Десантник на престоле. Из будущего - в бой. Никто, кроме нас!

12 марта 1858 года великий князь в сопровождении митрополита Филарета прибывает в Санкт-Петербург с рабочей поездкой — утверждение первого номера комиксов лично у императора. Александр Николаевич не хотел принимать участие в подобном «детском садике», но личная просьба сына сделала свое дело. Тем более что Никса также просил, ибо видел новый журнал раньше и остался доволен.

Для императора поделка его сына была шоком, причем глубоким. Довольно жесткое, но озорное сатирическое произведение не смогло бы найти свой путь к жизни, если бы оно не исходило от родного сына правителя империи.

— Саша, зачем тебе это?

— Как зачем?

— Это же острая сатира, как она поможет укреплению нашего государства?

— Да, это сатира. Именно она и должна помочь. Нежелание выглядеть смешными очень помогает людям после прочтения подобных вещей делать разумные вещи. Мы не можем победить многие болезни нашего общества. У нас для этого не хватает ресурсов. Поэтому мы должны призвать на помощь само общество. Включить самозащиту и отторжение противных самому его существу разнообразных поступков.

— И как же?

— Очень просто. Ты берешь вишенку и начинаешь ее кушать. Чтобы понять, какую ее часть нужно выплюнуть, надобно ее определить. То есть найти способ указать на инородное тело. Так и тут — мы указываем на косточку: оную надобно выплюнуть.

— Не боишься, что выплюнут тебя?

— Боюсь, но если не пробовать, то никогда не узнать, получится или нет то, что ты задумал. Нужно придумать, как укреплять общество, которое последнее время потихоньку загнивает. Я не хочу моему Отечеству участи Франции, где чуть ли не каждое десятилетие происходит какая-нибудь буча или революция. Оно нам надо?

— Хорошо. Выпускай свой журнал. — С этими словами Александр Николаевич поставил свой автограф на журнале и отписался, что с ним ознакомлен лично и желает оный издавать.

По возвращении 15 марта 1858 года Александра из Санкт-Петербурга был дан торжественный прием в Николаевском дворце по поводу успешного утверждения этого необычного начинания. Туда были приглашены самые разные люди, в том числе и не благородного сословия. По большому счету великий князь решил сделать своего рода презентацию продукта — показать и рассказать о нем. То есть дать старт довольно агрессивной рекламной кампании по продвижению журнала на рынок. Правда, при подготовке этого действа пришлось очень основательно помучить память, дабы вспомнить все успешные презентации и попробовать сделать из них смесь. Переживаний была масса, так как реакция отца несколько разочаровала. Впрочем, зря. Удалось все хорошо.

— Ваше Императорское Высочество, прием прошел отменно, что вы намерены делать дальше? — Левшин зашел в одну из комнат, где на удобном и весьма красивом диване сидел Александр и что-то черкал в своем блокнотике.

— А, Алексей Ираклиевич, проходите, садитесь. Что делать-то, вполне очевидно — начинать тиражировать журнал. Я вот как раз думаю, как сделать его максимально дешевым.

— Зачем?

— Мы должны им охватить максимальное количество человек. Чем больше — тем лучше. Большая цена не будет способствовать этому. Очень хорошо, что получилось Александра Ивановича уговорить рисовать в небольшом количестве цветов и крупными мазками, дабы упростить типографские штампы.

— И что вам это даст? Цветная печать все равно получается довольно дорогой из-за сложности, дороговизны и капризности оборудования.

— Алексей Ираклиевич, все намного проще. Я собираюсь поставить четыре обычных станка, каждый из которых станет печатать своим цветом. Просто запускать один и тот же лист в них нужно будет по очереди. Вот и все.

Вновь наступившие рабочие будни и повышенная сексуальная активность Натальи Александровны вынудили Сашу снова придумывать ей занятие. В этот раз она направилась с письмом от Алексея Михайловича Жемчугова и первым номером журнала «Искра» (как была названа первая серия комиксов) в гости к Алексею Константиновичу Толстому, дабы привлечь его к работе в проекте.

После ее отъезда 8 мая великому князю удалось вздохнуть с облегчением. Да, горячий секс радовал, но возможность огласки вызывала в Александре очень сильное чувство опасения. Практически паранойю. Вот что значит один раз подумать не той головой и дать волю слабостям и сиюминутным желаниям. Впрочем, способ завершить столь стихийно возникший роман Саша смог выдумать. Ответ ему подсказала память об одной истории, слышанной еще в прошлой жизни. Там Наталья Александровна развелась со своим первым мужем и уехала к какому-то европейскому принцу. Собственно, это великий князь и решил ускорить — сделать ее представителем в Европе. Куда он ее и собирался отправить сразу по возвращении, дабы она там изучила конъюнктуру и перспективу продаж его новой продукции. Уж больно обижать эту приятную во всех отношениях даму Саше не хотелось, вот и вертелся с разными непрямыми схемами.

Глава 5

ЕЛЕНА

(8 мая 1858 — 9 июля 1858)

Отъезд Натальи Александровны практически совпал с новостью о том, что в Санкт-Петербург приезжает, дабы погостить, его невеста Елена Августа Виктория, дочь британской королевы Виктории. Само собой, Александру надлежало ее встретить при полном параде в столице. Для чего требовалось прибыть туда незамедлительно во главе сводного отряда кадетов. Поэтому Владимир Александрович, младший брат Саши, оставался в кадетском корпусе за главного, а сам великий князь и второй сын Императора Всероссийского отбывал во главе отряда из двадцати наиболее смышленых и видных кадетов в Санкт-Петербург. Увы, как бы ему ни хотелось привезти Лену в Москву, отец в своем письме дал вполне четкие и однозначные инструкции, которые не позволяли их трактовать как-либо иначе. Так что придется Александру какое-то время вести светский образ жизни и тратить ценнейшее время на пустяки и вздор.

11 мая поезд прибывает на Московский вокзал, и начинается совершенно невменяемая круговерть. Особенно тошны Саше были занятия с опытной британской дамой, которая посвящала его в тонкости правильного общения с благородными особами в ее стране, дабы не конфузить девушку, что и без того окажется в довольно непривычной и нервной обстановке.

Вся эта скучная и унылая деятельность закончилась лишь тогда, когда утром 18 мая девушка с сопровождающей ее делегацией сошла по трапу в Санкт-Петербурге. Пафосный официоз длился еще три дня, когда юную особу водили с визитами вежливости по влиятельным домам столицы. А Александр, само собой, должен был ее сопровождать, неустанно беседовать и развлекать в меру собственных сил. Иными словами, корчить из себя гида и клоуна в одном флаконе. А учитывая, что Лена не обладала какими-то исключительными данными и только лишь внешне выглядела несколько старше своих лет, то у Саши впечатление о ней складывалось чем дальше, тем хуже. Особенно после того, как она стала с ним грубовато заигрывать. В те дни внешне добрый и ласковый взгляд великого князя застилался самыми дикими картинами кровавой расправы, едва падал на эту юную прелестницу. К концу третьего дня Лена его уже совершенно бесила, а общение с ней напоминало пытку, которую он должен был выдержать. Но самым плохим обстоятельством стало то, что в этот день на горизонте объявилась Наталья Александровна с весьма хитрым взглядом.

Как и ожидал великий князь — эта горячая особа не смогла пройти мимо такого события, тем более что она оказалась в Санкт-Петербурге по причине приезда туда Алексея Толстого. Ожидать-то ожидал, но все равно выходка Натальи оказалась совершенно необычной. Эта творческая личность после представления молодой принцессе сумела найти к ней подход и «по-дружески» рассказать несколько интересных подробностей о ее будущем женихе. Само собой, имевших весьма призрачное отношение к реальности. Самым печальным из подобных советов стал тот, в котором говорилось о любви Александра к умным женщинам. Расчет был сделан правильный, а потому эта юная особа, за неимением опыта, интерпретировала подобное качество превратно, то есть стала грузить Сашу беседами «о том, как космические корабли бороздят просторы Большого театра». Как вы сами понимаете, секс с мозгом редкий мужчина оценит, особенно такого склада характера, как у Александра, но необходимость быть вежливым и тактичным с юной принцессой возвела в совершенно нестерпимую форму садизма данное обстоятельство.

— Ваше Императорское Высочество, вам нравится ваша невеста? — Наталья Александровна лукаво и самодовольно улыбалась, сидя в кресле.

— Ты садистка! Как тебе не стыдно так над честными людьми издеваться?

— Не понравилось? — ее голос стал несколько жестче и холоднее.

— Кому понравится такое?

— Теперь вы меня понимаете.

— Объяснись.

— Соблазнили и бросили? И что мне теперь делать?

— Наташа, что ты такое говоришь!?

— Что вы слышали. Конечно, я старая и некрасивая. А тут у вас молоденькая перспектива под рукой нарисовалась.

— Это политический брак. Разве ты не понимаешь? Да и потом, ты замужняя дама.

— И что это меняет? Думаете, мне не больно на все это смотреть? Тем более когда вы, ваше Императорское Высочество, каждый раз прерываетесь. Боитесь завести бастарда? Кто вас только научил? Или я у вас не первая?

— А ты представь, какой скандал будет?

— И что?

— И то! Отец пытается согласовать отмену крепостного права. Все идет наперекосяк. Дворяне недовольны перспективой потери своих рабов и ищут любой повод, чтобы выплеснуть свое негодование. Они растерзают нас обоих. И твой муж, кстати, будет в числе первых, кто бросится тебя же рвать зубами. Что задумалась?

— Я в таком ключе не думала.

— А зря. Я понимаю, что этот Дубельт тебе осточертел до последней крайности, но нельзя делать резких движений в такой обстановке. Если хочешь, я организую тебе удобный повод с ним не жить и избегать побоев.

— Каким же образом?

— Я слышал, у тебя есть хорошие друзья из аристократов Нассау?

— Вы правы.

— Так вот. Покрутишься для начала в России в качестве моего доверенного лица. Поможешь мне собрать команду для массового изготовления комиксов. Это отвлечет тебя от мужа и дома. А потом, как мы осилим англоязычную или франкоязычную версию комикса, то уедешь к своим друзьям в качестве моего представителя. Будешь продвигать комиксы там. Это и деньги, и легальный повод посылать мужа подальше.

— А дети?

— Что дети? Напомни, когда ты последний раз с ними нянчилась?

— Как вы смеете?

— Что смею? Не строй из себя дурочку. Твои дети на воспитании всевозможных нянечек. Ты еще слишком молода душой, чтобы стать им нормальной матерью. Да, им нужна твоя забота. Но тогда тебе придется оставаться с мужем. А я уверен — ты не выдержишь его долго. Еще несколько лет, и ты либо наложишь на себя руки, либо сбежишь от него.

— Саша, — на ее лице выступили слезы, — ты даже не представляешь, как мне с ним плохо. Я стараюсь, но…

— Но вы слишком разные. Ваши ценности и ориентиры в жизни не совпадают. Я наводил справки — ваше окружение считает, что вы в тягость друг другу.

— Что же я буду делать? Как меня примет общество?

— Как доверенное лицо великого князя, который поручает ей выступать своим представителем.

— Но…

— Не хочу слышать никаких возражений. Ты согласна?

— У меня есть выбор?

— Нет, — сказал Александр, улыбнулся и обнял Наталью Александровну.

Дальше стало легче. Во-первых, закончились торжественные приемы в честь дочери британской королевы и жизнь перешла в относительно спокойное русло, а во-вторых, Наталья более не делала проказ, дабы отомстить за свою уязвленную женскую гордость. Как следствие подобного стечения обстоятельств, Александр смог больше времени проводить с Еленой в более тихой и уютной обстановке. Мало этого, уже через несколько дней, с позволения отца, увлек юную особу в Царское Село, где в окружении прекрасной весенней природы стал очень вкрадчиво влиять на нее в наиболее подходящем, с его точки зрения, направлении. Заодно и для себя небольшой задел создавая, так сказать, на будущее. В частности, памятуя о том, что уже к пятнадцати годам эта девушка станет весьма пухлой от обильного питания и нездорового образа жизни, он потихоньку внушал ей эстетику Древней Эллады с их любовью к красивому, здоровому телу. Само собой, совмещая слова с аккуратными вольностями в общении. Девушка жутко стеснялась, но в ней кипел огонь любопытства, а потому она лишь краснела от «неосторожных» прикосновений своего жениха.

А прикасаться там было к чему. Елена в свои 12 лет имела, по всей видимости, гормональные проблемы, которые приводили к ускоренному половому созреванию. То есть при росте около полутора метров и массе тела порядка сорока пяти килограммов она имела грудь второго размера и явно очерченную талию с довольно округлыми бедрами. Впрочем, Александр, понимая, что нужно давать более прозрачные авансы, уже к концу первой недели в Царском Селе стал практиковать вечерние прогулки по романтическим местам со страстными поцелуями. В общем-то мелочь, обычный легкий флирт, но принцесса, по всей видимости, никогда и ни с кем не целовалась, да и вообще с мужчинами имела ограниченное общение, а потому была в полном восторге от происходящего.

Вот такими прогулками, внушениями полезных для Саши психологических установок и легким флиртом в виде поцелуев и слегка распущенных рук великий князь и занимался целый месяц. Это очень сильно отразилось на самой Лене. Во-первых, она стала более свободна и раскованна в общении со своим женихом. Во-вторых, в ней появилась уверенность в себе, не характерная для столь юного возраста. А в-третьих, сформировалась правильная картинка в плане питания, гимнастики и прочих аспектов, доступных для здорового образа жизни. В общем, у Саши получилось сделать все возможное для того, чтобы обезопасить себя от той неряшливой и весьма упитанной особы, которой в естественной среде должна была стать Лена через три-четыре года.

Что же касается характера, то о нем можно было сказать только одно — девушка имела совершенно неуемную и взбалмошную натуру, впрочем, весьма добрую и незлобивую. Из-за чего отчасти поначалу с ней было очень сложно, так как черный юмор и циничные шутки, которые в естественном состоянии являлись нормальными для Саши, ею воспринимались с трудом и не всегда. Ну и образование. Оно накладывало очень сильный отпечаток. Великий князь чувствовал себя рядом с ней в роли учителя, который наставляет молоденькую ученицу. Собственно, по большому счету так оно и было. Но ощущения подобного толка Александра не радовали. А все попытки представить свою семейную жизнь с этой девушкой в дальнейшем натыкались на то, что далее страстного и горячего секса уйти не получалось. Уж больно молода и дурна была Елена.

24 июня 1858 года великий князь Александр Александрович вернулся вместе с принцессой Еленой Августой Викторией из Царского Села и принял активное участие в целой плеяде встреч и званых вечеров, посвященных ее отъезду. Везде они являлись «под ручку» и вели себя как вполне законная пара. Впрочем, прощальные приемы шли намного дольше, чем те, которыми ее встречали. Лишь 2 июля Александр с огромным удовольствием усадил девушку на корабль, предвкушая возвращение в Москву к давно неконтролируемым им делам. Но незадолго до отъезда с ним возжелал приватно побеседовать император.

— Папа, вы звали меня? — Саша вошел в один из кабинетов, где на кушетке сидел император и перечитывал какие-то листки, исписанные довольно корявым почерком.

— Да, присаживайся. У меня к тебе серьезный разговор по поводу Елены.

— Что-то не так? Лена вроде бы выглядела довольной.

— Довольной? Да она просто без ума от тебя. Даже истерику закатила в день отъезда — не хотела уезжать.

— Ого!

— Именно. Что ты с ней делал?

— Немного пофлиртовал: поцелуи, объятья, приятные слова, немного внимания. Ничего особенного.

— Вы не…? — император слегка закашлялся и вопросительно посмотрел на Сашу.

— Нет.

— Это хорошо, а то после Натальи тебя могло потянуть на приключения.

— И давно о моих с ней отношениях известно?

Император усмехнулся:

— С первого дня.

— Левшин?

— Да. Тебя это беспокоит?

— Нет. Все нормально. Мне было любопытно, где я допустил ошибку. Я же хотел выдержать наши с ней отношения в тайне, чтобы никто не знал и не мог создать для нашей фамилии проблем.

— Разумно. И хочу тебя обрадовать — действительно никто посторонний о твоих любовных похождениях не знал, только самые доверенные люди Левшина и я.

— Даже мама?

— Конечно.

— Хорошо. Но… Елена. Я так понимаю, ты хотел поговорить со мной не только об ее истерике?

— Да. Обстановка сложная. Партия сторонников Британии, безусловно, поддерживает это дипломатическое начинание, однако существуют и другие. Мы проиграли войну, в которой понесли поражение от Великобритании. Не все дворяне, да и далеко не вся общественность понимают наше желание заключить с туманным Альбионом династический брак. Со стороны это выглядит так, будто Елена стала условием заключения мира.

— Это естественно. Мне самому не по себе. Но разве у нас есть варианты?