Настойка мухомора для босса

– Ох, и здоровы же вы поспать. Добрые люди уже обедать собираются, а вы еще и не завтракали? – в глазах пробежала насмешка.

– Остаться без завтрака – это для меня не самое страшное, – Дана посторонилась, пропуская его в квартиру.

– Наш визит отменяется или переносится? – серьезно спросил он. – Хотя, скорее всего, теперь совет даже самой всемогущей колдуньи не имеет смысла.

– Я умею собираться очень быстро. Проходите, – она скрылась в ванной, но через минуту появилась снова. – Что-то случилось?

Костя кивнул.

– Утром я случайно узнал о том, что Стас уже пару недель находится в психушке. Алиса скрывала это от всех. Говорит, что боялась огласки и поступила так в интересах фирмы. Отчасти она права. Такое серьезное дело не может возглавлять психически больной человек. Хуже другое, что эта секретарша возомнила себя, Бог знает кем, и решила, что может сама все держать под контролем. Или не сама… – внезапная мысль пронзила сознание. Тогда этот факт объясняет многое.

«Это еще не самое страшное», – подумала Дана, заметив, как изменилось лицо гостя, но вслух сказала:

– Ставьте чайник. Я сейчас.

Через несколько минут она появилась на кухне. Посвежевшая от холодной воды, в меру подкрашена. Модный, но не броский костюм придавал строгий и уверенный вид.

Костя смерил ее оценивающим взглядом и посмотрел на часы.

– Действительно, быстро. Для женщины это редкая черта. Садитесь к столу, чайник уже закипает. Он заварил чай, разлил его по чашкам и виртуозно расположил на тарелке пирожные.

– О! Вижу, вы вполне освоились на моей кухне. Мне это нравится. А откуда пирожные?

– Купил по дороге. Я вчера заметил, что холодильник у вас пустой.

– Вообще-то, я сейчас на диете. Для этой благой цели холодильник и призван отпугивать своей пустотой. Когда нет соблазнов и грешить не хочется, – развела она руками. – Вполне чистосердечное признание. Кстати, Костя, вчера я явно поторопилась зачислить вас в ряды своих друзей. Какая жестокая ошибка, – на лице ее появилась огорченная гримаса.

– Почему? – в глазах его появилось недоумение. – Где и когда я успел потерять ваше доверие?

– Ну, скажите, разве друг может принести женщине столько калорий? Это называется сладкой пыткой и не всякий ее с честью выдержит.

– Понял, – с готовностью ответил он, и, взяв тарелку со стола, решительно направился к мусорному ведру.

Дана проворно подхватилась следом и, едва успела перехватить его руку.

– Вы что? С ума сошли? Отдайте сейчас же. Лучше давайте пить чай, – вздохнула с облегчением, отобрав у него пирожные. – Человек слаб и не может устоять перед наступающими на него соблазнами, – она с удовольствием откусила приличный кусок с кремом. – Ничего не случится, если мы еще один раз подкормим свои пороки, а похудеть всегда успеем, было бы желание. Правда?

Костя молчаливо прихлебывал горячий чай, с любопытством наблюдая, как из тарелки исчезает одно за другим высококалорийное лакомство.

Спустя час они подъехали к панельному пятиэтажному дому. Дана вышла из машины и неторопливо направилась в крайний подъезд. Костя шел за ней. Он привычно молчал и, похоже, чувствовал себя неловко.

Дверь открылась на первый звонок. Их встретила моложавая женщина со спокойным и ясным лицом. Ее большие синие глаза излучали какой-то особенный свет и были похожи на бездонные чистые озера. Темные волосы, густо разбавленные серебряными нитями, были гладко зачесаны и собраны на затылке в большой и тугой пучок.

Костя про себя отметил, что ничего общего с колдуньей у этой женщины нет, хотя на самом деле в жизни ему не приходилось встречаться ни с одной их них. Тетка Даны с первого взгляда вызывала симпатию и расположение.

– Дана, детка, куда ты пропала? – спросила, пропуская гостей в квартиру. – Я уже несколько дней пытаюсь дозвониться, но телефон молчит. Завтра сама к тебе собиралась. Да вы проходите в комнату, – обратилась она к Косте. – Там все и расскажете.

– Вот видишь, Нонна, – Дана с детства называла тетку по имени, – я так просто почувствовала твое желание видеть меня и сразу же примчалась. Умница я?

– Не знаю, умница ли, но болтушка – это точно, – вздохнула тетка и поцеловала ее. – Так что, все-таки, с твоим телефоном?

– Тут такое дело, – она замялась и смущенно оглянулась насвоего спутника. – У меня уже десять дней отключен телефон… за неуплату, – добавила тихо и тут же постаралась сменить тему. – Кстати, познакомься, это Костя. Мы приехали к тебе по важному делу.

Нонна сдержанно поздоровалась, пристально посмотрев на гостя, однако руки ему не подала. Дану это нисколько не смутило, она знала, что тетка никогда не здоровается за руку и, вообще, лишний раз старается не прикасаться к посторонним, имея особенную энергетику. В квартире был странный беспорядок. Это удивляло и вместе с тем настораживало. Обычно дом тетки всегда сиял идеальной чистотой.

– А что за погром? Зачем эти коробки? И чемодан? Нонна, что происходит? – спросила обеспокоенная племянница.

– Вот, собственно, за этим я тебя и искала. Но сначала я выслушаю, зачем вы пришли, – спокойно ответила она.

Дана покорно протянула фотографию Стаса и кратко рассказала о сути, не вдаваясь подробности с легендой и прочими деталями. Все, что нужно, Нонна уже поняла, внимательно посмотрев на снимок.

– Да, родовое проклятие – дело серьезное, – сказала после некоторой паузы. – И влиять на ход этих событий очень тяжело. Хотя, Господь наш милостив и, возможно, вашему другу ниспошлет свою благодать и прощение, отвернет от суровой кары. Как говорится, «будущее приоткрывается лишь в том случае если предначертанное должно быть изменено».

Дана с удивлением отметила про себя, что Нонна слишком уверенно процитировала ее любимого Коэльо.

– Какая кара? Он же ни в чем не виноват, – с некоторым опозданием вскрикнул Костя и тут же осекся. – Простите.

– Вы, молодой человек, наверное, слышали, что такое карма? Не нам судить, виноват он или нет. Мало того, что ваш друг несет наказание за грехи предков и это тяжелое бремя разделить ему не с кем, потому что он остался единственным из некогда большого рода. Но его еще и земные заботы не отпускают, впереди стоят. Все один к одному. Не все знают, что прошлое и родовое проклятие настигает потомков до седьмого колена. Бывают случаи, когда Судьба корректируется, и проклятия снимаются, но все это не так просто, как кажется. На все воля Божья и не всякий Мастер возьмется за эту работу.

– Нонна, помоги ему, – тихо попросила Дана. – Я же знаю, что ты можешь.

Тетка метнула на нее строгий взгляд.

– Не говори так. Все мы проводники и исполнители воли Господа нашего и без его помощи – мы бессильны, а он милостив… Но я не возьмусь за это дело, – сказала она тихо и твердо.

– Я вам хорошо заплачу… много заплачу, только спасите Стаса, – Костя говорил с горячностью, но в голосе его слышалась скрытая мольба. Ему совершенно не было дела до всяких тонкостей магической науки. Жизнь Стаса – это то, главное, за что он готов был бороться до конца.

В ответ Нонна покачала головой. Тогда Костя повернулся к Дане. В его взгляде она прочитала все, что сейчас творилось в душе. Она хорошо знала, что это не понравится тетке, но все же тихо произнесла:

– Помоги ему, за-ради Христа, – использовала безотказный прием.

Нонна укоризненно посмотрела на племянницу и, после некоторых раздумий, открыла маленькую черную сумочку. Полистала небольшой блокнот и сказала:

– Записывайте адрес. Это сильный Мастер, моя старшая подруга. Но она живет на Алтае. Это очень далеко. Передадите ей от меня поклон, а дальше – все в Божьих руках.

Нонна медленно продиктовала адрес и телефон.

– Будете звонить, учитывайте разницу во времени, негоже человека беспокоить ночью. И поторопитесь, ваш друг уже вступил на дорогу, ведущую в мир предков. Это все, – добавила так тихо и твердо, что стало ясно: разговор на эту тему окончен и повернулась к Дане: – Детка, я послезавтра уезжаю в Канаду.

– Куда? – удивилась та. – Зачем? Ты не шутишь?

– Нет, все серьезно. Меня давно приглашали работать в Центр нетрадиционной медицины. На прошлой неделе пришел официальный вызов. Так, что квартиру и цветы я оставляю на твою заботу. На подоконнике лежит график полива и подкормки растений. Я там все подробно написала. В аэропорт провожать поедешь? – уголки ее губ тронула легкая усмешка.

– Конечно, но все так неожиданно. А, как же я? У меня, кроме тебя никого нет, – вдруг всхлипнула Дана, совсем как маленькая девочка.

– Ну – ну, – обняла ее тетка, – не разводи сырость. Я же не навсегда уезжаю. Поработаю какое-то время и вернусь к вам. Уж тебе-то грех говорить об одиночестве. Дочери рядом. Как быстро растут. Время не стоит на месте. Твой петушок скоро вернется. Все будет хорошо. Хотя, смотрю, рядом с тобой еще один появился, – метнула она странный взгляд в сторону Кости.

– Это по делу, – смутилась племянница.

– По делу – так по делу, – хитро прищурилась Нонна и совсем неожиданно подмигнула ему. – Ну, дорогие мои, чаем поить мне вас некогда. Много еще незавершенного осталось. Прощайте. И, помогай вам Бог.

Она проводила гостей до двери и, легонько прикрыв ее за Костей, задержала Дану.

– Рассказывай. Тебя что, снова уволили с работы?

Дана кивнула, опустив голову. Спрашивать Нонну, откуда она знает, было просто нелепо.

– Что ты там натворила? – строго спросила тетка.

– «Перезрелые фрукты частенько оказываются в мусорной корзине», – ответила с усмешкой, вспомнив, что именно эти слова предшествовали ее увольнению. – Понимаешь, Нонна, этот новый начальник так достал, на работу ходить не хотелось.

Последняя встреча в кабинете начальника отдела всплыла в памяти в мельчайших подробностях. Он, подобно мурлыкающему коту, пускал слюни восторга, текущие по подбородку, и не отрывал от нее взгляда.

– Богдана Романовна, мы с вами делаем одно большое дело, и залог его грандиозного успеха состоит, так сказать… В общем, для этого нам необходимо сблизиться, лучше узнать друг друга. Впереди ждут великие дела, и нам обоим будет полезно… – он положил маленькую пухленькую руку с короткими толстыми пальцами ей на колено.

Дана выразительно посмотрела на него и сбросила ее с таким видом, словно к ней прикоснулась лягушка.

– Ну, же, не стоит быть такой недотрогой, мой сладкий персик, – ласково сказал шеф – пижонистое существо ростом в метр шестьдесят. – Я уже оценил ваш жест. Женщина должна выглядеть недотрогой, чтобы хотелось ее завоевывать, а потом с особенным наслаждением обладать своей добычей, – эти слова он произнес уже прерывистым шепотом, близко склонившись к ее уху.

С трудом сдерживаясь, она резко встала и отошла к окну.

– Егор Тимофеевич, – произнесла, как можно спокойнее, – мне нужно сегодня успеть отправить техническую документацию заказчику. Вы подписали документы?

– Это успеется, дорогая Богдана Романовна, – пропел противным голосом, и глаза его при этом странно блеснули. – Да вы присаживайтесь. В ногах правды нет. Мне нужно уточнить у вас еще несколько пунктов.

Дана тяжело вздохнула и напряженно утроилась на краешке стула.

Шеф тем временем исчез под столом, но через пару минут выглянул оттуда и поставил перед ней бутылку шампанского и уже открытую коробку «Ассорти». Двумя пальцами он взял одну конфету и снова близко склонился над ней.

– Перезрелые или испорченные фрукты частенько оказываются в мусорной корзине, а могли бы стать полезными, – сказал он все тем же тихим и ласковым голосом и, как бы невзначай, опустил конфету в вырез ее платья. – Ох, какая жалость, – вздохнул притворно, что послужило своеобразным ответом на ее немой и вопрос, читавшийся в выразительном взгляде. – Вы не будете возражать, если я ее достану? Шоколад имеет способность быстро таять, а это испортит вам платье… и белье… – поросячьи глазки смотрели вызывающе, и в них уже читалась победа.

Дана встала, достала подтаявшую конфету из бюстгальтера и, зажав ее в ладони, влепила шефу звонкую пощечину, размазав шоколадом по щеке.

Этот ответ не удовлетворил его и к окончанию рабочего дня секретарша, с сияющей улыбкой кинозвезды, получившей Оскара, положила на стол выписку из приказа об ее увольнении.

– Отрабатывать будете? – спросила нагло. – Положено две недели…

Дана едва сдержалась, чтобы не послать ее по определенному адресу. Однако в ответ лишь слабо покачала головой.

– Но ты же не сама ушла, а тебя уволили, у-во-ли-ли, улавливаешь разницу? – добивалась объяснений Нонна, вернув из воспоминаний в реальность.

– Ну, уволили. Я считаю, что если человек козел, то нужно, чтобы ему кто-то об этом сказал. В противном случае, он постоянно будет лазить в чужой огород. И, потом, он сам напросился, ведь всякому терпению есть предел. Правда, же?

– Ладно, уж, иди. Горе мне с тобой, – вздохнула Нона.

На лестнице поджидал Костя. По выражению его лица она поняла, что разговор с теткой коснулся и его ушей. Они спустились вниз. Уже у машины Дана беспокойно оглянулась. У подъезда стояла тетка и пристально смотрела им вслед. Она быстро вернулась.

– Послушай меня, деточка, тебе не стоит ввязываться в это дело. Помощи от тебя – никакой, а себе навредишь. Вижу, ты и сама поняла, что помимо векового проклятья, вокруг этого несчастного существует еще много всякого зла от живых людей, которые его окружают. Трудно ему придется. Выкарабкается ли? Он уже себе не принадлежит и полностью находится в зависимости от того, кто им управляет, – она посмотрела племяннице в глаза, отчего та быстро опустила ресницы. – Эх, ты, – Нонна покачала головой. – Ты уже слепа и глуха. И все же, хотя бы пообещай мне не принимать необдуманных решений.

Дана поцеловала ее в щеку и вернулась к машине. Костя терпеливо ждал.

– Домой? – спросил притихшую спутницу. Та в ответ просто кивнула. За всю дорогу они не проронили ни слова. Когда машина остановилась, он спросил:

– Можно вам позвонить?

Она на минуту задумалась, но потом ответила:

– Конечно, можно. Вот только я еще сама не знаю, когда будет это «можно»? Телефон у меня отключен. Скорее всего, надолго.

– Это неважно. Просто я хочу, чтобы у меня был ваш номер.

Она пожала плечами и достала из сумочки небольшую карточку.

– Это ваша визитка? – спросил удивленно.

– Что-то вроде того. Я занимаюсь репетиторством, приходится часто давать свой телефон, вот и отпечатала его для удобства. Ну, мне пора. Желаю вашему другу удачи. Надеюсь, все будет хорошо. Мастер его примет и сделает все возможное, хотя бы из уважения к Нонне.

– Скажите, вы серьезно думаете, что это ему поможет?

– Уверена. Я знаю эту подругу тетки. Ко всем своим достоинствам, она еще известная травница, а на Алтае растет всякая трава, дающая свою пользу. Так что нисколько не сомневайтесь. От нее он вернется, как огурчик. Но, учтите, что нужно будет везти Станислава к ней домой, а это совсем не близко. Как он переносит самолет?

– О, черт! Я об этом даже не подумал. Сначала его нужно как-то забрать из дурдома, а это тоже не просто. Меня к нему сегодня не пустили. Да, одни проблемы, но это все решаемо. Большое спасибо за помощь. Теперь я ваш вечный должник, – улыбнулся он.

– Не благодарите меня, не за что. Наберитесь терпения и все получится. А, что касается вашего долга… Я подумаю, чем с вас взять? – засмеялась она и открыла дверцу.

– Подождите, вы уже уходите?

– А вы что хотите, чтобы я всегда сидела в вашей машине?

– Честно говоря, я уже привык к вам за последние два дня, – он медлил. – А, что, если мы сейчас сбежим куда-нибудь? Ну, скажем, подальше от всех проблем, хотя бы на какое-то время?

Дана удивленно посмотрела на него и улыбнулась.

– Это уже интересно. Куда побежим?

– Может, поужинаем вместе? Вы где обычно отдыхаете? – в голосе Кости слышалась надежда. Похоже, ему действительно не хотелось прощаться.

– За приглашение спасибо, но мне на сегодня хватит пирожных. Это был мой завтрак, обед и ужин. А, что касается отдыха, то я обычно отдыхаю дома – так дешевле.

– Простите за бестактность. Тогда я оставлю вам свои координаты, – он протянул ей визитку, выполненную по всем правилам. – Вдруг что-нибудь понадобится. Вы только свистните, а я, как Сивка-Бурка, примчусь сразу.

– Хорошо, пойду учиться свистеть, – кокетливо засмеялась она, а про себя отметила, что этот милиционер очень привлекательный мужчина и источает слишком притягательные флюиды, которые опасно ощущаются даже на расстоянии.

Костя дождался, когда она скрылась в подъезде, и тотчас уехал.