Круглые грани Земли

– Да рано ещё, Марат Валерьевич, – довольно естественно, по мнению Лиса, ответил Смирнов. – Те от них оторвались прилично, а из «Макара» да тем более с глушителем издали не достанешь.

– Так-так, – сказал Фахрутдинов и чем-то смачно захрустел. – Вы только смотрите, не пристрелите их, придурки, только по ногам! Они мне живые нужны, поняли? Я же вам говорил! Без премии, блин, оставлю!

– Да мы поняли, Марат Валерьевич, всё будет в ажуре, – бодро заверил Смирнов, а красноречия ему добавлял лучемёт, нажимавший на печень.

– Ну, вот и хорошо, – промурлыкал Фахрутдинов. – Сделаете всё, как надо, я устрою тут пикничок оторваться, девок хороших приглашу. Если заслужите.

– Спасибо, Марат Валерьевич, – подобострастно поблагодарил Смирнов.

– Всё, работайте! – Фахрутдинов отключился.

С минуту Лис сидел молча. Машина продолжала катиться по шоссе.

«Что-то не вяжется», подумал Лис, но никак не мог понять – что.

Вертолёт и Фахрутдинов, Фахрутдинов и вертолёт… Нет, судя по тому, что рассказал Смирнов, и то, как сейчас разговаривал Фахрутдинов, он не мог быть человеком, вызывавшим вертолёт. Может быть, вертолёт вызывал босс Фахрутдинова? Но тогда почему, имея возможности бросать на уничтожение троих людей вертолёты, он сейчас банально приказывает выслеживать их простым и не очень далёким охранникам какой-то частной фирмы? Ребята крепкие, но до великих профессионалов им явно далеко.

Лис обернулся к Монре, сидевшую на заднем сидении. Она поняла его немой вопрос и пожала плечами, демонстрируя, что тоже теряется в догадках.

– Останови машину! – вдруг приказал Лис.

– Зачем? – насторожился водитель.

– Ну и нудный же ты! Сказано – останови!

– А где остановить-то?

– Господи! – покачал головой Лис. – Не понимаю, как ты работал у своего босса? Тоже ему без конца вопросы задавал? Да у обочины и останавливайся!

Тут до Лиса дошло, что Смирнов просто-напросто боится.

– Ты не бойся, – заверил он мужчину. – Я же сказал, что ни один волос не упадёт с твоей головы, если ты не дашь нам повода.

Водитель машинально кивнул, притормозил и остановился, съехав с асфальтового покрытия на отсыпанную мелким гравием обочину.

Лис достал сотовый телефон и несколько секунд смотрел на панель с кнопками, соображая, как включается аппарат. На удивление, кое в чём система перекликалась с панелями управления, знакомыми ему по Дворцу, но сообразить как звонить он сразу не мог и протянул аппарат Смирнову:

– Ну-ка, набери мне номер в городе… – Лис достал записку Терпа и продиктовал телефон первой квартиры, следя за тем, как водитель обращается с телефоном.

Смирнов сделал всё как приказал Лис, и протянул ему трубку. Телефон не отвечал. Лис переглянулся с Монрой и уже сам, повторяя действия водителя, набрал второй номер. На этот раз трубку сняли после третьего гудка.

– Слушаю! – Мужской голос произносил слова коротко и чётко. – Говорите!

Лис на мгновение задержал дыхание: это был не Терп!

– Простите, – медленно начал он, – ваш номер…? – И назвал номер телефона второй конспиративной квартиры.

Казалось, вопрос о номере несколько озадачил человека на том конце радиотелефонной линии, и чеканность в голосе пропала.

– Э-э… да, да, этот, – первое мгновение как-то неуверенно, а затем поспешно ответил незнакомец. – Вам кого позвать?

– Иванова, – быстро попросил Лис первое, что пришло на ум, – Сергея Ивановича.

– Вышел он! – На сей раз мужчина сориентировался уже быстрее. – Позже будет. Что передать?

– Передайте: звонил Петров, еду к Сидорову, – ответил Лис и нажал кнопку сброса.

– У Терпа на второй квартире засада, – сообщил он Монре на языке Творцов. – Сам он либо в плену, либо скрывается. Одно ясно: нам там появляться сейчас нельзя.

– Ты думаешь, что он не попался все эти годы, а теперь вот так глупо дал себя взять? – удивилась Монра.

Лис пожал плечами:

– Кто знает, что изменилось? Теперь я даже не знаю, что нам-то делать…

– Но если Терп жив и не в плену, нам нужно подумать, как с ним связаться, – сказала Монра.

– А если он в плену, – продолжил Лис, – нам нужно придумать, как его вытащить. И даже если он мёртв, нам всё равно нужно разобраться с теми, кто его убил!

– Ты сумасшедший! – Монра покачала головой. – Я же вижу: ты на Земле давно не был и во многом не ориентируешься. Тут даже появились незнакомые тебе средства связи – я заметила: ты даже не сразу понял, как номер набирать. Даже Терп лучше знаком с положением дел.

– Естественно! – согласился Лис. – Но что же ты предлагаешь? У нас опять получается старый разговор. Ты же прекрасно понимаешь, что обратной дороги уже нет. Ну спрячемся мы в одном из ваших миров – нас рано или поздно найдут. Не хочу я провести остаток жизни зверем, скрывающимся от охотников, да и ты, полагаю, тоже.

– Охотником, разумеется, быть лучше, – невесело усмехнулась Монра, – даже если тебе просто думается, что охотник ты. Но есть ли у тебя какой-то план действий?

– Никакого чёткого плана пока нет, – Лис развёл руками. – У нас недостаток информации, поэтому нужно собрать её как можно больше, пока нас не обложили со всех сторон, и ещё остаётся свобода манёвра. Значит так: меняем направление движения, нужно тряхнуть его босса, – Лис кивнул на водителя: – И выбить всё, что тот знает, а там посмотрим.

– Где же ты собираешься его тряхнуть? – удивилась Монра. – Сунуться прямо к нему в дом?

– А почему бы и нет? Он нас не ждёт, а из того, что рассказал шофёр, ясно, что Фахрутдинов тоже не главная фигура, но уже может кое-что знать, существенное для нас. Наш подопечный, – Лис снова кивнул на Смирнова, – никогда не видел людей главнее, чем его босс, значит, в дом Фахрутдинова они не приезжают. Сейчас этот тип там только с одним охранником. Вот мы с ними и разберёмся.

– Ну а потом?

– Потом – суп с котом!

– Что?! – удивилась Монра. – Ты всё шутишь?

– Да! Я имею в виду: далее будем действовать в зависимости от того, что узнаем. А сейчас я другого варианта не вижу. Ехать в Екатеринбург? Но что делать там, с чего начать? Единственная зацепка – квартиры Терпа, но там засада, во всяком случае, на одной точно. Нам туда, скорее всего, тоже придётся сунуться, но для начала надо узнать побольше от Фахрутдинова. Ну, как, ты согласна с таким планом?

Монра думала несколько секунд.

– Что ж, действительно, иного пути не видно, – наконец сказала она. – Я уже заразилась твоей методикой: нас там не ждут, точнее, ждут, но не думают, что мы знаем о том, что они знают, что мы знаем… – Монра усмехнулась. – Так можно попробовать и на квартиру налететь неожиданно. Может, начать прямо оттуда?

Лис посмотрел на подругу вполоборота:

– Ты начинаешь шутить, и мне это нравится, значит, шансов у нас будет больше. Но если серьёзно, я думаю, что там, на квартире уже могут догадываться, что мы знаем о засаде: я ведь туда звонил. В общем-то, мысль, конечно, тоже неплохая. Хотя я не думаю, что Терпа будут держать именно там, значит, кого-то из крупных боссов там явно не будет, а люди в засаде на квартире, безусловно, такие же пешки как наш водитель. Фахрутдинов же, как никак, рангом выше и знает больше. Давай начнём с него.

Лис приказал Смирнову связаться с боссом и выдать следующую версию: женщина уже схвачена, а мужчину, раненого в ногу, Шкурко возьмёт с минуты на минуту.

Фахрутдинов несказанно обрадовался и подтвердил распоряжение тащить обоих к нему в коттедж, как только операция будет полностью завершена.

Когда водитель, сказав «Есть!» и дал отбой, Лис хлопнул Смирнова по плечу:

– Ну, вот! Теперь тебе вообще не надо будет ничего придумывать боссу.

– Я вас не понял, – неуверенно сказал водитель, – вы чего хотите?

– Хочу, чтобы ты нас доставил прямиком к своему боссу. Он один в коттедже?

– С ним оставался Серёга Уваров, наш четвёртый. Больше, вроде, никого не ждали.

– Вот и прекрасно! Смотри, коли врёшь: человек я не злой, как ты уже убедился, но обманешь – первым тебя положу, из принципа. Эта штука, повторяю, – Лис помахал лучемётом перед носом Смирнова, – не только оглушает, но и прожигает насквозь. В общем, разворачивайся, и поехали к твоему боссу!

На обратном пути Лис подробно расспросил о подъезде к коттеджу Фахрутдинова, о том, как открываются ворота (он был уверен, что ворота есть, и не ошибся), кто их открывает и где бывает сам хозяин дома, когда во двор въезжает машина. Узнал Лис и про общее расположение участка, про высоту забора и тому подобные вещи.

Коттедж Фахрутдинова стоял не в самой Сысерти, а по дороге к посёлку Асбест в группе из пары десятков домов. Участок, принадлежащий Фахрутдинову, имел площадь в двадцать соток, его окружал высокий забор. В довершение всего, усадьба очень удачно располагалась самой крайней, и остальные дома находились достаточно далеко.

Они мчались назад, и уже когда снова проехали Кашино, Лис сообразил:

– Завернёшь ещё раз на карьер за своими друзьями, – приказал он Смирнову и добавил для Монры: – Теперь, думаю, их стоит забрать с собой. Вдруг кто-нибудь наткнётся в лесу на них, и раньше времени поднимется шум.

– Ребята, – несколько смущённо спросил Смирнов, – а что вы мне такое вкололи? Я ведь всё помню, что говорил, и я бы вам многое просто так не рассказал, а тут вы меня спрашиваете, я не хочу говорить, но… не могу не ответить. И наврать ничего не могу…

Было видно, что эта проблема мучает его с самого начала допроса, но спросить он решился лишь сейчас.

Лис засмеялся:

– Армянский коньяк мы тебе ввели внутримышечно! Расслабляет и способствует общению. Устраивает такое объяснение?

Водитель растерянно хмыкнул, но больше задавать вопросов не стал и молчал до самого карьера.

Замарова и Шкурко нашли там же, где и оставили – за сравнительно короткое время никто сюда не наведался. Лис с помощью Смирнова под пристальным наблюдением Монры затолкали тела в просторный багажник «Тойоты».

– Твоим коллегам будет не очень удобно, – сообщил Лис охраннику, – но придётся потерпеть. Тем более они пока ничего не чувствуют. Будем считать, им повезло: в том, что нас ждёт впереди, они активно участвовать не будут, и больше не пострадают.

Смирнов невесело пожал плечами. Было видно, что его больше заботит собственная судьба: он оставался в сознании, и пострадать боялся. Кроме того, его, безусловно, тяготила необходимость потом, когда всё, так или иначе, закончится, объясняться со своим патроном. Получалось, что он чуть ли не добровольно выполнил все требования людей, которых его послали выследить и схватить.

– А ты, друг, послушай сюда, – сказал Лис, искоса следивший за написанными на лице водителя переживаниями. – Если ты служил у босса подручным для разного рода тёмных делишек, то знал, на что идёшь. И если ты сейчас думаешь о своей семье, то, повторяю, веди себя тихо и делай то, что мы тебе будем говорить. Попытаешься как-то предупредить патрона или четвёртого охранника, пеняй на себя! Будешь благоразумен – семья тебя не потеряет.

– О, боги! – воскликнула Монра. – Нашёл с кем объясняться. Как же ты сам много говоришь!

– В конце концов, я рассчитываю на то, что он поймёт, и не наделает глупостей в неподходящий момент. Он же человек, хочет жить, поэтому должен мыслить, пока существует, как говорится.

Он ещё раз объяснил Смирнову, что от него потребуется и в довершение всего, достав из сумки более мощный лучемёт наподобие того, каким его в своё время стращал Ингвар Янович, продемонстрировал действие оружия на средних размеров сосёнке, росшей на краю карьера метрах в сорока от того места, где они стояли. Перерезанный в нескольких местах за секунду ствол дерева рухнул с обрыва. Водитель вытаращил глаза, и, когда упавшая последней крона с шуршанием сползла вниз, взмолился:

– У меня… м-м… только есть одна просьба. Мне с шефом потом всё равно будет объясняться сложно. Вы не могли бы мне как-то морду обработать? Конечно, лучше бы не так, как у Сашки, – Смирнов кивнул на багажник, где покоился Шкурко, на лице которого расплывался один громадный синяк, – но что-нибудь убедительное? А то, сами понимаете, меня обвинят в помощи вам. Фахрутдинов такое не простит…

– Устроим, – заверил Лис, – обещаю.

Проехав через Сысерть от тракта несколько кварталов направо, они свернули на вполне приличную асфальтовую дорогу, ведущую к Асбесту. Миновав кладбище и красивый сосновый бор с купальней на берегу речки, машина через пару минут подъехала к новому посёлку из коттеджей, почти все, как один, построенных из облицовочного красного кирпича.

– Дом Фахрутдинова последний, – информировал водитель.

– Делай, как договорились, – Лис погрозил пальцем и приготовил лучемёт.

«Тойота» свернула на отдельный проезд, ведущий наискосок к последнему дому.

Смирнов по приказанию Лиса подрулил так, чтобы телекамера, установленная на левом столбе ворот, хорошо показывала только его самого на водительском месте и, опустив стекло, помахал в объектив рукой. Через несколько секунд массивные деревянные ворота, перехваченные металлическими полосами, медленно распахнулись, пропуская машину во двор.

Лис присвистнул: участок и дом Фахрутдинова, которые было невозможно разглядеть из-за забора, больше похожего на крепостную стену, впечатляли.

Не то, чтобы Лис не видел подобного – в мире Терпа и в самом Дворце ему приходилось встречать куда более завораживающую роскошь. Но для страны с названием СССР или Россия, да ещё не в Москве, а на Урале, подобная усадьба казалась чем-то из ряда вон выходящим.

От ворот в глубину двора вела широкая асфальтированная дорожка. Справа от неё вдоль забора тянулись какие-то хозяйственные постройки, включавшие гараж, куда мог въехать не один автомобиль. Слева метрах в десяти находился самый настоящий бассейн, оформленный как бассейны, которые на Земле Лис видел только в зарубежных фильмах. Возле бассейна даже стояли шезлонги и торчали два пляжных зонтика.

Площадка за бассейном щетинилась кустами малины и смородины, но больше каких-либо огородных посадок видно не было – все свободные площади покрывала ровно подстриженная трава. Вдоль забора по периметру участка росли сосны, оставшиеся на этом месте от естественного леса. Кое-где виднелись молодые ёлочки и берёзки.

Асфальтовая дорожка заканчивалась просторной площадкой, где легко мог развернуться КамАЗ. К площадке небольшим водопадом под навесом спускались ступени крыльца.

Коттедж из красного гладкого кирпича имел три этажа, включая цокольный, облицованный светлыми пластиковыми панелями. Крыльцо поднималось на обширную застеклённую веранду, над которой нависал большой балкон-лоджия, украшенный по краям лепным орнаментом.

Лис мысленно вздохнул: пятнадцать лет назад такие дома попадались лишь на картинках в импортных журналах, а теперь, судя по тому, что он уже видел, их стало много.

С крыльца к машине спускался крепкий коротко стриженый мужчина в пиджачке, на лице играла кривая усмешка. Солнце очень удачно светило ему в глаза, а поскольку стёкла в «Тойоте» были слегка тонированы, мужчина не сразу мог чётко разглядеть, кто сидит в машине. Но через приспущенное стекло со стороны водителя он видел Смирнова, ничего не подозревал и оставался спокоен. По всей видимости, это и был четвёртый охранник Уваров.

Как заранее приказал Лис, Смирнов махнул рукой и спросил:

– Где шеф?

Охранник скабрёзно ухмыльнулся и показал рукой куда-то в дом:

– С Маринкой… Нервничал очень, весь испсиховался, что вы этих ещё не взяли. А как ты позвонил и сказал, что всё в ажуре, сразу Маринку за жопу – и дерёт её сейчас наверху. Нервное напряжение снимает, стало быть. Приказал, приедете, мужика с бабой запереть в чулане – и можете отдыхать.

Уваров подошёл вплотную к машине и наклонился к окошку водителя, заглядывая в салон. То, что он увидел, сильно его озадачило.

– А ребята где…? – охранник на мгновение растерялся.

Соображал он чуть дольше, чем требовалось. Монра выстрелила, и оглушённый Уваров кувыркнулся на дорожку, не успев даже потянуться за пистолетом.

– Так где Фахрутдинов? – Лис дёрнул водителя за плечо.

– Ну, шеф обычно… пилит тёлок на втором этаже. У него там спальня, оборудованная как надо.

– «Пилить тёлок» – это значит «совершать половой акт с женщиной»? – спросила Монра; в словаре, выученном ею под гипнозом во Дворце, таких идиом не было.

Смирнов нервно хихикнул.

– Ты попала в точку, – усмехнулся Лис. – Окна спальни куда выходят?