Олимпиада-80

Это парная гонка, и сейчас успех экипажа в целом зависит от умения каждого спортсмена. При работе в команде важны слаженные действия, момент начала и окончания гребка у каждого гребца должен быть одинаков. Хорошо видно как спортсмены синхронно загребают веслами. Такая отлаженная синхронность и является одним из успехов популярности данного вида спорта среди зрителей. Просто приятно смотреть.

В этом заезде блестяще побеждают спортсмены из ГДР, оторвавшись от ближайшего преследователя на десять секунд. За ними идет экипаж из Югославии, и СССР только на третьем месте.

Еще четыре лодки подъехали к линии старта. На этот раз за первое место будут соревноваться экипажи Испании, Польши, Чехословакии и Великобритании. Звучит команда на старт, и спортсмены начинают свой путь к победе. Примерно одинаково идут экипажи, явных лидеров пока нет. Но нет и явных отстающих.

Очень большие физические нагрузки испытывают гребцы во время соревнований. Скорость судна и выносливость гребца взаимосвязаны. Чем более вынослив спортсмен, чем лучше развита его мускулатура, тем более сильные гребки может он совершать. А значит и более эффективно может преодолеть сопротивление воды и ветра.

Отстают от лидеров соревнования экипажи Испании и Чехословакии, причем отстают на довольно солидное время, и скорее всего догнать лидеров им уже не получиться. Ну а спортсмены из Польши и Великобритании являются несомненными лидерами заезда. Первое и второе места они разделят между собой.

Напряженная борьба разворачивается между лидерами гонки, сборная Великобритании вырывается ненамного вперед. Польские спортсмены выкладывают все силы. Остаются последние метры перед финишем. Есть! Англичане празднуют победу. В общем это и понятно, победить для них было делом чести — Англия является родиной академической гребли.

Закончились соревнования двоек, и сейчас готовятся к старту спортсмены-одиночки. Соревнуются они в маленьких гоночных лодках, именуемых скифами. В первом заезде одиночек будут соревноваться спортсмены из Бразилии, Франции, Кубы, Греции и Великобритании.

Судья дает старт и скифы начинают движение вперед. Отлично видно, что спортсмены используют разную технику гребли. И порою даже очень сильно различающуюся. Если в команде спортсмен вынужден подстраиваться под другого члена команды, то здесь абсолютная свобода. Именно здесь чувства и представления о том как надо грести воплощаются в технику.

Больше половины пути уже пройдена, лидирует пока спортсмен из Великобритании. Сейчас ему главное сохранить темп гонки. За ним с небольшим отставанием грек. Ну и на третьем месте — бразилец, с отставанием почти двенадцать секунд, тут уже ни о каком втором месте, а тем более о первом говорить не приходится. Только если не случиться что-то непредвиденное.

Впрочем, спортсмены достигли финиша, ничего непредвиденного так и не случилось. Англичанин отстоял честь своей страны.

Готовятся спортсмены к следующему заезду. Сейчас будут выступать спортсмены ГДР, Болгарии, Швеции, Чехословакии и Финляндии. Вот, гребцы уже на старте, ожидают команды судьи. Сборная ГДР в академической гребле прекрасно выступает в соревнованиях, дает себя знать превосходная подготовка германской спортивной школы.

Звучит команда «Старт!» и спортсмены начинают заезд.

Особо стоит сказать о гребце из Финляндии. Профессионализм его виден сразу — как только была дана команда на старт, он резко вывел свою лодку вперед. Это — Пертти Карппинен, олимпийский чемпион прошлых игр, прошедших в Монреале. Он завоевал золотую медаль в одиночной гонке, обойдя двух германских спортсменов, причем одного из ГДР, другого из ФРГ. Кроме того, Карппинен является чемпионом мира по академической гребле. Чемпионат проходил год назад на живописном озере в югославском городе Бледе, и Карппинен выиграл золотую медаль, и все также в заезде одиночек.

Выиграть у такого профессионала другим участникам гонки будет очень сложно. Он идет по третьей дорожке, или, как говорят в гребном спорте, по третьей воде, и сейчас является лидером гонки. За ним идет спортсмен из ГДР, видно как он старается хотя бы догнать Карппинена, но пока у него ничего не получается. На целый корпус обгоняет финский спортсмен немца, и твердо держит эту дистанцию.

У Карппинена очень большая поддержка на трибунах. Зрители скандируют его имя, вдохновляя того на победу. Разумеется, он не может подвести своих болельщиков, даже второе место для него будет расцениваться как поражение.

За свои успехи в спорте Карппинен, в прошлом году, признан лучшим спортсменом Финляндии.

Все больше наращивает преимущество финский спортсмен. Он использует нехитрую победоносную тактику — брать лидерство с первых же отрезков дистанции, и в дальнейшем лишь не давать приблизиться к себе.

Но Карппинен не спешит форсировать скорость. Идет в своем привычном темпе, хотя уже скоро финиш. Германский спортсмен наоборот, наращивает скорость, пытается сократить расстояние между собой и Карппиненом. Финн, кажется, реагирует на это совершенно спокойно, он прекрасно понимает что обогнать его уже невозможно, и, возможно, дает шанс немцу сделать отставание не таким обидным.

Трибуны скандируют поддержку лидеру гонки. Близятся последние отрезки дистанции. Финиш! Пертти Карппинен выигрывает заезд! Зрители взрываются громом оваций. Трибуны приветствуют короля скифа! Чуть позже, проходя финишную гонку одиночек, он вырвет победу из рук советского и германского гребцов, положив в свою копилку спортивных достижений еще и олимпийское золото Москвы.

Завершает сегодняшнюю регату гонка восьмерок. Это самая эффектная гонка в плане зрелищности. Здесь соревнуются внушительные по размерам лодки, своего рода линкоры академической гребли, их длина около двадцати метров.

Спортсмены уже находятся на старте. В каждой лодке по девять человек — восемь гребцов и один рулевой. За первое место будут бороться команды Венгрии, Польши, Болгарии, Великобритании и СССР. Звучит команда на старт. Лодки начинают свой путь к олимпийскому финишу.

Темп гребли в восьмерках очень быстрый, скорость впечатляющая — больше двадцати километров в час. Очень быстрый был старт, лодки СССР и Великобритании резко оторвались от других команд, и сейчас соревнуются между собой. Польский экипаж на третьем месте, и отстает почти на полкорпуса.

В гонке восьмерок используются академические суда только распашные, то есть каждый спортсмен гребет одним веслом. Весла здесь длиннее и тяжелее, чем в парных, где гребут двумя веслами. Оно и понятно — вес восьмерки порядка ста килограмм, и чтобы сдвинуть такую махину с места нужны приличные усилия.

В гонке побеждает советская команда, всего на три секунды обойдя англичан.

Во втором заезде восьмерок будут участвовать экипажи из четырех стран, это Австралия, Чехословакия, Куба и ГДР.

Надо сказать, что на прошлой Олимпиаде в Монреале команда ГДР показала высокие результаты в академической гребле. Девять золотых медалей увезли германские спортсмены, так и хочется сказать что это чисто немецкий вид спорта.

Тем временем звучит команда на старт, как и следовало ожидать немцы вырываются вперед с первых же отрезков дистанции. Но что это — с кубинской лодкой что-то не так, спортсмены вдруг перестали грести, и дают какие-то знаки тренеру. Легкая поломка.

Звучит звук рынды, призывающей остальных участников вернуться на старт. В это время техники устраняют поломку у кубинской восьмерки. Вновь дан старт, и вновь впереди спортсмены из ГДР.

Очень профессионально и слаженно гребут немцы. Еще более технично работает их загребной, и похоже что конкурентов у них здесь нет. Очень высокий темп взяли немецкие спортсмены, порядка сорока гребков в минуту, сразу видна высокая подготовка спортсменов.

Причем гребля в восьмерках очень сильно отличается от других видов академической гребли. Чтобы попасть в восьмерку надо не просто хорошо грести, надо грести превосходно, к тому же обладать недюжинной физической силой. Также умение работать в команде и чувствовать ритм гребли имеет далеко не последнее значение. Спортсмены в восьмерках образцово развиты в физическом плане.

Да и вообще, гребля — это спорт, где задействованы практически все мышцы тела, и если человек хочет получить фигуру древнегреческого атлета, то ему прямая дорога в академическую греблю. Это самый простой и эффективный способ добиться желаемого результата.

Германская команда проходит половину пути, и все также конкурентов у них даже не намечается.

В середину, в так называемое «машинное отделение» любой восьмерки, входят самые сильные спортсмены. Их задача — принять и усилить волну загребного, тогда лодка скользит быстро и мягко, а не рывками, как это часто бывает у неквалифицированных спортсменов.

В гонках восьмерок очень многое зависит от рулевого. Именно рулевой держит лодку строго по курсу, следит за соперниками, ну и подбадривает спортсменов. Также подсказывает загребному ситуацию на воде, и при необходимости дает ему команды. Рулевой — часть экипажа и также участвует в распределении медалей.

Вместе с тем гонка приближается к финишу. Лидируют все также немцы. За ними идут чехословаки, потом австралийцы. И на последнем месте, с огромным отрывом, в тридцать секунд, идут кубинские спортсмены, явно что на их результате сказалась та роковая стартовая поломка.

Последние метры дистанции. Немцы побеждают в этой гонке.

На сегодня это был последний заплыв. Впоследствии олимпийская регата Москвы закончится для восточно-германских спортсменов несомненным триумфом — из четырнадцати золотых медалей они выиграют одиннадцать.

Макс, выйдя из ворот гребного канала, направился к станции метро. Уже вечерело, и он решил поехать к хозяевам, столь любезно приютившим его.

— Что же так долго, молодой вы человек? Мы с Цилечкой уже было начали волноваться, — встретил его одессит.

Макс обратил внимание на несколько внушительных дорожных чемоданов, стоящих перед входной дверью. И как бы отвечая на его вопрос, Лев Яковлевич продолжил:

— Мы с моей Цилечкой собрались в Одессу. Сегодня. А точнее уже сейчас, так что вы вернулись очень вовремя. Поможете нам донести эти чемоданы до вокзала.

— Вы поедете на поезде? — спросил его Макс.

— Ах, ну зачем же. Мы доплывем на белоснежном пароходе до Нижнего Новгорода, потом самолетом до самого Черного моря. Ну а там где море, там вечно юная Одесса, мечта любого романтика. Мы едем из-за Цилечки, — понизив голос до шепота сказал одессит, — знали бы вы как она сильно скучает по одесским пирсам. А вернемся мы как раз к закрытию. А может быть и не вернемся, вы знаете, из Одессы так трудно куда-то уезжать. Впрочем, давайте уже присядем на дорожку.

Макс, отозвавшись на приглашение, удобно расположился в красном замшевом кресле. Лев Яковлевич сел на старинной фактуры стул, стоящий перед журнальным столиком, и стал проверять документы.

— Та-акс, ну вроде все на месте, — удовлетворенно отметил одессит, и вновь снизив голос продолжил, — ну и не только из-за Цилечки мы туда едем. Мне должны привезти прессу из Америки, я ее периодически изучаю. В последнее время, на волне успехов нашей страны, там особенно много появилось последователей Бесноватого из Винконсина. Вы ведь таки знаете об этих ужасных поисках красной крамолы, инициированных этим неграмотным бакалейщиком с отбитой на ринге головой? Я обязательно дам вам почитать, — он хотел продолжит еще что-то, но в дверном проеме показалась его супруга, показывая на часы.

— Но я совсем забыл, вы и так из будущего, вам это неинтересно, — с язвительной усмешкой закончил Лев Яковлевич, вставая со стула.

Циля Марковна, увидев Макса пробурчала: «Ах, это опять вы, сколько уже можно вас видеть, у меня будет от вас мигрень» и, демонстративно развернувшись к нему спиной, вышла на лестничную площадку. Макс взял чемоданы, оказавшиеся не такими тяжелыми. Лев Яковлевич аккуратно запер замки и громко постучал в соседнюю дверь. На стук вышел старый мужчина. Отдав ему ключи на хранение, Лев Яковлевич вместе с Максом вышли из дома подошли к такси, которое должно было их довезти до речного вокзала.

Они приехали к Северному речному вокзалу. У причала был пришвартован огромный четырехпалубный пароход дальнего плавания «Климент Ворошилов». На верхней палубе в белоснежной форме стоял капитан, осматривая прибывающих на теплоход пассажиров. На палубе ниже стоял матрос в бескозырке и кричал в рупор, предупреждая что пароход скоро отправляется.

Макс занес чемоданы в каюту Льва Яковлевича.

— Ну что, если вы не улетите к себе в будущее, и если мы успеем вернуться, милости к нам просим к нам в любое время, — пожимая руку Максу в прощальном приветствии произнес одессит.

Циля Марковна пренебрежительно хмыкнула в ответ на такую гостеприимность своего супруга. Макс сошел с трапа, и через некоторое время пароход, издав несколько протяжных гудков, отплыл от причала.

Макс остался один. Если, конечно, не считать тех незнакомых ему людей, слоняющихся по своим делам по пирсу. Осмотревшись, он подошел к красочному объявлению на стенде, приглашающему принять участие в прогулке на теплоходе по Москве-реке.

Недолго думая, Макс взял билет в находящихся неподалеку кассах Мосречфлота и направился к небольшому прогулочному теплоходу.

Взойдя по трапу, он сразу направился на открытую верхнюю палубу. Здесь стояла стойка бармена. Темнокожий бармен, позируя перед пассажирами, показывал чудеса барменского искусства. Под заводные ритмы сальсы, он ловко крутил бутылки, жонглировал шейкерами и показывал разные трюки и фокусы. Улыбаясь белозубой улыбкой, он проворно разливал напитки по треугольным бокалам на высокой ножке и благодарил своих зрителей на испанском языке.

Макс взял один бокал и уселся на одно из удобных кресел, стоявших рядами на палубе. За бортом тихо плескалась вода, и на город медленно надвигалась ночь. С берега доносился веселый смех гуляющих по причалу пар, в прибрежных домах загорались одно за другим окна, а легкий ветерок уносил обжигающий зной дня, принося ему на смену освежающую ночную прохладу. Послышалась команда капитана, приказывающего отдать швартовы, и пароход медленно поплыл в путешествие по Москве-реке.

День третий: Сражения на олимпийских коврах

После ночной прогулки на теплоходе Макс чувствовал себя отдохнувшим и заметно посвежевшим. Сейчас он неспешно шел вдоль набережной, любуясь встречающим новый олимпийский день городом.

По Москве-реке плыли туристические пароходы, где гостям Олимпиады рассказывали об истории Москвы и России. Первые лучи солнца, пробиваясь сквозь каменные джунгли многоэтажек, золотили речные воды. Первые троллейбусы, еще без пассажиров, ехали своими маршрутами по пока еще пустынным улицам. Навстречу Максу попадались редкие прохожие, спешащие по своим делам. Подметальные машины чистили дорожное полотно от грязи, а вслед за ними поливочные машины омывали водой.

Макс шел по набережной, глубоко вдыхая влажный и прохладный воздух. Скоро, в течении часа-двух, этот воздух вновь накалится под лучами жаркого солнца.

Все чаще стали попадаться навстречу прохожие, все больше машин стало появляться на трассе, и все выше всходило солнце, согревая воздух своими теплыми лучами. Какой-то молодой художник расположился с мольбертом у самого края набережной, зарисовывая открывающийся отсюда вид огромную арену Лужников. Макс остановился за спиной молодого живописца, следя за его талантливой кистью и стараясь не отвлекать того своим присутствием.

Вдруг, невдалеке, послышался топот бегущих ног. Одновременно с этим Макса обогнала машина центрального телевидения с операторской камерой, снимающей дорогу.

Макс обернулся. По трассе бежала нестройная разноцветная толпа людей в спортивных костюмах. Завидев Макса, из толпы отделилась девушка-мулатка с черными как смоль волосами, и, подбежав к нему на чистом английском крикнула:

— Бежим Олимпийскую милю! — схватив Макса за руку, она потянула его за собой.

Макс осторожно, стараясь не растянуть непривычные к бегу мышцы резким стартом, медленно побежал вслед за девушкой. Та бежала рядом и беспрестанно тараторя подзадоривала Макса. Вместе с ними Олимпийскую милю бежали несколько десятков человек. В основном здесь бежали американцы, в кепках цветов звездно-полосатого флага. Кроме них здесь были узкоглазые бегуны, вероятно японцы, весело кричащие друг другу что-то на своем непонятном языке. Также, некоторые бегуны держали в руках канадские, французские, турецкие и норвежские флаги.

Это было настоящий забег дружбы — его участники бежали, не стремясь добежать до финиша первыми. Некоторые из них, взявшись за руки вдвоем, втроем, и даже вчетвером, далеко позади, отстав от основной массы, они бежали такой веселой и дружной компанией.

Попадавшихся на пути прохожих криками и жестами бегуны призывали присоединиться к своему забегу, и те, широко улыбаясь, бежали вместе с ними. С каждым пройденным десятком метров группа бегущих росла все больше и больше, пока не превратилась в довольно-таки внушительную массу. Недалеко впереди показалась финишная лента, и кто-то ее уже пересек.

Толпа бегущих остановилась, на всех языках поздравляя друг друга с финишем. Макс глубоко дышал, пытаясь отдышаться, — для него такие нагрузки были отнюдь не привычны.

К нему подошла та самая девушка-мулатка.

— А ты хорошо бежал, — с улыбкой глядя Максу в глаза, она обратилась к нему.

— Ага, спасибо, — ответил он, — а это что было?

— Ты не знаешь? — удивленно приподняла брови девушка. — Это Олимпийская миля дружбы, против бойкота Олимпиады нашими правительствами. Кстати, я Моэма.

Она деликатно протянула Максу руку ладонью вниз. Тот мягко пожал ее, и хотел было представиться, но девушка вдруг резко вырвалась и быстро скрылась в толпе. Макс недоуменно посмотрел ей вслед, поразившись такой резкой переменой, как вдруг почувствовал какой-то предмет у себя на ладони. Это был клочок бумаги, запись на котором гласила: «Моэма Лонкопан, Олимпийская деревня, 20.00».

Макс, довольно хмыкнув, спрятал записку в карман. Посмотрев вокруг и убедившись что окружающим нет до его записки никакого дела, он стал обдумывать дальнейшие действия.

Он решил съездить на Тишинский рынок к Долговязому Джонни за билетами.

Уже на подходе к рынку слышался шум и гвалт, так характерный для этих мест. Блошиные рынки подобные Тишинскому всегда были местом скопления всевозможных спекулянтов. Здесь можно было найти совершенно необычные товары для советского рынка, и люди со всех концов страны стекались сюда за дефицитным товаром. Так и сейчас, среди длинных рядов торговых палаток плотным хаотичным потоком сновали огромные массы посетителей. Продавцы во весь голос предлагали свой товар, а покупатели, придирчиво осматривая предлагаемое, вступали в торг, стараясь сбить и без того завышенную цену. Здесь запросто могли обобрать или обмануть, заходя сюда, следует держать ухо востро и следить за своими карманами, чему наш герой и последовал.

Пройдя по рынку и небрежно осмотрев товары, он подошел к стоящей в самом конце палатке, в которой была выставлена всевозможная электроника. Продавец, видя что его товаром заинтересовались, обратился к Максу:

— Что смотришь, интересно? Только для тебя есть уникальное предложение — радиоприемник, перепаенный в обход «глушилок». Будешь «голоса свободы» слушать. Ну как, берешь?

— Спасибо, я уже наслушался, — ответил Макс.

— Не наш, чтоли? — с каким-то брезгливым презрением спросил продавец.

Макс неопределенно покачал головой.

— Ну если не наш, тогда на, бери мишку, будет песни тебе петь, — продавец вытащил из-под прилавка плюшевого олимпийского медвежонка, и нажал ему на нос. Откуда-то изнутри игрушки послышалась, приглушенная слоями плюша, песня «Старт дает Москва!». — Все олимпийские песни знает, будешь только батарейку менять. Ноу-хау. Сам придумал. Весь вечер вчера паял. Всего-то пятнадцать рублей. Берешь?

Макс сразу же вытащил требуемую сумму и, довольный покупкой, обратился к торговцу:

— Где мне найти Долговязого Джонни?

Продавец, видя радость покупателя и поняв, что за игрушку можно было просить больше, недовольно переспросил:

— Ты сам-то кто будешь?

— Студент, — ответил Макс.

— Калинарного техникума? — съязвил продавец. — Тогда сам найдешь. У «шашлыка» на площади ищи, — потеряв интерес к разговору, он повернулся к следующему покупателю.

Макс вышел из ворот рынка. После такого гвалта и толкучки, даже шумные московские улицы кажутся образцом тишины и спокойствия. Он направился к Тишинской площади.

Под самым памятником русско-грузинской дружбы, называемым «шашлыком» из-за своей характерной формы, собралась компания молодых людей. Они обступили паренька, который держал в руках новехонький кассетный магнитофон «SONY».

— Только сегодня из Японии пришел, — хвастаясь приобретением рассказывал он.

Макс, поднявшись на носках, старался высмотреть в толпе Долговязого.

— Пс-с-с, паренек, здорово. Не меня ищешь? — кто-то настойчиво дернул Макса за локоть.

Макс обернулся. Это был Долговязый Джонни.

— Мне тут передали, что будто рыщут тут по мою душу. Смотрю — ты, значит повезло. На этот раз. — Долговязый нервно осмотрелся по сторонам. — Билеты нужны?

— Да, — подтвердил Макс.

— Тогда пойдем отсюда, сейчас эта шантрапа себе патруль накличет.

Они отошли от памятника в густые заросли высокого кустарника.

— На, выбирай, — протягивая пачку билетов, перетянутых черной резинкой, сказал Долговязый.

Макс взял в руки разноцветные билеты.

— Сколько за все? — спросил он.