Время платить по счетам

— Замечательно. Значит всё идет хорошо? — улыбнулся я.

— Не совсем, — досадливо поморщился Ашот. — Каданников два дня назад вышел из отпуска. Вчера меня предупредили. С четвертого квартала планируют сократить нашу квоту до сотни автомобилей. Это, примерно, в пять раз меньше от имеющейся сегодня. Наши люди на заводе сообщают: опять Борька со своей гоп-компанией воду мутит.

— Понятно, — скривился я. — Тоже будем решать. Поедем на завод завтра. У нас есть козыри, которые можем предъявить и щелкнуть по лысине мелкого суетливого беса, пардон, великого ученого и по совместительству коммерсанта, Бориса Абрамовича Березовского. Анна созвонись с приемной Каданникова и уточни, когда он может принять меня и Ашота.

— Сразу после совещания позвоню, — пообещала секретарь, и сделала пометку в своем блокнотике.

— Отлично, — я глянул на начальницу отдела кадров. — Светлана Васильевна, хочу послушать вас. Сколько сейчас трудится сотрудников в «Нике»?

— В офисе или вообще всех? — деловито уточнила кадровичка.

— Вообще всех, конечно.

— Триста восемь человек, включая филиалы и магазины. Из них пятьдесят три нанято в августе, большинство для работы в швейном цеху, — доложила Светлана Васильевна.

— Замечательно, — прищурился я. — И как обстановка в коллективе здоровая? Никто сплетни о начальниках не распространяет?

Кадровичка покраснела и бросила быстрый взгляд на секретаря. Анна сидела с невозмутимым видом, глядя перед собой.

— Вроде здоровая, — неуверенно ответила Светлана Васильевна. — Коллектив нормально трудится, выполняет свои обязанности. Никаких скандалов не замечено.

— Прекрасно, если так, — я иронично улыбнулся. — После совещания задержитесь. Хочу с вами отдельно обсудить начисление премий, кадровые перестановки и некоторые другие важные вопросы о здоровой атмосфере в коллективе.

В глазах кадровички мелькнула тревога. Анна кинула на меня укоризненный взгляд, но я сделал вид, что не заметил, и продолжал с доброй гестаповской улыбкой смотреть на беспокойно заерзавшую на стуле Светлану Васильевну. Пусть понервничает. Конечно, в первый раз никаких репрессий не будет. И своего секретаря не сдам. Но несколько седых волос после разговора со мною тет-а-тет у Васильевны прибавится.

— Елена Петровна, теперь у меня к вам вопрос. Сколько денег у нас сейчас на счетах? Коротко, если можно.

— Хорошо, — бухгалтер начала раскладывать свои бумаги, и смотреть цифры. — Значит так, «Ника» на основном счету — двадцать семь миллионов. Это остаток с прошлого года и новые поступления. Все налоги и зарплата за август выплачены. Идёт начисление за сентябрь. На валютном после перевода денег в Америку и оплаты некоторых счетов осталось восемьдесят одна девятьсот двадцать один доллар. Недавно пришло ещё триста семьдесят четыре тысячи, как правильно указал Ашот Ервандович. Сегодня переведем триста двадцать четыре, из прихода наших останется пятьдесят тысяч грязными. Из них надо будет заплатить налоги, произвести ещё некоторые выплаты. По самым скромным прикидкам тысяч сто двадцать — сто двадцать семь на счету будет. Естественно, до новых выплат и переводов. Теперь по «ОСМА-авто». Мы активно вкладывались в инфраструктуру, региональные офисы и площадки для автомобилей. Поэтому там на счету не так много. Два миллиона шестьсот семьдесят две тысячи триста семьдесят два рубля, если быть точным. Об «НКТ-Сервис» мне рассказывать, или дадите слово Вилену Альфредовичу?

— Просто озвучьте состояние счетов, — попросил я. — К Вилену Альфредовичу будут другие вопросы.

— Хорошо, — кивнула главбух, и опять начала разбирать свои бумажки. — Вот, нашла. Сейчас на счету — четыре миллиона двести восемнадцать четыреста два. Налоги за август уплачены, зарплаты выданы.

— Благодарю за исчерпывающую информацию, Елена Петровна, — кивнул я, и бухгалтер довольно улыбнулась. — Отлично. Значит, деньги у нас есть. Это радует. Скоро они нам понадобятся.

— Подожди, Миша, — забеспокоился Ашот, но под моим пристальным взглядом поправился, — ээ, Михаил Дмитриевич. Мы же планировали вложиться в большую сеть магазинов одежды. Практически в каждом более-менее крупном городе. Подмосковье ими охватить и Ленинградскую область.

— Забудь, — вздохнул я. — Планы изменились.

— Почему? — удивился Ашот.

— Потому, что в перспективе это не очень выгодно, — объяснил я. — Через несколько лет рынок одежды окончательно перенасытится. Для нашей страны откроются европейские и азиатские рынки. В Турцию, Польшу за одеждой и бытовыми товарами потянутся десятки тысяч челноков с сумками. Брюк, курток, рубашек станет как дерьма в общественном туалете. Выбор и конкуренция будут огромными. А значит, прибыль со временем сильно уменьшится. Естественно, это направление в ближайшие годы ещё перспективно. И будет приносить деньги, понятно, что не такие как сейчас на волне ажиотажа и дефицита модной западной одежды. Поэтому вкладывать деньги в развитие сети и открытие новых магазинов, мы, разумеется, будем. Но осетра придется значительно урезать. Приоритет отдадим городам-миллионникам, имеющим население с более-менее приличной покупательской способностью. Сконцентрироваться придется на других проектах. Они сейчас гораздо важнее.

— Каких? — уточнил чуть погрустневший коммерческий директор.

— Вот об этом сейчас и поговорим, — широко улыбнулся я. — Одновременно подробнее расскажу о результатах нашей американской поездки. Она, как вы все знаете, завершилась удачно. Открыли американскую компанию в Нью-Йорке, наняли директора и персонал, но не это главное. Мы провели переговоры с руководителями «Крайслера», «Дженерал Моторс» и «Форда» и они завершились успешно — вот что важно.

Я сделал паузу и обвел глазами присутствующих, давая им осознать сказанное.

— Со всеми тремя ведущими автомобильными производителями Америки заключены сделки. Подписали договора купли-продажи автомобилей, произвели частичную предоплату, выбрали машины. Скоро в Союз прибудут триста американских автомобилей. От того, как мы быстро реализуем машины и рассчитаемся за них, зависят перспективы дальнейшего сотрудничества. Если оправдаем надежды, то в следующий раз сможем закупить уже не сотни, а тысячи автомобилей. Это первое. Второе, вместе с американцами мы подготовили три предложения организации производства автомобилей на промышленной базе Автоваза. Проекты будут представлены руководству завода. Предполагается, что мы совместно с директорами ВАЗа, выберем лучший вариант. В проекте, по договоренности будут участвовать три инвестора: Автоваз, наша компания «ОСМА-авто» и американский производитель. С автоконцернами уже обговорено: они вложатся деньгами, дадут инженеров и других технических специалистов, способных наладить у нас производственный процесс, завод будет осуществлять полную или частичную технологическую цепочку изготовления автомобилей, а наша компания «ОСМА-авто» реализовывать машины по Союзу и странам социалистического лагеря.

Проект производства автомобилей может нас озолотить. Только в Союзе, по всей стране мы сможем ежемесячно продавать сотни, тысячи машин, а ежегодно, минимум десятки тысяч. Причем себестоимость их производства будет намного дешевле, чем в Америке. И логистические затраты станут минимальными, ведь все будет производиться и продаваться тут же, в стране. Вы представляете, какую прибыль мы можем получить? Какие перспективы открываются перед нашей компанией, а значит перед вами всеми, пояснить? Мы можем стать монополистами по продаже автомобилей американских концернов по всему Союзу, в странах Варшавского договора. Не просто продавцами, запустить на паях с американцами и ВАЗом собственное производство машин в стране. А значит стать монополистами на одном из денежных и перспективных рынков. Это уже совсем другие деньги — миллиарды, и огромные возможности, которых ни у кого никогда не было.

Глаза Ашота засверкали от предвкушения будущих прибылей. Саня посветлел и мечтательно уставился куда-то вдаль, представляя грядущие перспективы. Олег улыбнулся. Даже Сергей и Денис воодушевились нарисованной мною картиной. Бухгалтер задумалась, начальница отдела кадров сохранила невозмутимость.

— Пока эти проекты существуют только на бумаге, в виде коммерческих предложений и договоров о намерениях от американских концернов, — вернул я размечтавшихся партнеров на землю. — Чтобы они воплотились в реальность нужно многое сделать.

Два вопроса к вам Ашот Ервандович, как к коммерческому директору «Ники» и одновременно генеральному «Осмы-авто». Первый. Я знаю, что в последнее время активно строились площадки и автомобильные салоны. Сейчас они могут принять дополнительных триста машин от американцев? Проще говоря, сможем их разместить? Второй. Как планируешь продавать автомобили? Учти, их реализовать надо как можно быстрее, чтобы заключить контракты на поставки следующих партий.

— Дополнительных триста машин от американцев сможем принять в Москве и Ленинграде, — солидно ответил воодушевленный коммерческий директор. — Не вижу проблем. На крайний случай, часть вазовских авто отгоним на резервную базу в области. Что касается реализации, сегодня же начну заниматься этим вопросом. Даже рекламу в газеты и журналы давать не буду, и так разметут за пару недель. Кину информацию нужным людям в Армении, часть продадим сотрудникам, они у нас хорошо зарабатывают, деньги найдут. Часть толкнем в БРАЗе и на других заводах. Им только скажи, сразу очередь с деньгами выстроится. Так что машины улетят быстро, отвечаю, да.

— Вот и займись этим. Пока машины сюда идут, провентилируй ситуацию, собери предварительные заказы. Я тебе даже кучу рекламных проспектов и американских автомобильных журналов привез, с перечнем и фотографиями заказанных моделей для облегчения работы.

В дверь робко постучали.

— Михаил Дмитриевич, можно? — в проеме возникла перепуганная мордашка Ирочки.

— Конечно, Ира, что там у тебя? — поинтересовался я. Зря сотрудница секретариата прерывать совещание и беспокоить не будет. Значит, что-то случилось.

— Там какие-то бандиты пришли, — дрожащим голоском сообщила помощница. — Очень грубо разговаривают. Требуют самого главного директора.

Глава 4

— Сколько их? — уточнил я.

— Не знаю. Я по телефону только голоса слышала, — зачастила Ирочка. — Но не один и не два, точно. Больше.

— Понятно, — я задумчиво почесал лоб. По паркету заскрипели ножки отодвигаемых стульев. Парни начали вставать, не дожидаясь команды.

— Они сейчас на проходной, — торопливо добавила девушка, — Степан Матвеевич дорогу преградил, а эти требуют: «Директора срочно зови, иначе сами найдем и из кабинета за уши вытащим». Когда он в приемную звонил, я всё слышала.

— Я вопросительно глянул на Сергея. Недалеко от стола вахтера была комната охраны. Там обычно все наши водители сидят, и пара подготовленных бойцов из службы безопасности на случай подобных инцидентов. Сопровождают приходящую из магазинов наличку, следят за порядком, охраняют директоров и персонал. И оружие рядом в специальных тайниках в комнате охраны и подвале имеется, на случай серьезных проблем.

— Они действуют точно по должностной инструкции. Не вмешиваются, пока ситуация не выйдет за рамки, — пояснил начальник службы безопасности, прекрасно понявший невысказанный вопрос. — Ты же сам говорил: чем меньше мы показываем свои возможности и силу, тем больше неприятных неожиданностей для противников. Вахтер до последнего должен пытаться самостоятельно разрулить ситуацию. Мы это много раз обговаривали. Ты лично инструкции для охранников и сотрудников СБ утверждал и подписывал.

— Понял, — коротко ответил я, и повернулся к женщинам. — Уважаемые дамы! Сегодня совещание закончено. Все встречи после него тоже отменяются. Прошу вас разойтись по своим кабинетам и никуда не выходить без острой необходимости. Хотя бы в ближайшие тридцать-сорок минут, пока мы будем разбираться с ситуацией. Вы свободны. Вилен, ты тоже можешь идти к себе. Но лучше немного посиди на втором этаже в приемной, девушки тебя чаем с печеньем напоят.

— Конечно, напоим, — подхватила Анна. — К нам, кстати, Вадим Иванович, начальник швейного цеха заезжал, коробку вкусных эклеров из кулинарии привез, вам понравится, Вилен Альфредович.

— Хорошо, попробую ваши эклеры, — улыбнулся директор «НКТ-сервис». С начальством он никогда не спорил и в наши разборки не лез, признавая свою травоядную натуру.

Женщины стали подниматься, отодвигая стулья, собирая свои листки и папки.

— Пойдешь к ним? — с интересом поинтересовался подошедший Саня.

— Конечно, — кивнул я. — Отчего не поговорить, если люди просят. Вова, есть просьба.

— Да? — Володя моментально оказался рядом.

— Сходи к охранникам. Если эти черти начнут задираться, не завязывайся, на оскорбления и придирки не реагируй. Скажешь ребятам сидеть тихо, и вмешиваться только в крайнем случае. После того, как мы зайдем в подвал, спускаетесь следом в нашу специальную комнату, туда, где мы складировали разный хлам. Возьмите черенки от лопат, ты знаешь, где они находятся, и пару стволов в тайнике на всякий случай. Потом можете заходить. Но сразу жестко работать с гостями не нужно. Возможно, получится обойтись без крайностей.

— Сделаю, — пообещал Владимир. Мастер спорта по боксу и помощник тренера, как всегда был немногословен. Но я не сомневался: всё выполнит в лучшем виде.

Вова быстрым шагом покинул кабинет.

— Пойдемте, парни, посмотрим, что за гости такие к нам заявились, — я повернулся к товарищам и усмехнулся. — А ты, Олежка, тут посиди. Отдохни маленько, тебе после ранения вредно нервничать и в таких разговорах участвовать.

— Я все равно пойду с вами. Ты меня не остановишь, — заявил хмурый десантник. — О ране не беспокойся. Она уже почти зажила.

Я глянул на Олега и понял: уговоры бесполезны.

— Хорошо, только на рожон не лезь. Будешь на подстраховке.

— Постараюсь, — буркнул десантник.

Когда мы выходили, Сергей поймал мой многозначительный взгляд, улыбнулся и еле заметно кивнул: «мол, не переживай, присмотрим за раненым».

Двинулись к проходной целой процессией. Олега деликатно оттерли назад. Первым шел я, за мною сразу пристроился посерьезневший Ашот. С другой стороны — ухмыляющийся и предвкушающий развлечение Саня, за ним Сергей, — сосредоточенный и готовый к любому развитию событий. Замыкали процессию Денис и насупленный Олег, понявший, что его оберегают.

Возле столика с взъерошенным и нервничающим Степаном Матвеичем стояло пятеро. Крепкие, подкачанные, с наглыми рожами отморозков, ещё не получавших отпор. Смуглый чернявый парень с дерзким взглядом и шрамом на щеке щеголял в темно-синем адидасовском костюме с трилистником на правой груди и широкими полосками на рукавах и штанах. Только кепки и семок не хватало до полного завершения образа гопника. Налысо обритый громила, ростом с Олега, красовался в темно-синей джинсовой безрукавке, футболке с короткими рукавами, обнажавшей слоновые ручищи и мешковатых темно-серых штанах с дюжиной карманов на бедрах и лодыжках. Рядом с ним ещё один с ежиком, коренастый, с мощной шеей борца и в обтягивающей футболке, в которой просматривалась крепкая треугольная спина. Последние двое, стоявшие чуть позади, смотрелись как братья — оба крепкие, рослые, коротко стриженные в одинаковых черных брюках и свободных рубашках навыпуск.

— О, пацаны, зырьте, целая делегация встречать вышла, как белых людей, — хохотнул чернявый.

— А вы оказывается люди? — иронично поинтересовался я, спускаясь к бандитам. — Да ещё белые? Неожиданно. Я думал, обезьяны или негры. Да и выглядите как типичные жертвы апартеида. Чего надо? Мы голодающей Африке не подаем, бананов не обломится.

— Ты чего, фраер, берега попутал? — рыкнул громила, — я тя поломаю, прямо счас.

Мои товарищи напряглись. Ашот скривился, всем своим видом выражая, как ему неприятно находиться с таким быдлом. Сергей скользнул вперед, прикрывая нас справа, а Саня чуть сдвинулся, закрывая слева.

Чернявый, оценив, обстановку, придержал здоровяка.

— Кто директор? Ты? — бандит ткнул пальцем в пиджак Ашота, по достоинству оценив модный костюм друга.

— Нет, — коммерческий скривился ещё больше, чуть отстранился и с брезгливым выражением лица, оттряхнул невидимые пылинки с лацкана.

— А кто? Ты? — чернявый переместил взгляд на меня.

— Допустим. И что дальше? — лениво поинтересовался я.

— Перетереть бы надо, предметно, — парень со шрамом внимательно отслеживал мою реакцию.

— Ладно, — согласился я. — Говори, что хотел. Внимательно тебя слушаю.

— Здесь? — чернявый демонстративно обвел глазами вход. — Неудобно будет. Тут движуха, ходят всякие туда-сюда, а тема деликатная.

— Раз деликатная, давай перетрем в комнате переговоров, — предложил я.

— Пойдет, — солидно кивнул главарь.

— Только не всей толпой. Возьми с собой парочку центровых, а остальные пусть здесь постоят, вас подождут, — предложил я.

— На измене что ли? — ухмыльнулся чернявый. — Не трясись, никто тебя трогать не будет.

И многозначительно поправился, чтобы слишком не расслаблялся.

— Пока не будем.

— Спасибо и на этом, — серьезно поблагодарил я. — И не пугай меня так, пожалуйста. Не надо. А то я даже разговаривать с тобой, таким грозным и страшным не смогу. Буду стоять и молча трястись от ужаса.

Чернявый впился в меня глазами, пытаясь понять, чего клиент такой борзый. Но как ни старался, ничего не увидел, я по-прежнему был невозмутим и спокоен.

— Прикалываешься? — на всякий случай уточнил он. — Гляди, чтобы потом рыдать не пришлось.

— Так мы идем в переговорную, или нет? — уточнил я. Общение с этими доморощенными бандитами начинало утомлять.

— Идём, — парень со шрамом зловеще улыбнулся. — Чума, Серый, тут остаетесь. Деда не прессуйте, к девкам не лезьте, ждите нас.

«Братья» синхронно кивнули.

— Денис, побудь с ними, — в свою очередь попросил я. — Проследи, чтобы ребята не хулиганили, были тихими и спокойными. Можешь в свою комнату их пригласить, пусть парни отдохнут, пока мы разговаривать будем.

— Хорошо, — «афганец» холодно улыбнулся. Он прекрасно понял, что от него требуется.

— Показывай дорогу, Сусанин, — ухмыльнулся чернявый.

— Мне уже смеяться, или чуть погодить? — невозмутимо уточнил я. — Может, у тебя ещё какая-то веселая шутка припасена, а я уже похохотал от души. Некрасиво получится.

— Пошли, — буркнул парень со шрамом. Он уже не смеялся. Что-то чувствовал. Слишком уж расслаблен я был для простого коммерсанта. И нисколько, ни его, ни лысых мордоворотов не боялся.

— Идем, — я развернулся и пошел вперед по коридору. За мной двинулся Сергей. Следом шли чернявый, громила и борцуха. Саня и Олег замыкали процессию.

— Вы что, все вместе говорить собрались? — буркнул бандит. — Вообще-то я планировал пообщаться только с директором. Разговор не для лишних ушей.

— Это мои люди и я им полностью доверяю. От своих ребят у меня тайн нет. Ты тоже не один идёшь, — пояснил я. — Если боишься или не передумал, можешь сваливать, мы никого не держим.

— Ладно, — зловеще протянул чернявый. — Хочешь так, без проблем. Только потом не жалуйся.

— Не буду, — пообещал я.

У входа в подвал, разглядев идущие вниз ступеньки, чернявый остановился.

— Не понял, — медленно произнес он. — У тебя что, там кабинет?

— Ну да, — невозмутимо подтвердил я. — Комната для переговоров. Не к себе же вас вести. У меня сейчас делегация сидит иностранная, бизнесмены из ФРГ. Зачем иностранцам видеть и слушать наши терки.

— Правильно, — осклабился главарь. — Лишние глаза и уши нам точно не нужны, разговор серьезный будет. Но тереть в подвале? Ты чего, директор, с дуба рухнул?

— А чем вам подвал не нравится? — невинно поинтересовался я. — Мы там склад устроили, курилку, комнату отдыха и переговорную. Все наверху работают, никто под ногами путаться не будет, и общаться не помешает. Так что, идём? Или ты, как это поделикатнее сказать, в штанишки напрудил, герой мамкин?