Молодые медведи беспечны: после того как досыта наедятся молодой растительности, на них нападает порой неудержимое веселье. Они начинают куролесить, бегают по лесу, ревут в полный голос, валяются на травке. Увлеченные столь приятным времяпрепровождением, могут не заметить опасности, которая им грозит. Чаще всего опасность «хозяину тайги» грозит со стороны человека.
Среди охотников бытует масса «медвежьих рассказов». Например, быль о том, как медведи ловят рыбу: вылавливают ее из потока резким ударом когтистой лапы, а затем закапывают в горячий песок, где она вялится, а после этого с аппетитом поедают. А вот «страшный» рассказ: медведь заломал сначала отца-медвежатника, а спустя год — сына, на том же самом месте. Другая байка: медведя еще крохой люди вытащили из-под убитой в берлоге медведицы. Воспитали его дома; приемный «сыночек», встав взрослым, периодически заходит к своим приемным родителям «на огонек». Обожает, когда его чешут за ухом, и любит шутя облизать и пожевать человеческую руку. Когда «сынуля» гостит, то вполне культурно ужинает, как и все домочадцы, из миски, а затем спит до полудня следующего дня, картинно развалясь на полу посреди избушки. Но вскоре ему надоедает человеческая жизнь и он уходит в лес, который, вероятно, кажется ему милее, чем жилье человека. Недаром медведя называли в старину лесным человеком.
Поросеночек рос-рос, а выросла большая свинья. К сожалению, а может быть, к счастью, это удел всех поросят независимо о того, где они живут — на воле или около человека. В Древней Греции кабана называли вепрем. (В переводе — «свирепое животное».) И правда у кабана крутой нрав, особенно в период свадеб, который в нашей полосе наступает в ноябре — январе. В это время самцы приходят в возбуждение, щетина у них на их спине встает дыбом. Встретив соперника, они в буквальном смысле роют землю носом, а то и сразу безоглядно бросаются в бой. Повстречав самку, принимаются гонять ее по кругу, ища ее расположения. Когда дело сделано, их любвеобилие улетучивается как дым и они оставляют самку одну.
Будущая мать более покладистая; она сооружает гнездышко — пристанище себе и своим деткам. Самка заботливо сооружает дом с толстыми стенками из ветвей и поваленных деревьев, крышу, сгребает мягкую подстилку из сухой травы. Делать ей это непросто — ведь у свиньи отсутствует рука, которая, как и нога, превратилась еще у далеких ее предков в свиное копыто. Опоросившись, свинья уходит кормиться, оставляя поросяток одних, но тщательно маскирует свое потомство. Поросята лежат тихо, тесно прижавшись друг к другу, и не издают никаких звуков: они-то знают, что от этого зависит их жизнь. При малейшей опасности разбегаются в разные стороны, прячутся в траву, под валежник, или неподвижно стоят в зарослях кустарника. Полосатая окраска делает их незаметными, и матерый хищник может пройти мимо совсем близко, не заметив поросенка.
Рытье для свиньи важная часть жизни: с помощью рытья она строит дом, выкапывает вкусные корневища, земляных червей и личинки насекомых. Не брезгует свинья птичьими яйцами, птенцами выпавшими из гнезда, ящерицами, змеями, лягушками, а также падалью.
Свиньи, живущие в разных районах мира, не блещут разнообразием форм. Однако в непроходимых зарослях Экваториальной Африки обитает самая большая свинья. Ее огромная, гривастая голова имеет пятачок размером с блюдце (16 см в поперечнике), а на морде имеются внушительные бородавки, которые, срастаясь, образуют у старых самцов наплыв, похожий на древесный кап. Трехметровая «свинка» прокладывает в джунглях туннели и в случае опасности мчится по ним как курьерский поезд, сметая все на своем пути.
Другой распространенный представитель семейства, бородавочник, живет тоже в Африке, к югу от Сахары. Он получил свое название за огромные кожаные бородавки, что покрывают его морду и придают ей устрашающий вид. Своим естественным врагам — леопардам, львам, гиеновым собакам — бородавочник порой наносит страшные раны, но не бородавками, а мощными и острыми верхними клыками, направленными в стороны и загнутыми вверх. Однако в поединке за право обладания дамой кавалеры более галантны — не спешат пускать в ход свое оружие. Встав друг против друга, вздыбливают свою роскошную гриву и лбами стараются сдвинуть один другого за грань невидимого круга — ну совсем как борцы сумо. Иногда еще встают на запястья — при этом страшно рычат и возбужденно бьют себя хвостами по бокам.
Люди раньше нередко с завистью смотрели на свиней: как вальяжно и беззаботно живут, едят вволю и не утруждают себя повседневными заботами. Может быть, отсюда пошло поверье, что свиньи — это бывшие люди. В меланийской легенде, до сих пор бытующей у жителей острова Мота, из группы Банкских островов, рассказывается: великий божественный герой некогда создал людей и свиней по одинаковому образцу, но свиньи неожиданно возроптали. Тогда герой одним ударом посоха пригнул свиней к земле — и они стали ходить на четырех ногах. Люди же остались двуногими.
Свинья анатомически и физиологически и впрямь похожа на человека. Так пусть же человек впредь никогда не превращается в свинью.
Однажды, путешествуя по миру, богатая чета супругов Хойт приехала в Экваториальную Африку. Там супруги стали свидетелями охоты на горилл; было убито восемь животных и сиротой остался маленький горилленок. Он визжал, царапался и кусался, пытаясь вырваться, но как только его взяла на руки Мария Хойт, прижался к ней и затих у нее на груди. Наверное, почувствовал, что эту белую, богатую женщину послала ему сама судьба. Мария выходила горилленка — оказалось это самочка. Специально для своего приемного ребёнка Мария купила дом в Гаване, где, как она считала, для ее подопечной благоприятный климат. Малышку назвали Тото. Когда Тото была маленькой, она радовала домочадцев: к всеобщему удовольствию, танцевала под граммофон; научилась сидеть за столом и орудовать ложкой. Однако когда обезьянка повзрослела, у нее стали проявляться звериные замашки. Еще в детском возрасте она завела дружбу с собаками; кусалась и царапалась, но собакам это только нравилась. Чуть повзрослев, Тото, разыгравшись, хватала собаку, поднималась во весь рост и с размаху швыряла ее о землю. Постепенно собаки перестали с ней дружить и при ее приближении в страхе забивались куда-нибудь подальше.
Как-то на прогулке Тото обнаружила под кустиком несколько очаровательных котят. Взяла себе одного и не могла после этого расстаться с ним ни на минуту. С тех пор, куда бы ни направлялась, всегда держала под мышкой кошечку. Когда ее любимица окотилась, Тото выбрала из выводка одного котенка и совсем забыла о его матери. Когда та приходила к ней и терлась о руку, резко её отдергивала и холодно отодвигала от себя кошку.
Характер Тото менялся, по мере того как она взрослела. Запертая дверь уже не была препятствием для расшалившейся обезьяны. Она разбегалась, наваливалась на дверь плечом и выходила наружу вместе с препятствием. Если дверь прочная, обламывала ручку. Пришлось дополнительно укреплять все двери в доме, а на окна ставить решетки. Кроме того, любимой проказой обезьяны стало, пока никто не видит, срывать с веревки сохнущее белье и рвать в клочья.
Когда приходили гости, обезьяну от греха подальше приходилось запирать в клетке. Однажды один боксер решил пожать Тото руку и просунул ладонь через решетку. Обезьяна с такой силой дернула за нее, что он с размаху ударился головой о железные прутья — пришлось срочно везти его в больницу.
Достигнув детородного возраста, Тото стала влюбляться. Объектом ее обожания попеременно становились то молодой и красивый садовник, то шофер, то еще кто-то, она следовала за ними, куда бы те ни направлялись. Дабы предотвратить нежелательные действия со стороны обезьяны, эти заигрывания пришлось пресечь в самой решительной форме.
Иногда обезьяна, казалось бы, забывала о своих любовных переживаниях и начинала мирно кувыркаться по газону или играть в песочнице. Но вдруг, завидев кого-нибудь, бросала свои детские игры и выпрямившись во весь рост бросалась на него, как свирепый бык. Единственным спасением в этом случае для человека было падение на землю лицом вниз — в этом случае, атака прекращалась. Чтобы усмирять буйный обезьяний нрав была, купили специальную электрическую палку, которая била током. Но и она не всегда помогала.
Тото не раз хватала даже свою приемную мать и волокла за руку или за платье по газону, песку и по дорожке. Иногда Тото сама замечала, что у нее скоро начнется приступ дурного настроения, и предупреждала об этом своих друзей воспитателей. Так, чувствуя, что игра становиться все более дикой, она внезапно прекращала ее, обнимала свою приемную мать, целовала и резко отодвигала от себя. Если та не успевала воспользоваться паузой и выбежать за дверь, вся одежда оказывалась сорваной с нее, разорваной на мелкие кусочки, лохмотья обезьяна уносила на крышу.
В конце концов Мария Хойт пришла к выводу, что горилла абсолютно не способна к самоконтролю, и отдала ее в цирк. Эксперимент кончился. Несмотря на все усилия и затраченные средства, обезьяна осталась обезьяной, а так и не стала человеком.
Не так давно мир облетела новость. На острове Флорес, в Индонезии, англо-австралийская экспедиция обнаружила останки микроскопических человеческих существ, которых тут же прозвали «хоббитами». Маленькие люди, ростом около метра, имели непропорционально длинные руки, короткие ноги и череп величиной с грейпфрут. Черепная коробка вмещала 380 куб. см мозга. (Для сравнения мозг шимпанзе составляет 350 куб. см, а мозг гориллы 400–600 куб. см.) У карликов скошенный лоб, выступающие вперед челюсти, мощные надглазничные валики; все это могло бы являться признаками, сближающими их с древними эректусами. Но вот беда — эректусы прямо-таки гиганты по сравнению с «хоббитами» и жили очень давно. Флоресские карлики вымерли совсем недавно, около 12 тыс. лет назад, и были современниками современного человека. До обнаружения останков антропологи и не подозревали, что бывают такие популяции карликовых людей, это считалось чем-то из области фантазий и мифов.
Согласно легендам, карлики, которым местные жители приписывают каннибализм и особую кровожадность некогда были распространены в Юго-Восточной Азии. Так, ведды, жители Цейлона, утверждают, что в былые времена горные районы острова населяли карлики ниттаево, имевшие длинные, сильные руки и коренастую фигуру, их рост около метра. В конце XVIII века ведды, не желая больше терпеть вероломство коротышек, устроили на ниттаево облаву и перебили их всех, загнав в большую пещеру.
Еще один кандидат на родство с доисторическими карликами, негритосы, или «маленькие негры» (такое название им дали испанцы, впервые в 1521 г. попавшие в регион), проживают в Папуа — Новой Гвинее и в других местах. Негритосы крайне низкорослы, у них темный цвет кожи, выдвинутые вперед челюсти, плоскостопие, а сама стопа несколько повернута вовнутрь. Именно этих маленьких людей колонисты увозили в рабство, считая, что из них выйдут хорошие слуги и няньки. Популяция негритосов, живущая на Андаманских островах, до сих пор странствует в джунглях в голом виде. Они нигде не останавливаются надолго, едят коренья рыбу, высушенные на солнце трупы обезьян, а во время непогоды укрываются широкими пальмовыми листьями. Не знают огня и панически боятся извержения вулканов, но в остальном вполне довольны жизнью на лоне дикой природы.
В былые времена существовали и гиганты. Голландский антрополог Г. фон Кенигсвальд в 1935 году в одной из аптек Гонконга приобрел нижний коренной зуб человека, бывший в шесть раз больше, чем зуб современного человека. В 1941 г. Кенигсвальду посчастливилось откопать на острове Ява челюсть ископаемого человека, которая в два раза больше челюсти современного человека. Антрополог назвал владельца челюсти мегантропом («гигантским человеком»). Позднее найдены фрагменты челюстей и зубы «гигантских людей». Согласно неполным и разрозненным находкам удалось установить, что «гигантские люди» жили в Южной Азии около 1 млн лет назад. В. П. Якимов, директор музея антропологии МГУ, произвел в свое время реконструкцию гиганта и установил, что его рост 5 м, а весил он 0,5 т. Позднее в районе Сиваликских холмов найдена челюсть гигантопитека древностью около 5 миллионов лет. Эти гигантские обезьяны населяли Северную часть Индостана. На сегодняшний день в Китае найдено уже около тысячи костных фрагментов этих человекообразных монстров, древность останков около миллиона лет.
Немецкий ученый Ф. Вейденрайх в 50-е годы XX века выдвинул предположение, что предками людей были гигантские обезьяны, от них произошел «гигантский человек», а от него — мы с вами. Эта гипотеза вызвала целую бурю в научных кругах. Своеобразный отголосок этой бури в обществе являются фильмы про «добрую» гигантскую обезьяну Кинг-Конга. Но возникает вопрос, а от кого же произошли карлики — вот кому не повезло с предками.
О том, что наши предки никогда не были обезьянами, свидетельствует, в частности, находка в Чаде черепа странноватого существа, которого назвали сахелантроп чадский. Череп, пролежавший в песках Сахары около 7 млн лет, имеет человеческое короткое лицо, маленькие клыки и прочие признаки человека, но на удивление миниатюрную черепную коробку обезьяны. Надо заметить, что жил сахелантроп задолго до австралопитеков. Лица последних знамениты нечеловеческими, зверино-обезьяньими чертами. Столь древний возраст находки и человеческие признаки сахелантропа говорят о том, что перед нами деградант, возможный предок какой-нибудь из человекообразных обезьян.
Как выясняется Юго-Восточную Азию населяли коротышки и гиганты. Правда, жили они в разное время, но очень может быть, встречались. Уморительная, вероятно картина: пятиметровый деградант с удивлением взирает на метрового деграданта-лилипута. Как тут не вспомнить Свифта и его знаменитый роман «Гулливер в стране лилипутов».
Современный человек очень молод. По данным палеоантропологии, он появился в Передней Азии и Африке около 100 тыс. лет назад. Около 60 тыс. лет назад заселил Европу.
От кого произошел сапиенс? Этот вопрос постоянно волнует ученых. Кандидатом на его предка долгое время считался неандерталец. Однако исследования последних лет выявили, что неандерталец, как слишком специализированная форма, не годится на столь ответственную роль. Тогда «предка» стали искать среди более примитивных эректусов («человек выпрямленный»). Однако надо признать, что эректусы еще более примитивны, чем неандертальцы, и вряд ли долго удержат почетный титул предка человека разумного.
Все ухищрения ученых и хитросплетения родословной человека, которые они выстраивают, можно понять с позиции эволюционизма, но нельзя объяснить с позиции здравого смысла. Современный человек появился сразу и вдруг во всем блеске своего величия, и нет нужды искать его предков среди деградантов, живших задолго до него. Тем более все эти деграданты — австралопитеки (южная обезьяна), хабилисы («человек умелый»), эректусы, эргастеры («человек трудящийся»), «гейдельбергский человек», неандертальцы, — вероятнее всего, ведут свою родословную от древнейших человеческих существ, населявших нашу Землю задолго до появления на ней современного человека. Иными словами, нет нужды связывать «отщепенцев» прошлых человечеств с нынешним человечеством, так как у них разные генетические предки.
Каким образом попал современный человек на Землю (принесли духи, прилетел в летающей тарелке, создан Богом, по образу и подобию его) — это предстоит еще выяснить. В общем, ученым есть над чем поломать голову. Однако неясность периодического появления людей на нашей планете вовсе не отменяет того, что мы наблюдаем у человека, животных и у растений, — фактора изменчивости, который приводит некогда славных и богоподобных людей в то жалкое состояние, которое мы называем деградацией и инволюцией.(Причины инволюции тоже необходимо выяснить).
Итак, современный человек, внезапно появившись на Земле около 100 тыс. лет назад или даже ранее, потихоньку осваивает мир и завоевывает Ойкумену; постоянно вступает в стычки с деградантами прошлого человечества. В результате он в течение десятков тысяч лет заселяет Землю, а деграданты, увы, исчезают с нашей планеты, не выдерживая напора более разумного и, как сказал бы Лев Гумилев, более пасионарного сапиенса.
Все бы ничего: торжествуют разум, молодость и сила, новый вид человека заселяет Землю в триумфе своей славы. Но есть одно «но»: в процессе освоения «целины» некоторые отдельно взятые популяции людей теряют связь с основной их массой и, что более печально, с Богом и начинают деградировать на манер своих предшественников (с которыми к тому же постоянно контактируют в процессе своей доисторической конкисты).
В результате некогда единый человеческий ствол разделяется на множество ветвей. Согласно данным палеоантропологии, в верхнем палеолите (40–12 тыс. лет назад) существовало около 17 рас, которые никаким образом нельзя отождествить с тремя-четырьмя основными современными расами. Так, в Гримальди, на Итальянской Ривьере, в «Гроте детей» найдены погребения с выраженными негроидными чертами (прогнатизм челюстей, удлиненные конечности). Возраст погребения 30 тыс. лет. Похожие останки людей найдены во Франции (грот Комб-Капелль) и в Чехословакии. На территории Русской равнины погребение на стоянке Маркина Гора, на Среднем Дону, отличается негроидными признаками. Возраст погребения 30–25 тыс. лет. Кроме того, под Владимиром, на левом берегу реки Клязьмы, в Сунгири, найдены захоронения кроманьонца высокого роста, атлетического сложения и двух подростков с негроидными чертами. Возраст захоронения 25 тыс. лет. Таким образом, в кроманьонское время на территории Европы и России проживали не только кроманьонцы, но и люди с негроидными чертами.
Однако было бы ошибкой отождествлять верхнепалеолитических негров с современными. Доисторические негры не имеют всего комплекса признаков, характерных для современных негроидов. Кроме того, нельзя считать, что древние негры были предками нынешних африканцев. Видимо, негроидность как признак возникала в истории существования человека разумного не раз! Похожая ситуация и с «монголоидностью», которая как признак возникала, вероятно, неоднократно. Так, на территории Азии найдены древние черепа, которые имеют признаки, похожие на те, что свойственны современным монголоидам. Таким образом, древних рас было значительно больше, чем современных, и верхнепалеолитические люди отличались друг от друга в большей степени.
Что из этого следует? Да, хотя бы то, что процесс расообразования растянут во времени и является особенностью существования человека.
Ученые выделяют три большие расы современных людей: европеоиды, монголоиды и негроиды. К этим трем расам часто добовляют и четвертую — австралоидов. Однако если три расы более или менее однородны, то австралоиды представляют из себя весьма пестрое зрелище. Сюда входят аборигены Австралии, веддоиды, папуасы, меланезийцы, негритосы и айны. Очень может быть, что все эти разные подрасы ведут свою родословную от верхнепалеолитических рас, которые прошли рубеж плейстоцена — голоцена и дожили до нашего времени. Можно сказать, что представители этих подрас — посланцы прошлого. Африканские бушмены и готтентоты — это вероятно, тоже дожившие до нашего времени свидетели эпохи верхнего палеолита. Об этом, в частности, свидетельствуют раскопки, ведущиеся в Южной Африке. Ученые обнаружили черепа бушменов в ископаемом состоянии. Возраст находок — до 60 тыс. лет.
Однако отнюдь не все древние расы столь удачливы — многие из них исчезли с лица земли. Не осталось кроманьонцев (исследователи считают некоторые племена осетин, живущие на Северном Кавказе, являются потомками кроманьонцев, населявших Европу); без следа исчезли древние негроиды Европы и т. д.
Почему одни расы исчезли, другие сохранились, а третьи вновь возникли и широко распространились? Многие древние расы вымерли в период между плейстоценом и голоценом. Около 11 тыс. лет назад Земля пережила крупную геологическую катастрофу. Некоторые исследователи связывают ее с прецессией полюсов. В результате катаклизма, причиной которого мог стать упавший на планету астероид, ось Земли сместилась. Это вызвало огромную приливную волну, которая не один раз опоясала Землю. Резко активизировалась вулканическая деятельность; изменился климат; быстро стали таять скандинавский и североамериканский ледники. В результате началось грандиозное наводнение, которое затопило огромные участки суши. Уровень мирового океана поднялся на сотню метров. Оказались под водой земли местопребывания древнего человека. Множество людей погибло. Так, по данным лауреата Нобелевской премии У. Ф. Либби, следы людей на Американском континенте внезапно исчезают около 10 400 лет назад. Похожая ситуация складывается и в Европе и Сибири. Если в верхнем палеолите исследователи обнаруживают многочисленные стоянки, то в мезолите люди исчезают. Долгое время считалось, что они погибли. Однако позднее следы их найдены, но вместо крупных стоянок — разрозненные мелкие поселения. В этот же период вымерли мамонты, шерстистые носороги, гигантские олени, саблезубые кошки, лошади Америки и другие животные. Часть из них мигрировала в южные районы, не затопленные водой.
Вместе с животными мигрировали на юг люди, уцелевшие в результате катастрофы. Они заселили Кавказ, Переднюю Азию, а позднее Иран, Индию, страны Юго-Восточной Азии. Как говорят антропологи, в это время численность выживших заметно сократилась. Популяции людей прошли через так называемое бутылочное горлышко; в результате появились новые расы: современные европеоиды, негроиды и монголоиды (вполне возможно, что монголоиды появились раньше двух предыдущих). Скорее всего, их родоначальниками стали небольшие группы людей, изолированные друг от друга природными факторами. В конце концов сработал «эффект основателя». Случайные признаки вследствие близкородственного скрещивания закрепились в морфотипе и стали передаваться по наследству, как расовые признаки.
Численность молодых рас выросла многократно и расам-гегемонам удалось быстро перекрыть людские потери, нанесенные стихией. Молодые расы возникли на новом месте, скорее всего в благоприятных районах, где вдоволь еды и природа способствовала их развитию и распространению. Остатки старых рас «законсервировались» и продолжали оседло жить в тех районах мира, где и раньше. Так, по всей видимости, австралийцы, отрезанные водной преградой от Юго-Восточной Азии, пребывали в изоляции много тысячелетий, что сказалось на их облике и образе жизни. Приплывшие впервые в Австралию европейцы обнаружили голых людей, живущих в травяных шалашиках и занимающихся собирательством. Однако предки австралийцев, судя по археологическим раскопкам, строили дома, охотились и были даже более совершенны по своему антропологическому типу.
Таким образом, современное человечество неоднородно в расовом смысле: молодые расы бок о бок живут с расами старыми. Как ни странно, скрещивание между ними идет не столь быстро, как хотелось бы тем идеологам, которые прочат человечеству в будущем единый расовый тип — он, по их мнению, образуется из смешения всех существующих рас. Этого не произойдет по крайней мере по той простой причине, что межрасовые — браки вещь далеко не повсеместная. Где-то метисация идет полным ходом в связи с миграцией людей в новые районы, заселенные представителями другой расы, а в других местах коренное население «капсулируется» и безвылазно продолжает жить на своей территории. Более того, устанавливаются культурные и религиозные барьеры, запрещающие скрещивание, например с иноверцами. Понятно, что в таких местах не о каком слиянии рас говорить не приходится.
Кто знает, может быть, в будущем на человечество обрушится новый потоп (не дай бог, конечно). В результате старые расы со временем сойдут на нет, а их место займут новые. Негры, монголы и европейцы — все новые; они будут ходить по нашей Земле, и рассуждать о превратностях расогенеза.
Изредка случается, что самые что ни наесть кровожадные звери проявляют удивительную заботу о маленьких детях, оказавшихся в лесу. Чаще всего такое происходит, когда малыша, оставленного в лесу по какой-то причине, находит кормящая самка. (Например, в Тибете принято так: если ребенок родился волосатым или имеющим порок развития, то его относят в лес, дабы звери «взяли своего».) У самки в этот момент силен материнский инстинкт и она может принести в логово нового «щенка», которого воспитывает и выкармливает вмесите со своими собственными детьми.
Так в Индийской провинции Ассам самка леопарда утащила из деревни двухлетнего мальчика, которого вырастила как своего детеныша. Перед этим охотники убили детеныша самки, и у нее оставалось молоко. Она буквально «сходила с ума» от материнской любви, вот она и решилась усыновить человеческого детеныша. Мальчик провел в логове леопарда три года. Когда его вернули к людям, он быстро бегал на четвереньках, на коленях наросли мозоли. Ел только сырое мясо и только когда оно лежало на земле, а не на столе. Человек-леопард пытался укусить всякого, кто неосторожно приближался к нему. Несколько лет воспитания среди людей так ничего и не дали. Человек-леопард оставался носителем звериного менталитета. Так и не став человеком, он умер через несколько лет.
В Туркмении, под Ташаузом, в начале 60-х годов XX века был пойман мальчик, пять лет проведший в волчьей стае. Его назвали Джумой и поместили в психиатрическую больницу. Благодаря многолетним усилиям мальчика-волка удалось обучить нескольким десяткам слов. Когда Джуму спрашивали, где ему лучше, у людей или волков, он отвечал, что у волков ему было лучше, и из его глаз при этом катились слезы.
Дети, воспитанные животными, словно бы на всю жизнь сохраняют верность видовому поведению, вскормивших и воспитавших их зверей, и их очень трудно, практически невозможно вернуть в человеческое общество. Не надо думать, что озверение возможно только в глухих местах, где мало людей. Недавно стало известно о нескольких случаях обнаружения «городских Маугли». Так российская пресса писала о 10-летнем Саше из Курска, который жил на пепелище собственного дома и которого воспитали дворовые собаки. В деревне Горицы Ивановской области пьющая мамаша четыре года держала сына на чердаке вместе с кошками. Когда малыша перевозили в детский дом он шипел, царапался и кусался как кошка. В больнице сворачивался клубком, по-кошачьи прыгал и при первой возможности быстро вскарабкался на дерево.
В татарской деревне с самого детства в стае бродячих собак жила 14-летняя девочка Рая. Она кусалась либо ласкалась к людям в зависимости от настроения. Недавно девочку-собаку отловили и поместили в дом для умалишенных, где ею занялись специалисты. Выходит, чтобы увидеть живого Маугли не обязательно совершать экспедиции в малонаселенные районы мира.
Современное человеческое общество в целом неравнодушно к случаям одичания детей. Люди стремятся освободить человеческого детеныша из звериного плена. Однако так было далеко не всегда. Воспитанные животными дети обзаводились подругой или другом из числа таких же, как они, либо сами воровали детей. (Например, в 1920 году в Восточной Индии, возле деревни Миднапур пойманы две девочки, жившие у волков. Выяснилось, что одна из них, семилетняя, после нескольких лет проведенных в волчьей стае украла у людей себе подругу, полуторогодовалую девочку.) В результате образовывалась компания существ с человеческим обликом, но звериными привычками и инстинктами.
Дикари, повзрослев, скрещивались между собой, у них рождалось потомство, вероятно уже генетически отличное от людей. Таким образом в прошлом возникали новые популяции. В результате близкородственного скрещивания в группе, имеющей одних родителей, происходило скачкообразное изменение облика, обусловленное дрейфом генов.
Систематик Карл Линней выделил диких людей в особый вид. Он писал: «Скрываются днем в пещерах, а ночью крадут у людей все, что ни попадется, в том числе животных и детей». Еще во времена Плиния дикари особого интереса не вызывали, так как были обычным явлением. Геродот и Овидий описывали целые племена фавнов, живших в глухих лесах Скифии.
Ныне дикари большая редкость. В поисках снежного человека снаряжаются экспедиции. Но поймать самого волосатого возмутителя спокойствия удается крайне редко. Исследователи в основном изучают его кал, оставленное логово и остатки трапезы. Снежный человек стал крайне осторожен. Да и негде ему разгуляться на свободе — кругом люди и цивилизация. Несмотря на это, снежные люди еще нет-нет да попадаются людям на глаза. Как правило, встречи происходят неожиданно и так же внезапно заканчиваются. «Волосатик» стремится побыстрее скрыться и уйти от назойливых людей. Как утверждает местное население Кашмира, в районе Наранг до сих пор обитает немногочисленная группа диких людей, которых называют «ванманас». Они воруют молоденьких девушек, которых принуждают к сожительству. Бывали случаи, когда деревенская община и семья отказывались принимать назад изнасилованную девушку, считая ее навсегда испорченной, и ей не оставалось ничего другого, как вернуться к своему волосатому, и диковатому похитителю. Согласно местному поверью у женщин, сожительствующих с «ванманас», рождались дети; они пополняли ряды диких людей.
По свидетельству М. Быковой, изучающей проблему снежного человека, она была знакома с человеком из Абхазии, который в течение нескольких месяцев имел половые контакты с «майсой» (так называют местные жители дикарей). Дикарка жила летом и осенью в кукурузном поле, куда к ней наведывался ее ухажер. Вполне возможно, что «майса» родила ребенка.
В конце XIX века в Абхазии, в лесу возле горы Заадан, поймана самка алмасты, которую удалось приручить. Она выполняла черновую работу, но жила в земляной яме за домом. Говорить не умела, но понимала человеческую речь. Ее тело было хорошо сложено, и, несмотря на некоторые физические отличия от женщин, она была привлекательна для мужчин. У нее были большие груди, толстый зад и мускулистые ноги; на голове высилась большая шапка черных, спутанных волос. Смуглая кожа покрыта рыжей шерстью, а лицо имело свирепое выражение. Зана (так назвали дикарку) неоднократно беременела от разных мужчин и рожала без всякой помощи людей. Сразу после родов шла к горному ручью и обмывала ребенка в ледяном потоке. Новорожденные метисы не выдерживали ледяной купели и погибали. Позже люди стали отнимать у Заны новорожденных и сами выкармливали и воспитывали их. Четыре ребенка выжили. Две девочки и два мальчика выросли и стали нормальными людьми, умеющими говорить и писать. Однако в их физическом облике и психике были некоторые особенности, говорившие, что их мать — дикарка. Так, младший сын Хват (умер в 1964 г.) был очень сильный, но неуживчивый и драчливый человек. В стычках с соседями он потерял правую руку. Все дети Заны имели потомство, которое расселилось по всей Абхазии. Профессор Б. Поршнев разыскал многих потомков Заны.
Тот факт, что люди свободно скрещиваются с дикарями, говорит о том, что последние недалеко ушли от людей и являются их близкими родственниками.
В 1989 году в самом центре России, в Саратовской области? на территории колхоза имени Кирова, множество людей в течение полугода наблюдали появление семьи снежных людей, обросших шерстью; — двух взрослых и одного ребенка. В том же 1989 году сторожами плодсовхоза «Прогресс» пойман волосатый мужчина — он воровал совхозные яблоки. От него исходил тошнотворный запах застарелой мочи и пота. Тем не менее сторожа запихали волосатого вора в багажник «Жигулей», а наутро повезли в милицию. В районном отделении наотрез отказались принимать антисанитарное волосатое чудо и посоветовали отвести его в… зоопарк. Пока решали, как быть с необычным вором, он, воспользовавшись замешательством, сбежал.
Понятно, что Центральная Россия не самое лучшее место для жизни снежного человека. В связи с этим возникает вопрос, каким образом появился «троглодит» в достаточно населенном и исхоженном вдоль и поперек месте. По всей видимости, снежный человек является одичавшим деградантом человеческого рода-племени. Понятно, что «нездоровый интерес» к персонам дикарей не способствует их процветанию и размножению. Впрочем, эта проблема легко решаема — достаточно создать заповедник двуногих деградантов, куда открыт доступ только для них. Цивилизованному человеку надо строго-настрого запретить вход на эту территорию. И вскоре мы увидим удивительное чудо: у нас в России появится целая популяция снежного человека — того самого, в поисках которого, снаряжали многочисленные экспедиции на Памир и Гималаи.
Все мы еще со школьной скамьи информированы о рудиментах и атавизмах как о доказательстве эволюции человека. Но зададимся вопросом: являются ли так называемые рудименты и атавизмы свидетельством звериного прошлого человека? Вряд ли!
В 70-е годы XIX века в России на ярмарках и балаганах предприимчивый антрепренер демонстрировал волосатого крестьянина Костромской губернии Адриана Евтихиева и его сына Федора — в качестве «людей-собак». Мексиканская танцовщица Юлия Пастрана (1834–1860) умерла при рождении волосатого сына. У нее была также волосатая сестра — Зенора Лент. В Индии известны целые семьи, которые на протяжении многих поколений (мужчины и женщины) были волосаты. Таким образом, волосатость наследуется и может сохраняться у потомков. О чем это говорит? По нашему мнению, вовсе не о том, о чем вы подумали — что голый человек произошел от волосатой обезьяны. А о том, что у человека в геноме присутствуют гены волосатости, которые при определенных обстоятельствах из рецессивных становятся доминантными.
Вот еще несколько примеров из той же серии. Иногда рождаются люди с хвостом. Этот хвостик, как правило, цивильный и небольшой, в некоторых случаях достигает внушительной длины и содержит хвостовые позвонки, аналогичные тем, которые имеют звери. Является ли это доказательством что наши предки разгуливали с хвостом? (И вообще, куда этот хвост потом делся? Согласно одной эволюционной гипотезе обезьяны, превращающиеся в человека, много времени сидели на мягком месте и «отсидели» свой хвост.) Иногда «хвостатость» передается по наследству и является семейным признаком. Не говорит ли это о том, что предки обезьян, бесхвостые и безволосые, в результате мутаций приобрели и то и другое и превратились в обезьян? Очень может быть, так и было. Подобные мутации возможны, когда исходная популяция родоначальников очень мала и в ней отмечается вынужденное близкородственное скрещивание.