Похищая жизни.

И тут я потеряла над собой контроль. Кровь ударила в виски, глаза заволокла пелена гнева. Последнее, что помнила, -- это оклик Девина, снова пытающегося меня удержать. Как оказалось, тщетно.

Девин

Алексис будто с цепи сорвалась, а я никак не мог понять, что с ней происходит. Уверен, за годы службы в Бюро она многое повидала, но сейчас обезумела и готова была разорвать насильников в клочья. Конечно, я и сам был на грани. Моя б воля, убил бы на месте малолетних подонков, но в отличие от напарницы сумел сдержаться.

Наблюдательнице все-таки удалось выкрутиться и кинуться в Музыкальную гостиную. От ее пронзительного крика задрожали стекла. Я тихо выругался и бросился ловить Брук. Вовремя. Иначе бы она их точно поубивала.

Одурманенные алкоголем и похотью юноши не сразу поняли, что происходит. Одного (как потом выяснилось, это был Остин) Алексис оттащила от Эрин и толкнула к стене. Второго не успела тронуть, так как подскочил я и сграбастал ее в охапку. Брук царапалась как разъяренная кошка.

Застигнутые врасплох, малолетние насильники растерянно переглядывались, не зная, как поступить: напасть или спасаться бегством. Эрин была без сознания, впечатавшийся в стену сын герцога тоже. Стараясь не смотреть на девушку, лежащую на софе, я пробежался взглядом по лицам парней. Закадычные друзья Остина. Как же герцог "обрадуется", когда узнает имена негодяев.

Наконец пьянчуги приняли решение. Презрев кодекс чести, испуганно переглянулись и бросились наутек, позабыв о друге.

Алексис продолжала брыкаться и поносить меня на чем свет стоит. Все еще не отпуская девушку, я уловчился достать из кармана артефакт и перевел стрелки.

-- Возвращаемся на четверть часа назад. Нужно исправить то, что ты тут натворила!

-- Да пошел ты! -- огрызнулась Наблюдательница, но сопротивляться перестала. По сосредоточенному выражению лица понял, что она готова к путешествию.

На этот раз мы вернулись в тот момент, когда Эрин шла навстречу Остину и его дружкам. Увидел, как Алексис и я выглядываем из-за двери, пытаясь разглядеть лица преступников. Оставалось только соединиться с прошлыми нами, чтобы устранить временную петлю, и можно будет отправляться обратно.

Я потянул Алексис в комнату. Соединение прошло быстро. Короткий миг, и вот уже настоящие мы выглядываем в коридор. Всего два раза в жизни я возвращался из прошлого в прошлое. Первый раз, когда по глупости изменил события, как сегодня это сделала Алексис, и должен был исправить ошибку. Второй -- когда Наблюдатель, с которым работал, решил, что ему все дозволено и он сможет безнаказанно влиять на ход истории. Тогда мне пришлось помешать напарнику и выдать того Совету. Дальнейшая его участь была незавидна.

-- Может, отпустишь, наконец?! -- взвилась Алексис. -- У меня уже все руки в синяках от твоих "нежных" объятий!

Но я решил не рисковать. Вдруг этой ненормальной опять что-нибудь взбредет в голову, рванет спасать Эрин во второй раз. Вновь откинув крышку часов, перевел время. Семнадцатое октября, шесть часов вечера. Именно в этот момент мы отправились в прошлое.

-- Возвращаемся, -- приказал я и потянул Брук за собой.

Вытолкав сопротивляющуюся девушку из воронки, закинул в кресло. Метил в стену, но Алексис повезло -- траекторию полета нарушила мягкая мебель.

Лестер Фад и Блейк по-прежнему стояли посреди огромного помещения, возле мраморного возвышения. Сквозь витражный купол, преломляясь на множество бликов, проникал тусклый сумеречный свет, дождевые капли громко барабанили по его цветной поверхности и сползали вниз.

-- Не смей меня трогать! -- верещала Брук, словно свинья "в предвкушении" скорой разделки. -- Или я...

-- Или что? -- усмехнулся и, повернувшись к начальнику, торжествующе произнес: -- Из всех наблюдателей Миствиля ты выбрал именно ее расследовать убийство Авроры. Боишься, что я попытаюсь изменить прошлое, а наша дорогая мисс Брук только что, нисколько не сомневаясь, его изменила. Если бы не я...

-- Алексис, это правда? -- ледяным тоном осведомился Адам.

Наблюдательница съежилась в кресле.

-- Да, -- ответила еле слышно и тут же, дерзко вскинув голову, затараторила: -- Их нужно было остановить! Я не могла поступить иначе!

Блейк бросил на девушку уничтожающий взгляд. Совладав с собой, сдержанно проговорил:

-- Так и знал, не следовало отправлять тебя на задание. Я совершил ошибку.

-- Вообще-то ошиблась мисс Брук, -- безжалостно выпалил я.

Алексис негодующе сверкнула глазами, ясно давая понять, что бы она со мной сделала, если бы ей представилась такая возможность.

-- Значит, тебе плевать, что эти твари поломали девчонке жизнь?!

-- В отличие от некоторых, я знаю свои обязанности, -- жестко отбил я. -- Ты же считаешь, что тебе все дозволено, идешь на поводу у эмоций!

Алексис ядовито зашипела, словно гадюка, у которой вырвали жало. Резко вскочила. Схватив кашемировую шаль, перекинутую через спинку кресла, устремилась к выходу.

-- Нужно срочно арестовать подонков! Их должны судить!

-- Их не будут судить, -- запрокинув голову и любуясь скользящими по крыше прозрачными каплями, тихо проронил Адам. -- Тебе прекрасно известно, герцог хочет избежать скандала. Мы должны были только узнать, кто надругался над девушкой, и мы это сделали. А решать, как поступить с насильниками, будет его сиятельство. Девин, имена!

Я назвал фамилии закадычных друзей. Знал их, потому как скандалы, связанные с этой троицей, не раз просачивались в газеты.

В комнате повисла гнетущая тишина. Брук оторвалась от двери и вернулась в кресло, одно из малочисленных, составлявших скудную обстановку мрачного помещения. Бессмысленным взглядом уставилась на подрагивающее от колебания воздуха пламя свечей. Девушка была огорошена словами начальника и не находила, что возразить.

Я молчал, погруженный в свои мысли. Сейчас меня волновало одно: как поступит начальник? Алексис чуть не провалила задание. Сдается мне, Адам предложит Брук отдохнуть, поехать на воды подлечить нервы и все такое. А дело Авроры передадут другому Наблюдателю. Например, мне.

Какое-то время Блейк безмолвствовал, видимо, обдумывал случившееся. Фад тоже разумно не лез в разговор, предоставив начальству самому разбираться со своими подчиненными. Я стоял, прислонившись к стене, и терпеливо ждал судьбоносного решения.

Наконец Адам повернулся к нам.

-- Ты прав, Девин, Алексис совершила ошибку. -- Хмуро глянул на девушку. -- Скажи спасибо Уистлеру, что спас тебя от тюрьмы. Ты не можешь вести дело Авроры...

-- Но... -- Брук аж привстала, в глазах появился знакомый мятежный блеск.

-- Тебе нужен напарник, который будет помогать в расследовании, а заодно следить, чтобы ты ничего не напортачила.

Я тихо выругался. Алексис тоже.

Блейк перевел недоуменный взгляд с девушки на меня, затем его осенило:

-- А ты, Девин, неспроста рассказал о промахе Брук. На тебя это не слишком похоже. Надеялся, я передумаю. Что ж, вынужден тебя огорчить -- я не изменю решения. Расследованием займется Кеннинг. Все, можете быть свободны.

Мы не шелохнулись.

-- Так и будете тут стоять, изображая немую сцену? -- раздраженно буркнул старик. -- Мне придется полночи потратить на отчет, чтобы оправдать тебя, Алексис, перед Советом и избежать твоего увольнения. Но если хочешь, можешь остаться. Почитаем книги или будем вышивать крестиком, а уважаемые члены Совета пусть сами решат, что с тобой делать. Без моего ходатайства. Только боюсь, как бы они не перемудрили с выводами и не отстранили тебя навсегда от работы, -- с откровенной издевкой закончил он.

Алексис все поняла. Поднялась и, внимательно изучая каменные плиты, сдержанно попрощалась:

-- Всего хорошего, мистер Блейк. Мистер Фад.

В мою сторону даже не взглянула. Я кивнул нашей эксцентричной барышне и подождал, пока она закроет за собой дверь, не забыв напоследок по своему обыкновению ею хлопнуть. Похоже, в детстве Брук не учили хорошим манерам. Шаги на лестнице постепенно стихли.

Мук совести я не испытывал. Любой другой Наблюдатель на моем месте поступил бы точно так же.

-- Не самый благородный поступок, Уистлер. -- Блейк достал из кармана трубку и начал набивать ее табаком.

Он же бросил!

-- В следующий раз я позабуду о клятве, данной Совету, и поведу себя достойно, как истинный джентльмен. Позволю этой выскочке делать все, что взбредет в ее бесшабашную голову: кромсать преступников, рушить наши планы, менять прошлое по своему усмотрению. Все ради прекрасных дам.

-- Хватит ломать комедию! -- взревел Адам, в порыве гнева едва не разломав любимую игрушку пополам. Демонстративно отвернувшись, принялся вышагивать вокруг мраморного постамента, посасывая чубук. Наверное, обдумывал, как объяснить выходку Брук вышестоящему руководству. Так ничего и не придумав, что-то проворчал себе под нос и поднял на меня глаза. -- Ты еще здесь?

-- Адам... -- начал было я.

-- Я уже сказал, делом Авроры займется Кеннинг. Он сумеет справиться с Алексис, будет ее сдерживать.

Да уж, такую сдержишь!

-- А ты иди, хорошенько выспись, на тебя смотреть тошно. И не дави на меня!

Продолжать полемику не имело смысла. Взяв плащ, перекинул через руку и направился к выходу. Уже у двери обернулся и сказал:

-- Ваша мечта исполнилась, мистер Блейк. Я до конца своих дней останусь вольной птицей.

Собирался покинуть башню, когда услышал за спиной тихий оклик Лестера:

-- Девин...

-- Что?!

-- Часы верни.

Я тихо выругался. Наивно полагал, что в пылу спора о них забудут.

Фад забрал у меня артефакт -- карманные часы, изобретенные более века назад одним гениальным магом. Именно с их помощью мы возвращались в прошлое и только они могли вернуть мне Аврору.

У входа в Бюро столкнулся с Ником. Рабочий день уже окончился, поэтому друг собирался домой отдохнуть. Прошлую ночь он провел у меня, пытался поддержать, хотя от его участия делалось только хуже.

Я хмуро кивнул ему на прощание и, накинув плащ, пошел в сторону Миддл-стрит.

-- Куда собрался? -- нагоняя меня, крикнул Росс. -- Твой дом в другой стороне.

Возвращаться в родные пенаты не было никакого желания. Там все напоминало об убийстве. А будуар матери хотелось облить керосином и сжечь!

-- Ты не ответил!

-- А разве обязан?!

В другое время Росс бы обиделся на такие слова и, послав меня, отправился восвояси. Но сейчас решил не обращать внимания на резкий выпад, оправдывая его моими расшатанными нервами. Я скривился. Еще не хватало, чтобы меня начали жалеть! Ненавижу это унизительное чувство!

-- Где собрался провести вечер?

-- Не знаю, -- ответил честно, так как сам не понимал, куда иду. -- Отправляйся домой, выспись. Ты двое суток на ногах.

-- И оставить тебя одного в таком состоянии? -- усмехнулся Ник. -- Это вряд ли.

-- Я в порядке.

-- Ну да! -- Заметив, что дождь усиливается, друг быстро произнес: -- Пойдем!

Я не стал спрашивать, куда и зачем мы направляемся. Просто поплелся следом, в глубине души радуясь, что Ник не уехал. Оставаться один на один со своими мыслями было невыносимо.

Миновав Трианскую площадь, главным украшением которой была Национальная галерея Миствиля, мы свернули в темный, пропитанный резким запахом нечистот проулок. Его достопримечательностью, в отличие от Трианской площади, была дешевая забегаловка. Хотел спросить, что мы здесь потеряли, но Ник уже скрылся за хлипкой дверкой, чудом державшейся на одной петле.

Покосившаяся дверь не обманула моих ожиданий: в таверне царили грязь и убожество, по скрипучему полу, словно неопознанные объекты, летали клочья пыли, странные ароматы доносились с кухни. Внутри было темно, лишь тусклые керосиновые лампы освещали вход, все остальное помещение утопало в вонючем табачном облаке.

Не говоря ни слова, Росс указал на ближайший свободный стол и растворился в полумраке. Я сел на лавку. Та, подозрительно заскрипев, накренилась на один бок. Пришлось сдвинуться на середину, чтобы восстановить равновесие. Стараясь отвлечься от грустных мыслей, попытался рассмотреть лица посетителей, но дымовая завеса делала пространство непроницаемым.

Наконец вернулся Ник, неся на подносе две кружки эля.

-- Пей, -- без обиняков начал он, опуская на стол стеклянную тару.

Я покорно исполнил указание, влив в себя отвратное пойло. Поморщился, машинально поискал глазами закуску, но ничего съедобного в поле зрения не попало.

Росс молча придвинул ко мне вторую порцию эля. Решил лечить алкоголем? Боюсь, это не поможет. Хотел уточнить, так и будем сидеть: я пью, Ник гипнотизирует меня заботливым взглядом, но не успел.

-- Сейчас еще принесут, -- обнадеживающе произнес приятель.

Вторая порция эля оказалась не такой мерзкой. Не бренди, конечно, но сейчас все сгодится.

Принесли наш заказ, состоящий из нескольких кружек все того же эля. То ли Ник поскупился на еду, то ли решил, что так я быстрее дойду до нужной кондиции, пришлось ограничиться алкоголем. Не помню, сколько раз подбегала служанка с подносом. После третьей порции я впал в прострацию и не отвлекался на посторонние предметы, сосредоточившись на стеклянных кружках. А их количество все увеличивалось.

Вскоре Ник решил, что я уже готов излить душу. Придвинулся ко мне и проникновенно спросил:

-- Хочешь поговорить об Авроре?

Я покачал головой. Не мог заставить себя не думать о ней даже будучи в опьянении, но и делиться переживаниями с другом охоты не появилось. Николас пожал плечами, мол, как знаешь, и сменил тему. Не удачно.

-- Что на этот раз учудила Брук? Видел, как она вылетела из башни вся красная, бормотала что-то о возмездии. Уж не тебе ли собралась мстить? Если так, я бы на твоем месте поостерегся.

-- Может, и мне, -- флегматично отозвался я. -- Пришлось заложить ее Адаму. Теперь очередь Алексис устраивать пакость.

-- Она пыталась их остановить? -- сразу смекнул что почем Ник.

Равнодушный кивок.

-- А ты помешал и позволил ублюдкам закончить начатое, -- продолжал двигаться по пути разгадки приятель.

-- По-твоему, нужно было дать Брук совершить самую большую ошибку в ее жизни? Я спас ее карьеру. А может, и жизнь.

-- Ну да, Алексис должна быть тебе благодарна, -- усмехнулся Росс.

Я недоверчиво прищурился.

-- Ты ее защищаешь?

Ник тут же занервничал и перестал язвить: