Инстинктивное отвращение. Файл №312

В коридоре Малдер заметил на чистом полу барахтающегося на спине таракана. Агент осторожно взял экземпляр за лапки.

— Придется нам с тобой как следует разобраться, — сказал он, вглядываясь в насекомью морду.

Брюхо таракана, увеличенное под микроскопом, напоминало машинное отделение какого-нибудь парохода, вид сверху. Доктор Беленбаум склонилась над столом.

— Это, конечно, таракан, — сказала она, поднимая улыбающееся лицо к Малдеру, — не то устройство, какое я раньше исследовала, а обычный, типичный таракан.

— Даже… — начал Малдер и замялся.

— Да, — радостно кивнула доктор, — даже гениталии у него в порядке.

Тараканы в это время года в этом районе совершенно обыкновенное явление.

Вот почему я решила про вести свое исследование именно здесь, — Бемби заулыбалась еще лучезарнее.

Зазвонил телефон Малдера.

— Малдер? Малдер, этот город сошел с ума.

— Ты где?

— Я в универмаге. Прямо на окраине этой цивилизации. Слушай, может быть, у меня есть ниточка. Помнишь того доктора Экерли, исследователя альтернативных видов топлива, который видел, как умирает истребитель насекомых? Так вот, топливо, которое он разрабатывает, это метан. Его получают из навоза.

— Навоза?

— Да. У него есть лицензия на привоз навоза разного сорта из сельской местности. Я не знаю, проконсультируйся у Бемби, но мне кажется, что эти тараканы питаются именно навозом. А раз так, кто-нибудь наверняка завез их вместе с образцами. Возможно, заражение началось именно с Центра по разработке альтернативных видов топлива. Возможно, это эпицентр.

— Есть еще гипотеза, — стал делиться Малдер своими новыми знаниями, Цивилизация, достаточно развитая, чтобы построить автоматические роботы-зонды и послать их в дальний уголок космоса, возможно, дожила и до такого состояния совершенства, что они могут извлекать метан из навоза, избыточного вещества, которое производят существа на планете, где они ведут свои исследования.

Бемби бросила на Малдера ироничный взгляд.

— Малдер, — Скалли поначалу открыла рот, дивясь услышанному, а потом перешла к привычной в таких случаях язвительности, — мне кажется, ты в этом городе слишком засиделся. Где находится эта исследовательская лаборатория?

«Альтернативное топливо», Исследовательская лаборатория

Машина Малдера притормозила у входа.

— Подожди пока здесь, — сказал Малдер Бемби, заметив, что она уже схватилась за ручку в дверце, — пока я не пойду и не удостоверюсь, что там все безопасно.

— Хорошо. Только поосторожней. Я все еще не знаю, на что способны эти тараканы, если это вообще тараканы.

— Ну, тараканы меня не так уж беспокоят, — отмахнулся Малдер, выбираясь из машины, — меня больше беспокоят люди, которых я могу там встретить. — Он щелкнул дверцей и вошел в здание.

За стеклянной дверью с надписью «Джеф Экерли», за плотными жалюзи, сидел на корточках в углу сам Экерли, дрожа от первобытного ужаса и прижимая к груди аэрозольный баллончик. Он вжимался в стену и бормотал что-то влажными губами. На краешек стола выполз таракан. Вытянув руку и тяжело дыша, как начинают дышать жертвы, когда маньяк уже вынул нож, Экерли стал брызгать на таракана из баллончика. Таракан недовольно шевельнул усами и спрятался под столешницу. Экерли отбросил бесполезный баллон и забился в тихой истерике.

Малдер шел по опустевшей лаборатории. Вокруг был мрак и запустение.

На одном из столов из кучки навоза показался таракан. Малдер остановился, прикоснулся к нему пальцами, но тут же отдернул руку и в секунду нырнул под стол: в навоз ударила пуля и, остывая, выпустила кольцо сизого дыма.

В дверях своего кабинета стоял Экерли с пистолетом.

— Доктор Экерли? — Малдер встал и поднял руки.

— Они всюду гонятся за мной. Сначала дома, потом в мотеле, потом я пришел сюда, чтобы спрятаться от них. Но они всюду преследуют меня, Экерли наступал. Он то ли жаловался, то ли обвинял Малдера.

— Насекомые не причинят вам вреда, — начал успокаивать Малдер.

— Я видел, как эти насекомые убили двух человек, — возразил Экерли, по-прежнему целясь в Малдера.

— Это не они виноваты в тех смертях, — стал убеждать Малдер. Он сам толком не понимал: говорит ли он, что думает, или воркует с самоубийцей, как учили в академии. Только опасность существовала, совершенно очевидная.

Жить, соответственно, хотелось. Малдер продолжал:

— Но они, возможно, будут виноваты в наших смертях, если вы продолжите стрелять из пистолета на территории, где полным-полно метановых баллонов.

Пистолет в руках у Экерли дрожал.

— Как вы не понимаете, — возмутился доктор, — эти жуки… они меня сводят с ума…

Рядом, окно в окно, притормозила машина.

— Сейчас угадаю, — сказала рыжеволосая женщина, отпуская руль и глядя прямо в глаза доктору Беленбаум. — Бемби.

— Фокс велел мне ждать здесь, пока он не осмотрит все внутри…

Скалли вышла из машины, всем видом показывая свою крутизну. Даже достала оружие и картинно проверила обойму.

— Мне пойти с вами? — спросила Бемби.

— Нет, я думаю, энтомологу здесь делать нечего, — Скалли ловко всадила обойму обратно в рукоять только вчера тщательно вычищенного кольта и зашагала к входу.

— Почему эти тараканы так странно хрустят? — продолжал причитать Экерли.

— На Мадагаскаре, — Малдер потихоньку приближался, не забывая заговаривать Экерли зубы, а Экерли инстинктивно отступал, — они издают тонкий высокий звук, очень похожий на звук трубы. Продувают через носик поток воздуха.

— Правда? Откуда вы так много про них знаете? — в голосе Экерли послышалась недоверчивая враждебность.

— Я знаю про них не так уж много, — заверил Малдер, — в том-то и дело. Вот почему их не нужно убивать, их нужно ловить для дальнейших исследований. Опустите, пожалуйста, пистолет, — Малдер осторожно протянул левую руку вперед и подставил ладонь, — не стоит так нервничать.

Экерли тяжело, истерично вздохнул и спросил:

— Я совсем с ума сошел?

— Нет, — успокоил Малдер, — у вас был очень тяжелый день. И ваша способность ясно мыслить затуманилась. Ваше сознание сейчас не вполне ясно, — голос Малдера стал проникновенным. Но это почему-то привело к обратному результату.

— Да? — зло спросил Экерли и снова наставил на Малдера оружие. — Тогда откуда я знаю, что вы — не таракан?

Теперь Малдер отступал, а Экерли наступал.

Скалли шла между рядами каких-то сложных лабораторных приспособлений и время от времени звала:

— Малдер!

Наконец она додумалась вынуть из кармана телефон и набрать номер.

— Доктор Экерли, уверяю вас, я не таракан, я такой же человек, как и вы…

В этот момент в кармане у Малдера ожила трубка и разразилась жалобной трелью.

Затем еще одной. Малдер скосил на карман беспомощный взгляд.

— Вы один из них, — плачуще вскрикнул Экерли и нажал курок.

Малдер успел присесть. Пуля пробила трубопровод в нескольких метрах позади него. Метановая струя рванулась на волю, мгновенно воспламеняясь от искр, высеченных из трубы той же пулей. Малдер кинулся к железной лестнице. Экерли дослал пулю вслед, но снова мимо. За спиной Малдера бойко расходился пожар.

Он перехватил шагающую Скалли.

— Малдер?

— Бежим отсюда — сейчас здесь все взорвется!

Они выскочили из лаборатории с олимпийской скоростью.

— Ложись! — крикнул Малдер Бемби, перелетая через порог.

Бемби едва успела упасть на сиденье. Малдер и Скалли забежали за машины и скорчились, прижимаясь к бамперам. Взрыв ослепил и оглушил их, привычных уже к взрывам. У машин вынесло все стекла. Они мелкой крошкой засыпали пространство на несколько метров вокруг.

Агенты встали из-за машин, перепачканные сажей и черт знает чем еще.

— Дерьмо, — сказал Малдер и посмотрел на Скалли. — Это дерьмо.

Дождь. Полицейские и пожарные машины окружили развалины лаборатории плотным роем. К чумазым агентам под зонтом подошел упитанный шериф в коротком черном дождевике.

— Здесь как в крематории, — заговорил он, не дойдя еще несколько шагов, — вряд ли мы найдем здесь останки доктора или еще чего-нибудь. Но, конечно, не такой сильный пожар, как те, вчера.

— А что, были еще? — профессионально спросила Скалли.

— Да. Их было четыре. Плюс восемнадцать автоаварий, тринадцать нападений, ограбления в двух магазинах, тридцать шесть пострадавших, из них половина от отравления интоксицидами.

Малдер и Скалли переглянулись между собой и с Бемби, которая стояла рядом, но под другим зонтом.

— Но мы не получили никаких докладов, — продолжал шериф, покачиваясь на носках, — о тараканах или других насекомых за последнюю пару часов.

Может быть, город наконец пришел в себя? А вам, — он критически оглядел троицу, — надо заглянуть домой и отдохнуть как следует. А то у вас вид какой-то дерьмовый.

Шериф пошел дальше. Малдер взглянул на Скалли, довольно улыбаясь.

— Агент Малдер, — услышал он скрипучий надтреснутый голос Иванова.

Коляска с приспособленным сверху большим черным зонтом уверенно приближалась, маневрируя между пожарными. — Мне сказали, что я смогу вас здесь найти.

Иванов остановился, ничуть не запыхавшись.

— Эти кусочки, которые вы мне показывали… можно я их еще раз посмотрю? — попросил Иванов, не обратив внимания ни на одну из перепачканных и взъерошенных спутниц Малдера, а только заглядывая снизу вверх (почти просительно) в глаза агенту.

Малдер полез в карман.

— Но они полностью разрушены, — извинился он, подавая пакет, — как раздавленный скелетик.

— Вы знаете, — шагнула вперед Бемби, — многие насекомые до последней стадии развития не имеют крыльев. Возможно, эти твари наконец прошли все циклы своего превращения. У них появились крылья, и они улетели. — Бемби кокетливо улыбнулась.

— Этим все объясняется…

— Можно я позаимствую у вас эти ножки для дальнейшего изучения? — попросил Иванов, едва скосив глаза на доктора Беленбаум и снова вглядываясь в лицо Малдеру.

— Я уже проанализировал такой образец, — ответил Малдер. — Это самый обыкновенный металл. А что вы надеетесь там найти?

— Он, может быть, найдет там свою судьбу, — процитировала Бемби, с нежностью глядя на пакетик в руках доктора Иванова.

Тот, наконец, открыто поднял на нее пораженный взгляд.

— Не так ли сказал доктор Зеус доктору Зиру в конце фильма «Планета обезьян»?

— Да. Это один из моих любимых фильмов, — кивнула Бемби.

— Мой тоже, — зачарованно сознался Иванов, — люблю научную фантастику.

— Вы знаете, меня тоже занимают ваши исследования…

Бемби взяла коляску за ручку, как под руку, и повлекла Иванова прочь.

— Вы никогда не думали о программировании роботов на то, чтобы они вели себя как социальные насекомые — как муравьи, или пчелы?