Ниже – только вверх. Книга 2. Детонатор

На небе зажглись первые звезды. Друзья держались из последних сил, понимая, что если упадут в воду, не встанут. Постепенно сознание притуплялось, а мысли о сохранении жизни уступали мечте о тепле и уюте. Ужасно хотелось лечь, и это желание было непреодолимо. Почувствовав что-то неладное, Рой провел языком по лицу хозяина. Феликс пришел в себя и увидел на поверхности воды только лицо друга. Похоже, Влад опередил его в желании лечь. Из последних сил Феликс вытащил друга из воды и, потеснив Роя, затолкал на остаток лодки. К счастью, Влад не успел нахлебаться воды. Непослушными руками Феликс открутил от транца мотор и сбросил его в воду. Вслед за ним полетели ружья и боеприпасы. Освободившись от лишнего груза, раненая лодка приподняла друга и жавшуюся к нему собаку. Движения немного согрели Феликса. Сделав над собой нечеловеческие усилия, он заставил себя несколько раз присесть. И пусть при этом пришлось окунаться по шею в воду, работа мышц привела и тело, и сознание в тонус. Стало легче.

Где-то недалеко прогремел выстрел. Понимая, что это ищут их, Феликс попробовал крикнуть, но смог издать лишь какой-то сиплый звук. Он полушепотом скомандовал Рою: «Голос!» Однако собака только затряслась и стала лизать ему лицо. Снова прозвучал выстрел. Но уже в стороне.

«Не найдут они нас, пройдут в темноте мимо… А через час вовсе не будет смысла искать. Троим на этом «поплавке» места нет. Все утонем», – чуть было не отчаялся Феликс, но тут его посетила спасительная мысль.

Он нырнул под лодку и постарался найти ружье. Попытка увенчалась успехом. Как только он переломил поднятое со дна ружье, из его стволов в грудь ударила струя воды. Феликс пристроил ружье на плотике, а сам опять в воду. Нашел патронташ. Отдышавшись, достал патрон и вставил в патронник. Снял с предохранителя, приставил ружье к плечу и нажал на спуск. Вместо выстрела – жалкое шипение и плевок дроби буквально себе под ноги. Намокшие патроны пришли в негодность. Феликс достал сразу два, вставил и попытался замкнуть затвор. Одна, вторая, третья попытки не дали результата. Из-за того, что все приходилось делать, держа руки над грудью, не хватало сил. Со словами: «Господи, помоги!» Феликс прижал приклад к лежащему Владу и ему, наконец, удалось сложить ружье. Влад застонал. «Слава Богу! Значит, приходит в себя», – облегченно вздохнул Феликс и нажал на курок. Выстрела не последовало. Он нажал на второй, и тоже ничего. «В чем дело? – пытался он сообразить. – Возможно, не снял с предохранителя? А таки да!» – обрадовался он, найдя и устранив причину… Ба-бах! Ружье больно ударило в грудь. Феликс выронил его и сам упал в воду. Он попытался подняться, цепляясь за ноги Влада, но только стащил друга в воду. Сразу стало хорошо. Движения затихли. Появилось странное ощущение, как будто голова над водой, но дышать почему-то невозможно. Теперь уже Влад пытается удержать друга на плаву. Феликс делает вдох, и его сознание проясняется. Он старается уцепиться руками за кант лодки, но срывается. Вода покрывает лицо. Приятная истома погружает его в другое измерение… Но чьи-то сильные руки подхватывают и кладут его на твердую поверхность. Откашлявшись, он начинает понимать, что с него стаскивают мокрую одежду, растирают с ног до головы полотенцем и укутывают во что-то теплое.

– Где Владислав? – спрашивает он почти шепотом.

– Рядом, в соседней лодке. И собака, и вещи. Все собрано. Отдыхай.

– Хорошо, – улыбнулся Феликс и так же полушепотом попросил коньячку.

Ему дали стакан водки, и он выпил ее в пять глотков…

 

Из последних сил Феликс вытащил друга из воды и, потеснив Роя, затолкал на остаток лодки. К счастью, Влад не успел нахлебаться воды.

Не лезь в бутылку, джином не станешь

Подкатил «хаммер», из которого выпрыгнул Влад Петровский. Огромная желтая тачка выше своего владельца не на одну голову. Влад – этакий невысокий, светловолосый, породистый «жеребец». Если в двух словах описать внешность товарища Феликса, то он вылитый президент Польши Качиньский, только моложе.

Влад стал осматривать двор, ища взглядом своего респектабельного друга, и не находил. Каково же было его изумление, когда, оглянувшись на окрик, вместо ухоженного, самодостаточного бизнесмена он увидел перед собой замызганного бомжа.

– Феликс, что я вижу? Ты ли это?..

– Он самый. И я рад. Честно говоря, боялся, что тебя предупредили на мой счет.

– Давай в машину и выкладывай, что стряслось.

Как только оборванец устроился на заднем сиденье, Влад запричитал:

– Матка Воска! Як ты смердишь! Где тебя так?..

– Готов слушать? – перебил стенания друга Феликс.

– Так, так, я слухам пана, – закивал Влад, а выслушав короткое изложение событий последних дней, ругнулся: – Пся крев, – и спросил: – Кто тебя так опустил?

– В этом-то и предстоит разобраться. Ты готов мне помочь?

– Нема пытань. Говори, что надо?

– Первое – купи спецовки для строителей. Записывай размеры. Второе – отвези нас в свой загородный дом и дай возможность прийти в чувство. Подробности завтра.

– Все сделаю, не переживай.

– А главное, обо мне никому ни слова.

Купив в строительном гипермаркете спецодежду, они поехали забирать своих товарищей.

Четверка во главе с Глебом прошла по территории стройки и нырнула в недостроенные помещения. Холод собачий. Лиза с Аней стали замерзать, и Глеб развел огонь. Все устроились вокруг небольшого костерка. Сидели молча, тесно прижавшись друг к другу. Доски тихо потрескивали в тишине, как вдруг послышались чьи-то шаги. Видать, кого-то привлек дым. Глеб кошкой юркнул за перегородку, жестом приказав всем молчать. Появился мужик в форме охранника и, матерно ругаясь, потребовал немедленно затушить огонь и убираться вон. Юра попытался его уговорить, поясняя, что Лиза беременна. На это охранник открыл кобуру и, доставая пистолет, заорал:

– Срать мне на ваши проблемы, уроды! А сука твоя беспородная, коль и подохнет, – невелик урон. Все лучше, чем себе подобных щенков плодить, бомжары! Одну радость для вас окажу – вы подохнете не здесь. Туши огонь и вон отсюда!!! – с этими словами он выстрелил в костер.

Пуля, ударив в угли, разбрызгала сноп искр, которые полетели на ветхую одежонку беглецов. Они дружно вскочили. Лиза прижалась к Юре.

– Что, суки, страшно?! – злорадствовал охранник. – А ну валите отсю…

Конец фразы так и застрял у него в глотке, сдавленной цепкой рукой Глеба. Крепкий с виду мужик, словно маленький кутенок, дернулся, выпустил пистолет, упал на колени и обмочился.

– Юра, сними с него брючный ремень, – распорядился Глеб.

Через полминуты ловко связанный охранник, жадно втягивая воздух, закашлялся.

– Закрой пасть! – Глеб двинул его ногой. – Отвечай точно и внятно. Сколько вас на объекте?

– Двое… – прохрипел охранник.

– Где второй? Какая с ним связь?

– Второй в вагончике. Радиостанция…

– Полежи здесь тихонько и тогда с тобой ничего не случится, – сказал Глеб, снисходительно похлопав охранника по щеке, и ушел.

– Всем подъем и за мной, – скомандовал, вернувшись. – Ты тоже вставай, – и толкнул охранника.

Последовав за Глебом, все вскоре вошли в вагончик. На полу лежал второй охранник. Его связанные руки были притянуты к связанным ногам, отчего он напоминал колечко колбасы. Глеб освободил несчастного от пут, дав возможность выпрямиться, и приказал:

– Сесть на пол! Рядом!

– Юра, сделай нам всем чаю, – попросил он парня и уже совсем доброжелательно обратился к сторожам:

– Мужики, мы у вас погреемся чуток и уйдем. Лады?

Судьба человека – это единственное, чего v него не отобрать

Влад остановил «хаммер» возле стройки. Феликс, облаченный в спецовку с надписью «Прораб», вышел из машины и постучал в калитку. Тишина. И лишь после того, как он нажал на кнопку звонка, калитку открыл Глеб.

– Ух ты, а где охрана? – спросил Феликс.

– Отдыхает, – ответил Глеб.

   

Пуля, ударив в угли, разбрызгала сноп искр, которые полетели на ветхую одежонку беглецов. Они дружно вскочили. Лиза прижалась к Юре.

– Что, суки, страшно?! – злорадствовал охранник.

– Понятно. Переоденьтесь и давайте в машину.

Автомобиль покатил по кольцевой дороге в сторону Можайского шоссе, где у Влада имелся «скромненький домик».

На подъезде к вилле хозяин позвонил охране и сказал, что до послезавтра они свободны. Въехав во двор, «хаммер» нырнул в гараж, где красовалась «конфетка» вишневого цвета «Ламборджини-Голардо».

– Ну, вот мы и дома, – облегченно вздохнул Влад и поинтересовался: – Феликс, а зачем ты всех в строителей переодел?

– Это не я, а Глеб придумал. Если доведется на улицу выходить, это будет нашим прикрытием. Строители мы.

– Логично.

– Показывай свои хоромы. Где помыться, где спать? Мы грязные, вонючие, голодные и спать хотим как сурки…

Небольшой коридор соединял гараж с домом. Из него также можно было попасть во двор. Гости прошли в кухню-студию квадратов на сорок, не меньше, оборудованную с учетом мельчайших деталей. Дверь между кухней и гостиной отсутствовала, ее заменил арочный проем, через который можно было проехать на грузовике, так он был высок и широк. Три французских арочных окна высотой метров шесть, украшенные витражами, выходили на просторную террасу, потолок которой поддерживали могучие колонны. С террасы открывался вид на реку и лес, куда уходило спать солнце.

Из множества дверей гостиной одна вела, как выяснилось, в гостевой туалет и ванную комнату. Влад предложил Глебу воспользоваться ею, а для остальных гостей продолжил экскурсию по дому.

– Несмотря на грандиозность размеров, винтовая лестница казалась невесомой и как бы прозрачной. Ее ступени, похожие на клавиши рояля, стремительно взбегали на второй этаж, где расположились апартаменты хозяев дома: спальня с камином и кроватью-ипподромом, кабинет с окнами, выходящими на три стороны света, будуар и ванная комната, не уступающие размерами спальне и кабинету.

– Феликс, эти помещения для тебя, – улыбнулся Влад, делая широкий жест рукой.

– Спасибо, друг, – подыгрывая ему, ответил Феликс с легким полупоклоном.

Когда остальные гости последовали за хозяином на третий этаж, Феликс присоединился к ним из любопытства.

Как оказалось, над гостиной располагался балкон, откуда открывался восхитительный вид на заходящее солнце! По обе стороны балкона расположились спальни, абсолютно симметричные, оборудованные встроенными шкафами, ванной, душем и туалетом. Одну из них заняла юная пара, во второй разместилась Анна.

– Когда приведете себя в порядок, господа строители, жду вас на кухне, – улыбнулся радушный хозяин и оставил гостей одних.

Помывшись, Феликс упал на кровать и почувствовал, что сил не осталось, уж слишком хлопотной выдалась неделя. Хоровод мыслей не давал ему сосредоточиться ни на одной. К тому же появилось чувство голода, и началась внутренняя борьба между желанием заснуть, поесть и необходимостью думать. Чтобы прекратить этот внутренний спор, он поднялся и пошел на кухню. Оказывается, все давно собрались и ждали только его.

В это время на кладбище, возле мусороперерабатываюшего завода

Глыбу и мента нашли ближе к обеду, после того как бригада, отправленная на их поиски к домику сторожа, обнаружила на снегу множество следов и кровь. Следы привели к могиле, а уж когда с надгробья сняли плиту – взору предстали вмерзшие в лед тела Глыбы и мента. Преодолевая страх, начальник охраны связался с Хозяйкой и сообщил, что трупы есть, а Глеба нет. К его огромному удивлению, она восприняла информацию весьма спокойно. Правда, почему-то приказала, чтобы Григорий вскрыл могилу Анны и провел опознание. Гроб оказался пустым.

– Ситуация выходит из-под контроля, – сказала Хозяйка кому-то по телефону. – Необходимо принимать радикальные меры. В нашем проекте появились лишние глаза и уши. Прошу подключиться к поиску. Я все понимаю. Не думаю, что они ушли далеко…

Вскоре после этого разговора на полигон прибыла машина с экспертами и кинологом с собакой. Специалисты установили и количество беглецов, и автомобиль, на котором был совершен побег.

Когда мотивы преступленья налицо – нелишне просмотреть и их изнанку

– Ну что, есть хотите? – спросил Влад.

– Да! – ответил дружный хор.

– Картофель в мундире пойдет?

Ответом было громогласное «ура!» И в самом деле, что можно приготовить проще и быстрее, чем картошку в мундире?

Как настоящий хозяин, Влад делал все сам. С присущим ему педантизмом отобрал клубни размером с куриное яйцо, тщательно вымыл, сложил в котелок, залил водой и поставил на плиту. Пока картофель закипал, выставил на стол квашеную капусту, грибочки, селедочку и растительное масло – то самое, домашнее, ароматное подсолнечное. Проверил готовность блюда, ткнув вилкой, слил воду и водрузил котелок на стол. Налил в глубокие блюдца масла, всыпав в него по хорошей щепоти соли, взял картофелину в руки и сказал:

– Чего смотрите? Ешьте, а я вам расскажу анекдот в тему…

Повадилась, было, пожилая пани заходить к соседям каждый раз, как только они садились ужинать. То спичек попросить, то время узнать, то еще под каким-либо предлогом. Гостеприимные соседи поначалу приглашали ее к столу. И вот в очередной раз семья села ужинать. Только хозяин взял в руки самую большую горячую картофелину, как снова:

– Добрый вечер, соседи. Соли одолжите?

И тут хозяйское терпение лопнуло…

– Да чего там, соседка, может, отужинаете с нами? – сказал он и со словом «Лови!» бросил ей свой клубень.

Естественно, поймав, соседка раздавила руками горячую, распаренную картофелину. Перебрасывая лепеху с руки в руку, она послала радушных хозяев на три буквы и исчезла из их жизни навсегда.

Влад закончил рассказывать и удивился, что никто не отреагировал на анекдот. Сначала подумал, что история не смешная, или рассказал плохо, а потом понял, что все просто заняты. Словно свершая определенный ритуал, гости обмакивали картофель в масло с солью, отправляли в рот и начинали пережевывать, то и дело втягивая порцию прохладного воздуха, чтобы не обжечься неописуемо вкусной горячей смесью. Масло течет по рукам, мысли растекаются, усталость растворяется в приятных эмоциях, приходит ощущение сытости, а с ним и наслаждение моментом…

– Феликс, хочешь сегодня поговорить? – спросил Влад.

– Нет, пожалуй, лучше завтра. А сейчас спать.

Все разошлись по комнатам, и дом погрузился в сон.

Утро Влад предложил провести Феликсу в тренажерном зале, чтобы побеседовать наедине и получить ответы на все интересующие его вопросы. И первым среди них было:

– Феликс, я присутствовал на твоих похоронах, а ты здесь. Воскрес, что ли?..

– Да уж. Воскрес… Такого воскресения и врагу не пожелаешь, – вздохнул он и вкратце изложил события последней недели.

– Езус Христос, Матка Боска! – время от времени восклицал Петровский. – За что такое на тебя свалилось? Ума не приложу. Что я могу для тебя сделать? Говори. – И Влад приготовился записывать просьбы друга себе в телефон.

– Первое, что нужно – это внутренние и загранпаспорта. И как ты сам понимаешь, в кратчайшие сроки. Потом откроешь кредитные карточки на наши новые имена. На мою карточку положишь тридцать тысяч долларов. Глебу – десять тысяч. На остальные – по три. Кроме этого, подготовь наличными тысяч сто в российских рублях и тысяч сорок в украинских гривнах, – продолжал ставить задачи Феликс. – Анне, Глебу и мне сделай водительские удостоверения международного образца на все категории. Мне и Глебу – удостоверения на право управления моторными и парусными яхтами. Также на управление двухмоторным самолетом. Глебу отдельно – на управление вертолетом. Как скоро управишься?

– Думаю, за два дня справлюсь.

– Ну и ладушки. У тебя еще один телефон с собой есть?

– Да, корпоративный. Я им почти не пользуюсь.

– Оставь мне. Ничего, если мы приоденемся и купим себе поесть, пока ты будешь работать?

– Нет проблем. Плательщиком указывай мой офис. Говори, что из Марфино заказываешь. Пусть сюда и доставляют. Референта я предупрежу.

– Спасибо, друг, – сказал Феликс, крепко обнял Владислава и, пряча скупую мужскую слезу, подумал: «Есть же все-таки люди».

– Ладно, ладно, без сентиментальностей. Еще наплачемся, если завалим твой проект. Компьютер, подключенный к Интернету, находится вот в этой комнате. Смотрите, не наследите в сети. Да о чем я говорю… Вернусь, как только будут готовы документы. Все будет ок’!

Глеб постучался в комнату Феликса. Получив приглашение войти, устроился в одном из кресел и без излишних прелюдий приступил к расстановке точек над «i».

– Феликс Сергеевич, должен сказать, что не было никакого следствия, не было и тюрьмы. То есть она была, но наша, местная. Тебя как мальчишку развели. А теперь послушай, что я про тебя узнал. Будут неточности – поправишь.