Дао дэ Цзин. Книга пути и благодати (сборник)

Поэтому Лао-цзы говорит: «Тот, кто не цепляется за жизнь, мудрее ценящего свою жизнь».

Цисец Чуньюй Кунь обсудил с вэйским ваном план действий, и ван одобрил его. Снарядили десять колесниц, с которыми Чуньюй Кунь должен был отправиться в Цзин. Он простился и уже собрался в путь, как нашелся кто-то, кто посчитал его план ненадежным и так же красноречиво выступил с другим планом. Тогда вэйский ван отставил поездку Чуньюй Куня, а его самого отдалил. В результате ван отказался от одного плана, но ничего не достиг и с помощью другого. Та к и должно было быть.

В словах есть корень, в делах – основа. Будь сколь угодно разнообразны умения и способности, они не стоят ничего, если не знать, в чем корень.

Поэтому Лао-цзы говорит: «Плотник, который делает дверь, еще не знает, что такое дверь. Чтобы узнать это, надо ее закрыть».

Среди моистов был некий Тянь Цзю. Он стремился попасть на аудиенцию к циньскому вану. Снарядил колесницы, приехал в Цинь и остался там жить. Но в течение целого года не мог добиться встречи с ваном. Нашелся некий гость, который рассказал об этой истории чускому вану, и тот пригласил Тянь Цзю к себе. Благосклонно принял, вручил ему верительную дщицу полководца и отправил с нею в Цинь. Циньский ван принял его и был с ним приветлив. Выйдя с царского двора, Тянь Цзю сказал своим людям:

– Тр и года я прожил в Цинь, но так и не удостоился приема, и не знал, что путь к этому лежит через Чу.

Среди вещей поистине есть такие, которые кажутся близкими, а далеки, кажутся далекими – а близки.

Некогда джаоский Вэнь-цзы спросил у Шу Сяна:

– Из шести цзиньских полководцев кто погибнет первым?

– Чжунхан и Чжи.

– Почему?

– Потому что мелочную придирчивость они считают требовательностью, нажим – умелым руководством, жестокость – проявлением преданности, множество планов – заслугой. Это все равно что тянуть кожу – тянуться-то она тянется, да скоро лопнет.

Лао-цзы говорит: «Когда правление великодушно – народ прост; когда правление докучливо – народ изворотлив».

Цзин-гун спросил своего Главного гадателя:

– Что может твое искусство?

– Может поколебать землю.

Потом к гуну пришел на аудиенцию Янь-цзы, и гун ему сказал:

– Я спросил Главного гадателя, что может его искусство, он ответил, что оно способно поколебать землю. Может земля поколебаться?

Янь-цзы промолчал, ничего не ответил. Выйдя от гуна, он прошел к Главному гадателю:

– Ночью я видел, – сказал он, – что звезда Крюк заняла положение между созвездиями Покои и Сердце. Это поколеблет землю?

– Да, – ответил гадатель.

Янь-цзы ушел, а гадатель направился к гуну.

– Я не могу поколебать землю, – сказал он гуну, – но земля непременно поколеблется.

Тянь Цзыян, услышав эту историю, сказал:

– Янь-цзы потому промолчал и не отвечал, что не хотел смерти Главного гадателя; а пошел к нему потому, что не желал, чтобы гун был обманут. Янь-цзы можно назвать преданным высшим и милостивым к низшим.

Лао-цзы говорит: «Острый, а не колет; имеет углы, а не ранит».

Вэйский Вэнь-хоу угощал дафу в Цюйяне. Порядочно опьянели, и Вэнь-хоу, вздохнув, сказал:

– Разве только у меня нет в слугах Юй Жана?!

Цзянь Чжун, подняв чашу и передавая ее Вэнь-хоу, воскликнул:

– Штрафная, государь!

– За что?

– Я слышал, что счастливые родители не ценят почтительного сына, а праведный правитель – верного слугу. Разве не таков был господин Юй Жана?

Вэнь-хоу принял кубок и осушил его, не передавая дальше.

– Не стало таких слуг, как Гуань Чжун и Баошу Я, потому и Юй Жан уже славен.

Лао-цзы говорит: «Когда государство в смуте, появляются верные слуги».

Осматривая храм Хуань-гуна, Конфуций заинтересовался сосудом, который назывался ючжи.

– Как хорошо, что мне довелось увидеть этот сосуд! – воскликнул Конфуций. И, обернувшись к ученикам, добавил: – Принесите воды.

Когда сосуд наполнили до половины – он стоял прямо, когда же налили доверху – перевернулся.

– Прекрасно! Да ведь он держит полноту! – изумленно воскликнул Конфуций.

Стоявший рядом Цзы-гун спросил его:

– Позвольте узнать – что значит «держит полноту»?

– Прибавь – и нанесешь ущерб.

– Что значит – «прибавь – и нанесешь ущерб»?

– Упадок начинается с расцвета, высшее наслаждение переходит в скорбь, солнце в зените – значит, начинает садиться, полнолуние ведет к ущербу. Поэтому мудрость сохраняется глупостью, образование и красноречие – невежеством, сила и мужество – страхом, богатство и преуспеяние – экономией, благодеяния и раздачи – воздержанием от них. Благодаря этим пяти вещам прежние ваны хранили Поднебесную и не утрачивали ее; пренебрежение же ими ведет к краху.

Поэтому Лао-цзы говорит: «Верные этому пути избегают полноты; ведь изнашиваться, не превращаясь в нечто новое, может только неполный».

Дела человеческие

Слово, слетевшее с уст, не поймать; дело трудно завершить, но легко проиграть; славу трудно добыть, но легко потерять. Тысячемильная плотина истачивается муравьями; дом высотой в сто сюней сгорает из-за щели в дымоходе.

Люди пренебрегают мелочами, а потом раскаиваются. Беда приходит – и только тогда задумываются. Словом, ищут хорошего лекаря, когда болезнь уже приняла опасный поворот. И тут хоть обладай искусством Бянь Цюэ и Юй Фу – мертвого не оживить. Пришло несчастье – человек сам его породил, пришло счастье – человек сам его вырастил. У несчастья и счастья одни двери, польза и вред – соседи.

Вот почему, берясь за дело, заранее все изучи, проверь, оцени, а уж потом принимай решение. А принесет оно пользу или вред – зависеть будет от твоего ума или глупости. Ум же – это понимание естественного хода вещей. Если бы все знали, в чем истина, – дела шли бы как по маслу, и не заходила бы в тупик Поднебесная.

Ныне же Поднебесную подтачивают три зла: порочные – пользуются большими милостями; малоталантливые занимают высокое положение; не имеющие заслуг – получают щедрое жалованье.

Бывает так, что убыток оборачивается прибылью, а прибыль – убытком.

Некогда чуский Чжуан-ван одержал в Хэ-юне победу над Цзинь. Возвратившись из похода, он пожаловал Суньшу Ао надел, но тот отказался его принять. Уже будучи при смерти, Суньшу Ао сказал своему сыну:

– Как только умру, ван непременно пожалует тебе надел. Не бери жирные и плодородные земли, а бери каменистые и песчаные. Вот холмы Юцинь: земля там бесплодная, известна как дурное место. Она никому не нужна.

Суньшу Ао умер, и ван действительно хотел пожаловать его сыну жирные и плодородные земли. Однако тот отказался их принять и попросил юциньские холмы. По обычаю, в царстве Чу всякому, кто имел заслуги в двух поколениях, давали жалованье и надел. И только один Суньшу Ао сумел сохранить и то и другое. Вот случай, когда убыток оборачивается прибылью.

Что же тогда называется «получить прибыль, а на самом деле потерпеть ущерб»?

Некогда цзиньский Ли-гун ходил походом на юг – на Чу, на восток – на Ци, на запад – на Цинь, на север – на Янь. Его войска бесчинствовали по всей Поднебесной и все склоняли пред ним головы. Самодовольный и исполненный гордыни, Ли-гун стал без меры предаваться излишествам, разбойничать и истязать простой народ, казнить старших чиновников и приближать к себе льстецов. Чжухоу отказались его поддерживать, и не было у него верных слуг, могущих помочь ему советом. И вот на следующий год он отправился во владения Цзянли, где был схвачен Луан Шу и Чжунхан Янем и заточен в тюрьму. Среди чжухоу не нашлось никого, кто выручил бы его, а среди простого народа – кто оплакал бы. Через три луны он умер.

Военные победы, трофеи, расширение земель, почетное имя – все это прельщает людей в Поднебесной. Когда же все это кончается не только собственной гибелью, но и гибелью государства, – то это называется «приобретя – потерять». Так, Суньшу Ао, взяв каменистые земли юциньских холмов, сохранял их в течение многих поколений. Цзиньский же Ли-гун созвал чжухоу в Цзянлине – а в результате погиб во владениях Цзянли.

Простолюдины знают, что выгода – это выгода, а ущерб – это ущерб, и только мудрецу ведомо, когда ущерб обращается в выгоду, а выгода – в ущерб. У дважды плодоносящего дерева непременно поранены корни; в семье, извлекшей сокровища из могилы, непременно кто-нибудь погибнет. Иной раз кажется, речь идет о большой выгоде – оборачивается же она вредом.

Чжан У подстрекал Чжи-бо отнять земли Хань и Вэй – в результате Чжи-бо был схвачен в Цзиньяне. Чуский Чжуан-ван по наущению Шэньшу Ши дал надел потомкам рода Чэнь – и стал баваном в Поднебесной.

Хочешь принести пользу – она оборачивается вредом; хочешь нанести вред – он оборачивается пользой. Поистине: переходы пользы и вреда, границы счастья и несчастья неуловимы.

Ян Ху поднял мятеж в Лу. Луский правитель велел закрыть городские ворота, пообещав тому, кто схватит Ян Ху, щедрую награду, а тому, кто упустит – жестокое наказание. Окруженный тройным кольцом, Ян Ху уже поднял меч, собираясь заколоться, как вдруг стражник у городских ворот остановил его:

– Поднебесная велика! Я выпущу тебя!

Тогда Ян Ху бросился на окружение и, прокладывая себе дорогу мечом, скрылся. Стражник выпустил его из ворот, но вдруг тот вернулся и, притянув стражника за рукав, ранил его подмышку. В гневе стражник воскликнул:

– За что ты ранишь меня?! Разве не я, рискуя жизнью, помог тебе освободиться от врагов?!

Услышав, что Ян Ху скрылся, луский правитель пришел в великий гнев и велел схватить стражника, подумав, что если он ранен, то получит награду, а если нет – то подвергнется тяжкому наказанию.

Это и называется нанести вред, а извлечь пользу. Что же тогда называется «хотеть принести пользу, а нанести вред»?

Чуский Гун-ван имел сражение с цзиньцами в Яньлине.

В разгар битвы он был ранен и остановил бой. Сыма Цзыфань, мучимый жаждой, попросил пить. Мальчик-слуга Ян Гу поднес ему вина. Отведав сладость вина, Цзыфань уже не мог оторваться от ковша и, в конце концов опьянев, заснул. Между тем Гун-ван решил продолжить бой и послал за Сыма Цзыфанем. То т же отказался, сославшись на боль в сердце. Тогда ван поехал взглянуть на него, вошел в шатер, почуял запах вина и пришел в великий гнев:

– В нынешней битве я, несчастный, ранен. Единственная опора – Сыма, а Сыма – вот каков! Гибнут чуские алтари, и не с кем мне, несчастному, продолжить бой.

И, отведя войска, он казнил Сыма Цзыфаня как потерявшего честь.

Итак, поднося вино, Ян Гу вовсе не хотел навлечь на Цзыфаня несчастье – он искренне любил его и хотел доставить ему удовольствие, однако привел только к гибели. Это и называется «хотеть принести пользу, а нанести вред».

Больной ревматизмом старается больше есть, а страдающий лихорадкой – пить холодное. Простолюдин считает это здоровым, а хороший врач – вредным. Глупец думает – все полезно, что радует глаз и сердце; мудрец же избегает этого. Мудрец сначала противится, а потом соглашается, толпа же сначала соглашается, а потом противится. Всяк стремится к заслугам, и все страшатся наказаний. Но бывает, имеющий заслуги навлекает на себя подозрение, а свершивший преступление вызывает к себе доверие. Порою тот, кто имеет заслуги, забывает об отеческой любви и долге, а тот, кто свершит преступление, остается верен чувству милосердия.

Когда вэйский полководец Юэ Ян атаковал Чжуншань, сын его был в плену у чжуншаньцев и находился внутри города. Враги подвесили его так, чтобы он был виден Юэ Яну.

– Долг слуги – прежде отцовского долга! – вскричал Юэ Ян и еще ожесточеннее атаковал Чжуншань.

Тогда чжуншаньцы отрубили его сыну голову и послали ее Юэ Яну. Идя за послом, несшим голову, Юэ Ян, плача, восклицал:

– Это мой сын!

Вернувшись в Чжуншань, посол доложил:

– Этот человек умрет, исполняя долг. Его не разжалобить!

И чжуншаньцы сдались. Благодаря Юэ Яну вэйский Вэнь-хоу расширил земли, однако стал с этого времени меньше доверять ему. Это и называется «иметь заслуги, а быть на подозрении».

Что же тогда называется «совершить проступок и тем усилить к себе доверие»?

Мэнсунь на охоте добыл олененка и велел Цинь Сиба приготовить его к обеду. Цинь Сиба направился домой, а мать олененка шла следом и плакала. Не в силах этого вынести, Цинь Сиба отдал ей малыша. Вернувшийся с охоты Мэнсунь потребовал оленины.

– Его мать шла следом и плакала, – ответил Цинь Сиба. – Я не мог вынести этого и отдал ей его.

Мэнсунь разгневался и прогнал Цинь Сиба со службы; однако через год он взял его наставником для сына.

– Цинь Сиба виновен перед вами, вы же делаете его наставником сына! – сказали приближенные.

– Если уж он пожалел олененка, – отвечал Мэнсунь, – то что тогда говорить о людях?!

Это и называется «совершить проступок и тем усилить к себе доверие». Вот почему, делая что-либо, нужно быть осмотрительным.

Так, Гунсунь Ян был обвинен Цинями в преступлении и не смог войти в Вэй. И хоть заслуги его были немалы, недолжный поступок стал причиной того, что в трудный момент ему некуда было поставить ногу.

Случается, захватишь что-либо, а на поверку окажется – отдал, или отдал что-либо, а потом окажется – получил.

Чжи-бо потребовал земли у вэйского Сюань-цзы; тот не хотел отдавать. Тогда Жэнь Дэн сказал:

– Могущество Чжи-бо наводит трепет на всю Поднебесную. Если не отдадим земли, которые он требует, – навлечем на чжу-хоу несчастье.

– А если он возьмет земли и не успокоится, тогда как? – возразил Сюань-цзы.

– Отдадим ему земли, – продолжал Жэнь Дэн, – он на радостях вновь потребует. Тогда вся Поднебесная объединится и разработает план. И то, что мы получим от этого единства, намного превзойдет то, что мы сейчас потеряем.

И вэйский Сюань-цзы отрезал земли и отдал Чжи-бо. Чжи-бо тотчас потребовал земель от ханьского Кан-цзы, и тот не посмел не дать. И вновь потребовал земель Чжи-бо – теперь от чжаоского Сян-цзы; но Сян-цзы не дал. Чжи-бо повел на него войска и, взяв с собою войска Хань и Вэй, окружил Сян-цзы в Цзиньяне. И тогда Хань, Вэй и Чжао сговорились, схватили Чжи-бо, а земли его поделили между собой.

Это и называется «захватить, а самому оказаться захваченным». А что тогда называется «отдать, а на самом деле взять»?

Желая попросить проезда у Юй, чтобы напасть на Го, цзиньский Сянь-гун послал в подарок юйскому гуну диск из нефрита Чуйцзи и упряжку, запряженную цюйчаньскими конями. Гу н Чжици, увещевая его, сказал:

– Их нельзя пропускать. Ведь Юй и Го – что повозка и колеса: колеса поддерживают повозку, повозка опирается на колеса. Сила Юй и Го – во взаимной поддержке. Если дать цзиньцам дорогу, Го погибнет утром, а Юй вечером.

Юйский гун Це не послушался увещеваний и дал дорогу. Сюнь Си повел войска на Го и покорил его, а на обратном пути напал на Юй и взял его.

Это и называется «отдать, а на самом деле взять».

Горы достигают высоты – и поднимаются облака; воды достигают глубины – и рождается водяной дракон; благородный муж достигает пути – и к нему приходят счастье и почет. Кто не ищет благодарности за благодеяния – обязательно бывает награжден; кто живет, не требуя признания своей праведности, обязательно будет прославлен.