Мертвая вода

1968-й год. Приуралье.

Весь в болотной грязи, человек ворвался в зал. Каким-то чудом он проскочил меж двух стражей, но тяжёлый кулак третьего сбил его с ног. Страшные клыки блеснули перед глазами.

— Идиоты! Пропустите меня! — завизжал опрокинутый.

— Что за шум? — Чуть слышные слова заставили всех замереть. Уродливый горбун, закутавшись в чёрный плащ, стоял у двери в дальнем конце зала.

— Тиллигар! — оставляя за собой грязный след, человек подполз к нему Тиллигар, мышеловка пуста. Он сбежал.

— А Анфиса? — Итак тихий, голос Тиллигара упал до шёпота.

— Энергетический удар. Распятье Гюряты, проклятое. Но с заходом солнца она пришла в себя. Ей достался лишь малый заряд. Основная часть энергии ушла в отца Тимофея, сейчас он уже полностью разложился.

— Пусть догонит!! Пусть Тимофея догонит Анфиса!!!

— Яга запретила. — Заскулил и заелозил лежащий.

Тиллигар медленно перевёл свой взгляд вниз. Лишь на секунду его глаза встретились с глазами распростёртого на полу перед ним, лишь на секунду они вспыхнули огненным блеском. Ужасный вой огласил помещение. С ужасом, ничего не понимая, человек смотрел на свои руки и кричал. А те, выйдя из повиновения, уже рвали его собственное лицо. Оторвали уши, выдавили глаза, разорвали рот. Через минуту лишь куски разорванной плоти, ещё дымящиеся кровавым паром и вздрагивающие, лежали на полу.

— Ягу ко мне. — Прошептал Тиллигар и скрылся, так же незаметно, как и появился.

Яга не заставила себя ждать. Эта маленькая старушка была правой рукой Тиллигара, если не сказать его головой, и поэтому ей прощалось всё.

— Что случилось, сынок? — Заворковала она, едва переступив порог.

— Почему ты не послала Анфису вдогонку за Тимофеем?

— Э-э, соколёнок. Дело в том, что Анфиса беременна.

— Что?!

— Сбылось, ведомое нам, пророчество. Открой-ка книжицу.

Тиллигар раскрыл внушительный фолиант и, уже вспомнив, быстро нашёл нужную страницу:

«Когда скрестятся поколения, Когда сольются жизнь и смерть, На страх и ужас, Богу верным, Антихрист явится из скверны!» Дав Тиллигару возможность дочитать, старушка продолжила:

— Анфиса и Тимофей ветви одного дерева. Поколения скрестились. Анфиса мёртвая, Тимофей живой. Жизнь и смерть слились. Сыном их станет рождённый покойницей Анфисой — Антихрист. Родиться и взрасти Он должен там, где родились и окрепли его корни, Гюрята и Ярополк, в Киеве. Всё бы хорошо, да не всё ладно. Здесь, в нашей берлоге мы сильны, здесь мы в безопасности. Там, вое по другому. Там властвуют Христова церковь и Храм Денницы. Христиане с пеной у рта будут искать его, что бы уничтожить. Денницыты устроят охоту, что бы перехватив и воспитав его по своему, использовать в своих целях. Окажись он в руках Денницытов, он станет для нас опасен.

— Если так, стоит ли овчинка выделки? Нужен ли он нам?

— Что ты, что ты!! — Замахала руками старуха. — Ты что это удумал, голубь?

Они долго смотрели друг на друга. Наконец старая карга вновь заговорила:

— Что мы можем? Бросать по зёрнышку? Так стоит ему прорасти, как его сразу косит церковь. На большее мы и не способны. А Антихрист способен. Лишь он способен подчинить себе полчища людские. Лишь за ним слепо пойдут озверевшие толпы.

Поэтому, голубь, мы, как зеницу ока, должны беречь Анфису и, когда придёт пора, доставить в Киев. Понял ты меня теперь?

— Понял, бабушка.

— Ну а с Тимофеем, милок, ты сам должен разобраться.

— Что же я должен с ним сделать?

— Твоё тело давно тесно для твоего духа. А тут, здоровое молодое тело само плывёт в руки. Убить его было бы конечно проще, но зачем? Вселись в него. После всего, здесь пережитого, он слаб. Сломай его волю! Сделай её мягкой как воск.

Раздели свой разросшийся дух и проникни в тело Тимофея.

* * *

Жизнь, в глуши, текла своим чередом. Уже десять лет жил в языческом поселении Ярополк. Он повзрослел и возмужал. И дух, и тело его, усилиями Совершенного, значительно прибавили в своём развитии. Ежедневные физические упражнения дали его телу огромную силу, а научные занятия с Совершенным укрепили разум. Знания Совершенного были неисчерпаемы и, будучи его учеником в течение десяти лет, Ярополк обогнал своё время по образованности, можно сказать, на несколько столетий.

Монотонно, день сменялся за днём. Особенного разнообразия в событиях не было.

Каждое утро группы охотников отправлялись в лес за добычей. Остававшиеся в селении, неустанно упражняясь, оттачивали своё воинское мастерство. Изредка, примерно раз в месяц, большие отряды воинов уходили в лес. После таких походов, обычно, возвращались не все.

В течение последнего года, здоровье Совершенного значительно пошатнулось. Всё чаще и чаще, стали случаться с ним приступы не известной Ярополку болезни. Ни с того, ни с сего, у Совершенного вдруг начинала стремительно падать температура тела, далее мог случиться обморок и привести к более печальным последствиям.

Лишь одно лекарство спасало его. Этим лекарством была живая вода. В маленьком, изящно выполненном в форме медальона, золотом флакончике, она постоянно находилась у него на шее, рядом с табличкой, на которой был выгравирован рецепт.

— Моему телу, Ярополк, не одна сотня лет. В течение этого огромного срока быть физически здоровым и сохранять ясность ума помогала лишь живая вода. Но видно, я уже у черты.

Чувствуя, что силы его тают, Совершенный стал тороплив. И раньше редко выходивший из подземелья, теперь он вообще перестал показываться на поверхности.

Постоянно, там что-то булькало в котлах и шипело в пробирках. Пищу ему туда носил Кирша, мальчик-воспитанник, который впоследствии должен был стать его третьим учеником. Только Кирша имел доступ в лабораторию. Даже Ярополку и Скару Совершенный запретил его беспокоить. Он подводил итоги своей жизни и стремился успеть завершить уже начатые дела.

Когда он не был ещё Совершенным, а был лишь юношей — учеником, религиозно философское учение, которому он служил, имело огромную власть в далёком островном государстве. Сила учения состояла как из мудрости Совершенных, так и из огромной массы знаний, тайно накопленных и не доступных простым смертным.

Мощные катаклизмы уничтожили государство. Воды океана поглотили огромный остров.

Но не погибло учение. Те из Совершенных, кому удалось выжить, как искры разлетелись по всему миру. Таким осколком некогда великой секты оказался и он, находившийся в момент катастрофы, вместе со своим наставником, на материке.

Выжить из Совершенных смогли лишь те, кто находился за пределами острова. Беда великого учения заключалась в том, что Совершенные трёх высших ступеней посвящения никогда не покидали государства и, поэтому, с их гибелью исчезла важнейшая и сокровеннейшая часть знания. Всю свою жизнь уже став Совершенным, посвятил учитель Ярополка восполнению утраченного.

Делом, отнимавшим у Совершенного последние силы, было получение взрывающейся жидкости, вещества, являвшегося страшным оружием. Он уже был близок к цели, последние опыты дали прекрасные результаты, но его это не удовлетворило.

Взрывная мощь жидкости была, по его мнению, недостаточно сокрушительной и он продолжал работать.

Время бежало. За осенью пришла зима. Лесная жизнь сонно замерла. Дни стали короче, отдав свои часы ночам. Снег как одеяло укутал землю, защищая её от мороза.

Три охотника пробирались сквозь чащу. Не будь на ногах снегоступов, можно было бы и потонуть в глубоких сугробах. Внезапно, выбравшись на взгорок, все трое замерли. Шедший вторым, быстро догнал протаптывавшего путь. Не оборачиваясь, тот указал рукой чуть в сторону и вверх.

— Птицы! — Вместе с облаком пара выдохнул он.

Примерно в половине версты от них, над верхушками деревьев кружила стая ворон.

— Мертвечину чуют.

— Глянем.

Медленно охотники двинулись вперёд. Судя по птичьему гомону, цель была близка.

Деревья расступились и они оказались на тропе. За поворотом их взорам открылось то, что привлекло птиц. На тропе лежало два трупа. Скорее всего, они нашли свою смерть не раньше утра. Вороньё, правда, хорошо над ними поработало, но поющие по ночам не оставили бы от них и костей.

При приближении людей, чёрная туча снялась с падали и, злобно каркая рассредоточилась по окружающим деревьям.

После подробного рассмотрения, картина происшедшего стала ясна. Очевидно, лошадь на полном скаку наступила в, неприметную под снегом, яму и, сломав ногу, рухнула. Всадник вылетел из седла и размозжил голову о ствол сосны. Просто, до смешного. Пока двое спутников обсуждали это Скар думал о другом. Все его мысли занял один вопрос: «Откуда в этой глуши взялся всадник?»

Судя по мечу и кольчуге на остатках тела, мертвец был воином. Внимание Скара привлекла, надёжно притороченная к седлу, котомка. Срезав её ножом, Скар вытряхнул содержимое на снег. В глаза бросился пергаментный свиток. Значит погибший был гонцом, но чьим и кому он мог везти послание в этой глухомани?

Развернув свиток, Скар принялся читать. Когда он закончил, лицо его побледнело.

— Счастье наше, что гонец мёртв и послание попало в наши руки. Он посмотрел на остальных.

— Нам нужно взглянуть на тех, к кому этот воин скакал.

Скорым шагом охотники двинулись по тропе. Впереди, чутко прислушиваясь и пристально вглядываясь в лесную чащу, шёл самый опытный.

Через несколько часов они достигли цели. Все признаки говорили о том, что близко жильё человека. Тропа расширилась, множество следов вокруг, вырубки.

Вероятнее всего, впереди находился большой посёлок. Идти дальше при свете дня было опасно. Забравшись в густой кустарник разведчики зарылись в снег, соорудив нечто отдалённо напоминающее берлогу. Внутри импровизированной берлоги было тепло и можно было скрытно от чужих глаз дожидаться ночи. Терпеливо досидев до темноты, они двинулись дальше. Предчувствие не обмануло, скоро их взглядам действительно открылось, удобно раскинувшееся на берегу реки селение. Раньше на этом месте стояла языческая деревня. Десять лет назад она была сожжена псами господними. Как раз тогда и был похищен Ярополк.

Проникнуть в посёлок не представлялось возможным. Селение было окружено насыпью и глубоким рвом. Вода во рву от мороза замёрзла и препятствием он не являлся, но насыпь… Залитая водой, она обледенела и лишь сумасшедший рискнул бы взбираться на эту скользкую кручу.

Впрочем, особой надобности пробираться в посёлок не было. Он лежал в низинке и с опушки в ярком лунном свете был прекрасно виден. В стороне от посёлка, на холме, стояла церковь. Вместе с домом священника она представляла лёгкую добычу, но в планы Скара не входило обнаруживать своё пребывание здесь. Наоборот, теперь, когда он пересчитал избы и приблизительно узнал силы этого потенциального противника, ему нужно было ускользнуть, как можно незаметнее. Скар понимал, для того что бы избегнуть опасности, о которой он узнал из свитка, необходимо быстрее предупредить о ней Совершенного.

Все трое ринулись в чащу. Опытные охотники прекрасно знали лес и даже впотьмах выбирали самую короткую и удобную дорогу. Долгий и изматывающий бег внезапно прервался. То, что заставило их не сговариваясь замереть, тут же заставило их рвануться вперёд с удвоенной скоростью. Звук, который они услышали, поднял дыбом волосы на их головах. Протяжный многоголосый вой. Закалённые суровой природой охотники привыкли встречать любую опасность лицом к лицу. Каждый из них мог выйти один на один против медведя, вооружившись лишь рогатиной. Но плачущие в ночи, сбившиеся по зиме в стаю, озверевшие и изголодавшиеся… Когда зимней ночью, по твоему следу пошла стая плачущих в ночи, это верная смерть.

Сумасшедшая гонка продолжалась, пока не стала понятна её безнадёжность. Вой раздавался всё ближе и ближе.

— Лезь на дерево! — Охотники повернулись к Скару.

— Лезь! Мы уведём их за собой!

Это был, хоть какой-то, да шанс. Подпрыгнув, Скар вцепился в сук и как белка начал карабкаться, всё выше и выше. Лишь почувствовав себя в безопасности, он остановился. Вой приближался.

Руки начали стыть. Даже меховые рукавицы и полушубок не спасали от мороза. Сняв кушак, он накрепко привязал себя к стволу. Шум, раздавшийся внизу, заставил Скара замереть. Серые, поджарые тела стремительно замелькали на снегу. Ведомые вожаком по следу охотников, волки проскочили под деревом и унеслись во тьму.

Семнадцать волков насчитал Скар, семнадцать безжалостных убийц.

— Помоги им, Денница. Прошептал он, думая о тех, кто ценой своей жизни спас его.

* * *

Меч со свистом рассёк воздух и со щелчком ушёл в ножны. Прислонив его к стене, Ярополк шумно выдохнул воздух и утёр со лба пот. После интенсивных упражнений в теле ощущалась приятная усталость. Захотелось расслабиться, и Ярополк опустился на скамью.

— Ярополк! — Голос Кирши вывел его из полузабытья.

— У…? — Ярополк глянул на дверь.

Подросток, румяный от мороза, с клубами пара ввалился в избу.

— Ярополк, тебя Совершенный зовёт.

Это было неожиданным. Натянув на голый торс просторную рубаху, Ярополк опоясался мечом.

— Ну, пошли.

Накинув на плечи подбитый лисьим мехом плащ, он вслед за Киршей вышел на улицу.

— Ты иди, он в подземелье, а у меня ещё дела есть, — деловито сказал Кирша и с важным видом двинулся по улице.

Усмехнувшись, Ярополк проводил его взглядом и скорым шагом направился к пирамиде. Совершенный ждал его. Войдя, Ярополк опешил. За то время, что они не виделись, учитель совсем сдал. От былой мощи не осталось и следа. Перед ним был скелет обтянутый кожей, с трясущимися руками и дрожащей головой. Тем не менее, лицо Ярополка осталось бесстрастным.

— Я закончил свою последнюю работу, Ярополк. Я получил-таки это оружие. Оружие, которое даст нам огромную силу. Жидкость разрывающая камни.

На столе перед Совершенным стояла большая корзина, наполненная до краёв маленькими как черешня шариками. Взяв несколько штук, Совершенный устремился к двери.

— Пойдём, ты увидишь сам! — Он увлёк за собой Ярополка. Стремительно преодолев коридоры, несмотря на мучившую его одышку, Совершенный привёл ученика в зал. Зал был специально оборудован и являлся единственно безопасным местом в подземелье где Совершенный мог испытывать своё творение.

— Эти глиняные шарики полые внутри. В эту пустоту я и заливаю жидкость. Сейчас ты сам убедишься в силе её.

Размахнувшись, он швырнул шарик к дальней стене. Пролетев весь зал, шарик коснулся стены и тут случилось невероятное. Вспышка озарила их и раздался гром, заложивший уши. Облако дыма закрыло стену. Когда дым рассеялся, в том месте, куда угодил шарик, Ярополк увидел здоровенную выщербину.

— Ха-ха! Ты видел?!! — Учитель швырял шарики, один за другим.

Ошеломлённый Ярополк только и смог сделать, что заткнуть себе уши, дабы спасти их от грохота.

Они медленно возвращались. Ярополку приходилось поддерживать учителя.

Возбуждение того угасло, а именно оно придавало силы его измождённому телу.

— Помнится, Ярополк, как-то ты просил у меня позволения на осмотр той части подземелья, которая является заповедной. Я отказал тебе тогда, а сейчас хочу объяснить почему.

Свернув, в одну из примыкавших к главному коридору галерей, они двинулись к Чёрному залу. Ничего не изменилось в зале. Всё здесь было как и тогда, во время второго рождения Ярополка.

Пройдя через зал, два маленьких человека застыли перед огромным идолом. Ярополка больше не удивлял вечно горевший огонь. Совершенный уже объяснил ему раньше, что в череп, который держит идол, поступает природный газ, он-то и горит.

Совершенный наступил на подъём стопы застывшего человека-быка и тот, с гулом, медленно отодвинулся в сторону, открывая потайной ход.

Ярополк запалил от светильника факел и, вместе с учителем, шагнул в темноту, неизвестной ему галереи. Пока они шли, Совершенный начал рассказ.

— После катастрофы, постигшей мою родину, мне пришлось многое пережить. За сто лет до рождества Христова, я обладал большой властью на территории Сарматии.

Сарматией назвал эту землю римский полководец Марк Випсаний Агриппа. Этой местностью племена Сарматов — Языги и Роксоланы овладели, вытеснив скифов.

Сильны были Сарматы в то время. Даже Рим испугался нас, когда мы стали союзниками понтийского царя Митридата 6-го Евпатора. Но постепенно наша слава угасла. Сила Сарматов была подорвана готами. Сменялись поколенья, а я оставался жрецом, поддерживая свою жизнь живой водой. Вечным называли меня. Власть моя была огромна, но и ей пришёл конец. В четвёртом веке после рождества Христова, объединённые силы Сарматов, со мной во главе, были разгромлены ордами гуннов.