Кровавая жара

Представились остальные.

– Я так понимаю, укрыться вам негде? – Валера поджег спичкой сигарету и с жадностью затянулся. – А скоро ночь, да?

Друзья закивали, соглашаясь.

– Ну, тогда пойдем ко мне! – снова залезая в окно, через которое выпрыгнул, предложил он. – Пойдем, пойдем, че ссыте? – Валера хрипло заржал, ловко запрыгивая на подоконник. – Мы с женой любим гостей!

– Так ты с женой тут живешь? – хватаясь за любезно протянутую руку нового знакомого, спросил Лёс. – А она не будет против?

– Нет, она у меня добрая и покладистая… стала, – кряхтя от натуги, говорил Валера, затягивая Лёса в дом. – С того самого времени, когда эти твари появились! Будто подменили мою жинку! Так что я, вроде как, благодарен даже ожившим мертвецам! В семье у меня теперь полный лад!

– И как давно вы устроили здесь убежище? – спросил Пона, когда они все залезли, и шли, петляя по темным заброшенным комнатам и длинным коридором пятиэтажного здания общажного типа.

– Так это, почти сразу, как только эта херня началась!!! Нас было тут двадцать, забили, заколотили двери подъездов, окна!

Валера быстро шел вперед, ориентируясь в кромешной тьме, ни разу не споткнувшись и не останавливаясь на раздумье. Зажигать спички или единственный карманный фонарик, что Клим таскал с собой, он категорически запретил. «Доберемся до моей конуры, вот там можно! Там вообще много что можно!» – загадочно сказал он и хрипло заржал.

– А куда все остальные делись? – спросил Лёс.

– Далеко они теперь от этого сраного местечка, на том свете! Вдвоем мы остались с любимой!

Больше вопросов никто не задавал. Друзья шли молча, каждый думая о своем, прислушиваясь к указывающему путь Валере.

– Ну, вот мы и на месте!

Объявил их новый знакомый, когда впереди едва видно забрезжил тусклый свет, выступающий тонкой полоской из-под двери. Валера зазвенел ключами.

– Будьте как дома, но не забывайте, что в гостях!

Он широко открыл двери, и в носы вошедших ударил неприятный, застоявшийся запах гнили. Парни сделали вид, что ничего не заметили. Не стоит обижать человека, предоставившего, на свой страх и риск, убежище незнакомцам. Тем более, что запах этот был практически везде, и на него уже почти не обращали внимания.

Захламленная маленькая прихожая «однушки» едва уместила вошедших. Дверь в единственную спальню была закрыта.

– Прошу к нашему шалашу! – не переставал шутить вежливый хозяин, указывая жестом на кухню. – Располагайтесь!

Парни проследовали на кухню, освещенную небольшим фонарем, что лежал на заваленном разным содержимым кухонном столе. Тут были разнокалиберные кастрюли, пустые и наполненные неизвестно чем, и это "неизвестно что" жутко воняло, сковородки, грязные чашки, кишащие тараканами и мухами. Кухонный гарнитур, частично целый, держащийся всего лишь на одном креплении, криво нависал над раковиной, заставленной до краев битой, окровавленной посудой. Единственное окно забито деревянным щитом, кусками жести, и укреплено железными прутьями. Почти от самого порога пол кухни был устлан грязными, испускающими резкий запах мочи, матрацами, по которым резво носились насекомые.

– Ну, не совсем «пять звезд», но сойдет! – бодрый голос Валеры нарушил затянувшуюся тишину, в течение которой друзья не без удивления рассматривали помещение. – Чуток не убрано, но зато безопасно! Да вы садитесь, не очкуйте! Стульев вам не предлагаю, потому как, нет их, так что прямо на матрацы! А я к супруге загляну, поздороваюсь!

Валера вышмыгнул в прихожую, послышался звук открывающегося замка, скрипнула, отворяясь, дверь, и снова закрылась.

– Ну и как вам?

Прислушиваясь, что происходит за стеной в комнате, куда отправился Валера, спросил Лёс.

– Да, не совсем «пять звезд»! – сострил Клим.

– Странный он какой-то, – выбирая место почище и садясь, тихо произнес Пона. – Мутный, одним словом, тип.

– Да, это точно, так что, будьте начеку, парни, – сказал Лёс, присаживаясь в дальнем углу комнаты, возле упавшего со стены кухонного шкафчика.

– Я всегда на взводе, – поглаживая ружье, сказал Клим, садясь рядом с Поной. – Может, пожрем, наконец, парни?!!

– Давай, давай!

Пона, таскавший с собой большую часть провизии, засуетился, снимая с плеч вещмешок. В это время в соседней комнате что-то загремело, послышался голос. Говорил Валера, судя по интонации, вкрадчиво и разъясняющее, но что именно, разобрать было не возможно.

– Что там у нас? Ага! Консервочки! – с наигранным удивлением произнес Пона. – А вот и «тушняк», говядина, правда, но в связи с обстановкой в стране, сойдет!

Он разложил содержимое вещмешка перед собой и принялся открывать банки с едой протянутым Климом ножом. За стеной продолжали шуметь, началось методичное поскрипывание мебели. Друзья обменялись улыбками, понимая этот характерный звук.

– Война войной, а секс по распорядку! – мотнул головой Лёс, присаживаясь поближе к друзьям и вытаскивая из своего рюкзака ложку.

– Угу, – промычал Пона с набитым ртом.

Не успели друзья как следует насытиться, как дверь в спальню скрипнула, отворяясь, и на пороге возник улыбающийся до ушей Валера.

– Ну, кто следующий? – бодро спросил он, вытирая со лба капли пота. – Прошу, только в порядке очереди! – Валера сделал пригласительный жест рукой.

Парни недоумевающе переглянулись.

– Так это ж, вроде, твоя жена, как ты?.. – начал было Клим.

– Да брось ты! – махнул рукой Валера. – Говорю же вам, сговорчивая она стала, некапризная! Не то, что раньше, неделю не допросишься, то голова у нее болит, то понос, то золотуха! А сейчас каждый день, а то и по нескольку раз!

Слезящиеся глаза Валеры светились от счастья, исцарапанные, покрытые вздутыми венами руки заметно тряслись.

– Послушай, и пойми меня правильно, Валера, – Лёс поднялся с матраца. – Ты предоставил нам на ночь своё укрытие, за это тебе большое спасибо, но заниматься сексом с твоей собственной женой – это уже будет слишком для нас…

– А что ты за всех базаришь! – бесцеремонно оборвал его хозяин убежища. – Может, кто-то из твоих друзей не прочь расслабиться?

Он вопросительно оглядел парней.

– Не-а! – махнул головой Пашка Клим. – Спасибо, не надо.

– А ты че притих, малец?!

Хитрый взгляд Валеры остановился на продолжавшем жевать Поне. Друзья знали его слабое место, бывший толстяк был еще девственником. Никто из знакомых девушек не хотел с ним дружить, не то что вступать в интимные отношения с объектом насмешек. Для девушек из их многочисленной компании он всегда оставался пухлым, неуклюжим медвежонком, с которым интересно поговорить, пошутить, посмеяться, но не более. Чего не скажешь о Лёсе и Климе, парни буквально купались в женском внимании и окружении. Однако это было до войны, всего несколько месяцев назад. А сейчас у всех трех друзей были абсолютно равные шансы привлечь к себе внимание противоположного пола. Похудевший на двадцать килограммов Саня Пона выглядел довольно привлекательно. Только вот замечали парней чаще ожившие мертвецы, чем живые люди.

– Чего молчишь, говорю?

Пона закашлялся, давясь едой, обводя всех присутствующих виновато-вопросительным взглядом.

– Твоё дело, – пожал плечами Лёс, глядя на смутившегося друга. – Хочешь, иди, никто тебя в этом не упрекнет, время сейчас не то. Каждый новый день может стать последним!

– Да иди уже! – махнул рукой Клим, встретившись с Поной взглядом. – Первый раз замужем, что ли!

Парень нерешительно поднялся с пола, еще раз посмотрел на друзей, еле сдержавших смех, вытер рот рукавом и направился в сторону дверей.

– Давай, давай! – Валера одобряюще похлопал его по плечу. – Не переживай, больно не будет! – он хрипло заржал. – Тебе понравится, еще спасибо скажешь доброму дяде Валере!

Пона наконец-таки преодолел такое маленькое, но, в тоже время, нескончаемое расстояние, как кухня, и вышел в прихожую. Заскрипела дверь.

– А, черт, мать твою!!!

Парни, лишь только хотевшие обсудить меж собой смешную неуверенность друга, были прерваны его жутким воплем. Вскочили, и, бесцеремонно оттолкнув хозяина убежища, бросились в спальню. То, что они увидели, повергло их в шок. Нет, они не были уже теми семнадцатилетними пацанами, коими являлись некоторое время назад. Это были мужчины, повидавшие смерть, по шею измаравшиеся в крови людей, пусть даже не живых, а некоторые – и в крови родственников, родителей и друзей! Однако увиденное поражало своей необычностью. Посреди заваленной переломанной бытовой техникой, мебелью, одеждой и постельным бельем комнаты стоял стол. А к нему, точнее, к его столешнице было привязано в весьма деликатной позе тело обнаженной женщины. Женщины-МЕРТВЯЧКИ! С явными признаками разложения.

– Это что за хрень, мать твою!!! – Лёса бросило в дрожь. – Ты что ж творишь, Валера, она же живой труп, зомби!!!

– Кто, Нинка?! – брызгая слюной, зло заорал Валера. – Моя Нинка, моя любовь! Да как ты смеешь, пацан!!!

Стол с привязанной к нему женщиной заходил ходуном. Мертвячка, издавая мычащие звуки, пыталась освободиться от сковавших ее движения веревок. Жуткие, не выражающие ничего, глаза следили за вошедшими людьми.

– Парни, смотрите, этот урод кормит ее человечиной!!! – завопил пришедший в себя Пона, ногой поддевая заляпанное кровью покрывало на полу, под которым обнаружился десяток окровавленных кусков человеческих тел.

– Что ты теперь скажешь, шизофреник?! – вскидывая ружье, зарычал Клим. – Отвечай, мразь поганая!

Валеру затрясло, глаза налились кровью, с угла губ текла, капая на пол, тонкая струйка зеленоватой слюны.

– Это вы зря так со мной, пацаны!!! – хрипло, сквозь зубы произнес он. – ОБИДЧИВЫЙ Я ОЧЕНЬ!!! – дико заорал сумасшедший хозяин убежища, бросаясь на стоящего ближе всех Лёса. Парень проворно увернулся от удара и нанес его сам. Кулак впечатался в кривую переносицу, разбрызгивая по искаженному от злости лицу крупные капли крови. Валера опрокинулся в гору мусора, однако ж, как ни в чем не бывало вскочил обратно, теперь в его руке сверкал широкий кухонный нож.

Бабах!!!

Сделавший первые шаги Валера отлетел к столу с раздробленной грудью.

– Будет знать, сука, как на нас дергаться! – заключил Клим, опуская ружье. – Жалко, патрон на него потратить пришлось!

– Ну вот, Санек, первый секс оказался неудачным, как у большинства подростков! – попытался пошутить Лёс.

– Грохнуть ее надо! – кивнул Пона в сторону стола.

Мертвячка Нина присмирела, казалось даже, что она умерла! Умерла по-настоящему, как если из зомби вышибаешь мозги, и он перестает двигаться, жрать и убивать.

Остаток ночи парни решили все-таки переждать, как оказалось, в не совсем безопасном убежище. Тем более, сейчас в нем никто и ничто не угрожало их жизням. С мертвячкой Ниной быстро и без лишних церемоний расправился Лёс с помощью своего топора. Закрыл двери в спальню и вернулся на кухню.

– Надо хорошенько выспаться, – сказал он, вставляя наушник плеера в ухо и переключая что-то на компактном устройстве. – Блин, батарейка сдыхает! Так-так-так, что сегодня мы будем слушать? Ага, начнем, пожалуй, с моего любимого альбомчика «Liebe ist fur alle da»!

– И не надоело тебе слушать одно и то же каждый день? – сонным голосом поинтересовался Клим.

– Нет, Пашка, нет! Это ж моя любимая группа! А что-то новое, увы, мне уже никогда не доведется услышать! Так что, под старые треки понастальгирую!

ГЛАВА 3

Неожиданная встреча

«Жизнь остановилась, зашла в тупик, потеряла всякий смысл! – думал проснувшийся раньше всех Лёс. – Один день не отличить от другого! Простое, тупое выживание! Но для кого? Ради чего? Весь мир кишит мертвецами, и нет больше места, где их нет! Или все-таки есть? Черт, от этих мыслей с ума сойдешь!» Денис сел на корточки, с брезгливостью смахивая с себя наглых тараканов. Друзья спали, развалившись на грязных матрацах. Клим даже во сне не выпускал ружье из рук. «Сколько же это будет продолжаться? Сколько? Ведь, как ни крути, рано или поздно все они погибнут, или, что еще хуже, станут зомби! Хотя и первое, и второе не слишком отличалось друг от друга. Итог один – СМЕРТЬ!» Денис включил плеер, батарея которого была на исходе. Но ничего, на пару песен хватит. Любимые песни всегда помогали взбодриться, собраться с духом, взять себя в руки. Ну и, конечно же, вспомнить ту недавнюю беззаботную жизнь, которую он нисколько не ценил.

Сильный толчок в плечо и громкие крики Клима и Поны выдернули Дениса из сна. МP3-шник молчал, вконец разрядившись, а в закрытые двери спальни кто-то тихо постукивал и скребся. Лёс рывком вскочил, хватаясь за топор.

– Ты что, не добил эту любвеобильную Нинку? – спросил Клим, выплевывая и затаптывая недокуренную сигарету.

В отличие от двух своих друзей, Лёс не курил. С раннего детства вдолбленные в его голову лекции отцом-физруком о вреде курения были вняты и услышаны. Чего не скажешь о другой, не менее, а, может, даже и более пагубной привычке к алкоголю.

– Я снес ей башку, это не может быть она! – твердо парировал Лёс. – Кажется, я понял, кто там.

Удары в дверь стали агрессивней.

– Валера, что ли! – наигранно весело воскликнул Клим, проверяя ружье. – То-то меня беспокойство одолевало! Неужели, думаю, он ничего не подхватил от своей зомбированной женушки!

Дверь, закрытая Лёсом на ключ (на всякий случай), с треском разлетелась, вылетая в прихожую вместе с живым мертвецом. Валера протяжно и даже как то жалобно мычал, пузыри зеленоватой пены, лопаясь, вырвались изо рта, проливаясь на кровавую, развороченную выстрелом грудь. Заметив трех живых людей, мертвец изменился в лице! Что было удивительно. Его застывшая, словно маска, бледно-синяя рожа выражала что-то наподобие обиды и злости. Он зарычал, судорожно перебирая верхними конечностями, будто те ему с трудом повиновались.

– Чего стоим-то?! – Пона не выдержал затянувшейся паузы, и бросился на мертвеца, размахивая своей битой, усеянной гвоздями. – Получай, извращенец!!!

Однако ни один из его ударов, нацеленных в голову зомби, не достиг нужного результата. На вид казавшийся беспомощным, Валера на деле проявил невиданную ловкость, закрывая руками голову и отталкивая орудие Поны. Подоспевший Лёс с разбегу врезал ногой в грудь мертвяка, и тот отлетел к стене. Почти одновременно с Денисом, воспользовавшись моментом, саданул и Пона. Бита парня просвистела в нескольких сантиметрах от Лёса и завязла, разбрызгивая кровь из лопнувшего глаза, в лице мертвяка. Еще один точный удар топором, отделивший голову от туловища, Лёс нанес быстро, и даже успел отскочить, увернувшись от фонтанов бурой, почти черной жижи.

– Все, пора выбираться отсюда, – сказал Клим, убирая за спину ружье и глядя на наручные часы. – Девять часов доходит.

Найти то самое выбитое окно, через которое они попали в здание, оказалось непросто. Никто из парней не успел запомнить маршрут, по которому вел их Валера. Да и как его запомнишь, если вокруг царил непроницаемый мрак. Однако, как гласит одна из народных мудростей, кто ищет, тот всегда найдет. И они нашли.

Шум приближающегося транспорта в этом, по-мертвому тихом, разрушенном городе слышался за многие километры. И это, конечно же, не осталось без внимания. Друзья решили не покидать своего убежища, точно зная, кто и зачем ездит сейчас по дорогам.

– Десятники, – уверено сказал Клим. – Опять на поиски жертв отправились.

Десятники – криминальная группировка, получившая название от прозвища своего так называемого крестного отца, ныне самопровозглашенного мэра города, Десятника.

Юрий Алексеевич Десятников всегда был фигурой властной и весьма весомой не только в этом городе, но и далеко за его пределами. И, конечно, выпавший на его долю шанс стать полноправным правителем пусть и разрушенного города он не мог упустить. Это его люди бесцеремонно расправились на главной площади города с не желающими сложить оружие полицейскими, и без того потрепанными борьбой с полчищами мертвецов. А потом пришел черед и небольшого погранотряда, прибывшего в город на единственном БТРе и трех УАЗиках.

Вся техника и оружие перешли во владение засевшего в «Белом доме» нового мэра.

– Главные отморозки пожаловали, – недовольно пробубнил Пона, прячась подальше от выбитого окна.

Лёс же, напротив, сел ближе, положив на колени взятый у Валеры дробовик, к которому нашлось двадцать пять патронов, пытаясь увидеть хоть одним глазом, что происходит во дворе. А происходило следующее. Со стороны Новосибирской улицы, едва протискиваясь между двумя девятиэтажками, въезжала колонна. Во главе ее шел разукрашенный, как новогодняя елка, БТР, облепленный со всех сторон разношерстной, вооруженной до зубов компанией. Следом, держа двухметровую дистанцию, двигались три военных УАЗика.

– Куда это они намылились во всей красе? – еле слышно проговорил Лёс, но ответа так и не дождался, потому как, не сдержав эмоций, резко выкрикнул, округлив глаза: – Мать твою! Это что за хрень такая?!!

Из черного оконного проема одной из девятиэтажек, выбив остаток рамы, появилось огромное нечто. Сначала Лёс подумал, что это Главарь. Однако когда существо одним прыжком прямо с третьего этажа буквально рухнуло на движущуюся броневую машину, Денис в корне изменил свое мнение. Его глазам преставилось новое, невиданное ранее существо. Высотой более трех метров, корявое и несуразное, костлявое, с торчащим позвоночником, с длинным змеевидным хвостом, венчавшимся черным крюком. Оно ворвалось в сгрудившихся на броне людей.

– Переродыш!!! – завопил кто-то. Завопил жутко, истерически, и его крик заглушила начавшаяся стрельба.

Успевшие спрыгнуть с БТРа Десятники застрочили из множества стволов, однако это почти не действовало на странное, диковинное нечто. Существо невероятно быстро двигалось, подпрыгивало и уворачивалось, в то же самое время уничтожая одного за другим нерасторопных людей. Длинный хвост с крюком служил ему, как ловчая снасть. Существо нанизывало на его острый загнутый конец человека, подтягивало к себе и дело довершали когтистые, с шипами на локтях, руки. Куски плоти, словно ужасные цветы, лепестками которых являлись фонтанчики крови, разлетались по сторонам. Так же существо не упускало момента и полакомится, вырывая куски мяса из своих жертв мощными, кишащими острыми, неровно растущими зубами, челюстями.

– Боже мой, это что за жуть! – возмущенно прошептал Пона. – Откуда эта тварь взялась?

Друзья втроем облепили окно, стараясь как можно меньше высовываться.

Тем временем, машины, набитые людьми, остановились. Все разом бросились на монстра. БТР тоже встал, поводя из стороны в сторону своим спаренным пулеметом, но открывать огонь никто пока не решался, наверное, боялись зацепить своих. И тут друзья заметили то, что никак не могли ожидать в данную минуту. Из одного из УАЗиков, пригнувшись, почти припадая к земле, выбрались грязные испуганные девушки, а следом за ними пацаненок лет десяти. Белокурая, худенькая девушка ухватила растерявшегося мальчика за руку, и они втроем бросились прочь. В завязавшейся суматохе их попросту не заметили. Беглецы поспешили в проход между домами, и друзья уже почти потеряли их из виду, как те снова повернули назад с перекошенными от дикого страха лицами и ринулись во двор, преследуемые шустрыми мертвяками.

– Вот это замес! – процедил сквозь зубы Лёс. – Надо что-то делать, их надо спасти!