Искусство разрушения

Бэзел кивнул, подкрался к стене.

— А ты, Соломон — постарайся собраться с силами, здоровяк. — Доктор кивнул, думая о чем-то своем. — Думаю, тебе это может понадобиться.

Соломон тяжело опустился на пол, выглядя абсолютно растерянным в этом инопланетном месте.

Роза вздохнула.

— Так каждая из этих пещер что-то вроде сейфа, да?

— Сейф, внутри сейфа, внутри сейфа. Стало быть, нужна хорошая сигнализация, верно? Нечто, что могло бы засечь возможных незваных гостей на большом расстоянии. И как это можно сделать?

— Учуять загрязнение атмосферы космическим кораблем, — осознала Роза. — Корабль Фальтато.

— Он пробудил это, привел в состояние готовности, — подтвердил Доктор.

— И в результате парни Финна, откапывающие туннели, оказались все равно, что взломщик, подбирающийся к сейфу с динамитом, — поняла Роза. — Включили сигнализацию, пробудили магму.

— Неплохое сравнение. И, готов поспорить, взломщик у нас тут действительно есть — Фальтато. — Доктор нахмурился. — У меня складывается впечатление, что он знает что-то, чего не знаем мы. В смысле, кроме знания того, каково это, носить брюки с пятьюдесятью штанинами. Он наблюдал за стражами, оценивал их рефлексы. Что он задумал? А?

— Как бы то ни было, он должно быть, счастлив, что мы прокладываем свой путь бегства здесь, — заметила Роза.

Он нахмурился.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, мы ведь вскрываем для него все сейфы, разве не так? — Словно бы в доказательство ее слов каменная стена раскрылась с теперь уже знакомым, но не менее оглушающим ТРЕСКОМ, и оба они подавились густой пылью. — Странно. Почему он не идет за нами?

— Скажу тебе еще кое-что слегка странное, — произнес Доктор. — Это глубочайший сейф, самые ценные вещи должны быть здесь — логично, верно? Так почему же здесь нет запечатанных с ними стражей, ждущих, чтобы вцепиться в ноги незваным гостям?

— Там тихо, — крикнул с другой стороны пещеры Бэзел, голос его эхом разнесся по пещере. — Гробовая тишина.

— С чего бы им так просто сдаваться? — Поинтересовалась Роза, перед тем, как ее осенило. — Может быть, ты их напугал. А может быть, они знают, что не ты тут настоящий злодей — в смысле, ты ведь не на самом деле совершаешь взлом, да? Ты используешь отвертку, вроде как запасной ключ, чтобы открыть дверь.

Доктор не выглядел убежденным.

— Или же стражи ждут — работают по какому-то плану, как Фальтато. — Он вгляделся во влажную тьму следующей пещеры. — Вопрос в том, чего они ждут?

— Это твой вопрос, — живо ответила Роза. — Мой в том, откуда взялось помещение, полное заплесневевших древних скелетов? — Дрожь пробежала по ее спине. — И как далеко нам еще идти через эти пещеры, пока мы доберемся до выхода?

— Это два вопроса. Мухлеж. — Доктор, прищурившись, посмотрел на экран. — Но, судя по «от А до Я», есть настоящий маленький лабиринт лавовых труб по ту сторону этой пещеры, ведущий на запад. Должен вывести нас около того места, где впервые озолотило Канджучи…

— И где тот гриф проделал дыру в стене, — припомнила Роза.

— Мы не можем туда вернуться, — с жаром произнес Соломон.

— Это единственный путь, — сказал ему Доктор.

— Однако, тот гриф, — произнесла Роза. — Зачем он проделал дыру? Ведь эта сообразительная магма, скорее всего, хотела бы сделать то место более прочным, никак не менее.

— Не похоже, чтобы там хранились какие-нибудь произведения искусства — но, я думаю, что эта пещера немного особенная. — Искорка покинула глаза Доктора, взгляд его приобрел твердость и серьезность. — Когда системы были приведены в действие, магме потребовалось больше стражей — ей нужно было выбраться наружу, завербовать големов для дела, и она хотела, чтобы они были способны пробраться в эти пещеры… — Он коснулся языком зубов и с присвистом выдохнул. — Все-таки, какая жалость, все это дело с Финном. Я ведь думаю, что он на самом деле хотел спасти мир. Вместо этого, данное его маленькое агро-подразделение может оказаться как раз тем, что мир и уничтожит.

* * *

Адиэл не слышала ничего, кроме выстрелов, гадая, какой из них достигнет цели, гадая, как быстро она умрет. Финн разогнался, превратив рычание двигателя в неистовый рев. Они соскочили с мощеного перекрестка на покрытую опилками дорожку, затем на земляную дорогу. Адиэл не поднимала головы, ощущая, как ветер теребил ее длинные косички за спиной, когда Финн направлял джип из стороны в сторону — резкими, паническими рывками руля, грозящими выбросить ее наружу. Если пули не убьют ее, то падение на такой скорости точно это сделает. И если все-таки она умрет не сразу, магма формы просто подкатятся и заберут ее к себе, покроют ее кожу своим золотым саваном…

— Думаю, мы оторвались, — крикнул Финн, его голос, словно оплеухой, вернул ее к реальности.

Она повозилась с ремнем безопасности, защелкнула его трясущимися руками.

— Финн! — Закричал им вслед один из мятежников. — Проклятье, Финн, вернись сюда, ты, с…

Рев двигателя заглушил его слова.

— Он узнал вас, знал ваше имя, — осознала Адиэл.

— Я… я ведь Директор здесь, — выкрутился Финн. — Конечно же, он знал обо мне.

— Давайте просто поедем к главным воротам, — дрожащим голосом произнесла она, не смея поднять головы.

— Мы проехали мимо, — сказал Финн. — Слишком много големов. Не только охранники, но и собаки и гиены тоже — все дикие животные вокруг вулкана оказались подходящей мишенью для этой силы. Нам ни за что не прорваться. — Он сердито потряс головой. — Нам нужны вооруженные силы. Здесь нам нужна помощь, иначе же мы все потеряем. Все.

— Не думаю, что мне много чего осталось терять, — произнесла Адиэл, глядя вниз на свои сжатые кулаки. Костяшки ее пальцев бледно выделялись сквозь темную кожу, словно крошечные глаза, глядящие на нее. — С тех самых пор, как я потеряла своих родителей в Мунду, из-за мерзавцев, подобных тем людям. — Она помолчала. — Людям, с которыми вас видели общающимся примерно в то же время, — тихо добавила она.

Он не ответил, и, повинуясь какому-то неожиданному порыву, она подняла взгляд — как раз, чтобы увидеть двух массивных, сгорбленных големов, выходящих, волоча ноги, из-за главного комплекса наперерез им. Спустя секунду она узнала в одном из них работника службы безопасности. Он каждый вечер улыбался ей, когда она уходила — ей никогда даже в голову не приходило узнать его имя. Теперь та дружелюбная улыбка была искривлена в безумную гримасу. Позади него был кто-то, кого она не узнавала. Должно быть, мятежник. Она планировала воспользоваться помощью Улыбчивого в поимке подобных ему — а теперь они объединились, чтобы устроить засаду на нее.

— Нет! — Крикнула она, когда Финн продолжил ехать прямо на них. Они не попытались убраться с дороги. Это было, словно столкнуться с двумя деревьями, одно сразу за другим. Силой удара големов отбросило на несколько метров в воздух, а джип потерял управление.

Казалось, что время замедлилось. Финн кричал, джип кружился вокруг оси, описывая большой круг. Адиэл увидела огромную кучу металлических канистр, составленных рядом со складом — «какого черта они там делают?» — и с сокрушительной неизбежностью осознала, что они врежутся…

Звук столкновения был похож на металлический гром, звон и лязг стоял такой, словно звучали колокола преисподней. Канистры посыпались сверху на джип. Одна из них ударила ее по затылку, выбив из ее головы все, кроме чрезмерной, жгучей боли. Хотя джип, наконец, содрогнувшись, замер, перед глазами у нее все закружилось еще быстрее.

— Адиэл? — Задыхаясь, выдавил Финн. — Нам нужно выбираться отсюда. Он поворачивал ключ зажигания, но мотор не включался. — Прямо сейчас.

Она вгляделась вперед в пятно яркого света, отбрасываемого лобовыми лампами. Словно бы извивающийся золотой поток раскрылся в земле перед ними.

— Что это? — медленно спросила она, чувствуя привкус крови у себя во рту.

— Думаю, это муравьи, — прошипел Финн. Он дергал ее ремень безопасности, пытаясь отсоединить его. — Африканские муравьи, целая колония. — Он боролся с ремнем, но тот не поддавался. — Мы прямо у них на пути. Даже если бы они не были големами, они могут на клочки нас разорвать!

* * *

Фальтато протащился назад сквозь пещеру человеческих костей, вдоль по узкому проходу, по направлению к маленькому отверстию, проделанному им в каменном обвале, и, наконец, в главный туннель. Он был рад тому, что его братья по Гадропилатическому Братству не могли его сейчас видеть. Многие из них убить были готовы за то, чтобы увидеть его стоящим на коленях в высохших экскрементах — и устроить полноценную резню, в случае, если они окажутся свежими.

«Обыкновенная зависть», — сказал он самому себе. — «У них нет твоей устремленности. У них нет твоих навыков».

У них, мерзавцев, точно нет его долгов.

Он вытащил мезо-сенсор из сумки на поясе, и поцокал вперед по туннелю. Появление этого нахального Доктора беспокоило его. Очевидно, что он был кем-то вроде экспертного представителя, и, конечно же, его скрытые планы походили на его собственные — но на кого он работал?

Что ж, не имеет значения. С ним можно будет разобраться в свое время. Двуногие были общеизвестно хрупкими существами. Так легко повреждались.

Если бы только эта горная система обладала противоположными качествами — сеть туннелей, должно быть, едва ли не рушилась им на головы. Его печалило использование тяжелых строительных инструментов в подобных обстоятельствах. Если он обнаружит Лона Венеру, только чтобы раздавить ее под тоннами камня…

Дома ему за это устроят. Предполагая, что он выживет на достаточно долгий срок, чтобы вернуться…

Теперь, когда он оценил деградацию системы стражей, подсчитал время их активации, и был уверен в том, что это на самом деле был последний сохранившийся лабиринт искусства Вальнакси, ему всего лишь оставалось установить местонахождение охранной пластины, и его работа здесь будет окончена. Но что-то не давало ему покоя. Поведение этих стражей абсолютно согласовывалось с теми, которых ему приходилось встречать раньше при взломе лабиринтов, вот только…

Он нахмурился. Все было едва ли не слишком постоянным. Словно бы эти стражи разыгрывали перед ним спектакль. Словно бы в них было что-то еще, незаметное на первый взгляд…

Перебираясь через особенно большой холм осыпавшегося камня, Фальтато уловил тусклый золотой свет. В потолке была дыра, сквозь которую он видел россыпь незнакомых звезд, и отдаленный бриллиант корабля, зависшего на орбите. Но это не объясняло, почему его ноги отливали оранжевым.

Он хлопнул по мезо-сенсору одной клешней и тот важно загудел. Фальтато глянул вниз на тусклое сияние, чуть усилившееся, осветив своим теплом темные трещины. Он стоял поверх охранной пластины.

И она была похоронена под тоннами камня.

— Ох, что ж. Я сделал все, что мог, — утешил он себя, выбрасывая свой язык наружу через дыру в потолке. Как только он закрепил его вокруг камня, он начал подтягивать себя вверх, в предвкушении щелкая всеми четырьмя клешнями одновременно.

Пора было проводить вниз его спонсоров.

Глава двенадцатая

Роза гадала, увидит ли она еще когда-нибудь дневной свет, или же перед глазами у нее теперь навеки все будет красным. Она была измотана, издергана недостатком сна. Проход все вился и вился до бесконечности, неуютно тесный и узкий. Она, Бэзел и Соломон молча шли друг за другом, возглавлял их шеренгу Доктор.

— Привет, — произнес он, резко остановившись. В стене пещеры была проделана дыра размером с пухленького лабрадора. — И что, по-вашему, могло это сделать?

— Толстая мышь-мутант? — Предложила Роза.

— До чего предупредительная мышь. — Доктор сверился со своим прибором. — Потому что эта дыра расположена как раз там, где она нам была необходима.

— Совпадение, — с тревогой произнесла Роза.

Доктор опустился на все четыре конечности и протиснулся сквозь дыру. Бэзел помог Соломону, который до сих пор находился в шоковом состоянии после тяжелого испытания с летучими мышами.

— О да. — Доктор огляделся вокруг. — Помнишь это, Соломон? Кажется, это было только вчера. А ведь только вчера это и было.

Соломон кинул испуганный взгляд, но ничего не сказал.

— Помещение роста, — прокомментировал Доктор. — То, в котором Адиэл наблюдала превращение Канджучи.

— Боже, эти штуки — грибы? — Спросила Роза, встревоженно глядя на небольшой участок, покрытый длинными побегами грибка.

— Не ешь их, — предупредил ее Доктор. — Для начала обломаешь себе зубы о золотое покрытие…

— Какое еще золотое покрытие? — Произнес Бэзел.

Доктор обернулся. Роза услужливо направила свой фонарь на грибы.

— Погодите-ка, — сказал он. — Когда я приходил сюда с Финном, это были грибы-големы. А теперь они вернулись к норме. — Он отломил один в ножке. — ДНК оригинала вернулась.

Соломон шевельнулся при этих словах.

— Почему грибок может это сделать, а люди — нет?

— Не знаю. Возможно, более простая форма жизни? Или, может быть, магма осознала, что грибы не самые грозные воители на свете, и вычеркнула их, как неудачную идею. — Доктор пожал плечами. — Кстати о плохих идеях, я хочу проверить заднюю часть этой пещеры.

Он начал осторожное продвижение — как раз в тот момент, когда помещение роста осветилось, будто бы фейерверком.

— Доктор! — Вскрикнула Роза, внутри у нее все сжалось.

Страж выскочил из норы мыши-мутанта, огромный и колышущийся, сияя, будто бы раскаленный добела. Бэзел вместе с Розой попятились назад — но Соломон остался стоять на месте.

Капля покатилась вперед по направлению к ним.

— Все назад! — закричал Доктор, игнорируя свой собственный совет и подбегая, чтобы оттащить Соломона на безопасное расстояние.

Слишком поздно.

Совершив неожиданный рывок, капля растянулась и обернулась вокруг руки Соломона. Соломон вскричал от боли, когда в течение каких-то секунд его засосало в распухающую, пульсирующую массу. Затем с той же быстротой капля ретировалась обратно в дыру, из которой пришла.

— Что нам делать? — крикнул Бэзел с обезумевшим, полным страдания взглядом.

— Мы отправимся за ними, — произнес Доктор, одновременно бросаясь к дыре.

Но как только он к ней приблизился, из дыры на изогнутых, узловатых ногах выбежало сияющее существо размером с кошку. Розу едва не стошнило. Когда-то эта тварь была скорпионом. Теперь же она была чудовищем из ночных кошмаров, предостерегающе помахивающим своими твердыми золотыми клешнями, шевелящим отвратительным золотым жалом высоко над своей головой. Еще один теснился позади, пытаясь выбраться наружу, скребя своим жалом по камню.

Доктор оглянулся на Розу и остальных.

— Без резких движений, — предупредил он их.

— Да вы издеваетесь! — прошептал Бэзел, когда из соседней пещеры процокал огромный сияющий паук, его массивные ноги подрагивали под весом разбухшего тела, когда он потащился по полу по направлению к ним, многочисленные глаза светились темным расплавленным золотом.

— Смена плана! — беззаботно воскликнул Доктор. — Ну-ка, кто-нибудь, резкие движения? — Метнувшись к дальней стене помещения роста, и в спешке подавив на своем пути грибы, он встал там и сложил из рук опору. — Дыра грифа в стене наверху вон там. Не останавливайтесь, пока не окажетесь в безопасности по другую сторону.

Бэзел вытер из глаз пот, который вполне мог оказаться слезами.

— А как же Соломон?

Жвалы паука отвратительно дернулись, когда он заскользил вперед. Два скорпиона выползли наружу, открыв взору следующего за ними третьего.

— Вперед, — настоял Доктор.

Бэзел оттолкнулся от рук Доктора и начал взбираться по стене.

— Мы действительно ничего не можем сделать для Соломона? — тихо произнесла Роза, опустив свой грязный кроссовок в его ладони.

— Остаться в живых, — сказал он, — и надеяться, что все может перемениться.

Скорпионы продолжали надвигаться на них, их клешни открывались и закрывались. Доктор и Роза быстро начали карабкаться вслед за Бэзелом.