— Он… жив? — непонятно было, расстроена Мелигейна или обрадована.

— Пока да, — Райнарт выпрямился.

Это не справедливо — второй раз ставить его перед вопросом, на который он уже ответил! Райнарт выругался, не стесняясь присутствия принцессы, — сама не без греха.

— Побудь здесь, — бросил Райнарт, срезая шнурок и пряча пресловутый перстень.

— Куда ты? — она не была испугана, просто не понимала.

— Нам нужна телега.

* * *

Шли дни, а тайно привезенный в замок темный — так и не приходил в себя.

Бессознательно он еще цеплялся за жизнь, но без подпитки Башни она неумолимо уходила из него по капле.

— Райнарт, я ничего не могу сделать, — в который раз разводила руками Эвелина, — Я всего лишь немного разбираюсь в травах. А здесь… Я даже не понимаю, что с ним!

— Он маг, — неохотно признался Райнарт, — и истратил слишком много сил.

— Тем более! Здесь нужен чародей. И нужен быстрее.

— Нельзя!

О том, что в покоях Райнарта находился кто-то еще — никому, кроме них троих, известно не было. И уж тем более он не собирался распространяться, что этот «кто-то» черный маг, которого ищут. Тем более такой…

Мелигейна, по началу, молча поддерживала своего героя, но потом присоединилась к кормилице.

— Райнарт, он умирает, — констатировала она.

Бывшая принцесса долго и безуспешно пыталась напоить больного приготовленным Эвелиной отваром, но жидкость только стекала меж губ, — Нам нужен маг!

— Ты же сама знаешь, что это невозможно.

— Тогда не стоило и начинать! Почему ты не добил его как мою лошадь, там, на кладбище?!

— Гейне!

— Извини. Но если мы не позовем мага, он умрет уже завтра или послезавтра.

— Он не мальчик, он знал, что делает! Я его желание свободы любой ценой понимаю и уважаю. Кроме того, я не могу поставить под удар еще и Витольда. Как ты объяснишь, почему он оказался именно здесь? Я не верю в совпадения и случайности!

И Светлый совет тоже!

— Они решат, что мы в сговоре… Но ведь это не так, — Гейне глубоко задумалась, — Но он здесь… Райнарт, неужели ты не понимаешь? Это значит, что он знал, где мы и надеялся на нашу помощь…

Теперь она не отступится, потому что будет считать себя обязанной оказать помощь молящему, понял Райнарт.

— Гейне, я обещал, что Совету я его не отдам…

— И не надо. Выход есть! — было видно, что она нашла решение, и оно казалось ей очевидным, — Леди Алагерда!

— Не понимаю.

— Она нас не выдаст!

— С какой стати?

— Райнарт, поверь женщине, — лукаво улыбнулась Гейне, — Тебя она не выдаст!

Алагерда появилась на второй день — то есть сразу же, как отправленное Райнартом письмо было переслано ей по магическим путям.

— Все еще не имется, Райнарт? — поинтересовалась волшебница вместо приветствия, после того, как вокруг нее угасли радужные переливы, — тебе мало того, что ты уже натворил? Что у тебя стряслось на этот раз, что тебе даже понадобилась моя помощь?

— Пойдем, покажу, — вздохнул Райнарт.

До конца в правоту Гейне он не верил, но отступать было поздно.

— И за этим ты меня вытащил… — пренебрежительно начала Алагерда, приближаясь к кровати с неподвижным телом.

И осеклась. Склонилась, вглядываясь в застывшее измученное лицо.

— Райнарт, ты знаешь кто он?! — спросила она выпрямляясь, и голос у нее заметно дрожал, — Что я спрашиваю, конечно знаешь!

— Именно поэтому ты здесь. О нем, — герой выразительно кивнул на распростертого на постели темного, — никто не должен знать.

— Что ты говоришь? Что ты говоришь!!! — обычно невозмутимая и насмешливая волшебница вцепилась ему в ворот, — Ты понимаешь, куда влез?! Ты понимаешь, кому ты помогаешь?! Кого прячешь?!! Не-е-ет!!! В отличие от тебя, у меня еще осталась капля здравого смысла. И я в этом участвовать не буду!!! Я немедленно…

— Герда, опомнись! — Райнарт слегка встряхнул разошедшуюся чародейку и развернул в сторону безразличного к разразившейся над ним бурей темному, — По-твоему, он составляет план уничтожения мира? Этот человек умирает!

— И слава Свету!!!

— Ты с ума сошла? — он снова ее встряхнул и с силой сказал, — Забудь на минуту кто он! Просто посмотри… По-твоему, он опасен? Он провел на адамантиевой цепи не год и не два… И если ты его выдашь — проведет так же остаток дней! Не говоря уже о том, что у нас с Гейне будет очень много проблем…

— А, так она тоже здесь! Похоже, ты наконец-таки нашел такую же сумасшедшую девицу, как и ты сам!

— Прекратите! — между ними вклинилась Мелигейна, — Успокойтесь! Возможно, уже к вечеру вам просто не о чем будет спорить! Потому что ужасный темный властелин просто умрет от истощения!

— Она права, — мгновенно остыл Райнарт, — Герда, ты еще можешь помочь?

Алагерда отошла к окну, нервно одергивая белое платье и поправляя сложную витиеватую прическу.

— Конечно. Это не так уж трудно, — решение явно далось ей с огромным трудом и не сразу, — Райнарт, я перед тобой виновата немного… Только поэтому, а еще потому, что я не хочу, что бы вы окончательно себя погубили, я никому ничего не скажу!.. Но учти! Если я решу, что этот — начал представлять хоть малейшую угрозу: я обо всем этом забуду и немедленно сообщу в Анкарион!!!

— Хорошо, Герда. Если ты так решишь — я сам отправлюсь с тобой…

Волшебница недоверчиво фыркнула и помахала на них рукой.

— Брысь отсюда. А то он и правда загнется быстрее, чем мы договоримся!

* * *

…по жилам словно струился жидкий огонь, взламывая пересохшие заиндевевшие русла… Его сжигали заживо…

С губ сорвался невольный стон, но сделать он ничего не мог, — сил не было даже чтобы открыть глаза…

Обжигающий сгусток мощи отстранился, и огненное буйство в крови начало утихать…

— Как он? — раздался рядом смутно знакомый голос.

— Кажется, приходит в себя, — от пламенеющей мощи отделяются пылающие протуберанцы…

«Магичка», — понял Дамон. Он попробовал удержаться на скользкой кромке сознания, но сорвался и канул в бархатную душную бездну…

Очнувшись окончательно, Дамон обнаружил, что лежит в чистой постели в довольно уютной комнате. Рядом на столике громоздились чашки и лекарственные флаконы…

Трогательно.

Как и кольца, оков на нем не было. Похоже, белые решили, что он никуда не денется и так. Дамон попытался подняться, но при первом же движении тело свела ледяная судорога.

Они правы, с ним справится и котенок!

В этот момент заскрипела дверь, и Дамон поспешно закрыл глаза… …Легкие шаги, тонкий аромат духов… На грудь — над сердцем ложится миниатюрная ручка, от которой расходятся волны тепла… Это продолжается вечность, а когда заканчивается — остается некая пустота…

Целительница.

Волшебница отошла, но тут же вернулась. Маленькая, но сильная ручка осторожно поддержала тяжелую голову, и у губ оказался край чашки. С первого же глотка он узнал вкус: «Радуга», специфический набор трав и других ингредиентов, помогающий волшебникам восстанавливать силы. Целительница чему-то хмыкнула и направилась к выходу. Дамон открыл глаза в самый последний момент, что бы она не успела почувствовать его взгляд, и увидел лишь струящиеся по королевской спине медные кудри…

Окончательно вернул его к жизни обычный сон, хотя — крепкий и спокойный сон уже давно не был для него чем-то обычным.

Дамон по-прежнему был один, и не воспользоваться этой беспечностью было глупо…

Только как? Последний бросок по тонким путям его едва не прикончил, а жить все-таки хотелось неожиданно сильно.

За время заточения он не просто свыкся с мыслью о смерти, но и во все более редкие моменты ясности мечтал о ней, как о единственном избавлении. Несколько месяцев свободы, пусть и с погоней на плечах, перевернули это. Он всегда слишком любил жизнь, что бы просто смириться.

Для начала, не плохо бы просто встать! Собственные беспомощность и бессилие сейчас угнетали даже больше, чем в Башне…

Ему удалось подтянуться и сесть, опираясь на спинку кровати. Переждав, пока перед глазами перестанут плавать разноцветные пятна, Дамон вцепился в столбик, поддерживающий балдахин…

Встать ему все же удалось, но он понял, что не только не уйдет далеко, но и не может сделать ни шагу. Максимум на что он способен — это ползти. И то медленно.

Остается одно…

Дамон попробовал сосредоточиться на перемещении, но едва он начал, как, казалось, вся кровь его немедленно обратилась в лед, и он рухнул со сдавленным криком…

Райнарт, уже некоторое время незамеченным наблюдавший за этой отчаянной борьбой, едва успел его подхватить.

— Тебе еще рано вставать, — сказал он, укладывая находившегося в полуобмороке мага обратно на кровать, и стараясь при этом не обращать внимания на совершенно изумленное и растерянное выражение удивительно черных глаз, — Не стоит никуда бежать. Пока — ты в безопасности.

— Где я? — спросил Дамон, немного придя в себя.

— В Кайр Грейв.

— Где?! — глаза темного распахнулись во всю ширь.

Потрясенный Дамон снова попробовал сесть — и упал на подушки со словами:

— Вот уж не думал, что когда-нибудь опять попаду сюда… Как я здесь оказался?

— Крестьяне в деревне недалеко отсюда заметили вспышку и обратились ко мне, а не к магам, рыскающим в округе. Недалеко от кладбища мы с Гейне тебя и нашли…

Их размышления и муки совести были не нужными, — темный очевидно не знал, куда попал и не собирался просить их о помощи… Вряд ли он вообще способен кого-то о чем-то просить!

— Какого черта тебе там вообще понадобилось? Ты испортил мне романтический вечер! — чтобы сгладить охватившую его неловкость, спрашивая о необходимой любому волшебнику для прыжка привязке к месту, Райнарт перешел на грубовато-небрежный тон.

Дамон отвернулся, закрыв локтем лицо:

— Столько лет… — расслышал Райнарт сдавленный шепот.

— Там была могила моей матери, — безжизненно объяснил маг после долгого молчания, — Ее убили благодаря твоим приятелям — белым. Побили камнями за то, что она спасла меня от костра…

Райнарт нахмурился, — эта сторона деятельности светлых магов, так называемое превентивное устранение, не была для него секретом, но до сего момента он относился к ней вполне спокойно и безразлично, как-то не задумываясь, что сожженных колдунов тоже, может быть, было кому оплакивать.

— Между прочим, герой, мне тогда было одиннадцать! Жаль, что не нашлось кого-то вроде тебя: такого же благородного… — язвительно закончил Дамон, за это время справившись с собой, и продолжил, — И вы привезли меня в замок. Я счастлив вашей заботой! Что же хозяева, они тоже рады такому гостю?

— Хозяин замка — мой брат. И его сейчас нет, — Райнарт с трудом подавил раздражение.

— Так ты из Грейвов? — темный взглянул на него с новым интересом, — Забавно… ты можешь мне не поверить, но я здесь родился… А в детстве меня выпороли за то, что я сломал нос твоему предку…

Выглядело так, как будто даже воспоминания о порке доставляют ему удовольствие.

— Вообще-то наша семья владеет замком совсем не долго…

Райнарт сообщил это просто что бы не молчать. Ему было невероятно трудно представить, что и этот седой озлобленный маг, даже сейчас не выглядевший поверженным и сломленным, — когда-то был просто ребенком. Черноглазым мальчишкой, который как и он сам, жил в этих стенах, быть может так же сбегал на речку и носился по округе, устраивая проказы…

— А целительница? — судьба предыдущих хозяев замка Дамона, похоже, не взволновала, и он спросил о главном, что его беспокоило.

— Алагерда? Она почему-то полагает себя обязанной мне.

Темный зашелся болезненным смехом:

— На столько, что согласна скрывать врага мира? Трудно поверить!

— А я ни в чем не обязан тебя убеждать! — терпения для разговора с Дамоном надо было иметь море.

— Итак, — подвел итоги Дамон, — ты уже дважды спасаешь мне жизнь, герой. Может скажешь, чем я обязан такой милости?