Кленовая стрела

– Земным девушкам было бы неосмотрительной роскошью увлечься гномом. Тем более что, переступив порог этого заведения, сказочный персонаж с солнечной шевелюрой превратится в обыкновенного рыжего паренька.

– Я знаю, – тихо вздохнула Анна, – но ничего поделать с собой не могу. Прихожу сюда время от времени и любуюсь им.

– А как же Владимир Сенчуков? – решила детектив вернуть Елычёву в реальность.

– А при чём здесь Володя? – искренне удивилась девушка.

– Ну как же, – притворившись наивной, проговорила детектив, – вы ведь с ним встречались раньше.

– Что значит «встречались»? – Глаза девушки округлились.

– То и значит, разве до знакомства с Ирой Владимир не был вашим парнем?

– Конечно, нет! – рассмеялась Анна. – С чего вы взяли?

– Вроде бы на это во время нашей беседы намекнул брат Владимира Георгий.

– Этого быть не может! – решительно отмела её предположения девушка. – Вам это просто показалось.

– Возможно, – не стала спорить Мирослава.

– С Володей мы действительно встречались, но только время от времени в общей компании. – Неожиданно Анна смутилась и призналась: – На самом деле я не большая любительница шумных компаний.

«А ведь Георгий не так уж был далёк от истины, желая своему младшему брату в жёны Анну Елычёву, – подумала Мирослава. – Милая девушка. Да только ей гном нравится». Детектив невольно улыбнулась.

– Я кажусь вам смешной? – спросила девушка, заметив её улыбку.

– Ну что вы, Анна! – сочла нужным разубедить её Мирослава. – Я улыбалась своим собственным мыслям.

– Извините, – смутилась Анна.

– Вам извиняться не за что, извиниться, скорее, нужно мне. Но будем считать, что мы поняли друг друга. Лучше расскажите мне, как долго вы были знакомы с Ириной Коржиковой.

– Я не помню точно, как давно мы знакомы, но плотно общались года полтора.

– Вас что-то объединяло?

– Да. Мы обе любили кататься на самокатах, они тогда только что появились, и мы часто катались вместе.

– Почему перестали? Одна из вас охладела к езде на самокате?

– Не совсем так, – ответила девушка. – У меня была операция на лодыжке, и врачи не советовали заниматься чем-то рискованным. Я сочла, что и от самоката мне тоже лучше отказаться.

– А Ирина?

– Что Ирина?

– Продолжила кататься одна?

– Наверное. Я её не спрашивала об этом.

– Ваши очные встречи прекратились?

– Не сразу, – ответила Анна, – но потом да, они как-то постепенно сошли на нет. Но в соцсетях мы продолжали время от времени общаться. Например, она сообщила мне, что выходит замуж. И даже свадебное платье показала.

– А разве показывать свадебное платье до свадьбы – это не плохая примета? – снова притворившись наивной, спросила Мирослава.

Анна рассмеялась и проговорила:

– Кто же теперь верит в приметы? – Но тут она вспомнила о том, что случилось с Ириной, и в глазах её промелькнул страх. – Но ведь это случилось с Ирой не из-за того, что она показала свадебное платье? – тихо спросила она.

– Нет, конечно, – ответила Мирослава.

– Я вообще-то слышала, – неуверенно сказала Анна, – что свадебное платье заранее нельзя показывать только жениху.

Мирослава ничего не ответила. Вместо этого она спросила Елычёву:

– Аня, вы не знаете, как чувствует себя мама Ирины?

– Я звонила Григорию Александровичу, – ответила Анна, – спросила, не нужно ли им чем-то помочь. Он поблагодарил меня, сказал, что им уже помогают. Тогда я решилась спросить его, как чувствует себя Прасковья Геннадьевна. Он ответил, что неважно, но за ней ухаживает их старшая дочь Полина. Ирина рассказывала мне, что у неё есть старшая сестра, но живёт она не здесь. – Анна перевела взгляд на Мирославу.

– Значит, сестра приехала, – ответила на её немой вопрос детектив. – Не могла же Полина не приехать на похороны родной сестры? Да и за матерью нужно кому-то ухаживать. Отцу после пережитого потрясения это, скорее всего, не под силу.

– Наверное, – согласилась Анна и спросила: – А вы хотите поговорить с Григорием Александровичем?

– Хотелось бы.

– Тогда лучше позвоните ему по телефону и назначьте встречу на нейтральной территории. Домой к ним, как мне кажется, сейчас ходить не стоит. Я могу дать вам номер его сотового.

– Спасибо, – ответила Мирослава, – я так и сделаю. А номер сотового Коржикова у меня есть. Но всё равно спасибо.

– Ах, ну да, – вспомнила Елычёва, – вы же с Володей разговаривали…

– Спасибо, Анна, – сказала Мирослава, поднимаясь из-за стола, – мне было приятно с вами познакомиться. Хотя, конечно, повод для знакомства огорчительный. Но тем не менее. А сейчас мне пора.

– Да-да, я понимаю, – быстро проговорила девушка. – Мне тоже нужно идти.

Девушки расплатились за свой заказ, вместе вышли из «Белоснежки» и разошлись в разные стороны. При этом только Мирослава заметила, что рыжий гном посмотрел им вслед долгим взглядом, и как она догадалась, взгляд этот сопровождал вовсе не её, а её спутницу.

Анна же Елычёва, погружённая в свои собственные мысли, ничего этого не заметила.

Глава 4

Прежде чем звонить Коржикову, Мирослава села за руль своей «Волги» и отъехала от «Белоснежки» примерно полквартала. Свернув в первый попавшийся ей на пути крохотный тупичок, она остановила машину. Несмотря на то, что к разговору с отцом убитой девушки она была готова, её палец помедлил несколько секунд, прежде чем набрать нужный номер.

Григорий Александрович отозвался далеко не сразу. Мирослава даже подумала, что Коржиков, увидев незнакомый номер, решил не отвечать. Но тем не менее она ждала. И её терпение было вознаграждено.

– Если вы собираетесь предложить мне… – услышала она сердитый мужской голос.

– Нет-нет, – поспешно прервала она его возмущённый выговор, – я – детектив Мирослава Волгина. Мне нужно поговорить с вами.

– Поговорить?

– Да.

– Есть что-то новое? Вы нашли убийцу моей дочери?

– Пока нет, – честно призналась Мирослава, – но я хотела бы услышать от вас некоторые уточнения, которые смогут помочь расследованию.

– Хорошо, – сухо ответил он, – приходите.

– Я не думаю, что стоит тревожить вашу жену.

– Что же вы предлагаете? – спросил он резко.

– Я буду ждать вас через двадцать – двадцать пять минут за углом вашего дома.

– Как я узнаю вас?

Мирослава хотела сказать, что она сама узнает его. Но решила не напрягать немолодого и нездорового мужчину, нервы которого и так натянуты как струна. Поэтому она ответила:

– Я буду в серой «Волге».

«Волг» по улицам города бегало не так уж много, поэтому мужчина заметно успокоился и сказал:

– Хорошо. Я приду.

После их телефонного разговора прошло семнадцать минут, пять из них машина детектива уже стояла на условленном месте.

Коржиков вывернулся из-за угла и окинул придомовой участок дороги пристальным взглядом. Мирослава выбралась из салона и пошла в сторону Коржикова. Она была уверена, что Прасковья Геннадьевна их не увидит, так как выяснила заранее, что окна квартиры Коржиковых выходят во двор, как и окна квартиры их соседа Михалыча.

– Это вы мне звонили? – спросил Коржиков, не сводя с лица Мирославы изучающего взгляда.

– Я, – призналась она. – Для начала здравствуйте. Я частный детектив Мирослава Волгина. И вы можете отказаться от беседы со мной.

– Частный детектив? – удивился Коржиков. Потом быстро сложил в уме два и два и спросил Мирославу: – Вас Володя нанял?

– Можно сказать и так, – кивнула Мирослава.

– Мне он об этом ничего не говорил.

– Не хотел лишний раз тревожить, – легко объяснила детектив поступок своего клиента.

– Вы так думаете? – Взгляд Коржикова на какое-то мгновение стал подозрительным. – А вы не боитесь, что я позвоню ему? – спросил мужчина.

– Звоните, – спокойно ответила Мирослава.

– Ладно, не буду, – сказал он. – Только давайте не будем торчать здесь, как три тополя на Плющихе. Может, отъедем куда-то? – Он бросил взгляд в сторону её машины.

– Конечно, – согласилась Мирослава. И когда они уже выехали на дорогу, спросила: – Скажете, где остановиться?

– Здесь недалеко есть маленький, но вполне приличный бар. Как вы относитесь к барам? – спросил он.

– Нормально отношусь, – ответила Мирослава.

– Тогда поезжайте до угла, потом сверните налево, опять прямо и на этот раз направо.

Мирослава посмотрела на него в зеркало.

Он расценил её взгляд по-своему и ответил:

– Это я только рассказываю долго, а доедем мы быстро. Вы уж поверьте мне. Мы там с Мыхалычем время от времени бываем.

– Верю, – спокойно ответила она.

Бар назывался «Весёлый поросёнок», Мирослава увидела его издали и невольно подумала: «Интересное название. Здесь что, напиваются до поросячьего визга?»

Коржиков, догадавшись, о чём она думает, счёл нужным успокоить её.

– Это просто название такое. А так хозяин в «Весёлом поросёнке» строгий. Забулдыг не привечает. И тем, кто перебрал, дополнительно не наливает.

– А как же правило, что потребитель всегда прав?

– Про это правило я ничего не знаю, – ответил Коржиков. – Но Самсона Юрьевича народ уважает.

– Выходит, что хозяина зовут Самсон? – спросила Мирослава.

– Самсон Юрьевич, – поправил её Коржиков и добавил: – Яковлев он. Вот мы и приехали.

– Отлично, – Мирослава закрыла машину и, опередив Коржикова, первой вошла в бар.

Первое, что ей бросилось в глаза, – идеальная чистота. На столиках свежие, и, самое удивительное, накрахмаленные скатерти.

Зато пахло в баре, как и полагается, пивом, воблой, жареными орешками и ещё чем-то неуловимым и заманчивым одновременно. При этом вся палитра ароматов не сшибала с порога в нос, а была ненавязчивой.

«Неплохо», – подумала про себя Мирослава и двинулась в сторону столика, расположенного неподалёку от барной стойки.

– Привет, Александрович! – поприветствовал Коржикова бармен.

– Привет, Санёк, – ответил на приветствие Григорий Александрович.

– Ты чего-то сегодня без Михалыча?! Хотя я, конечно, понимаю, что с такой красивой спутницей, как твоя, и пиво вкуснее выпить, и поговорить приятнее.

– У нас деловой разговор, – отмахнулся от него Коржиков, – а тебе бы только зубоскалить.

– Я что, я – ничего, – бармен поднял руки вверх, делая вид, что сдаётся.

Коржиков, не спрашивая Мирославу, заказал два пива. Потом только спросил её: