Игра в кошки-мышки

— Риточка, привет, — слегка игриво начал Сергей Юрьевич. — Как дела?

— Все хорошо, — пряча в глазах радость от его присутствия, ответила Рита.

Лариса же с интересом наблюдала за этой сценой.

— Познакомься, это Лариса, — представил он Котову, — она занимается расследованием смерти Даши.

И, заметив удивленный взгляд Риты, тут же пояснил:

— Ее наняла Дашина тетка, так что, пожалуйста, помоги ей. И проводи ее в Дашину комнату. Вообще покажи все, что она захочет.

Курский подмигнул ей, и Рита интенсивно закивала в знак согласия.

— Все, девочки, я вас оставляю, а то мне сегодня еще и дежурить, — сказал Сергей и посмотрел долгим взглядом на Риту.

Та только опустила глаза, давая понять, что намек понят. Сергей кивнул и исчез, закрыв за собой дверь.

— Может быть, кофе? — предложила Рита.

— Пожалуй, я не откажусь.

Рита занялась приготовлением кофе, а Лариса обвела взглядом кабинет.

«Ничего примечательного, — мельком отметила она, — ничего такого, что могло бы хоть что-то рассказать о хозяйке. Обычный офисный стол, такой же стул».

Единственное, что бросалось в глаза, — это большое количество цветов. Удивляло отсутствие компьютера, который уже стал неотъемлемой частью любого российского офиса, независимо от сферы деятельности той или иной фирмы.

— Пожалуйста, — прервала ее мысли Рита, ставя дымящуюся чашку на стол рядом с Ларисой.

— Спасибо, — улыбнулась она, — пахнет очень вкусно.

— Так что вы хотели узнать? Спрашивайте, — выжидательно посмотрела на нее секретарша. — Все, что знаю, расскажу.

— В общем-то меня интересует все, — простодушно призналась Лариса. — С кем Даша дружила, что она была за человек… С кем не дружила, и почему вчера именно она выступала в роли пациентки на практических занятиях. Ну и так далее и тому подобное.

Рита кивнула и, сделав глоток кофе, немного подумала.

— Даша была обыкновенной, — начала она и тут же покачала головой. — Нет, она все-таки была как раз необыкновенной.

— Это как понимать?

— Вы спросили, с кем она дружила? Я вам отвечу — да со всеми абсолютно. Она умела поддерживать хорошие отношения, даже если ей этот человек был неприятен. Сколько раз я замечала, что, разговаривая, она улыбается, а как только отходит от человека… лицо делает такое, как будто лимон целиком съела без сахара. С кем не дружила? — Рита пожала плечами. — Таких, по-моему, просто не было. Я уже говорила, что она поддерживала хорошие отношения абсолютно со всеми. Но ее не любили.

— Почему? — удивилась Лариса.

— Она была… Как бы это сказать… — Рита даже щелкнула пальцами, подбирая слово. — Не знаю… Вредная, что ли. Она очень ловко подмечала за всеми какие-то мелкие недостатки или погрешности, а потом очень вовремя их использовала. Знаете ли, в нашем заведении, несмотря на то, что учатся здесь в основном за немалые деньги, существуют достаточно жесткие правила. Нельзя курить в помещении, нельзя опаздывать на занятия, нельзя флиртовать с больными, а уж тем более заводить с ними романы. Ну и так далее. За наркотики выгоняют сразу, не церемонясь. Даша все это замечала.

— Она что, шантажировала своих одногруппников?

— Не совсем. Она не шантажировала в прямом смысле этого слова. Ей не нужны были деньги или еще что-то. Она просто упивалась тем, что она знает и может рассказать. И, таким образом, имела власть над людьми. Знаете, это очень неприятно…

Рита чуть оживилась и покраснела, а Лариса отметила про себя, что, похоже, секретаршу директора Даша тоже охватила своим «шантажом». Только вот как? Рита же здесь не учится, и на нее эти правила не распространяются.

— А откуда берутся так называемые «больные»? — напомнила свой вопрос Лариса.

— Обычно они назначаются дня за три. Проблем с этим особо не возникало. Студенты знают, что им обязательно придется через это пройти, так что никто особо не сопротивлялся. Список составляет староста группы. Потом он заверяется — обычно его должны подписать главврач, главная медсестра и ректор. Никто, конечно, особо не смотрит на содержание. Скорее это формальность. Но в данном случае вместо Даши Калининой должна была быть другая студентка — Света Косова, но вечером она заболела, и поэтому пришлось срочно делать замену. Я это знаю просто потому, что сама подписывала листок назначения.

— То есть? — Лариса начала лихорадочно соображать. — Выходит, эта бутылка предназначена была для Светы?

— Не знаю, — равнодушно пожала плечами Рита. — Если она вообще кому-то была предназначена.

— А Света? Она сейчас где? С ней можно поговорить? — спросила Лариса.

— Не думаю, — ответила Рита. — Она сейчас в изоляторе, болеет — у нее самый настоящий грипп.

— И что, с ней даже нельзя пообщаться? Я не боюсь заразиться, — заверила ее Лариса.

— Вы знаете, давайте завтра. Мне нужно договориться — просто так вас в изолятор не пустят, — не глядя на Ларису, быстро произнесла Рита.

— Хорошо, — не совсем поняв причину задержки, согласилась Лариса. — А в комнату к Даше зайти можно?

— Да, пойдемте, я покажу, — с готовностью откликнулась Рита. — Милиция ее сначала опечатала, но потом приходили родители Даши и пломбу сняли. Они забрали вещи, так что там, наверное, ничего и не осталось.

Они прошли по коридору и по широкой железной лестнице спустились на первый этаж. При их появлении в холле откуда-то сразу же появился охранник: высокий, довольно молодой парень с весьма умным выражением лица. Увидев Риту, он приветливо кивнул и с интересом посмотрел на Ларису.

— Знакомьтесь, это Андрей. А это — Лариса Викторовна, — представила Рита их друг другу.

И добавила, обращаясь к Андрею:

— Лариса теперь часто будет здесь появляться, так что ты ее пропускай.

Андрей кивнул, но в его взгляде оставался вопрос.

— Она расследует смерть Даши, — пояснила Рита.

— Да, — теперь уже уважительно посмотрел он на Котову, — хорошая была девчонка, хоть и говорят тут про нее всякое…

— Нам сюда, — указала Рита на дверь сбоку. — Здесь и находится так называемое общежитие. Название, правда, условное, так как на обычную общагу это никак не походит.

Рита открыла дверь, и пораженная Лариса остановилась на пороге. Да, на общагу это никак не смахивало.

Они оказались в узком и довольно длинном коридоре с дверьми по разные стороны. Около каждой комнаты висел светильник в виде свечи — это создавало ощущение некоторой таинственности. Рита подвела Ларису к одной из дверей и в задумчивости остановилась.

— Все-таки не верится, что ее больше нет, — с грустью сказала она и открыла дверь.

— Рита, — на пороге окликнула ее Лариса, — а вы ведь тоже ее не любили? За что?

— Я ее просто не любила — и все. Проходите, — сухо ответила секретарша.

Лариса уже заходила в комнату.

— Да, — не смогла она скрыть удивления, — в таких апартаментах и я бы осталась, не задумываясь. Какие уж тут родители!

Комната была небольшая, но очень уютная, а дизайн был выполнен в авангардистском стиле.

— Дизайн везде разный, — с гордостью отметила Рита. — Даша выбрала такой.

Письменный стол, компьютер, стул и полка для учебников над ним — это был уголок для занятий. Кроме этого, присутствовал еще диванчик, два кресла, торшер, журнальный столик и небольшая стенка. В другой комнатке, поменьше, стояли кровать и шкаф.

— Там ванная, туалет и что-то типа кухни, — кивнула Рита в сторону. — Можно приготовить кофе или чай.

— А если вдруг есть захочешь?

— В этом же крыле есть столовая и бар. Так что проблем не возникает.

Лариса огляделась вокруг и, обойдя обе комнаты, ничего интересного для себя не обнаружила. Хотелось сделать свой независимый вывод о хозяйке, но в комнатах было уже пусто. Родители, наверное, забрали все. Только на столе сиротливо лежала перевернутая рамка для фотографий. Лариса подняла ее и поставила на стол. С карточки на нее смотрела довольно симпатичная молодая девушка, стоявшая в обнимку с парнем. В глазах девушки читался вызов.

— Это кто? — спросила она у Риты, показывая на парня. — Девушка, я так понимаю, и есть Даша?

— Да, а это Дима, ее друг. Они учились вместе. Он ее любил.

— А она его?

— Не знаю, — пожала плечами Рита. — Говорят же, что в любви один любит, а другой позволяет любить.

— То есть Даша позволяла?

— Похоже, что так, хотя откуда мне все знать.

Лариса покосилась в ее сторону. И ей показалось, что Рита как раз все знала, но почему-то не говорила.

— Похоже, родители Даши не особо его жаловали, если фотографию не забрали? — спросила Лариса.

Рита равнодушно пожала плечами.

— Сейчас все на занятиях? — уточнила Котова. — Я не смогу ни с кем из девчонок поговорить?

— Да, все на занятиях, — подтвердила Рита. — Сегодня вообще неудачный день. Я в том смысле, что он забит до предела. Занятия до трех, а потом все практикуются в клинике. Кстати…

Рита внезапно застыла на месте.

— Что? — поторопила ее Лариса.

— Даша очень некорректно обращалась с больными, — как-то жестко сказала Рита. — На нее даже один из клиентов написал жалобу. Он лежал в люксе, и этот поступок ее обсуждался у директора. Не знаю даже, почему ее оставили, не отчислили…

Они уже вышли в коридор и медленно шли к выходу.

— Ой! — вдруг вскрикнула Рита, покосившись на свои часы. — Извините, но я вас оставлю. Константин Федорович скоро будет звонить, а я еще ничего не сделала.

— Конечно, идите, я тут сама как-нибудь разберусь, — сказала Лариса. — Вы только не забудьте насчет Светы. Завтра с утра я зайду к вам.

— Заходите, я не забуду. Обязательно договорюсь. Не думаю, что вас не пустят, — заверила ее Рита.

Они вышли вместе и разошлись по своим делам. Впечатления от встречи были разные. Ларисе все больше не нравилась Рита. А та была рада, что хоть на некоторое время избавилась от Ларисы. Она ее обманула — никаких особо срочных дел у нее не было.

* * *

Рита Старостина росла очень замкнутым и довольно нервным ребенком. Ей было пять лет, а ее брату — три, когда их родители развелись. Недолго думая, они просто разделили детей по так называемому перекрестному принципу: Рита осталась жить с папой, а брата забрала к себе мама. Ее Рита почти не видела, так как она очень скоро вышла замуж и уехала в другой город. Единственное, что ей перепадало от матери, — это небольшая посылка к Новому году и дню рождения. По мере ее взросления посылка к Новому году заменилась открыткой, а к дню рождения — денежной купюрой.

Ее отец тоже недолго страдал в одиночестве, и вскоре у Риты появилась новая мама. И так же как и во всех сказках, которые она читала, ее мачеха не особо любила падчерицу, и Рита предпочитала жить у бабушки. Там ей были всегда рады. В школу она пошла, живя у бабушки.

Рита никогда и ничем особым не выделялась среди своих сверстников, но всегда мечтала об этом. В седьмом классе она влюбилась в самого красивого мальчика школы. Он учился в девятом классе, и для того, чтобы привлечь его внимание, Рита постриглась наголо, подражая ирландской поп-звезде Шиннед О\'Коннор. Цели своей она отчасти достигла — внимание было всеобщим. Но мальчики, вместо того чтобы в нее влюбиться, предпочитали розыгрыши и подколы. И тот, ради кого это все затевалось, не оставался от них в стороне.

Так продолжалось по крайней мере полгода, до того момента, когда у нее снова отросли волосы. Рита переживала молча, иногда даже подыгрывала шутникам, но после этого замкнулась еще больше, в душе мечтая отомстить всем, кто над ней смеялся. Постепенно она научилась сама строить всевозможные козни, при этом постоянно сталкивая своих обидчиков лбами. Часто ее шутки носили довольно жестокий характер.

С ней уже стремились дружить. Только теперь все изменилось — она выбирала себе друзей. А походив немного с одним мальчиком, без всякого сожаления бросала его. Но в этом своем поведении она все-таки переусердствовала. Прозвенел последний звонок, закончился школьный бал, и она осталась совсем одна. Девчонки чурались ее, а мальчишки нашли себе более покладистых подружек.

Рита поступала в медицинский институт два раза и оба раза благополучно проваливалась. Она снова стала замкнутой и превратилась в неуверенную в себе девушку.

Расставшись с мыслью поступить в институт, она пошла на курсы секретарш и с успехом закончила их. После экзаменов ее взяли работать в одну из крупнейших фирм города.

Генеральным директором фирмы был некий Эдуард Сергеевич Мещеряков. Рита оказалась довольно смышленым секретарем, и скоро взгляд Эдуарда Сергеевича стал подолгу задерживаться на молоденькой секретарше. Результаты не замедлили сказаться — Рита быстро поднялась по служебной лестнице. Она стала начальником секретариата, то есть очень-очень маленьким начальником — в ее подчинении были две секретарши. Она немного расслабилась и решила, что жизнь наконец-то улыбнулась и ей. К тому же такого мужчину, как Эдуард, она еще не встречала…

Счастье, однако, длилось недолго. Через год, когда Рита уже ждала предложения руки и сердца, счета фирмы арестовали, а сам Эдуард скрылся в неизвестном направлении. Говорили о том, что денег-то на тех самых счетах практически и не было. Сыщики опоздали.

Затем Рита погрузилась в депрессию, но вскоре встряхнулась. Она снова пошла работать. К тому времени ее бабушка умерла, и Рита осталась одна. Папу и маму она в расчет не брала. Эдуард успел купить ей однокомнатную квартиру, и она была рада и этому.

Пройдя конкурс на место секретаря в учебном заведении при клинике Заварского, она приступила к работе. Рита прекрасно знала, что это за заведение. Устраиваясь туда на работу, она преследовала несколько большие цели, чем просто зарабатывать деньги (хотя и на свою зарплату она особо не жаловалась).

В душе же Рита мечтала подцепить какого-нибудь богатого клиента, из больных, поправляющих здоровье в клинике. Но, как впоследствии выяснилось, именно с ними-то она по роду своей работы и не сталкивалась.

Горевала она, однако, недолго — на сцене появился главный врач клиники Сергей Юрьевич Курский. Он воплощал в себе все, что Рита Старостина хотела видеть в мужчине.

Не важно, что он был женат. Риту это не пугало. Что это за жена, если она прикована к инвалидному креслу! Рита, завладев телом Сергея Юрьевича, и не подозревала, что не она охотник, а он. Она потеряла бдительность, упиваясь своей мнимой властью над Сергеем, поэтому-то и не сразу обратила внимание на Дашу Калинину. А зря! Молодость, непосредственность и энергия Даши скоро сделали свое дело. Рита отошла на второй план, Сергей изменил ей.

Вот тогда-то она и решила, что покончит с этой «стервой», чего бы этого ни стоило. Курский принадлежал ей, и так оно и должно было остаться. Рита прекрасно знала о всех его мимолетных увлечениях и закрывала на них глаза, но теперь все было не так. В памяти всплыли ее школьные страхи. Она будет бороться до конца!

И Рита решила, что ее опыт сможет победить самонадеянность Даши. Как оказалось, все вышло именно так. Рита чувствовала себя победительницей. А моральная сторона дела ее не волновала.

Глава 3

Остаток дня Лариса провела в размышлениях. Почему-то все мысли крутились вокруг Риты и не давали думать ни о чем другом. Впрочем, ничего другого особо и не было. Периодически Лариса вспоминала о Сергее и даже с радостью думала о том, что, возможно, между ними и будет небольшая интрижка.

— Но только небольшая! — улыбаясь своему отражению в зеркале, сказала она.

Заехав в ресторан, Лариса попыталась заниматься делами, но Степаныч все чаще с недоумением посматривал на нее: она распоряжалась в очередной раз по поводу того, что уже было сделано. Но ее заместитель достаточно давно знал Котову и молча делал вид, что выполняет ее приказания. Сказывалось обещание Ларисы о двойном окладе. Иначе неугомонный и не сдержанный на язык Степаныч обязательно указал бы Ларисе на ее ошибки. Но обещанные деньги в данном случае сделали его терпимым и мудрым. Поэтому он и не проронил ни слова.

Размышления Ларисы о деле в клинике Заварского пока ни к чему определенному ее не привели. Собственно, какие-либо выводы делать было рано. Она возлагала большие надежды на завтрашнюю встречу со Светой Косовой.