Тихое место на востоке - 2

Пока Соник вел машину, проверил оружие – пулеметы, встроенные в капот, на регулировку отзывались, двигаясь из стороны в сторону, пулемет в багажнике тоже управлялся из кабины, встроенный прицел передавал изображение через проектор на лобовое стекло. Стрелять я не стал, мало ли кто услышит, но Сэй верил, раз она сказала, что все в порядке, так оно и есть.

Из стрелкового оружия я взял автомат внешников, спасибо ребятам, которые нас в плен захватили, а потом сами еле ушли, теперь такая штука была у каждого. С зарядами только проблема была, точнее говоря, непонятно было, когда они закончатся, поэтому к автомату парой пошёл мой старый, проверенный временем помповик.

До заправки мы доехали быстро, бетонная коробка со стеклянной стеной стояла нетронутой, внутри на стеллажах лежали чипсы, батончики и прочая вкуснятина.

- Зайдем? – Соник притормозил возле наливных автоматов, как ни в чем не бывало вышел из машины, словно мы просто путешествовали, выдернул пистолет из держателя, нажал на скобу – обещанного 95-го не было. Понюхал наливное отверстие. – Сухо. И не пахнет. Странное место, тебе не кажется?

Я с ним был полностью согласен. Легкий бронник от прицельной пули не защитил бы, но какое-то ощущение защиты давал, так что с автоматом наизготовку осторожно вылез, покрутил головой. Стеклянные двери в минимаркет были закрыты, даже табличка соответствующая висела. Несмотря на утренний час, над дверью горел фонарь, провод от него уходил на крышу, наверное, к солнечной батарее. Я чуть сдвинулся вправо, точно, на боковой бетонной стене была лестница.

- Посмотрю.

Соник важно кивнул, вскинул черный автомат – его масштабируемый пистолет висел в кобуре на боку, прицелился, повращался в разные стороны, показывая, что все под контролем, вскинул пять пальцев, потом четыре, три, два, один, сжал ладонь в кулак, ну а потом на крышу показал. Позер.

С автоматом было лезть неудобно, закинул его за спину, достал из поясной кобуры Глок – от зомби не спасет, а нехорошего человека на время остановит, и полез наверх. Солнца привычно не было, но металл отчего-то нагрелся, градусов до сорока, руки не обжигал, но все равно, старался долго за прутья не держаться. Перед тем, как моя голова показалась наверху, я левой рукой подцепил шлем, поднял его сантиметров на двадцать вверх, если кто захочет по голове шарахнуть, пусть это сделает сейчас. Но нет, никто не пожелал, я осторожно выглянул из-за бортика – крыша была пуста. На ней и вправду стояла черная солнечная панель, смотревшая прямо вверх, от нее провод шел к черной коробочке, а потом вниз, видимо, к тому самому фонарю. Вот так, солнца нет, а батарея – есть.

Аккуратно перелез через бортик, присел на корточки – с высоты четырех метров разглядеть удалось немногое. Вокруг никого не было, по крайней мере в пределах видимости. Действительно тихое место, в лесу еще были какие-то звуки, птицы и все такое, а тут как отрезало. И эта тишина гнетуще действовала на разум, хотелось, чтобы хоть что-то произошло. Словно прочитав мои мысли, Соник внизу начал напевать знакомую мелодию.

Je m’baladais sur l’avenue le coeur ouvert à l’inconnu

J’avais envie de dire bonjour a n’importe qui

N’importe qui ce fut toi je t’ai dit n’importe quoi

Il suffisait de te trier sur un cadaver.

Парень особо не стеснялся пел чуть ли не в полный голос пел, надо сказать, приятный такой. Аж заслушался. Песню я эту знал хорошо, спасибо учительнице французского в школе, с концовкой куплета Соник явно обошёлся слишком вольно. Но к месту.

- Ну что там? – спросил Соник, после того как допел, как под солнцем и под дождём есть все что угодно на Champs-Tranquilles.

- Никого не видно. У гипера стоят машины, но никто не входит и не выходит. А дальше изображение размывается. Странно, вроде до кластеров видимость лучше по прямой была.

- Ладно, бди, смотри, чтобы машину никто не угнал, а я пройдусь тут немного.

Но далеко Соник не ушел, стоило ему обойти бетонную коробку, как он свистнул.

- Бат, давай сюда. Уверен, такого ты еще не видел.

Да, такое и вправду я тут видел впервые.

На бетонной стене, гладкой, как по заказу, без окон, на высоте метра над землей был распят зараженный – судя по буграм на черепе, он только начал видоизменяться. Лысая, но все еще человеческая голова свисала на грудь, руки и ноги были прибиты к бетону костылями, которыми шлалы к рельсам крепят. Не знаю, какой силы должен был быть тот, который все это проделал. Одна шпала торчала прямо из груди, оттуда натекло немного жидкости, она на асфальте засохла в подобие лепешки. Рядом с фигурой мертвяка были краской из баллончика написаны буквы.

666 FTW

- Надеюсь, это не нам послание, - Соник ткнул пальцем в труп трупа, - мертвый окончательно. Как думаешь, что бы это значило?

- Надпись?

- Нет, как раз с ней все понятно. Беднягу этого зачем прибили? Я понимаю, рубер там, или кусач. А бегуна за что, они же почти безобидные. Этот вон даже кусаться не мог, смотри, зубы начали выпадать, а новые еще не выросли. Да и когти почти не утолщены. А это что?

Он оторвал от вполне приличной одежды, все еще остававшейся на теле зараженного, кусок, оказавшийся карманом, и на землю упала связка ключей.

- Что-то мне подсказывает, что замок где-то поблизости, - Соник поманил меня за собой, на стороне, противоположной той, по которой я взбирался наверх, оказалась белая металлическая дверь под пластик с замочной скважиной. Первый ключ не подошел, а второй – провернулся со скрежетом.

Внутри было тихо и тепло. По сравнению с улицей градусов на пять теплее, мы оказались в подсобном помещении среди коробок и упаковок с товаром. Тут и пиво было, вроде даже импортное, по крайней мере надписей на русском я не увидел. Но и Балтика присутствовала, куда ж без нее. Только этикетки были немного не такие, как я помнил.

Скоропортящихся товаров не было, даже колбаса в упаковках не вздулась, а немного осалилась, значит, хорошие в ней консерванты были, качественные. Пока я разглядывал все это богатство, а заодно следил, чтобы никто к двери не подобрался, Соник ушел вперед, покашлял, привлекая мое внимание, показал рукой куда-то за перегородку.

Там в кожаном кресле сидела женщина, лет сорока на вид. Спутанные волосы и огромный кровоподтек на лице особого вреда для здоровья не представляли, а вот стальной костыль в груди, пригвоздивший ее к креслу – очень даже. Но женщина была еще жива. Увидев нас, она дернулась, отчего из-под металлического стержня засочилась кровь поверх засохшей бурой дорожки, захрипела.

- Нет-нет, мы не из тех, - Соник поднял ладони. – Не дергайся, может, еще можно тебе помочь.

Он осторожно, чтобы не спугнуть, подошел к женщине, положил руку на лоб. Нахмурился. Взял стул, поставил напротив женщины, уселся так, чтобы оказаться с ней на одном уровне.

Мне показалось, что ей стало лучше – кожа чуть порозовела, в глазах появилось какое-то осмысленное выражение, губы зашевелились, словно она пыталась что-то сказать.

- Не торопись, - Соник достал фляжку, прижал к ее губам, женщина несколько раз глотнула. Сморщилась, ну да, живчик не самое приятное пойло. – Минута, и ты сможешь говорить.

Прошло даже меньше минуты, женщина закашлялась, изо рта вылетел кровавый ошметок, упал на пол прямо перед Соником. Тот и глазом не повел.

- Байкеры, - хрипло произнесла женщина. – Они были здесь недавно. День. Может два. Или три. Я не знаю, все как в тумане. Где я?

- Ты в безопасности, - медленно проговорил Соник, и как ни странно, женщина успокоилась.

- Мы здесь работали втроем, я, муж и дочка. Ей двадцать, у нас на каникулах, днём по выходным сидит на кассе, на ночь остается охранник, а мы уезжаем. Я не помню, что произошло, противный запах, муж вышел посмотреть, что случилось, и пропал. У дочери начались судороги, эпилепсия с детства, я залезла в аптечку, и видимо потеряла сознание. Когда очнулась, они уже были здесь.

- Кто?

- Байкеры, шестеро. Может больше, я не видела. Они мне тоже дали вот такую горькую штуку, сказали, что пару дней я протянула. И может, выживу, и меня можно будет продать. Но их главный, у него волосы в конский хвост забраны, сказал, что нет, уже превращаюсь в какого-то монстра. И тогда они прибили меня к креслу этой штукой.

Она скосила глаза на металлический штырь. Не знаю, если бы у меня такой из груди торчал, я бы в истерике бился, или давно уже помер, а она ничего так держалась, словно не в ней этот прут сидел.

- А дочь? – Соник осторожно похлопал ее по руке.

- Они увезли ее, - женщина всхлипнула. – Сказали, сгодится для опытов. Что у нее иммунитет. Кристиночка даже в сознание не пришла, так и лежала на полу, они ее вытащили наружу. Голова билась о ступеньку. Почему я еще живу! Спасите ее! Прошу! Спасите, она же еще ребенок совсем. Ей всего двадцать, а они ее за руки, по полу. Звери. Зачем.

- Спасем, обязательно спасем, - Соник улыбнулся, печально и одновременно ободряюще. И очень убедительно, даже я поверил. – Все будет хорошо, поверьте мне.

- Я тебе верю, - женщина уже не всхлипывала, только слезы текли из глаз, розовые, они стекали по щекам и капали на грудь. – Обещаешь?

- Конечно, - Соник кивнул. – А что-то еще помните?

- Да, тот, который всем распоряжался, с длинными волосами, говорил, что через четыре дня здесь будет караван. А ещё сказал, что через два-три дня какая-то перезагрузка, и надо обязательно успеть, потому что туман-убийца все сожрет. Что он хотел этим сказать?

- Ничего особенного, - парень покачал головой. – Обычные байкерские бредни. А теперь закрывайте глаза, а когда проснетесь, все вернется. И муж, и дочь, они будут с вами.

Женщина благодарно улыбнулась, прикрыла веки, задышала ровно. Только струйка крови сочилась из уголка рта. Соник улыбнулся, положил ладони ей на виски, чуть надавил. И резко крутанул голову вбок. Дыхание прибитой к креслу женщины прервалось, изо рта потекла струйка крови, с чернотой, тело обмякло и повисло на штыре.

- Она уже была мертва, - предупредил мой вопрос Соник. – Три-четыре часа, и начала бы кидаться на людей, кровь уже изменилась. Значит, она и муж обратились, а девочка осталась жива. Наверняка караван – тоже с этим как-то связан. Интересно. Как думаешь, что бы это значило?

- Неприятности, - твердо ответил я.

Глава 4

04.

- Никого не видно, - Соник залез вместе со мной на крышу, в бинокль осмотрел окрестности. – Те машины, которые около гипера, давно стоят. У одной вроде как разбито стекло, у другой дверь вырвана. А мертвяков не видно. Судя по ранению, нашу мертвую знакомую пришпилили к креслу часов пятнадцать-двадцать назад, на живчике протянула кое-как, ну и перерождалась потихоньку. Значит, до каравана еще два-три дня. Что будем делать?

У меня был свой бинокль, и видел я почти то же самое. Дорога шла мимо гипермаркета и уходила в жилой массив, расходясь улочками. Высотные дома стояли плотно, всегда удивляло это желание построить муравейник в чистом поле. Казалось бы, море земли, строй где хочу аккуратненькие малоэтажные дома, так нет, пихали везде эти многоэтажки. А то и в двадцать пять этажей свечку втыкали, вот как здесь – несколько таких домов стояли чуть обособленно, был виден высокий сварной забор, окружавший эту архитектурную группу. Элита, небось, жила.

На самом деле главной дорогой была та, что загибалась возле заправки и уходила дальше, через поле в лес. И знак стоял соответствующий, хоть и покоцаный сильно, в том направлении никаких жилых строений видно не было. А этот массив находился как-бы на отшибе, чуть больше два десятка высотных домов. Значит, где-то тысяч пять-шесть жителей тут было, кто-то остался дома, кто-то уехал по делам, кто-то друг друга съел, но несколько сотен заражённых должны были ходить туда-сюда. Пусть даже взять естественный отбор, пустоты быть не должно.

- Видимо, давно пустой стоит, - Соник кивнул моему невысказанному вопросу, - или туман тутпожирает всю зараженную органику. По большому счету, мы все заражены, и мертвяки, и иммунные, возможно, это какой-то аналог местной метлы, очищающей землю от пришлых.

- А птица? – напомнил я.

Парень развел руками, пожал плечами, изображая загадочность явления.

- Вопрос в другом – через ручей туман не перебирается, поэтому скорее всего – редко тут монстры появляются. Предлагаю смотаться в город, видишь след на асфальте? Кто-то газовал, и резина осталась на покрытии, значит, поехали они не в город, а по основной трассе. Туда лучше не соваться. А с обычными зомбаками мы разберёмся, просто так что ли у нас пулеметы и ракеты.

- Две. Неуправляемые.

- Две неуправляемые ракеты, - согласился Соник. – Или можем вернуться, и поехать всем кагалом, но по мне, так не лучший вариант, мало ли что тут поджидает, на Тундре легче удрать, чем на тягаче.

- Давай, - махнул я рукой. – Только чипсы возьму в магазине. В гипермаркет заглядывать не будем, проедем на другой конец города, вдруг там дальше дорога есть.

- Ага, и газировки захвати какой-нибудь. Колы или фанты, лучше фанты, люблю апельсины.

Пока я устраивал небольшой шоппинг, Соник бдил на крыше. Внутри магазина больше никаких неожиданностей не было, товар в таких местах долгоиграющий, правда, внутри была небольшая пекарня – духовка и прилавок со сдобой и слойками, но начинки там тоже были сплошная химия, хоть сейчас бери и ешь. Кофейный автомат не работал, устройство для считывания карточек, которых у меня все равно не было – тоже, так что на халяву я набрал минералки, энергетиков, всяких снэков и кондитерки. И фанты упаковку, Сэй в порыве трудового энтузиазма не так давно устроила в Тундре небольшой холодильник, который очень быстро продукты охлаждал, там мы держали всегда запас напитков.

- Ну ты и куркуль, - ехидно заметил Соник, когда я вывез полную тележку через боковую дверь. – Бат, сознавайся, в той жизни ты был прапорщиком.

- За закупки отвечал, - признался я.

- Вот чувствуется. Фанта – отлично! Кстати, обрати внимание, видишь дорога поворачивает, а та, которая к городу идет, там полоса?

- Ты хочешь сказать, они из разных кластеров?

- Сейчас узнаем.

Точно, дорожное покрытие пересекала трещина, перепад высот был всего несколько сантиметров, дальше, по бокам, его и вовсе не было видно под травой, которая с обеих сторон была практически одинакова, только эта полоска на асфальте и выдавала границу кластеров.

- Ничего необычного не заметил?

- Нет, - я покачал головой. – В кассе деньги российские, вроде не царь изображен и не Гитлер, да и товары, сам погляди, сделаны где надо.

Соник прочитал информацию на баночке фанты, кивнул.

- Значит, этот кластер из нашей подгруппы.

- Что?

- Ну в смысле, похожий. Поехали, посмотрим, что там дальше. А то машины какие-то необычные.

До гипермаркета было километра полтора, достаточно, чтобы те, кто останавливался на заправке и ехал дальше через лес, не заезжали в большой магазин за более дешевым товаром. Это расстояние мы проехали не торопясь, за пару минут.

Перед гипером действительно стояли машины немного непривычного вида. Во-первых, у колес практически не было разделения на диск и шину, только тонкая окружность показывала, где это происходит. И во-вторых, в некоторых вместо руля на приборной панели было что-то вроде джойстика. И сами машины были какие-то более обтекаемые, что ли.

Хозяев авто видно не было, фасад гипермаркета с огромными стеклянными дверями и окнами был основательно раздолбан, целых стекол практически не осталось. На многих зазубринах были видны следы чего-то бурого, наверняка – крови. Но внутри все было тихо, мы даже заглушили двигатель и постояли пару минут, держа выход и подьезды на прицеле, но и внутри, и возле магазина все словно вымерло.

- Бухта радости, - прочитал я вывеску. – Не знаю такой сети. Поехали, неуютно как-то здесь. Нерадостно.

Основная дорога шла через весь жилой массив, изгибаясь несколько раз, и в конце уходя в горку, на вершине которой стояла какая-то вышка. Мы проехали ее до самого выезда, но никого не встретили. Дома выглядели современно – первые этажи, примерно метров пять по высоте, были явно нежилого назначения, большие стеклянные витрины соседствовали с наглухо закрытыми ставнями. Окна жилых этажей были затемнены, через них ничего не было видно. Машин перед домами и на улицах почти не было, а те, что попадались, были или с разбитыми стеклами, или с другими, более существенными повреждениями.

- Ни одного трупа, - Соник уверенно объезжал препятствия. – Ни одного зараженного. Тьфу, сглазил.

Сразу после выезда из города основная дорога шла прямо, в гору, а еще от нее отходила второстепенная, вдоль границы жилмассива, уходящая к небольшому коттеджному поселку. По ней мы как раз ехали, когда на дорогу, преграждая нам путь, вышел первый зараженный. Первый, потому что за ним потянулись другие.

- Четыре топтуна, нет, пять, и лотерейщики, - считал Соник, остановив машину.

Можно было прорваться, передавив преграждающих нам путь монстров и насадив их на выдвижные арматурины, но парень чего-то ждал. Я нажал кнопку, пулеметы, спрятанные в капоте, выдвинулись, градус поворота небольшой, но при желании и рулем можно поиграть. Пулеметная установка над багажником тоже пришла в движение, спарка могла поворачиваться на триста шестьдесят градусов в автоматическом режиме, словно разбрызгиватель на грядке.

Словно подтверждая мои мысли, жиденький ряд мертвяков зашевелился, и на дорогу вышли два кусача. Прям как первый мой день в этом поганом мире, любят они меня. В зеркале заднего вида наблюдалась почти та же самая картина, только кусач был один.

Соник выругался и потянул из кобуры свой пистолет. Аккуратно положил его на приборную панель, поглядел по сторонам. Я тоже вслед за ним осмотрелся – по бокам было чисто, вдоль дороги шли канавы, до них было метров пять, развернуться проблемы не было. Вперед рвануть – тоже, зараженные стояли четко на асфальтовом покрытии. Только во обычно они не ждали, а сразу бросались, чтобы успеть сожрать иммунный деликатес, пока конкуренты не опередили, а тут чего-то ждали.

- Даю минуту, после этого начинаю стрелять, - Соник неожиданно высунулся в окно. – Время пошло.

Он и вправду вывел секундомер на лобовое стекло, причем аналоговый, секундная стрелка начала отсчет по окружности.

- Ты чего? – спросил я. – Они же человеческую речь не понимают.