Робинзоны из Бомбея

Некоторое время приятели лежали молча.

Внезапно Бирджу спросил:

— Нанхе, а ты все приготовил на завтра?

Нанхе сел на постели и торжественно вытащил из-под подушки ложку.

Бирджу, в свою очередь, показал рукой под кровать и прошептал:

— А у меня все здесь.

Под кроватью стоял огромный брезентовый мешок и здоровенный котел.

— Ты, пожалуйста, подумай, Нанхе, — сонным голосом пробормотал Бирджу, — Не забыли ли мы еще чего-нибудь? А то придется за чем-нибудь возвращаться.

Нанхе задумался.

— Бирджу, а Бирджу, а во Дворце духов электричество есть?

— Конечно, есть. Иначе как же они ночью готовят уроки, — ответил Бирджу.

— Да разве духи учатся? — засмеялся Нанхе.

Бирджу был старше Нанхе и считал себя умнее. Разве мог он стерпеть насмешки младшего?

— Эх ты, дурачок! — сразу нашелся он. — Если не духи, то их дети наверняка учатся.

Такой веский довод сразил Нанхе. Ведь ему еще бабушка говорила, что все дети учатся. «Значит, и дети духов тоже учатся» — подумал он.

— Ну, а электрический фонарь нужно брать? — спросил Нанхе.

— Конечно, нужно.

— Почему, если там электричество есть? — спросил Нанхе.

— По-моему, все-таки там нет электричества. Если бы оно было, то они зажигали бы свет. А ты разве когда-нибудь видел свет во Дворце духов? — стал вразумлять Бирджу непонятливого приятеля.

Нанхе начал догадываться, чего хочет Бирджу.

— Ну что ж, тогда возьми фонарь из дома, — невозмутимо посоветовал он, глядя в потолок.

— Наш фонарь сломался. Я же тебе вчера показывал, — сказал Бирджу.

— А наш еще не сломался, — немного помолчав, произнес Нанхе, — только он в папиной комнате. Если бы во Дворец духов мы пошли днем, тогда бы я захватил его.

— Да ты что, все дело испортить хочешь? Если мы утром не уйдем отсюда, то я погиб. Ведь я почти всю посуду запихал в мешок. Ты еще не знаешь моего отца. Он похлеще учителя Бенчу за уши оттреплет, — испуганно прошептал Бирджу.

Друзья снова замолчали.

Первым заговорил Нанхе:

— Что же нам делать?

— Что делать? Проберись на цыпочках в комнату отца, возьми фонарь и неси его сюда, — предложил Бирджу.

— Ну уж нет! Если отец проснется, тогда все пропало, — заметил Нанхе.

— Для того чтобы жить в Стране Детей, нужно быть смелым, как тигр. Вперед, малыш! — подбадривал Бирджу своего приятеля.

— Смотри, Бирджу, ты меня не подзуживай! — рассвирепел Нанхе. — Я человек опасный.

— Да разве же я тебя подзуживаю? Был бы ты смелый, давно бы принёс фонарь, — ласковым голосом продолжал Бирджу.

— Ты еще увидишь, какой я тигр! — С этими словами Нанхе спрыгнул с постели и вышел из комнаты.

 Бирджу удовлетворенно вздохнул. Но не прошло и минуты, как он увидел возвращавшегося в комнату Нанхе.

— Молодец! Геройское дело сделал ты, Нанхе. Ну, где фонарь?

— Не принес, — ответил Нанхе убитым голосом.

— Не принес? Это почему же? — удивился Бирджу.

— А если папа проснется, тогда что? — испуганно спросил Нанхе.

— Глупый! Да как же папа проснется, если ты пойдешь на цыпочках? — с досадой произнес Бирджу.

Нанхе виновато посмотрел на приятеля.

— Иди, иди, только тихонечко, — снова начал подбадривать Бирджу. — Без фонаря не возвращайся. Понял?

Нанхе молча вышел из комнаты. На цыпочках он дошел до комнаты отца и остановился. Сердце его билось часто-часто. Набравшись смелости, он открыл дверь и вошел в комнату. Ощупью добрался до шкафа. Потом тихонько открыл дверцы и стал шарить на нижней полке, где лежал фонарь. Ага, вот он! Полдела сделано. Нанхе осмелел.

Взяв фонарь, он закрыл дверцы и двинулся к выходу. Но не прошел и нескольких шагов, как споткнулся о кровать и с грохотом покатился по полу.

— Кто там? — крикнул отец, зажигая свет.

Нанхе тут же спрятал фонарь за спину.

— А, это ты, Нанхе! Ты что здесь делаешь? — удивился он.

Нанхе задрожал от страха. Он так растерялся, что не мог слова выговорить.

— В чем дело, сынок? Ну что же ты молчишь? — снова спросил отец.

И тут Нанхе осенила, как ему показалось, блестящая мысль.

— Я, я в уборную иду, — пролепетал он, заикаясь.

— Чего же ты, дурачок, испугался? Я уже сколько раз тебе говорил: когда встаешь в уборную, зажигай свет. — Отец ласково потрепал его по щеке.

«Пронесло!» — подумал Нанхе с облегчением. Волей-неволей ему пришлось идти в уборную, а уж оттуда он пошел в свою комнату.

— Ну, принес? — нетерпеливо спросил Бирджу.

— Принес, — недовольно пробурчал Нанхе. — Из-за тебя чуть не попал в историю. Хорошо, что все обошлось. — Нанхе лег в постель, а фонарь положил под подушку.

Глава 5

Едва на часовой башне пробило четыре часа, Бирджу поспешно вскочил, заглянул в комнату Нанхе и увидел, что тот преспокойно спит. Бирджу рассвирепел: «Я за всю ночь ни на минуту глаз не сомкнул, а этот барин дрыхнет!» Он просунул руку в окно и растолкал приятеля.

— Что? Разве пора вставать? — вскочил Нанхе, протирая глаза.

— Нет еще! Часика три можешь поспать! — зарычал Бирджу.

— Смотри-ка, уж солнце восходит, — пробормотал Нанхе, не обращая внимания на рассерженного приятеля.

— А ты думал, что оно будет ждать, пока ты проснешься! Быстрее выкатывайся из дому. Я сейчас выхожу, — сказал Бирджу и достал из-под кровати мешок.

Друзья осторожно вышли из дома. Солнце уже взошло, и его нежный свет разлился повсюду.

Теперь перед ними стояла задача разбудить остальных. Комната, в которой спал Дада, находилась на втором этаже, и добраться до окна можно было по столбу, стоявшему рядом. Бирджу раньше частенько пользовался им. И на этот раз он забрался на столб, дотянулся до окна и тихо позвал:

— Мохан-дада! Мохан-дада! Вставай, уже четыре часа.

Однако призыв друга потонул в мирном храпе Дады, который спал, уткнувшись носом в подушку. Бирджу с ужасом понял, что разбудить Даду будет нелегко.

— Эй, Дада, вставай! Долго ты еще будешь дрыхнуть? — снова позвал Бирджу.

Дада что-то пробурчал во сне и перевернулся на другой бок. Бирджу разозлился. У него уже не было сил так долго висеть на столбе.

— Эй, Дада, вставай сейчас же! — закричал он изо всех сил.

— Ты что орешь так громко? Разбудишь всех! — забеспокоился внизу Нанхе.

— Как же я его тогда разбужу? — возмутился Бирджу, глядя сверху на приятеля.

— Подожди, я сейчас.

Нанхе схватил валявшуюся на улице длинную бамбуковую палку и подпрыгнув, протянул ее Бирджу.

— Держи! Буди палкой.

Но тот не сумел схватить ее, и палка полетела на землю.

— Эх ты, а еще хвалился, что будешь чемпионом по крикету!

— Ворона! Даже палку поймать не можешь, — рассердился Нанхе и снова бросил палку, и Бирджу опять не поймал. — Да, Бирджу, ты обязательно станешь чемпионом, даже знаменитым, — съехидничал Нанхе.

— Если ты бросаешь палку за десять метров от меня, то как я ее поймаю? — рассвирепел Бирджу. — Бросай еще раз. Только рядом со мной.

— Зачем рядом, я тебе ее прямо в руки брошу. Правда, ты все равно ее не поймаешь, — с наивным сочувствием продолжал издеваться Нанхе.

— Ты будешь бросать палку или нет? Учти, будить Даду придется тебе. Я второй раз на столб не полезу.

Тут Нанхе испугался. Он подпрыгнул и бросил палку прямо в руки Бирджу. Тот просунул ее в окно и стал тыкать Даду.

Дада вскочил и, увидев Бирджу, закричал:

— Ты что, очумел?

— Я не очумел, досточтимый соня, — смиренно ответил Бирджу. — сейчас же спускайся вниз. — И он соскользнул со столба.

Через некоторое время появился Дада. Разбудить Мунни и Ашу было просто: их комнаты расположены на первом этаже. Они вскоре тоже вышли на улицу. Вся операция была проведена с такой осторожностью, что никто из взрослых не проснулся.

Заметив в руках у Мунни раскрашенную коробку, Нанхе полюбопытствовал:

— А в ней что, Мунни?

— Моя кукла, — ответила та.

— Зачем же тащить с собой во дворец бесполезные вещи? — возмутилась Аша.

— По-твоему, это бесполезная вещь?! Да я без нее и дня не проживу в вашем дворце, — рассердилась Мунни.

— Тогда я тоже захвачу свою куклу, — категорически заявил Нанхе.

— Неси, кто тебе не разрешает, — милостиво согласилась Мунни. — Иди за своей кривоножкой.

— Эй, Мунни, не обзывай так мою куклу, а то поссоримся. Во всем квартале такой не найдешь! — вспыхнул Нанхе.

— Ну ладно, потом разберетесь, чья лучше, — вмешался Дада. — Беги, Нанхе, беги за своей куклой.

Нанхе побежал домой и через несколько минут вернулся с куклой.

Бирджу, которому было поручено отвечать за имущество, начал сверять его со списком. Как и следовало ожидать, там многого не хватало, но зато оказалась лишней одна шкатулка.

— А это кто принес? — показывая на шкатулку, спросил Бирджу.

— Я, — ответила Мунни.

— А что в ней?

— Вещи моей куклы.

— Ого, да она, оказывается, с приданым сюда пожаловала! — удивилась Аша.

— Ты не смейся, Аша! — топнула ногой Мунни. — Как же она без них будет умываться утром? Как она будет кушать? Как будет причесываться? Спать? Да ей ни минуты нельзя оставаться без них.