ВЗОЙТИ НА ПЕРЕВАЛ

— Сложный вопрос, — согласился подполковник с Сюзанной. — Отец, когда я был еще маленький, довольно много рассуждал на эту тему. С его точки зрения, человек начал развиваться только, когда потребовалось активно воевать друг с другом. А до того людям вполне хватало палок, каменных топоров и способности забираться на деревья для добычи пропитания и защиты от крупных хищников.

— Война — единственный двигатель прогресса? — усомнилась жена.

— Нет, конечно, — улыбнулся ей Павел, — но в самом начале развития цивилизации, вероятно, основной. В нашем же случае, — он ткнул пальцем в потолок, указывая направление на Наташку, — у модификантов не будет особой необходимости в быстром развитии. После окончания очень короткого периода похолодания — ну согласись, полторы–две сотни лет при их продолжительности жизни, не срок — к их услугам будут огромные территории, населенные только дикими животными. Как следствие — почти полное отсутствие конкуренции. Твой Ицхак Барденштейн сделал новых людей настолько сильными, ловкими и быстрыми, что у них практически нет превосходящих естественных противников. Почти все крупные хищные животные по большинству характеристик серьезно уступают модификантам. Разве что гепарды получились на удивление стремительными. Скажем, восстановление поврежденных органов у человека во много раз более быстрое, чем у других тварей. Слушай, Сюзи, а зачем вообще сделали регенерацию у животных?

— Иначе, как бы они выжили при высоком уровне радиации? — немедленно ответила жена. А потом то ли спросила, то ли согласилась:

— Разум плюс к физическому совершенству тела дает настолько огромные преимущества, что жизнь будет достаточно легкой и не потребует развития?

— Во всяком случае — в относительно южных широтах, — кивнул подполковник. — На север людей может выдавить или демографическое давление, или… религия. Пока вокруг хватает плодородных земель, они из простого любопытства открывать новые земли не пойдут. Но и тратить свое свободное время на изучение законов природы тоже не будут — и без них хорошо живется.

— Демографическое давление… — протянула жена. — Так вот почему специалисты «Генетик компани» в сочиненной ими для модификантов библии такой упор сделали на любовь к детям.

— Вера без мощнейшего подсознательного давления ментопривязки, которую ты успешно обкорнала, не очень‑то сильно будет толкать модификантов к быстрому размножению — они для этого слишком сильны и разумны.

— Значит надо каким‑то образом усилить религию, дав народу Наташки своих святых проводников веры! — воскликнула Сюзанна. — Он должен возможно быстрее расплодится и проскочить через все известные нам исторические эпохи.

— Каменный век, бронзовый, железный, средневековье — ерунда это все, а не эпохи, — парировал Затонов, явно приводя мнение своих родителей. — Проще надо и, одновременно, точнее. Основное деление должно быть по той доле населения, которая способна прокормить все общество. Только при появлении среди них большой доли любопытной элиты, не обремененной заботами о хлебе насущном, появится интерес к наукам.

Она задумалась, потом посмотрела на Павла и кивнула:

— Замкнутый круг. Для прогресса необходимо достаточное количество населения, а насущная потребность в нем возникает только при достаточно высоком уровне развития.

Подполковник согласился:

— С учетом почти полного отсутствия природных ресурсов для металлургии и химии на юге и в центре заселяемых континентов, дело обстоит еще хуже. Нам остро необходимо усилить роль религии в жизни модификантов, не особенно стремящихся следовать по намеченному яйцеголовыми пути.

— Ну, — неожиданно улыбнулась жена, — со святыми все обстоит не так уж и плохо, — она подошла к колыбели, склонилась к детям и нежно поцеловала в маленькие лобики.

— Мишенька и Патриция?! — с удивлением догадался Затонов.

— Ну а как еще должны реагировать первопоселенцы на знания Богов, принесенные модификантам родными детьми Создателей?

Она помолчала, вместе с мужем любуясь спящими малышами, и добавила:

— Пора нам, Пашенька, серьезно, а главное, весьма вдумчиво, заняться правкой Святых писаний, подготовленных историками и социологами «Генетик компани» для Наташки.

***

Войска Лоусвилла смогли выбить десантно–штурмовую роту старшего лейтенанта Астахова уже через два дня. Многотысячная колонна громоздких больших повозок, маленьких кибиток и редких среди остального транспорта карет, плотно набитых людьми, припасами и даже домашней живностью, двинулась в дальнюю дорогу сразу, как только измученный сумасшедшей скачкой всадник принес известие о падении Болотного.

Коней, слава Создателям, у сангарцев хватало даже с некоторым избытком. Герцог, изначально понимавший всю важность этого вопроса, распорядился закупать всех годных лошадей еще по дороге в Азорию. Во время стоянки в империи леди Вероникой был приобретен большой табун, только недавно пригнанный купцами с юга. Бой с кирасирами в первую ночь на территории Баритии добавил еще три сотни боевых коней. В Лемурберге захватили королевский табун в полторы тысячи лошадей, и на ярмарке еще много больше двух тысяч было выставлено на продажу. Приезжие торговцы отдали их горожанам практически за бесценок, торопясь быстрее покинуть королевство.

Десантно–штурмовая рота догнала армию через двенадцать часов непрерывной скачки, каждые пятнадцать километров меняя уставших лошадей, когда многотысячные толпы народа в сгустившемся вечернем сумраке уже встали огромным табором по обочинам тракта и прямо на краях недавно засеянных полей.

— Докладывай! — выпустив графа Астахова из крепких объятий, потребовал герцог, хотя самое главное он уже знал — рота пришла в полном составе.

— Дольше держаться без серьезных потерь мы не могли, милорд, — посетовал сэр Даррен, понимая, что и докладывать, в общем‑то, нечего, — и так больше половины воинов ранено, но погибших, слава Создателям, нет.

— Вражеских лошадей много подранили?

— Тысячи две, как минимум, милорд. Под конец уже не только в ноги целили, — виновато склонил голову старший лейтенант, — куда попало стреляли, лишь бы остановить врага.

— Все правильно, — задумчиво протянул Кирилл, — весь вопрос, сколько у Лоусвилла осталось пригодных для преследования коней? По данным разведки — минимум еще пять с половиной тысяч. Он планировал довести численность тяглово–несущего состава своей трехтысячной армии кирасиров до трех сменных лошадей на каждого воина. Теперь у злыдня — вот ведь прицепилась кличка, — через силу улыбнулся герцог, — явный некомплект. Ладно, иди, отдыхай.

Граф молча козырнул, повернулся через левое плечо и вышел из шатра, оставив задумавшегося герцога. А Кирилл просто прикидывал, когда их догонит армия противника.

Баритцы ударили рано утром, на ходу развернувшись из походного строя в лаву. Впереди мчались копейщики, ведя за собой отряды лучников, быстро стреляющих на ходу навесом. За ними неслись мечники со своими длинными обоюдоострыми клинками. Первую атаку удалось сбить сосредоточенной стрельбой по коням. Лошади спотыкались, стряхивая всадников и мешая скачущим сзади. Опытные кирасиры отвернули, не желая терять столь необходимое и ценное имущество. Слаженно развернулись и отошли за линию максимальной дальности стрельбы сангарских луков.

Пока народ лихорадочно сворачивал лагерь, грузился на повозки и втягивался в спешащую по тракту на запад колонну, сангарские воины второпях выдергивали из соседей по строю стрелы, наскоро перевязывались и готовились к пешей атаке противника.

Герцога и всю молодежь, чьи кости с кожей еще недостаточно насытились металлами и не приобрели достаточную прочность, в бой не пустили.

— Успеешь еще, твое высочество, намахаться мечом, — напутствовал его сэр Стоджер, привязывая к раненной руке щит. Левая работала клинком ничуть не хуже, — для тебя каждая стрела смертельно опасна. Уводи людей. Мы сдержим их, сколько сможем, и догоним.

Как ни обидно было, ведь Кирилл сегодня лучший в Европе боец на мечах, но барон был полностью прав. Пришлось выполнять распоряжение полковника.

Кирасиры в своей железной броне выстроились в шеренги и, печатая шаг, двинулись на сангарцев. Впереди шли воины со щитами и короткими копьями. Следом за ними — две шеренги с более длинными копьями. Затем мечники. Последними — стрелки с тяжелыми луками.

Вассалы герцога успели встать в каре, ощетинившись копьями точно так же, как противник, перекрывая тракт. Обойти Сангарскую армию конным отрядом было нельзя — по мягкой, не так давно паханой земле лошади не могли идти быстро. Лучники, без всякого сомнения, остановили бы их. Подойдя на максимальную дальность выстрела, баритские стрелки, не останавливаясь, открыли навесной огонь через головы своих копейщиков и мечников. Сангарцы, прикрывшись щитами, вынуждены были ожидать — их стрелы против закованных в железо воинов были неэффективны. Сами же они урон от вражеской стрельбы несли не очень высокий — убить стрелой взрослого человека сложно, слишком живучим сделали Создатели народ Наташки.

Армии столкнулись, и началось рубище! Здесь все решает опыт, умение и оружие бойцов.

Воины Лоусвилла в основной массе были опытнее, хорошо обучены и защищены железными доспехами. Они имели огромное численное превосходство. Но вот оружие… В Европе раньше не знали способов насыщения железа углеродом, не существовало стали, не говоря уже о чугуне.

У сангарцев были стальные мечи! Владимир де Ласкини, еще по дороге в Азарию скупив достаточное количество древесного угля, на каждой стоянке со своими подручными в примитивных печах насыщал кричное железо и лом из старых клинков углеродом. А кузнецы во главе со Степаном без устали ковали оружие. На последней стоянке перед рейдом в Баритию они успели снарядить каждого воина пусть еще не совсем совершенным, но достаточно прочным стальным мечом.

Бой был долгим, тяжелым и кровавым. Сангарская армия стояла насмерть, раз за разом отбивая атаки противника. Падали сраженные бойцы, успевая нанести врагу смертельный удар. Строй смыкался над поверженным воином, но не сдвигался назад. Оружие встречалось со звоном, высекая искры. Баритское гнулось, тупилось и иногда даже перерубалось стальными клинками. Но кирасиров было много, очень много — только новая школа боя на мечах помогала держаться — и когда королевская армия все‑таки отошла назад, потеряв даже немногим больше ратников, чем сангарское войско, Инти уже поднялось почти в зенит, ярко освещая кровавое побоище.

Барон Стоджер стоял и смотрел, как уставшие бойцы перевязывают товарищей, грузят их на повозки и собирают оружие погибших. Сангарцы выстояли в этом бою, но это была никак не победа — еще пять–десять таких сражений, а дорога к Черному лесу долгая, и защищаться от атак противника будет некому. Баритская армия, пусть даже ополовиненная в боях, настигнет колонну народа, уходящего от подлого короля…

***

— Ты обратил внимание, что наши планы постоянно меняются?

— В отношении чего? — оторвался от игры с дочерью подполковник.

— Вначале мы планировали высадку модификантов на планету в возрасте четырех–пяти лет, надеясь обучить их к этому времени самым необходимым навыкам самостоятельного проживания, — сказала Сюзанна, не отрываясь от своего сложного, важного и ответственного занятия — обрезания коготков на малюсеньких пальчиках сына. Назвать их ногтями из‑за почти бритвенной остроты было нельзя.

— Затем, когда поняли, что нам обоим весьма претит их будущее обожание не по заслугам, а из‑за внедренного в геном импринтинга, сократили срок пребывания суперов на базе до полугода, — подхватил ее мысль Затонов. Последнее время они начали понимать друг друга, что называется, с полуслова.

— А их обучение решили свалить на наших детей, — согласилась она. — Теперь, когда они уже начали употреблять в пищу мясо, овощи и фрукты, ты хочешь выкинуть модификантов на планету немедленно, даже раньше план–графика «Генетик компани».

— Как ты догадалась? — Павел опять склонился к Патриции и пощекотал ей грудку. Молниеносный рывок маленьких ручонок, но в этот раз Затонову все‑таки удалось остаться без новых царапин на пальцах.

— Пашенька, родной мой, чем дальше, тем все меньше отличаются наши взгляды на жизнь. Скоро мы будем разниться только набором профессиональных знаний, но никак не мировоззрением, — Сюзанна аккуратно одела Михаила в распашонку и протянула мужу: — Держи свое чадо.

Затонов покрутил сына во все стороны, пару раз подкинул, дождавшись радостного гуканья, и уложил в кроватку.

— Не разыгрывай, — любуясь на них, потребовала жена, — засыпать плохо будет.

— Ну, так что, десантируем модификантов на планету?

— Девоньку подай, пожалуйста, — получив Патрицию, занялась ее коготками, — вот так моя сладкая, а то папку всего исцарапала, — и тут же совершенно другим тоном: — Паша, как ты себе это представляешь?

— Поставить мобильную автономную техбазу для поддержания работы дрон–нянек с лазерно–объемный монитором для связи и начального обучения, на всякий случай пару боевых роботов для защиты от животных, навес от дождика — что еще надо для жизни в райских условиях?

— А есть они что будут?

— Там уже фруктов–овощей хватает. Мяса в достаточном количестве дроны прямо на планете набьют и разделают. А жарят модификанты пусть сами на кострах. Обжигаться суперам не нравится — это мы проверили — себя уже не царапают. Не вижу никаких препятствий.

— Ночью довольно холодно, — опять возразила Сюзанна.

— Как только по твоему же совету мы стали на период сна снижать температуру в комнатах, они как‑то ну очень быстро научились пользоваться одеялами, заворачиваясь по макушку. Плюс — сделаем подогрев настила под навесами. То есть модификанты, собираясь вечером в удобное теплое место, получат представление о чувстве дома или, как принято говорить, тепле домашнего очага.

— А на чем ты собрался их перевозить? В «Волкодав» много не влезет.

— Вот еще, буду я истребитель гонять лишний раз в радиацию, — возмутился подполковник. — Для него это не особо опасно, но все‑таки ресурс защитных систем падает. Сляпать пару стандартных посадочных модулей для меня не проблема.

Сюзанна так и сяк покрутила в голове возможность немедленной отправки модификантов на планету, но непреодолимых препятствий не выявила. Согласиться с мужем? Чего скрывать‑то от самой себя? — в последнее время внутри нарастало какое‑то неприятие этих непредсказуемых суперов. Слишком уж быстро развиваются, кардинально отличаясь этим от обычных земных детишек? Может быть, действительно, высадить их на Наташку в райские условия северных долин? Пока не наступило похолодание, климат там субтропический.

Она закончила возиться с ручонками дочери, и нежно прижала ее к груди — к своим детям никакого отторжения, несмотря на всю их необычность, совсем не чувствовалось. Наоборот — с каждым днем эти маленькие еще неразумные малыши были ей все ближе и родней. Чмокнула в уже хорошо очерченный носик, довольно улыбнувшись смешно сморщившемуся личику. Сама уложила засыпающую дочь рядом с уже дремлющим братом. Привалившись грудью к спине мужа, обняла его, заворожено глядящего в детскую кроватку, обеими руками. Неподдельная любовь Павла к детям тоже постоянно росла — такое не скроешь. Вместе с ним полюбовалась спящими малышами и, развернув к себе, прижала свои губы к его. Поцелуй был долгим…

***

Кирилл смотрел на спящий лагерь и мучительно пытался понять, что же все‑таки можно применить из огромного запаса знаний, хранящихся в файл–сервере, для защиты народа от непримиримого врага. Чертежей различного оружия и подробных описаний технологий, необходимых для его изготовления, было, что называется, выше крыши. Только вот не было у герцога самого главного — производственной базы. Небольшое качественное улучшение существующих средств уничтожения себе подобных, как, например, стальные мечи вместо железных, кардинально проблему не решало. Воюют‑то люди, а не оружие. А воинов у противника значительно больше. Посылать в бой необученных простолюдинов, составляющих подавляющее большинство беженцев? Нельзя ни в коем случае! Опытные кирасиры пройдут через них, походя раздавив и не заметив. Это только на первый взгляд кажется простым делом, уметь воевать.

Но как же, все‑таки, пусть не остановить взбешенного Лоусвилла, а хотя бы притормозить? Как сбить накал арьергардных боев, в которых Сангарская армия медленно, но верно тает, теряя лучших бойцов? Должно же быть какое‑то решение? Тот же Сашка сумел ведь выйти из рамок устаревших догматов веры «Не убий ближнего своего и всякого разумного». Неужели имеющий прямой доступ к знаниям Создателей герцог не найдет ничего, что пусть и противоречило бы догматам, но помогло сохранить преданных Кириллу людей? Как остановить стремительную лаву закованных в железную броню всадников?

И он, вернувшись в шатер и устроившись на походном ложе, опять полез в файл–сервер выискивать необходимую для массового убийства баритцев информацию.

Голова уже раскалывалась от боли, слишком уж превысил безопасный порог количества пропускаемых через мозг знаний, но что‑то реальное, кажется, удалось все‑таки найти. Кирилл тихо встал, стараясь не разбудить измученных дорогой и многочисленными делами девчонок, оделся и, ополоснув лицо из деревянного ведра, покинул шатер.

Часовой, вскинув руку к мечу, обернулся, но, узнав герцога, вновь принялся бдительно оглядывать давно уснувший лагерь. Кирилл, хлопнув по бедру, подозвал почти уже не хромающего пардуса и направился к палаткам штаба.

Не выспавшийся старший лейтенант де Ласкини, моргая глазами, поднялся быстро. Повышение в звании главного инженера армии офицеры восприняли, как само собой разумеющееся — не оценить преимущества стальных клинков было невозможно. Владимир выслушал идею, устало улыбнулся и заявил:

— Ваше высочество, нас все равно называют варварами. Так какого геная мы будем спорить?!

Кирасиры, успевшие оправиться от предыдущего боя и хорошо отдохнувшие за ночь, настигли двигающуюся недостаточно быстро колонну уже в первой половине дня. Сангарцы, на удивление, спешиваться для отражения атаки преследователей не стали. Более того, всадники обогнали несколько повозок с высокими бортами, поставив их замыкать колонну.

Раздумывать долго над странными нелогичными действиями противника командир передового отряда кирасиров не стал, приказав поднять лошадей в галоп. Расстояние начало быстро сокращаться. Уже опустились пики преследователей, чтобы ударить со всего разгона по воинам в повозках, когда их задние борта откинулись и на тракт посыпались какие‑то непонятные штуки, напоминающие маленьких ежей с редкими, но длинными иглами, торчащими во все стороны. Результат был ужасен! Лошади протыкали копыта, натыкаясь на сваренные шляпками каленые гвозди, дико ржали, падая, ломая ноги и уродуя всадников, которые сами напарывались на зазубренные острия ежей. Быстро остановить набравших скорость кирасиров было невозможно, и все новые и новые воины противника попадали в эту чудовищную ловушку.

В этот день Сангарская армия впервые за все время движения в Черный лес не потеряла во время арьергардного боя ни одного воина. Но впереди были еще не одни сутки пути, а запасы железа, пригодного для изготовления маленьких стальных ежей были явно недостаточны.

***

— Ненормальный! — звонко расхохоталась Сюзанна, услышав новую идею подполковника. — Ты вообще соображаешь своей бестолковкой, — она, осторожно высвободив одну руку из‑под увлеченно сосущей грудь Патриции, постучала согнутым указательным пальцем ему по лбу, — что предлагаешь?

— А что тебе не нравится? — улыбнулся Павел. — Заложим все необходимые обоснования в версию религии для второго континента. Подправим местами легенды о Создателях, и вуаля — будут молиться святой Патриции, праматери всех монарших домов Америки. А в Европе будет править Мишка, — он покачал колыбельку с уже налопавшимся мамкиного молока сыном.

Сюзанна, продолжая улыбаться, задумалась. Погладила по головке отвалившуюся от груди Патрицию, уложила ее под бок к брату и внимательно осмотрела себя. Приподняла груди, критически посмотрела на них, покачала головой из стороны в сторону и занялась наведением порядка в своей одежде.

— Все, с завтрашнего дня начинаем прикармливать молочными смесями — меня на этих двух проглотов никак не хватает. С каждым днем кушают все больше. Да и микроэлементов в моем молоке для суперов все‑таки маловато.

— Давно пора, — согласился Павел, — модификанты, выношенные в репликаторах, сосали смеси из бутылочек и не жаловались. А тебе наших суперов надо обязательно самой грудным молоком откармливать.

Она все еще задумчиво посмотрела на мужа и снисходительно улыбнулась:

— Тебе этого не понять, — потом задумалась и добавила: — А знаешь, в твоей идее матриархата что‑то такое есть. Надо только все очень тщательно просчитать. Если учесть, что физически модификантки очень мало уступают своим мужикам и из‑за идиотизма инженеров «Генетик компани» женщин на Наташке будет значительно больше, то может получиться очень интересно.

На следующий день они сначала с шуточками, поглядывая на кроватку со «святыми», исправно пачкающими подгузники, засели за правку сочинений историков и социологов из состава прошлой экспедиции. Потом вся несерьезность довольно быстро куда‑то улетучилась. Работа над текстами библии, различными «избранными высказываниями Создателей» и другими религиозными книгами продвигалась медленно. Очень уж много в этих текстах было всяких тонкостей и нюансов, которые необходимо было весьма тщательно продумать.

Отправлять модификантов на Наташку Затонов с Сюзанной пока не стали, решив подождать до того времени, пока все сто шестнадцать уверенно не пойдут своими коротенькими, но крепкими ножками.

За работой сами не заметили, как пролетело время. А тот воскресный день, когда их дети впервые открыли глазки, стал для обоих праздником. С утра отправились на пляж отмечать событие. Купали малышей в озере, наблюдая, как они сосредоточенно пускают пузыри, бесстрашно погружаясь в воду с головой. Хохотали, следя над форменными издевательствами — ну а как это еще назвать? — детишек над уже прилично вымахавшими щенками.

Если Мишенька крутил Тепе уши, пытаясь понять, почему они разного цвета, то Патриция, смело засунув между клыков в пасть к Боне ручонку и вцепившись в длинный розовый язык, изо всех сил пробовала его оттуда вытащить. Волкодавы мужественно терпели, не отходя от малышей ни на шаг.

И только вечером, когда наигравшиеся дети наелись, опустошив не только мамкины груди, но и бутылочки с молочной смесью до дна, и уснули рядышком в кроватке, Затонов задумался, что же ему кажется неправильным в поведении «святых», в отличие от остальных модификантов. Точнее, не неправильным, а другим?

— Сюзи, — спросил жену, — а ведь нашим еще месяца не исполнилось, а глазки уже открылись. На несколько дней раньше, чем у суперов из репликатора. Отчего?

— Вероятно, из‑за лучших способностей мозга обрабатывать поступающую информацию, общая скорость развития оказалась чуть выше, — высказала Сюзанна предположение.

— Наши дети будут умнее других модификантов? — удивился подполковник.

— Совсем незначительно, — кивнула она.

— Почему? — удивление на лице Затонова сменилось явной заинтересованностью.

— Ммм… — в этот раз уже жена задумалась, как правильно объяснить. — Та часть центральной нервной системы, что у остальных суперов занята непроявившимися еще отпечатками наших с тобой аур, необходимых для ментопривязки, у Патриции и Мишеньки свободна и участвует в разумной деятельности всего мозга.

Подполковник опять посмотрел в сторону кроватки. Похоже, его детям «на роду написано» быть святыми у своего народа. А вот хорошо это или плохо, было совсем не ясно…

***

Кирилл, как только ему доложили об успехе предотвращения очередной атаки противника, остановил армию за ближайшим поворотом дороги, огибавшей в этом месте высокий холм, отправив колонну беженцев вперед.

— Бахметьву ко мне немедленно! — крикнул и расстелил перед собой карту. Командир роты разведки прискакала буквально через пару минут.

— Лейтенант Бахметьева по вашему приказанию… — начала рапортовать баронесса, но была прервана герцогом, подозвавшим ее ближе.

— Гражина, видишь вот этот лесок? — без какого‑либо предисловия Кирилл указал на карте небольшое урочище с севера от тракта, которое армия недавно миновала.

— Да, милорд.

— Бери своих лучших девчонок и, прикрываясь лесом, выясни, что творится в лагере Лоусвилла. При этом, упаси Создатели, не попадись противнику на глаза. Кирасиры наверняка выставили вокруг дозоры. Действуй.