Китайская рулетка

– Туалет вон там. – Фэй махнула в сторону двери. – Душа, к сожалению, нет. В номере будет.

– Ничего, как-нибудь обойдусь.

Фэй крутнулась на стуле.

– Рада тебя видеть.

– А я рад видеть тебя. – Нокс достал из куртки пачку юаней. Самая крупная китайская купюра – сто юаней, примерно пятнадцать долларов США. Общая сумма составляла двойную стоимость отдельного номера без каких-либо скидок. Фэй пересчитывать не стала, сунула деньги в комод.

– Я бы тебя к себе пригласила, – сказала она, словно оправдываясь, – но у меня есть мужчина.

– Тем лучше для тебя. И хуже для меня.

– Мой друг перестроил загородный дом в офисное здание. Первый этаж сдает в аренду – там кофейня. Хорошие салаты подают, если, конечно, тебе интересно. Насколько я помню, ты любишь кобб-салат.

Фэй всегда отличалась хорошей памятью. Нокс сделал мысленную пометку и кивнул, улыбнувшись.

– Я предупрежу персонал, чтобы про тебя никому ни гугу, – продолжала Фэй. – Что тебя будто нет. Однако берегись сторожа. Он у нас недавно, я его пока не раскусила. Имеет привычку курить во внутреннем дворике с полуночи до рассвета. Входи через заднюю дверь – так будет лучше.

– А ключ?

Фэй бросила Ноксу ключ на цепочке.

– Полагаю, ты привык заходить сзади.

Нокс грязно обозвал ее на путунхуа. Фэй рассмеялась и ответила еще более сальным эпитетом. Джон приготовился продолжать обмен любезностями – китайцам эта игра по нраву, – но тут зазвонил телефон. Фэй отвлеклась на несколько секунд, а когда обернулась, Нокса в комнате уже не было.

16:15

Район Пудун

Шанхай

Мысль о сжатых сроках долбила темя Нокса подобно навязчивому дождю. Вероятность найти Дэннера живым уменьшалась с каждым часом. Бывают дружеские отношения, предполагающие вечную долговую зависимость, – такова связь учившихся в одном классе или выживших в одной катастрофе. Дэннер подпадал под оба определения – они с Ноксом вместе проходили программу ВУСС, по пути из Кувейта в Ирак Дэннер охранял Нокса, ответственного за грузы. Оба тогда наварили денег, оба избежали серьезных ранений, и каждый должен был благодарить за это другого.

Однако роль Дэнни, как называл его Джон, в Ноксовой жизни этим не ограничивалась. Дэнни по его просьбе стал официальным опекуном Томми на случай несчастья с Ноксом. Стоило Джону заикнуться – и Дэнни взвалил на себя этот новый груз длиною в жизнь. Теперь сам Дэнни в большой опасности. Отвернись от него Нокс – и он будет иметь полное право отвернуться от Томми.

На автобусе Нокс проехал по мосту через реку Хуанпу и оказался в районе Пудун. Прежде чем обыскать квартиру Лю Хао, где рассчитывал обнаружить отчеты о взятках, Нокс решил заглянуть к Дэннеру. Он знал, насколько важно сличить ДНК. Также он знал Дэннера как настоящего следопыта. Если он, как сотрудник «Резерфорд Риск», присматривал за Лю Хао по поручению «Бертолд групп», следовательно, ему все известно о «консалтинговой деятельности» Лю Хао. Стало быть, есть шанс, пусть слабый, что Дэнни успел снять копии с записей Лю, или же измыслить собственную версию, а может, и зафиксировать где-нибудь местонахождение конфиденциальных документов. Аналогичным образом, если Дэннер хоть в чем-то подозревал клиентов Лю Хао, он наверняка донес свои подозрения до нужных людей прежде, чем был похищен. Нокс с радостью ухватился бы за любую ниточку, оставленную Дэннером.

Двадцать лет назад на месте района Пудун шумели доки и зеленели рисовые поля. Теперь Пудун для Шанхая – все равно что Уолл-стрит для Нью-Йорка. Навороченные офисные здания и высотки с роскошными апартаментами доминируют над широкими улицами. Вход в дом, где жил Дэннер, охраняли двадцатилетние сопляки в серой форме не по размеру. Нокс знал: они с чужестранцем связываться не станут. Их работа – следить, чтобы внутрь не проникли потенциальные воры и убийцы. Нокс – вайгожень – не по их части.

Джон представился другом мистера Дэннера и по лицам юных охранников понял, что они знают об отсутствии жильца.

– Мистер Дэннер попросил меня забрать из квартиры кое-какие вещи и отослать ему, – сказал Нокс. Отследил реакцию юнцов. Реакция его удивила. Они что, боятся – и пытаются скрыть страх? Для выводов Джону потребовалась секунда; когда же выводы были сделаны, сердце его упало. Кто-то его опередил. Нокс догадывался, кто именно.

– Мы не можем допустить вас в квартиру мистера Дэннера, – заявил старший охранник. – Извините, но для этого нам требуется непосредственное распоряжение мистера Дэннера.

Нокс заговорил на шанхайском диалекте, поскольку знал – им редкий вайгожень владеет. Мягко пожурил юношу за непочтительность.

Охранник устыдился.

– Если хотите, пойдемте со мной, – продолжал Нокс на шанхайском диалекте. – Вместе поищем. Можете составить опись взятых мною вещей, я подмахну, не вопрос. Или вам нужно доложить начальству?

– Будь по-вашему, – смягчился охранник. В голосе, однако, слышалось еще и облегчение.

– Рад, что вы так удачно придумали, – заулыбался Нокс. – Обязательно сообщу вашему боссу, как быстро и учтиво вы откликнулись на мою просьбу.

По пути к лифту Нокс извлек из кармана двести юаней, причем так, чтобы юноша это видел. Деньги, точно наживка, остались в его левой руке.

Джон умышленно не снял бейсболку и смотрел в пол – опасался видеокамер.

Квартира Дэннера являла собой образчик современных китайских представлений о роскоши; иными словами, убранство отличалось противоречивостью. Мраморный пол, мебель с обивкой из искусственной кожи, обеденный стол со стеклянной столешницей, больше уместный в столовой, нежели в гостиной, лампочки низкого напряжения – и тут же красные бархатные портьеры, бронзовые, под золото, краны в ванной и канделябры с хрустальными подвесками. Богато, ничего не скажешь; прямо в глаза бьет.

Нокс выставил юнца за дверь, в холл, а сам принялся методично искать у Дэннера в столе, шкафах, комодах и ванной. Он хотел найти волосок хозяина, чтобы Дулвич мог сличить ДНК. Увы: старательная прислуга не оставила ни щетки, ни расчески с волосами. Нокс прихватил электрическую зубную щетку, далеко не уверенный, что от нее будет толк. Уже собирался уходить, но вдруг заметил прозрачный пластиковый контейнер со сменными бритвенными картриджами, как новыми, так и использованными. Пригляделся к использованным – все были забиты толстыми черными волосками. Контейнер отправился в потайной карман. Потом разберемся.

Нокс продолжал искать свидетельства похищения. Дэннер слишком умен и осторожен, чтобы оставить важную вещь на видном месте, поэтому Джон попытался найти скрытые стенные панели или расшатавшиеся плитки пола. Добрался до четырех вентиляционных отверстий, снял решетки, заглянул внутрь. Сейф был заперт; впрочем, если Нокс не ошибся насчет навыков человека, который его опередил, в сейфе ловить нечего.

Пять минут растянулись на десять. Затем на пятнадцать. Нокс взялся ощупывать одежду Дэннера. Проверил беговую дорожку, развернутую к плоскому телевизору, встряхнул аккуратно сложенное белое полотенце, висевшее на поручнях. Пошарил под беговой лентой и за телевизионной панелью. Изучил саму панель на предмет флэшек и тому подобного. Порылся в горшках с комнатными растениями, в холодильнике и в морозильной камере. Отодвинул холодильник от стены. Вытащил затычки из раковины и ванны, осмотрел цепочки от затычек в надежде обнаружить какой-нибудь проводок. Проверил сливной бачок. Сунул руку в сливную трубу.

Внимание его привлекла фотография Пэгги с двухлетним мальчуганом. Нокс застыл. Шагнул к прикроватной тумбочке, вытащил фотографию из рамки, но ничего не нашел. Специально для юного охранника взял Дэннерову пижаму и пару покетбуков, сунул в рюкзак. Пусть юнец думает, что он за этой ерундой и приходил.

Наделал снимков мобильником и разобрал на части городской телефон Дэннера в поисках подслушивающего устройства. Достал из-под стола блок питания, отметил отсутствие пыли на шнуре и зарядном устройстве для лэптопа. В розетку был воткнут одинокий провод с маркировкой «Гармин». Зарядка от навигатора. Нокс отправил его в рюкзак.

Инструкция к навигатору нашлась в ящике письменного стола, вместе с техпаспортом для мотоцикла марки «Хонда-220» и руководством по эксплуатации беговой дорожки.

Нокс позвал юного охранника, предъявил официальную добычу, утаив провод от навигатора. Парень кивнул и не стал приставать с описью.

– Сюда уже приходили, – с утвердительной интонацией произнес Нокс. – Кто это был – китаец или вайгожень?

– Я не говорил, что здесь были другие люди.

– Попробуем еще раз.

Охранник молчал.

– Дело ваше, – сказал Нокс. – Отсюда похищен компьютер. Наверняка с вас за это спросят.

– Вайгожень.

– Высокий. Коротко стриженный. Судя по удостоверению личности, сотрудник консульства США. – Нокс описал единственного человека, которого мог представить заговаривающим зубы охране и выносящим предмет вроде Дэннерова лэптопа.

Юноша не раскрывал рта.

– Он расписался за компьютер? У вас есть опись вещей, которые он забрал?

– Никого не было. Никто ничего не брал. Незачем расписываться.

– Покорно прошу меня извинить, – осклабился Нокс, – но, по-моему, вы ошибаетесь. Видите ли, мистер Дэннер просил меня забрать лэптоп и передать ему. А лэптопа нет. Сами взгляните – где компьютер? Где?

Юнец скривился.

– Если никто не расписывался за лэптоп, может, вы хотя бы обыскали чужестранца? – Нокс выдержал короткую паузу. – Полагаю, не обыскали.

Охранник сжал губы, глаза его забегали.

– Не подумайте, что я хочу вас обидеть. Поймите: исчезновение лэптопа усложняет мою задачу.

– Я сказал, вайгожень ничего не взял. – Голос юноши дрогнул.

– Значит, я ошибся.

В лифте Нокс сунул юноше двести юаней. И снова заговорил на шанхайском диалекте.

– Вайгожень велел вам связаться с ним, если тип вроде меня станет задавать вопросы?

Юноша стоически молчал.

– Если хотите и дальше сотрудничать с американским консульством – идите, звоните, докладывайте. – Нокс продемонстрировал еще две купюры по сто юаней. – А мне лишняя головная боль не нужна. Так-то, братишка. Мое правительство вполне может устроить мне веселую жизнь. А твоя Партия сделает то же самое для тебя. Я прав?

Купюры исчезли.

До первого этажа Нокс буравил юношу взглядом. Лифт еле полз. Юноша смотрел прямо перед собой, на два отражения в гладком металле. Двери открылись, Нокс, не поднимая головы, покинул здание и окунулся в густые шанхайские сумерки.

16:50

Район Чаннин

Шанхай

В кабинете Аллана Марквардта по обе стороны от двери помещались столы красного дерева, за которыми сидели с виду исполнительные молодые женщины с прямыми спинами и миленькими личиками. Большинство сотрудников уезжали на выходные; большинство, но не все. Сам Марквардт, в условиях кризисной ситуации, вовсе не брал выходных. И секретаршам своим не давал.

Грейс отметилась у помощницы руководителя, Селены Минь. Селена, явно обрадованная появлением Грейс, поднялась и распахнула перед ней дверь. Грейс расправила плечи, одернула серый жакет, удостоверилась, что воротничок блузки в порядке, и потрогала скромную нитку жемчуга на шее. Селена следовала за Грейс с блокнотом наготове.

Едва за девушками закрылась дверь, Марквардт встал навстречу Грейс. Лучше бы сидел, подумала та.

– Мисс Чжу, как я рад с вами познакомиться! Я столько о вас слышал!

Входит в роль, мысленно смягчилась Грейс.

Стены кабинета были отделаны панелями из древесины грецкого ореха, паркетный пол устлан коврами ручной работы. Многочисленные книжные шкафы создавали впечатление библиотеки в каком-нибудь имении. В углу поблескивал черный лаковый поднос с бутылями граненого стекла, в которых поигрывали на просвет напитки насыщенных тонов. Искрились перевернутые бокалы. Грейс показалось, что она в Шанхае начала ХХ века.

– Что за дивный вид, – прощебетала она, пересекая просторную комнату и протягивая руку для пожатия.

Марквардт указал на кресло с обивкой из алого шелка-сырца, расшитого птичками колибри. В воздухе пахло сандалом. Селена Минь принесла зеленый чай. Минут пять они обменивались общими фразами.

Наконец Марквардт перешел к делу:

– Вы подали жалобу в отдел кадров.

Селена приготовилась стенографировать.

– Пустяки. Небольшое недоразумение, – отвечала Грейс.

– Вам не нравятся предоставленные нами апартаменты?

– Лишь по отдельным пунктам. В частности, мне была обещана охрана в вестибюле и доступ в тренажерный зал.

– И что же?

– В предоставленных мне апартаментах нет ни того ни другого.

– Примите мои глубочайшие извинения за это досадное недопонимание.

– О недопонимании речи нет. Все было зафиксировано в контракте.

– Мы немедленно исправим ситуацию, мисс Чжу. С вашего позволения, мы переместим ваши вещи в другие апартаменты, – Марквардт сверился с записями, – которые находятся в районе Пудун. Я говорю о гостиничном комплексе «Кингленд Риверсайд». Смею вас уверить, этот отель оборудован по последнему слову техники. – Марквардт протянул Грейс рекламный буклет. Заинтригованная Селена Минь оторвала взгляд от стенограммы, снова опустила голову. – Ключи будут на вашем столе еще до конца рабочего дня. Надеюсь, к новому жилью у вас не возникнет нареканий.

Явно репетировал, подумала Грейс.

– Это было бы чудесно. Благодарю вас.

– А теперь, – Марквардт жестом велел Селене удалиться, – разрешите обратить ваше внимание на вид из окна.

Селена вышла. Марквардт провел Грейс на узенький балкон и закрыл стеклянную дверь.

– Я уже говорила, – вполголоса начала Грейс, – что мне нужно взглянуть на вашу годовую отчетность – на все материалы, а не только на официальные гроссбухи. Удобнее всего было бы получить пароли к этим файлам.

– Непременно получите, – заверил Марквардт.

Пятьюдесятью этажами ниже хаотично, как потревоженные муравьи, перемещались машины и люди. Темную от смога линию горизонта нарушали подъемные краны, воздух вздрагивал от грохота строек, фоном которому служил вечный гул транспорта.

– Вон там, справа, сразу за Всемирным финансовым центром, возвышается башня Цзинь Мао. Видите чуть поодаль здание с желтым краном на крыше?

– Да.

– Это наше детище – башня Сюань.

– Понимаю.

Марквардт с довольным видом кивнул.

– Это прекрасное здание. До сих пор китайское правительство не чинило препятствий нашей деятельности, хотя, конечно, она тут нежелательна. – Марквардт взглянул на Грейс. – Мы для Пекина – этакий образчик иностранного строительного проекта, разрешенного лишь для того, чтобы показать остальному миру, до какой степени он не ценит то, что имеет. Вы не представляете, Грейс, сколько китайцев мы задвинули своей башней. Я, конечно, знал, что Сюань их не радует. Но не представлял, до каких пределов не радует.

– Строительство, похоже, почти завершено, – заметила Грейс. Последние двадцать этажей скрывали леса и зеленая ткань. Без сомнения, Марквардт проводит параллель между похищением и строительством башни.