Попробуй спрятаться

Полторы минуты, удерживая нужный ритм, Миранда била волчьими лапами по груди ученика. Заставляла сердце заработать!

Прекратила подскакивать лишь когда чуткие звериные уши уловили слабое дыхание. Позабыв про человеческие правила и принципы, диверсантка начала по-собачьи лизать лицо Арсения. Массировала нос и щеки, тихонько теребила зубами мочки ушей…

На тропинке послышались шаги. Не веря в такую удачу — по ночному лесу шел человек! — Лаура-Миранда выбежала на дорогу перед Александром Лукиным!

* * *

Бывший автогонщик Борис Завьялов гнал по разбитым таежным дорогам люфтинговый УАЗ с нереальной, практически паркетной скоростью. На сиденье рядом с ним сидел покойницки бледный Коля Косолапов. Переживал за сына. Но иногда бурчал сипловато:

— Спокойно, Завянь, спокойно. Не пори горячку. Если уйдем в канаву, быстрей не доберемся…

Борис искоса поглядывал на друга и топил педаль газа в пол, заставляя УАЗ перемахивать через колдобины рычащим чертом! За восемь таежных лет Завьялов насобачился в экстремальных трофи-рейдах как завзятый джип-спринтер. И это был не спорт для заскучавших без адреналина мужиков. То было — выживание.

— С ним Миранда, Коля, — проскрежетал сквозь напряженно стиснутые зубы Завянь. — А с ней, Косой, никто не пропадет.

Косолапов тискал в руках автоматическую винтовку и смотрел перед собой на прощающийся с короткой северной ночью лес.

По единственной длиннющей улице деревни Кудаимово внедорожник пролетел в одну минуту! Вырвался на околицу и Коля сразу завопил:

— Вижу! Завянь, я Сеньку и Лауру вижу!

Облепив обеими ладонями вместительную крышку термоса, Арсений прихлебывал горячий чай. Термос ловко зашвырнула в отъезжающую машину заботливая жена Борис — Зоя. Чай с малиновым вареньем был настоян на зверобое и элеутерококке, парень чувствовал, как с каждым глотком светлеет голова. Исчезает из тела мерзкая внутренняя дрожь.

Едва прибыв на опушку, Завьялов активировал прихваченное с собой устройство интеллектуальной телепортации, переместил в себя Миранду и, позволив террористке взять под контроль речевые центры, слушал ее доклад вместе с Николаем.

— Инфаркт? В девятнадцать лет?.. — прослушавший рассказ Косолапов изумленно глядел на сына: — Ты что, Сенька, переволновался?!… Это все из-за того, что я отказался ехать в Москву за мамой?! Ну хочешь, мы опять соберем Большой Совет, устроим голосование и я тебя поддержу! Поедем вместе маму выручать! Борис! ты нас поддержишь?!

Косолапов никогда не был женат на матери Арсения. О том, что Раиса Журбина родила ему сына, он узнал лишь восемь лет назад, когда уже с ним встретился.

Но познакомившись с сыном, Раисы Коля так и не увидел. В то время она уже была объявлена опасной психопаткой и заперта в лечебнице за преступление, которого по сути не совершала: в момент убийства телом Раисы Журбиной управлял Платон Извеков. Пришелец из будущего, отлично подготовленный полевой агент хроно-департамента с непомерными амбициями на мировое господство. Когда-то он прибыл в прошлое вместе с Мирандой, чтобы уничтожить будущее, предотвратив рождение близнецов Ивана и Марьи Завьяловых, которым предстояло изобрести устройство интеллектуальной телепортации.

Платон потерпел неудачу. И застрял в прошлом, в теле беременной женщины Раисы Журбиной.

Последние восемь лет компания беглецов из восьми людей и двух бестелесных интеллектов — Миранды и профессора Жюли Капустиной, скрывались от хроно-департамента и Платона Извекова в таежных дебрях. Завьяловы, Косолапов и Ирма Конниген (полицейская, когда-то совершенно официально отряженная для охраны Завьяловых) скрылись из Москвы, прихватив с собой не только близнецов, но и двух детей хроно-дефектов — Арсения Журбина и Антонину Ватюшину. Этим детям не было места в будущем, они представляли опасность для нормального течения истории и подлежали уничтожению агентами хроно-департамента.

…Переволновавшийся Косолапов переводил глаза с сына на друга Бориса. Арсений неожиданно покачал головой:

— Не получится поехать, папа. Времени не хватит.

— Времени..? — переспросил Косой. — О чем ты, Сеня? Тебе девятнадцать лет, вся жизнь впереди, рано думать о болячках!

Миранда изобразила на лице Завьялова свой мимический знак — свела брови к переносице, показывая, что говорит она, и ответила за парня:

— Надеюсь это был не инфаркт, Коля. Иначе Арсений так быстро не встал бы на ноги. Думаю это…

— Это был нож, — внезапно перебил наставницу Арсений.

— Нож? — переспросил отец. — Тебя ударили ножом?!

Парень опустил глаза на полупустую чашку и покрутил головой:

— Это был магический нож, папа. Нож шаманки Фаины.

— Нож Фаины? — недоверчиво пробормотал отец. И сочинив на лице неубедительно ободряющее выражение, похлопал сына по плечу: — Да чепуха все это, Сеня!.. Какие ножи, какие шаманки, ты просто в обморок грохнулся от усталости и…

— Папа, — остановил отца Арсений. — Я чувствовал внутри сердца холод лезвия. Оно как будто из черного облака сверкнуло и в грудь ударило. Поверь мне, это был — нож. Заговоренный нож Фаины. Она ведь предупреждала: если не вернусь к ней в ученики, то будет три удара и последнего я уже не перенесу. Но если последующие два удара будут возрастать по силе…, мне и второго, батя, не пережить. Я не думал, что это будет ТАК больно.

Пудовые кулаки бывшего десантника Косолапова несколько раз сжались и разжались, папа материалист поверил сыну!

— Боря, — поглядев на друга, хрипло заговорил Николай, — ты как… Со мной поедешь, или я один к этой старой суке наведаюсь?..

Завянь кивнул. Многозначительно и исподлобья поглядел на старого приятеля…

— Нет, — печально усмехнулся Арсений. — Это мои разборки, папа, к Фаине должен ехать я. Один.

— Что?!?! — Косолапов выгнул грудь, вены на его шее надулись синими жгутами…

— Николай! — выкрик друга заставил Косолапова опомниться. — Арсений прав. Я знаком с шаманкой, она бабка суровая. Если приедешь с разборками, то не поможешь, а испортишь разговор и сына погубишь. К Фаине поедем я, Арсений и… Миранда.

— Согласна, — сведя брови Завьялова к переносице мимическим знаком, поддержала террористка. — Воевать с Фаиной бесполезно. Сенька сейчас не в форме и даже с моей помощью не справится с о старой ведьмой. Так что, охолони, Коля, с ней придется — договариваться. Поехали на заимку, я в Васю переброшусь. Кот, как никак, земляк Фаины, каждый плетень в той деревне помнит.

* * *

Новая заимка (или «Константиновка-2»), куда беглецы перебрались три года назад после стычки с бандой убийц старателей, сильно отличалась от их прежней стоянки. Здесь вместо шустрой полноводной речки протекал подкаменный холодный ручеек. Тайга вплотную подходила к дому и свежесрубленным хозяйственным строениям. Здесь не было того простора, здесь не встречались хоженые тропки, зато волков водилось — пропасть! Через месяц после водворения на новом месте Арсений и Марья нашли в лесу разоренное росомахой волчье логово с мертвой волчицей, и принесли домой единственного уцелевшего щенка. Выкормили его из ложечки. Мадам Жюли, оставившая в будущем не только трех детей и мужа, но и сеттера Лауру, попросила дать волчице это прозвище. В память об оставленной семье.

Все ожидали, что профессор зоолог из будущего Жюли Капустина видит в волчице нового носителя. (Предыдущий носитель женщины-ученого — ротвейлер Буря, погиб в схватке с бандой.) Но страстная собачница Жюли всех удивила. Неожиданно профессор предпочла остаться в теле кота Василия, а Лаура досталась Миранде.

И это тоже стало неожиданностью. Восемь лет назад Миранда прибыла в прошлое прямиком из какого-то аналога нынешней психушки, где ее, как лидера оппозиционеров-подпольщиков держали словно особо опасную преступницу. (Завьялов едва договорился с хроно-департаментом об участии старой знакомой в операции по спасению близнецов и поимке Извекова.) Миранда подписала с хроно-департаментом нешуточный контракт, ей подобрали в качестве носителя женщину полицейского Ирму Конниген.

Шесть лет две женщины делили одно тело. Обладая телепатическими возможностями и навыками полевого агента хроно-департамента, Миранда вполне могла бы стать не только альфа-интеллектом, но и полностью подавить личность носителя Конниген. Но почему-то этого не сделала: оставила за Ирмой право альфа-интеллекта, сохранила ее как личность и стала — бета-интеллектом.

Когда же между Ирмой и Колей Косолаповым любовь случилась, Миранда и вовсе оставила влюбленных без своего присутствия. Перешла в носителя волчицу.

Друзья — и взрослые, и подрастающие дети, — ей сочувствовали. Раньше им приходилось «пускать» в себя только французского профессора, позволяя Жюли поменять положение с горизонтального на вертикальное, поговорить и пообщаться. Теперь нагрузка увеличилась, но, впрочем, Миранда использовала ее с толком: и з н у т р и учила взрослых и ребят языкам, тренировала Журбина как телепата.

На Большом Совете не присутствовала только Антонина. Девушка, с которой мозголомы департамента когда-то обошлись небрежно, как с пушечным мясом, была единственной в команде, кто не знал о существовании интеллектуальной телепортации и путешествий через время. Антонину оставили приглядывать за мониторами видеокамер охранного периметра. Для удобства вербального общения Жюли переместилась в Зою, Миранду приняла Ирма. Борис открыл Совет простым заявлением:

— Арсений едет к Фаине. Через час, я, Лаура-Миранда и Арсений — выезжаем. Николай, ты довезешь нас до реки, там мы наймем катер, спустимся до нужной пристани, где наймем машину. Возражения есть?

Вопрос по сути — риторический. Борис уже серьезно переговорил с Николаем, убедил того, что в поселении должен остаться хоть один взрослый мужчина. Женщины уже подготовили сухой паек в расчете на двух человек и одного волка. Младшие из беглецов — Иван и Марья, помалкивали, встревожено косясь на бледного Арсения. Все понимала, что глава поселения обсуждает не подготовку к приятнейшей прогулке по лесу, а смертельно опасную операцию. Один раз Борис, Арсений и Миранда уже и так еле-еле ноги унесли из той деревни!

— Есть, — неожиданно сказала Ирма.

Все пораженного поглядели на бывшую полицейскую… На обезображенном осколком гранаты лице Ирмы Конниген стоял мимический знак профессора Капустиной.

Жюли никогда не работала на хроно-департамент. Мимический знак, традиционный опознавательный сигнал полевых агентов департамента, француженка начала использовать лишь в этом времени, избрав простой посыл — прикрытый левый глаз.

— В деревню Фаины должна поехать — я, — твердо выговорила Ирма-Жюли.

Борис удивленно приподнял брови:

— Зачем? Жюли, ты знаешь: на заимке, в безопасности, должен оставаться хоть один из вас, ты или Миранда. Миранда нам понадобиться там…

Борис не понимал, зачем он объясняет очевидное? Компания давно установила правила: Миранда и Жюли не могут равно рисковать! Подписывая договор с хроно-департаментом, пришелицы обязались не разглашать секретов будущего. Но Миранда, к примеру, успешно играла бирже, зная все об экономических кризисах и росте акций возникающих компаний, и делилась информацией только с современницей Жюли. Лишь Миранда и профессор были информированы о работе структур хроно-департамента. Они были знакомы с менталитетом и порядками их времени. Только две хроно-путешественницы имели знания, с п а с и т е л ь н ы е для команды беглецов!

И посему, учитывая, что бывший полевой агент и телепат Миранда являлась наиболее грозной боевой единицей компании, Жюли была обязана подчиниться правилам. Остаться на заимке.

Но ученая упорствовала:

— Мне необходимо побывать в окрестностях того села.

— Аргументируй, — предложил Завьялов.

— Не могу.

— Что за чепуха, — нахмурился глава поселения, как обычно председательствующий на Больших Советах. — Почему ты не можешь нам сказать, что тебе понадобилось в о к р е с т н о с т я х села?!

— Жюли, тебе необходимо объясниться, — поддержала Завьялова Миранда. — Речь идет о вопросе первостепенной важности. О ж и з н и одного из нас.

Секунду подумав, голова Ирмы-Жюли кивнула:

— Хорошо. Я объяснюсь с тобой, Миранда. Но для этого прошу Большой Совет дать мне возможность подселиться в Антонину. Ты, Миранда, на время разговора полностью отключишь девушку и переместишься в Василия.

В комнате на некоторое время воцарилась тишина, все начали переглядываться… Жюли впервые попросила тело с полностью подавленным интеллектом носителя! Сама она этого сделать не могла: профессор не была врожденным телепатом и не могла, как Миранда или Арсений, брать носителя под абсолютный контроль.

Завьялов задумчиво смотрел на Ирму-Жюли: у гостей из будущего завелись секреты? Человеческий мозг, обладающий двумя полушариями, не мог вместить разом больше двух интеллектов, и потому Миранда и Жюли могли общаться приватно только через компьютер, но это — не слишком удобно, да и долго.(Хотя уморительные картинки: волк и кот сидят перед клавиатурой, набирают тексты и б е с е д у ю т, видел каждый.) И коли уж Жюли потребовался для общения вербальный контакт…Происходило нечто из ряда вон.

В крошечной комнатушке едва хватало места для единственного табурета, стоящего перед узкой длинной полкой с несколькими мониторами и разложенным ноутбуком. Возле клавиатуры ноута сидел пушистый полосатый кот «сибиряк». Привыкшая к телу волчицы Миранда не любила перемещаться в Василия. Но бить по чутким клавишам могучей волчьей лапой — неудобно. Здесь лучше подходила миниатюрная кошачья лапка с втяжными коготками.

Расслабленное тело уснувшей Тонечки опиралось о стену. Открытые глаза незряче таращились на панель с крошечными зелеными искорками безмятежных датчиков движения, расставленных по лесу.

— Я знаю, что в последнее время мое поведение выглядело странным, — заговорила Антонина нетипичным для девушки низковатым тембром, принадлежавшим мадам Жюли. — Не спорь, — незрячие глаза сфокусировались на Василии-Миранде, протестующе понявшем лапу. — Я знаю, вы не понимали, почему я задержалась в носителе коте. Почему веду себя нетипично… Но тому есть объяснение.

Француженка придала телу спящей девушки осанку, прямо поглядела в желтые кошачьи глаза с вертикальными проточинами зрачков и продолжила:

— Иногда мне и самой кажется, что я слегка сошла с ума. Но то, что со мной произошло три года назад, не имеет научного объяснения, Миранда. Вспомни, пожалуйста, момент, когда я в теле Васи отправилась в лес вслед за родственниками Фаины, уводящими пленного Бориса в охотничью сторожку. — Жюли дождалась, пока кошачья голова кивнула и повела рассказ дальше. — Тогда я обратила внимание, что охотники делают странный круг по тайге, но не придала тому значения. И в обратный путь, Миранда, я отправилась — напрямую через лес. А там попала…, - плечи спящей девушки передернулись, Жюли вспоминала что-то жуткое. — Я попала, Миранда, в овраг, где по дну клубился густой туман. Где жили п р и з р а к и. Или иные существа, которым нет места в нашем мире. И выбралась оттуда лишь благодаря Василию.

Миранда заставила кошачью лапу зависнуть над клавиатурой, но пока думала, чтобы такое написать явно зачудившей подруге, Антонина-Жюли ее остановила:

— Не торопись меня обидеть, подруга. Еще успеешь, я только подбираюсь к сути. Понимаю, как выглядит мой рассказ, но прошу тебя — поверь, все это БЫЛО. Произошло на самом деле, а не в бреду и тому я получила р е а л ь н ы е доказательства.

Кошачья лапа опустилась. Василий-Миранда подобрал хвост и внимательно поглядел на носителя профессора зоолога.

— Из оврага я странным образом выскочила практически на опушке леса, хотя казалось, предстоит пойти еще не меньше километра. Я выбежала из-за деревьев. Посмотрела на село…, - голос Антонины-Жюли задрожал: — Села, Миранда, НЕ БЫЛО. На место деревни стояло пепелище. Огромное. Сплошное. Сравненное с землей бульдозерами. Поле возле деревни занимало — кладбище. С наспех вырытыми могилами и одинаковыми крестами. Судя по количеству захоронений, Миранда, там были похоронены ВСЕ жители села, погибшие в один и тот же день. — Антонина-Жюли посмотрела на собеседницу в теле кота, потерла друг о друга внезапно заледеневшие ладони, сгорбилась и, опустив взгляд вниз, продолжила едва слышно: — Я добежала до пепелища, Миранда. От пепелища пахло пороховыми газами, сгоревшим фосфором. Угадывались воронки от авиа ударов. Деревня, подруга, не сгорела от пожара. Ее — разбомбили с воздуха вместе со всеми жителями.

Антонину-Жюли начал бить озноб, девушка дотянулась до графина с водой и прямо из горлышка сделала несколько судорожных глотков.

— Я прошлась по кладбищу, Миранда, — возвращая, подрагивающий в руке графин на место, продолжила француженка, — посмотрела на кресты. На всех стояла одна и та же дата — двенадцатое сентября нынешнего года. Их всех у б и л и, подруга.

Кошачья лапа быстро пробежалась по клавиатуре, на мониторе отпечаталось напоминание: «Ты говорила о доказательствах».

Антонина-Жюли кивнула:

— Они появились позже. После того, как я, поняв, что очутилась в будущем п р о ш л о г о, как ненормальная понеслась назад к оврагу. Я заскочила обратно в сизый туман на глубине провала, мне показалось, провела там нереально долго и выбралась обратно лишь благодаря каким-то фантастическим способностям кота. Василий стал мои п р о в о д н и к о м. Если бы я полностью не отдала ему управление над телом, то можешь мне поверить, Миранда, сама б я не нашла обратную дорогу и мы б сейчас с тобой не разговаривали. Я выбралась наверх, на сухое место, еще не понимая куда и главное КОГДА вернулась, но довольно скоро услышала скрип колес телеги на которой везли Арсения и тебя. Помнишь, вы нашли меня и думали — я умерла?

Василий-Миранда кивнул. Диверсантка начинала верить рассказу современницы.

— Позже, уже почти решив, что все произошедшее мне пригрезилось, я почувствовала, что мои лапы…, да и вся шерсть воняют не кострищем, не горелым деревом жилищ, а ВОЙНОЙ. И поняла, что я на самом деле, а не в бреду, побывала на месте деревни по которой наносились авиаудары. Проводилась полномасштабная войсковая операция, оставившая стреляные автоматные гильзы.

Антонина-Жюли замолчала. Некоторое время слепо смотрела перед собой, заново переживая кошмар трехлетней давности. Коготь Василия-Миранды набрал на ноуте вопрос: «Почему ты стразу все не рассказала? Я бы тебе поверила. Я и сейчас помню, что очень удивилась, как странно пахнет кошачья шкура».

Точеное бледненькое лицо Тонечки растянулось в невеселой усмешке:

— Почему я не сказала? — повторила француженка вслух вопрос подруги и неожиданно почти выкрикнула: — Да потому что я не знала, что спровоцировало эту бойню! Я боялась, что это МЫ привлекли чье-то внимание к заштатной таежной деревне и это из-за нас, из-за нашего появления в селе, с его жителями стряслась беда! Мы тут и так дел наворотили, подруга, хотя сидим в глуши который год! И не бывает совпадений, Миранда! Не бывает. Подумай, с какой это вдруг стати правительство решило нанести удар по собственной территории, а? Это не могла быть Третья Мировая, Миранда. Во время войн никто не подчищает следы авиабомб бульдозерами. В случае войны, деревня так и осталась бы в руинах и воронках! А тут — п о д ч и с т и л и. У б р а л и с ь. Понимаешь?

Кот кивнул. И занес лапу над клавиатурой.

— Погоди, — поморщившись, вновь остановила Жюли. — Я и сама умею делать логические выводы, да и на размышления у меня было три года. Стереть с земли большое поселение с несколькими сотнями жителей могли только по приказу правительства. Но мы с тобой о подобном зверстве не слышали на уроках истории. Да и впрочем, слабо вериться в подобное массовое помешательство руководства достаточно цивилизованной страны. А посему могу предположить: полномасштабную войсковую операцию могли инициировать наши современники: либо Платон, либо хроно-департамент. Сомневаюсь, что Извеков смог бы подчинить себе правительство России — в одиночку это сделать сложно, да и департамент не дремлет. Думаю там все еще действует режим «Здесь и Сейчас», так что за ключевыми фигурами страны п р и г л я д ы в а ю т. Но так же я понимаю, что наши чинуши из госдепартамента навряд ли сподобились учинить такое зверство в прошлом. Как никак — мы все сплошь гуманисты до кончиков подрезанных ногтей. — Антонина-Жюли сделала паузу, снова отпила вода из графина. — А вот Платон мог бы отважиться на риск уничтожения деревни. Но только, как мне кажется, в одном случае — Извеков узнал, что в той деревне, двенадцатого сентября будем находиться МЫ. Департамент… тоже мог инициировать уничтожение села, но по совершенно обратной причине — в будущем стало известно о существовании многочисленной популяции з а к р ы т ы х. Ни ты, ни я ни разу не слышали о подобном сообществе. Если помнишь, побывав в деревне закрытых, мы даже решили, что будущее начало меняться раз появились факторы, неизвестные в нашем времени. И потому я могу сделать осторожный вывод — деревня все же существовала и в нашей параллели, но о ней не осталось сведений, так как историю с авиаударами подчистили и засекретили так основательно, что сведений об этом не осталось. И в результате долгих размышлений, подруга, я поставила на структуру, на хроно-департамент. Перепугавшись, что Платону достанется, как минимум полсотни зарытых рекрутов, наши светлые головы сработали на опережение — уничтожили потенциальное войско террористов.

Василий-Миранда задумчиво повесил голову. Мыслительные процессы кошачьего мозга происходили куда медленнее человеческих. Миранда, слегка напрягаясь: думала.

Профессор зоологи сказала уже многое, бывшей агентессе хроно-департамента лишь оставалось подбивать итоги.

Прежде всего, диверсантка прокачала вариант существенного помешательства рассудка у профессора. И сразу же отринула предположения. Вонь гари, исходящую от шкуры Васи и прочие странности, Миранда и сама тогда заметила.

О прочем можно было и не говорить. Многочисленная популяция закрытых людей напрягала и Миранду. Конечно близкородственные связи, определенная обособленность странного села, существование колдуньи в оном… Но все же! Преподаватели из интерната подготовки агентов хроно-департамента с уверенностью говорили: «Врожденные особенности, генетические дефекты структуры мозга, предотвращающие любое интеллектуальное проникновение извне, либо телепатическое воздействие — редчайший фактор! Они так уникальны, что практически не имею реального значения в полевых работах. На подобных особей не делается сносок…»

О том, что когда-то в прошлом, — хотя бы как история, как казус, как диковинка! — в глухой тайге существовала деревня, где половина жителей являются закрытыми, учителя не говорили.

«Может быть потому и не говорили, что когда-то это село было уничтожено войсками?» — предположила диверсантка и тут же эту мысль отвергла. В эпоху Интернета и телефонов с фотокамерами скрыть подобный случай невозможно!

Азначит, профессор Капустина права: с момента уничтожения большой деревни, с разрушения множества генеалогических линий история начнет меняться и может быть бесповоротно! Три года назад, связавшись по контактному телефону с дежурным агентом хроно-департамента по восточноевропейскому сектору, Жюли и Миранда уже получили тревожащий сигнал: им ответили, что не знают, кто такая Таисия Пучкова, бывшая начальницей московского подсектора. Но тогда профессор и диверсантка посчитали тот ответ уловкой. Мол, большие хитрецы из департамента решили напугать сбежавших современниц и вынудить их объявиться.

Миранда поглядела на примолкшую подругу; Жюли давала террористке время поразмыслить. И негромко заурчала, впервые в жизни используя чисто кошачью способность выражать сочувствие.

Представить трудно, что за эти три года пережила мадам ученая! Она не могла поделиться страшным знанием даже — а, пожалуй, особенно! — с привыкшей к решительным действиям современницей. Терпела до тех пор, пока не поняла — в деревню к шаманке Фаине п р и д е т с я возвращаться. А это значит, что где-то беглецы з а с в е т я т с я. Привлекут внимание к таежному селу и тем подвергнут его жителей опасности.

«Мы будем осторожны, — набрала кошачья лапа на компьютере. — На дорогах до села нет камер наблюдения ГИБДД».

Профессор усмехнулась:

— Миранда, я не верю в совпадения. О вашем появлении в деревне — станет известно. Вы там чего-то натворите и через два с половиной месяца — деревня погибнет. Я не слишком верю в высший промысел, но абсолютно уверена: мне не зря была дана возможность увидеть будущее. Вот только как поступить с этим знанием…