Чернокнижник

— Право, я даже и не знаю, — Зульфия, кажется, одна из троицы сейчас не взвинчена. — Напитков и еды — хоть обожрись. А для того, что при этом выработается, оборудована уютная будочка, — она махнула рукой в сторону зарослей. — Топчаны с матрасами и одеялами и даже мягкие подушки — прямо не пойму, что и делать.

— Может быть, нам предстоит пытка скукой, — чуть озадаченно, предположил Васька, окидывая внимательным взглядом хмурых подруг.

Интересно ведь, чем закончится эта вспышка внезапно возникшего соперничества между недавно ещё равнодушными к нему одноклассницами. Внимание-то Васькино сейчас сосредоточено не на Зульке, а на двух других девочках, глядящих друг на друга, как мышь на крупу.

— Боюсь, это невозможно, — Зулька распахивает шкаф, который набит шашками-шахматами, мячами-ракетками, ластами-масками и кучей разных непоняток, ярких и привлекательных. Ясно. Пытается поддержать шутку.

— Тогда напрашивается вывод, что задачу нам ещё предстоит выяснить, — подытожил Васька, едва не потирая руки от предвкушения. Интересно же! — Отсюда — разнарядка. Маша обследует море, Лера варит обед, а Зульфия показывает мне остров.

Зулькин взгляд не предвещает ничего доброго, но девчата почему-то покоряются. Непонятно как-то, но без комментариев. Поди, пойми эти таинственные женские души. Маха с маской и ластами топает к воде, Лера колдует с плитой, а Васька со спутницей скрываются в зарослях. Проследовав мимо пластиковой будочки санитарно-технического назначения, углубляются в заросли и буквально через пару сотен метров снова выходят на пляж.

— Да уж, островок как раз на одну короткую прогулку, — констатирует парень.

— Точно. А чего это ты решил со мной прогуляться? — с каким-то странным выражением настороженности и любопытства спрашивает девушка.

— Да, чтобы девчонки остыли, а то, вроде, как поссориться решили, — пожал плечами Васька.

— Ага! А теперь они должны будут обе на меня надуться, — Зулька смотрит строго, как взрослая.

— Ну, так оно же тебе розово. То, из-за чего Лерка с Махой цапаются, — беззаботно отмахнулся Васька.

— И всё-то ты понимаешь, смелый наш, — в её взгляде проглядывают весёлые искорки. — Ладно, подыграю. Только смотри, Чернокнижник, когда вырастешь — женишься на мне.

Дальше они шли молча. Девчонка, кажется, веселилась, но про себя. А у Васьки съезжала крыша. Вот только вчера они дружно копали глубокий снег, а сегодня уже полное не пойми что! Тихий ужас. Нет, прав был Костян, когда старался избавиться в команде от девчонок. Понять их невозможно.

Обогнув островок по берегу, ребята добрались до того места, где Маха собиралась входить в воду. Вот как раз лежат на обсушке ласты и маска, и сама их владелица сидит напротив похожего на старинный примус существа, а между ними — шахматная доска.

— Не, ну, Бачок, ты забодал. Ты ведь в русские шашки играешь, а не в международные, как я! — возмущенно воскликнула Маха, переживая очередную потерю.

— А я тебе что говорила? — Лерка тоже уже здесь. Подсказывает. — Вот сюда ходи.

По другую сторону клетчатой доски угнездился на трёх ножках зверёк, размером и формой напоминающий древний примус из поселкового краеведческого музея. Эти создания часто попадаются на глаза по всему острову: пока шли вдоль берега, видели нескольких.

— Он, выходит, разумный. А как ты догадалась? — заинтересованно подался вперед Васька, рассматривая странное существо.

— Иду купаться, а он на мокром песке каляку палочкой чертит — улыбнулась Маша, ловким ходом «съедая» сразу три шашки противника. — Ха! Сразу понятно стало, что говорить по-нашему не умеет, а познакомиться хочет.

* * *

Следующее пробуждение оказалось, пожалуй, самым поразительным. В купе поезда как раз уместилась вся их команда. Девочки растолкали Ваську, отправили умываться, а потом напоили чаем с печеньем. До прибытия на место оставалось уже немного. И это была та самая станция, с которой они отправились в путь. То есть, поезд вёз ребят домой. От вокзала до дому меньше часа езды. И все их одёжки на них, как и остальные вещи, прихваченные в дорогу.

После вчерашнего купания в тёплом море, где они отлично покувыркались с неуклюжими на суше «примусами», объедания мороженным, чудесными фруктами и орешками, беготни и бадминтона — заснули все превосходно. И вот всё закончилось.

— Тук-тук, — мужчина солидного возраста стоит у распахнутой в коридор двери. — К вам можно?

— Пожалуйста, заходите, — Зулька мотивированно подвигается на диванчике, вроде как, давая человеку место, чтобы сесть, а на самом деле притискивается к мальчику. Вот это номер!

— Меня зовут Аким Викторович, а ваши имена я знаю. Дело в том, что я один из администраторов игры, с которой вы сейчас возвращаетесь. Пришел, чтобы принести извинения. Мы допустили ошибку. Произошла случайная перестановка цифр в числе, указывающем возраст. То есть так вышло, что приглашать детей мы не планировали. Когда спохватились, автоматика уже вывела на маршрут около двух десятков групп. Очень уж стремительно ребятишки к нам рванули. Потом, естественно, это недоразумение было… прекращено.

Проблема в том, что ваша команда за это время успела справиться с задачей и победить. Только получить награду вы не сможете, пока не подрастёте. Извините нас, пожалуйста.

— Так, выходит, вчера это была не награда?

— Нет, проверка на ксенофо…, - мужчина остановился, словно споткнулся. Помедлил и улыбнулся. — Старею. Ляпнул. В общем быстрее и точнее вас с задачей никто не справлялся. Даже взрослые. Почти все эвакуировались с первого полигона с диареей после сырых моллюсков или рыбы — огня-то там развести решительно невозможно, как мы недавно думали, потому что ни одного камушка или деревяшки в тех местах отыскать никак не получится. А провялить улов перед едой редко кто догадывался. Ваша солнечная печь оказалась для организаторов полным откровением.

Дальше всё выглядело так, как будто правильный путь решения задачи вам известен, и просто оптимизируется сам процесс. Даже реабилитировать при смене задания никого ни разу не понадобилось. В общем, мальчики и девочки, выучитесь, получите профессии, и перед вами откроются возможности, от которых на моей памяти отказались считанные единицы, — мужчина улыбнулся.

— Интересно, если Вы считаете, что нам были известны ответы, то мы поступили нечестно? Тогда, почему нас признали победителями? — Вообще-то Ваське ужасно обидно, но он этого не показывает. Однако, хотя бы по косвенным признакам в вопросе следует разобраться.

— То, что никакими точными сведениями вы, молодой человек заранее не располагали, нам в точности известно. Так что, если обидел ненароком, прошу прощения! — пожал плечам тот.

— А на кого нужно учиться? — быстро перевела тему Лерка. Она, как всегда, практична.

— На кого хотите. К чему душа лежит — то и ладно. Прощаемся, — мужчина поспешно вышел из купе.

Выглянувшая через секунду вслед ему Маха увидела только пустой коридор. Поезд уменьшал скорость перед станцией.

ГЛАВА 1

Васька поджидает, когда ребята выспятся, наконец, и выйдут погулять. В каникулы они долго дрыхнут, пользуясь тем, что не нужно торопиться в школу. А он, тем временем, может спокойно почитать в тишине летнего утра на скамейке в тени. А потом, когда соберётся компания, можно будет… хм… а вот это — вряд ли. Костик, Тяпа и Пень всё ещё не вернулись с «выживалки». Во всяком случае, это сообщили ему по телефону их почтенные родители. А поезд, на котором могут приехать парни, приходит только в конце дня. Так что можно будет спокойно листать книжку.

— Вась! Пошли, шашлычка приготовим, — опаньки! Лерка нарисовалась. В одной руке полупрозрачное пластиковое ведёрко, сквозь стенки которого просвечивают кусочки мяса и колечки лука. Во второй — продолговатый брезентовый чехол явно с шампурами.

Вообще-то он ожидал подобной атаки, но не столь стремительной и, главное, продуманной. Ведь, какова! Попробуй отказаться от столь заманчивого предложения! Хотя реальной причины не соглашаться тоже нет.

— А я хотела предложить зажевать мороженого, — а вот это уже Маха подошла другой стороны.

— Ага! А потом на дискарик завернём, — ого! И Зулька тут как тут! Собственно, против такой компании Васька не возражает совершенно. Он ко всем этим своим одноклассницам относится очень хорошо.

Пока девчата озадаченно переглядываются — наверняка каждая рассчитывала на то, что сегодня с утра пораньше станет очаровывать своего товарища по выживалке с глазу на глаз — предмет их соперничества соображает, как это самое соперничество прекратить.

— Разве нас пустят на дискотеку? Мы же ещё маленькие! — Лерка с недоумением сморит на Зульфию. А Ваську внутренне корчит предчувствие слов: «Это ты маленькая, а я уже вполне могу завеяться на ночные танцульки», — от… да хоть бы и от долговязенькой Махи. Только ссоры из-за насмешливых слов ему не хватало!

— Этот недостаток очень быстро проходит. А на поздних этапах отлично поддаётся маскировке, — Мария отвечает неожиданно дружелюбно. Ещё и Зульфия добавляет:

— Не боись, со мной даже Чернокнижника пропустят, хотя именно он единственный из нас, кто выглядит натуральным цыплёнком.

«Итак, — приходит понимание, — в моём присутствии девочки свару затевать не станут. Они же умницы и отлично отдают себе отчёт в том, чем можно раз и навсегда отпугнуть о себя нормального парня».

Ещё минута размышлений навела на мысль о том, что столь явные знаки внимания со стороны сразу трёх замечательных девчонок ставят его в непростое положение. Как честный человек он должен сделать выбор и дать понять двум из них… а не хочется. Не хочется видеть огорчённых лиц. Или он просто и сам пока уверен в себе далеко не железобетонно? А, может, глаза разбежались и… в зобу дыханье спёрло?

— Отличная программа, считай на целый день. Надеюсь, вы не забыли купальники? Хотя, в местечке, куда я предлагаю двинуться, можно обойтись и без них. Чужие там не ходят.

— Гад ты Васька. Гад и хам. Небось уже придумал, из-за какого куста станешь подсматривать, — Маха, как всегда, за словом в карман не лезет, но почему-то мило краснеет. Видимо, провоцирует на утверждение о том, что он их всех видел и без одежды.

Нет, так не годится. Надо иным боком дело повернуть:

— Ну, раз никто не спорит, то приглашаю на берег лесной речушки, — хитро улыбается он. — Это всего час пешком.

* * *

После тридцатикилометровой пробежки по пустыне никто даже не подумал возражать против короткого прогулки через тенистый лес по мягким тропинкам. Тем более — все обуты вполне подходящим образом. Не в босоножках сегодня девчата.

Место, куда привёл их парень, действительно славное. Речка делает две петли-излучины, омывая язык суши, покрытый короткой плотной травой. Дальше плавный склон поднимается к непроходимым зарослям шиповника, многометровые усеянные крючковатыми иглами ветви которого изредка выставляются из чащобы, как бы предупреждая: «Здесь вас не ждут». Впрочем, набрать сушняка можно правее, где имеется удобный проход вдоль берега по узкому травянистому пляжу, с которого удобно зайти в просторный мелководный плёс.

Пока Васька обкладывал камушками старое кострище, Маха с Зулькой натащили дров, и костёр запылал. Мелкие ветки сгорели быстро, а палки потолще принялись превращаться в угли. Лера, взглянув на «процесс», стала нанизывать на шампуры мясо и лук. Пришлось сосредоточиться на слежении за огнём — лесные дрова, это не поленья из поленницы. Они горят не столь ровно, и угли из них получаются разные. Так что, если хочешь есть шашлык не сырым или обугленным, а мягким и сочным — зевать некогда.

Наконец — то, что надо. Лера провела ладошкой над кострищем, кивнула, и принялась укладывать шампуры, опирая их на каменные заборчики.

Часть жара, которую пришлось отгрести в сторонку, заинтересовала Машу: что-то она положила в ямку и прикрыла эти комки горячей золой вперемешку с тлеющими углями.

Зульфия остругивала толстые зелёные черешки. Откуда-то появилась бутылка пива, которую Валерия встряхивала, обрызгивая мясо время от времени. Запахи пошли — закачаешься.

Вот, и не надо играть ни в какую выживалку, чтобы насладиться покоем, красотой природы и пикантно приготовленной едой.

— Вы чего это расселись на моём месте! — незнакомый старшеклассник появился неожиданно. — А ну брысь отсюда, мелочь пузатая. От моего шашлыка. И, ты! Малявка! Руки прочь от моего пива!

Девчонки испуганно переглянулись и дружно перевели вопросительный взгляд на Ваську. Парень вздохнул и поморщился. Вот не было бы здесь подруг — предпочел бы уйти и не связываться с идиотом. Но не бросишь же прекрасных дам перед лицом опасности!

— Милостивый государь! Извольте оставить нас в покое и следовать своим путём, — он попытался разрешить опасную ситуацию миром.

Парень на мгновенье застыл, видимо, переваривая смысл сказанной фразы, а потом нахмурился:

— Ты че тут командуешь, а? — поигрывая мускулами, спросил он. — Давно не получал, а?

Васька расстроено вздохнул: спокойно разойтись явно не получиться. Драться он не умел и не любил… но не сидеть же сиднем? Выпрямился и… оказался на полголовы ниже и вдвое тоньше противника.

— Че молчишь, умник? — крепкая пятерня скомкала ворот и тянет к себе и вверх с непреодолимой силой. Тем не менее, руки свободны. Размах и удар в корпус, однако, не произвели на агрессора должного впечатления. Скорее — произвели недолжное. Кулак незанятой воротником руки уже мчится прямо в переносицу. Рефлекторный рывок влево, и удар приходится под глаз, а Васька отлетает в сторону, под дружный ах девчонок.

Лицо противно заныло, но парень тут же вскакивает, раскрасневшийся и пристыженный, и вдруг видит как…

Маха, яростно сверкая глазами, удерживает обеими руками длинную палку и наносит хлёсткий удар пониже спины незваного гостя. Тот взметывается, и руки его непроизвольно расходятся в стороны.

Зулька из положения «сидя» выбрасывает ногу, одновременно распрямляя вторую — вытягиваясь в наклонный шпагат. И «заезжает» пяткой в солнечное сплетение обидчика. Который замирает перед тем, как согнуться.

Лерка, сидя на корточках у импровизированного мангала, рукой с зажатым в ней камнем производит короткое движение… и камень врезается в челюсть незадачливого любителя обижать «малышей». Каким образом этот окатыш преодолел несколько метров — глаз не уловил. Зато имел возможность проследить за тем, как старшеклассник, отброшенный назад, заперебирал ногами и ввалился в густую заросль переросшего все мыслимые размеры шиповника с такой силой, что несколько плетей захлестнули его, словно, принимая в объятия.

Офигеть! Девчонки действовали, словно одно многорукое существо, будто каждая готовила для подруги удобную позицию. Хотя Маха воспользовалась как раз тем самым моментом, когда ему, Ваське, набивали лицо.

— Уфф! Не пережарился, — Лера снимает шампуры и складывает их на листы лопуха, как будто ничего не случилось. Маша выковыривает из золы потемневшие клубни, а Зульфия нарезает кубики очищенных от кожуры мягких черешков. — Как ты, Васенька? Садись скорее, сейчас к глазу лопушок приложу!

Через считанные секунды вся четвёрка устроилась кружком вокруг снеди, совершенно забыв про недавнего агрессора, и принялась за еду. Крахмалистые клубни ситника, мякоть ревеня и лопуха, черемша и превосходное сочное мясо. Хорошо-то как! Было. До тех пор, пока в кустах не начал стенать пришедший в себя старшеклассник:

— Эй, вы там! Помогите выбраться! Сейчас же! Не то сам вылезу и вам тогда не поздоровиться!

Ребята продолжали есть, полностью игнорируя крики парня.

— Да я вас щас… — громкий треск ветвей и не менее громкий вопль. — Больно же, черт возьми! Вытащите меня гады! Иначе… иначе… У! Вы у меня получите!

— Может, поможем ему? — вздыхает самая жалостливая Лера и тут же добавляет, будто боясь показаться мягкосердечной. — А то он своими воплями весь аппетит портит!

— Подождешь немного, пока не доедим! — подумав пару секунд, недовольно крикнул Васька в сторону пленника колючего куста. — Совсем обнаглел! Второй раз отрываешь от еды.

* * *

Пленника колючего куста освободили аккуратно, отводя шипастые ветки и подав несчастному конец палки, чтобы тот, держась за него, смог прекратить опираться спиной о ветви. Потом Лерка листками какой-то травы смазала его многочисленные царапины. Смазала — это потому, что выдавливала сок, и уже его наносила на травму. С виду похоже на йод.

Пациент шипел и дёргался, обещал ребятам «сделать их жизнь адом» и громко ругался матом, но больше рук не распускал. След от удара камня по покрытой редкой и мягкой щетиной скуле производил серьёзное впечатление и невыносимо диссонировал с обрабатывающими его почти детскими пальчиками Леры. А ведь именно они устроили это повреждение!

Глядя на это, Вася чувствовал себя смущённым и озадаченным — обычные, ничем не примечательные одноклассницы оказались удивительно интересными, можно сказать — неординарными созданиями, раскрывшимися перед ним с совершенно неожиданных сторон. До сего момента он ценил в них, прежде всего, послушание. А тут вдруг обнаружил однозначные признаки разумности.

— Мы еще встретимся! — надменно бросил парень, уходя с поляны. — Вы у меня еще попляшете!

Девчонки язвительно улыбались ему вслед и прощально махали ему вслед ладошками.

* * *

Купальники девочки не забыли, поэтому никаких неловкостей не возникло. Плавали между кувшинок, любовались водомерками, обкладывали камнями чашу крошечного родника, паслись в малиннике. Зулька всё время снимала на мобильник пейзажи, то отходя в сторону, то взбираясь на дерево. А, как солнышко начало клониться к горизонту, вернулись в город. Шашлык к этому моменту давно «провалился», и ребята не слишком упирались, когда Маша затащила их на одну из верандочек-кафешек, где обещала угостить «отпадным» мороженым.

Действительно, официантка принесла большую вазу, где, кроме пломбира наблюдались и кусочки фруктов, и присыпка из толчёных орехов и немного жидкого полупрозрачного варенья. В зависимости от предпочтений каждый зачерпывал с того края, где ему было интересней. Как раз вчетвером вокруг общего сосуда оказалось удобно — никто не стал перекладывать сооружённое искусной рукой великолепие в свои вазочки, разрушая красоту. По-семейному как-то получилось, быстро и весело.

Вася обратил внимание на то, что с персоналом Маша поздоровалась, как со знакомыми. И ни о каких деньгах никто ей тут даже не попытался напомнить. Вроде как за спасибо полакомились. Интересное обстоятельство. Однако, торопиться с вопросами не стал. Вообще, а что он знает о своих одноклассницах?

Как учатся? Да, нормально учатся. Ведут себя тоже нормально — тихие домашние девочки, у него на глазах в считанные секунды расправившиеся с крепким парнем. Хрупкие, хе-хе, беззащитные создания.

— Вась, я зайду за тобой в семь, — Зульфии пора сворачивать направо в сторону частного сектора.

— Меня дождитесь, — Маша делает ручкой, направляясь к коттеджному посёлку. — Я с вами.

А вот с Лерой им по пути — они живут в соседних панельках. Вернее, через одну, но это близко.

Идут молча. На лице спутницы сменяются выражения, отражая ход мыслей. Не лицо, а просто открытая книга какая-то. Только буквы в ней незнакомые. Так и подмывает спросить, о чём она думает. Хотя, как о чем?! Колеблется — идти ли ей на дискотеку.

Валерия сложена миниатюрно, отчего её до четвёртого класса принимали за первоклашку. Да ещё и школьную форму носит прилежно, что усугубляет впечатление. Однако, это не отставание в развитии — Васька видел её маму, как-то раз заглянувшую в школу и помнит, как вслед ей поворачивались головы старшеклассников. Даже фразу запомнил, прозвучавшую из уст усатого верзилы: «Вот, девочка на все времена»

Так что эта малышка ещё возьмёт своё.

Вот и пора расставаться.

— Я тоже зайду за тобой. Даже интересно, как это Зулька собирается устроить нам проход в клуб? — Лера подошла вплотную и подняла глаза парня. Вот прямо — обними и чмокни! Тихий омут взгляда, а на дне его… понять бы что.

Улыбнулся и сделал ручкой. Хорошо, что сразу повернулся и не выражения лица, которым проводила его девушка, а то долго бы гадал, что бы это значило. Хотя, последним было упрямство.

* * *

Буровя взглядом удаляющуюся спину Чернокнижника, Лера испытывала странную смесь чувств. Особенно сильным было обожание, восхищение, просто благоговейное умиление оттого, что парень не поддался чисто рефлекторному порыву заключить её в объятия. Она ведь видела, как напряглись мышцы рук, но разум отдал команды торможения, и ничего из её провокации не получилось. Жаль. Так ведь удачно подставилась.

Эх-х!