Диктатор

Жюль Ромэн

ДИКТАТОР

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Дени

Фереоль

Король Карл

Граф Мюррэ

Моттле

Рэсс

Бишоф

Люзак

Ришар

Сибле

Фиориньи

Первый мужчина

Второй мужчина

Камергер

Вахтер

королева Мария-Амата

Мадлена

Жанна Фереоль

Женщина

Лица без речей

Действие происходит в столице большого современного государства.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Пригородный трактир. Сад; столики под открытым небом. Налево — вход: трельяжная арка с вывеской. В глубине — беседки из зелени, со столиками. Направо — домик с островерхой крышей и дверью. В просвет на заднем плане виднеются вдали мощные и унылые строения современного столичного пригорода.

Явление первое

Двое мужчин. Женщина, Моттле.

При поднятии занавеса сцена пуста. Под трельяжной аркой появляются двое мужчин и женщина и нерешительно входят в сад. Они одеты как рабочие, чуть-чуть утрированно, в особенности женщина, старающаяся держать себя, как митинговый завсегдатай.

Первый мужчина, второму, вполголоса.…Идти не по проспекту, могут заметить; и потом, мне кажется, трактирщик на углу их приятель. Ты идешь тропинкой между палисадниками; оставляешь по правую руку хибарку собачника… Хм!

Они замечают Моттле, хозяина трактира, и тотчас же умолкают. Моттле, человек полный, с неторопливой походкой, имеет вид мирного кабатчика.

Моттле, в сторону. Когда это они вошли? (Громко, приветливо). Чего изволите, господа?

Первый мужчина, с деланым оживлением. Чего-нибудь этакого вкусненького! Шипучего сидра, скажем. (К Моттле). И захвати стаканчик, чтобы выпить с нами. (Моттле скрывается в домике. Пришедшие внимательно озираются кругом. Когда Моттле возвращается с бутылкой и тремя стаканами, они подтягиваются. Первый мужчина, при виде бутылки). Чудесно! Чудесно! (К Моттле). А твой стакан?

Моттле, присматриваясь к ним. Благодарю вас, господа. Я в такое время никогда не пью.

Первый мужчина, с той же преувеличенной сердечностью, раскручивая проволоку. Мы все-таки выпьем за твое здоровье… (С расстановкой). И за новые идеи. Тш! (Пробка выскакивает). Отправляйся хоть ты пока! (Понижая голос). Если бы то, о чем я думаю, не сидело крепче, чем эта пробка, народу было бы легче.

Остальные двое наблюдают за Моттле.

Женщина. Пожалуйста, без речей. Никогда так складно не говорили, как сейчас. А как доходит до дела, никого. (К Моттле). Скажите, товарищ, знаете вы решительных людей? (Моттле напускает на себя простоватый вид). Если бы я такого встретила, я бы ему пожала руку.

Моттле. О, я спортом мало интересуюсь.

Женщина. Спортом? Да кто вам говорит о спорте?

Первый мужчина, осторожно. Спорт и… политика — вещи разные.

Моттле. Политика? Я политикой не занимаюсь.

Первый мужчина, обмениваясь взглядом со спутниками и принимая конфиденциальный тон. Однако же когда здесь собираются товарищи и рассуждают, ведь вы же им поддакиваете?

Моттле, прикидываясь все более простоватым. Уважение к клиентам вот мой девиз. (Он указывает на вывеску). «Отдых любителя кегль», вот именно. Соблюдают они правила или нет, это их дело. Я никогда не вмешиваюсь.

Первый мужчина, спутникам. Товарищ изъясняется на условном языке. Он хочет знать, партийные ли мы. Он говорит, что когда заседает центральный комитет, он ограничивается тем, что слушает. (Моттле таращит глаза). Понятное дело, когда Дени и Фереоль расходятся по важным вопросам, он не станет их прерывать своими соображениями.

Моттле. У меня есть такие клиенты?

Посетители переглядываются немного озадаченно. Моттле отходит на несколько шагов и вытирает столик.

Второй мужчина, тихо. Он догадывается.

Первый мужчина, делает жест: «Кто его знает?»

Первый мужчина, к Моттле, меняя тон. Послушайте, хозяин. Надо с вами поговорить серьезно. (Тихо). Мы революционеры-боевики. Полиция нас ищет. Товарищи из провинции нам сказали, что здесь нам помогут. (Моттле делает легкое движение, но сдерживается). Нам казалось, что вы тоже боевик? (Помолчав). Во всяком случае, вы друг… и человек верный (смотрит на него), раз тайные заседания комитета происходят у вас.

Моттле. У меня?

Первый мужчина. Знаете, мой милый, вы пересаливаете. Мы, может быть, и похожи на дураков, но все-таки…

Моттле, со всеми признаками напряженной мозговой работы. Постойте… постойте минутку. Вы говорите, вы революционеры?

Первый мужчина. Да.

Моттле. И вы говорите, что у меня собираются революционеры?

Первый мужчина. Да.

Моттле, с обезоруживающей искренностью. Ах, так!.. Я поначалу думал, что вы мне говорите про любителей кегельной игры, которые сюда заходят под вечер, мирные люди, честь честью. Но теперь, действительно, мне приходит на ум, что есть такая компания, которая занимает у меня маленькую комнату (указывает на домик) каждую неделю, или вроде того, якобы для общественных дел. Когда они там запираются, я за ними не слежу. Так эти молодчики революционеры?

Первый мужчина, бросив спутникам сомневающийся взгляд. Вот именно и притом главари.

Моттле, оживляясь. Э, да это меня совсем не устраивает! Совсем не устраивает! (Горячась). Революционные главари? (Он потрясает тряпкой). Ну, нет! Или вы воображаете, что я согласен угодить в тюрьму ради голубчиков, которые свистнули бы все мои сбережения, если бы только знали, куда я их прячу! Они, чего доброго, готовят там у меня бомбы за спиной. Я им покажу, кто я такой! (Он расхаживает между столиками, охваченный самым убедительным волнением. Остальные переглядываются, все еще весьма удивленные, но поставленные перед очевидностью. Моттле продолжает). Но вы говорите, что вы тоже революционеры и что вы явились сюда, чтобы встретиться с остальными? (Как бы вне себя). В таком случае, убирайтесь к черту, сию же минуту! Пошли! Пошли!

Он указывает им навыход. Первый мужчина встает. Моттле, как бы желая дать исход своему гневу, принимается яростно тереть один из столиков. Второй мужчина и женщина тоже встают. Посетители, видимо, сбиты с толку. Они молча переглядываются. Первый что-то торопливо шепчет на ухо своим спутникам.

Первый мужчина, к Моттле, меняя тон и очень осторожно. Хозяин! Не горячитесь! Вы не любите революционеров? Отлично. Может быть, мы еще и поладим. Что, если мы тоже люди благомыслящие? Всякий старается заработать кусок хлеба, не навлекая на себя неприятностей и ни с кем не ссорясь. Им, небось, нет дела до того, навлекают они на вас неприятности или нет. Они думают только о себе. Если вы их турнете, они вам отомстят. Так оставьте их в покое. Из всего в жизни можно извлечь пользу, если взяться с умом. Вам ваши интересы не безразличны? Ну, так вот, вам будет перепадать немножко денег, регулярно, без малейшего риска.

Моттле. Денег?

Первый мужчина, не сводя с него глаз. Кругленькими суммами. Принимайте по-прежнему ваших революционеров. Об остальном мы поговорим потом.

Моттле, как бы после глубокого раздумья. Так вы из полиции будете? (Те переглядываются). Я вам скажу. Я и полицию недолюбливаю.

Первый мужчина, примирительно. Естественно. Но вам с ней и не придется иметь дела. Двухминутный разговор с одним из нас, когда мы вам будет приносить деньги. Никого другого вы не будете видеть.

Моттле. А эта дама тоже из полиции?

Первый мужчина. Как и все… и да, и нет. (Живо). Значит, поняли? (Бросает взгляд на столик). Я чуть было не ушел, не заплатив. Получите. (Протягивает бумажку). Что вы делаете?

Моттле. Хочу дать сдачи.

Первый мужчина. Вы шутите! (Подумав, вполголоса). Что, скажите, у них сегодня заседание?

Моттле, с самообладанием. Не думаю.

Первый мужчина, наблюдая за ним. Они никогда не приходят, не предупредив вас?

Остальные двое отводят от Моттле взгляд только тогда, когда он сам на них смотрит.

Моттле. Нет, случается.

Первый мужчина. Газеты вы читаете?

Моттле. Да, когда есть время.

Первый мужчина. Вы читали, что сегодня в Палате ожидается важное заседание?

Моттле. Я, знаете, интересуюсь больше преступлениями.

Первый мужчина. Так вот, как раз сейчас происходит чрезвычайно важное заседание. Запрос крайней левой. Дени сегодня утром начал речь (он смотрит на часы) и, может быть, только что кончил ее. Да вы скажите: ведь вам известно такое имя «Дени»?

Моттле. Дени? Депутат? Тот, что защищает в Палате рабочих и бедных людей? Разумеется, знаю.

Первый мужчина, недоверчиво. Так почему же вы точно с луны упали пять минут тому назад, когда я вам назвал это имя?

Моттле. Ах, так я искал среди своих клиентов. И потом, Дени как нерезаных собак.

Женщина. Да ведь он ваш клиент и есть. Вы его видели здесь множество раз.

Первый мужчина, указывая на домик. В маленькой комнате, с остальными.

Моттле, выражая живейшее удивление. Дени? Знаменитый Дени? Да не может быть! Вы уверены? Надо будет на него посмотреть поближе.

Первый мужчина. И Фереоль также, который не пожелал идти в парламент, но который тем страшнее.

Моттле, как выше. Фереоль!.. Как Фереоль? Так вы об этом Фереоле говорили? Вот уж не думал я, чтобы подобные люди могли бывать в такой пивнушке, как у меня!

Первый мужчина. Если они облюбовали ваше заведение, так это не для того, чтобы оказать вам честь или услугу.

Женщина. Напротив.

Первый мужчина. Им до вас столько же дела, сколько до старой калоши. Словом, день сегодня для них серьезный… для них и для других. Вы их почти наверное увидите. Но только на этот раз придется слушать, так? Входить и выходить, вертеться среди них под разными предлогами, держать ухо востро и хорошенько забить себе сюда (трогает себе лоб) все, что вы услышите. Сегодня вечером, в восемь часов, вы будете один?

Моттле. Вероятно.

Первый мужчина. Я зайду. Если вы постараетесь, мы с вами поделим недурное вознаграждение.

Посетители направляются к выходу.

Женщина, первому мужчине. Вы ему не дадите никаких указаний?

Первый мужчина, все еще с некоторым беспокойством. Вам кажется?.. Хорошо… (К Моттле). Со временем вы сами научитесь схватывать основное и оставлять в стороне пустяки. Послушайте, что я вам скажу. Многие считают, что после речи Дени министерство полетит. Я лично сомневаюсь. Впрочем, скоро мы узнаем. Как бы там ни было, эти молодцы воспользуются случаем, чтобы поднять бучу. (Он все еще наблюдает за Моттле, слушающим, как прилежный ученик, бросает взгляд остальным и продолжает). У них заготовлены приказы о забастовке. Разработан обширный план беспорядков… да… Нам важно знать, замышляют ли они серьезное выступление теперь же, идут ли они на все; или же просто хотят нас пощупать и занять свою публику. (С тревогой). Вы улавливаете разницу?

Моттле. Да, да.

Первый мужчина. И вам кажется, что вы это схватите налету при вашей неопытности?

Моттле. Постараюсь.