Сайтаншесская роза. Эпизод I

Невинный вопрос, но перемены разительные: меня резко отпустили из объятий и, схватив за подбородок пальцами, заставили посмотреть в мгновенно потемневшие глаза эльфа, у которого теперь виднелись клыки.

— Это точно лунный эльф?!

— Ниэль, — напряжённо произнёс брюнет, всматриваясь в моё лицо. — Я знаю, что это точно ты… но ты что, меня не помнишь?

— Нет, — как-то неуверенно ответила я, пытаясь найти что-то в его взгляде и понимая, что где-то я это лицо уже видела. И не только видела, но и… целовала?!

Бабушка моя сиреневый торигог, это как вообще? Почему я знаю, что я его уже видела, даже целовалась с ним, но я его в упор не помню?!

— Я не уверена, — невольно нахмурилась я и, не совсем понимая, что творю, протянула руку к его лицу.

Отпустив мой подбородок, эльф прижал своей рукой мою ладонь к своей щеке, не отрывая взгляда от моих глаз. А я всё смотрела, искала что-то взглядом в его лице, пыталась вспомнить, понять, что я его знаю. Я хорошо знаю этого эльфа! Имя… Мне нужно его имя!

Видя, что я так ничего и не могу вспомнить, эльф обвил руками мою талию, прижимая меня к своему телу, и, чуть наклонившись, упёрся лбом в мой лоб и заглянул в глаза. Теперь они были разного цвета: один тёмно-синий, а другой алый. Совершенно нереальное, завораживающее зрелище, но я-то видела его уже и раньше!

Осознание пришло внезапно, вместе с резкой болью, пронзившей виски.

— Остиэль!

— Я, моя маленькая, — уже нежно улыбнулся эльф, положив ладонь на мою шею. — Ты меня вспомнила.

— Ости… — Я даже не успела ничего толком сказать, когда от боли в голове просто померкли все эмоции, и я провалилась в темноту.

Мой организм был резко настроен против таких нервных потрясений и всё решил за меня, отправив моё тело в кратковременный (а может, и нет) обморок. А против организма, как я уже говорила, не попрёшь.

ОСТИЭЛЬ ТЕР НИК

— Так, только этого мне ещё для полного счастья не хватало, — буркнул я, подхватывая лёгкое тело эльфийки на руки.

И что значит этот обморок? Она так сильно рада меня видеть или… Ну конечно же Маркус наверняка закрыл все воспоминания обо мне! Вот же упырев эльф!

— И что это всё значит? — Я даже понять не успел, в какой момент молодой дроу оказался около меня, а в мою шею упёрлись три лезвия, те самые его любимые «когти». Как я и раньше успел заметить — хорошая реакция у этого эльфёнка.

— Нет, ну что опять? — закатил я глаза. — Убивать я её не собираюсь, чего паникуешь раньше времени? Если бы хотел, то давно бы убил, времени для этого было предостаточно. Танорион, расслабься, я ей не враг. Если хочешь, могу поклясться.

— Клянись, — кивнул дроу, не сводя с меня внимательного взгляда.

Пришлось поклясться собственной магией, а то пришлось бы до утра торчать в этом переходе.

— Всё, угомонился? — задрал я левую бровь после того, как клятва была принята. — Идём отсюда, пока тер Сент наше присутствие не заметил.

Пробираясь по многочисленным коридорам на третий этаж восточного крыла дворца, я то и дело ловил себя на мысли, что всматриваюсь в красивое лицо эльфийки и не могу дождаться того момента, когда она распахнёт свои прекрасные глаза. Да, я определённо соскучился по этой маленькой ехидне, особенно это чувствовалось, пока я находился совсем рядом с ней на протяжении последнего месяца, но не мог ничем выдать своего присутствия.

Любил ли я её? Нет, определённо нет. Такой, как я, не может принадлежать кому-то одному, такой уж у меня не только характер, но и склад ума. Но я недвусмысленно испытываю определённые чувства к этой эльфийке — нежность, тревогу за неё и безграничную благодарность.

Это маленькое несносное существо, будучи ещё ребёнком, спасла жизнь другому ребёнку, которому не повезло в жизни — он родился со второй ипостасью хамелеона. Изменчивая натура, изменчивая внешность… Слишком опасное существо, чтобы оставить его в живых, — так решили старейшины. Но маленькая принцесса сначала за меня испугалась, а потом сказала своё категоричное «фе» в их сторону и наложила такую защиту на меня, что ни с первого, ни даже с пятого раза её снять не удалось. А потом королева сказала, что я буду жить.

Жизнь… Нет, моя жизнь стала адом после ритуала Пробуждения. Меня, маленького и нескладного эльфика, боялись и ненавидели, так что пришлось быстро подстраиваться под новое русло жизни, если я вообще хотел жить. И ничего, с трудом, но подстроился, хотя о нормальной жизни можно было только мечтать. Единственной отдушиной была маленькая забавная эльфийка, спасшая мне жизнь и всегда утверждавшая, что меня она не предаст. И не предавала же, даже несмотря на влияние старейшин! Я всего-то на двадцать лет старше её. Правда, теперь намного больше.

Так, а чего это я в воспоминания ударился? Старею, что ли?

— Дверь открой, — попросил я эльфа, останавливаясь около ровной, ничем не примечательной на вид стены. — Там снизу второй камень слева, нажми на него.

— Я в курсе, — хмыкнул дроу, опускаясь на корточки. — Но зачем мы пришли в её бывшие покои?

— Танорион, пораскинь мозгами, — хмыкнул я, пока часть стены медленно, но без звука отъезжала в сторону. — Здесь нас точно искать не будут.

— Да будь моя воля, я бы сюда вообще не входил! — передёрнул плечами аронт, осматривая просторную спальню, выдержанную в довольно вульгарных цветах. Слишком много алого бархата, позолоты и прозрачного шёлка. Комната не эльфийской принцессы, а как минимум куртизанки, неудивительно, что Ниэль не согласилась сюда возвращаться. Мне это сыграло на руку — именно здесь я жил и прятался все последние дни.

Расположившись в глубоком кресле, я устроил эльфийку у себя на коленях и с удовольствием зарылся носом в её волосы, вдыхая такой знакомый с детства аромат. Да, этой маленькой эльфийки мне определённо не хватало. Вспоминать о том, что со мной происходило, когда я увидел её смерть, лучше не стоит, уж слишком тяжело мне тогда было.

— Ты ничего не хочешь объяснить? — раздражённо спросил дроу, устроившись в соседнем кресле слева от меня.

Он не сводил с меня напряжённого взгляда, замечая каждое моё движение. Далеко пойдёт эльфик!

— Сейчас вот это маленькое чудо очнётся, и примемся выяснять, кто, что, зачем и почему, — ответил я, легонько щелкнув ногтем по самому чувствительному месту эльфийки — по кончику уха.

Результат не заставил себя ждать — ушко раздражённо дернулось, а глаза эльфийки распахнулись. В тот же момент меня чуть не придушили.

— Ости… зараза, ты где был?!

— Тихо, маленькая, задушишь же! — против воли расплылся я в улыбке, в ответ прижимая к себе эльфийку. — Неужели ты сразу не поняла, где я был? Тебя искал!

— А почему же раньше не… — начала эльфийка, отпустив мою шею, но тут же замолкла и нахмурилась. — Маркус тер Лейн… я убью его!!!

— Может, мне всё-таки кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? — подчёркнуто вежливо поинтересовался дроу, поигрывая цепью в руках.

Ниэль повернулась к нему и расплылась в улыбке:

— Ри, знакомься, это Остиэль тер Ник, мой самый лучший друг и глава тайной разведки Эвритамеля.

— Бывший глава, — поправил я её, накручивая на палец кончик её хвоста из волос. — Меня сняли с должности и объявили предателем, когда я ослушался старейшин и отправился искать тебя.

— Ты так по мне соскучился? — ехидно улыбнулась эта зараза, теребя кольцо на цепочке, которое висело у меня на груди. Её кольцо. — Ты так его и не снял?

— Маленькая, как я мог? — ласково спросил я, откидывая непослушную чёлку с её глаз. — Навела ты шороху сначала своей смертью, потом своим воскрешением… Ты меня чуть с ума не свела. Неужели ты думала, что я не брошусь искать и забуду тебя? На старейшин мне плевать, ты же знаешь. Только объясни мне, почему ты меня сразу не вспомнила?

— Старейшины думали, что именно ты занял место Кристиана, — мигом погрустнела эльфийка. — Точнее, всё указывало на тебя, поэтому Марк заблокировал все мои воспоминания о тебе ещё в тот момент, когда я вспомнила, кто я. И за это я его придушу, сколько бы он ни извинялся.

— В этом я не сомневаюсь, — не удержался я от смешка. — И он правильно сделал, Ниэль. Представь, что бы ты думала обо мне, если бы я и до сих пор не объявился? Не вини его, маленькая, ты бы так же поступила на его месте.

— Да ну тебя! — Меня бесцеремонно ткнули локтем под ребра, но тут же крепко обняли. — Ости, как же я скучала…

— Я тоже. — Я вновь уткнулся в мягкие густые волосы и улыбнулся. — Заставила ты меня побегать по миру! И как тебя только к ятугарам занесло, а?

— Да так получилось, — хмыкнула эльфийка, удобно устраивая голову у меня на груди. — Думаю, обо всех моих похождениях ты знаешь?

— Знаю, — согласился я. — Ниэль, я в Эвритамеле уже чуть больше месяца и всё это время не только собирал информацию, но и приглядывал за тобой. Ты знаешь, что тебя уже восемнадцать раз пытались отравить?

— Что?! — подскочил дроу, о котором я, каюсь, временно забыл. — Это невозможно! Я бы тебя заметил, да и другие эльфы, живущие во дворце, тебя увидели бы или почувствовали на крайний случай!

— Малыш, что ты вообще знаешь обо мне? — хмыкнул я, глядя на дроу и копируя его черты лица.

Тот невольно вздрогнул, но взгляда не отвел. Ответила за него его наставница, требовательно дёрнув за цепочку:

— Ости, прекрати кривляться! Ри, вторая ипостась этого несносного эльфа — хамелеон. Это означает, что эта бяка очень переменчива как во внешности, так и в характере. Ты сам знаешь, что звериная ипостась проявляется и в эльфийской натуре, вот и у Ости то же самое. Так как магии у него почти нет — хамелеон зверюшка маленькая и безобидная, — то все его звериные свойства перекинулись на эльфийское тело. Я не знаю, как точнее это объяснить, это к Ташу нужно обращаться, но скажу проще: Ости может скопировать любого, хоть стенкой прикинуться. Причём скопирует не только внешний вид, но и вкус, и запах, и цвет.

— То есть… — задумался дроу на секунду и фыркнул: — Если он превратится в пирожок, то можно будет его съесть?

— Отравишься, — хмыкнул я и поправил объяснения эльфийки: — Я могу скопировать представителя любой разумной расы. Стенкой не прикинусь, но могу стоять около неё, и ты пройдёшь мимо и не заметишь меня. Знаешь, есть такие вещи, на которых ты не заостряешь внимания. Есть такие же люди. Я просто копирую их харизму или нужный мне запах.

— Ости, тебя опять понесло не в те дебри, — хихикнула Ниэль, играя с моей цепочкой. — Ты лучше мне скажи, что там с отравлениями, а?

— Шесть приворотных зелий в больших количествах, две порции слабительного, и десять раз тебе давали яд, — перечислил я без запинки.

Лицо Ниэль приобрело напряжённое выражение, но на вопрос решился ответить аронт:

— А как же кольцо, Эль? Оно не действует?

— Оно молчало всегда, — задумчиво произнесла эльфийка, разглядывая дракончика на пальце. — Ости, как так?

— Оно работает, маленькая, — улыбнулся я и пояснил: — Просто я всегда успевал обнаружить яд до того, как еду приносили тебе в комнату. Если любителей приворота и слабительного я вычислил, то с реальными отравителями возникли проблемы, я так и не смог найти того, кто тайком орудует на кухне. Маленькая, будь другом, больше не ешь у себя в комнате. Я понимаю, ты не любишь большие сборища, но там хоть риск минимален.

— Хорошо, — со вздохом согласилась Ниэль и не удержалась от того, чтобы не возмутиться: — И всё же почему ты раньше не показывался?!

— Ниэль, за тобой следят. — Хочешь не хочешь, а правду сказать пришлось. — Старейшины контролируют каждый твой шаг, подслушивают каждый твой разговор. Единственное место, где ты в относительной безопасности, — твоя комната. Но у потайного хода всё равно кто-то дежурит. Сегодня тер Сент просто не успел дойти до твоих покоев, я немножко его отвлёк и сам встретил вас.

— Хочешь сказать, что старейшины в курсе наших планов?! — От перевозбуждения или же от волнения дроу соскочил с кресла и принялся мерить шагами ковёр около кресел. — Вот засада!

— Да расслабься ты, — покачал я головой. — О вашей маленькой авантюрке со светлым знаю только я, вы сами прокололись. Вы, как я уже понял, вполне сформировавшаяся команда и знаете, как скрываться. Молодые, но шустрые…

— У тебя училась! — показала мне язык Ниэль. — Ости, что ты теперь делать будешь? Тебя же казнят, если поймают!

— Я буду здесь, пока ты не уедешь, — легонько щелкнул я её по носу, но тут же сбросил с себя всю весёлость. — Ниэль, тебе нужно уехать. И как можно быстрее.

— Это мы и так знаем, — заметил Танорион, усаживаясь вновь в кресло. — И уже даже знаем как.

— Не-а, — покачал я головой и посмотрел на Ниэль, которая внимательно всматривалась в моё лицо. — Я знаю, что вам нужно найти артефакт, пока дело не зашло слишком далеко, и честно, даже я понятия не имею, где он может быть. В наших библиотеках подобного нет. Тебе нужен либо имперский архив дроу, либо Мировая гильдия некромантов.

— То же самое говорил и Таш, — наморщила носик эльфийка, сложив руки на груди. — Думаю, после того, как разберёмся со светлыми, рванём к дроу, туда ближе всего.

— У светлых тоже задерживаться не стоит, — заметил я, разглядывая вульгарный зеркальный потолок. — Как только старейшины узнают о твоём категорическом отказе, да если ещё и принц подтвердит своё нежелание, то тебя тут же призовут обратно. И ты, естественно, не вернёшься, уж я-то тебя знаю. А наказание за непослушание — либо монастырь, либо изгнание.

— Что? — Кажется, челюсть аронта с гулким звуком стукнулась об пол. — Ты что, серьёзно?

— Ости, ты передёргиваешь, — нахмурилась Ниэль, задумчиво теребя кулон на своей груди.

Как я уже успел понять — если она что-то теребит, значит, нервничает.

— Ни капельки, — мотнул я головой. — Маленькая, пойми, старый уклад изменился после смерти твоей матери.

— Она не умерла! — резко перебила меня эльфийка, вскинув голову. — Она просто не с нами.

— Хорошо, пусть так, — согласился я. — Но Владычицы нет с нами больше двухсот лет, и власть со дня её исчезновения принадлежит старейшинам. И будет принадлежать, пока твоего брата не коронуют. Ниэль, тебе нужно либо ускорить их отношения с Керианэль, либо бежать отсюда, пока до тебя не добрались.

— Кто не добрался? — на всякий случай спросил Танорион, глядя на подозрительно затихшую эльфийку, сидящую на моих коленях.

— Да старейшины же! — не выдержал я. — Неужели ты действительно думаешь, что они просто прикидываются суровыми, а на самом деле любят наследного принца и принцессу? Да, может, так оно и было, но давно! Власть разъедает душу, Танорион, тебе ли этого не знать? Вспомни своих родителей. А здесь ещё хуже — кто откажется от власти над самым богатым государством Аранеллы? Правда, маленький просчёт — принц Маркус хоть и делает вид, но на самом деле их влиянию не поддаётся. И они это подозревают, вот и пытаются на всякий случай приструнить Ниэль, чтобы через неё воздействовать на Маркуса. Но он не глуп, и этот номер вряд ли пройдёт, но поверь, из-под контроля они её ни за что не выпустят! Хранители, да Совет уже давным-давно заключил соглашение с драконами о том, что принцесса Селениэль выйдет замуж за их кронпринца до достижения своего совершеннолетия! И если с её смертью обязательства были сняты, то с воскрешением ничто не мешает их возобновлению. Не получится воздействовать на кронпринца, они постараются повыгоднее её продать другому. Такова политика Совета, Танорион, а я такой участи Ниэль не желаю.

— И Маркус это допустит? — Глаза эльфа смотрели в пустоту, но лицо стало каменным.

Я же слишком поздно заметил, что Ниэль на моих коленях как-то подозрительно притихла, и продолжил втолковывать дроу прописные истины:

— А кто его спрашивать будет? Последнее слово принадлежит старейшинам, пока Маркус не вступил в права Владыки. А Ниэль просто сломают, и никто не поможет. Да, у неё сильный характер, но она по закону ещё несовершеннолетняя и у неё нет родителей! Малейшее неповиновение грозит наказанием, а если вы начнёте громить дворец, как и собирались, наказание будет более жестоким. Да, ничего сверхъестественного они сделать не могут, всё же она особа королевских кровей, но сослать в монастырь — запросто. А ведь эльфов нельзя держать взаперти, они там элементарно сойдут с ума…

— Ости, — меня перебил тихий голос эльфийки, чьи руки судорожно вцепились в мою рубашку, — заткнись.

Я осёкся на полуслове и взглянул на принцессу. Она сидела на моих коленях, словно один сплошной комок нервов, а по бледному лицу из крепко зажмуренных глаз стекали крупные слёзы. Кажется, я перестарался с прояснением ситуации… Вот олух!

— Маленькая моя. — Я ухватил её лицо ладонями и чуть приподнял так, чтобы заглянуть ей в глаза. — Ну что ты? Не плачь, всё будет хорошо, я не дам тебя в обиду!

— Многие… так… обещали… — всхлипнула девушка и, не выдержав, разревелась.

Я как ошалелый хлопал глазами и чувствовал, как сотрясается от рыданий её тело и как горячие слёзы скатываются по моей груди. Да уж, чтобы довести Ниэль до слёз, это нужно хорошо постараться!

— Эль, ну не плачь, а? — Слетев со своего места, аронт опустился на колени перед креслом и взял эльфийку за руки. — Слышишь? Всё хорошо, мы с тобой!

— Хранители, как же я хочу отсюда уехать… — всхлипнула девушка, прижимаясь к моей груди. — Ости, скажи, весь мир сошёл с ума? Сначала гильдии, потом Шайтанар, а теперь ещё и старейшины…

Ага, а вот про демона на данный момент ей вспоминать и не стоит. Не, хватит, я и так её слёз лет двести не видел и больше видеть не хочу!

Как бы меня, как коренного жителя Эвритамеля, эльфа и всё такое, ни должен возмутить тот факт, что наша принцесса носит печать кронпринца эрханов на своей ауре, но мне это фиолетово. Эрхан любит её, а она его? Да и Хранители с ними, старейшины и те похуже будут! Нет, если бы я не знал, что кронпринц Шайтанар действительно любит Ниэль, то я бы, конечно, оградил маленькую от такого общества, ибо это эрхан! Со всеми вытекающими отсюда последствиями. А так я уверен, что с ним она будет в безопасности, ибо своё демоны так просто не отдают. Но то, что между ними произошло… Ну это пускай они сами разбираются, в любви я не советчик.

Хорошо, хоть среди эльфов о её отметке знают единицы, а то беды не миновать.

— Ниэль, этот мир уже давно сбрендил. — Я поцеловал эльфийку в висок, чуть покачивая её у себя на коленях, как маленького ребёнка. — Просто на тебе, похоже, его окончательно перемкнуло. Я не знаю, за что тебе выпала такая сомнительная честь, но ты же справишься? Давай возьми себя в руки, и будем думать, как из этого выпутываться. Хотя чего тут думать? Полагаю, Маркус слышал весь наш сегодняшний разговор и завтра же прибудет сюда вправлять мозги старейшинам. Он ведь об их делах не знал?

— Ости, — сквозь слёзы послышался короткий смешок, — и в кого ты такой умный и сообразительный, а?

— В соседа, — подмигнул я аронту, который тут же незаметно вздохнул с облегчением, что его наставница начала приходить в себя. — Думаю, теперь, когда твой брат доподлинно всё знает, проблем с твоим отъездом возникнуть не должно. Построй глазки принцу при старейшинах, и дорога в Линелию для тебя открыта!

— Так и сделаю, — вздохнула Ниэль, вытирая мокрый нос о мою рубашку. — И если всё получится, то пусть принц Диотарей меня прикрывает, пока я мотаюсь к дроу.

— Нет, Эль, — покачал головой Танорион, — лучше пусть он тебя прикроет, пока мы смотаемся в Гильдию некромантов. А вот близнецы пусть устроят официальное приглашение к темноэльфийскому двору. Уж это они могут?

— Я с ним согласен, — кивнул я и заглянул эльфийке в глаза, обхватив её щеки ладонями. — А теперь, маленькая, давай-ка иди спать, хватит с тебя на сегодня переживаний. Завтра с новыми силами рванём в бой, я буду незаметно следить за вами на прогулке.