Укрощение Строптивого

**************************

Десятое февраля. Третий день пребывания Валентина в Петербурге. На часах всего два часа дня, а у меня такое ощущение, что уже поздний вечер. Черт бы побрал Валентина, который решил посетить Эрмитаж! Нет, я все понимаю: любовь к искусству, тяга к прекрасному и так далее, однако, мы уже четыре часа торчим в музее и кажется, не собираемся уходить.

- Знаешь, что если осматривать каждый экспонат в музее по минуте, то уйдет примерно одиннадцать лет, чтобы изучить все.

- Занимательная информация,- отозвался скрипач, возвращаясь к заинтересовавшей его картине.- Но мне кажется, что я трачу немного больше, чем минута.

Немного? Ну да, тебе действительно кажется.

- Или это был тонкий намек, что тебе не интересно? – снова отвлекся Валентин, и я лишь пожала плечами в ответ. По мне, это был очень тонкий намек, что я здесь одиннадцать лет проводить не собираюсь. – О, уже два! – опомнилась звезда, глянув на наручные часы.- А ведь недавно десять было… а ведь мы еще не осмотрели столько залов.

Ну, для кого недавно, а для кого очень даже давно. Не то, чтобы я безграмотная невежда, которая не проявляет своей любви к искусству, просто сил моих нет ждать Валентина, который полчаса осматривает каждую картину. Издевается, наверное.

- Послушай,- я взяла скрипача, который направился было к еще одной картине (ну, уж нет!), под руку и повела к дверям.- Я все понимаю, но ты же помнишь, что в три встреча со Стивеном и Брюсом. Они будут нас ждать в ресторане,- Валентин кивнул с заметным сожалением, и мы оба направились к выходу из зала.

Я вот сгораю от нетерпения высказать большую благодарность этим финнам за то, что отправили меня с Валентином, а сами остались в отеле. А все звучало вполне невинно: «Это не займет много времени и сил. Он не особо интересуется искусством. Так что максимум пара часов, и ему надоест».  Как же… а сами небось спустились в ближайший паб, чтобы выпить пива и поиграть в настольный футбол.

Что ж, наверное, стоит подвести итоги прошедших трех дней.   А итоги таковы: после возмещения моральной компенсации, к которой я позже приплюсовала и мороженое, наши отношения с Валентином более-менее наладились. То есть криков «Прочь, ведьма!» я от него больше не слышала. Считаю, это большим плюсом. Да и дверь номера звезда научился закрывать. Вероятно, опасается моих внезапных вторжений. Одним словом, между нами царят вменяемые отношения переводчика и клиента.

Мы почти достигли отеля, когда я заметила толпу у главных дверей. В большинстве случаев, молодые девушки. Они явно чего-то (или кого-то) ждали…

- Медленней,- бросил Валентин, и мы сбавили скорость в метрах пятидесяти от гостиницы. Я же вопросительно посмотрела на скрипача, и тот пояснил.- Фанаты.

Снова глянула на толпу женщин, потом недоверчиво на Валентина.  Это ради лицезрения его-то стоять на холоде и ждать, пока музыкант спуститься из своего номера или выглянет в окошко? Им что заняться больше нечем?

- И что? – поинтересовалась.

- Ничего… автографы, парочка фотографий… если повезет, то выйдем целыми,- продолжал говорить Валентин, доставая телефон из кармана. Начал писать кому-то смс-ку.

Минуточку, он сказал «если повезет»?  Или я ослышалась?

- Что значит, если повезет? – спросила, когда мы подъехали. Валентин не ответил, потому что раздавшейся девичий визг… нет, не так – Визг, все объяснил.

Мамочки! Я смотрела на визжащих от радости фанаток, и мне стало дурно. Пусть Валентин идет туда один, я же останусь в машине, где тепло и безопасно. Но у скрипача были свои планы, которые, к моему сожалению, расходились с моими.

- Выходим.

Я отрицательно мотнула головой.

- Нет, я их боюсь,- и попыталась забиться в уголок, да только Валентин схватил меня за локоть.- Пусти,- ойкнула, когда скрипач сильнее стиснул пальцы и потащил меня за собой.- Они же разорвут нас на части! И вообще, я до смерти боюсь толпы…

- Жанна,- твердо произнес Валентин, уже приоткрывший дверцу машины,- не волнуйся. Ничего страшного не случится. Держись меня и все будет хорошо.

Я смерила взглядом худого скрипача и не сдержала нервного смешка. Тоже нашелся мне Геркулес, за чью широкую спину я смогу спрятаться. Скорее фанаты нас обоих разберут на сувениры: Валентина за то, что он Валентин, а меня так … за компанию…

Возразить заявлению с оттенком геройства мне не дали: вытащили на улицу, где я сразу же была оглушена счастливыми криками фанатов. Вцепившись в руку скрипача, я засеменила следом, стараясь не смотреть на людей вокруг. Их так много, они кричат, тянутся к мужчине и от них можно ждать чего угодно…

Я не соврала насчет того, что боюсь толпы. Весь крохотный отрезок пути до дверей гостинцы, я шла, вцепившись мертвой хваткой в Валентина. Даже не смотря на оглушительный визг, сотрясающий воздух, и на фанаток, что тянулись к своему кумиру, он не растерялся: шел, улыбаясь, и все поглядывал на дверь, откуда нам навстречу уже спешили охранники.

И все вроде было хорошо, как … Валентин остановился дать кому-то автограф, и одна из девчонок схватила меня за руку. Не знаю почему, может случайно. Однако, больше и не надо было: множество лиц вокруг, громкие голоса, и вот, мне стало трудно дышать – на меня накатил внезапный страх. Жадно хватая воздух, будто рыба, выброшенная на берег, я еще сильнее сжала локоть скрипача. И он резко обернулся, чтобы посмотреть, как я сползаю медленно на землю…

- Жанна,- услышала его беспокойный голос, а непроницаемая пелена уже застилала глаза. До меня доносились еще крики «Валентин!», «Позовите врача» и тому подобные, когда я окончательно провалилась в темноту…

**************************

Очнулась я от резкого запаха. Нашатырь. Разомкнув тяжелые веки, удивленно воззрилась на Валентина, который «заботливо» тыкал мне  нос ваткой, смоченной в лекарстве.

Он что хочет, чтобы я второй раз сознание потеряла? Только в данном случае от этой гадости?

- Убери… - простонала, махнув вяло рукой.

- Очнулась! – известил кого-то радостно скрипач и отстранился, и я смогла вдохнуть теплый воздух полной грудью.- Она очнулась! – надо же, а радости-то сколько в голосе… даже удивительно.

Потом некто сунул мне в руки стакан с водой, и я жадно выпила содержимое. Его снова наполнили, и я снова все выпила. Потом руки стали свободными, мозги более-менее заработали, и я обвела взглядом небольшое помещение. Номер гостиницы. Тот самый, где живет Валентин. Оказалось, что я лежала на кровати, заботливо разутая и без пальто, шапки и прочих зимних теплых вещичек. Сам же жилец номера сидел на краешке и с беспокойством на меня поглядывал.

- Ты бы знала, как я испугался, когда ты в обморок рухнула! – выпалил он, когда я приняла сидячее положение.- Еще воды? – поинтересовался, перехватив мой взгляд, направленный на графин. Отрицательно мотнула головой. – Черт! Подумал, что все … конец пришел моему переводчику!

Да уж, с такой работенкой мне рано или поздно придет. И чувствует моя интуиция, что скорее всего рано.

- Я же сказала, что боюсь толпы… - голос мой звучал очень тихо и неуверенно. Валентин взъерошил темные волосы и посмотрел на меня с сожалением.

- Я не подумал, что ты всерьез… пошутила, решил.

- Ага. И в обморок тоже в шутку рухнула,- пробурчала я. Скрипач тяжело вздохнул.- Ты мной хотел воспользоваться, как живым щитом, признайся,- и впилась в него острым взглядом, требующего немедленного ответа.

- Была такая мысль… Прости. Впредь буду знать, что переводчик из тебя получше, чем щит,- попытался отшутиться он, но шутка, к слову, вышла неудачная. Мужчина понял это по моему виду, и глупая улыбка пропала с его губ.

- Ладно,- что с дураков-то взять? – Который час? – потянулась было к карману, где лежал телефон, но вспомнила, что пальто сейчас не на мне.- Пора работать, что ли… - пальто висело на спинке кресла, и я предприняла было попытку подняться с кровати, однако, Валентин положил мне руки на плечи и вернул в прежнее полу-сидячее положение.

- Нет.

- Что нет?

- Тебе надо отдохнуть. У тебя шок, - от общения с тобой у любого шок случится! - Хочешь я закажу обед в номер?

- С каких пор ты такой заботливый? – недоверчиво на него покосилась.

- Ну… у меня не часто переводчики в обмороки при виде толпы падают,- пожал плечами «звезда».- Я  сейчас…  - и направился к телефону, а я откинулась на подушки и подтянула к себе одеяло. Кормить меня скоро у финна войдет в привычку. А собственно… я и не против. Раз хочет быть добрым самаритянином, пожалуйста, мешать не буду.

Заказ еды много времени у Валентина не занял: вот, он опустился кресло, которое развернул к кровати, и, сцепив руки в замок, откинулся на спинку.

- Обед будет через двадцать минут… Все хотел спросить, как ты выучила финский?

- Восемь лет прожила в Финляндии. Вот, и выучила, - а потом добавила, заметив, что Валентин снова открыл рот.- Я вышла замуж и переехала жить к мужу.

- Аааа…. – выдал скрипач, рассеянным взглядом скользя по комнате.- А почему вернулась в Петербург?

- Заболел отец. Мама сама не справлялась. А больше и некому больше о старике заботиться. Пришлось вернуться… - пожала плечами.

- А муж был не против? – продолжал расспрашивать меня Валентин, и по его виду сложно было понять: ему действительно это интересно или нет. Настолько непроницаемо было его лицо.

- Когда это случилось, мы почти развелись… А теперь откровение за откровение. У тебя правда есть девушка, которая ждет тебя преданно в Финляндии?

Валентин опустил глаза, разглядывая кончики ботинок. А потом отрицательно мотнул головой.

- Нет… мы с ней давно уже не встречаемся. Она была недовольна тем, что я больше внимания уделяю музыке. И как-то решили расстаться. Иногда общаемся.

Мда. Просто клуб одиноких сердец собрался в этой комнате. Брошенные и никому не нужные. «Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались», - вспомнилась мне одна песенка.

- Ну, хоть общаетесь… вообще, жизнь штука сложная,- проговорила.- Я вот думала, что с Филом никогда не расстанемся. Любовь до гроба, все дела… а прошло несколько лет, как ни любви, ни счастья,- развела руки в стороны.- Все, к сожалению, не заканчивается жили долго и счастливо.

Валентин тонко улыбнулся, слегка поддался вперед и поинтересовался шутливо.

- Ты всегда после обмороков ударяешься в философию отношений?

Я хмыкнула в ответ. Надо же, кто-то оказывается и пошутить умеет.

- Нет. Только, когда меня обещают накормить обедом.

- Да-да, я слышал про «халяву»,- сказал он по-русски с сильным акцентом, и я не сдержала смешка. Скрипач добродушно улыбнулся в ответ.

И тут я заметила, как изменилось его лицо, после того, как спала маска привычной угрюмой задумчивости. Глубоко посаженные глаза больше не смотрели настороженно, взглядом загнанного зверя, глубокая морщина на лбу исчезла, и лицо просветлело. Ранее казавшиеся мне резкими черты лица теперь смягчились.  Удивительно все-таки, как меняет порой человека улыбка.

Валентин, заметив, что я его оглядываю, нахмурился, затем заерзал в кресле, скрестил руки на груди, обвел тяжелым взором номер. А затем поднялся, что-то буркнув про программу новостей и опустился напротив телевизора. Щелкнул на красную кнопку пульта и уставился в экран, где действительно шли новости. На финском, кстати.

Что ж, Валентин снова стал привычным Валентином. Ну, и ладно. Не больно-то и хотелось продолжать с ним беседу. Я бросила мимолетный взор на часы на тумбочке. Обед должны принести минут через десять. Скорей бы, что ли…

**************************

- Ну, так как у тебя с Валентином обстоят дела?

Этот вопрос привел меня в замешательство: рука замерла, и край чашки так и не достиг губ. Я непонимающе воззрилась на Светку, которая как ни в чем не бывало продолжила поглощать греческий салат, то и дело бросая на меня хитрые взгляды.

- То есть «как с Валентином обстоят дела»? – поинтересовалась я.

- Я уже несколько дней, а именно, четыре не слышу от тебя жалоб на его хамство, молчаливость, угрюмость и прочие «положительные» качества,- пояснила она.- А вчера ты назвала его милым. И даже не вздумай этого отрицать.

- Да я и не думаю… - пробормотала и сделала глоток капучино. Я действительно назвала Валентина милым. И даже сделала это в трезвом состоянии.- Нормальные отношения. Переводчика и клиента.

- Ну-ну,- кивнула Светка.

- Что ну-ну?

- Примерно, тоже самое я слышала от тебя, перед тем, как вы с Филом начали встречаться. У нас обычные отношения однокурсников. Ничего особенного,- передразнила она меня.- А потом через неделю бац, и вы вместе.

- Да, но это Фил, а это Валентин,- порой объяснить простые вещи Светлане для меня тяжелый труд.  Будто она разницы между моим бывшим мужем и скрипачом не замечает.

- Валентин тоже мужчина. И приятной наружности,- Светка отодвинула тарелку на край стола, принялась за кофе.- А у всех, в том числе и у тебя, есть свои личные … потребности.

Я лишь хмыкнула в ответ. Иногда Светку заносит в совсем дальние дали.

- Я один раз назвала его милым, он мне пару раз улыбнулся, а твое воображение уже нарисовало свадьбу. Между нами нет любви, если ты к этому клонишь.

Тут пришел черед Светланы улыбаться. Ткнув в меня маленькой ложечкой, она произнесла.

- Да я ни слова не сказала про любовь. Лишь обронила про потребности, которые присутствуют у всех. Даже самых закомплексованных. А вот, что нарисовало тебе твое воображение после моих слов, это вопрос.

- Между мной и Валентином есть черта, которую я пересекать не стану.

- Хах! Кажется, тоже самое я слышала и по поводу Фила,- как бы невзначай обронила подруга и бросила на меня еще один лукавый взгляд. Я же деловито промолчала в ответ.

Не скажу, что слова Светланы открыли мне глаза на правду. Я и раньше замечала, что мое отношение к Валентину заметно потеплело. Да и он стал ко мне относиться за какие-то там четыре дня получше. Но ведь это не значит, что теперь мы обязаны броситься друг другу в объятия… И как я уже сказала Свете, то переступать черту отношений клиента и заказчика не собираюсь.

**************************

Правда, мое решение дало трещины, когда вечером после того, как мы вернулись с очередного интервью и фотосессии, Валентин отвел меня в сторонку и предложил.

- Я тут хотел спросить… не хочешь ли ты мне показать Питер?

- Это как? Мы же ездили по городу: в музеи, рестораны и редакции.

- Знаю. Но я говорю о простой прогулке по улочкам города, без водителя и прочих сопровождающих,- вероятно, под прочими имелись ввиду Стивен и Брюс, которые после случая с приступом, всегда были рядом. – Только ты и я. Как-то так… - мне кажется, либо потянуло романтикой?

А даже если и потянуло, то мысль вполне неплохая. Нельзя же постоянно сидеть дома. Тем более в последние дни крепкие морозы уступили место потеплению, и снаружи царила вполне приятная для зимы погода.

- Почему бы и нет?.

- Тогда завтра? – он  улыбнулся.

Я закивала, согласная с его словами.

- Значит, в три встретимся в холле. И не опаздывай, Жанна,- развернулся и ушел, а я смотрела ему вслед, вспоминая наш со Светкой недавний разговор, в котором я назвала Валентина милым. Наверное, все же, я была не в себе, раз такое ляпнула.