S.W.A.L.K.E.R. Звезды над Зоной (сборник)

– Мы выдадим вам кредитную карту, – снисходительно объяснил банковский служащий, – и вы, если пожелаете, можете обналичить всю сумму на какой-нибудь другой планете. Филиалы Культ-банка имеются практически всюду.

– Замечательно! – просиял я. – В таком случае, завтра с утречка я подъеду к вам со своим денежным ящиком. Штука, прямо скажем, тяжеловатая. Вы как, принимаете монеты на вес или пересчитываете?

– Пересчитываем, – ответил клерк и, предупреждая возможные вопросы, пояснил: – У нас есть специальная машинка для пересчета мелочи, так что ваши пятьсот галактов будут обработаны за десять минут.

– У меня еще один вопрос, хотя он, наверное, не по вашей части. Я еще не решил, продолжать ли мне путешествие по Культауну или лететь куда-то еще. Вы не подскажете, в космопорте сейчас есть какой-нибудь готовый к отправлению звездолет?

– Ничем не могу помочь. Рейсовых точно нет, рейсовик прилетает раз в месяц. Грузовых, вроде бы, тоже нет; во всяком случае, платежи от них не проходили. Ну а всякие вольные торговцы, туристы и прочие – не по нашей части.

Клерк врал, не из корысти, а просто из любви к мелкому вранью. А быть может, ему было лень заглянуть в базу данных. Какую-то сумму, пусть даже исчисляемую в десятисентовых монетках, платит любое судно, совершающее посадку в порту. Но мне это вранье было только на руку.

– Не беда, – объявил я. – Вечерком загляну в космопорт и все разузнаю. Не найдется ничего подходящего, поеду на запад и вернусь к вам через месячишко.

Корабль в порту был, и даже не вольный торговец, а какие-то психованные проповедники вроде меня. Я слышал, как они запрашивали разрешение на посадку, и специально подгадал к этому времени свой приезд в столицу. А заодно прослушал их объяснения по поводу причин прилета и остался ими доволен. Люблю психов, на них всегда можно положиться. Заранее готовить корабль для отступления мне не хотелось, на таких вещах люди обычно и прокалываются. Лучше всего срабатывает тщательно подготовленная система случайностей.

Вечерком, как и обещал, наведался в космопорт. Единственный корабль, имевшийся там, радовал взгляд обшарпанной обшивкой. Экипаж состоял из двух энергичных старушек, этаких божьих одуванчиков, которые не облетят даже в самый сильный ураган. Звездолет представлял собой передвижную библиотеку. Что такое библиотека, я спрашивать не стал, рассудив, что во время полета успею узнать подробности. Зато я не щадил красноречия, признаваясь в любви к библиотекам и удивляясь тому, что они, оказывается, бывают передвижными.

– Как это, должно быть, прекрасно – заходишь в библиотеку, которая в это мгновение несется между звезд!

От таких речей бабульки растаяли и согласились совершить незапланированный перелет специально для того, чтобы я мог прочувствовать всю прелесть летучей библиотеки.

Наутро, как и обещал, я подогнал автомобиль к зданию банка, чтобы сдать пятьдесят килограммов никелевой мелочи. Любую другую операцию мне пришлось бы производить на внешних терминалах, а вот мелкую монету могли принять только в самом банке. Терминал такого делать не умеет, ему кредитку подавай.

Охранник выглянул из дверей и улыбнулся узнавающей улыбкой.

Хорошо все-таки иметь дело с провинциальными планетами! Все всех знают, и дружеская улыбка заменяет удостоверение личности.

– Сынок! – попросил я, – Помоги затащить эту дуру. Тяжелая, спасу нет.

Металлодетектор на входе взвыл дурным голосом, но никто не обратил на него внимания. Еще бы ему не выть, когда мимо тащат полцентнера мелочи… А ведь детектор честно предупреждал охрану, что надо не помогать нарушителю, а проверить, что он проносит в банк.

Вдвоем с сынком мы втащили коробку в двери, притаранили в расчетный отдел и водрузили на стол.

Вот и все. У современных банков очень мощная защита. Легче взять штурмом космическую базу, чем отделение крупного банка. Но теперь, включай защиту – не включай, мы находимся внутри периметра. Крепость пала без единого выстрела, остальное – дело техники.

Я, не торопясь, распаковал коробку.

– Что это? – удивленно спросил клерк, увидав вместо денежного ящика механизм явно не мирного предназначения.

– Вот это – я указал на верхнюю часть агрегата, – психотронный взрыватель. Надеюсь, вы знаете, что это такое, и не станете совершать опрометчивых действий. Да, я грабитель и в настоящую минуту совершаю ограбление. Взрыватель задействован на меня. Если меня убьют, ранят, попытаются схватить, загипнотизировать или еще как-то воздействовать на меня, – он сработает. Кстати, если я усну от обычной усталости, он тоже сработает, так что не советую слишком долго тянуть с переговорами. Ваш охранник был последним, кто мог безнаказанно коснуться взрывателя: распечатав коробку, я активизировал механизм. А к чему подключен взрыватель, вы, надеюсь, поняли.

– Планетарная бомба? – ужасный шепотом произнес клерк.

– Молодой человек, вы на самом деле настолько безграмотны или так неуклюже проверяете, не блефую ли я? Ну, откуда мне взять планетарную бомбу? То есть украсть ее – не проблема, но как это сделать незаметно? Если бы я похитил где-то планетарную бомбу, об этом уже трезвонила бы вся галактика, ваши службы стояли бы на ушах, и подлетающие корабли вы останавливали бы на дальних подступах. Во-вторых, будь у меня на руках планетарная бомба, я бы не стал рваться внутрь здания. Поставил бы ее где-нибудь на лужайке, подальше от надоевших розовых кустов, и вел бы переговоры оттуда. И, наконец, даже самая маленькая планетарная бомба, какими уничтожают астероиды и подобные им объекты, все равно впятеро больше вот этой бандуры. Неужели вы думаете, что я стану так глупо блефовать? Это всего лишь буровая установка взрывного действия. Если она сработает, то на месте вашего банка образуется шурф диаметром около ста метров и глубиной до полутора километров, в зависимости от плотности грунта. А вся вынутая порода будет в виде мелкодисперсной пыли выброшена на высоту около десяти километров. Как нетрудно догадаться, используют такие установки только на необитаемых планетах, лишенных атмосферы. Каковы будут последствия взрыва на Культауне, сказать трудно, но вряд ли он останется курортной зоной.

– Что вы хотите? – наконец прервал меня клерк.

– Я надеюсь, ваше начальство на связи и слышит меня…

– Да.

– В таком случае – первое требование. Немедленно отзовите своих орлов, которые, должно быть, уже шерстят в порту звездолет с двумя старушками. Бабушки ничего не знают, вчера они видели меня впервые в жизни. А вот если вы вспугнете их и они улетят без меня, то я огорчусь настолько, что запал сработает немедленно. Я не такой дурак, чтобы для отхода с планеты использовать заранее подготовленных людей. Это был бы для вас прямой выход на меня. Потом, когда старушки отвезут меня, куда я попрошу, можете их допрашивать – не возражаю.

– Понятно. Люди отозваны, – произнес клерк.

Это уже была победа. Раз идут на уступки, значит, боятся.

– Ну а теперь я хочу попасть в ваши хранилища.

– Зачем? – с искренним удивлением воскликнул клерк. – Шестьдесят тонн мелкой монеты… что вы собираетесь с ними делать?

– Меня интересуют другие хранилища, где собраны редкие ювелирные изделия.

– У нас таких нет.

– Есть.

– Во всяком случае, мне ничего о них не известно, так что отвести вас туда я не смогу.

– Вот этот другой разговор! Свяжите-ка меня со своим начальством напрямую, а вам пусть сообщат, как следует открывать настоящее хранилище. Мы пойдем туда вместе. Полагаю, вы увидите немало интересного, о чем прежде вам не было известно.

Клерк некоторое время молчал, видимо выслушивая указания, затем, коротко кивнув, достал из ящика стола аудиоклипсу, протянул мне и коротко сказал:

– Идемте.

Я прицепил клипсу к мочке уха, и мы отправились вглубь служебных помещений. За одной из дверей обнаружился лифт. Здание банка было двухэтажным, и лифт, как нетрудно догадаться, вез в подвальные помещения. Если верить кнопкам, спускаться можно было на четыре этажа, но служащий, внимательно выслушав недоступные мне указания, прикрыл панель ладонью и быстро набрал довольно сложную комбинацию кнопок, в которую входили не только номера этажей, но и аварийная остановка кабины и даже вызов лифтера. Кабина дрогнула и быстро пошла вниз.

Вид у моего провожатого был самый несчастный. Сейчас он явно действовал за пределами своей компетенции, а это значило, что в самом ближайшем будущем его ожидает резкое изменение в должности: либо повышение, либо, что более вероятно, столь же резкое понижение, вплоть до могильного уровня. Оно и понятно: кто станет повышать в должности сотрудника ограбленного банка? Впрочем, клерка было не жаль, он свой выбор сделал, когда поступал на работу в этот банк. Хочешь служить при деньгах и иметь непропорционально большой оклад, будь готов к неприятностям такого рода. В нормальных банках могильный уровень не предусмотрен, но такие мелочи мне не интересны.

Лифт спускался долго, не на четыре, и не на четырнадцать этажей, а гораздо глубже. Такое убежище выдержало бы не только взрыв вакуумной бомбы, но и ядерный заряд средней мощности. Я отсчитывал в уме секунды и хвалил себя за предусмотрительность. Так или иначе, но буровая установка хранилище вскроет и распылит.

Лифт остановился, двери бесшумно разошлись. Под потолком немедленно загорелись ряды ламп.

Здесь не было никаких сейфов с хитрыми запорами, никакой брони и прочей банковской ерунды. Изначально предполагалось, что тот, кто проникнет сюда, справится с любыми запорами. Ясно же, что кодовый замок в лифте сработал лишь потому, что хозяин позволил ему сработать.

Передо мной стояли ряды витрин, а в них были разложены старинные украшения. Венцы, короны и диадемы, орденские цепи, колье, камеи и жирандоли. Хотелось бы знать, многие ли из моих современников видели вживую жирандоль, а тут их хранились сотни, и каждая была, безусловно, уникальна. Откройте справочник «Пропавшие сокровища», и вы отыщете на витринах все или почти все, о чем повествуется на его страницах.

Несколько секунд я молча любовался великолепным зрелищем, затем клипса в моем ухе ожила, и мужской голос спросил:

– И как вы собираетесь вывозить все это?

– Никак, – спокойно ответил я. – Здесь десятки тысяч предметов, и каждый стоит целое состояние. Я никогда не был слишком жаден; зачем мне десять тысяч состояний? Последнее время я и так слишком много таскал тяжести. Мешок с мелкой монетой я оставлю вам на память, а себе возьму десять или двенадцать килограммов бесценных сокровищ. По-моему, звучит хорошо.

– Вы умный человек, Мартин. Мне жаль будет вас убивать, хотя и придется.

– О-о!.. – уважительно протянул я. – Ваши специалисты не зря едят хлеб. Однако должен вас разочаровать: имя Мартин давно отработано, никаких выходов на меня сегодняшнего нет. Кстати, вы ведь тоже не представились.

– Жозеф Культя, к вашим услугам. Можете называть меня просто Жозеф. Вам не долго осталось пользоваться этой привилегией. А имя Мартин нравится мне больше, чем Генрих, под которым вы гуляете сейчас.

– Скажите, Жозеф, что бы вы посоветовали мне взять отсюда?

– Вы совершенно очаровательный хам, Мартин. В свою очередь тоже должен вас разочаровать: самые лучшие предметы, а вернее, самые любимые, находятся не в хранилище, а у меня дома. Было бы странно иметь красивые вещи и не иметь возможности ими любоваться.

– Разумно… Но, думаю, на мою долю здесь тоже кое-что осталось. Скажем, это колье – прелесть, правда? Наверное, оно принадлежало прекраснейшей из женщин, и будет несправедливо, если оно останется пылиться здесь.

– Сейчас посмотрю по каталогу… Древняя вещь, эпоха Галактической Раздробленности. Ожерелье царицы Халиды. Царица была отвратительна, как жаба, и страстно любила сапфиры и красивых юношей. Умерла в возрасте восьмидесяти лет в объятиях очередного любовника. Ну как, берете?

– Да, неприятная история. Зато благодаря ей цена ожерелья значительно вырастает. Беру, – я взвесил на руке сумку, куда отбирал понравившиеся предметы, и заключил: – Пожалуй, хватит. Тут уже больше десяти килограммов.

– Берите еще, не стесняйтесь, – радушно предложил преступный король. – В конце концов, это ненадолго, и вскоре все экспонаты вернутся на свои места.

– Блажен, кто верует. Хотя… я отбирал почти исключительно женские украшения. Для полноты коллекции надо бы что-то типично мужское. Как вам эта звезда?

– О, это замечательная вещь! Орден «Светозарного сияния». Изготовлен на одной из варварских планет по приказу местного тирана Баогрлиц… нет, имя мне не выговорить. Всего было сделано три ордена, и всеми тиран наградил себя самого. Потом тирана свергли, и он не то сам утонул, не то был утоплен в сточной канаве. Ордена долго переходили из рук в руки, пока два из них не оказались в коллекции некоего богача по имени Урмис, а третий был выставлен на аукционе ювелирных раритетов. Мой дед хотел купить его, вполне официально, но Урмис задрал цену так высоко, что пришлось отступиться.

– Жозеф Культя кому-то проиграл? Не могу поверить.

– Почему? Всякое коллекционирование – это игра. Дед относился к таким вещам спокойно. Но то, что случилось потом… Впрочем, эту историю я расскажу чуть позже, а пока, если вы отобрали все, что хотели, то, может быть, поедете наверх? Но предупреждаю, после пользования лифтом он автоматически блокируется, и заново запустить его не смогу даже я. Вернее, смогу, но это долгая и очень сложная процедура, так что вернуться за добавкой вы сумеете не раньше, чем через месяц. Не будете жалеть, что мало нахапали?

– Мне хватит и этого.

Я хорошенько закрыл сумку, закинул ее за спину наподобие ранца и пошел к лифту. Клерк, который слышал лишь мои реплики, потерянно семенил следом.

– Так вот, – продолжил рассказ Культя. – Этот мерзавец Урмис, став обладателем всех трех орденов, публично уничтожил два из них. Металл был расплавлен, камни отданы в перегранку. При этом стоимость оставшегося ордена возросла многократно, хотя, что значат деньги в таком случае? Дед был в бешенстве, и у господина Урмиса в самом скором времени начались неприятности. Через несколько лет он полностью разорился и был вынужден выставить орден на продажу. И вот ведь незадача, за день до того, как лоты были застрахованы, произошла кража, орден украли. Единственная за всю историю кража с аукциона ювелирных раритетов. Урмис покончил с собой – отравился или пулю себе в лоб пустил – не помню.

– А как звезда очутилась в вашей коллекции? – невинным тоном поинтересовался я.

– Что значит как? Любая пропавшая вещь рано или поздно находится.

Я согласно покивал.

Лифт поднялся на нулевой этаж. Дорогу к выходу я помнил, но позволил служащему проводить меня к выходу. В расчетный отдел, где я оставил адскую машину, заходить не стали. У выхода из банка никого не было, даже охранника, который так отчаянно опростоволосился, самолично втащив бомбу в охраняемое помещение. Не знаю, что с ним будет, но охранником он точно не останется.

Улица тоже была пустынна, хотя я кожей чувствовал, сколько внимательных глаз наблюдает за мной, ловя каждое движение.

Пикап стоял на месте. Я уселся за руль, сумку с добычей положил на колени. Так или иначе, спускать с нее глаз не стоит. Подменить могут в любое мгновение.

– Все идет сообразно с вашим планом? – осведомился голос в клипсе.

– Да.

– Замечательно. С моим планом происходящее тоже согласуется, хотя мне пришлось немало импровизировать.

– Скажите, Жозеф, вам, наверное, очень одиноко. Вы глава огромной империи, но вам, должно быть, не с кем поговорить по душам. Иначе вы не беседовали бы со мной сейчас.

– Не воображайте о себе слишком много. Найти собеседника, даже для разговоров на самые щекотливые и приватные темы, очень несложно. И потом, когда надобность в исповеднике отпадет, его можно будет просто ликвидировать.

– Какой же это будет собеседник?

– Такой же, как и вы. Вас я тоже собираюсь ликвидировать.

– Если получится.

– Не беспокойтесь. Прежде это у меня получалось всегда.

Я въехал на территорию космопорта. Здесь тоже было на удивление пустынно. Остановился, не доезжая корабля, который уже называл своим. Закинул сумку за спину и дальше пошел пешком. Мой звездолет назывался «Друг читача». Не знаю, что это значит, но название мне определенно нравилось.

– Здесь я должен буду с вами попрощаться, – сказал я Культе. – Мне не хотелось бы проносить на корабль вашу технику. Понимаю, что вы успели наставить там жучков больше, чем нужно, но порядок есть порядок. И, разумеется, после первого же прыжка корабль я почищу. И себя – тоже. Наверняка вы обработали меня информационным аэрозолем. Скорей всего – в лифте. Ничего летального там быть не могло, на такое вмешательство среагировал бы взрыватель. А всевозможные нанопередатчики вполне допустимы, иначе я не мог бы сейчас общаться с вами. Можете не отвечать, но полагаю, что наноботов во мне сейчас больше, чем кишечной микрофлоры. А ваш управляющий банком, бедняга, попал под раздачу вовсе напрасно. Фонит сейчас, должно быть, на всех диапазонах.

– Уже не фонит, – постно сообщил Культя.

Он немного помолчал и добавил:

– Слушайте, Мартин, может быть, вы все-таки сдадитесь? Положение ваше безнадежно, вы даже представить не можете, в какую анекдотически глупую ситуацию попали. Так к чему множить трупы?

– Прежде всего, все трупы на вашей совести. Я никого не убивал. Ваши сотрудники были казнены по вашему приказу. Меня мало интересует их судьба. Неужто они не знали, на кого работали? Или они полагали, что можно быть честными мафиози?

– А сами-то вы – кто?

– А что я? Я вор и этого не скрываю. Если меня поймают, я получу по заслугам. Не поймают – куплю домик на Культауне и займусь выращиванием роз. Но преступником от этого быть не перестану. Точно так же, как и вы. Прощайте, коллега.

– До скорого свидания, – поправил Жозеф Культя.

«Друг читача» встретил меня дружным кудахтаньем экипажа. Оказывается, полчаса назад в библиотеку ворвались какие-то люди, принялись что-то грубо требовать, но через пару минут также неожиданно исчезли, не извинившись и ничего не объяснив.

– Вам еще повезло, – мрачно сказал я. – Эти типы могли вас и в наручники заковать.

Далее я поведал, что именно здесь находится бандитское гнездо Жозефа Культи, и никто из честных граждан не может чувствовать себя в безопасности на этой планете.

– …посмотрите на меня. Не далее как сегодня утром я лишился всего своего имущества. Автомобиль, палатка, кухонный синтезатор и, главное, – пожертвования простых крестьян, которые я собирал на построение храма. Потеряно все, у меня осталась только эта сумка, и если я не улечу немедленно, то лишусь не только ее, но и самой жизни. Громилы, врывавшиеся к вам, из той же шайки… думаю, они скоро вернутся.

Неудивительно, что через двадцать минут «Друг читача» стартовал, даже не поставив в известность службы космопорта.

Я забросил сумку в каюту, которую выделили мне добрые самаритянки, и пошел в рубку, узнать, в направлении какой системы мы будем совершать первый внепространственный прыжок. То, что я увидел в рубке, едва не заставило меня споткнуться о несуществующий порог.

За свою жизнь я повидал всякие космические корабли. Как-то даже довелось прокатиться в атмосферной капсуле со встроенным гипердвигателем от межзвездного крейсера. Контрабандисты любят ставить на старые грузовые тихоходы мощнейшие гоночные двигатели, а уж владельцы роскошных яхт извращаются самыми немыслимыми способами. Так что я ничуть не был напуган допотопным видом передвижной библиотеки. Но, оказавшись в рубке, я не увидел никаких следов переделки и самопальных улучшений. «Друг читача» оказался обычным подержанным планетолетом, какие курсируют кое-где на местных линиях, но за пределы своих систем не пытаются высунуть и носа. Совершить на таком межзвездный перелет – то же самое, что переплыть океан на резиновой лодке.

Теперь понятно, что имел в виду Жозеф Культя, когда говорил об анекдотическом положении, в которое я попал. Братва, посланная им, успела определить, что корабль, на котором я собираюсь скрыться, летать не может по определению.

Но откуда, в таком случае, прибыли библиотечные старушки? В системе Культауна всего одна планета, остальное – космический мусор, не стоящий упоминания.

Или это ловушка для таких, как я, для желающих поскорей скрыться с Культауна? Недаром Культя был так уверен, что мы скоро свидимся.

Отчаянным усилием я попытался взять себя в руки. Не может этого быть! Бредни о заранее подстроенных ловушках и о гипердвигателях, демонтированных за две минуты, попахивают паранойей, а параноики в моем ремесле долго не живут.