С жизненным циклом человека все понятно. Каждый может отследить на графике свое место. Причем по вертикальной оси можно отложить любой свой параметр: вес, силу, интеллект, сексуальную активность и т. п. – все это появляется, развивается, а потом сходит на нет.
Отдельный вопрос – в какой период человек максимально эффективен.
Ну, это смотря в чем. У спортсменов «боевой возраст» в среднем где-то с двадцати до тридцати лет. На пенсию можно идти лет в пятьдесят – шестьдесят, значит, до этого возраста обычный труженик вполне работоспособен. А люди творческих профессий сохраняют активность до конца жизни.
Еще один интересный момент. В советские времена приветствовалось, когда человек работал всю жизнь на одном месте и даже у одного станка. Его, ветерана труда1, противопоставляли и ставили в пример так называемым «летунам», менявшим место службы. Однако сейчас на это смотрят иначе. Считается, что оптимальный срок работы на одном месте – пять-семь лет. Особенно это относится к людям творческих профессий (а почти всякая работа в современных условиях – творческая). После этого фирму, или должность, или специальность и специализацию, или круг профессиональных интересов полезно менять.
Творческий человек на одном месте лет за пять исчерпывает себя, выдвигает и реализует все новые крупные идеи, на которые способен. Далее он тоже будет полезен, но, как правило, сможет лишь улучшать все по мелочам, либо просто поддерживать на достигнутом (благодаря его же усилиям) уровне. Если же он сменит фирму, направление и т. д. – его креативность опять включится на полную мощь.
Понятие «жизненный цикл» универсально. Подъем, плато, спад – так бывает всегда и для любой системы: от вещи, организма и организации, до народа и цивилизации.
Зайдите в Интернет и наберите в любом «поисковике» словосочетание «жизненный цикл». Получите отсылку к куче таких циклов: товара, организации, продукции, продукта, предприятия, клетки и т. п.
Таким образом и фирма, и страна, как и человек, проживают свою жизнь. И вся эта жизнь – цикл, и состоит она из подциклов.
Наиболее впечатляющи, по причине того, что они всех затрагивают, циклы (волны) экономических подъемов и спадов. Некоторым, не боимся этого слова, аналитикам удавалось даже адекватно их моделировать и довольно точно предсказывать.
Тут же хочется вспомнить Мартина Армстронга, который установил, что обычный цикл между биржевыми паниками составляет 8,6 лет, что довольно точно совпадает со знаками числа «пи», если пересчитать в дни (3,141 × 1000). А с интервалом 51,6 лет приходит «большая волна». Предсказания Армстронга были настолько точны (он не объяснял пост-фактум, а именно предсказывал), что его приняли за владельца универсального экономического ключа и стали доверять ему реальные деньги, в суммах порядка миллиарда долларов. Конкретно эта история кончилась именно так, как кончаются все подобные истории: поскольку «теория суха, лишь древо жизни вечно зеленеет», с точными предсказаниями не может везти бесконечно, даже при наличии хорошей модели. Армстронг сейчас сидит в тюрьме. Но, к примеру, российский дефолт он в свое время предсказал совершенно точно.
А вообще, циклы – это «Экономика 101», на них указывали еще в середине XIX века Джевонс и Юглар (последний уже давал цифры, 7–11 лет). В начале XX века теорию циклов серьезно разработал Николай Кондратьев, который как раз и установил, что «капитализм загнивает» только в воображении тех, кто линейно экстраполирует субъективные наблюдения, сделанные на коротком и специально выбранном временном участке. А на самом деле имеет место циклическое развитие с периодом 50 лет, что заметить можно, только будучи серьезным ученым с незамыленным взглядом.
Поскольку Кондратьев, к сожалению, работал в СССР, за это открытие, никак не согласующееся с марксистским шарлатанством, его ждала не Нобелевская премия, а безвременная смерть.
К счастью, Кондратьев успел опубликовать свои исследования до пика расцвета сталинизма, и «волны Кондратьева» впоследствии были популяризованы австрийцем Й. Шумпетером. Эти работы стали примером и указали пути экономического моделирования.
Все системы, как и человек, имеют ограниченное время жизни. Но наработанная информация не теряется, так как до своего распада они обычно успевают передать ее дочерним, более молодым системам (наследникам, потомкам, продолжателям).
И эта наша мысль, во всяком случае применительно к фирме, не нова. Еще в 1965 году Дж. Гарднер писал1: «Как люди и растения, организации также имеют свой жизненный цикл. Они проходят время зеленой и гибкой юности, расцвета и сучковатой старости… Организации могут преодолеть время от юности до старости за два или три десятилетия, а могут жить веками… Подобно людям, организации имеют свой «взгляд» на смысл жизни, на то, чем для них являются люди, персонал…»
Свой период работы с оптимальной эффективностью есть и у группы (команды). И это тоже пять-семь лет. Правда, если группа и условия неизменны.
В качестве примера можно рассмотреть любую спортивную команду, музыкальную группу и даже телепередачу. Расцвет, максимальный успех в течение нескольких лет, затем спад. Попробуйте найти подтверждение этой мысли сами.
По сути, тот же подход (правда, сроки увеличатся) можно использовать и по отношению к странам.
Молодые и старые страны ведут себя, как молодежь и старики. Первые ничего толком не умеют, но полны сил, азартны и агрессивны, везде лезут, считают себя ущемленными. Вторые все знают, но подустали и не суетятся, к конфликтам не склонны, но просто так отдавать накопленное и заработанное не хотят.
Итак, фирмы и страны, как и люди, живут и развиваются по своим внутренним психологическим законам. И общего тут больше, чем отличий.
Правда, они все же есть. И главное в том, что человеку, пошедшему на спад, скажем, перевалившему за 60–70 лет, путь к еще одному подъему, второй молодости, практически заказан.
Хотя многие пытались. Скажем, такие услуги оказывал профессор Преображенский из «Собачьего сердца». И его прототип, известный французский медик Сергей Воронов (прототип в плане направления исследований, а не изготовления Шарикова; впрочем, некоторые считают, что деятельность Воронова была еще более разрушительна, так как его операции по омоложению посредством пересадки обезьяньих желез именно и могли привести к переносу вируса СПИД с обезьяны на человека).
Организация же на вторую (а потом и третью и т. д.) молодость способна. В организационной психологии способы такого омоложения, второго расцвета, отработаны и теоретически обоснованы.
Помните, мы писали, что все рассуждения о сроках верны «если группа и условия неизменны». Так вот, их надо изменить.
Вариантов всего три: назначить нового руководителя, обновить коллектив или всей организацией заняться чем-то другим. Разберем все на примерах.
1. Сменить шефа.
В футболе это выглядит так. Команда начинает проигрывать – тренера меняют. Это самый легкий путь. Но – классика, успех гарантирован. Как правило, команда после такой замены всегда способна встрепенуться. А если нет, или встрепенулась ненадолго? Лучший новый тренер быстро наладит дело. А если новый хуже старого? Тоже хорошо, быстро станут видны слабые места команды, и сверхновый тренер (нашего-то нового, если команда продолжает проигрывать, дольше нескольких игр не продержат) быстро наладит дело. В Питере мы очень любили Петржелу, Адвокаата, сейчас – Давыдова. Провожали всех, «кого ушли», со слезами, но пониманием: «Так надо!»
2. Поменять народ.
Это несколько сложнее и используется реже. Если опять обратиться к спорту, то можно не тренера менять, а дать ему сверхполномочия обновлять команду. Таких примеров немного, однако они есть. В Англии – сэр Алекс Фергюссон с его «Манчестер Юнайтед» и арсенальский Арсен Венгер. У нас – Чернышов и Тарасов с непобедимой советской хоккейной сборной. Однако есть варианты, когда народ быстро меняется сам собой. «Спокойной ночи, малыши» живет десятилетия. Хрюша и Степашка всегда свеженькие. Это потому, что настоящие малыши смотрят передачу года три, и уступают место новым. Практически не стареет, особенно на фоне других юмористических передач, даже таких суперпопулярных, как «Камеди клаб», и КВН (авторы со школьных времен его смотрят, и до сих пор не надоело). И не потому, что вечен Масляков, а потому, что вечных студентов не бывает. Команды постоянно новые, и по-новому интересно играют.
3. Заняться другим.
Скажем, переставить отличную (здесь без иронии) команду Чубайса с электрификации на нанотехнологии. Или создать «Звезд на льду», из певцов и музыкантов, ранее и на коньках-то кататься не умевших. Иногда, как в последнем примере, выходит здорово.
Если речь идет о целой стране, то резко поменять состав такой команды трудно.
Хотя примеры разного рода массовых чисток и уничтожения части народа по классовым, религиозным или национальным признакам многочисленны, очень надеемся, что все они из темного прошлого человечества. Учитывая общеизвестные результаты всех таких попыток, предупреждаем читателя насчет бесполезности подобных экспериментов. Это на тот случай, если вы вдруг решите податься в диктаторы.
Занять страну другим тоже непросто.
Правда, и здесь прецеденты есть. Петр, а потом Сталин делали из нашей аграрной страны промышленную, и многого добились, хотя и совсем не того, о чем им мечталось. Но проходят такие эксперименты для людей очень болезненно, и, в общем, игра не стоит свеч.
Остается единственно приемлемый способ – руководство страной почаще менять.
Напомним, что оптимальный срок, за который человек креативный реализует на новом месте свои творческие способности – лет 5–7. Таким и должен быть срок, цикл руководства страной. Ну, можно добавить еще 2–3 года на передачу дел и вхождение в тему.
Если руководство несменяемо, система гибнет. Тому масса исторических примеров, от древности до брежневских времен. Парочку приведем, хотя в принципе они похожи (по сути – идентичны, но сказано все независимо и другими словами).
Арабский ученый Ибн Хальдун считал [6] , что династии сменяют одна другую примерно так. У всякой новой династии есть стремление к улучшению: правители неприхотливы, дают подданным проявлять инициативу, налоги низки – в результате производство и торговля развиваются. Но правители, становясь все богаче и требовательнее, налоги повышают – в итоге ремесло и торговля идут вниз. Однако они продолжают повышать налоги, чтобы сохранить свой прежний уровень жизни. В результате хозяйство приходит в упадок, длящийся до той поры, пока не приходит новая династия варваров. Ее нравы просты, налоги низки, хозяйство начинает развиваться… до следующего спада.
Другой пример – Китай [7] , существующий тысячелетия. С каждой новой династией там наступал подъем: приходил новый отряд мандаринов, мудрецов, чиновников. Поначалу они честные, добиваются своих идеалов. Но за подъемом следует постепенное угасание: династия вырождается, начинается коррупция, все пороки бюрократии. Далее – упадок, потом период разброда, смуты… Затем народ не выдерживает, восстает, перебивает чиновников, приводит к власти новую династию… И все начинается с начала. Так повторялось множество раз, поэтому статистически тут все убедительно.
Сегодня эффективность принципа сменяемости лидеров настолько очевидна, что развитые страны внесли его в конституции. Не так давно последовали этому примеру и мы. Но уже на третьем главе государства конституцию поменяли, увеличив время президентства с четырех до шести лет (а вы помните, что можно баллотироваться на два срока подряд). С позиций теории управления смотрится все это не очень здорово.
1.1.3. Что мы наследуем
Будущее – в настоящем и в прошлом. Мы создаем его. Если оно плохо – наша вина.
А. Франс
Свой жизненный цикл человек, как и все другие системы, начинает не с нуля. У всех есть родители. Задача предков – передать потомкам все самое ценное. Правда, задача потомков не совсем с ней совпадает. Стать точной копией – плохо, прогресс при этом невозможен. Наличие ошибок при передаче наследственной информации – одно из условий эволюции.
Вспомнилось, как осваивая новейшие технологии скрупулезные, но слаборазвитые когда-то японцы (а потом китайцы), слепо копировали все, в том числе и дефекты попавших к ним (ну, «стыренных») технических моделей (скажем, просверленную не там дырочку). Но такое бывает лишь на стадии раннего научения, в детстве. «Подросшие» японцы в технику внесли массу своего, поэтому всех и обогнали (как теперь многих – китайцы).
Рассмотрим, что и как передается по наследству на примере человека.
Каждого волнует, каким он станет, как сложится его жизнь и от чего это зависит. Чему быть, тому не миновать, или ты сам хозяин своей судьбы? Вопрос вечный, потому что истина подвижна. Кто-то действительно склонен плыть по течению и им управляют обстоятельства (правда, совершенно бездействовать невозможно), а кто-то активно на свою жизнь влияет (но не все обстоятельства можно преодолеть).
Итак, что передается по наследству от родителей (и от чего уже не уйдешь!), а что в нас нового, оригинального, своего? Касается это и физических качеств и умственных способностей.
Вот как один из нас объяснял это несколько лет назад своей дочке-подростку:
Итак, любая система, не только человек, а и корпорация, и страна, появляется не на пустом месте. Влияние на нее родителей (системы-предшественницы, создателей, учредителей) очень велико, но не абсолютно. В чем-то мы подобны предкам, похожи на них, а в чем-то идем дальше (или уходим в сторону, совсем не туда).
1.1.4. Чего от нас хотят
Живи дольше, чтоб пользы было больше.
Что требуется от человека? В чем его задача?
Первая и главная – жить, просто выживать, продолжать существование.Собственно, это общая цель всего живущего, от травинки до кита. И, добавим любимую мысль, – цель любого бизнеса и любой державы.
Кто от нас этого требует? Наши создатели-разработчики, наши пестователи – Природа, Господь Бог, Родители, Учителя.
В норме живое всегда борется за существование, за выживание. Неживое – нет!
Кстати, добровольный уход из жизни – величайший грех с позиций церкви.
Следующая задача – плодиться и размножаться. Выживать уже на уровне семьи, рода-племени, народа и, опять-таки добавим, фирмы, корпорации, империи.
Тут можно выделить и массу подуровней выживания, например: клан, нация, единоверцы, соратники по партии и т. п. Принадлежащие к каждому такому подуровню всегда поддерживали своих, а чужих… Вспомним историю: роды и кланы интриговали и боролись насмерть, нацисты уничтожали евреев, католики вырезали протестантов, большевики расстреливали меньшевиков и эсеров…
Раз уж мы коснулись конфликтов, то, забегая вперед (о причинах мировых войн будет ниже), отметим, что устранение внешних помех, реальных или кажущихся, – стандартный прием выживания. Так, чтобы успешно плодиться и размножаться, племени нужно было занять свою экологическую нишу, вытеснив из нее конкурентов. Иметь свою территорию, контроль над едой и водой. И не делиться (самим не хватает!), а бороться за них, драться с теми, кто может отнять, использовать, кто против (от муравьев и тигров, до представителей других «племен»).
Всегда, правда, был и другой вариант: напасть первыми и самим отнять необходимое для жизни у противных врагов (племен-конкурентов).
Но подобное, махом доставшееся, богатство в долгосрочной перспективе успехов не приносит: люди как-то не склонны его беречь и приумножать, зато здорово умеют быстро спускать, разбазаривать. Так, на личном опыте многих проверено: шальные деньги утекают моментально и бесследно.
Человечество на пути к отказу от драк, к толерантности и терпимости, но выстраданы эти качества еще не всеми. Примитивное деление всего на полезное и вредное для нас (это и другие люди, и растения, и животные) хоть и отступает, но все еще популярно. Пока не все поняли, что с природой и конкурентами выгоднее не бороться, а взаимодействовать.
Запомнилось, как в прошлом веке в борьбе за урожай супердисциплинированные коммунистами китайцы перебили из рогаток всех воробьев. В итоге это вызвало нашествие гусениц и гибель урожая. Думаете, этот опыт всех чему-то научил? Не всех и не всему. Как раз во время написания этой книжки в Каире происходит поголовное уничтожение свиней под тем надуманным предлогом, что очередной штамм гриппа – «свиной».
Итак, задача человека, как и любой системы, – жить и продолжать существование. Смысл жизни – в ее поддержании, в созидании, творчестве, производстве, наработке нового: людей, идей, продукции, структур.
1.1.5. Чего хотим мы
Самое смешное желание – это желание нравиться всем.
И. Гете
Все мы хотим быть хорошими девочками и мальчиками. Но это – если растем в хорошей обеспеченной семье. А беспризорник, прежде всего, хочет кушать.
Наши приоритеты располагаются примерно в такой последовательности (по возрастающей): самосохранение, продолжение рода, сохранение вида, лидерство в группе, известность, власть в обществе, самореализация.
Наиболее цельная классификация потребностей человека дана известным психологом А. Маслоу. Рассмотрим так называемую «пирамиду Маслоу» подробнее (рис. 2).
Рис. 2. Пирамида Маслоу
1. Физиологические потребности (первичные, базовые: пища, тепло, отдых и пр.).
Если вы сейчас читаете нашу книгу, значит, первичные потребности у вас удовлетворены. Иначе бы не читали, а удовлетворяли. Перед физиологическими нуждами все прочие быстро отступают на второй план. Какая там теорема, когда в туалет приспичило!
Можно и эти первичные потребности ранжировать по важности.Один из возможных критериев – время, которое человек способен прожить без чего-то. Например, без воздуха мы выдержим несколько минут, без визита в туалет – несколько часов, без воды – несколько суток, без еды – несколько недель, без секса – целое поколение (вытерпеть можно, но следующего-то поколения без этого не появится).
2. Безопасность, стабильность (долговременное обеспечение базовых потребностей).
Именно благодаря этой потребности человек научился не ютиться в шалашах и пещерах, а строить для себя прочные и теплые дома. Был изобретен холодильник, поэтому и вкусная еда сейчас у нас всегда дома, под рукой, и при этом не портится. Революционным стало создание денег, а затем банков для их хранения. Теперь, имея счет, можно других запасов и не делать: пошел и купил что хочешь.