Ключ от твоего мира

Несносный тан Альфред какое-то время наблюдал за моим смятением, потом громко рассмеялся и протянул бумажку:

– Вот, держи. Насколько я знаю, до завтра ты свободна. Думаю, тебе будет интересно это прочитать.

– Спасибо! – поблагодарила я и, попрощавшись, отправилась прямиком в библиотеку.

Получив необходимые книги и убедившись, что могу их читать, я вернулась к светловолосой очаровательной не-эльфийке библиотекарше и попросила кое-что еще.

– А у вас есть что-то вроде брошюры для поступающих с описанием факультетов и кафедр Академии? Или, быть может, книга по истории Финфорта? – спросила я.

Женщина посмотрела со смесью удивления и пренебрежения, сразу перестав казаться такой уж очаровательной.

– А назначение у вас есть?

– Э-э-э… – опешила я.

– Тина Классель, была же вроде такая брошюра? – вдруг спросили у меня из-за спины тоненьким голоском. – Помните, вы мне еще показывали?

И – о чудо! – не сказав ни слова, библиотекарша удалилась, и уже через пару мгновений моя скромная стопка пополнилась еще одной книжечкой.

Я развернулась и одними губами поблагодарила миниатюрную брюнетку, стоявшую сзади. Фейнку.

Вряд ли кого-то удивит, что чтение я начала именно с этой не без труда добытой брошюры.

Итак, факультеты. Первый – воителей. Имеет эмблемой золотисто-оранжевую стрелу. На факультет принимают тех, в ком в достаточной мере выражена стихия огня. Разделен на две основные кафедры: воинов и защитников. В чем разница между теми и другими, не пояснялось, и я решила уточнить этот момент у тана Альфреда. Из любопытства.

Второй факультет – врачевателей – понятное дело, заинтересовал меня больше, но, к сожалению, и о нем информация оказалась весьма поверхностной. Эмблема – синяя капля. Кафедры тоже две: лекарей и травников. В зависимости от проявленной стихии поступление возможно на одну или другую. В лекари берут носителей воды, в травников (насколько я поняла, это нечто вроде наших фармацевтов) – земли. Выходило, что «водники» далеко не все имеют отношение к воде, а, следовательно, разделение факультетов на стихии – скорее условность… А отсюда вытекал вопрос: какое вообще отношение стихии имеют к силе? Отчего возникает разделение? Этого я пока тоже не знала.

Название третьего факультета – прикладного растениеводства – вызвало некоторое недоумение. В голове плохо укладывалась необходимость магии для посадки чего бы то ни было. Во всяком случае, в объеме высшего учебного заведения. Кафедры тут тоже имелось две: садовая и лесная. Я посмеялась над названиями, а потом решила, что дело в неточностях волшебного перевода на русский. И да, поступающие сюда должны обладать силой стихии земли. Чему именно они обучаются, так и осталось для меня загадкой.

Следующий – факультет законников – по логике должен был представлять собой нечто вроде нашего юридического, а на деле вмещал в себя три кафедры: собственно законников, специалистов по магическим созданиям и загадочных «ликвидаторов». Сюда же относилось подразделение ключников. На факультет принимались преимущественно носители стихии воздуха. Эмблема представляла собой спираль или расходящийся кверху вихрь серебристо-голубого цвета. У ключников та же спираль была вписана в треугольник.

«Как знак на ладони Дарла!» – мысленно воскликнула я и тут же ощутила тоску.

– Так и знала, что найду тебя здесь! – бодро провозгласила Аиша, заглядывая в дверь. – Пойдем скорее! Еще немного – и в столовую нас не пустят.

– Обед? Совсем вылетело из головы.

– Это я поняла. Что читаешь?

– Брошюру об Академии. Пытаюсь разобраться в факультетах, стихиях и прочем.

– А я до сих пор толком не разобралась. Попробуй спросить у Борга. Единственное, что я знаю точно, – Финфорт лучше Азадора. И не потому, что в Азадор меня все равно не взяли бы.

– Азадор – это что? И почему не взяли бы?

– Вторая Академия в Эндорфе. Точнее, они-то себя мнят первой. Туда принимают только лучших, и только фейнов.

– Ну не прямо уж только фейнов, – добавил Борг, ждущий нас у комнаты. – Но пробиться туда представителям других рас крайне трудно. Не говоря о том, что потом можно пожалеть.

– Почему?

– Трудно находиться бок о бок с теми, кто тебя презирает, – сказал он, а я не решилась спросить, почему он так отзывается о соплеменниках.

– Понятно… А что насчет ключников? Они относятся к стихии воздуха и факультету Законников или нет? Почему эмблема другая?

– Ого, ну у тебя и вопросы, – рассмеялся Борг. – Неужели с ключниками уже успела познакомиться?

– Ну… В некотором роде… Я брошюру взяла в библиотеке.

– Вот же любознательная! – то ли похвалил, то ли подколол он. – Ключники – уникальны. К факультету они относятся только формально, как и к стихии воздуха. Ими изначально руководит Ковен, и с остальными студентами пересекаются они редко, а потому вряд ли кто-то расскажет тебе больше.

– Понятно. Спасибо, Борг.

После обеда, а затем и после ужина я занималась все тем же – читала. Сначала «добила» последний, пятый, факультет, название которого пробудило неистовое желание узнать у тана Альфреда его значение. Назывался он ни много ни мало факультетом теории силы и синтетической механики. Эмблемой имел простой квадрат серебристого цвета и был единственным, для которого принадлежность к определенной стихии не играла никакой роли.

Затем я взялась за две другие книги и усердно читала о мирах и расах. О географических, климатических, магических и прочих особенностях, политических устройствах и системах образования, взаимоотношениях между мирами… К ночи голова кипела, а все полученные за день знания смешались в густую комковатую кашу, неравномерно налипшую на внутреннюю сторону черепной коробки.

Аиша давно спала. Несмотря на мои опасения, спокойно, не взлетая и не светясь. И я решила последовать совету тана Лирана и попробовать помедитировать самостоятельно. К тому же чуть успокоить разгоряченную голову очень хотелось. Зная себя, я была почти уверена, что в противном случае заснуть просто не смогу.

И у меня получилось. Не сразу, но удалось посмотреть на себя изнутри. Однако увидела я не журчащую стихию воды или загадочную силу, а Анда. Переживание было настолько сильным, что из глаз непроизвольно полились слезы, а грудь сжало необъяснимой тоской. Не помню, чтобы когда-либо прежде я испытывала настолько сильные эмоции. Даже во снах!

Еще долго я не могла прийти в себя, раз за разом по-новой ощущая зашкаливающие и совершенно неуместные отчаяние, горечь утраты и… жажду быть вместе с ним.

– И что с этим делать? – тихо спросила я себя, не представляя, как ходить теперь на медитации. Сознание медленно погружалось в сон, а перед внутренним взором продолжали стоять необычайные ярко-синие глаза.

Глава 6

Неделя прошла без каких-либо значимых изменений. А если быть точной – не неделя, а семь дней, потому как неделя в Финфорте длится десять дней, девять из которых учебные, и только один – выходной.

Я более-менее освоилась в Академии и начала посещать все занятия своего потока. Те, что носили практический характер, по-прежнему безрезультатно. Рентель с дружками пару раз задирался из-за отсутствия у меня силы. Оставалось непонятным только, откуда он вообще об этом знает. Видимо, от возлюбленной Анарель, учащейся с нами на одном факультете. После его нападок другие студенты смотрели на нерадивую землянку еще более косо. И пожалуй, были правы. Я все чаще ловила себя на мысли, что попала в Академию (и вообще в Эндорф) по ошибке.

Особенно удручало то, что, несмотря на неудачи в учебе, у меня практически не оставалось свободного времени! Увесистые учебники по анатомии, физиологии и микробиологии так и лежали на дне не до конца разобранной сумки. А ведь я надеялась поддерживать знания на случай скорого возвращения домой. Да и вообще… Книги должны были помочь сохранить связь с реальной жизнью, не дать забыть, зачем я здесь.

– Ты слишком напряжена. Выходной вне стен Академии – это то, что нужно! – заявила Аиша, радостно улыбаясь.

– Пока мы куда-нибудь доберемся – весь выходной и пройдет, – сказала я, вспоминая дирижабль.

– А мы возьмем гритов и слетаем до ближайшей деревни. Только встать придется на рассвете, чтобы всех не разобрали.

– Слетаем? Не уверена, что это хорошая идея. Я даже по земле ездить верхом не умею, а тут какие-то гриты.

– Да нечего там уметь! Я все объясню. Поверь, ты не пожалеешь!

Аиша давно мечтала о выходном, и я не стала огорчать ее отказом. На свою голову.

Гритами оказались… грифоны. Точнее, не совсем грифоны, но существа, на первый взгляд очень на них похожие. Морды, остроконечные и вытянутые, наводили на мысли скорее о ящерах, чем о птицах. Туловища и лапы были покрыты короткой жесткой шерстью, а вот кисточки на хвостах и широкие в размахе крылья покрывали самые настоящие перья.

– Я на это не полезу! – сказала твердо, едва завидев необычных созданий.

Не то чтобы они сильно напугали меня, но лететь!

– Они очень послушные, – мурлыкнула Аиша и подошла к одному из зверей. Довольно фыркнув, грит потерся об ее руку и присел.

Мне, конечно, было любопытно, но я не сдвинулась с места.

– Ну пожалуйста! Хотя бы попробуй! Это не страшно, тебе понравится!

Вы когда-нибудь пробовали отказать подруге, жалобно взирающей на вас нереально огромными вишневыми глазами? Так вот: это совершенно невозможно!

– Спасибо! Спасибо! – едва не захлопала в ладоши Аиша и принялась объяснять: – Я уже летала раньше. Знаю как, поэтому мой грит в паре будет ведущим. Тебе не придется ничего делать. Просто сиди ровно и держись за ручку на седле. И все! Гриты летят очень плавно, точно не упадешь. Ничего такого.

– Ладно-ладно… – проворчала я и, последовав примеру подруги, погладила своего зверя. Потом осторожно залезла на него и вцепилась в ручку, когда он выпрямился в полный рост.

– Готова? – спросила Аиша и, не дождавшись ответа, взмыла вверх.

Не закричала я только чудом. Поток морозного воздуха резко ударил в лицо. Мой грит взлетел сразу за собратом.

Набрав высоту, крылатые звери выровнялись и теперь плавно парили вдоль побережья. Страх сменился восторгом. От завораживающих океанических просторов захватывало дух, а покрытый пушистым снегом лес, начинающийся за скалистым берегом, напоминал о доме.

Академическая мантия не спасала от холода, особенно на высоте. Я постукивала зубами и дрожала, но ничуть не жалела, что согласилась. До тех самых пор, пока мимо не пронесся еще один грит. Он издал протяжное «Уи-и-и», и крылатый зверь Аиши, а следом и мой, полетели за ним! Шумно взмахивая крыльями, они стремительно уносились прочь от берега. Я сжалась и зажмурилась. Океан. Холодный, бескрайний, бурный… Он поглотит тебя и не заметит.

Сквозь вой ветра и шум волн прорывался крик. Аиша звала меня, и усилием воли я заставила себя открыть глаза.

– Нет, нет, нет…

Страшный невозможный сон. Смыкающиеся со всех сторон волны. Нет, стены воды. И мы внутри!

– Аделин, Аделин, пожалуйста! Успокойся и опусти их!

– Что? – выдавила я. – Надо лететь наверх!

Я стукнула рукой по седлу, и грит, и без того напуганный, метнулся в сторону. Ударившись о водную преграду, он дернулся вверх и взмыл. Только уже без меня.

– Прости, прости… – твердила Аиша, суетясь рядом. – Если бы я знала…

– Все хорошо, – выдохнула я. – Вопрос только, как добираться теперь назад. На это, – посмотрела на смирно стоящих поодаль гритов, – я больше не полезу!

– Я могу отвезти тебя, – раздалось сзади. Я повернула голову и увидела ту самую темноволосую девушку-фейна, что помогла мне раздобыть в библиотеке брошюру об Академии. – Мне очень жаль, что так вышло. Второй курс, зачет по гритам скоро сдавать. Я немного увлеклась.

– Зачет? – с трудом выдавила я, с ужасом представляя необходимость вновь пообщаться с одной из этих безмозглых тварей.

– Она на факультете воздушников. Так ведь?

– Да, специалист по магическим созданиям, – ответила девушка, мазнув по Аише взглядом. – Меня зовут Сайна. Я правда очень сожалею, что напугала вас.

– Ничего. Я Аделина, а это Аиша, – представила я подругу.

Сайна немного помедлила и спросила:

– Аделина, ты боишься воды?

– Да, – призналась я, опустив глаза.

Падая в океан, я не просто испугалась, я испытала приступ настоящей паники.

– Пресветлый Ламао, почему же ты не сказала! – воскликнула Аиша.

– Как странно… – протянула Сайна. – Ты же на лекарском? Или ты учишься на травника?

– Нет, на лекаря, – ответила я, чувствуя себя крайне неловко. Не только из-за ее вопросов, но и от осознания, что бояться открытой воды для принадлежащего к водной стихии – ненормально.

– И ты создала воздушную сферу. Никогда не видела такого у водников, – добавила Сайна тихо.

Я не знала, как сделала это и чем оно было, но, упав в воду, я даже не намокла. Еще до соприкосновения с поверхностью океана я каким-то образом создала шар наподобие того, что светился вокруг меня в самый первый день в Эндорфе.

– Ну так что, летим обратно в Академию? – спросила Аиша.

– А иначе туда добраться никак нельзя?

– Я опытный наездник и ручаюсь ушами, что не уроню! – сказала Сайна, жестом приглашая на своего грита.

Как-то незаметно после этого происшествия Сайна присоединилась к нашей тесной компании. Училась она на другом факультете, поэтому виделись с ней мы не так часто, как друг с другом, но почти каждую свободную от занятий минуту она проводила с нами. Борг, давно сдавший полномочия куратора, но по-прежнему опекающий меня, был настроен доброжелательно, а вот Аиша… молчала при Сайне, но пыталась образумить меня наедине.

– Не нравится она мне.

– Это потому, что она фейнка. Думаю, неправильно судить по расе!

– Борг – тоже фейн, – упрямо стояла на своем Аиша. – Дело не в этом. Она смотрит на тебя так… предвкушающе!

Я видела, что неизбалованная общением Аиша боится потерять нашу дружбу, но и ради ее спокойствия считала неправильным отказывать в дружбе Сайне.

Изменилось после той непонятно как поднятой волны и кое-что еще – у меня появился прогресс на занятиях.

– И чем этот шарик поможет в излечении больного? – шепнула я Аише, не спуская глаз с маленького сгустка воды, парящего передо мной.

– Это только начало, – шепнула в ответ подруга. – Вода – основа жизни, умение получать ее из воздуха уже само по себе может спасти жизнь.

– Ну да, а если что, я точно не останусь без работы. Буду со стопроцентной гарантией рыть колодцы, – усмехнулась я.

Конечно, я понимала, что Аиша права, и занятия по основам управления силой важны. Мы учились чувствовать воду, искать подземные источники и вообще любые источники воды, а еще – извлекать ее из окружающего пространства. Со временем по характеру воды в живом существе мы должны были научиться определять его состояние.

Однако куда больше меня заинтересовали уроки по основам врачевания. Еще месяц назад я назвала бы все преподносимое на них шарлатанством и бредом, но сейчас вынуждена была признать то, что временами видела собственными глазами. Я имею в виду жизненные токи организмов. Мы учились отличать нормальное течение энергии от болезненного, находить бреши и сращивать разрывы. Физическая составляющая лечения шла уже после магической. Мази, снадобья, обработка ран, особенности разных рас – тем для изучения хватало. Профессор Милари пошла мне навстречу и помимо текущих давала задания из первого полугодия. Это утомляло и загружало работой до самой ночи. К тому же сила, которую худо-бедно я научилась ощущать, слушалась плохо. Но я радовалась, что она вообще есть! Наконец-то я увидела смысл своего пребывания в Финфорте.

Потом только-только устоявшееся равновесие бытия серьезно пошатнулось.

Я никогда не любила мороз, а в отсутствии достаточно теплой одежды – просто ненавидела. По этой причине за стены Академии выходила редко, но в тот день пришлось. Нас с Боргом пригласили к законникам заполнить какой-то отчет о его кураторстве. Борг чуть отстал, заговорившись с кем-то из студентов. Я завернула за угол и оказалась в заснеженном пустынном дворе совершенно одна. И опять услышала свист. Только на этот раз оглушительно громкий, тревожный.