Помоги проекту - поделись книгой:
Я лежала неподвижно. Мне было мерзко от мысли, что сейчас он будет ко мне приставать. Но, к счастью, этого не произошло. Через минуту Ярослав вновь захрапел, а я стала ронять слезы в подушку, в очередной раз думая о том, как было бы здорово, если бы ОДНАЖДЫ ЕГО НЕ СТАЛО...
Глава 4
Я проснулась оттого, что кто-то тряс меня за плечи. Конечно, кто же еще — мой супруг в длинном махровом халате и полотенцем на шее. Он выглядел деловито и бодро, похоже, только что из душа.
— Зачем ты меня будишь? Мне же не на работу, — недовольно произнесла я и приподнялась на локте.
— Еще не хватало, чтобы моя жена работала. — Тон мужа был достаточно нервным и не предвещал ничего хорошего. — Я хотел тебе сказать несколько слов по поводу сегодняшней ночи. Ты что-то про развод говорила...
— Говорила, — напряженно произнесла я и кивнула в подтверждение своих слов.
— Так вот... Я хочу, чтобы ты не то что говорить, а даже думать не смела на эту тему. Забудь. Вычеркни из своей памяти. Ты — моя собственность. Ты для меня — самая ценная вещь, и я никогда и никому тебя не отдам. Ты — одно из моих удачных приобретений. — Муж взял меня за подбородок и прошептал: — Если ты кому-нибудь и достанешься, то только мертвой. Я могу поделиться своей женой только в одном случае — когда она умрет... С землей...
Я слушала Ярослава, и меня бросало в дрожь... Почему-то вспомнила жену одного его знакомого, которая после десятилетнего брака ушла от мужа, прихватив только кошку и документы... Муж отпустил ее на свободу именно так... Я знала, что мой не способен даже на такое. Ему действительно проще меня убить, чем отпустить. Как же страшно сносить побои и унижения... Это же деградация. Мой мир рушится, и я не в силах ничего изменить... Можно со счета сбиться, сколько раз он приглашал визажиста, который по несколько часов гримировал мои синяки, когда я должна была сопровождать мужа на светские мероприятия.
На светских вечеринках все твердят, какая мы красивая пара и как же повезло моему супругу. Женщины завидуют моему везению — отхватила такого мужчину... А после вечеринки мы вновь едем домой. Я смотрю на массивные железные ворота нашего особняка и читаю незримую надпись: «Добро пожаловать в ад».
Мои знакомые дамы с Рублевки находятся в постоянном нервном напряжении и так же, как и я, частенько прикладываются к бутылке. Без алкоголя жизнь невозможна. Некоторые и рады бы гулять, да не дают бдительные охранники. Иногда женщины ударяются в лесбийские игры, и совсем не потому, что имеют к этому тягу... Это происходит на почве пьянства и постоянного недотраха. Все они страдают оттого, что так и не реализовали себя в профессиональном плане. Даже если диплом есть, с ним никуда не сунешься. Нет стажа, опыта, да и возраст уже не тот... От курортов и бутиков тошнит. Кто раньше, кто позже, но обязательно приходит к мысли, что самое главное в жизни — независимость. Но о независимости теперь приходится только мечтать. Чтобы жены не помышляли о самостоятельности, мужья уделяют им четко дозированное время и заделывают очередного ребеночка, чтобы выбить дурь из головы и озадачить каким-нибудь занятием. Без согласия мужа нельзя поставить спираль или пить противозачаточные таблетки.
Так что секса тут почти нет, изменять нельзя, катаешься целый день с охранниками и страхуешь себя от неверного шага — вдруг мужу что-нибудь наплетут? Ведь если разобраться, в нашей стране олигархи те же самые бандиты...
— Ты все поняла? — отвлек меня от мыслей супруг. — Эммочка, ты умная девочка и не хочешь оказаться с дыркой во лбу. Ну скажи, не хочешь?
Я дернула подбородком, дав понять мужу, чтобы он немедленно убрал свою руку, и процедила сквозь зубы:
— Не хочу.
— Вот и правильно. Будем жить вместе долго и счастливо, ведь мы просто созданы друг для друга. Ты не забыла, что сегодня у нас мероприятие? Напоминаю: сегодня мы приглашены на день рождения одного очень влиятельного человека. Ты у меня должна быть на высоте. Я сейчас вынужден отправиться на работу. Водитель доставит тебя прямо к ресторану. Мы встретимся у входа и пойдем на праздник уже вместе. Позаботься о том, чтобы сегодня ты была самая красивая. Пусть все рты пооткрывают. Пусть завидуют, а при желании дрочат в туалете. Ведь твоя красота принадлежит только мне одному. Знаешь, что меня зацепило в тот день, когда я увидел тебя в первый раз? Ноги от ушей... Нет, я, конечно, понимаю, что таких длинных ног полно, но у меня создалось впечатление, что твои длиннее всех на свете. Они просто нереальные. Большие сиськи и длинные ноги — это моя слабость.
Ярослав сел на край кровати и поцеловал меня в губы. Я даже не разомкнула губ и с трудом сдержалась, чтобы не поморщиться от брезгливости.
— Я люблю тебя, девочка моя. А ты меня?
— Люблю, — пересилив себя, солгала я в очередной раз.
Господи, как же я его ненавижу! Как же мне хотелось... Больше всего я боялась представить, что муж сейчас полезет ко мне с тошнотворными ласками. Я приготовилась соврать, что у меня болит голова и я плохо себя чувствую, но, к счастью, обошлось. Он посмотрел на часы и вскочил с кровати как ошпаренный со словами, что ему нужно срочно ехать в офис.
Даже не верится, что когда-то я любила этого человека. Помню, как первые годы замужества мучилась — что же подарить любимому на день рождения? Я вообще не могу представить, что можно презентовать состоятельному человеку, у которого только птичьего молока нет. С какой теплотой и любовью я выбирала ему новые клюшку для гольфа и ракетку для тенниса. А на День Влюбленных (раньше я считала этот день нашим с Ярославом праздником) я подарила ему раритетный граммофон, он радовался, как ребенок. Господи, как же мне тогда было приятно... А Ярослав, помимо дорогих украшений, как-то подарил мне полет на воздушном шаре. Так романтично... Как же давно это было...
Когда он, наконец, покинул нашу спальню, я встала с кровати, посмотрела на свое слегка помятое отражение в зеркале и накинула легкий халатик. Умылась, спустилась в гостиную, прошлепала к барной стойке и потянулась к бутылке виски.
— Эммочка, а может, с утра лучше манный пудинг отведаете? Он невероятно вкусный получился. Пальчики оближете.
Я обернулась и увидела повариху.
— Мария Ильинична, вы за мной следите?
— Боже упаси! — поспешно ответила она. — Так как насчет пудинга?
— Вы мне лучше льда принесите. Хочу виски со льдом. А еще можете лимон тоненько нарезать.
— Эммочка, не подобает женщине с утра пить, — не оставляла попыток пристыдить меня повариха.
— А мне плевать. Если хочу выпить с утра, никто не сможет мне запретить. Не тратьте время попусту и принесите все, что я вам велела.
— Ярослав Дмитриевич предупредил, что у вас сегодня очень серьезное мероприятие. Вы не можете его подвести и должны хорошо выглядеть.
— А что вы так переживаете за Ярослава Дмитриевича? Он вам сын родной?
— Я к нему очень хорошо отношусь. Да и к вам тоже. Ярослав Дмитриевич мой работодатель, и я хочу, чтобы у него было все хорошо. Ведь он так много работает и так устает...
— Ваш хозяин не только Ярослав Дмитриевич, но и я, ведь я его законная супруга. Поэтому вы должны стараться угодить не только ему, но и мне. Делайте, что я сказала. — Глядя на растерянную повариху, я изобразила подобие улыбки и попыталась ее успокоить: — Да не переживайте вы так. До мероприятия еще полно времени. Все как всегда будет о’кей.
— Очень на это надеюсь, — пробормотала повариха и исчезла за дверью. Через минуту она появилась со льдом и лимоном.
Бросив кубик льда в бокал, я всем своим видом показала, что ей пора идти на кухню. И вдруг, неожиданно для себя, воскликнула:
— Неужели вы не видите, что я несчастлива?!
— Ярослав Дмитриевич очень хороший человек, — как заведенная повторила она, делая вид, что не уловила смысла сказанного мной.
— Конечно. Если бы вы сказали, что он плохой, вас бы тут же уволили. Можете идти. Я хочу побыть одна.
— А покушать?
— Поем позже. Подайте горячий бульон.
— Мясной?
— Замечательно. Накройте в столовой.
Как только повариха ушла, я тут же плеснула в бокал виски, сделала несколько жадных глотков.
На пороге появилась Нина.
— Опять пьешь? — поинтересовалась она, неодобрительно глядя на мой бокал.
— Не твое дело.
— Я папе все расскажу.
— Рассказывай. У меня от твоего папы секретов нет.
— Есть. Ты постоянно куда-то уезжаешь и телефон отключаешь, — язвительно заметила мерзкая девчонка.
Я изменилась в лице, вздрогнула, но тут же взяла себя в руки. Улыбнувшись, я поправила волосы и произнесла как можно небрежнее:
— Когда езжу в спа-центр, я всегда отключаю телефон, чтобы нормально расслабиться и насладиться процедурами.
— Ты вчера не была в спа-центре, — захихикала Нина.
— Откуда тебе знать?
— А я туда звонила. Ты не приезжала.
Я вновь выпила виски и посмотрела на девочку с ненавистью.
— Послушай, ты что, решила в сыщика поиграть? Что тебе от меня надо? Я ездила в другой спа-центр.
— В какой другой? Ты же всегда в наш рублевский ездишь? — не сдавалась маленькая мерзавка.
— Знаешь, я не желаю быть привязанной к Рублевке. Мне хочется почаще выбираться в город. В Москве так много спа-центров... — Я старалась говорить убедительнее, понимая, что Нина задумала какую-то гадость и ее чрезмерное любопытство может доставить мне серьезные неприятности.
— Вот скажу отцу, чтобы он приставил к тебе охранника. Пусть ходит за тобой по пятам. Нечего шляться одной. А еще лучше не охранника, а частного детектива.
— Послушай, ты как со мной разговариваешь?! Соплячка! Тебе еще нет одиннадцати! Ты маленькая дрянь, ногтя моего не стоишь! — прикрикнула я на Нину. — Где гувернантки? Почему они тобой не занимаются?! Иди, книжки читай! Не мешайся под ногами!
— Гувернантки заболели.
— Что, обе?
— Обе. Одна завтра обещает выйти, а другая говорит, что слегла на неделю.
— Скажу твоему отцу, чтобы уволил обеих и нашел новых. Хоть бы болели по очереди, а то одновременно бросили свой пост. Кстати, а ты почему сегодня не в школе?
— Потому что решила прогулять.
Я смотрела на Нину и ужасалась себе. Ведь я ненавидела ребенка, а мне с детства внушали, что дети — цветы жизни. Иногда мне казалось, что Нина намного старше и ей не десять–одиннадцать, а все семнадцать. Она и внешне, и по характеру была намного взрослее своих сверстников, а некоторыми рассуждениями порой приводила меня в шок.
— Отец придет и тебя по заднице отшлепает, — пробурчала я под нос, допила виски и закусила лимоном.
— Отец быстрее тебя отшлепает, чем меня. За пьянство и поездки непонятно куда. А я помогу ему узнать о тебе всю правду.
— Ну что тебе от меня надо? Я могу побыть одна?
— Не можешь. Это дом моего папы, и я в нем живу.
Я вновь налила себе виски, насыпала в бокал лед и ощутила, как от выпитого возникла приятная теплота на душе.
— Нина, уйти с глаз долой. Завтра пойдешь в школу как миленькая. Отец еще сегодня твоих охранника и водителя накажет за то, что они тебя в школу не отвезли. Ты что, решила, если гувернантки заболели, можно в школу не ходить и мотать мне нервы?
— Нужна ты мне, — буркнула Нина и вылетела из комнаты.
Я облегченно вздохнула, но все же не могла побороть волнение. С каких это пор она стала за мной следить? Неужели и правда звонила в спа-центр и узнавала, была я там или нет? Только этого не хватало! Маленькая идиотка решила выжить меня из дома отца... Да я бы и сама рада слинять отсюда как можно быстрее! Только есть две причины, которые не дают мне это сделать. Первая — деньги мужа. Вторая — его заявление, что отпустит меня только после моей смерти...
Глава 5
Выпив три бокала виски со льдом, я решила, что больше не стоит, иначе могу не дотянуть до вечера. Что ж, пойду в столовую есть горячий мясной бульон. В столовой завтракала Нина. Она встретила меня насмешливым взглядом.
— Ой, не могу! Мамочка нажралась с утра. Алкоголичка! Женский алкоголизм не лечится!
— Закрой рот, — буркнула я, села за стол, посмотрела на говяжий бульон и повела носом. Аппетитный аромат.
— Эммочка, покушайте горяченького, — засуетилась повариха, но, поймав мой крайне недовольный взгляд, тут же ретировалась на кухню.
— Смотри не подавись, — хихикнула Нина, размешивая серебряной ложечкой сахар в чашке.
— Чем, бульоном?
— Да хотя бы им.
— Нина, пей чай и лучше не выводи меня из себя, а то получишь хороший подзатыльник.
— Только попробуй меня пальцем тронуть. Я отцу расскажу, он тебя так отмутузит, что месяц не выйдешь из дома и не будешь ездить туда, куда ты втихаря ездишь.
Я изменилась в лице. Мне вновь показалось, будто Нина что-то обо мне знает. Нет, это нереально. Это невозможно. Просто совпадение. Она еще слишком мала, чтобы о чем-то догадываться. Мне абсолютно не хотелось идти с ней на конфликт, и я мило улыбнулась.
— Послушай, Нина, а ты не хотела бы пожить у матери? Ты, наверное, по ней соскучилась? Хочешь, посодействую? Мы вместе поговорим с твоим отцом. Да и мама наверняка по тебе скучает.
— Мне и у папы хорошо, — отрезала Нина. — Да и кто за тобой следить будет?
— А зачем за мной следить? Это за тобой нужно следить, ведь ты еще маленькая. А я уже взрослая женщина и могу делать все, что хочу. А вот тебе нормального воспитания точно не хватает. Вообще непонятно, что из тебя вырастет. Отец с утра до ночи на работе. Гувернантки, я смотрю, занимаются тобой плохо. Ты слишком избалованная и командуешь ими как хочешь. Если не желаешь к матери, могу поговорить с отцом, чтобы он отдал тебя в престижный интернат. Будешь с другими детьми полноценно общаться. Тебе не хватает нормального общения. Представляешь, как это здорово! У тебя будет интересная насыщенная жизнь!
— Ты у меня сама в интернате жить будешь! Для инвалидов! — крикнула Нина и, выскочив из-за стола, бросилась прочь из столовой.
— Что ты сказала? — Я чуть не подавилась.
— Дура! Как же я тебя ненавижу! Ты паразитируешь на богатстве моего отца! — прокричала она и скрылась в своей комнате.
В столовую зашла повариха, чтобы убрать за Ниной тарелки.
— Эммочка, вы, пожалуйста, не расстраивайтесь. Это же нужно такому случиться. Сегодня, как назло, все гувернантки заболели. Такого раньше не было. Ребенок остался без присмотра и даже не поехал в школу.
— Я вообще не понимаю, какого хрена ее нужно было у матери забирать?!
— Ну, Ярославу Дмитриевичу виднее. Была бы хорошая мать, наверное, не забирал бы.
— Не скажите. Сейчас и у хороших матерей забирают. Были бы деньги. Только бы насолить бывшей жене.
— Видимо, Ярослав Дмитриевич решил, что у него больше возможностей для того, чтобы дать Нине достойное образование.
— Мария Ильинична, о чем вы говорите? Мой супруг даже не скрывает, что покупает Нине хорошие оценки. Он так и говорит: «Сколько заплачу, столько получу». У нее никаких знаний нет. Там все настолько запущено, что даже страшно становится. Девочке почти одиннадцать, а она не знает таблицы умножения. Куда это годится?!
— Что делать, нынче времена такие. Все продается и покупается. А может, вам самой попробовать поучить с Ниной таблицу умножения?
Я удивленно посмотрела на повариху и рассмеялась.
— Разве я сказала что-то смешное?
Поделиться книгой: