Когда они подходили к восемнадцатой лунке, Эндрю вдруг замолчал и в раздумье остановился.

– Эй! Может, поделишься своей мыслью? – Грэг нетерпеливо дернул его за рукав.

Эндрю посмотрел на него серьезно и задумчиво:

– У меня нет ответа, но я подумал о человеке, который мог бы ответить на твой вопрос.

– Ну так скажи же, кто он?! – потребовал Грэг.

– Давай сначала переоденемся, и, может быть, за пивом я поделюсь своей блестящей мыслью! Ты пиво мне поставишь? – лукаво улыбнулся Эндрю.

Небо отражалось в водных преградах возле восемнадцатой лунки, превращая их в ярко-голубые заводи. По стенкам высоких пивных бокалов стекали капли.

– Ну вот, ты выпросил пиво… – Грэг снова вернулся к беседе.

Эндрю снова улыбнулся, поставил стакан на стол и слизнул пену с верхней губы.

– Я многое видел в поездках по разным заводам, которым я продавал автоматизированные системы управления технологическими процессами. Большая часть этих заводов была уныло одинаковой: люди-роботы, похожие на зомби, передвигали детали от машины к машине. Но однажды я попал на предприятие, которое произвело на меня потрясающее впечатление – энтузиазм там бил фонтаном! И это был именно тот тип бизнес-партнера, с которым всегда приятно работать. Энтузиазм был настолько заразителен, что мы сами постарались сделать для них все, что только могли.

Эндрю сделал еще глоток и продолжил разговор:

– Да, впечатление неизгладимое! Это небольшое предприятие. Оно выпускало печатные платы. И развивалось оно по каким-то своим законам. У меня было ощущение, что даже колебания бизнес-цикла, которые то и дело сотрясают жизнь заводов, над этим предприятием совершенно не властны. Даже в отделе снабжения со мной говорили так, будто я – сотрудник компании, а не их злейший враг. Это было так непривычно! Они купили у нас немного, но мы расстались с таким приятным чувством, будто мы работали не ради своей выгоды, а делали доброе дело: вносили весомый вклад в развитие их бизнеса. Здоровый азарт во всем, что они делали, приводил меня в восторг! Это было очень приятное место, хотя вся отрасль их промышлености находилась в плачевном состоянии. Я часто раздумываю о том, что именно отличало их от других компаний. Они – как маяк в сером тумане. Если бы завтра они позвонили и попросили помочь, мы бросились бы помогать просто потому, что работать с ними – одно удовольствие.

Грэг сразу завелся:

– Расскажи, как они этого достигли! – потребовал он.

Эндрю снисходительно улыбнулся:

– Я частенько вспоминал их, но так и не смог понять, почему они так отличались от других.

Лицо Грэга вытянулось.

– Ты что, шутишь?! Сколько разговоров и никакого толкового совета! Отдавай назад мое пиво! – он ткнул пальцем в пустой стакан.

– Да я же еще не закончил рассказ, – заметил Эндрю. – Кажется, один фактор все-таки сыграл свою роль. Владелец компании – очень интересный и необычный человек! Яркая личность! Он сумел создать атмосферу joie de vivre,[9] и это отразилось на всем его бизнесе. Знаешь, это трудно объяснить. Это всего только чувство, мое инстинктивное чувство. Просто мне показалось, что владелец компании как-то совершенно иначе выстраивает отношения в организации. И что в основе этих отношений лежит его собственный энтузиазм.

– И как это, скажи на милость, должно помочь мне решить проблему? – сердито спросил Грэг.

– Не знаю, – спокойно ответил Эндрю, – но я знаю, что есть нечто, что может привести нас к решению твоей проблемы.

Грэг недовольно фыркнул:

– Сейчас мне нужно именно решение, а не сказочка о далеком и прекрасном будущем.

Эндрю пожал плечами:

– Я думал, тебе будет полезно взглянуть на свою проблему с другой стороны.

Они встали, спустились с террасы и пошли к стоянке. Грэг обнял друга.

– Не обижайся, я ценю твою помощь, – сказал он, – просто я надеялся, что ты произнесешь какие-нибудь волшебные слова…

Эндрю принялся дурачиться:

– Вот так? – он скорчил смешную рожицу сказочного злодея.

– О! Прочь от меня! – Грэг изобразил на лице ужас и отпрянул назад.

Они хохотали и валяли дурака, укладывая клюшки для гольфа в багажники.

Кэтрин готовила ужин, когда он припарковался у дома. Дети побежали ему навстречу. За ними понесся пес. Он радостно залаял, замахал хвостом и принялся облизывать всех. Грэг схватил детей в охапку и поволок их в кухню. Дети визжали от восторга, пытаясь вырваться из его объятий, пес покусывал Грэга за пятки.

Кэтрин любила смотреть, как он играет с детьми. В глубине души она очень волновалась за мужа: столько перемен за последнее время. Морщинки в углах его губ сделались еще глубже, а сам он стал раздражаться по пустякам. «К счастью, дети помогают ему снова стать прежним», – думала Кэтрин. Она очень беспокоилась: каково-то будет Грэгу в Сан-Франциско?!

Глава 3

Салон самолета – новенького «Боинга-717» – приятно пах скрипучей новой кожей, тканью и пластиком. В такой красоте даже стюардессы казались более дружелюбными. Их вид словно говорил: «Посмотрите-ка, мы такие успешные!»

Прошло две недели с тех пор, как Грэг играл в гольф с Эндрю. Очень нелегкие две недели!

Джек Рэнк передал Грэгу дела. И Грэг начал руководить. Несколько дней он разрабатывал стратегию модернизации – на основе тех сведений, что ему удалось собрать. Результат его разочаровал. План выглядел традиционно: улучшить обслуживание клиентов, снизить затраты, привлечь инвесторов, – и напоминал учебное задание в бизнес-школе. Словом, план не радовал. Грэг подумал, что, прежде чем показать его Сэнди в Чикаго, имеет смысл обсудить его с членами команды, – может, они что-то добавят.

В середине недели он пришел на производственное совещание, размышляя, как превратить «Тэралоджик» в передовое предприятие, ведь именно этого так ждали Совет директоров и Уолл-Стрит. Встреча проходила в комнате со стеклянными стенами, на верхнем этаже, в производственной зоне. Отсюда был виден весь производственный этаж. Все сотрудники в производственном помещении могли видеть, что происходило в комнате. Не зря эту комнату называют «аквариумом»!

Почти все места были заняты, и ему пришлось сесть у противоположного края длинного стола. Он открыл папку с бизнес-планом и оглядел комнату. Здесь были сотрудники из разных отделов: сырьевого, производственного, технической эксплуатации, складирования, снабжения и продаж. Совещание проводил Ли. Он постучал кофейной чашкой о стол, и шум в комнате стих.

– Что у нас сегодня на повестке дня?

У всех участников совещания был список дел, которые требовали немедленного вмешательства. Этот список они проверяли дважды в неделю. Разговор, довольно невнятный и бестолковый, все время шел по кругу. Каждый рапортовал о новых достижениях и свершениях, о событиях, которые произошли за последнее время. Затем эти события обсуждали, планировали дальнейшие действия и назначали ответственных за выполнение планов. Обсуждение шло с привычной легкостью, и Грэг чувствовал, что такие совещания для всех – часть удобного ритуала.

Следующим пунктом в повестке дня шел вопрос о выполнении заказов. Грэг взял список текущих заказов – они были отсортированы по клиенту, продукту и количеству – часть информационного пакета, который выдали ему вчера для подготовки к совещанию. Последняя графа была озаглавлена «Ожидается до». Что это значит? Многие числа были отрицательными.

– Ли, вы не могли бы объяснить мне, что означает последняя графа? – спросил Грэг.

Атмосфера в комнате сразу же изменилась. Сотрудники перестали лениво переговариваться, и молчание стало нервозным. В воздухе повисло напряжение. Грэг и раньше чувствовал неуловимую тревогу. А теперь она читалась на лицах всех участников совещания. Возникло ощущение, словно они превратились в соперников на ринге и мысленно кружили друг возле друга. Все избегали смотреть друг другу в глаза. Некоторые перебирали свои бумаги, лежавшие на столе. Ли поднял голову и судорожно вздохнул. Воцарилось глухое молчание.

– Это значит, что выполнение заказа подходит к установленному сроку, – осторожно ответил Ли.

Грэг посмотрел на ряд цифр:

– А почему некоторые числа отрицательные?

Ли выглядел сконфуженным:

– Они показывают, сколько дней прошло с установленного срока, когда заказ должен быть выполнен.

Грэг похолодел. Он снова изучил содержание графы. Подавляющая часть заказов была просрочена, причем некоторые из них – весьма крупные! Выходило, что сроки не были выдержаны больше чем в половине случаев!

Грэг оторвал взгляд от цифр и поднял голову. Все присутствующие смотрели на него. Он просто не знал, что сказать. В компьютерной промышленности конкуренция очень велика, поэтому надежное снабжение исключительно важно для компьютерщиков. Они идут на все, чтобы сэкономить хотя бы цент, и неустанно работают, чтобы получать продукцию со своих заводов как можно быстрее. Именно производители микропроцессоров поставляют им важнейшие компоненты, поэтому эти производители должны быть исключительно надежными, чтобы оборудование доходило точно в срок. Грэг хорошо помнил, что происходило в компьютерной индустрии после того, как в Тайване, на заводе по производству схем оперативной памяти, случился пожар. На следующее утро цены на микропроцессоры начали расти как на дрожжах! Они росли и росли, пока производители пытались найти новых поставщиков для своих заводов.

Цифры на странице приводили Грэга в полное замешательство.

– Я должен выяснить очевидный вопрос, – медленно начал Грэг, – почему выполнение большей половины заказов так сильно запаздывает?

Присутствующие взволнованно зашумели. Было заметно, что Ли чувствует себя крайне неловко.

– Выполнение заказов замедляется из-за того, что очень тщательно и длительно проверяют качество продукции в соответствующем отделе, – осторожно сказал Ли.

– Вранье! – воскликнула дама, сидевшая от него справа. Ее звали Мэгги Осборн. Она возглавляла отдел контроля качества и относилась к работе очень серьезно. – Да, мы затрачиваем много времени на проверку качества нашей продукции. Но производственного брака так много, что это переходит всякие границы! Мы не можем отменить контроль!

– Вы хорошо знаете, что процент возврата находится в пределах нормы! – на этот раз взорвался лысоватый мужчина лет пятидесяти с закрученными вверх усами. Он облокотился о стол. Было заметно, как пульсируют вены у него на лбу. – Да вы просто не доверяете сотрудникам оперативного контроля в производственном отделе! Вы два раза выполняете одну и ту же работу!

– Ну если нас собрали тут для того, чтобы все убедились, что вы можете выпускать хорошую продукцию, то, может быть…

– Для того, чтобы вы убедились! – заорал мужчина. – Вы всегда найдете, к чему придраться! Вы все ужесточаете требования к качеству! И это только для того, чтобы показать, как плохо мы работаем!

– Что за чушь! – возмутилась Мэгги. – Да вы просто не умеете налаживать производственные линии! И эффективно управлять ими тоже не умеете! И нам приходится все тщательнее контролировать вашу деятельность. Чтобы уменьшить вред от ваших «усовершенствований» продукции.

В дискуссию ввязался руководитель отдела технической эксплуатации:

– Как это – не умеем налаживать производственные линии?! Как это – не умеем управлять?! Вы разрабатываете новые требования к качеству – мы тут же заново переналаживаем технологические процессы! И так – каждый раз! От этого увеличиваются затраты времени и падает производительность.

– Ага, теперь причина в переналадках! – едко заметила Мэгги.

Грэг поднял руки вверх.

– Прекратите и успокойтесь! – скомандовал он.

Напряжение в комнате нарастало все больше. За столом друг напротив друга сидели непримиримые противники.

– Как долго существует проблема со сроками заказов? – спросил он, глядя на Ли.

– Где-то год, – пробормотал тот.

– Год?! – Грэг обвел взглядом всех присутствующих. Атмосфера накалилась до предела. – Почему же вы до сих пор не решили эту проблему?

– Мы работаем над этим, – заявил Ли, и на его обычно непроницаемом восточном лице появилось недовольство.

– Это не дело, – Грэг едва сдерживал гнев, – ситуацию с заказами мы должны привести в порядок сейчас же!

Присутствующие отводили глаза, лица их стали равнодушными и холодными, кулаки сжались.

– Я требую, чтобы завтра утром все бумаги насчет задержки заказов были у меня на столе, – сказал Грэг. – Ли, вы тоже зайдите ко мне с утра. Будьте готовы объяснить мне ситуацию, – Грэг закрыл папку и вытер лицо.

Бизнес-план уже казался совершенно не важным в сравнении с тем кризисом, в котором находился завод. Ли подвел итоги совещания, и все молча поспешили прочь из комнаты, пряча глаза.

Вернувшись в свой кабинет, Грэг все время думал об этой враждебности на лицах людей. Интуитивно он чувствовал, что за этим стоит что-то очень важное, связанное с чувством тревоги, которое преследует его. Однако проблему просроченных заказов нужно было решать немедленно. Он перестал думать о совещании, полистал заводской телефонный справочник и набрал номер службы продаж. Неделю назад он познакомился с Кевином Марком. Этот общительный южанин так расположил его к себе, словно они дружили с детства. Кевин поднял трубку, когда Грэг дослушивал десятый гудок и уже решил было дать отбой.

– Кевин на линии.

– Привет, Кевин, это Грэг. Я могу зайти к вам на минутку? Мне надо поговорить!

– Конечно, – ответил Кевин, – а по поводу чего?

– Я хочу знать, как работает отдел по обслуживанию клиентов. Сегодня утром ко мне поступила кое-какая информация, и я бы хотел ее проверить вместе с вами.

На другом конце трубки воцарилось молчание.

– Ммм… тогда вам следует хорошенько подготовиться: на вашу голову обрушится много всякого негатива.

– Я надену каску и бронежилет, – пошутил Грэг.

Вешая трубку, он слышал, как смеется Кевин.

Отдел продаж находился в другом здании, расположенном неподалеку от главного корпуса. Прежде чем войти в отдел, Грэг немного постоял на улице, подставив лицо солнцу и глубоко вдыхая морской воздух. Когда Грэг вошел в кабинет, Кевин встал, и они обменялись крепким рукопожатием.

– Присаживайтесь, – предложил Кевин.

Грэг сел поудобнее.

– Кевин, этим утром я обнаружил, что со сроками поставок происходит жуткая неразбериха. Поскольку вы единственный, кто каждый день встречается с нашими покупателями, я подумал, что вы могли бы пролить свет на эту историю.

Кевин покраснел и хлопнул по столу рукой.

– В этой компании вообще не знают, что такое своевременные поставки, – ответил он. – Наша репутация давно висит на волоске. Клиенты постоянно бранят меня за срыв поставок. Это просто сумасшедший дом. Они кричат на меня, я кричу на плановиков из производственного отдела, те кричат на технологов, технологи кричат на сотрудников отдела контроля качества, а те кричат снова на технологов, а технологи опять кричат на меня.

Грэг невольно улыбнулся, вспомнив утреннее совещание.

– Если бы спрос на процессоры не был выше, чем предложение, наши клиенты с удовольствием вели бы дела с кем-нибудь другим.

Грэг поднял брови:

– А как мы вообще вляпались в это безобразие?

Кевин задумался:

– Даже занятно, что вам приходится об этом спрашивать. Никто этого не знает. Каждый обвиняет в этом других. Когда мы только строили завод, планировалось выпускать куда больше продукции, чем выпускается сейчас.

– Именно этого добивается от нас главный офис, – сказал Грэг. – Что будем делать?

Кевин пожал плечами:

– Понятия не имею. Я только знаю, что виновниками происходящего все считают отдел продаж. Нас обвиняют в том, что мы обещаем поставить продукцию в немыслимые сроки, в том, что мы продаем продукцию в неэкономичном количестве, не обращаем внимания на проблемы производства, распродаем оборудование по сниженным ценам, а по ночам кутим с клиентами.

Он вздохнул:

– Бывает, что нам действительно очень нужна помощь в получении важного заказа. Обращаемся к коллегам – и они тут же находят причину отказать нам. Иногда кажется, что им это доставляет удовольствие. Ума не приложу, что делать. Нам приходится отвечать на звонки разъяренных покупателей, но на помощь производственников рассчитывать не приходится. По-моему, пора бы уже задать трепку ребятам из производственного отдела, чтобы привести их в чувство.