Три грани мизерикорда

– Не суйтесь в это дело. Не играйте в сыщика. Не мешайте мне. В кои-то веки у нас появилась надежда, пусть и слабая, прижать этих гадов. Дайте работать профессионалам. Пожалуйста. Я знаю, какой у вас счёт к «Vitae Serve», и я помню, что у нас ничего не получилось полтора года назад. Мне до сих пор стыдно смотреть вам в глаза, но сейчас… прошу, заклинаю – не лезьте!

Трейси непримиримо поджал губы. Лейтенант несколько секунд смотрел на него в упор, потом устало махнул рукой и вылез из кара.

Подъезжая к дому Эдварда Молбери, Анатоль понимающе усмехнулся: над забором, накрывая куполом сад, переливалась радужная пленка силового поля. Да, похоже, дядюшка уже знает последние новости.

Впрочем, ворота открылись быстро. И так же быстро закрылись. Мгновение – и генераторы поля снова заработали. Молодец, Нед, что значит – школа!

В саду было пусто, и Трейси почти бегом устремился к имитации домика. Через пару минут он уже пожимал руку озабоченного родственника.

– Где они? – тратить время попусту Анатоль не хотел, да, строго говоря, и не мог.

– На подходе, – проворчал Нед. Огромный дисплей демонстрировал очередной репортаж из космопорта, но звук был отключен. – Их аккуратно ведут, без лишней спешки. Минут через пятнадцать будут здесь. Или даже раньше. Что это ещё за чертовщина, ты не в курсе?

– В курсе. Я там был. Похоже, «Vitae Serve». По крайней мере, от корабля оттащили трупы их служащих.

– Да чтоб мне провалиться! – возмутился отставной контрабандист. – На ребятишек-то, похоже, охотятся всерьёз, а мы, «убив» их, ещё и на руку этим подонкам сыграли.

– Угу. Кстати, Даркхолл до самого взрыва корабля был уверен, что гибель моих клиентов – дело рук Семей. Теперь он, правда, так не думает. – Анатоль, не спрашивая разрешения, плеснул себе виски, но выпить не успел. Откуда-то снизу донесся противный скрежет и сразу вслед за ним – торопливые шаги нескольких пар ног.

Нед повеселел:

– А вот и наши друзья. Всё в порядке, Себастьян?

– Конечно, шеф, – небрежно кивнул проводник, первым вошедший в кают-компанию. – А вы не знаете, что это так грохнуло? И где?

– В порту, – теперь Молбери смотрел только на Агату и Барта. – Молодые люди, мне неприятно вам это сообщать, но ваш корабль… смотрите сами.

Он развернул дисплей таким образом, чтобы экипаж «Бистяры» увидел картинку, и включил звук. Несколько секунд ничего не происходило, только лица клиентов Трейси становились всё более напряжёнными. Потом пилот глухо застонал сквозь стиснутые зубы и тут же замолчал, недоуменно оглядываясь. А стоявшая рядом с ним Агата вдруг обхватила руками плечи, закусила губу и пошатнулась. Ее била крупная дрожь. Загнанное выражение вытеснило из глаз малейшие проблески разума.

Первым среагировал Нед. Шагнув вперёд, он с размаху отвесил девушке пощёчину. Голова ее мотнулась, из левого уголка рта потекла кровь, но взгляд стал осмысленным. Дернувшегося было на помощь подруге пилота ловко придержал Себастьян, оказавшийся вовсе не таким слабаком, как можно было подумать, глядя на субтильную фигуру.

Агата стерла кровь поданным Анатолем платком, пощупала щеку и вдруг усмехнулась уголком рта. Правым – должно быть, левым двигать было больно.

– Спасибо, Нед, – из-за неподвижности левой стороны лица говорила она не вполне внятно. – Мне это было необходимо.

– Я так и понял, – буркнул Молбери. – Чего я не понял, так это что с тобой случилось, детка.

– Не… не знаю, – девушка явно была растеряна. – Кажется, это не я. Это он, – кивок в сторону Барта.

– Вы сняли его эмоции? – понимающе прищурился Трейси, намереваясь сказать что-то ещё, но пилот его перебил:

– Именно сняла. С меня. Совсем. Мне стало худо, а потом сразу почти нормально, а вот ей… Агать, ты как вообще, а?

– Хреново. Ничего, выживу.

Теперь двигалась и левая сторона лица, плохо, но двигалась. Увидевший, что всё более или менее спокойно, Себастьян отпустил Барта.

– То есть, – уточнил Нед, – если бы не ты, в истерике бился бы он?

– Это мой первый корабль, – сдавленно выговорил пилот. – Не кредитный – в закладе у банка, – а именно мой.

Адвокат молча прошел к холодильнику, вынул пакет с кубиками льда, завернул его в полотенце и протянул Агате.

– Спасибо, Анатоль, – она прижала пакет к пострадавшей щеке и снова посмотрела на дисплей. Помолчала. – Да уж… вот ведь влипли-то… и что дальше? Просто так мы отсюда не уйдём и командира не бросим, но что-то же делать надо…

– Дальше… – протянул Молбери, уже некоторое время о чем-то напряженно размышлявший. – Дальше вам не стоит здесь оставаться. Когда я говорю «здесь», я имею в виду на планете. Нет-нет, – поднял он ладонь, предупреждая выброс возмущения, закипевшего в двух парах глаз, – я не говорю, что вам надо бежать, не закончив здесь ваши дела. Но на поверхности мы вас можем и не уберечь. Надо немного переждать, пускай всё хоть как-то уляжется. Вот что, Себастьян. Отведи-ка ты Агату и Барта к миссис Лауре, и пусть она ближе к полуночи переправит их на Манки. Там я кого надо предупрежу, встретят как родных. А мы пока тут покумекаем. Сюда не возвращайся, я временно прикрою проход изнутри, а ты снаружи, понял?

Себастьян молча кивнул.

– Теперь вы, друзья. На Манки вас сам чёрт не достанет, это я гарантирую. Что мы можем сделать здесь и сейчас? Деньги?

– Деньги у нас есть, – Агата, поморщившись, передвинула пакет со льдом чуть повыше. – Будь мы на легальном положении, корабль такого класса, как «Бистяра», можно было бы купить хоть сегодня. Да и нелегальное мало что меняет, просто не хочу задолжать Тони больше, чем следует. Помолчи, Платина, потом поговорим. Да… о чём это я бишь? Оружия вот нет…

– Оружие вам даст Лаура, на Манки без оружия ходят разве что кошки, да и то я не уверен. Что-нибудь ещё?

– Связь.

– А вот это лишнее, дети мои. Какое-то время вам не стоит мелькать даже в чужих коммуникаторах. Мы можем попробовать передать от вас весточку, если вы скажете – кому и какую.

Агата оглянулась на Барта. Круглая физиономия парня нахмурилась, потеряв привычное добродушное выражение, и вдруг разгладилась.

– Леон! – выпалил он.

– Ты думаешь? – с сомнением покачала головой девушка. – С чего бы ему нам помогать?

– Попробовать-то можно!

– Пожалуй… вот только как ему доказать, что послание передано от нас?

– Да проще пареной репы! – с явным превосходством в голосе воскликнул пилот. – Анатоль, у вас есть, чем писать?

Получив лист писчего пластика и перо, Барт на секунду задумался, потом быстро набросал пару строк и протянул листок адвокату.

– Попробуйте прочесть.

– Status – eto bol’shie nepriyatnosti, potrebnost’ v energoblokakh ee otsutstvie transporta… что это за белиберда?

– Вы неправильно произносите слова, Анатоль. Слушайте.

Пилот медленно проговорил фразу и кивком предложил Трейси повторить. На третий раз получилось уже вполне прилично.

– Давайте свой коммуникатор. Уж этот-то номер я помню наизусть.

Барт быстро вбил нужные цифры и удовлетворенно кивнул.

– Теперь запоминайте. Человека зовут Леон Аскеров. Вы свяжетесь с ним и представитесь нашим адвокатом. Скажете, что мы остались без связи и нам нужна помощь. Я, правда, не знаю, смогут ли и захотят ли Леон и компания нам помогать, но попытка не пытка. Если там сорвётся, придумаем что-нибудь еще.

Барт огляделся по сторонам, поймал полный нескрываемого уважения взгляд Агаты и надулся от гордости.

– Хорошо, – подытожил Нед. – В дорогу, молодые люди.

Следующие сорок минут Эдвард Молбери потратил на то, чтобы при активной помощи племянника уничтожить в корабле, ставшем домом, все следы пребывания своих гостей. Нижний трюмный люк, через который они попали внутрь из системы городской канализации, был аккуратно заварен. Специальный состав состарил сварной шов, на люк накатили пивные бочонки, поверх них водрузили ящик с виски и три винных кувшина в потрепанной оплетке. Несколькими уверенными движениями Нед захламил погреб так, что никому постороннему и в голову бы не пришло, что здесь совсем недавно происходила бурная деятельность.

– Ну вот, – удовлетворенно кивнул он, – для беглого взгляда всё выглядит вполне сносно, а прицельно искать, я думаю, не будут. Пойдём наверх, пропустим по стаканчику и прикинем, что делать дальше.

Однако в кают-компании Молбери, разлив виски поверх подтаявшего льда, который прикладывала к щеке Агата (не пропадать же добру!), надолго замолчал. Анатоль тоже помалкивал, и некоторое время в небольшом помещении царила тишина, прерываемая лишь позвякиванием ледяных кубиков, сталкивающихся в стаканах. И когда Капитан Нед заговорил, Трейси даже вздрогнул от неожиданности.

– Послушай меня, Анатоль. Ты уже большой мальчик, давно живёшь своим умом и мои советы тебе, в общем и целом, без надобности… но один я тебе всё-таки дам. А ты, уж будь добр, прими к сведению, уважь старика.

– Какой совет, дядя?

– У тебя в этот раз очень интересные подзащитные. Держись этих людей, малыш. Подружись с ними, это не повредит.

– Подружиться? Они, конечно, мне весьма и весьма симпатичны, но – дружба? Зачем? – привычно пропустив «малыша» мимо ушей, Анатоль искренне недоумевал.

– Вот как ты думаешь, почему я принимаю в них такое активное участие? Только потому, что меня попросил об этом Бельмастый? Да ничего подобного. Пока ты вчера перед ланчем прогуливался с Агатой по саду, я раскрутил Барта на предмет поговорить и сделал определённые выводы. Потом повнимательнее пригляделся и прислушался к девчушке. Выводы подтвердились. Не хочешь спросить, какие?

– Ну, и какие же? – скептически усмехнулся Трейси.

– Ответь мне сперва на один вопрос. Что заставляет этих двоих так отчаянно драться за третьего? Почему они не бросят всё и не смоются из системы? Теперь, когда официально они мертвы, да при связях Бельмастого, никаких проблем с отлётом у них не может возникнуть по определению. И всё же они здесь. И намерены оставаться и дальше – до тех пор, пока есть хоть какая-то, самая что ни на есть призрачная, надежда, что в той или иной форме их компаньон ещё жив. Более того, они собираются вывернуться наизнанку ради его спасения. Что их держит? Присяга? Вздор, присягал разве что этот вояка с Земли и уж точно не им. Какие-нибудь страшные клятвы? Да они даже у Семей сейчас не в ходу, если не считать Тони. Но там совсем другой коленкор и не в клятвах, собственно, дело. Совместно пролитая кровь? Да, кровь, бывает, связывает накрепко, но даже если в данном случае она есть – в ней, поверь моему опыту, нет ни грамма криминала, так что шантаж отпадает. И, уж конечно, шантажировать их мог бы живой человек, при теле и твёрдой памяти. Мёртвые не кусаются, знаешь ли. А варианты из разряда «если со мной что-то случится» крайне редко срабатывают с теми, за кем приглядывает Бельмастый. Что ещё… деньги? Эта девица не моргнув глазом выплатила пятьдесят тысяч экю залога и после этого спокойно рассуждает о покупке нового корабля. Дескать, могла бы купить легально – купила бы. Так в чем же дело?

– Мистер Десница – их друг, – медленно выговорил Анатоль, сообразив, наконец, к чему клонит любимый дядюшка.

– Именно, мой мальчик. Именно так. Для этих людей дружба – не пустой звук, а такое в наши дни встречается не слишком часто. И я надеюсь, ты прислушаешься к моему совету. Подружись с ними. Это уж никак не помешает.

Глава 8. Пока смерть не соединит нас

– Сколько раз вы, Клеопатра, выходили замуж по любви?

– По любви? По любви я только развожусь!

Анекдот

До обиталища упомянутой Молбери миссис Лауры пришлось отмахать ещё миль восемь по всё той же канализации. Точнее, это была не собственно канализация, а некая дублирующая система: почти всё время они шли посуху, да и респираторы были нужны далеко не всегда. Тем не менее, к тому моменту, когда нимало не запыхавшийся Себастьян указал на ведущую вверх узкую стальную лестницу, Агата уже не чуяла под собой ног. Кто и зачем прокладывал эти ходы так далеко от города?

Лестница вывела их в обширный ангар, почти до потолка заваленный всяким хламом, по большей части металлическим, хотя попадались и детали пластиковых конструкций непонятного назначения. Впрочем, непонятным это назначение было только для девушки: Платина, оглядевшись по сторонам, одобрительно присвистнул. Должно быть, пилот углядел в этом хаосе что-то разумное, а может быть, и полезное.

Агате было не до того: она устала, взмокла и очень хотела есть, а перед этим дернуть грамм сто (или даже двести) чего-нибудь эдакого. Щека тупо ныла, в голове вольготно расположилась звенящая пустота.

Неприметная дверь в одной из стен ангара открылась при их приближении. Впрочем, назвать дверь открытой можно было лишь весьма условно: на пороге стояла всклокоченная бабенция лет шестидесяти, чьи габариты, с точки зрения Агаты, больше подошли бы профессиональному борцу.

Закатанные рукава голубого комбинезона только что не лопались на распиравших их бицепсах, автоматическая винтовка в сжимающих ее ручищах казалась игрушечной. Причём доктор Ставрина прекрасно видела, что все эти наводящие страх объёмы вполне функциональны. Да, всего много, но лишнего – ничего.

– Валькирия… – прошептал за спиной явно впечатленный Платина.

– И кто ж это тебе, кисуля, личико-то попортил? – вместо приветствия зычно осведомилась хозяйка. На мужчин она не обратила внимания вообще. – Неужто старый Нед? Ну, я ему!

– Мистер Молбери поступил правильно, мэм, – криво усмехнулась в ответ Агата. – Я начала сваливаться в истерику, вот и…

– А хоть бы и в истерику! – непреклонно гаркнула тетка. – После такой веселухи и поистерить не грех! Ладно, проходите, чего уж там. Скоро будем лопать. Себастьян, почисти-ка рыбу!

– Но, миссис Лаура!.. – начал было возражать парень, но был пригвожден к месту разъяренным взглядом и немедленно стушевался. – Да, миссис Лаура, как скажете…

– Вот то-то же! Пошли, милашка, посмотрим, что тут можно сделать. Нед что, сам догадаться не мог?

Час спустя Агате было уже не просто хорошо, а прямо-таки волшебно. Щедро смазанная анестетиком и чем-то противоотёчным щека совсем не болела. Один стаканчик сладкой и умопомрачительно крепкой настойки сменился другим, а там и третьим. Себастьян и взявшийся помогать ему Платина споро накрыли на стол, золотистая рыба таяла во рту.

Внезапно пригорюнившаяся миссис Лаура подкладывала девушке лучшие куски и время от времени тяжело вздыхала. Новости хозяйка видела, кое-какую дополнительную информацию подбросил Молбери, так что, в общем и целом, она была в курсе событий. И сейчас с большим чувством костерила всех подряд: безрукую полицию, обнаглевших корпоратов, Капитана Неда…

Заметив, что гости начали клевать носами, миссис Лаура решительно заявила, что вылет будет не раньше десяти, а пока следует вздремнуть. Ещё через пять минут Агата, мурлыча от удовольствия, растеклась по огромной кровати (куда эта гренадерша девала мужчин, ей было наплевать) и провалилась в сон.

Проснулась она от неожиданно мягкого прикосновения к плечу.

– Поднимайся, красавица, пора, – пророкотала миссис Лаура, умеряя голос до вполне нормального уровня звука. – Я твою одёжку малость почистила и проветрила, а на Манки купишь всё, что душа пожелает. Бабки у тебя вроде есть, я в жилетке карточки видела…

– У меня есть деньги, мэм, было б где потратить, – улыбнулась Агата. Отёк уже спал, и она могла разговаривать нормально.

– Вот и отлично. Поднимайся, а я пока парнишку твоего потороплю. Беда с мужиками, как раздеваться – так первые, а как одеваться – хрен дождешься!

С этими словами хозяйка, гулко топая, покинула спальню.

Агата встала, оделась и торопливо проверила карманы разгрузки. Всё своё было на месте, ничего лишнего не прибавилось – по крайней мере, на первый взгляд. Тренинги Спутников учили находить «жучки», но для обнаружения совсем уж микроскопических требовалось специальное оборудование, которого у девушки не было. Ладно, будем надеяться, что всё в порядке.

Когда девушка спустилась по скрипучей лестнице, оказалось, что в закутке, который служил миссис Лауре кухней, никого нет. На прочном, явно сделанном на века (часть из которых уже прошла) столе скучали огромная тарелка с сандвичами и несколько банок пива. Платины не было ни видно, ни слышно. Хозяйка же, судя по грохоту и нечленораздельным досадливым возгласам, обреталась где-то поблизости, но определить ее местонахождение было трудно: примыкавший к стене ангара дом был спланирован несколько хаотично. Пожав плечами, Агата решила, пока есть время, свести максимально близкое знакомство с сандвичами, даже руку протянула, но сделать ничего не успела.

– Эй, девуля-красотуля, – теперь голос миссис Лауры прозвучал совсем близко, – а ну, поди сюда!

Агата пошла на звук и почти сразу же попала в небольшое помещение без окон. Судя по всему, это было что-то вроде кладовой, но одна стена была сейчас пустой и затянутой тонким серебристым полотнищем. В центре комнаты с озабоченным видом стояла – руки в боки – сама хозяйка голоса.

– Так, – провозгласила она. – Ты парик носить умеешь?

– Умею, – пожала плечами Агата.

– Тогда держи. Зеркало там, – кивок куда-то влево. – Наденешь парик, снимешь жилетку и возвращайся. Барт!!!

Пройдя в указанном направлении, Агата оказалась в совсем крохотной комнатенке, скорее даже, тамбуре. Зеркало наличествовало, как и неожиданно яркий светильник. Из переданного миссис Лаурой пакета девушка извлекла белокурый парик, пышные локоны которого должны были, судя по всему, доходить ей до лопаток. Практика показала, что так оно и есть, и теперь Агата с удовольствием рассматривала свое отражение.

Как много значит для женщины причёска! Агата нравилась себе и в исходном своем качестве, и сейчас, когда длинная светлая челка доходила почти до самых глаз, а густые, чуть вьющиеся пряди наполовину скрыли щёки и скулы. Да, ей нравились оба варианта. Но это определённо были две совершенно разные женщины. Ухмыльнувшись, она сняла разгрузку и вернулась в кладовую, где посмеивающийся Платина с чем-то несуразным на голове уже отходил от – явно временно – посеребренной стены.

– Отлично, детка, – одобрительно кивнула миссис Лаура. – Становись туда, это для документов.

Щелчок вполне профессионального голоаппарата, молниеносная манипуляция с коммуникатором – и процедура завершилась.

А ещё через полчаса маленький орбитальный катер, весьма потрепанный снаружи и удивительно ухоженный внутри, оторвался от грунта и устремился вперёд и вверх, туда, где над северным горизонтом величественно всплывал голубоватый диск луны.