Титаны

В 1867‒1876 годах разгорелась борьба с Бакуниным за руководство Интернационалом. Оба были хороши. 15 июля 1876 года в Филадельфии Первый интернационал самораспустился, позабытый и Марксом, и немцами, и французами.

2 декабря 1881 года умирает Женни фон Вестфален, госпожа Маркс.

14 марта 1883 года скончался в Лондоне Карл Генрих Мордехай. Владимиру Ленину 13 лет.

Я убежден, что доктор Маркс не стал бы Идолом без Ленина. Он остался бы во времени исключительно как неяркая звезда: философ-экономист, в одном ряду с Рикардо, через запятую. Не осуществи противоестественной в России пролетарской революции апостол Маркса — Ленин. Ленин — это Святой Павел марксизма. Как не было бы христианства без Святого Павла, так не было бы и Идола Маркса без Ленина. Точнее, память о Марксе и марксизме сохранилась бы в пожелтевших журнальчиках и Богом забытых газетах, и только.

Мишель

Близкие называли его Мишель. Михаил Бакунин родился в семье русского помещика в Тверской губернии в 1814 году в усадьбе Премухино. Умер Мишель в июле 1876 года в городе Берне, в Швейцарии, в больнице для чернорабочих, куда был помещен по его настоянию. За неделю до смерти он перестал пить и есть. Но все же согласился за мгновение до смерти поесть каши. Последними словами Мишеля были невероятные «Каша — это другое дело…»

Жизнь его, авантюристическую, можно сравнить с кашей таки. Прежде чем в нее углубиться, в эту кашу, полезно знать его внешность. В последние годы жизни он выглядел так:

«Это был гигант, огромный, могучий и тяжелый, который с трудом прошел бы не согнувшись в дверь обыкновенной квартиры… Все в нем было пропорционально, бюст, члены, и все в колоссальных размерах, так что когда он подвигался своей спокойной, размеренной и скорее медлительной поступью, шаги его были так широки, что спутник его принужден был почти бежать, чтобы от него не отставать. Огромная голова, покрытая целым лесом длинных всклоченных волос, не знавших гребенки, и борода, обрамлявшая нижнюю часть лица и часть щек… У него была калмыцкая внешность с приплюснутыми широкими чертами и выдающимися скулами… Глаза, небольшие, но сверкающие и подвижные, быстро меняли выражение… Рот имел ироническое или угрожающее выражение, но временами освещался женской улыбкой». «Зимой и летом он носил все тот же костюм, никогда не сменявшийся и состоявший из тяжелых, стоптанных сапог, в голенища которых опущены были панталоны, поддерживающиеся только нетуго затянутым ремнем: из серой развевающейся накидки необычной формы, без талии, застегнутой на одну верхнюю пуговицу. Бычью шею окутывал свободный, плохо повязанный кусок материи, из-за которой местами выглядывал ненакрахмаленный поношенный воротник, просившийся в стирку. На голове — знаменитая мягкая серая фетровая шляпа, имевшая такой вид, точно она никогда не была новой. Этих сапог, этих панталон, этой накидки, этого фуляра, этой шляпы Михаил Бакунин никогда не снимал, даже ночью, так как он спал нераздетый на доске, положенной на низкие козлы и покрытой тюфяком. Эти сапоги, эти панталоны и эта накидка хранили на себе следы грязи всех пережитых зим и пыли всех пережитых лет… точно так же и запущенная борода часто могла служить обеденным меню прошедшей недели». Этот уничтожающий и страннейший словесный портрет Бакунина набросал француз, член Парижской комунны Артур Арну, скрывавшийся в Швейцарии в городке Лугано, где жил с 1874 года Бакунин.

Дав вам представление о внешности человека, попытаюсь выделить несколько основных тем в жизни Мишеля. Я выделил темы: Бакунин и революция, Бакунин и государь император, Бакунин и Вагнер, Бакунин и Нечаев, Бакунин и Маркс и коротенькую: Бакунин и женщины. Тем можно было бы взять много, Герцен, например, утверждал, что Тургенев создал своего Рудина с Бакунина, а своих тургеневских девушек с сестер Бакунина (в одну из них Тургенев был влюблен, в Татьяну, ей же посвящено стихотворение «Утро туманное, утро седое…»). Однажды в 1841 году Бакунин ехал в Дрезден в одном дилижансе с Гоголем. Вынужденно сузим этого широкого человека.

Бакунин и революция

Он уехал за границу в 1840 году, в возрасте 26 лет, намереваясь учиться философии и никогда не возвращаться в Россию. Через 60 лет другой русский, Владимир Ульянов, в возрасте 30 лет, уедет за границу заниматься философией марксизма.

В моей юности я ошибочно считал, что Бакунин участвовал в одиннадцати европейских революциях. Так писали его поклонники. Постепенно разобравшись, понял, что его революционные заслуги преувеличены. В момент, когда вспыхнула февральская революция 1848 года в Париже, Бакунин жил в Брюсселе. Пока он добирался до Парижа (на это ушли три дня) революция совершилась, и он попал скорее на праздник победы революции. Далее происходит нечто не совсем понятное. Бакунин уезжает из революционного Парижа в Германию, а оттуда в Прагу. Почему? В своей знаменитой «Исповеди» он так объясняет свой побег из Парижа: «После двух или трех недель <…> я несколько отрезвился и стал себя спрашивать: что же я теперь буду делать? Не в Париже и не во Франции мое призвание, мое место на русской границе; туда стремится теперь польская эмиграция, готовясь на войну против России; там должен быть и я, для того, чтобы действовать в одно и то же время и на русских, и на поляков…»

И все же из революционного Парижа, на сонную русскую границу, из Парижа, где он по его собственному признанию «месяц предавался духовному пьянству»?! «Я вставал в пять, в четыре часа поутру, а ложился в два; был целый день на ногах, участвовал решительно во всех собраниях, сходбищах, клубах, процессиях, прогулках, демонстрациях; одним словом втягивал в себя всеми чувствами, всеми порами упоительную революционную атмосферу». И вдруг он уезжает из этого Парижа…

Скорее всего, его удалили из Парижа. «С энергией и страстностью принялся он за организацию парижских рабочих. Его энергия показалась опасной даже членам временного правительства и они поспешили удалить его из Парижа, дав ему поручение в Германию и славянские земли» — так утверждает один источник. Похоже на правду. Друг Мишеля, префект революционного Парижа Коссидьер (снабдивший, кстати, его двумя паспортами, одним — на чужое имя), так отзывался о Мишеле: «Что за человек! Что за человек! В первый день революции это просто клад, а на другой день надобно расстрелять!»

Вот и услали, чтобы не расстрелять. Думаю, он и сам хотел уехать, не мог вынести того, что не он руководил парижской революцией. Так что в революции в Париже в феврале он не участвовал.

В революции в Вене 13 марта Мишель не мог участвовать, потому что был еще в Париже. Уехал в дилижансе на Страсбург только в конце марта. В Берлине его арестовали и, освободив, отправили во Вроцлав, тогда Бреслау. Оттуда он попадает в Прагу, где происходит Всеславянский съезд. Бакунин выступает на съезде с проектом создания Славянской федерации славянских народов. Проект не был принят. Интересно, что получивший всемирную славу как один из отцов анархизма (вместе с французом Прудоном) Мишель Бакунин столь же часто, если не чаще, выступал как теоретик панславизма. Один побочный комментарий. В Париже я жил многие годы на Rue de Turenne, в десятке шагов от Rue de Bourgogne, где квартировал Бакунин и куда к нему приходил Прудон, часто их беседы продолжались до утра.

Но вернемся в летнюю Прагу 1848 года. Славянский съезд закончен, по его пятам 12 июня 1848 года в Праге началось Народное восстание. Конфликт начали студенты, выступившие против немецкого населения Праги. Австрийский главнокомандующий гарнизона Виндишгрец запретил уличные шествия и митинги. Однако был Духов день, христианский праздник, и люди вышли на улицы. Начались столкновения с солдатами. В ответ улицы покрылись баррикадами — на баррикады Виндишгрец ответил обстрелом Праги из пушек. Мишель находился, конечно же, все эти дни на баррикадах в качестве волонтера. Хотя и участвовал в революции, но опять не был главным. Он предлагал взять штурмом ратушу, разогнать умеренных руководителей восстания и учредить революционный комитет с неограниченными диктаторскими полномочиями. Его не послушали. А может и не слышали. Русские историки склонны преувеличивать роль «родного» Мишеля в Пражском восстании. А он был рядовым волонтером, колоритным, конечно.

В начале июля 1848 года Бакунин прибывает в Берлин. Пока он отсутствовал, в Берлине тоже произошла революция. Но к июлю она захлебнулась. До этого в Париже 23 июня происходит еще одна революция в революции, уже рабочая — вспыхнуло восстание рабочих, протестовавших против закрытия Национальных мастерских и антинародной политики правительства. Рабочих поддержали парижане. Была кровавая бойня. Бакунин в это время пробирался из Праги в Берлин. Опять не повезло.

С июля по май 1849 года Бакунин живет в Германии. Отбивается от обвинений «Новой Рейнской газеты» (редактируемой Карлом Марксом), в том, что является царским агентом (газета ссылалась при этом на французскую писательницу Жорж Санд). Знакомится с идеологом немецкого анархизма Максом Штирнером (автором книги «Единственный и его собственность»), занимается делами поляков и носится с панславизмом. В ту пору, прощаясь с друзьями, Мишель неизменно добавлял: «До встречи в Славянской республике!»

В мае 1849 года вспыхивает революция в Саксонии. Нужно сказать, что ее никто не ожидал. Первые волнения были вызваны отказом саксонского короля принять общегерманскую объединительную конституцию, выработанную Франкфуртским национальным собранием. Особенно сильные волнения начались в Дрездене. Герцен пишет: «Едва лишь революция разразилась в Дрездене, он появился на баррикадах… Образовалось временное правительство. Бакунин предложил ему свои услуги. Обладая большей энергией, чем его друзья, не облеченный формальными полномочиями, он сделался военным вождем осажденного города». Следует указать здесь, что Герцен противоречит самому себе и вводит нас в заблуждение. Бакунин не был членом временного правительства и вообще не имел никакой должности (не был облечен формальными полномочиями), потому не мог быть военным вождем. Самое большее на что он мог претендовать (иностранец!) — это роль неформального военного советника. Все-таки он учился в Михайловском артиллерийском училище и два года служил в артиллерийской бригаде прапорщиком. Негласный военный советник, что же он советовал?

Вот здесь Мишель был действительно оригинален. Бакунин предложил развесить лучшие картины Дрезденской галереи, а среди них есть «Сикстинская Мадонна» Рафаэля и картины Мурильо, на баррикадах. Это могло остановить королевские войска. В случае если бы войска стали стрелять в картины — «Тем лучше, — сказал Бакунин, — пусть на них падет позор этого варварства».

Еще он советовал спилить вековые деревья на главной улице города, чтобы помешать наступлению кавалерии короля. И наконец, в самом конце восстания, Бакунин предложил поджечь дома аристократии и взорвать ратушу вместе со всеми членами временного правительства.

Ратушу не взорвали. В город вступили саксонские и прусские войска. Повстанцев расстреливали, закалывали штыками, баррикады сносились прямой наводкой. Русская легенда о Бакунине повествует нам, что он якобы предлагал организованно отойти в горы и там начать партизанскую войну. Но русские авторы любуются Бакуниным. В действительности глава дрезденского временного правительства Отто Гейнбнер и небольшая группа, в которой был и Бакунин, ушли из Дрездена в городок Хемниц и ничего лучшего не придумали, как остановиться в гостинице. Тут их всех и арестовали. Так что из легендарных одиннадцати остались две революции: в Праге и в Дрездене. Так вот.

Бакунин и государь император

14 января 1850 года саксонский суд вынес смертный приговор Гейбнеру, Рекелю и… Мишелю Бакунину. Несмотря на то, что на допросе он заявил, что его политическая деятельность была направлена главным образом против русского правительства. (Саксонские жандармы поставили в известность об аресте Мишеля русских жандармов еще в мае 1849 года. Император Николай I якобы изрек [ему доложили]: «Наконец-то!»)

Приговор, однако, не торопились приводить в исполнение. В июне 1850-го Бакунину заменили смертную казнь пожизненным заключением, и одновременно, в кандалах, он был выдан Австрии. Прага ведь тогда находилась в составе Австро-Венгерской империи. Мишеля привезли в крепость Ольмюц, где приковали железной цепью к стене. В мае 1851 года за участие в пражском восстании он был приговорен к смертной казни через повешение. Затем, по саксонскому примеру, австрийский император заменил смертную казнь пожизненным заключением, и Мишеля выдали России. В мае же 1851 года его прямиком привезли в Алексеевский равелин Петропавловской крепости.

Где-то через два месяца к узнику пришел граф Орлов со страннейшим предложением от государя: «Пусть он напишет мне письмо. Как духовный сын пишет к духовному отцу». Бакунин написал знаменитую «Исповедь», 70 лет пролежал этот документ в секретном архиве. Его читателем был один человек — Николай I, на полях рукописи остались его пометки. Впоследствии, когда рукопись была опубликована, общество интерпретировало ее не как Исповедь, но как покаяние. Мое личное мнение: «Исповедь» — военная хитрость Мишеля, попытка притвориться жертвой обстоятельств дабы спастись.

Три года в Алексеевском равелине. В 1854-м его переводят в Шлиссельбургскую крепость. А в феврале 1857 года новый царь Александр II заменяет Бакунину пожизненное заключение вечной ссылкой в Сибирь. Вероятнее всего, возымели действие связи его семьи. С 1857-го по июнь 1861-го Мишель — в Сибири, живет в Томске и Иркутске под опекой родственника — губернатора Восточной Сибири Муравьева-Амурского. (В октябре 1858 года женится на 18-летней Антонии Квятковской, дочери польского ссыльного дворянина.)

В 1861 году в июне он бежит (по Амуру) от Муравьева-Амурского в Японию, а оттуда добирается в декабре 1861 года до Лондона.

Относились ли цари, государи-императоры как-то по-особому к Мишелю Бакунину? Маловероятно. У Николая I были декабристы (Пестель написал для него сочинение, подобное «Исповеди»), некоторых декабристов он расспрашивал лично, его задело за живое, что восстали его лучшие дворяне. У Александра II чуть позже (арестован он был в 1862 году) появился личный враг — Чернышевский, вот его Александр преследовал лично. А Бакунин все же не совершил преступлений на территории Российской империи. Правда, он пытался и будет пытаться позднее поддержать бунтующих поляков.

Бакунин и Вагнер

В четырехтомных своих мемуарах под названием «Моя жизнь» Рихард Вагнер подробно пишет о своем друге Мишеле Бакунине. Пишет с восхищением. Знакомы они были недолго, во время Дрезденского восстания любопытный Вагнер приходил в ратушу, где работало временное правительство, посещал и баррикады. Вагнер был до такой степени увлечен Бакуниным, что несколько раз приглашал его вечерами к себе в семью. Не забудем, что рыжий Вагнер — немец все-таки. «Моя жена, — пишет Вагнер, — подавала к ужину нарезанную мелкими кусками колбасу и мясо, и, вместо того чтобы по саксонскому обычаю, экономно накладывать на хлеб, он сразу поглощал все. Заметив ужас Минны, я осторожно стал поучать его, как у нас едят это блюдо. На это он ответил с улыбкой, что поданного на стол достаточно, что, хотя он чувствует свою вину, ему надо позволить справиться с блюдом по-своему. Не нравилось мне также, как он пил вино из небольшого стакана. Вообще, он не одобрял этого напитка. <…> Хороший стакан водки приводит к той же цели, быстро и решительно».

Через полтора столетия можно почувствовать и ужас Минны, и восхищение рыжего Вагнера Мишелем-варваром. А вот зарисовки любимого друга Мишеля во время восстания: «В черном фраке, с папироской во рту, Бакунин бродил по городу». Или вот Вагнер бродит в ратуше: «Здесь шла тяжелая борьба, организованная, серьезная. Следы величайшего утомления лежали на всех лицах, ни один голос не звучал натурально. Все хрипели тяжко. <…> Один только Бакунин сохранил ясную уверенность и полное спокойствие. Даже внешность его не изменилась ни на йоту, хотя и он за все это время не сомкнул глаз. Он принял меня, лежа на одном из матрацев, разложенных в зале ратуши, с сигарой во рту».

А вот Мишель слушает Вагнера: «Однажды мне удалось уговорить его прослушать первые сцены «Летучего голландца». Я играл и пел, и этот страшный человек обнаружил себя тут с неожиданной стороны. Он слушал музыку внимательнее всех других. А когда я сделал перерыв, он воскликнул: «Как прекрасно!» и просил играть еще и еще».

Как раз во время Дрезденского восстания Вагнер записал первый набросок к опере «Зигфрид» — смерть Зигфрида. Среди исследователей творчества Вагнера есть мнение, что прототипом Зигфрида мог послужить «этот страшный человек». Ведь он, несомненно, послужил Тургеневу прототипом Рудина. Мишель производил огромное впечатление на современников.

Бакунин и Маркс

С Карлом Мордехаем Марксом Мишель боролся за Интернационал, куда он пытался вступить в 1868 году. Каждый хотел, чтобы международная организация рабочих была под его контролем. В пылу борьбы они не стеснялись в выражениях. Бакунин: «По происхождению господин Маркс — еврей. Он соединяет в себе, можно сказать, все качества и все недостатки этой способной породы. Нервный, как говорят иные, до трусости, он чрезвычайно честолюбив и тщеславен, сварлив, нетерпим и абсолютен, как Иегова, Господь Бог его предков, и, как он, мстителен до безумия. Нет такой лжи, клеветы, которой бы он не был способен выдумать и распространить против того, кто имел несчастие возбудить его ревность, или, что все равно, его ненависть. И нет такой гнусной интриги, перед которой он остановился бы».

Маркс и Энгельс о Бакунине: «шарлатан», «невежда», «фигляр», «интриган», «подонок», «наглец», «осел» и так далее. «Ни одному русскому я не верю…» — это Маркс. А вот Энгельс: «жирный проклятый русский», «баран», «сволочь». «Сибирь, брюхо и молодая полька превратили Бакунина в форменного быка». Соратников Бакунина Маркс и Энгельс называли «панславистский сброд», «подлая банда негодяев и мошенников».

Бакунин и Сергей Нечаев

Познакомились они в марте 1869 года в Женеве. Нечаеву в тот год было 22. Бакунин принял молодого студента, бежавшего из России, как представителя Всероссийского революционного комитета. Стареющий Мишель был очарован молодым экстремистом из России. Он поселил экстремиста у себя на свободной кровати. Нечаев прожил рядом с Мишелем четыре месяца. За это время они успели выпустить большое количество прокламаций и первый номер журнала «Народная расправа». Существует мнение, что экстремист Нечаев соблазнил экстремизмом Мишеля. Но Мишель сам шокировал юного дьявола такими, например, пассажами: «Разбой — одна из почетнейших форм русской народной жизни. Разбойник — это герой, защитник, мститель народный; непримиримый враг государства <…> боец на жизнь и на смерть против всей чиновно-дворянской и казенно-поповской цивилизации. Кто не понимает разбоя, тот ничего не поймет в русской народной истории». Вдвоем черт и младенец написали «Катехизис революционера», никогда никем не превзойденные правила революционного насилия. Там они писали «наше дело — страшное, полное, повсеместное и беспощадное разрушение». «Должно разрушить все существующее сплеча, без разбора, с единым соображением «скорее и больше» <…> Яд, нож, петля и т. п.! Это назовут терроризмом! <…> Пусть! Нам все равно!» — уточнял Нечаев.

Позднее, когда открылись детали убийства студента Иванова, Бакунин записал в дневнике «Процесс Нечаева! Какой мерзавец!» Однако впоследствии Бакунин простил своего молодого друга. Несмотря на то, что революционер Герман Лопатин сообщил, что у Нечаева фаланга одного из пальцев прокушена до кости: это в смертельной агонии сжал зубы на пальце Нечаева, душившего его, студент Иванов.

Бакунин и женщины

Антося Квятковская была единственной его женой и осталась его вдовой. Одно время поговаривали, что он был любовником Жорж Санд (Занд), но вероятнее всего это вымысел.

Последние годы жизни

В 1874 году старый заговорщик должен был быть объявлен главой временного революционного правительства Италии. Восстание должно было начаться в Болонье в ночь на 7 августа 1874 года. За несколько дней до этого Мишель прибыл в город и поселился на конспиративной квартире. Он должен был присоединиться к восставшим после захвата арсенала и городской ратуши. За Бакуниным так никто и не пришел. Дело в том, что руководители восстания (лидеру — Андреа Коста — было 20 лет!) были арестованы по доносу предателей. Бакунину едва удалось выбраться из города, замаскировавшись под священника в очках и с корзиной яиц в руке. Он тихо уехал к себе в Швейцарию.

А потом… И тут я отсылаю читателя к началу повествования о Мишеле, он скончался в городе Берне в больнице для чернорабочих, куда попросился сам. Бакунин понимал, что станет героем мифа. Для его мифа ему нужно было умереть в больнице для чернорабочих.

Огненный дух

Про Ленина вообще

В высшей степени загадочный человек, несмотря на то, что о нем написаны тонны книг на всех языках мира. Если бы меня заставили определить суть Ленина, я бы выдавил из себя: «гениальный менеджер». Он был, скорее, посредственным оратором, Троцкий был в этом искусстве непревзойденным мастером, да и десяток большевистских вождей помельче на трибуне выглядели лучше Ленина. Ленин не был блестящим организатором, ему, видимо, было скучно возиться с людьми, потому первый ближний круг партии составили родственники Владимира Ильича, его сестры, брат Дмитрий и их близкие. Да и «своя партия» ему вначале понадобилась для прикладных целей. Уезжая из России в июне 1900 года за границу (сразу после отбытия ссылки в Шушенском), Ленин, процитирую тут самого себя из книги «По тюрьмам», «…поставил себе задачу стать лидером всех социалистов мира, стать Марксом начинающегося XX века, воздвигнуть себя во главе мирового социалистического движения». Шансы у него были. И был пример Бакунина, русского, ставшего крупнейшей мирового масштаба фигурой в социалистическом движении, попортившего Марксу и Энгельсу немало крови; были примеры Лаврова, Кропоткина, Плеханова.

Доказательства того, что Ленин хотел стать лидером социалистов мира? Полно. Все 17 лет за границей он только и делает, что с отчаянной злобой нападает на западных соперников: Каутского, Маха, Авенариуса, Бернштейна и других, а вовсе не борется с царизмом в России.

В скором времени Ленин понимает, что для авторитетности ему, кровь из носу, следует представить себя как вождя российской социалистической партии. В начале 1902 года в Самаре созван съезд организации «Центральный комитет «Искры»»: (сестры Ленина, его зять, его брат Дмитрий, другие родственники). Съезд прошел нормально потому, что там не было Володи. I съезд РСДРП в Минске тоже прошел нормально, пусть и был малочисленным, а вот II съезд: июль-август 1903 года (Женева — Брюссель — Лондон) прошел с участием Владимира Ульянова и закончился расколом на меньшевиков и большевиков. Именно потому, что злой, нетерпимый Владимир Ульянов был очень неумелым организатором.

Средний оратор, скорее дезорганизатор, чем организатор, может, он был великим теоретиком? На мой взгляд нет, он не был великим теоретиком, он был просто талантливым теоретиком в духе того времени. Большинство его текстов читать тяжело и скучно, в них изобилие цифр, статистики, полемики. Так, в книге «Аграрный вопрос» 683 убористых, мелким шрифтом страницы. Приведу образчик этой прозы наугад: «Количество обработанной земли увеличилось в латифундиях во всех трех районах: сильно на севере (+3,7 милл. акров = +47,0 %), очень слабо на юге (+0,3 милл. = +5,5 %), сильнее на западе (+2,8 милл. = +29,6 %)». Что, впечатляет текст своей тоской? Марксов «Капитал» написан не лучше, правда, на полсотни лет раньше. На самом деле в начале XX века необходимость в таких книгах уже отпала, Ильич лишь не понимал этого. Подобные тексты призваны были убедить буржуазного интеллектуала принять марксистский взгляд на мир, в процитированной книге — на аграрное хозяйство.

Поворотные моменты судьбы

В жизни В. И. Ленина (кстати, первоначальный его псевдоним был до самой его смерти «Николай Ленин») есть поворотные пункты, горячие точки. Они видимы невооруженным глазом.

Первая из них — гибель брата Александра. В 1887 году у Владимира Ульянова появился личный счет к династии Романовых. Доселе семья могла считать себя привилегированной. Ульяновы получали пенсию умершего отца — действительного статского советника (генеральский чин).

Следующая поворотная точка, точнее, поворотный период. Арест, годичное пребывание в тюрьме и ссылка в Красноярский (ныне) край, в село Шушенское. Там он и решил стать эмигрантом и вождем мирового социализма. Вряд ли такой упрямец и рационально мыслящий «менеджер», каковым Владимир Ульянов был от природы, испугался тюрьмы и ссылки. Вероятнее всего, он рационально предпочел прямую дорогу окольной. Рассуждал он приблизительно так: вести революционную деятельность в отсталой России, попадать снова и снова в тюрьмы и в ссылки, конкурируя в своих страданиях с десятками и сотнями других революционеров, — дело долгое. Не лучше ли явиться прямиком на основную марксистскую сцену — в Европу — и там сразу конкурировать с корифеями социализма и марксизма? Потому в июне 1900 года Ульянов прямо из городка Подольск Московской области (туда он прибыл из Шушенского) уезжает за границу. Он не бежал, потому что его не преследовали.

Еще один поворотный в его жизни период — это революция 1905 года, на которую он трагически опоздал. Только 8 ноября 1905 года он появляется в России, когда борьба уже заканчивается. В декабре подавлено восстание в Москве. На двенадцать лет Ульянов вычеркивает Россию из списка интересов. Он остается негениальным и ординарным эмигрантом до момента, когда ступает на подножку «пломбированного» вагона. Дело в том, что его нападки на корифеев европейской социалистической мысли мало беспокоят корифеев, Ленину не удается реализовать свою мечту стать Марксом XX столетия. Славословить его как теоретика начинают лишь после победы Октябрьской революции в России.

12 лет после революции 1905 года Россия и Ленин жили раздельно. Были уничтожены охранкой, либо развалились сами подавляющее большинство организаций РСДРП, к 1910 году партии Ленина практически не существовало. В главе 12-й моей книги «По тюрьмам» я подробно пишу о Ленине этого периода. В своих письмах Владимир Ильич все реже упоминает Россию.

Воссоединились они, Россия и Ленин, лишь весной 1917 года. Царь тихо удалился от трона, растерянный и раздосадованный и войной, и огромной своей страной, которую ему не удавалось держать в руках. Буржуазные партии самодовольно копошились в послереволюционном экстазе, предполагая, что в конце концов смогут втиснуть Россию, оказавшуюся без государственного строя (напомню, что после Февральской революции сосуществовали рядом пугачевского стиля Советы и западного стиля буржуазное правительство), в форму буржуазной демократии…

Вот на этом сломе одной эпохи и предполагаемом начале другой явился уже не Ульянов, но Ленин и преуспел в навязывании стране эксцентричной (научно-фантастической даже, ей-Богу, для того времени!) марксовой теории диктатуры пролетариата. И это в стране, где пролетариата было в наличии с гулькин член, зато дышал пугачевщиной целый океан крестьян. Не должна быть ни в коем случае недооценена вся невероятность такой победы. В стране, глубоко чуждой даже европейской буржуазной государственности, вдруг, стараниями Ленина, возник футуристический государственный строй.

Внешний вид Ленина

Очень невысокий, точнее, маленький человек, 1 метр 63 сантиметра, уже лысый, как колено, в 1917 году, в возрасте 47 лет. Свои называли его «Старик», причем, хотя невыехавшие за границу большевики признавали его исторический авторитет как основателя партии, они снисходительно считали его «иностранцем», эмигрантом, зажившимся в Европе и потерявшим реальное представление о России. Он и явился в Петроград в 1917 году этаким швейцарским гражданином. Костюмчик-тройка, галстук в горошек, туфли на высоких массивных каблуках. (Два таких костюма были долгие годы представлены в музее Ленина. Я успел посетить музей буквально за неделю до его ликвидации в сентябре 1993 года.) На голове Ленина, вышедшего из «пломбированного» вагона был, о ужас, котелок с загнутыми вверх неширокими полями, головной убор швейцарских банковских служащих и среднего достатка буржуазии. Встретившие его на Финляндском вокзале русские товарищи порекомендовали ему снять европейский головной убор, оставшийся безымянным питерский рабочий дал ему свою кепку. Выступая, Ленин не знал, что с кепкой делать, то надевал, то снимал. В таком виде он выступил перед немногочисленной толпой встречавших его. Толпы собственно не было, партия послала сочувствующих и почетный караул встретить Старика. Толпе неоткуда было возникнуть. В. И. Ульянов (Ленин) был плохо известный эмигрант. Революции был месяц от роду, но у масс уже были свои революционные кумиры, один из них — земляк Ленина из Симбирска Александр Керенский, адвокат, звезда партии социалистов-революционеров. На тот же Финляндский вокзал в один день с Лениным прибыло еще несколько эмигрантов, в ту весну эмигранты сыпались на Россию, как горох. Ленин был мелкая сошка. Он и сам это понимал. По легенде, увидев на перроне караул, он сказал Крупской: «Наденька, сейчас меня арестуют!»

Ему было нужно в Россию на генеральное свидание с судьбой до такой степени, что в Швейцарии он несколько дней носился с идеей лететь туда на воздушном шаре (над воюющими армиями!). Он поделился с близкими и идеей ехать в поезде, прикинувшись глухонемым шведом. Стоит заметить, что в «пломбированном вагоне», в котором он проехал через Германию, не было пломб, но была проведена мелом линия, которую не имели права пересекать жандармы и полицейские. Ленин и К° выговорили себе право на бесконтрольный въезд и выезд в Германию. Маршрут был комбинированным — на поезде до морского порта, затем пароходом «Королева Виктория» в шведский порт. Из Швеции поезд привез Ленина и К° в Петроград. Ульянов-Ленин вывез с собой неплохой рабочий секретариат, привыкший к европейскому деловому стилю. В расхлябанной России полсотни бюрократов очень пригодились ему. Это быстро выяснилось.

Были ли кайзеровские миллионы? Вероятнее всего, их не было. Доказательств не существует. Миф о немецких миллионах возник в июле 1917 года, когда большевики, воспользовавшись волнениями в петроградском гарнизоне, попробовали первый раз взять власть. К тому же, чья бы корова мычала, не Временному правительству, получавшему огромные денежные дотации от Антанты, было упрекать Ленина немецкими деньгами…

Апрельские тезисы

Итак, 3 апреля (16 по новому стилю) Ленин приезжает в Петроград. Уже на следующий день, фактически ночью, он ошарашивает своих партийных товарищей «Апрельскими тезисами», набросанными им в пути. Суть тезисов сводится к тому, что партии надо начать немедленную подготовку к социалистической революции. Для большевиков, имевших лишь два места в Петроградском совете (всего более 600 депутатов) — Каменев и Сталин были его членами, — было очевидно ясно, что «Старик» ничего не понимает в происходящем. Большевики той ночью во дворце Кшесинской увидели в Ленине отчаянного утописта, оторвавшегося от российской действительности. Затем 4 апреля в 12 часов Ленин огласил свои тезисы на собрании в Таврическом дворце, где присутствовали и меньшевики. А. Богданов выкрикнул с места: «Ведь это бред, это бред сумасшедшего!». И. Гольденберг и редактор «Известий» Ю. Стеклов поддержали его. Отпор был такой, что Ленин покинул зал.

7 апреля тезисы публикует «Правда». Неохотно и как частное мнение. 8 апреля Каменев в той же «Правде», в статье «Наши разногласия», выступает против «разлагающего влияния» «Апрельских тезисов». Легендарный Плеханов выносит безапелляционный вердикт: «Безумная и крайне вредная попытка посеять анархическую смуту на русской земле».

«И тезисы, и доклад мой вызвали разногласия в среде самих большевиков и самой редакции «Правды», — сухо констатирует Ленин. «Разногласия» — мягко сказано. На заседании Петроградского комитета большевиков только двое были «за» курс Ленина, тринадцать — «против», один воздержался.

Но уже 11 апреля за поддержку ленинской программы высказывается Сталин. Ленин же нахально, не скупясь на оскорбления старых большевиков, называет их «замшелыми провинциалами», прозевавшими в феврале возможность взять власть сразу в свои руки. Так нужно взять ее сейчас и спровоцировать мировую революцию, иначе власть не удержать. Тут Ленин вдруг сблизился с Троцким и его теорией «перманентной революции». (Партия смотрела на Троцкого косо, его обвиняли в авантюризме.) Ленин назвал свою теорию теорией «непрерывной революции». Ленина не смущает противоречие апрельских тезисов с традиционным марксизмом. Завоевав двух влиятельных союзников Ленин добился того, что на 7-й Всероссийской конференции большевиков 24–29 апреля, при участии 133 делегатов с решающим и 18 с совещательным голосами, тезисы получили поддержку большинства делегатов из регионов и легли в основу политики всей партии. И в этом его гениальность. За три недели он захватил партию и всецело подчинил ее своему гению.

Его гениальность в том, что в неподходящем месте, в России, в неподходящее время (российский пролетариат немногочисленен, и в сущности это еще крестьяне на заработках) вопреки классическому марксизму (предписывающему социалистическую революцию только тогда, когда изживет себя и загниет капитализм) Ленин осуществил социалистическую революцию. И не только преуспел в этом, но и создал в России футуристический государственный строй. Страннее этого строя (собранного из деталей Французской революции 1789 года, Парижской коммуны 1871 года плюс отечественные «родные» элементы пугачевщины) пока еще не появилось на планете — несмотря на то, что со времени «неправильной» и «безумной» революции до наших дней прошли уже 96 лет. Ленин блестяще на практике доказал абсурдность всех теорий и догм (в том числе и марксизма), доказал, что революцию возможно совершить вопреки теориям. Что в революции теория — лишь предлог. Что революции делаются умом и волей всего лишь нескольких мощных личностей. В данном случае это были Ленин, Троцкий и Сталин. (Сталин не стал мешать Ленину и Троцкому, а это уже огромная заслуга. Потому что, следуя примеру Сталина, не стала мешать им партия.)

Про попытку июльского переворота, про уход Ленина в подполье, про шалаш в Разливе, про Корниловский мятеж, когда буржуазные партии и Временное правительство «простили» большевиков за участие в подавлении мятежа, — вы все знаете, учили в советских учебниках, читали в несоветских. Книга итальянского журналиста Курцио Малапарте «Техника государственного переворота», написанная в начале 1930-х годов, дает отличное представление о работе, проделанной Троцким по организации ленинского переворота. Наутро явившийся в Смольный Ленин устало улыбался из-под съехавшего набок парика. Улыбаться было уже можно. Основную свою работу в истории он уже сделал — он заставил большевиков совершить революцию. Оставались мелочи.

Ленин был огненный дух в чистом виде.

Владимир Ленин — эмигрант

В первый раз Ленин заслужил ссылку всего-навсего за то, что участвовал в собрании студентов, где обсуждались вопросы студенческого самоуправления. И только. Это обстоятельство достойно упоминания.

У меня было множество встреч с Лениным. Помню, что году в 1992-м, кажется, в один из моих коротких приездов в Париж с балканских войн, мне позвонил фотограф из «Paris Match», друг писателя Патрика Бессона, и сообщил, что по идее Бессона хотел бы поснимать меня в квартире-музее Ленина на rue Marie Rose. Квартирой владела ФКП (Французская коммунистическая партия), рядом на лестничной площадке жил человек, надзиравший за музеем. Фотограф договорился, и в назначенный день мы встретились у дома Ленина, поднялись, вызвали консьержа-коммуниста и начали работать. Вначале попросили разрешения переставить вещи на письменном столе Ленина, и я сел за стол, спиной к камину. Клац-клац-клац — фотограф действовал со вспышкой. На кухне старозаветные трубы вентиляции должны были выводить чад с кухни Ленина. Фотограф сделал снимки на кухне. Удивили меня две узкие металлические кровати в спальне, совсем стерильные, солдатские какие-то. Фотограф поставил меня в спальне между двумя этими солдатскими кроватями и заставил взяться руками за обе спинки. Я не знаю, где сейчас эти фотографии, в 1993 году устами члена Политбюро Ги Ермье ФКП отреклась от меня. За мой национал-большевизм. Тогда, с июня 1993 года, французская пресса массированно громила заговор национал-большевиков, обнаруженный все той же прессой. Национал-большевиками называли нас — редколлегию газеты «L’ldiot International» — всего 30‒40 интеллектуалов. Так что и фотограф ФКП, и «Paris Match», очевидно, сочли публикацию фотоснимков моего визита на улицу Мари Роз несвоевременной.

В 1993 году, 16 сентября, я приехал в Россию. В один из дней между 16 и 20 сентября, когда Ельцин огласил свой Указ № 1400, я и Тарас Рабко посетили Музей Ленина. Тарас был тогда любопытным подростком-холериком, студентом юридического факультета Тверского университета. Он затащил меня в музей. Уже в конце визита меня узнали вдруг сотрудницы музея и радушно повели показывать комнаты музея, бывшие закрытыми для обычных посетителей. (Впрочем, может быть, по каким-то причинам эти комнаты были закрыты именно в эти дни.) Удивили меня костюмы Ленина: архибуржуазные тройки, галстуки в горошек, массивные туфли на высоком каблуке. Женщины любезно сообщили мне, что Ленин был 163 сантиметра роста, а Сталин 164 сантиметра. Я подумал тогда, как, должно быть, был далек маленький Ленин в этих жилетках и галстучках от революционных солдат в шинелях, матросов, крестьян в армяках. Ленин выглядел разительно эмигрантски, швейцарцем этаким, явившимся в мерзлую страну. К счастью для него, ему не пришлось проходить через всеобщие выборы: с такими внешними данными и в таком костюмчике он бы никогда не выиграл. Чужой. Музей закрыли сразу после октябрьских событий.

Моя книга «Убийство часового», включавшая в себя собственно книгу «Убийство часового» и «Дисциплинарный санаторий», поступила из типографии 18 сентября 1993 года. Вышла она в издательстве «Молодая гвардия». Директор издательства и моя редакторша, кстати сказать, уговаривали меня написать книгу о Ленине для серии «Жизнь замечательных людей». Возможно, получилась бы неплохая книга, но меня привлекали другие дела.

Приехав в конце октября 2000 года в Красноярск, я попросил друзей снять для меня квартиру, так как намеревался писать книгу об Анатолии Быкове. Квартиру мне нашли в центре города, в пятиэтажке на пересечении улицы Горького и улицы Ленина, за каким-то деревянным домишкой, заключенным в забор. Домишко и забор были завалены снегом по самые уши. Только через несколько недель, во время оттепели, когда снег на вывеске растаял, я обнаружил, что дом, оказывается, — музей, и музей он потому, что здесь, ожидая, когда вскроется Енисей, чтобы ехать в Шушенское, бывал, жил и ночевал Владимир Ленин. Происходило это в 1897 году, за 103 года до моего появления там. Каждое утро, вставая писать книгу, я глядел на окна Ленина и здоровался с ним.

Недалекие идиоты, всякие журналисты и журналистки, вякают порой, что Ленин разрушил старую Россию. Россию, справедливости ради следует заметить, разрушила Февральская революция. Ленин в это время жил в Швейцарии, в Цюрихе. В городе этом скопилось во время войны немало беглецов из воюющих стран. Поэты, дезертиры, художники, всяческий богемный люд, политэмигранты собирались в кабаре «Вольтер», куда нередко приходил и Ленин — русский политэмигрант. В этом кафе часто выступал, читая свои стихи, глава дадаистского движения, румын Тристан Тцара, там же бывал еще один впоследствии знаменитый человек, в те годы он был известен лишь как один из крупных художников-дадаистов Италии, граф Юлиус Эвола. Впоследствии граф Эвола из дадаиста превратился в ученого-эзотерика, наконец, в философа традиционализма. Его книги «Языческий империализм», «Скачка на тигре», «Борьба против современного мира» после Второй мировой войны имели такое же влияние на правую молодежь, как книги Маркузе на левую.

Ленин наверняка встречался с Тцара и, возможно, раскланивался и разговаривал с графом Эволой. Съездив несколько раз петь в Цюрих и на швейцарские курорты, моя жена Наталья Медведева написала шлягер про кабаре «Вольтер», Ленина, Инессу и кайзеровские миллионы. Песню эту она впоследствии включила в альбом «Трибунал Натальи Медведевой». В песне фигурирует и «сумасшедший румын» Тцара. Историю кабаре «Вольтер» она слышала от меня.

В то время в Швейцарии уже не было еще одного интересного персонажа, Бенито Муссолини. Муссолини признавался людям из своего ближайшего окружения, что встречался с Лениным в Швейцарии. Однако это случилось раньше, по меньшей мере, несколькими годами, до войны. Им было о чем поговорить, ведь они происходили из одной политической семьи. Более десяти лет Муссолини был социалистом. Когда он стал приобретать первую политическую известность, итальянские журналисты, каламбуря, называли его Муссоленин, и в те годы это прозвище не могло ему не нравиться. Муссолини старательно изучал опыт Ленина, ведь Ленин первым из социалистических вождей пришел к власти. Ему для этого понадобилось только семь месяцев, в то время как Муссолини, если считать с марта 1919 года, когда была создана фашистская партия, — три года (1922), а Гитлеру и того более — 15 лет.

В чем гениальность Ленина? Ну, во-первых, приехав в Россию через пару месяцев после Февральской революции (о, как он рвался в Россию! У него были безумные планы лететь в Россию на воздушном шаре, а также ехать по фальшивому шведскому паспорту, выдавая себя за глухонемого шведа), он обратился к своей партии с дичайшей идеей — взять курс на новую революцию. Подумать только, смешной маленький лысый эмигрант в швейцарском галстуке в горошек приехал и заявил, что революции, видите ли, не было. РСДРП имела двух человек в Петроградском Совете, Сталина и Каменева, и она была счастлива этим! А тут эмигрант приехал и зовет к новой революции. «Старик пересидел за границей и перестал понимать Россию», — говорили в партии. Но Ленин неустанно говорил, убеждал, внедрял в умы знаменитые свои Апрельские (на самом деле мартовские) тезисы, и к лету преуспел в этом. Нехотя, корчась, отплевываясь, партия пошла за ним. 42-я по численности среди других партий.

Знаменитый эпизод, когда на собрании в присутствии всех лидеров тогдашнего политического бомонда оппозиции некто (грузин, кажется, Чхеидзе) призвал к союзу всех партий, мол, ведь ни одна отдельно взятая партия не сможет повести за собой массы. «Есть такая партия», — сказал из задних рядов зала Владимир Ленин. Так ведь его заявление сопровождалось смехом! Этого советские учебники не могли опубликовать. Это вспоминает Суханов, политический противник Ленина, сторонник Временного правительства. Ленина их смех не смутил. Пусть смеются. Он гнул свою линию. Он убедил партию и стал готовить ее к новой революции. В данном случае это несомненная яркая иллюстрация того, насколько важна роль личности в истории. Без Ленина большевики удовольствовались бы своей заурядной участью 42-й партии!

Большевикам повезло с Лениным еще и потому, что он был, как говорят американцы, workaholic («воркаголик», от «алкоголик») — запойный работник. Он написал несколько возов руководств, записочек, правил, объяснений, толкований, вплоть до руководства, адресованного часовым Смольного, как держать винтовку, что спрашивать, как останавливать непрошеного посетителя.

И какие у него были нервы! Когда два идиота, Зиновьев и Каменев, выдали в газетах дату вооруженного восстания, подготавливаемого большевиками, Ленин преспокойно перенес восстание на две недели. Потом в газеты просочились сведения о том, что Ленин якобы получил от германского правительства какое-то количество золотых миллионов на дестабилизацию ситуации в России. О кайзеровских миллионах с Вильгельм-штрассе орала вся желтая пресса. Ленин — германский шпион! Нынешний лидер любой партии, окажись он в подобной ситуации, подал бы в отставку, или его изгнала бы его собственная партия. Не тут-то было в случае Ленина! Силой ума, интеллекта этот хрупкий интеллигент скрутил всех в бараний рог! Какой контраст с нынешними болванами-лидерами!

Большевики собрали Россию, распавшуюся в результате Февральской революции. По частям, в течение пяти лет, с 1918 по 1922 год, собрали заново. Этим праведным процессом неустанно руководил Ленин. Партия не стеснялась брать на службу бандитов, генералов, атаманов, делая их командирами Красной армии, чтобы в нужный момент повернуть против них пулеметы и уничтожить.

Нерусская пунктуальность железного делопроизводителя, нерусская трезвость, дикая работоспособность — вот Ленин. Жестокий, трезвый, фанатичный работник. Гибкий ум, лишенный тщеславия и позерства. И как отомстил за брата!

В коридорах облупленного Казанского университета я побывал дважды. На втором этаже есть аудитория с табличкой у двери, что здесь учился В. И. Ленин. Побывать в самой аудитории мне не удалось ни в первый, ни во второй мой приезд в Казань — там шли занятия студентов. Но сам университет произвел на меня впечатление именно облупленного. В вестибюле меж старых белых колонн продавали в прилепившемся киоске зеленую и желтую дрянь-воду в пластиковых бутылках да палки «Твикс» и «Сникерс». Впечатление захолустной отсталости.

Еще одно замечание. Ленин со своими ребятами сумели всучить России новомодную марксистскую идеологию, настолько западный, казалось бы, совсем неподходящий России товар, и преуспели в этом. Из опыта большевистской революции (точнее, ее следовало бы назвать coup d'état — государственным переворотом) производной может быть только циничная мораль: любую идеологию можно навязать любому народу, если знать методику. И приступить к делу с энергией и хладнокровием. Вспоминается Ленин после убийства немецкого посла Мирбаха, собирающийся вместе с Дзержинским к немцам в посольство извиняться. Натягивая пальто: «Ну что ж, Феликс Эдмундович, делать нечего, надевайте шинель, поедем извиняться к бошам».

Лексика Ленина энергична. «Какой матерый человечище!» — о Льве Толстом. Излюбленное «архиважно». Об интеллигенции: «В том, что вы жидкое говно — мы никогда не сомневались».

Отрывок из книги «По тюрьмам»

В Саратовском централе мне попал в руки 49-й том Собрания сочинений Ленина. В нем содержались письма Ленина с 1914 по 1917 год включительно, то есть письма периода Первой мировой войны и первого года Революции. Мне были чрезвычайно важны эти письма, так как я хотел доказать, что после репрессий, последовавших за Первой Русской Революцией и особенно во время годов Первой мировой войны, РСДРП на самом деле развалилась, и к 1917 году существовали лишь остатки организаций.

Вообще, я намеревался внести несколько новых идей в Лениниану, разрушить старые мифы. Мои мнения по основным проблемам Ленинианы вкратце выглядят так. Когда, возвратившись из ссылки в Шушенском, Ленин вдруг прямо из города Подольска Московской области в июне 1900 года уезжает за границу, это было сделано не по причине особых репрессий со стороны властей. В 1900 году никаких особых репрессий в России не было, обычный ежедневный деспотизм. Преступление Ильича — участие в деятельности рабочих кружков в Санкт-Петербурге — не было таким уж тяжелым преступлением, чтобы из-за этого (отбыв год с небольшим в тюрьме и три года в сибирской ссылке) бежать без оглядки за границу. В советской Лениниане существует твердое убеждение, что Ленин уехал за границу, чтобы основать там марксистскую социалистическую газету. По моему мнению, это не более чем миф. Придуманный для того, чтобы затушевать стеснение по поводу того, что Ильич уехал с фронта, как бы дезертировал за границу. Газету удобнее было издавать в России, где-нибудь в южных губерниях. И не было нужды издавать ее за границей, подвергая газету сразу двум рискам: должны были пересечь границу материалы для газеты в одном направлении, а позднее в обратном направлении должна была пересечь границу готовая газета. Мое объяснение отъезда Ленина в 1900 году в эмиграцию — он поставил себе задачу стать лидером всех социалистов мира, стать Марксом начинающегося XX века, воздвигнуть себя во главе мирового социалистического движения. Играть роль Маркса — вот чего он хотел. Недаром все 17 лет эмиграции его куда больше занимает полемика и борьба со швейцарскими, шведскими, германскими, французскими социалистами, чем российское социалистическое движение. Именно так. Ленин уехал из России, дабы стать мировым вождем, теоретиком социализма. Недаром так злобны его нападки на конкурентов — прежде всего на Каутского, на ныне забытых теоретиков Маха, Авенариуса, Бернштейна. Последнего он ругает за «опасное искажение Маркса».

Однако Ленину для его репутации, для авторитетности нужно было представить себя как вождя российской социалистической партии. Ему нужно было представлять организацию российских социалистов. Ведь в свое время и Нечаев, приехав на Запад, представил себя как вождя крупной революционной организации в России — «Народная расправа» (солгал Нечаев, впрочем, потому что с ним была горстка людей). С этой целью Ленин из своих друзей, родственников, братьев и сестер начал организовывать фракцию «искристов», то есть также пытался фальсифицировать действительность. «Искристы» ведь были всего лишь авторы и корреспонденты газеты. И разумеется, среди них были сестры Ленина, его зять и брат Дмитрий, мужья сестер и их родственники. Было создано Бюро российской организации «Искры». Оно получило наименование «Центральный комитет «Искры»». Возглавил ЦК Г. М. Кржижановский, заместителем секретаря стала Мария Ульянова, в члены комитета вошел Дмитрий Ульянов. В Самаре в начале 1902 года созвали съезд. Брату Володе нужна была партия, потому домашние создали ему партию. «ЦК «Искры» предстояло наладить надежную связь с местными социал-демократическими комитетами, которые к этому времени были уже созданы во многих городах России, в том числе в Москве, Санкт-Петербурге, Киеве, Одессе. Связь налаживают агенты «Искры». Выполняя главную задачу — объединить комитеты на ленинской платформе, подготовить их к съезду партии», — так описывает эту историю подкидывания кукушкиного яйца в чужое гнездо один из советских биографов Ленина. Переводя с верноподданнически преданного Ленину языка советской официальной историографии, получаем вот что: Владимир Ильич мобилизовал своих домашних и друзей и обязал их проникнуть в уже созданные региональные организации социал-демократов и захватить их изнутри. «Агенты «Искры» звучит вполне недвусмысленно и, как сказал бы Ленин, «архипонятно»». К тому же следует учесть факт, что «Искры» к тому времени вышло совсем немного номеров. («Искру» переправляли в Россию дикими способами. Вначале в чемоданах с двойным дном, а затем с помощью болгар — выпускников Одесского мореходного училища. Через Александрию в Египте в Херсон!)

Владимир Ильич Ульянов (Ленин) не готовил в ту пору революцию в России! Он ставил себе более реальные задачи. Владимир Ильич был менеджером по натуре своей. На семейной фотографии 1879 года он сидит, крепкоголовый, самостоятельный, таким развязным бутузом. Фотография дает множество пищи для размышлений о семье Ульяновых. Саша — романтически испуганный — похож на молодого Маяковского, Оля — с краю от мамы. Ее откусит от семьи болезнь. Мама, вышедшая замуж только в 29 лет, поздняя мама. Мама им, что ли, разработала стратегический план революции? Александр, возможно случайно, но задал тон, втянул семью в революционную политику. Такое впечатление, что семья решила подчинить себе перспективное политическое движение — марксизм. У всех членов семьи Ульяновых к 1917 году накопилось бесчисленное количество мелких отсидок, задержаний и ссылок. Ленин сидел меньше всех. Интересна фигура матери — сухой, изможденной, но мощной духом: великолепной jewish mother. Без отца она сумела дать всем детям высшее образование. Как командир отряда, она ехала туда, куда ехали учиться они, а позднее ехала во все ссылки детей.

В Швейцарии, где осел в 1900 году Владимир Ильич, он жил в предместье Женевы, в Сешерон, в отдельном домике. Внизу — две большие комнаты. Вверху — три маленькие. В двух маленьких располагались кабинеты В.И. и Крупской. Третья предназначалась для гостей. С ними жила Елизавета Васильевна, мать Крупской. Каждое воскресенье В.И. и Крупская уезжали за город на весь день. Обобщая, в сумме Ленин жил вполне буржуазно.

Ленин не готовил революцию в России. Он яростно полемизировал с европейскими социалистами. Он готовился к первым съездам РСДРП как к самой решительной войне, так как ему необходимо было представить Европе свои полномочия как главы русских марксистов, главы партии социал-демократов. Только в этой степени его интересовали русские дела. Ирония судьбы состояла в том, что на открывшемся 17 июля 1903 года II съезде РСДРП русских социал-демократов играли сплошь эмигранты. Съезд открыл эмигрант В. Плеханов, а борьба развернулась между эмигрантами Мартовым и Ульяновым. Без тени иронии В. И. Ульянов, однако, утверждал, что разногласия между ним и Мартовым проистекают вследствие «оторванности Мартова от российской действительности, незнания условий, в которых пролетариат ведет борьбу против самодержавия». А сам В. И. жил, что, не в Швейцарии?

Съезд происходил в июле — начале августа 1903 года в Женеве, затем в Брюсселе и закончился в Лондоне. Было множество заседаний. Во всяком случае, в документах, которые я изучал, упоминалось XXXI заседание. Над параграфами бились до мордобоя. Особенно долго бились за первый параграф Устава партии «Кто может быть членом партии». Владимир Ильич считал, что: «Лучше, чтоб десять работающих не называли себя членами партии (действительные работники за чинами не гонятся), чем один болтающий имел право и возможность быть членом партии». Мартов предлагал брать всех. Мартов тоже был «искровец», то есть проник в уже существующие социал-демократические организации как агент «Искры». Съезд пошел за меньшевиками, но на выборах в ЦК победили большевики. Марксистская партия России была создана эмигрантами. (Еще в 1902 году была создана партия социалистов-революционеров.) Путем различных обменов баш на баш и манипуляций партию возглавил ВИЛ.