Арка-3: Ведьма

— Тепло.

— Шион, ты что ли?

— Молодец, угадал.

Шион — сестра-близняшка Мион. Они похожи, как две капли воды, если бы не разный стиль в одежде и причёске. Кроме того, Шион отличается более женственным характером и незавидным прошлым. Общались мы довольно редко, всё обошлось только глупым знакомством, когда я перепутал её с Мион, а по её крикам вся деревня теперь думает, что я пытался её изнасиловать.

— Что привело тебя сюда? Думал, ты скрываешься от своей семьи в Окиномийи, — заговорил я, продолжая созерцать темнеющее небо.

— Это да. Просто хочется развеяться. Всё чаще посещают дурные мысли… — раздался негромкий голос из-за дерева. Оба мы сидели, прижавшись спиной к дереву. Шион смотрела вниз, прижав к себе колени, обхватив их руками, — Ты ведь знаешь про Сатоши-куна…

— Да… ты мне рассказывала, — ответил я грустно, — Мне жаль, что так вышло.

— Ты не виноват, Та-тян… Ты не виноват… Тебя ведь даже не было, когда он пропал…

— Ну не волнуйся! — попытался развеять я обстановку, — Он жив и однажды обязательно появится! Я уверен!

Шион немного улыбнулась, чуть ближе прижавшись к одинокому дереву.

— Не появится… — тем же голосом заговорила она, — Ты просто не понимаешь, что творится в этой деревне.

Я слегка напрягся сменившейся теме разговора. Тем временем, вокруг всё покрылось тёмной пеленой, и кроме света луны и фонарей вдали от нас, ничего не было видно.

— Думаешь, почему так до сих пор никто и не нашёл истинного преступника? — продолжала Шион. Откровенно говоря, её становившийся всё холоднее тон наводил тревогу, — Все жители деревни за одно. Они словно сборище фанатиков этого мнимого божества Ояширо-сама, вот и приносят ему в жертву неверных…

— Как ты можешь так говорить? — оборвал её я, — Не может быть, чтобы все жители были к этому причастны. Они ведь не…

— Какой же ты еще наивный, Та-тян…

Вдруг я почувствовал чью-то руку на своём колене. От неожиданности спёрло дыхание. Это была Шион. Она незаметно переползла ко мне с противоположной стороны и уселась сверху, смотря мне прямо в глаза. Я запаниковал, такая ситуация смущала и одновременно пугала меня.

— Такой милый, и такой наивный, — продолжала зеленоволосая девушка, — Не хочется признавать, что это как-то и с твоими друзьями связано, правда?

— Да я не… — почему-то я не мог ей возразить. Слишком уж в новинку такой способ общения с девушками.

— Знаешь, у тебя красивые глаза, — улыбнувшись, мягко произнесла она, погладив меня по щеке, отчего я налился краской еще больше, — Я вижу в них тоску, одиночество. Чувство, будто ты держишь в себе нечто пугающее самого себя.

Закончив, девушка поднялась на ноги и повернулась лицом к деревне, хотя её и так было достаточно нечётко видно.

— Та-тян, мы с тобой во многом похожи. Оба держим все чувства в себе, оба пережили нечто такое, о чём мечтаем забыть. Но знаешь… если захочешь вдруг выпустить эти чувства наружу, обращайся ко мне. Я всегда готова помочь заблудшей душе, вроде нас с тобой.

С этими словами она удалилась в сторону тропы, ведущей в Окиномийю. Не знаю почему, но этот разговор ввёл меня в замешательство еще больше, не дав никаких ответов на происходящее. Застыв на одном месте, я стал просто всматриваться в пустоту и думать, пока на Хинамизаву не опустилась кромешная темнота и тишина, нарушаемая лишь раздражающим стрекотанием цикад…

Прошло два дня. Естественно, в ту ночь мне не спалось, но скорее не от тёмных мыслей, посетивших мою голову, а из-за сочинения, на которое я убил множество часов, опоздал в школу и даже побывал в комнате наказаний за это. В итоге выяснилось, что Чие-сэнсэй даже читать его не собиралась, заявив, что я долгим и кропотливым трудом наказал себя сам. С тем же успехом я мог понаписать всякой ахинеи и выдать это за великий роман. А что? Все поверят, ведь читать-то никто не будет.

В общем, этим утром я встал очень рано и сразу же отправился на главную храмовую площадь деревни, где и велась подготовка к Ватанагаши. Хотя в этот день нас и освободили от занятий, девчата пришли еще раньше меня и во всю хлопотали с оформлением и расположением палаток с закусками. Мы бодро поздоровались и снова разошлись по делам. Я же пошел помогать Рике отрабатывать ее движения для ритуального танца на Ватанагаши. Странно, но она была всё той же Рикой, с которой я впервые повстречался здесь, на площади. Другие тоже вели себя как обычно. Словно вчера ничего и не произошло. Может, это я схожу с ума?

Через пару часов солнце уже поднялось прямо над нами, нежно припекая головы, но почему-то становилось прохладно. Мы с Рикой закончили подготовку с горем пополам. Во время ее тренировки ритуальный шест три раза ломался. Мне приходилось бегать за новым в склад на другом конце леса. В конце концов, мне надоело это, и я на всякий случай одолжил скотч у Мион. Ко всему надо быть готовым…

Когда мы закончили, я купил выпить пару стаканов горячего чая. Отдал один Рике, сел рядом.

— Спасибо, что помог — поблагодарила она, улыбаясь — Прости, тебе ведь пришлось столько бегать из-за меня…

— Да ладно, я устал немного, но был рад хоть как-то помочь — я отпил чаю — Слушай, Рика-тян, ты же о многом здесь знаешь, да?

— Сравнительно немножко — она вдруг стала грустной — Я ведь совсем не долго живу здесь, сам видишь.

— Ну, да — я вздохнул и посмотрел на нее — Мне вдруг стало интересно. Что было вчера?

— Ммм… — Рика задумчиво промычала, закрыв глаза, — Сама не знаю. Может, немного устала от всей этой беготни с фестивалем. В любом случае, прости, что повела себя так.

Она поклонилась мне в знак раскаяния, мне даже неловко стало:

— Ну ты чего? Не надо. Я на тебя не обижаюсь, — погладил её по голове. — Просто беспокоился. Вдруг тебя что-то тревожит и всё такое…

— Меня встревожили эти карты…

Внезапно её голос немного изменился, стал серьёзнее и грубее. Девочка опустила голову, так что глаз её было не видать.

— Слишком уж много совпадений… такого не было еще ни разу…

— О чём ты?

— Да не бери в голову… всё равно не поймёшь…

Она будто бы вновь обратилась в ту Рике, что я так испугался вчера, но вдруг она снова посмотрела на меня и с любимым возгласом: «Ми-па!» улыбнулась мне. Я тоже улыбнулся и погладил ее по голове со словами:

— Из тебя просто прекрасная святая дева, Рика-тян.

Она даже смутилась от моих слов и отвернула от меня свои розовенькие щечки. Она все-таки очень милая девочка…. Но то, что я увидел буквально минуту назад…

Но все мои сомнения улетучились мгновенно, как только мы собрались вместе и стали гонять туда-сюда назойливую молодежь, которая явно веселилась, мешая нам то палатку установить, то соорудить копилку для пожертвований. Естественно, нас это раздражало, но и гоняться за ними было чертовски весело, ведь мы делали это вместе. Тогда я лишний раз убедился, что девочки не могут быть причастны к каким-то из этих исчезновений или убийств. Смотря, как искренне они любят свою деревню и всё, связанное с ней, я просто не мог представить их среди убийц…

Уже ближе к вечеру, когда мы начали расходиться, мы проводили Рику в храм, удостоверившись в её весёлом и заводном расположении духа. Действительно, она не изменилась. Возможно, и правда произошедшее было лишь дурным сном.

Тепло распрощавшись, по какой-то причине так и не дождавшись Кеичи, мы разошлись по домам. Завтра нас ждал еще один тяжелый день подготовки, поэтому силы нам очень бы пригодились. К тому же я не высыпался в последнее время. А всё из-за сочинения Чие-сэнсэй… чтоб ей пусто было.

Проходя по тропинке мимо леса, я внезапно заметил кого-то в чаще. Это была девушка в зеленой шляпке с бантом, такого же цвета лёгком летнем платье и с вязаной корзинкой. Странно, но такое чувство, что раньше я её не видел. Любопытство овладело мной и я решил подойди чуть ближе. Она присела на лугу, окружённым деревьями и густыми её зарослями, и, держа ладонь над землёй, что-то нашептывала. Хотелось подобраться поближе, но вдруг меня выдал шорох листвы, мимо которой я попытался пробраться. Девушка резко обернулась и встала на ноги, испуганно воскликнув:

— Кто здесь?!

Из-за паники, запутавшись в кустарных зарослях, я свалился на землю неподалёку от неё. Каково же было удивление, когда я её всё-таки узнал.

— Чие-сэнсэй?!

— Кимото-кун?!

Уже через минуту мы успокоились и уже сидели рядом на траве, мирно беседуя.

— Не думала, что ты из тех, кто шпионит за девушками в лесах, — весело произнесла она.

— Да не, я не поэтому здесь! — раскрасневшись, начал оправдываться я, — Просто увидел девушку, вот и интересно стало!

— Похоже, у тебя есть опыт в подглядывании.

— Ничего подобного!

— Ладно-ладно, — посмеявшись, успокоила меня она, — Я шучу, не волнуйся.

Я лишь тяжело вздохнул и взглянул на неё.

— Чие-сэнсэй, а что вы здесь делаете? В лесу и совсем одна.

— Травку собираю, — добродушно ответила она, показывая корзинку, в которой и впрямь ровными горстками лежала разная трава, — Не подумай плохого, они все лечебные.

— Ну да… — усмехнулся я, — Что, учитель, любите прикурнуть лечебного косячка после работы?

Девушка звонко засмеялась и ударила меня по плечу со словами: «Ну ты юморист!». Между прочим, довольно сильно…

— Сэнсэй, — снова заговорил я, — А зачем вам лечебная трава? Её ведь готовить, обрабатывать надо и всё в этом роде. По-моему, таким травники в деревне занимаются.

— Ну… думаю, ничего страшного, если я тебе расскажу, — задумчивый тон со стороны учительницы, после чего она слегка коснулась кончиком пальца моего носа, — Но это секрет. Никому не говори, хорошо?

— Ладно, — я кивнул, после чего Чие чуть привстала и улыбнулась мне:

— Я целительница.

— Целительница? Типа, лечите силой мысли что ли?

— Можно сказать и так.

Честно говоря, этот бред меня не сильно убедил. Я лишь недоверчиво зыркнул на неё, как бы говоря саркастично: «Ну да, конечно! Тогда я балерина тамбовского театра». Девушка, похоже, распознав недоверие, сказала, вновь присев на корточки и выставив руку перед собой ладонью к земле:

— Смотри.

Какое-то время ничего не происходило. Я был готов уже тихонько смыться, чтоб не выслушивать эти байки снова, но тут произошло то, чего я никак не мог ожидать. Из-за листвы пробился солнечный свет и упал на то место, над которым была её ладонь, после чего вдруг из земли показался небольшой росток, напоминающий ромашку.

— Что… как? — стал заикаться я от удивления.

— Сама не понимаю, — учительница заулыбалась, глядя на мою реакцию, — С самого детства я могла, просто дотронувшись до увядшего цветка, вернуть его к жизни, а больные люди, погладив меня по голове, уже на следующий день выздоравливали. Не знаю, что это. Особые способности или случайное стечение обстоятельств, но вокруг меня всегда всё цветёт и пахнет.

— Но… почему вы раньше об этом не говорили?

— Понимаешь, у нас старомодная деревенька, — Чие-сэнсэй встала во весь рост и взглянула на меня добрыми глазами, — Они могут этого не понять. Как-то в детстве за мои способности меня назвали ведьмой. С тех пор я скрываю это от всех.

— А… я?

— Ты? Ну ведь ты городской! А вы вообще в такие вещи не верите! — засмеялась она, чуть прикрывая рот ладонью.

Я тоже невольно улыбнулся, глядя на неё. И правда, никогда не замечал её злой или обиженной на что-то. Она всегда была само добродушие, теперь даже понятно почему. И хотя мне до сих пор не верилось в сверхъестественные способности моей учительницы, надо признать, что она действительно такой человек, что заставит «цвести» каждого, сколь бы подавлен он ни был. После разговора с ней с души будто груз свалился.

— Ладно, Чие-сэнсэй. Извините, но мне домой пора. Или тётя волноваться будет, — спустя некоторое время я поднялся, отряхнулся и в хорошем настроении решил попрощаться.

— Конечно, иди, Кимото-кун, — девушка помахала мне, — До встречи. И кстати, к следующему занятию напиши сочинение на тему «Как нехорошо подглядывать за девушками» в тысячу слов.

— За что?!

— Небольшая профилактика. Чтобы ты больше так не делал. И не надейся схитрить. Это сочинения я от корки до корки прочитаю, — уже пугающе-заботливо заговорила она.

— За что вы меня так не любите? — тяжело вздохнув, спросила я.

— Ну что ты! Я тебя очень люблю. Поэтому и истязаю больше всех, — хихикнула она.

— Учительская любовь мне не по нраву!

Чуть позже, уже не в таком хорошем настроении, как пару минут назад, я потопал из чащи в сторону дома. Информация о новом сочинении застала меня врасплох. Слава богу, на него дали времени гораздо больше, чем на прошлое.

Я медленно шёл по тропе, сунув руки в карманы. Увиденное потрясло, ничего не скажешь. Я, конечно, скептик и не верю во всяких Ояширо-сама и, тем более, особые способности магического типа, но тот факт, что вокруг Чие-сэнсэй и правда витает довольно загадочная атмосфера, отрицать нельзя. К тому же, она не кажется мне плохим человеком. Ведьма или нет, девушка явно была не такой, как остальные, и этим заинтересовала меня…. Держа руки в карманах, я вдруг обнаружил, что там лежат ровной колодой те самые карты Таро, из-за которых начался весь сыр-бор.

— Подожди, Кимото-кун! Ты случайно не брал ничего с полочки у меня в столе? — внезапно пронеслись в голове слова Чие-сэнсэй.

— А вдруг это её карты? А Мион просто их стащила. Это вполне в её духе, — задумался я и повернул в обратную сторону, направляясь к учительнице, — Надо бы их вернуть и извиниться. Если она и впрямь считает себя ведуньей, точно их хватится.

Вернувшись обратно, я глазами стал разыскивать силуэт девушки в зелёном одеянии и нашёл его. Но она была не одна. Что-то происходило. С ней был кто-то еще, пониже ростом. Какая-то возня. Трудно было разобрать, что именно творилось, пока не послышался пронзительный девичий крик:

— Сдохни!

Я тут же хватился и побежал в чащу. Картина, открывшаяся глазам, повергла меня в шок. Вторым человеком оказалась Рика. Она свалила с ног Чие-сэнсэй и, усевшись сверху ей на спину, начала душить какой-то странной верёвкой. Девушка пыталась сопротивляться: оттягивала верёвку руками, пыталась привстать и отползти, но всё было тщетно. Каждое такое движение награждалось со стороны девочки мощным ударом локтём по голове. Я лишь наблюдал за этим, не в силах даже пошевелиться. Тело била какая-то странная дрожь и слабость. Просто не мог поверить, что это происходить наяву.

В какой-то момент Чие резко откинулась назад и, тем самым, сбросила Рику и её удавку с себя. Вновь глотнув воздуха, она подскочила к ближайшему дереву в попытке скрыться от нападавшей, попыталась перевести дух, но не смогла. В одно мгновение Рика снова подлетела к ней, схвпbsp; — Сэнсэй, — снова заговорил я, — А зачем вам лечебная трава? Её ведь готовить, обрабатывать надо и всё в этом роде. По-моему, таким травники в деревне занимаются.

- Ладно, — я кивнул, после чего Чие чуть привстала и улыбнулась атила за волосы и дважды ударила головой о ствол ближайшего же древа. Лицо девушки тут же окрасилось алой кровью. Она сползла обратно на землю, даже не в силах позвать на помощь.

— Ну что?! Приятно тебе? Приятно тебе, сука?! — во всё горло кричала Рика, продолжая избиение учительницы той же самой верёвкой по лицу и рукам, которыми Чие пыталась защищаться из последних сил, — А представь, каково было мне всё эти годы?! Каждый раз умирать! Каждый грёбанный раз!!!

Сложно было описать её выражение лица. От доброй и невинной Рики и следа не осталось. Волосы взъерошены, в глазах кипела ярость, всё лицо было пропитано сплошной злобой. Безумие. Вот что ей владело в данный момент.

Затем, когда девушка совсем рассталась с силами, Рика вновь повернула её спиной к себе, набросила удавку на горло и начала душить, придерживая спину Чие коленом. Учительница совершенно обессилила и просто не могла сопротивляться. На её лице читался страх, отчаяние. Слёзы телки по её щекам, а изо рта капали слюни из-за недостатка воздуха. Происходящее напоминало фильм ужасов. От шока всё моё тело отказывалось подчиняться велению прийти на помощь преподавательнице, но в какой-то момент я очухался и побежал в их сторону с криком:

— Рика-тян, прекрати!

Та даже не обратила внимания и лишь туже затянула верёвку на шее несчастной жертвы. Как только я приблизился к ним, тут же толчком откинул Рику в сторону и стянул удавку с Чие-сэнсэй. Повернул её к себе лицом и в ужасе понял, что было поздно. Учительница была мертва…

Глава 2. Тонкая грань между местью и безумием

— Итак, дети! — спустя какое-то время заговорила с классом Чие-сэнсэй. — Давайте вместе поприветствуем нового ученика, приехавшего к нам из Токио. Будем дружелюбными к нему и встретим как нашего нового хорошего друга. Представься, пожалуйста.

Я стоял у доски посреди класса. Все смотрели на меня, а я пытался сохранять улыбку на лице, чтобы всем понравиться…