Изнанка Мира

— Так он выжил? — меченосец сделал скучающее лицо, словно ответ его совсем не интересует. Так, болтовня на сон грядущий. Утром и не вспомнит.

— Конечно. А ты думал, его поймали и казнили? — улыбнулась Диана. — Это же был не первый случай «трагической кончины великого вампира». Недавно вроде как снова убили… Да ладно, через пару лет где-нибудь объявится. Тебя так интересуют вампиры?

— Сухая губка впитывает любую влагу, — пожал плечами Евгений, раздумывая, его ли это слова или кто стырил раньше из великих мыслителей прошлого. В смысле — придумал раньше, а он стырил.

— Яду не напейся только, потом долго перестраиваться.

— Яду?

— Алкоголь, — протянула вампиресса. — Большинство проснувшихся его не воспринимают. Действует как яд на организм.

— Так алкоголь и есть яд… Яд для печени, покой для души.

Диана кивнула на бича, нагло рассевшегося на двух местах сразу. Вонь шла такая, что даже старушки сидеть рядом не решались. Разве что только люди с насморком, да ещё и слепые что б.

— Покой — так покой. Только вот ему подобные могут принимать этот яд годами, а инициированные быстро чахнут. Понял? У нас разный уровень энергий. Вибрации чище. Ну, у большинства проросших, — Диана опустила глаза. — Мне вот приходится всё больше с человеческими энергиями работать. И если такого когда выпью, неделю потом отходить буду.

— Вампиры не пьют вина?

— Вино можно. Красное. Я люблю полусухое. Только пробуждает оно глубинное. Настолько глубинное, что лучше не будить. Да и то, что сейчас называют вином, раньше и нищие назвали бы мерзостью.

— Раньше? — улыбнулся дракон. — Сколько же тебе лет-то?

— Невежливо задавать девушке такой вопрос, — тут же состроила из себя кокетку вампиресса. — Я ещё молодь по нашим меркам. И вообще женщин столько лет, сколько она считает.

— Ладно, пусть этот секрет останется с тобою, — решил Жека.

— Иногда что-то лучше не знать. Поверь мне, — и она подмигнула так, что у Евгения снова невольно зашевелились волосы.

Взгляд этой девчушки был на зависть всем драконам.

Евгений вновь передёрнул плечами.

Глава 13 — Непорочная любовь —

Ангелы зовут это небесной отрадой,

черти — адской мукой, а люди — любовью

Генрих Гейне

— Ты помнишь наш первый день, Сар? — Люция привстала с кровати напарника и потянула через голову кофту. Непросто с ней разобраться простому ангелу с крыльями. Но ещё сложнее надеть. Хорошо Саркон помогает. И вообще везёт тем, кто повыше рангом. Их крылья уже не совсем материальные. В одежде не путаются.

Наконец осторожно отделив кофту от перьев, договорила:

— День, когда мы познакомились.

— Как я могу забыть? — донеслось из коридора.

Демон подоспел с кухни, неся на подносе пару кружек с горячим чаем с лимоном и большую тарелку с горкой бутербродов.

Закон равновесия не запрещает жить и работать в физическом мире, но и питаться приходится его же едой. И оба за пару месяцев работы как-то свыклись со вкусами людей.

Саркон придвинул ногой стул, поставил на него поднос и присел на край кровати напротив, припоминая:

— Был жаркий солнечный день, дул лёгкий ветерок. Он играл с твоими серебряными волосами.

— Не, это было потом. Сначала ты меня не видел. Я первая тебя заметила, — дева подхватила небольшой горячий бутерброд с сыром, майонезом и яйцом и ловко отправила в рот. Запив чаем, поморщилась. — Опять сахара не положил?

— Сахар — вредно, — ответил демон. — Должен я заботиться о твоём здоровье или нет?

Уголки губ ангела словно кто-то осторожно потянул в стороны.

— Ага, вредно. Просто кто-то из рода обитателей Геенны не приемлет сладкого. Ведь так?

— У каждого свои недостатки, — не стал спорить рогатый напарник, набив рот бутербродами с ветчиной.

Ангел провела рукой над кружкой. Чай немного остыл и обрёл две столовые ложки сахара, растворённые и размешанные заботливой рукой с ложкой. Удовлетворённо прихлебнув, Люция улыбнулась.

— Так вот, про нашу первую встречу…

* * *

Около двух месяцев назад

Сладкий запах свободы был нежен и приятен.

Первая командировка за последние годы. Даже свежий ветер казался чем-то приемлемым. Им можно было дышать. Демон способен дышать практически любой смесью, вот только с непривычки от кислорода немного кружилась голова, пьянит.

От реки донесся гудок. Саркон обернулся, разглядывая белый пароход, что неторопливо отчалил от берега и, кряхтя, начал резать волны. Люди на набережной тоже ненадолго останавливались, разглядывая кораблик, и снова спешили по делам, фактически не выпутываясь из клубка вечной суеты. Среди них совсем несложно было найти нового клиента. Жертву.

Люди полны пороков и сами себя цепляют на крючок.

Удар!

Удар в голову, по слуху, по всему естеству.

Тело завибрировало, Саркон не сразу сообразил, что его так достало. Тело охватила слабость. Удары следовали один за одним!

Краем сознания демон сообразил, что слышит звон колоколов. Он оказался слишком близко к часовне. Или церкви, храму. Главное, что звенели колокола. Они создавали вибрацию, которая вступала в диссонанс с телом демона. Демона ли, падшего ли…заставляли себя чувствовать некомфортно большинство нечисти.

Чистый колокольный звон сбивал с толку. Саркону захотелось броситься подальше, убежать, скрыться. Только бы не чувствовать этих ударов. Но он почему-то держался. Стиснул клыки и терпел, заставляя себя слушать, пропускать эту смертоносную вибрацию через себя. Пропустить и прижиться, привыкнуть. Как к яду в малых количествах.

Звон через некоторое время затих. Демон, тяжело дыша, облокотился о перила набережной и схватился за голову, стараясь удержать сферу если не полной невидимости, то хотя бы неприметности.

Люди не обрадуются, когда рядом свалится на асфальт обессиленный рогатый здоровяк с красной кожей и без одежды. То-то зрелище будет. Стирай им потом память…

Ангел приподнялась со скамейки и медленно подошла к странному демону сбоку. Руки проверили клинки на поясе, спрятанные под легкой, летней блузой навыпуск. Люция скрывала от физического мира только крылья и пояс, а длинные, серебряные волосы люди видели как блондинку. Лёгкая, неполная маскировка, не требующая особых усилий.

Она подошла вплотную. Просто не могла себе позволить явление демона в мир людей. Он же сейчас станет видимым! Суеты потом не оберешься с этими свидетелями, которые разнесут весть за пару дней по всем городам и весям. И, конечно же, газеты раздуют из мухи слона. Конечно, случайные снимки и возможное видео «эксперты» объявят липой. Есть среди людей структуры, что следят за проколами, заметают следы Лагерей. Но зачем следить, если можно всё предотвратить?

— Почему ты не ушёл?

Он повернул голову. Глаза были мутные, растерянные. В них запечатлелась растерянность и боль. Но лишь на мгновение. Учат их, что ли, держать себя под контролем? Или врождённое?

— Не люблю проявлять слабость.

— Всякий демон на твоём месте сбежал бы куда подальше, — продолжила ангел.

— Я не всякий, — буркнул он и отвернулся. — И… сбежать это слишком просто.

— Хм, забавный ты, — Люция встала рядом, смотря на яркое солнце. Чуть прищурилась. Волосы без резинки, свободно спадающие по плечам, трепал ветер.

Саркон скосил взгляд, наблюдая настоящий цвет локонов ангела. Он ему нравился. Странное ощущение.

— Забавный?.. Ты первый ангел, который назвал меня забавным… И вообще, первое существо.

Кудрявая отвернула лицо, пряча улыбку.

— А ты первый демон, с кем не хочется скрещивать клинки.

— Так любишь сражения? — адский посланник, пользуясь тем, что его перестали рассматривать, сам засмотрелся на ангельские крылья. Странная тоска нахлынула откуда-то изнутри.

— Защищаюсь, — послышалось от ангела.

На автомате спросил, прислушиваясь к внутренним ощущениям:

— Так часто нападают?

— Случается… — Люция повернулась.

— Почему не нападаешь на меня? — спросил в лоб Саркон.

— Ты ослаблен. Драться со слабыми — не мой стиль, — она не отвела взгляд, смотрела пристально.

Это зацепило. Мало кто мог выдержать взгляд демона.

— Благородная?

Ангел как лимон лизнула, ответила:

— Только по духу.

Демон ощутил, что потерял контроль надо собой. Рот вдруг открылся, и вылетело:

— Моё имя Саркон.

— Люция, — ответила потрясённая ангел.

Обычно представители обоих лагерей называют имя либо при смерти, либо перед равным боем… Редкие случаи.

— Почему ты…

— Не знаю… — поспешно ответил демон. — Не отошёл от звона, наверное.

Ангел прикрыла глаза, усиливая ощущения. Алая аура демона была блёклой. Набережная, если и давила на него воздействием вблизи стоящего разукрашенного, но почти пустого не намоленного храма, то не сильно.

— Не такое уж и святое место, чтобы теряться. Эгрегор слабенький. Так, почти одна бутафория. Ты же не настолько слабый, Саркон?

Глаза демона на миг полыхнули огнём. Но он первым отвёл глаза, выдохнул сквозь стиснутые зубы, рыкнул, стараясь поставить ангела на место:

— У нас нет слабых. Не выживают. Жестокий отбор. Это у вас берегут всех сирых и убогих. Чтобы ревели все больше.

Люция хмыкнула, чуть отстраняясь. Тон демона показался забавным. Ответила, играя на нервах:

— Не знаю, не видела ни одного. Постоянно в командировках, с физического мира не вылезаю. Это у вас, наверное, много времени для отпусков.

— У нас… — демон прервался, схватившись за виски.

Для ангела собеседник тоже перестал быть интересным. Не до развлечений. На голову свалился приказ. Прямое поручение. От него всегда невольно морщишься — воспринимается он как несильная, но все же боль. Приятного мало.

Клиент был совсем рядом. Люция повернулась, пробежав быстрым взглядом по прохожим в поисках искомой нити. Серебряная нить, связывающая всех живых с эгрегорами или высшими мирами, струилась из головы каждого. Это как шнур, завершающийся в твоём затылке, но неизвестно где берущий начало. Как первые водолазы вместе со скафандром на глубину тянули шнур, по которому подавался воздух, так и люди получали вещие сны, озарения, иногда просто приказы, если шнур был слишком тонок и загажен, заземлён человеком, который забыл, зачем родился. Но не людские озарения интересовали ангела Люцию, а только тот факт, что подобный шнур был у каждого живого. И, зная адресат в чуть более высших слоях, спуститься до искомого клиента и найти его было не так уж сложно.

Вот он — мальчонка лет шести-семи с длинной причёской, улыбкой до ушей, разбитыми коленками и большим, спортивным рюкзаком с роликами внутри.

Пацан катался на асфальтированных площадках, теперь возвращался домой. Светлая, чистая душа. От начальства прямой приказ довести домой в целости и сохранности, сглаживая все косвенные выпады падких до чистой энергии заземлённых эгрегоров. Они, высасывая энергию, могут проявляться как угодно. От случайного лая собаки, от которого ребёнок испугается и в страхе своём потеряет часть энергии, до прямого физического нападения или чего похуже. Вот до «похуже» нельзя было доводить ни в коем случае. Ангел повернулась к демону спиной и, поправив на поясе клинки, пошла за подопечным.

Саркон пошёл рядом, поравнявшись плечом к плечу.

— Где же ангел-хранитель мальца, раз послали тебя, свободную от прямой охраны?

— Во-первых, человеку, начиная с определённого возраста, не нужен защитник ежедневно. Только когда сам позовёт или благословят на защиту. А во-вторых, это не моё, и тем более, не твоё дело, Саркон. Начальству виднее.

— Ошибаешься…

— Почему же? Полагаешь, там существа глупее нас? Зря… — протянула ангел.

— Ошибаешься насчёт того, что не моё дело, — уточнил Саркон. — Я тоже получил задание.

Посланница неба резко остановилась, схватившись за клинки. Лицо посуровело, губы слились в плотную линию, глаза блеснули холодом и силой.

— Только тронь его…

Демон усмехнулся, полыхнув пламенем Геенны в зрачках. Аура на миг обожгла восприятие ангела. Но только на миг. Показал силу… Часть силы. И демон исчез.

— Не в этот раз, пернатая. Не в этот раз, — услышала ангел откуда-то сбоку.

Люция поспешила за мальчиком, меняя зрение и ощущая, как вокруг его нити начинают сгущаться тёмные образования. Мальчонка сам стал это ощущать. На пути стали встречаться пьяные, звучал глупый, неадекватный смех, несколько раз мальчишку толкнули без причины. И на голову начало давить, вытесняя мысли, заменяя их иррациональным страхом.

Через полчаса мальчик был сам не свой и не особо задумывался, когда, не доходя до двора, его окликнули в сторону. Позвали в малолюдный лесок…