Расставаясь на лестнице, Виктор задержал викину руку в своей и сказал:

- Жду тебя у входа в кинотеатр, в восемь.

Девушка кивнула.

Настроение было приподнятое, лирическое, и работать уже, однозначно, не хотелось. Однако нужно было себя заставить. Михнев встряхнулся, сделал пару глубоких быстрых вдохов и плавных выдохов и, сосредоточившись на проблемах Министерства транспорта, вошел в комнату, где его уже ждали.

Николай Антонович вальяжно расположился в кресле Виктора, а рядом неуклюже пристроился на "гостевом" стуле заместитель директора ИСА по науке Виталий Булыжник - худой как щепка сорокалетний доктор технических наук. Все сотрудники подозрительно притихли, а Маша вовсе надулась и смотрела в окно.

"Видно ей уже настучали, - подумал Виктор, - ну, Димка, дождешься ты у меня".

- Слушаю шеф.

- Слушать будешь не меня, а директора, - сообщил Николай Антонович, поднимаясь.

- А чем я провинился?

- Да нет, Виктор, - вступил Виталий, - просто серьезное срочное задание.

- А как же транспортники?

"Похерь! - с чувством сказал Николай Антонович.

Втроем они подошли к полированной двери директорского кабинета. Секретарша Лидочка, изящно изогнувшись всем телом, прошептала:

- Ждут.

"Чего-то она о нем во множественном числе?" - успел удивиться Михнев.

Дверь распахнулась. В огромном кабинете директора ИСА Валентина Геннадьевича Морозова было сильно накурено. Клубы дыма плавали над гордостью директора огромным дубовым креслом, стоящим в углу.

"Ни фига себе! - подумал Виктор, - Он же не курит!".

Приглядевшись, Михнев и вовсе обалдел: директор - седовласый полнеющий крепыш, всегда казавшийся абсолютно независимым и непотопляемым, сидел на небольшом офисном кресле рядом со своим любимым раритетом и вид у него был чуть ли не просительный. В самом же старинном кресле расположился хозяин "Мерседеса".

- Привели? - обратился Валентин Геннадьевич к стоявшим по бокам Виктора словно часовые своему заму и Николаю Антоновичу.

- Привели - проблеял Виталий, всегда терявшийся перед боссом.

- Значит так, Виктор, - с места в карьер начал директор, - знакомься, это наш уважаемый заказчик, президент концерна "Евростандарт" Шота Соломонович Маркарян, - он сделал легкий поклон в сторону владельца крутой тачки, тот в ответ слегка качнул подбородком. - С этого часа ты с группой сотрудников нашего ИСА переходишь в его полное подчинение и в восемь часов вечера вылетаешь на частном рейсе из Домодедово в Екатеринбург.

От ирреальности происходящего Виктор почувствовал холодок в спине. Хлынул поток неструктурированных мыслей: "Какого черта? Куда? А как же Вика?". Однако, вспомнив о методиках концентрации внимания, через две-три секунды он смог взять себя в руки. Все смотрели на него внимательно.

- Какова цель командировки? Ее продолжительность? Состав группы? Руководство? Базовое месторасположение?

Шеф, аж засопел от удовольствия. Любимый подчиненный не ударил в грязь лицом перед директором и напыщенным фирмачом. Директор выразил одобрение движением бровей и продолжил:

- Разве не слышал? В районе Екатеринбурга наблюдаются серьезные аномалии. По данным спутникового контроля они концентрируются в пяти-семи зонах. Компания Шота Соломоновича заинтересована в изучении подобных явлений с целью поиска новых, неизвестных нашей науке материалов и технологий. В группу входят сотрудники инструментального, радиационного, электромагнитного, химического и биологического контроля.

"Не слабо", - подумал Виктор.

- А также несколько аналитиков, во главе с тобой и коммуникационная группа. Располагаться будете на базе отдыха "Рассвет", севернее города. Там у Шота Соломоновича все под контролем.

Тут Валентин Геннадьевич немного смутился, получилось как-то по-блатному. Однако закончил:

- Срок командировки, пока неопределенный.

- Там же вроде район оцепили, нужно получить разрешение у военных или спецслужб, - заметил Виктор.

- Это не ваша забота, - неожиданно вмешался Маркарян, его голос оказался неприятно высоким и немного сипловатым.

- Хорошо, - сказал Михнев нахмурившись и, неожиданно подумав о Вике, добавил, - нам еще будут нужны ребята из технической поддержки.

- Этим займутся мои люди, - отрезал Маркарян.

- Ваши люди, - Виктор, готовый вспылить, колебался между вариантами "козлы недоделанные" и более вежливым "пусть тогда делают и все остальное". Однако сказалась многолетняя выучка, и он продолжил также спокойно, - не знают специфики нашего оборудования и софта.

Валентин Геннадьевич никогда не испытывал каких-либо добрых чувств к подчиненным. Они должны были хорошо работать и не очень много получать. Последнее было особенно важным, ибо будучи государственной организацией и пользуясь при этом значительными льготами ИСА давно и регулярно выполняло заказы частных компаний. Львиная доля оплаты за них благополучно оседала на разных счетах г-на Морозова. Конечно, ему приходилось делиться и с вышестоящими инстанциями, поэтому оттуда на такого рода деятельность смотрели сквозь пальцы.

Однако замечание Михнева было дельным, да и сам Виктор слыл человеком независимым. Такой враз положит заявление об уходе и поминай как звали, а второго спеца подобного класса в ИСА пока не было. Интуиция, не раз проявленная при решении сложных задач, в сочетании с высоким профессионализмом и работоспособностью делали его незаменимым. Особенно при выполнении предстоящего задания, с которого Валентин Геннадьевич рассчитывал поиметь кругленькую сумму.

- Думаю, разумное предложение, - опередил директор "фирмача", - Шота Соломонович, надеюсь, два-три человека не помешают, а нашу специфическую технику они знают прекрасно.

Маркарян скривился и, глядя в сторону, кивнул.

Валентин Геннадьевич повернулся к Виктору:

- Представьте подходящие кандидатуры.

Виктор сразу назвал троих, в том числе и Вику. Он даже не мог предположить, во что ее втягивает.

- Годится, - подытожил директор. Маркарян, по-прежнему изучая интерьер кабинета, не возразил. - В шесть часов нужно быть в аэропорту. В четыре тридцать отходит автобус от ИСА.

3. 16.30, четверг.

Сборы были короткими. Обзвонив друзей, чтобы не беспокоились, Виктор упаковал в большую спортивную сумку вещи, необходимые для длительной командировки. Надел теплый индийский свитер, джинсовый костюм с начесом. Обул высокие крепкие кожаные ботинки, прихватил плотную шерстяную кепку. Рассовал по карманам документы и присел перед дорогой, чтобы вспомнить не забыл ли чего.

На душе было неспокойно. К обычному предотъездному волнению примешивалась непонятная, необъяснимая тревога. Михнев попытался сосредоточиться, проанализировать свое состояние и выявить причину столь сильного эмоционального стресса.

Первое - цель командировки. Изучение непонятного явления неизвестной природы. "В стиле пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что, - усмехнулся Виктор своим мыслям, - впрочем "куда" уже примерно ясно: севернее Екатеринбурга". Про феномен известно немного, конкретные данные спутникового и наземного наблюдения были обещаны Маркаряном в самолете. "Маркарян, - вспыхнуло в голове, - вот кто меня беспокоит!".

В этом человеке было что-то весьма отталкивающее. Конечно, в современной России многие преуспевающие бизнесмены вызывают неприязнь уже только тем, что в присутствии людей с заметно меньшим доходом ведут себя так, будто находятся в компании с абсолютно неполноценными существами. Ни один, даже совершенно незначительный человек не любит, когда им так явно пренебрегают.

Однако в данном случае было что-то другое. Словно в лощеном "фирмаче", долженствовавшем представлять собой классический экземпляр новой деловой элиты, сидело нечто глубоко фальшивое.

Что же? - напрягся Виктор, и вдруг понял: за все время, пока обсуждалась поездка, Маркарян ни разу не посмотрел ему в глаза, и вообще взгляд "воротилы бизнеса" постоянно метался по кабинету директора, словно не в силах за что-либо зацепиться.

Этот бегающий взгляд, пытающийся скрыть глубокую растерянность или даже испуг, резко контрастировал с той хозяйской манерой, с которой бизнесмен общался с сотрудниками ИСА.

"Что же здесь не так? - размышлял Михнев, - Черт, а может это вообще не связано с нашим заданием? Может у него личные проблемы?". Но интуиция настойчиво подсказывала Виктору, что дело очень даже не чисто.

"Отвалить что ли, пока не поздно? Позвонить директору и, сославшись на любую более-менее разумную причину, отказаться. Например, на внезапную болезнь любимой тети. И на неделю слинять из Москвы, - заметалось в голове, - Стоп! Так нельзя. А как же Вика? Ведь я включил ее в список, который моментально утвердили". Ох, уж эти джентльмены! Сколько хороших, толковых, стоящих мужчин поломали свою судьбу, а то и вовсе погубили жизнь из-за нежелания причинить даже нечаянный вред очаровательной даме. Стоит ли оно того?

Виктор тряхнул головой, перевел дух и, с удивлением заметил, что вспотел. "Господи, да что со мной такое? Все поджилки трясутся. Попраздновал труса по полной программе. Небось, даже побледнел весь", - уже с определенной долей юмора подумал он.

Стараясь не обращать внимания на липкую волну страха, поднявшуюся из глубин подсознания, Михнев застегнул сумку, рывком закинул ее на плечо и почти бегом покинул свою квартиру, вернуться в которую ему было не суждено.

В четыре двадцать Виктор был уже у ИСА.

Здоровенный синий "Икарус" пыхтел выхлопной трубой, тщетно пытаясь прочистить закопченный многолетней работой глушитель. Из третьего спереди окна ему, улыбаясь, замахала рукой Вика. На душе чуть потеплело. Виктор подмигнул ей и направился к подножке, рядом с которой ... стояла грустная Маша.

"Так, блин, - пронеслось в голове, - нормально уехать не удастся". Маша явно претендовала на "прощальный поцелуй". Виктор ничего не имел против бывших любовниц, с большинством из них у него сохранились очень добрые и даже порой доверительные отношения. Однако ему никогда не приводилось общаться с ними на виду у новой пассии.

Решив импровизировать, Михнев изобразил на лице непомерную радость, широко распахнул объятия, и, лихо подхватив Машу, быстро закружил ее. Глаза девушки потемнели и широко распахнулись, густые светлые волосы разметались по сторонам.

Ощутив момент, когда Маша совсем потеряла чувство реальности, Михнев поставил ее на асфальт и, чмокнув в носик, прошептал: "Жди меня и я вернусь". Конечно, у него не получилось по-симоновски проникновенно, но все же весьма многообещающе. Огромные глаза захлопнулись и снова открылись, Маша хотела что-то сказать, но Виктор уже проскочил мимо крепыша в коже, сторожившего вход в автобус и слегка опешившего от представления, и нырнул в полумрак салона.

Разглядев недоумевающее лицо Вики он помахал ей и стал пробираться между какими-то ящиками, загромоздившими проход около места на котором сидел немного знакомый ему по занятиям единоборствами молодой биолог Алексей Галкин. Крепыш сопел следом. Имея некоторый опыт общения с подобными субъектами, Виктор резко обернулся и, придав своему лицу холодно-жесткое выражение, упреждающе спросил: "Шота Соломонович с нами или ждет в аэропорту?"

- Так это, там в еропорту, - смутился охранник.

- Хорошо, а кто за него?

- Да вон тот, - отступая к двери сообщил крепыш, указав пальцем на мощного мужчину в конце салона, также затянутого в кожу.

- Как зовут?

- Вован.

- Да не тебя, а его.

- Семеныч, - и крепыш быстренько выкатился наружу.

Семеныч Виктора пока не интересовал. Забросив сумку на полку, он сел рядом с Викой. Та, похоже, еще не решила: рассердится или обрадоваться, поэтому нужно было срочно брать инициативу в свои руки, и Михнев, пристально посмотрев на девушку, проникновенным голосом сказал: "Я так рад, что мы едем вместе!".

Краем глаза он следил за улицей, небеспричинно подозревая, что Маша уже немного оправилась от головокружения. Вика опять заулыбалась, а машины роскошные волосы уже мелькнули в соседнем окне. Нужно было что-то делать, поскольку "чухающий" автобус пока еще не собирался отъезжать.

"Семеныч!" - вспыхнуло в голове.

- Вика, я пойду, пообщаюсь с начальством, а ты держи мое место.

- Да от кого держать?

- Ну, знаешь, к такой очаровашке многие захотят подсесть, - сказал Виктор и двинулся по проходу избегая смотреть на окна.

В хвосте автобуса, на приподнятом заднем сидении, занимая сразу два места, восседал тот, кого охранник назвал Семенычем. Его плечи были непомерно широки, пузо заметно выпячивалось, а глаза, наоборот, совсем затерялись на бескрайних просторах щек.

- Семенович? - поинтересовался Михнев.

- Ну, - отозвался тот.

- Меня зовут Виктор, я - руководитель группы анализа. Хочу обратиться к вам как к заместителю Шота Соломоновича.

Последнее видимо очень польстило бугаю, и он чуть приоткрыл глаза.

- Мне нужны инструкции, - продолжал Виктор, прекрасно понимая, что Семеныч ничем подобным не располагает, - и информация по исследуемому феномену.

- Ээээ, - протянул тот, - это тебе надо к самому шефу.

- А, где он?

- Так в аэропорту нас встретит.

- Но вы-то, можете мне что-нибудь рассказать? Хотя бы изложить собственное представление о случившемся?

Наверное, подобного у бугая никто не спрашивал с момента рождения и он, преисполнившись ощущением собственной значимости, начал:

- Тут, браток, нам звякнули сегодня из Е-бурга, что там что-то не так и армия начинает крутиться. У шефа нюх, он за версту навар чует, вот нас и поднял.

Фраза получилась длинная, Семеныч передохнул, вытер вспотевший лоб, после чего продолжил:

- Я так думаю, что это какие-то гаврики из космоса к нам нагрянули. А раз так, у них много чего может быть. Надо до них добраться и мокнуть слегка, а потом поговорить по душам за дело, оно, глядишь и выгорит.

- Интересно, - заметил Михнев и хотел продолжить расспросы, но в это время автобус чихнул особенно громко и тронулся с места. Поняв, что опасность миновала, Виктор кивнул Семеновичу и пошел на свое место. Когда он до него добрался, "Икарус" уже катился по двору ИСА. Однако Вика глядела немного напряженно, и расслабляться было еще рано.

- Кто эта блондинка, с которой ты кружился по двору? - глаза девушки стали походить на два пистолетных дула.

"Ну что за порода? - мысленно возмутился Михнев. - Стоит лишь немного подержать за руку и поговорить проникновенным голосов, как сразу попадаешь в разряд их собственности. Эх, и почему я не правоверный мусульманин?".

А вслух, стараясь придать голосу малую толику обиды, сказал:

- Да это же Маша, наша лаборантка. Славная девчушка. Пришла проводить, всегда переживает за своих.

В общении с прекрасным полом он всегда придерживался неписаного правила журналистов: "правду, только правду, никогда всей правды". Так было проще и лучше: во-первых, невозможно запутаться; во-вторых, зачем вообще обманывать близких людей. И сейчас это сработало, прокурорский взгляд уступил место как бы пониманию и даже сочувствию, видимо по отношению к Маше.

Так что до аэропорта все было мило и почти по-домашнему. Удалось даже убедить Вику подремать на плече, и хотя девушку явно волновала дальняя поездка она прислонилась своей милой головкой к михневской джинсовой куртке и, прикрыв глаза, сделала вид, что отдыхает.

К главному зданию аэропорта автобус прибыл в начале седьмого. Справа от входа суетилась группа людей, в которой среди крепких, затянутых в кожу парней мелькали и знакомые лица сотрудников ИСА добравшихся своим ходом. Среди них Михнев разглядел "притчу во языцах" родного агентства - супругов Забелиных, которые, по утверждению их коллег-химиков, всюду ездили только вместе.

К этой группе Виктор и направился вместе с Викой. У девушки с собой был небольшой рюкзачок и она двигалась весьма шустро.

"Видать, походница", - подумал Михнев.

Чуть в стороне стоял Маркарян, а рядом с ним два "бугая" помоложе, да и покрепче Семеныча. Вид у "фирмача" был несколько задумчивый и немного отрешенный, как будто человек принял-таки тяжелое, но неизбежное решение и теперь готов взойти на эшафот. Встретившись взглядом с Виктором, он ответил кивком на его поклон и опять устремил взор в пространство.

- Постой здесь и никуда не отходи, - попросил Михнев Вику. - А я подойду к начальству.

Поколебавшись девушка решила прикинуться паинькой и, взяв под козырек, сказала: