуральное выражение. На Землю медленно падает космический корабль пришельцев, весящий почти полмиллиарда тонн. Это более ста Тунгусских метеоритов. Землю его падение не уничтожит, даже кора, скорее всего, не треснет, но человечеству может стать очень несладко. До момента его входа в плотные слои атмосферы осталось менее трёх месяцев. Страны Большой Тройки предпринимают всё возможное и невозможное тоже, чтобы раздробить его конструкции до фрагментов, которые сгорят в атмосфере, не нанеся ущерба нашей планете, или свести этот ущерб к минимуму. При этом, по возможности, сохранив в целости на орбите отдельные устройства и механизмы, которые помогут нам в дальнейшем разобраться в инопланетных технологиях. Это очень сложно, трудоёмко и накладно даже для экономик наших далеко не бедных стран. Поэтому мы готовы принять любую посильную помощь, за которую потом сполна расплатимся новыми технологиями. Да, те, кто проигнорирует эту просьбу, а это именно просьба о помощи, а не требование, может в дальнейшем не рассчитывать на раздачу бесплатных плюшек. Давайте представим себе Землю в качестве космического корабля. Это старая аллегория, но она работает. На корабле есть экипаж, обеспечивающий его движение и функционирование всех систем, пассажиры, обладающие полезностью, которых необходимо доставить к цели, и балласт. Балласт собственной ценности не представляет, и экипаж не несёт ответственности не только за его доставку к цели, но даже за сохранность. В особенности если этот балласт начнёт оказывать помехи экипажу. А теперь, когда мы расставили большую часть точек над «i», я предлагаю перейти к обсуждению курдского вопроса. Спасибо за внимание.

* * *

Прямую трансляцию заседания Совета Безопасности ООН посмотрели сотни миллионов человек. Потом, в записи, ещё несколько миллиардов. Не все оценили новости однозначно. В руководстве ЕС их вообще приняли в штыки, но первое же экстренное совещание внесло разлад в действия Европейского Союза, почти полностью парализовав его работу. Диссонансом к форменной истерике, которую закатили Польша и «прибалтийские вымираты», как народная молва окрестила три бывшие советские прибалтийские республики, а также резким возмущениям Бельгии, Мальты и Нидерландов, прошли заявления о выходе из организации Франции и Венгрии, а также из кандидатов в члены – Сербии. И если действия Венгрии и, тем более, Сербии были в принципе предсказуемыми, то неожиданный демарш Франции, осуществлённый внезапно пришедшей к власти Марин Ле Пен, буквально выбил почву из-под ног у руководства Европейского Союза.

Возмущённая до глубины души предательством заокеанского кузена Великобритания на время затаилась, и ожидать от неё можно было чего угодно, но вряд ли хорошего. В Индии и Пакистане новость была воспринята спокойно, курды ликовали, талибы её проигнорировали. В Израиле, привыкшем одновременно посасывать двух маток – Россию и США, виртуозно играя на их противоречиях, сильно напряглись при объединении этих стран в единую структуру. Перспективы делиться с палестинцами, в том числе и территорией, там почти никого не радовали.

В России тоже была неоднозначная реакция, но вот распределение согласных и несогласных, оказалось, как ранее и утверждали политологи, девять к одному. Беда в том, что сидели эти десять процентов недовольных исключительно наверху и представляли собой вполне реальную силу, которая при невозможности прямо оспорить решения руководства тихо саботировала их реализацию. В руководстве страны тоже это понимали, поэтому контрпротиводействие подключилось сразу. Начали, разумеется, с Центробанка. А потом понеслось. Визгу было!

Нет, полностью ликвидировать частную собственность ни у кого рука не поднялась. Тут никакие пришельцы не спасут. А вот на средства производства, да в особо крупных размерах…

Глава 6

И снится нам не рокот космодрома…

Андрей Самандросов медленно передвигался по вертикальной стене, которая сейчас была для него полом, заряжая шпуры твёрдыми цилиндрами патронов скального аммонита номер один, с вставленными в них электродетонаторами.

Возобновить выпуск этой мощной промышленной взрывчатки, по бризантности лишь немного сильнее тротила, но дающей ему огромную фору по работоспособности, удалось только после того, как они вдвоём с Сергеем Кочетковым убедили в этом генерала Петрова, руководившего Координационно-аналитическим центром космической проблематики и через день приезжавшего в Звёздный городок. Основным их аргументом была необходимость как можно более мелкого дробления материала, практически не уступающего крепким и весьма крепким горным породам. Самандросову приходилось работать с такими на Кольском полуострове, и он тогда на собственном опыте убедился в низкой эффективности против них взрывчатых веществ, выпускаемых отечественной промышленностью.

Второй аргумент нашёл сам Петров. Прессованная взрывчатка позволяет существенно снизить объём груза, который необходимо доставлять с Земли, и, главное, сократить диаметр шпуров, которые придётся сверлить в конструкциях инопланетного корабля. Именно сверлить. Ни о каком ударно-вращательном бурении даже речи не шло. С керамикой твёрдостью девяносто три по Роквелу мог справиться только алмазный инструмент.

Шпуры сверлили американцы. Сначала они попытались обидеться, но быстро сдали назад, когда в качестве альтернативы им предложили поработать кувалдами для измельчения крупных обломков перегородок, транспортных ботов и блюдец. В результате кувалды – пятикилограммовые «Маши», заботливо прихваченные в космос русскими космонавтами, – достались китайским тайконавтам. В невесомости кувалды потеряли вес и казались пёрышками, но сохранили свою массу и инерцию. Относительно тонкие конструкции блюдец крошились на мелкие осколки ничем не хуже, чем земная фарфоровая сантехника. С транспортными ботами и перегородками приходилось возиться дольше, но трудолюбивые китайцы быстро напрактиковались и уже на второй день начали показывать весьма завидные результаты.

Американские астронавты не сразу поняли, что работу, которую им поручили, при всём желании нельзя было назвать непыльной. Учитывая невозможность водяного пылеподавления, при сухом сверлении керамики образовывалось очень много пыли. Она была везде: оседала на стенах, скафандре, лицевом щитке гермошлема, клубилась в пространстве. Внутрь скафандров она, разумеется не попадала, но перед тем как зайти в шлюз космического корабля, астронавтам нужно было тщательно обдуть напарника воздухом, так как самостоятельно провести эту процедуру не представлялось возможным.

Закончив с зарядкой, Самандросов пошёл обратно, запенивая устья шпуров монтажной пеной, которая очень быстро каменела на свирепом морозе. По прикидкам взрывника – изрядно за минус тридцать. Авианосец, как окрестили корабль-матку российские космонавты, вращался вокруг своей оси довольно быстро, делая полный оборот менее чем за час. Снаружи жара регулярно сменялась холодом, и средняя температура составляла плюс четыре по Цельсию, а тут, внутри, всегда было холодно. Взрывник медленно двигался от одного шпура к другому не потому, что никуда не спешил, наоборот, уже следовало поторапливаться. Плавные движения были нужны, чтобы не тратить много энергии и не сорваться со стены.

Самандросов ставил правую ногу на пятку, потом, мягко перекатившись через ступню, отрывал носок левой ноги от пола, переносил ногу вперёд и ставил на пятку. В это время правая нога уже стояла на носке. Эти синхронные движения они долго отрабатывали на Земле, доводя их до автоматизма. В невесомости абсолютно не имеет значения ходишь ты по полу, стене или потолку. Главное, чтобы ступня имела хорошее сцепление с поверхностью. По стальной поверхности можно ходить в магнитных ботинках. Но на авианосце пришельцев металлы отсутствовали. Большинство поверхностей были керамическими. На Земле можно было бы использовать присоски. Но здесь царил вакуум, и ходить по керамике получалось только в специальной обуви, подошва которой была изготовлена со множеством мельчайших выступов, аналогичных тем, которые имеются на лапках гекконов – небольших ящериц, обитающих в тропиках и субтропиках.

Гекконов из-за особенностей строения их лап иногда называют цепколапыми. Сцепление их лапок с поверхностью осуществляется за счёт сил Ван-дер-Ваальса, возникающих на кончиках волосяных выступов при контакте с камнями. Силы Ван-дер-Ваальса намного слабее молекулярных связей, но при большой площади поверхности могут обеспечивать вполне достаточное, если даже не избыточное сцепление с поверхностью. В частности, одна лапка геккона может удержать груз в два килограмма.

Поэтому, если ступня стоит ровно и контакт с поверхностью осуществляется по всей плоскости, то для отрыва ноги требуется большое усилие. При мягком перекатывании с пятки на носок, оно значительно меньше. На самом носке цеплялок нет, и им можно оттолкнуться от поверхности. Это позволяет ходить по любым поверхностям, но очень медленно. А расстояния на авианосце большие. Радиальные коридоры по километру с лишним. Не находишься. Остаётся только летать.

На «Орле» летать было просто – от одной стенки отталкиваешься, у другой за что-нибудь хватаешься. А тут просторы большие. Выручает ракетный ранец. Но наловчиться им пользоваться очень непросто: надо рассчитать импульс, точно задать направление, компенсировать вращение, потом пристениться на ноги, чтобы не отрикошетировать от стены совсем не туда, куда требуется. Хвататься-то не за что. Вот тут выручали «дороги» – верёвки, протянутые вдоль стен и поперёк коридоров. Отличная приспособа! Пристегнулся карабином, и скользишь вдоль, ни о чём лишнем не задумываясь. Единственная сложность – их крепление к керамическим стенам. Сейчас, собирая взрывную сеть, Самандросов вспомнил «мозговой штурм», устроенный в Звёздном городке для решения этой проблемы.

– Может, просто пристрелить дюбеля к стенам? – предложил один из космонавтов. – Дёшево и сердито. Отдачей тебя отбросит конечно, но к этому просто надо быть готовым.

– Не получится, – с ходу отмёл идею Петров. Стена твёрже дюбеля и хрупкая. Просто выколете в ней коническую воронку. Уже пробовали.

– Давайте прожжём отверстие лазером и вставим в него клиновой анкер, – выдвинул предложение Сергей Кочетков. – Это ведь обычная керамика, а не мифрил какой-нибудь.

– Да, керамика, но не обычная, – обломал очередную идею Петров. – Температура её плавления – почти четыре тысячи градусов. Нет, если у вас имеется ручной гиперболоид, то можно, конечно, попробовать.

Все рассмеялись. Гиперболоид пока существовал только в фантастическом романе, который если и не все из присутствующих в зале читали, то точно о нём слышали.

– А давайте приклеим крепления для верёвок к стене, – внёс предложение один из техников.

– Давайте, – легко согласился с ним Петров. – А чем будем приклеивать? Там вакуум и температура ниже тридцати градусов по Цельсию.

– Так вопрос уже давно решён в «Москва – Кассиопея»: суперклей от Быкова-младшего, – пошутил случайно заглянувший на огонёк химик Вячеслав Коротин. – А если серьёзно, то можно попробовать что-нибудь из капсулированных эпоксидок. Размял руками, прижал, она и затвердеет даже в вакууме.

– Не получится, – тут же отреагировал один из техников. Стенка холодная. Не будет эпоксидка твердеть. Просто замёрзнет и отвалится.

– Не спорьте, – осадил обоих Петров. – Я консультировался, клеев, работающих при температуре ниже минус тридцати, не существует. Какие ещё будут предложения?

– Обыкновенная вода вместо клея сработает, – внёс предложение другой техник. – Может, губка с водой.

– Олег Анатольевич, вообще не покатит, – возразил ему один из бортинженеров. – Вода сразу закипит, превратится в лёд, а он сублимируется в газ.

– Не совсем с вами согласен. Сама керамика холодная. А вот вода прям-таки сразу не закипит, и лёд легко не будет сублимировать. Тут важна площадь открытой поверхности, а если лёд будет прослойкой, то и испаряться практически не будет.

– Мгновенно закипит, – отреагировал бортинженер. – Потом мельчайшие капельки пара превратятся в маленькие-маленькие льдинки, а они достаточно быстро сублимируются в молекулярный газ. А если лёд будет прослойкой, то его отстрелит тонким слоем сублимационного пара внутри.

– Хватит, – остановил спор Петров. – Вода в космосе не работает. Идём дальше. Какие ещё есть идеи?

– Можно использовать эффект лизания языком железки в мороз, – предложил присутствующий в зале технолог. – Только языком не надо – он ещё пригодится, и жидкость нужна малолетучая в вакууме. Сойдет обычное машинное масло или глицерин. Керамика довольно теплопроводна, и, если эта обшивка имеет низкую температуру – сработает. Вместо языка – резиновая губка на металлическом каркасе, хорошо пропитанная жидкостью. Он же подогреватель, чтобы раньше времени не замерзло за счет радиационного эффекта. Губка выстреливается с небольшой скоростью на обшивку и мгновенно примерзает. Состав жидкости и температуру можно подобрать специально. При выстреле выключается подогреватель. Каркас связан с тросиком.

– Отлично, Иван Борисович! – воскликнул обрадованный Петров, сразу уловивший суть идеи. – Единственное, что глицерин и машинное масло при такой температуре замёрзнут, я уверен, а вот не будут ли они после этого сублимироваться в вакууме?

– Чрезвычайно долго. Для высокого вакуума используются так называемые диффузионные насосы с фтормаслом, но и там оно испаряется хорошо только градусах при ста Цельсия. А на холоде – нет. Но у него адгезия к керамике маловата. Глицерин – лучше. Он если и будет испаряться при температуре ниже минус тридцати, то месяц или дольше.

– Тогда глицерин и возьмём. Вы поможете воплотить эту идею в металл?

– Не вопрос!

Закончив сборку взрывной сети и доставив конец магистрального провода в соседний отсек к электровзрывной машинке, Самандросов прихватил ящик взрывчатки и полетел в ближний к входным воротам конец подготовленного к взрыву эллинга, где сформировалась огромная куча уже раздробленных обломков транспортного бота и перегородок. Вращение корабля-матки было слишком медленным, чтобы создать заметную силу тяжести, но центробежной силы оказалось вполне достаточно для того, чтобы хаотично летающие по эллингу обломки постепенно собрались у самых створок ворот. Когда-то эти створки могли скользить по направляющим в стороны, полностью открывая входной проём, но сейчас, после их удаления, держались на честном слове и должны были после взрыва вылететь наружу, предварительно расколовшись на небольшие фрагменты.

Сейчас Самандросов развешивал на «дороге», протянутой в нескольких метрах от входных ворот, двухкилограммовые пачки взрывчатки и соединял их детонирующим шнуром. Опустошив один ящик, он полетел за следующим.

Известно, что в вакууме взрывная волна не распространяется. А вот ударные газы разлетаются очень даже неплохо. Каждый килограмм скального аммонита номер один образует при взрыве почти кубометр газов. Если точнее – восемьсот тридцать литров. При земном атмосферном давлении. Трёх ящиков взрывчатки должно было хватить, для того чтобы мгновенно выбросить в космос весь мусор, который скопился в эллинге за время демонтажных работ. И не просто выбросить, а ещё и придать ему некоторое ускорение.

Подсоединив второй магистральный провод к проводам электродетонатора патрона-боевика, Самандросов заскользил по «дороге», протянутой к соседнему отсеку. Потом вернулся в подготовленный к взрыву эллинг ещё раз, чтобы убрать освещение.

Расположившись в соседнем отсеке прямо на ящиках с взрывчаткой, он подсоединил магистральные провода к электровзрывной машинке и доложил командиру экипажа о готовности к проведению взрыва. Получив команду ожидать, он уселся поудобнее и расслабился. Сорок два года – это совсем не много, для некоторых – самый расцвет сил, но провести всю смену в скафандре в этом возрасте уже тяжеловато. Даже в невесомости.

Команду на взрыв Самандросов получил, когда корабль-матка проходил перигей, находясь на минимальном расстоянии от Земли, и был обращён взрываемым эллингом в сторону, противоположную направлению полёта. Таким образом осколки оставались за условной кормой и приобретали тормозящий импульс.

Сильнее всего тормозились осколки оболочки. Шпуры были просверлены в виде обратного вруба – их концы раздвигались в стороны по мере удаления от устьев. Это позволяло взрывчатке не просто раздробить фрагмент оболочки на мелкие куски, но и метнуть их наружу в пределах определённого сектора. Эти обломки могли войти в плотные слои атмосферы уже на следующем витке. С небольшим отставанием следом за ними летели осколки створок ворот, а весь остальной мусор замыкал вновь сформированный метеорный рой. Этим осколкам предстояло покрутиться по эллиптической орбите ещё много витков, медленно тормозясь в разреженном воздухе, и только потом коротко вспыхнуть, расцвечивая ночное небо Земли причудливым фейерверком.

Для корабля-матки ускоряющий импульс взрыва был почти не чувствителен, лишь в малой степени способствуя отсрочке падения. Но пол под ногами дрогнул вполне ощутимо. Самандросов дождался, пока эллинг покинут, рикошетируя от стен, последние обломки, и лишь после этого заглянул внутрь, чтобы убедиться, насколько чисто сработал. Солнечный свет вливался в эллинг через прямоугольный входной проём, освещая лишь небольшой участок огромного помещения, большая часть которого оставалась в тени. Установив два прожектора, Самандросов дождался американцев, входящих в следующую смену, и вместе с ними произвёл разметку потолочной плиты. Там всё было просто – вертикальные шпуры с шагом метр на метр. Шпуры каждого следующего ряда сдвигаются на полметра в сторону для образования шахматного порядка. Потом Кочетков раскидает их по замедлениям и послойно отпалит на свободную поверхность.

Теперь Самандросову можно было возвращаться на «Орёл», временно превращённый в базу комплексной бригады демонтажников, почистить от пыли и снять надоевший скафандр, совместить ужин и беседу с завтракающим Кочетковым, после чего, наконец, пристегнуться к вожделенному спальному месту. И увидеть во сне Землю.

* * *

На Земле тоже вовсю кипела работа. Космодромы работали с полной загрузкой, направляя на орбиту взрывчатку, кислород, алмазные коронки, сжатый воздух для продувки, радиоизотопные источники энергии, солнечные батареи, кабели, топливо, продукты питания и множество необходимых на орбите мелочей.

К Большой Тройке почти сразу плотно подключилась Франция, окончательно порвавшая с ЕС. Ракеты «Ариан-6», стартующие с космодрома Куру во Французской Гвиане, таскали на орбиту разгонные блоки для перевода на стабильную орбиту крупных фрагментов, отделяемых от корабля-матки. Для участия в монтаже и обслуживании этих блоков Франция делегировала своего астронавта. Бортинженер Тома Готье Песке, имеющий солидный опыт работ в открытом космосе, проходил переподготовку в Звёздном городке и вскоре должен был отправиться на корабль-матку. Сорокасемилетний уроженец Руана был ценным приобретением для реализующегося проекта не только благодаря своему опыту и великолепной физической форме, но и тем, что, свободно разговаривая на русском и английском языках, мог вполне уверенно объясняться на мандаринском.

* * *

Российский координационно-аналитический центр космической проблематики работал в плотном контакте с американскими Центром космических полётов имени Годдарда в Гринбелте и Космическим центром Джонсона в Хьюстоне, а также китайским Национальным космическим управлением и Гвианским космическим центром.

Руководство Европейского космического агентства ещё при первых контактах начало качать права и ставить условия, поэтому было оперативно послано по известному адресу. После присоединения Франции к Большой Тройке, сотрудники Главного управления внутренней безопасности Франции очистили парижскую Штаб-квартиру на Иль-де-Франс и Гвианский космический центр от всех нерезидентов, так сказать, во избежание. Последующие события показали, что это было сделано весьма своевременно.

Японское агентство космических исследований заняло выжидательную позицию. Само оно на контакт не пошло и, соответственно, никакого специального приглашения от Большой Тройки не получило.

Обследование и исследования корабля-матки пришельцев развивались ударными темпами. С внешним стометровым кольцом уже более или менее разобрались. Оно было разделено на два практически симметричных относительно центральной плоскости этажа, представляющих собой трапецеидальные эллинги с транспортными ботами, между которыми были вклинены блоки с лазерными турелями. Один из транспортных ботов вообще не имел видимых повреждений, остальные были частично или полностью разрушены. Уцелевший бот надо было кровь из носу сохранить, остальные подлежали демонтажу и утилизации. Кроме этого, было решено сохранить в целости фрагменты корпуса, в которых смонтированы лазерные турели. Таким оружием не разбрасываются. Сейчас эллинги внешнего кольца демонтировали для освобождения расположенных между них конструкций, представляющих собой узкие четырёхгранные призмы с немного скошенными боковыми гранями. Масса каждой по оценочным расчётам составляла ориентировочно от двадцати до тридцати тысяч тонн. Примерно как водоизмещение тяжёлого ракетного крейсера «Пётр Великий». И это только одно орудие!

Кажется, что это очень много для разгонного блока. Но это только кажется. Не многие знают, что даже один человек может оттолкнуть от причала не только эсминец, но даже небольшой крейсер, если будет долго давить, упёршись плечом в его борт. Вначале будет казаться, что эту махину ничем не сдвинуть, потом, миллиметр за миллиметром, она начнёт поддаваться. Дальше – больше, счёт уже пойдёт на сантиметры и дециметры. Нужно только не прекращать давить.

В космосе нет силы трения и усилие от ракетного двигателя передаётся толкаемому объекту вообще без каких-либо потерь. Разумеется, имеется притяжение Земли. С гравитацией не поспоришь. Вот только её сила обратно пропорциональна квадрату расстояния. Оторваться от Земли очень тяжело. А дальше всё будет легче и легче.

Короче, расчёты показали, что для вывода орудийной башни на геостационар мощности разгонного блока, разумеется, маловато, но для перемещения на безопасную орбиту должно хватить.

* * *

Времени не хватало категорически. Тяжёлые ракеты невозможно запускать в космос как из пулемёта, даже если они есть в достаточном количестве. Сборка занимает не меньше недели, потом ещё несколько дней требуется на предстартовую подготовку.

Половина срока, отпущенного расчётами на демонтаж космического корабля пришельцев, уже истекла, а работы на орбите ещё только выходили на поток. Взрывы, проводившиеся в процессе демонтажа тремя комплексными бригадами, отодвигали трагическую развязку совсем незначительно. Неделя-другая отсрочки ничего принципиально не меняли. Американцы уже начали склоняться к уничтожению корабля-матки серией термоядерных зарядов, но Петров смог убедить их не торопиться с крайними мерами, поскольку некоторые шансы на успех ещё имелись.

Специалисты Роскосмоса, последними словами поминая Рогозина и финансирование космических программ по остаточному принципу, в пожарном порядке отлаживали тяжёлую, стартовой массой в семьсот семьдесят три тонны, «Ангару А5М» грузоподъёмностью в тридцать семь тонн, и космический буксир, который она должна была доставить на орбиту. Согласно расчётам, проведённым в Роскосмосе, импульс, приложенный буксиром к кораблю-матке, должен был отсрочить момент её вхождения в земную атмосферу по крайней мере на полгода.

Глава 7

Пятая колонна

Далеко не всем были по душе изменения миропорядка, внедряемые Большой Тройкой. И не только в обиженной на весь белый свет и буквально вставшей на дыбы Европе, которой за последние пять лет уже и так досталось не по-детски. Причём в основном не по вине окружения в лице предавших «цитадель цивилизации» англосаксов и вконец закусивших удила русских, а большей частью из-за никчёмности пришедших к власти еврочиновников. Сочетание низкого уровня профессионализма и невысокого интеллекта с чудовищным апломбом ещё никого до добра не доводило.

К девяностым годам XX века в Европе уже не осталось личностей уровня Черчилля, де Голля, Миттерана, Тэтчер, Аденауэра, а после того, как в 1999 году объединёнными усилиями НАТО была растерзана Югославия и спустя год свергнут Милошевич, не стало уже никого даже среднего уровня. Какое-то время для удержания призрачной стабильности нежизнеспособному европейскому образованию ещё хватало авторитета фрау Меркель. С её уходом посыпалось всё. К власти пришли клоуны и клоунессы. В жалкой попытке самосохранения резко сдёрнула с тонущего корабля Великобритания, в меру своих возможностей постарались откреститься Венгрия и Сербия. С жадным интересом наблюдала со стороны так и не вошедшая в состав ЕС Турция. Откровенно и цинично грабили бывшего союзника-конкурента Соединённые Штаты.

Дальше – больше. ЕС увлечённо занялся стрельбой по собственным ногам, закрывая АЭС и ТЭС, взрывая газопроводы и денонсируя соглашения. Походя столкнули с Россией, а потом порвали на части Украину, вызвав этим второй приток десятков миллионов не желающих работать беженцев, тяжким бременем лёгший на загибающуюся экономику. Хотя о какой экономике могла вообще идти речь, когда большая часть решений принималась выжившей из ума гинекологом, ранее сумевшей успешно развалить Бундесвер? Производственные гиганты спешно перебирались за океан, поставки энергоносителей и удобрений из России сошли на нет, зелёная энергетика оказалась затратной и неэффективной.

Население стран, делегировавших свой суверенитет и возможность принятия решений дилетантам и прохиндеям, искренне не понимало причин катастрофического ухудшения своего жизненного уровня. И обвинения в основном адресовались как раз странам Большой Тройки. Немало доставалось и «предавшей» идеалы демократии Франции. О какой поддержке их действий в таких условиях могла идти речь? Её и не было. Более того, ЕС с усердием, достойным лучшего применения, самозабвенно совал палки в колёса набирающего ход паровоза.

И если делать гадости странам Большой Тройки было по меньшей мере чревато серьёзными неприятностями, то навредить Франции, границы которой уже давно превратились в фикцию, казалось проще простого. Организаторскую роль, как обычно, взяла на себя Великобритания. Англия и Франция традиционно испытывали большую взаимную «любовь». Повелось это ещё с середины прошлого тысячелетия, когда английская знать разговаривала исключительно на французском языке и боевые действия, как правило, осуществлялись на побережье Канала, как англичане именовали пролив Ла-Манш. С тех пор жители Туманного Альбиона никогда не упускали случая сделать гадость лягушатникам, даже если в это время были союзниками. Чужими руками, разумеется. А годных рук, выгодно сочетающихся с пустыми головами, у представителей ЛГБТ-сообщества, пышно расцветшего во Франции в начале третьего тысячелетия, было вдосталь. Этим даже платить особо не требовалось. Более того, бойня в саду Тюильри и прилежащих к нему улицах, ставшая одновременно шоком и отрезвляющим ушатом холодной воды для большинства нормальных людей, ничему их не научила. «Либерастянка головного мозга», как известно, обычными средствами не лечится. Старая добрая французская гильотина, наверно, помогла бы, но на такие крайние меры правительство, сформированное Марин Ле Пен, не пошло. Тем не менее Национальная жандармерия Франции получила негласный приказ больше не церемониться с этой шушерой, на время забыв про права человека и толерантность. Это помогло навести порядок на улицах, но не в государственных учреждениях, в большинстве своём уже существенно поражённых этой ползучей заразой. В результате многие распоряжения руководства страны тихо саботировались и иногда безнадёжно запаздывали.

Во Французской Гвиане, население которой было не слишком развращено либеральными вольностями, с наведением порядка обстояло значительно проще. Девятый полк морской пехоты, спешно переброшенный из Кайенны, оперативно взял под плотную охрану космодром Куру. Буквально через неделю после этого морпехи совместно с бригадой жандармерии предотвратили диверсию, которую готовился осуществить отряд из двенадцати коммандос эскадрона S Специальной лодочной службы Великобритании, добравшихся до берега на двух подводных транспортировщиках «Proteus», выпущенных с АПЛ «Азенкур» – новейшего многоцелевого атомохода ВМС Великобритании, переданного флоту в 2024 году.

«Азенкур», младшенький в семействе из семи атомоходов этого типа, имел подводное водоизмещение в семь тысяч восемьсот тонн, рабочую глубину погружения в триста метров, шесть торпедных аппаратов и экипаж в девяносто восемь человек. Лодка была оборудована док-камерами для шлюзования мини-подлодок и подводных транспортировщиков, так как одной из её основных задач была скрытная доставка диверсионных групп на побережье враждебных государств.

Франция уже давно не являлась враждебным для Великобритании государством. Обе страны входили в блок НАТО, обменивались опытом, вместе громили Югославию и Ирак, испытывали системы вооружений на Украине. После роспуска НАТО Великобритания посчитала себя свободной от союзнических обязательств и свела к минимуму любые контакты. Присоединение недавней союзницы к Большой Тройке было расценено англичанами как предательство.

Нет, ни о каких военных действиях против Большой Тройки руководство Великобритании даже не помышляло, трезво оценивая свои силы и возможности. Но почему бы не сделать им пакость опосредованно, очень далеко, на другой стороне земного шара, где на Великобританию даже никто и не подумает? МИ-5 разработало план операции, премьер-министр его согласовал и озадачил Специальную лодочную службу, специализирующуюся на скрытных проникновениях и диверсиях.

Операция была неплохо спланирована и имела все шансы на успех. Взрыв «Ариан-6» с установленным на ней разгонным блоком прямо на стартовом столе гарантированно уничтожил бы все улики, и, скорее всего, его причиной была бы признана техническая неисправность. Если бы не принятые Францией меры по дополнительной охране космодрома армейским подразделением и бдительность второго мастера Жака Робера, обнаружившего на исходе ночи с помощью инфракрасной оптики двенадцать тёмных силуэтов в момент, когда они выбирались на берег, и сразу же доложившего об этом не только по команде, но и коменданту Деград-де-Канн, где базировались два патрульных корабля класса «Доверие» и противолодочный вертолёт AS365MB «Panter».

Иногда очень многое зависит от мелочей. В этот раз счёт шёл буквально на минуты. Узнай комендант базы о высадке диверсантов хоть чуть-чуть позже, и судьбы многих людей сложились бы совершенно иначе.

Морпехи перехватили диверсионную группу в полукилометре от береговой черты и связали боем. Каждый из британских пловцов-каноистов по уровню боевой подготовки мог легко дать фору двум, а то и трём французским морским пехотинцам, и часть из них, скорее всего, смогла бы прорваться к океану и уйти. Если бы не «Доверие». Два пулемёта и двадцатимиллиметровая телеуправляемая пушка патрульного корабля «La Confiance» поставили в противоборстве жирную точку. Девять английских коммандос были убиты. Трёх оставшихся в живых, двое из которых были ранены, морпехи передали жандармам. Французские морские пехотинцы потеряли в ночной схватке четырнадцать человек. Ещё трое были ранены.

В это время семисоттонный «La Recolue» – систершип «La Confiance» – храбро пёр в океан на перехват в одиннадцать раз превосходящего его по водоизмещению «Азенкура», которому, в принципе, был на один зуб. Если, конечно не считать летящего впереди «Panter», имеющего на подвесках две лёгкие противолодочные торпеды «А244/S» первой модификации. Эти милые итальянские игрушки массой всего в четверть тонны работали по принципу «Выстрелил и забыл».

Найдя лодку с помощью гидролокатора, пилот вертолёта сбросил обе торпеды на парашютах и, совершив разворот, полетел к устью Махури, за новыми. Опытный пилот морской авиации понимал, что утопить подводный крейсер с помощью двух малых торпед практически не реально. Разве что притормозить.

Лёгкие итальянские торпеды имели продвинутые головки самонаведения, работающие как в активно-пассивном, так и в смешанном режимах, легко различающие ложные и реальные цели. Двигаясь со скоростью в тридцать девять узлов, они быстро догнали на трехсотметровой глубине подводный атомоход, выжимающий на полном ходу всего двадцать девять. Боеголовка каждой из торпед имела вес всего в сорок пять килограммов, из которых собственно на взрывчатку приходилось лишь девять. Но заряд был кумулятивным и с лёгкостью пропорол оба корпуса, проделав в них аккуратные круглые дырочки. В которые тут же хлынула вода под давлением в тридцать атмосфер. У матросов и офицеров, находящихся в повреждённых отсеках, не было ни единого шанса. Но для лодки это было не смертельно. После продувки балластных цистерн и подвсплытия, она сохранила нулевую плавучесть и развила максимальный ход, стремясь поскорее покинуть территориальные воды Французской Гвианы. Немножко не успела. Её догнали ещё две торпеды вернувшегося вертолёта. И добили. Полная продувка главных балластных цистерн не помогла. Несмотря на бешеную работу винтов, атомоход медленно, с нарастающим дифферентом в корму, погружался в Атлантический океан, глубина которого на границе двенадцатимильной зоны превышала километр. Совсем новый корпус некоторое время сопротивлялся запредельному давлению, но на полукилометровой глубине не выдержал, поддавшись чудовищному водяному прессу.

Солнце уже поднялось над горизонтом, когда в нескольких сотнях метров от лежащего в дрейфе «La Recolue» на поверхность выбросило воздушный пузырь. В масляном пятне, расплывшемся на его месте, плавали различные предметы, одежда, постельные принадлежности, продукты. Некоторые из них океан забирал обратно, остальные ещё долго оставались на поверхности. По некоторым из этих предметов лодка вскоре была уверенно идентифицирована.

* * *