Посеяв ветер

Четвёрка засмеялась. За компанию улыбнулся и Алексей, попутно прикинув степень контузии при неблагоприятном исходе.

— Точно говорят, космос тесен. — Здоровяк повернулся к остальным. — Проследите за разгоном шестого и четвёртого. Вернусь быстро.

Тройка без лишних слов растворилась среди агрегатов. Проводив их взглядом, здоровяк протянул руку.

— Я Сибаур, Кара и Вацлав мои друзья. Идём, он будет рад знакомству.

— Кто?

— Супруг Кары, он командует дальнобойной артиллерией на нашем линкоре.

Несмотря на урчание в желудке, Алексей не отказался от предложения. Он всегда старался завести как можно больше знакомых. Здесь человек сам шёл навстречу, и не воспользоваться этим было глупо.

На орудийную палубу пробирались ремонтными тоннелями. Впервые оказавшись внутри царства техников, Алексей вовсю крутил шеей. Он и представить не мог, что для функционирования корабля требуется столько вспомогательных механизмов. Навстречу тянулась череда узких коридоров, подъёмных площадок и полутёмных помещений, забитых разнообразным оборудованием. Бесконечные трубопроводы, жгуты кабелей и сотни распределительных щитов, мерцавших разноцветными огнями, попадались на протяжении всего пути. Шли мимо целых залов с застывшими в ожидании своего часа ремонтными роботами. Насчитал с десяток модификаций, но особое внимание привлекла только одна. Алексей притормозил возле крупной, в несколько метров шириной, машины. Из чёрного корпуса выдавались мощные манипуляторы с различными насадками. Полукруглый контейнер, прикреплённый на спину, и несколько массивных двигателей, придавали машине форму земного жука.

— Это скрабер, — Сибаур хлопнул ладонью по манипулятору робота. — Создан для внешнего ремонта. По большому счёту тупое железо, требующее внешнего управления, но в нашем сарае вещь незаменимая.

— Слушай, — поборов приступ волнения, сказал Алексей. — Собака страшная, мамонт, сарай, откуда такие слова?

— Несколько месяцев назад летуны по ошибке собственный челнок грохнули. — Заговорщицкий тон Сибаура подхлестнул любопытство Алексея. — А там оказался великий мастер громкого слова. Сеанс связи записали, и с лёгкой руки связистов запись оказалась в войсках. Несколько минут отборной ругани сам слушал. Говоря по правде, значения многих слов никто не понял, но всем очень понравилось.

Вспыхнувшая было надежда на встречу с земляками угасла.

— О великий Потрясатель Вселенной, — уперев взгляд в потолок, молвил Алексей. — Войска твои не дошли до Последнего моря, зато язык твой добрался до звёзд. Спи спокойно, хан, я выполнил твою волю.

— Ты о чём? — не понял Сибаур.

— О великом кагане, — опережая расспросы, пояснил землянин. — Он был предводителем великой армии, завоевавшей полмира, и, как считают на моей родине, именно эта армия насадила так понравившиеся вам слова.

— Ничего не понял.

После сумрака технических залов яркий свет орудийной палубы ударил по глазам. Прищурившись, Алексей окинул взглядом боевую составляющую линкора. Ряд стоявших на пьедестале кресел, казенники орудий на массивных амортизаторах, стерильная чистота стального пола.

Если в технических службах большинство составляли резервированные специалисты, привыкшие к гражданскому образу жизни, то на орудийной палубе всё говорило о военной дисциплине. Закованные в скафандры повышенной защиты наводчики, словно изваяния сидели в креслах. Лицевые щитки откинуты, однако ни лишних движений, ни разговоров Алексей не отметил. В воздухе витала напряжённая готовность мгновенно вступить в схватку.

Вдоль помоста неторопливо шёл высокий мужчина в тёмном офицерском костюме. Майорские погоны говорили о его полномочиях. Высокий лоб, упрямый подбородок подчёркивали сталь в глазах офицера. Алексей безошибочно отнёс идущего к породе дерзких, волевых командиров. Таких встречал, такие являлись костяком любой армии.

— Здравствуй, Вацлав. — Сибаур по-граждански протянул руку. — Угадай, кого я привёл?

Вацлав с готовностью пожал протянутую ладонь, коротко кивнул Алексею, бросив быстрый изучающий взгляд, и, ни сказав ни слова, вопросительно посмотрел на друга.

— Алексей Вольнов, собственной персоной, — представил Сибаур, расплывшись в широкой улыбке.

Алексею показалось, что первым порывом Вацлава было заключить его в объятия, но офицер сдержался. Вместо этого широко улыбнулся, стиснул протянутую ладонь обеими руками.

— Рад встрече, — тепло поприветствовал он Алексея. — Вот кому я обязан за спасение супруги. Кара описала вас довольно точно. К сожалению, не могу оказать достойный приём, обстановка требует личного присутствия на главной орудийной.

— Не надо извинений, в первую очередь мы спасали себя.

— Но попутно спасли целый экипаж, — встрял в разговор Сибаур. — Скажи, Вацлав, как там Тиус?

— Противник рассеян, но отбой ещё не дали. — Он хотел что-то добавить, но вставленный в ухо прибор связи не дал этого сделать. — Слушаю.

Выслушав собеседника на том конце, Вацлав посмотрел на Алексея.

— Хочешь пальнуть из главного калибра? — Видя замешательство, пояснил: — Кара говорила, ты мучил техников расспросами о стрелковых системах корабля. Хочу отблагодарить тебя хоть как-нибудь, вот и предлагаю залп из главного калибра.

— На «губу» не загремишь?

— Куда?

— Тьфу, чёрт, — опомнился Алексей, — всё забываю. Не накажут за самоуправство?

— Идём, — не стал вдаваться в подробности Вацлав.

Укладываясь в кресло наводчика, испытал забытое чувство восторга, смешанного с детским нетерпением. Укутав тело, скафандр с мягким шипением загерметизировал швы. Одновременно с чмоканьем вакуумных присосок шлема включилось голографическое сопровождение боевого комплекса. На этот раз эффект присутствия не удивил. Яркие точки звёзд обступили со всех сторон. Внизу, медленно вращаясь, величаво проплывал Сарус. В глазах зарябило от множества меток, ведомых системой наведения. Десятки кораблей, патрулируя подступы, охраняли покой густонаселённой планеты. В отличие от истребителей, где определялись лишь близкие цели, системы линкора вели полный мониторинг пространства, хватая всё, что попадало в поле зрения приборов.

— Цель — астероид. — Голос Вацлава прокрался сквозь наушник скафандра. — Второй сектор.

Предварительный инструктаж пошёл на пользу. Алексей включил подсветку цели. Когда окружающее пространство прокрутилось по часовой стрелке, выведя на передний план несчастный астероид, он ощутил себя центром вселенной. Не обращая внимания на столбики цифр, говорящих о скорости, массе и множестве других параметров цели, уверенно толкнул джойстик. Приноравливаясь к его короткому ходу, случайно навёл целеуказатель на орбитальную станцию. Реакция системы была мгновенной, целеуказатель окрасился в жёлтый. Пиликнула трель, сообщив нерадивому стрелку о наведении на дружественный объект.

— Спокойно, — подбодрил Вацлав. — Доводи.

Алексей и не думал нервничать. Закончив доводку, придержал палец над кнопкой.

— Точно проблем не будет?

— Это последствия старой, как мир, катастрофы. Предположительно в системе было на одну планету больше, но до наших дней она почему-то дожила в виде астероидного пояса. Буи выявляют опасные из них, — пустился в объяснения Вацлав. — Этот угрожает сообщению, приказано разрушить. Кто именно нажмёт кнопку, значения не имеет, работай спокойно.

Алексей не видел, как, гася инерцию выстрела, сработали амортизаторы, почувствовал лишь слабую дрожь, прошедшую по палубе. Проекция разделилась, позволив видеть атаку посредством камеры на головке снаряда.

Неровная, блестящая острыми гранями глыба надвигалась с огромной скоростью. Только когда камень затмил всё изображение, Алексей понял, насколько он огромен. В следующий миг снаряд вплавился в породу и взорвался, развалив астероид на части.

— Вещь, — вымолвил довольный собой Алексей.

Потянулся к панели дезактивации скафандра, но прокатившийся по кораблю сигнал тревоги отдёрнул руку. Системы наведения вцепились в одинокую цель, показавшуюся из-за обломков разбитого Алексеем астероида.

— Говорит капитан, — раздался в наушнике незнакомый голос. — Приказываю уничтожить неизвестный объект. Огонь всем системам.

На перезарядку орудия требовалось время. Алексей понял, тащить его из кресла времени нет, и, пользуясь случаем, уставился на причину переполоха.

Включилось приближение, позволив рассмотреть корабль, или что это было, во всех подробностях.

Искусственный объект чем-то напоминал продолговатый слоёный пирог. Таких слоёв Алексей насчитал семь. Каждый светился изнутри не меняющим интенсивность светло-голубым светом. Между каждым слоем различалась узкая тёмная полоска, поглощавшая испускаемый свет. Зрелище было ещё то. Голубое сияние, словно туман, вливалось в тёмные, ненасытные полосы. Казалось, вся поверхность объекта течёт, создавая иллюзию нескончаемого движения. Ни надстроек, ни чего-то напоминающего двигатели не увидел. Бросив короткий взгляд на отчёты систем, Алексей невольно присвистнул. Длина объекта составляла два с половиной километра, высота и ширина сравнялись на четырёхстах метрах. Махина, провисев на месте несколько секунд, плавно двинулась к Сарусу.

В следующий миг на объект обрушилась мощь патрульного флота системы. Вспышки затмили звёзды. Системы отмечали всё новые и новые потоки снарядов и ракет, тянущихся к неведомому объекту. Феерия красок бушевала в полную силу.

Вскоре по линкору вновь прокатилась волна тревоги. Объект как ни в чём не бывало шёл прежним курсом.

В эфире поднялся шум. Кто-то просил инструкций, кто-то кричал об отказе оружия.

Всё смолкло в один миг, когда объект, превратившись вдруг в стремительную искру и покрыв за секунды огромное расстояние, вновь остановился, словно дразня нападавших. Алексей, неотрывно следивший за атакой, отметил, что корабль, не разворачиваясь, ушёл боком.

Эфир всколыхнулся от знакомого, властного голоса. Перехватив управление, адмирал отправил флот в погоню, оставив у планеты дежурное соединение.

— Вольнов, ты как?

— В норме. — Алексей с сожалением приготовился уступить место.

— Замена нужна?

— Пока справляюсь.

— Втянул я тебя.

Через пятнадцать минут отправленная погоня, добравшись до застывшего на месте беглеца, вышла на дистанцию залпа. Пространство вновь прочертила голубая искра. Огромный корабль, незнакомый с инерцией, словно играя, замер между планетой и оставшимся у Саруса флотом. Зависнув на долю секунды, он ринулся дальше.

Компьютер выдал траекторию его полёта, и Алексея прошиб холодный пот. Вцепившись в джойстики, он выстрелил одновременно со всеми, когда неведомый корабль завис в жалкой сотне километров от их линкора.

Проекция вновь разделилась, транслируя изображение с камеры снаряда. Не встретив сопротивления, снаряд прошил странный корабль насквозь и ушёл в пустоту.

На чужаке залп никак не отразился. Он без видимых повреждений продолжал висеть рядом. Между кораблями образовался огненный мост, проложенный стрелковыми системами линкора.

Видя, что стрельба не даёт результата, Алексей упрямо ждал перезарядки орудия. Дождавшись, судорожно вдавил гашетку. Орудие не подчинилось. Одновременно с волной холода, прошедшего по телу, отключилась связь. Следом отключилась проекция наведения. Затем погасло всё: и встроенные в откатники панели, и системы скафандров, и освещение. Обесточенный линкор погрузился в кромешную тьму.

На палубе стоял многоголосый гул. Свет переносных прожекторов освещал людские потоки, застывшие перед шлюзовыми створами линкора. Эвакуация шла отрепетированно-слаженно. В первую очередь на новый, прибывший из резерва корабль отправлялись боевые расчёты и командный состав. В последнюю — линкор покидали технические службы. Несмотря на их старания, реанимировать поверженный корабль так и не удалось. Электронная начинка под воздействием неведомого излучения безвозвратно вышла из строя.

На них обращали внимание. Отцепленный солдатами створ шлюза и два человека, идущих вдали от суеты и давки, притягивали взоры.

Шагая за адмиралом, Алексей приглядывался к людям. Разлуку с кораблём каждый из сотен стоящих в очередях переживал по-своему. Кто-то делал вид, что всё пустяки, кто-то, озираясь по сторонам, прощался с частичкой души. Алексей понимал чувства людей, чей временный, но уже привычный жизненный уклад сменился в один миг.

За иллюминатором катера медленно плыл орбитальный док. Чёрная Т-образная конструкция выглядела неуклюжим гигантом в сравнении с двумя пристыкованными к ней красавцами линкорами.

Хищные, рубленые носы, широкая корма и изящные надстройки в точности повторяли друг друга. Разницу между близнецами составляли яркая иллюминация одного и чёрные безжизненные контуры другого. Между кораблями, озаряя чернильную пустошь пламенем двигателей, сновали точки перевозящих экипаж катеров.

Алексей, сожалея, что знакомство оказалось столь коротким, мысленно простился с новыми знакомыми. Вспомнив данное себе же обещание, направился к сидящему у другого борта адмиралу.

— Адмирал, разрешите.

Дождавшись кивка, присел рядом.

— Могу я обратиться с личной просьбой?

— Слушаю.

— Я по поводу командира дальнобойных систем Стэйфера, — начал Алексей, но адмирал перебил:

— Вот что тебя волнует, — по-прежнему глядя в иллюминатор, то ли спросил, то ли утвердил он.

— Волнует меня многое. Наказание Стэйфера грызёт совесть, всё-таки пострадал он из-за меня.

— А сказать, что волнует меня? — так и не ответив на его слова, сменил адмирал тему. — Алекс Блэймер дал тебе верную характеристику.

Старик смолк, дав время подумать над сказанным. К Алексу Алексей относился в высшей степени положительно. Кроме того, считал его самым близким здесь человеком, весть о негативе с его стороны неприятно кольнула.

— Что же вас так взволновало? — спросил Алексей, не веря в возможное предательство.

— Твоё умение находить проблемы там, где быть их не должно.

Он и сам прекрасно знал эту особенность своего организма, а услышав слова адмирала, лишний раз убедился, что не зря уважал Блэймера.

— Можно начистоту?

Расценив молчание адмирала как согласие, продолжил:

— Проще всего кого-то обвинить и повесить на него свои проблемы.

Эмоции, нечастый гость на лице адмирала, вырвались наружу. Старик расхохотался, разгладились глубокие морщины, омолодив адмирала на добрый десяток лет. Отсмеявшись, он посмотрел Алексею в глаза.

— Если я свалю на тебя хоть четверть моих проблем, ты просто сойдёшь с ума. Поверь на слово.

— Тогда в чём дело?

— Думаю, почему именно ты все время в центре событий? В центре странных событий, — поправился он.

— Я бы с радостью оказался где-нибудь в Сочи, — искренне поделился Алексей.

— В том-то и дело, что с радостью, — изрёк старик и вновь сменил тему: — Этот корабль — твоё мнение?

— Это чужаки, но не те чужаки, с которыми вы воюете.

— Ты тоже с ними воюешь, — поправил адмирал. — А теперь подробней.

— Что мы имеем? — начал Алексей. — Невиданной формы корабль, который в одиночку уделал целый флот. Будь у руконогих такие технологии, всё было бы давно кончено.

— А если экспериментальный образец? — возразил адмирал.

— А какой смысл гонять его по задворкам, когда огромная станция торчит в блокаде? Тем более при атаке на наш линкор жертв среди людей не оказалось. А глядя на Лайлону, в благородство противника верится с трудом. Потому и думаю, что это другие чужаки.

— Что им здесь надо? — вновь отвернувшись к иллюминатору, пробурчал старик.

Приняв слова за вопрос, Алексей пустился по скользкой дорожке гипотез и домыслов. Связанное с недавним боем напряжение детонировало повышенную словоохотливость, и Алексей, вслух поразмышляв на предложенную адмиралом тему, плавно переехал на всё остальное. Редкое желание выговориться возникло именно сейчас, и он, не обращая на молчание старика внимания, нёс всё, что лезло в голову. Проехался по болезненной теме высоких потерь, по недочётам и ошибкам командования.

Словесные потоки прервал раздражённый голос адмирала:

— Ты когда-нибудь замолчишь?

Алексей запнулся на полуслове. Поняв, что наговорил много пустого, отправился на своё место.