Игра в тренинге. Возможности игрового взаимодействия

Е. А. Леванова, А. Н. Соболева, В. А. Плешаков, И. О. Телегина, А. Г. Волошина

Игра в тренинге. Возможности игрового взаимодействия

Предисловие

Личность – это системное качество индивида, формирующееся в совместной деятельности и общении.

Психология человека: от рождения до смерти / Под ред. А. А. Реана

Игра – один из видов активности человека.

Большой психологический словарь / Под ред. Б. Г. Мещерякова, В. П. Зинченко

Игра – важнейший источник развития сознания, произвольности поведения, особая форма моделирования отношений.

Д. Б. Эльконин. Психология игры

Игра является наиболее естественной формой взаимодействия между людьми, именно в игре личность развивается свободно, стремительно и гармонично. Играть любят все: и взрослые, и дети, поэтому нельзя сказать, что эта книга о том, как нужно играть с детьми. Эта книга в целом о том, как играть и выигрывать!

Здесь мы старались показать основные результаты практической деятельности компании «Искусство тренинга», специалисты которой используют игру как основной инструмент тренерской деятельности с разными категориями людей: детьми, родителями, студентами, профессионалами, руководителями и т. п. Хочется отметить, что особенность этой книги заключается в том, что это не просто так называемая игротека – набор разнообразных игр, и не просто методическая разработка игр по определенной теме или решению строго определенных задач. «Игра в тренинге. Возможности игрового взаимодействия» – это универсальное пособие, содержащее разнообразные формы работы, направленные на решение широкого спектра задач в тренинге. В ней можно найти все: от того, как познакомить участников группы, до того, как организовывать масштабные сюжетно-ролевые игры. Помимо того, пособие содержит элементы игротерапии.

Книга может стать «путеводителем» для того, кто работает с группой, в особенности – в тренинговом режиме, кто хочет, чтобы групповые процессы развивались динамично и эффективно. Ведь именно игра является основой тренинговой работы с группой. Ни для кого не секрет, что игра создает в группе непринужденную атмосферу сотрудничества и сотворчества, атмосферу безопасности и доверия, а все эти факторы являются обязательным условием результативности психолого-педагогической, психотерапевтической деятельности. Только в подобной атмосфере возможен личностный рост участника группового процесса. Помимо того, игра – это энергия, как тренинга, так и его участников, включая тренера. А эта энергия просто необходима для того, чтобы результаты тренинга были максимально высоки.

Мы как практики понимаем, что одно дело – описание игры, а другое дело – ее проведение с реальной группой, поэтому мы включили в текст не только содержание игр, но и конкретные рекомендации по поводу того, в каких направлениях каждая из них может развиваться, в каких ситуациях их лучше использовать, как лучше организовать процесс и т. п.

Все игры нашего пособия классифицированы по нескольким основаниям: по психологическим и обучающим, по месту нахождения в структуре тренинга, целям, по возрастным особенностям, по форме организации. Это значительно облегчает ориентацию в книге.

Особо отметим, что все описанные здесь игры активно и широко используются нами в рамках постоянно проводимых занятий по следующим программам:

• «Твое событие» (авторская тренинговая программа личностного роста для подростков);

• «Тренинг тренеров», «Технология разработки и проведения игр» (программы повышения квалификации);

• «Крепкая семья» (образовательно-развивающая программа для семей) и др.

Надеемся, что книга поможет вам увидеть все возможности представленных здесь игр и успешно применить их на практике.

Глава 1 ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ИГРОВОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В ТРЕНИНГЕ

1.1. феномен игры в научных теориях и культуре

В наше время мало кто из специалистов, работающих в тренинговом формате, не понимает значения игры, но лишь немногие умеют эффективно ее организовать и сделать союзником своей профессиональной деятельности. Этот парадокс связан с тем, что в этой деятельности ведущему необходимо самому играть, тем самым показывая необходимый пример, и при этом тонко и чутко вести остальных за собой, сохраняя логику и цель игры, а это не так-то легко.

В современной психолого-педагогической науке термины «игра», «игровое взаимодействие», «игровая деятельность» наконец-то стали достаточно распространенными научно-обоснованными понятиями. С игры постепенно снимается «клеймо» пустяка, забавы, развлечения, игра становится серьезным инструментом профессиональной деятельности.

Игра как одно из удивительнейших явлений человеческой жизни привлекала к себе внимание философов и исследователей всех эпох. Уже Платон видел единственно правильный путь в игре, которая представлялась ему одним из практически полезнейших занятий. Так, игру в шашки он ставил рядом с искусством счета и геометрией. Фактически Платон приравнивал игру к искусству!

Аристотель видел в игре источник душевного равновесия, гармонии души и тела. В своей «Поэтике» философ говорит о пользе словесных игр и каламбуров для развития интеллекта. Таким образом, Аристотель одним из первых отмечает практическую значимость игры для психофизического развития человека.

С последней трети XIX века появляются первые научные теории игры. Игра становится предметом систематического научного изучения с различных позиций:

• физиологических (Г. Спенсер, М. Лацарус и др.);

• биогенетических (Г. С. Холл, Л. Э. Эпплтон и др.);

• социальных (К. Гросс и др.);

• биопсихологических (У. Макдауголл, Г. Мерфи и Ф. Я. Бентендейк);

• социологических (К. Рэйнуотер, Д. Рисмен, М. и Э. Неймер);

• психотерапевтических (3. Фрейд, Я. Морено, Г. Леманн);

• культурологических (И. Хейзинга);

• теорий, синтезировавших несколько подходов к игре как самовыражению (Жан Пиаже) и др.

Чем же отличались друг от друга названные теории игры?

Представители физиологического подхода считали, что высшие животные и человек, ввиду лучшей приспособленности к существованию, имеют избыток энергии, не затрачиваемой на физическое существование.

Человеческая игра с биогенетических позиций , согласно Гренвиллу Стэнли Холлу, является неким остаточным явлением, атавизмом, в котором проявляется далекая история человечества как вида. Игра есть рудимент человеческой деятельности, а детская игра есть инстинктивная деятельность, в которой ребенок повторяет жизненную деятельность своих далеких предков. Функция же игры по Холлу заключается в том, что в ней происходит изживание наличествующих в современном человеке наследственных инстинктов, являющихся полной противоположностью современной цивилизованной жизни. В игре эти древние привычки и инстинкты могут выражаться свободно, постепенно ослабевая, что помогает включению человека в современное культурное общество.

Представители социального подхода , в первую очередь К. Гросс, стремились отойти только от биологической интерпретации игры, раскрывая ее социальное качество и значение. Гросс выдвинул ряд функциональных положений, во многом имевших прогрессивный характер и не потерявших научное значение и сегодня. Так, он указывал на устремленность игры вперед, считая, что игра есть приготовление к жизни – ему принадлежит теория игры как непреднамеренного самовоспитания ребенка. Детскую игру он рассматривал как важное средство формирования и тренировки навыков, необходимых для психофизического и личностного развития, а также дальнейшей деятельности. Фактически Гросс был первым, кто показал социальное качество и значение игры, как детской, так и взрослой. Он рассматривал игру как первичную форму приобщения человека к социуму через добровольное подчинение общим правилам или лидеру. Также он видел в игре воспитание чувства ответственности за себя (свои поступки) и свою группу, развитие благородного стремления показать свои возможности в действии, совершаемом ради группы, формирование способности к обучению. По его мнению, в игре формируются первые навыки и развиваются способности к лидерству. Впервые в детстве, считает Гросс, игрою совершается «искусственное расширение нашего инстинкта симпатии».

Взрослую игру Гросс рассматривал с точки зрения функций, выполняемых ею в культуре:

1) функция дополнения бытия в физической, интеллектуальной и эмоциональной сферах личности;

2) функция освобождения и обретения свободы личности;

3) функция гармонизации мира и человека с миром.

Особая заслуга Гросса заключается в том, что он не ограничивался констатацией особого рода состояния и настроений людей в игре, но искал научно обоснованные для этого основания. Таким основанием стало особое психологическое состояние субъекта игры, обеспечивающее двухплановость его поведения (реальное и игровое поведение).

Яркими представителями биопсихологического подхода к игре выступают У. Макдауголл, Г. Мерфи и Ф. Я. Бентендейк. Г. Мерфи рассматривал игровую деятельность как процесс уравновешивания организма со средой. В объяснении мотивации «игрового поведения» личности он исходит из принципа внутренней константности («постоянности») человеческого организма, извечно стремящегося к стабильности и устойчивости. В ситуациях, когда организм выходит из этого состояния баланса, возникает напряжение и параллельно с этим формируется мотив игровой деятельности с целью снятия этого напряжения. Соответственно, среди разнообразнейших типов поведения игра выступает одним из тех, посредством которых человеческий организм достигает необходимого ему равновесия с внешним миром.

Теория игры с социологических позиций попадает под более общие трактовки общественного поведения, общественных процессов и движений. Д. Рисмен, К. Рэйнуотер, М. Неймер и Э. Неймер как представители этого подхода считают, что игра – это особая деятельность, определяемая имеющимися в данный момент физическим состоянием и социальными установками человека, соответствующими жизни группы или групп, членом которых человек является. Изучение группового характера игры направило исследователей на изучение процессов в рекреативной группе («группе отдыха»).

Среди этих процессов наиболее значимым, по их мнению, является сотрудничество (как по месту в игре, так и по влиянию на индивидуума). Интеграция группы сопровождается сознательным и бессознательным усвоением групповых идеалов и идей, приобретая которые, индивидуумы привыкают друг к другу, становятся органичной частью группы и одновременно социализируются, так как виды игры и идеалы предписываются обществом. Соответственно, по мнению представителей социологического подхода, роль игры заключается в возникновении группового единства и формировании личности, полезной обществу.

Большой популярностью до сих пор пользуется теория игры как самовыражения. Представителями этой теории игра объясняется как «факт индивидуальных поисков самовыражения». В результате отхода от биологического истолкования исследователями подчеркивается роль не природных инстинктов, а выработанных у индивида и закрепленных обществом игровых привычек и установок, влияющих на выбор вида игры. Смысл игры теперь видится в том, чтобы выразить себя в ней, добиться общественного одобрения, удовлетворения от своих возможностей, избавиться от внутреннего напряжения. Особенная роль в развитии теории игры как самовыражения принадлежит выдающемуся психологу с мировым именем – Жану Пиаже. Он утверждал, что игра составляет лишь одну из сторон человеческой деятельности и связана с ней точно так же, как воображение с мышлением. То, что игра является преобладающей деятельностью у детей, объясняется начальным этапом их психофизического развития. Согласно его точке зрения, игра есть форма творчества, но творчества с определенной целью. Это своего рода подготовка к возможным формам поведения на заданном уровне, не предполагающая их немедленного практического использования. В игре человек учится ориентироваться и преодолевать трудности, уготовленные ему в мире действительности.

По мнению Жана Пиаже, игра появляется в процессе развития человека на каждой последующей стадии, никогда не исчезая полностью, в следующих формах:

а) игра-упражнение. Приводит к формированию наиболее сложных навыков;

б) символическая игра. Способствует формированию семиотической функции и процессов замещения реальности знаками и символами, создавая тем самым основу художественной деятельности;

в) игра с правилами. Допускает соревнование и сотрудничество. В каждой из этих категорий игр интеллект отражает уровень умственного развития индивида.

С психотерапевтических позиций для теории игры большое значение имели психоаналитические и психотерапевтические подходы к игре. Игра, по Зигмунду Фрейду, замещает технику свободных ассоциаций, на которой базируется психоанализ. Основными функциями игр является снятие запретов, иллюзорное удовлетворение неудовлетворенных в действительности желаний.

Блестящие практические результаты показала концепция игры Якоба Леви Морено. Не соглашаясь с индивидуалистским подходом Зигмунда Фрейда, он предлагает лечение в группе при самом активном участии группы, обращая внимание на то, что причина возникновения неврозов – внутренний конфликт человека с малой группой (или группами), в которой протекает его жизнь. Используя игру как основу, Я. Морено создает новый метод групповой психотерапии – психодраму. Он углубил понимание «малой группы» и ее места в жизни человека, нашел способ повышения морального уровня ее членов, душевной стойкости личности. К детской игре Морено относился как к методу терапии и средству предупреждения конфликтов, символическому исполнению желаний, способу подготовки психики и сознания ребенка в целом к будущим формам взрослого поведения и отношений.

Особое место в теории игры принадлежит Йоханну Хейзинге, представителю культурологического подхода к игровому взаимодействию. Он пытался проследить ее роль во всех сферах человеческой жизнедеятельности. Для него игра – первичная жизненная категория, не связанная ни с какой степенью культуры, ни с какой формой миросозерцания. Здесь не требуется внешнего принуждения, оно уступает место этическим и эстетическим факторам, одновременно способствуя их развитию.

По мнению Йоханна Хейзинги, игра украшает жизнь, дополняет ее, вследствие чего является жизненно необходимой каждому человеку вне зависимости от возраста и социального положения. Она необходима индивидууму как биологическая функция, и она же необходима обществу в силу заключенного в ней «человеческого смысла», в силу своего значения, своей выразительной ценности, в силу завязываемых ею духовных и социальных связей. Игра выполняет культурную функцию!

Современная игра – это другая грань действительности, выход за границы обычного хода вещей, часть некой экологии души, это предоставление человеку возможности творить, уходить из глубины своих чувств, отвернуться от себя, забитого работой и заботами повседневности. Игра разряжает субъективное или социально-психологическое напряжение, позволяет приобщиться к культуре своего народа, становится способом связи поколений и мощным средством создания социально-психологического единства нации.

1.2. Признаки игры

Мы можем назвать игру, с точки зрения формы, некоей свободной деятельностью, которая осознается как «ненастоящая», не связанная с обыденной жизнью и, тем не менее, могущая полностью захватить играющего; которая не обусловливается никакими ближайшими материальными интересами или доставляемой пользой; которая протекает в особо отведенном пространстве и времени, упорядоченно и в соответствии с определенными правилами и вызывает к жизни общественные объединения, стремящиеся окружать себя тайной или подчеркивать свою необычность по отношению к прочему миру своеобразной деятельностью.

Дж. Хейзинг

Признак ограниченности (временной и пространственной). Как правило, игра разыгрывается в определенных рамках пространства и времени. Ее течение и смысл заключены в ней самой. Она имеет свое начало (завязку) и конец (развязку): начинается и заканчивается в определенный момент. С ее временной , казалось бы, ограниченностью непосредственно связано одно качество: будучи однажды сыгранной, игра останется в памяти участников и/или зрителей как некое духовное творение (ценность), которое может быть повторно сыграно в любое время – немедленно или по прошествии длительного времени.

Что касается пространственного ограничения , то оно очевидно – любая игра протекает внутри своего специфического пространства. Внутри этого пространства царит свой особый безусловный порядок, создаваемый с помощью правил. Малейшее отклонение от установленного порядка расстраивает игру, лишает ее собственного характера, вплоть до обесценивания ее процесса и результата. Благодаря правилам она возобновляется вновь и вновь, изначально игра есть порядок: ограниченный, но совершенный!

Признак эстетичности. В органичной связи с порядком игра располагается в большей степени на территории эстетического. Она имеет склонность быть красивой. Когда игра порождает красоту, то ее ценность для культуры становится очевидной, но не является необходимой или обязательной. С равным успехом в плоскость культуры игру могут возвести физические, интеллектуальные, моральные или духовные ценности.

Чем более игра ценна для жизнедеятельности индивидуума или группы людей, тем полнее она растворяется в культуре.

Признак добровольности. Игра не долг, не закон. По приказу играть нельзя, игра добровольна , поскольку есть свобода. Вместе с тем этот процесс не только освобождает, но и связывает: он зачаровывает, приковывает и втягивает в себя участников. Игра исполнена тех двух благороднейших качеств, которые человек способен замечать в вещах окружающего мира и сам может выразить: ритма и гармонии!

Признак неординарности. Игра – это всегда необычно. Это возможность отойти от реалий существующего мира, порой добиться невозможного, казалось бы, недостижимого:

• побыть некоторое время животным (например, ежиком);

• неодушевленным предметом (например, книгой);

• стать статусом выше (скажем, в роли короля) и т. д.

Игра интенсивно вовлекает в себя всего человека, предоставляя ему новые возможности и активизируя его способности. Кроме того, неординарность игры самым характерным образом проявляется в таинственности, которой игра любит себя окружать. «Инобытие» и тайна игры вместе наглядно выражаются в переодевании: реальном или «надевании маски». Человек, «играя» другое «существо», становится этим «другим существом», обретая неординарную свободу действий и мыслей.

Игра – это «инобытие», она лежит вне рамок добра и зла!

Признак включенности. Подчиняясь игровым правилам, человек свободен от обычных – принятых им самим и в обществе – условностей. Игра снимает то жестокое напряжение, в котором современный человек пребывает в повседневной жизни. Это достигается за счет включенности в игру. Только через включенность в игровое взаимодействие человек получает возможность разрядиться, мобилизоваться, расслабиться и т. п. Включившись в игру, участник может подвергнуться своеобразной проверке своей физической силы, выдержки и упорства, смекалки и находчивости, удали и отваги, умений и мастерства, а вместе с тем проверке подвергнутся и духовные силы и качества играющего: его порядочность и отзывчивость, ответственность и честность, практически все нравственно приемлемые нормы.

Объединяющее участников – партнеров по игре – чувство, что они пребывают в некоем исключительном положении, вместе делают что-то важное, вместе обособляются от прочих, выходят за рамки всеобщих норм жизни, – это чувство магическим образом сохраняет свою силу далеко за пределами игрового времени.

Ошибки восприятия игры:

• Игра не имеет никакого отношения к реальности.

• Игра – это несерьезное занятие, не дающее никаких полезных результатов, а только удовольствие.

• Игра – это исключительно досуг и развлечение.

• В игры играют дети.

1.3. Что такое игра в тренинге

Игра, игровое упражнение – это ключевой метод, используемый в тренинге.

По сравнению с другими тренинговыми методами – диалоговыми (дискуссии, беседы, брейнсторминг), дидактическими (кейсы, работа с документами, видеотренинг и пр.) игровые методы составляют, по нашему опыту, 70–80 % тренингового арсенала. И это не случайно, так как именно игра, или, вернее, ее возможности позволяют решить практически любую тренинговую задачу. Ведь игровая метафора не ограничена никакими условностями и рамками, игровые правила могут быть абсолютно разными, поэтому в игру можно встроить, «упаковать» все, что угодно.

Так чем же игра в тренинге отличается от других видов игры? Отличий не так много, но они все же есть.

Во-первых, игра в тренинге – это прикладной, второстепенный метод; первоочередной метод здесь все-таки тренинг. Поэтому не совсем правомерно, по нашему мнению, пытаться встроить в тренинговый сценарий, например, полноценную сюжетно-ролевую, деловую или организационно-деятельностную игру. Если в тренинге мы и встречаем эти виды игр, то только в усеченном, сжатом варианте.

Во-вторых, игра в тренинге коротка и еще более ограничена во времени, чем другие виды игр. Все по той же причине: игра в тренинге решает прикладные задачи – она не может стать ключевой и занять все время тренинга или выйти за его рамки.

В-третьих, игра в тренинге всегда направлена на решение конкретных обучающих, развивающих или психологических задач. В ней всегда есть результат.

В-четвертых, в силу того, что тренинг – групповой метод, игра в тренинге также предполагает групповой процесс. В тренинговую игру редко можно сыграть одному. Или, вернее, сыграть можно, но вряд ли такая игра будет полноценной.

В-пятых, игра в тренинге всегда предполагает ведущего (тренера), и зачастую – его активную позицию, потому что он – организатор процесса.

Часто мы сталкиваемся с вопросом: «Чем игра в тренинге отличается от тренингового упражнения?» Ответим: по структуре – практически ничем.

Основное отличие игры от упражнения заключается в том, что игра предполагает наличие игровой метафоры, вымышленного сюжета, как и любая другая игра, а упражнение работает в реальном формате.

Например, работа с умением устанавливать контакт глаз:

• упражнение. Ваша задача – передать по кругу по часовой стрелке взгляд, не отрывая его от соседа столько времени, сколько, по-вашему, ему будет достаточно, чтобы почувствовать контакт, но при этом не испытать напряжение от долгого взгляда (не много, не мало);

• игра. Вы – шпионы, у каждого из вас есть агент-напарник, вам нужно найти его по взгляду, молча; именно ваш агент подмигнет вам два раза; ваша задача – найти агента и, по возможности, перехватить агентов конкурентов, то есть увидеть, кто кому еще подмигнул.

Еще одно отличие игры от упражнения состоит в том, что упражнение всегда включает тренировочный, обучающий компонент, игра же в тренинге имеет более широкий спектр применения. В игре можно не только отрабатывать, тренировать какое-то умение, повышать свою компетенцию, но и решать задачи, связанные с проживанием какого-либо состояния, демонстрации явления, актуализировать, вызывать те или иные состояния, создавать атмосферу, выражать эмоции и т. п.

Резюмируем все вышесказанное. Дадим определение игры в тренинге.

Игра в тренинге – символическая деятельность, решающая конкретные прикладные личностные или групповые задачи тренинга, которая моделирует и преображает реальность, отличается высокой степенью спонтанности и свободы, но протекает в рамках четко заданных правил, структуры и времени и под руководством ведущего – тренера.

...

И. О. Телегина

Глава 2 МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ИГРОВОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ В ТРЕНИНГЕ

2.1. Психологический феномен игрового взаимодействия

Игра – это своеобразное отношение к действительности, которое характеризуется созданием мнимых ситуаций или переносом свойств одних предметов на другие.

Л. С. Выготский

Зачем нам игра?

Перед каждым тренером рано или поздно встает главный профессиональный вопрос: как сделать общение и взаимодействие с группой эффективным ?

Соответственно этому возникает много сопутствующих вопросов:

• Как создать мотивацию на групповое взаимодействие?

• Что нужно сделать, чтобы в группе воцарилось доверие?

• Как преподнести информацию, чтобы она успешно усвоилась?

• Как решать возникающие в группе проблемные ситуации?

И еще масса других вопросов встает перед тренером, разрабатывающим и проводящим тренинги.

Тренинг – это ВСЕГДА изменение! Неважно, какой это тренинг: обучающий, развивающий, бизнес-тренинг или тренинг личностного роста…

А человеческая природа такова, что человек скорее стремится к постоянству, нежели к динамике и изменениям. Даже если продвинутый современный человек заявляет: «Я готов к изменениям!» – это говорит его «голова», сознание. Бессознательное активно сопротивляется изменениям.

Поэтому первое, что приходится преодолевать тренеру на пути к достижению тренинговой цели, – это психологическое сопротивление участников, часто не осознаваемое ими самими.

Что снижает сопротивление в тренинге:

• доверие к тренеру, его статусность;

• безопасность атмосферы;

• высокая степень мотивации на получение результата;

• правильно подобранные не директивные тренинговые методы.

Игра – именно тот метод, который создает не только спонтанную, легкую, безопасную атмосферу, но и – ненавязчиво – условия для того, чтобы участники получили новый опыт.

Кроме того, игра – это энергия, причем позитивная. А энергия в тренинге просто необходима для того, чтобы группа продвигалась вперед.

А еще игра – это свобода, творчество и спонтанность!

Поэтому можно сказать: если тренер хочет добиваться максимальных результатов от тренинга и делать это так, чтобы участники получали эти результаты в ненапряженной, свободной, энергичной, творческой атмосфере, то игра – это его метод работы.

Однако важно не только просто подобрать нужные для тренингового процесса игры, которых в нашей книге, мы надеемся, достаточно, но и не «испортить» сам игровой процесс, то есть качественно провести игру. Поэтому далее мы подробно остановимся на технологии игрового взаимодействия тренера с группой.

Весьма важно, чтобы, играя, специалист видел не только внешние составляющие игрового взаимодействия, но и глубинные психологические механизмы игры, а также просчитывал, предвидел ее целесообразность. В этой связи можно, переделав известную фразу, сказать: «Плохих игр не бывает, бывают плохие игротехники». Когда играющий не задумывается над смыслом и значением выбранной им игры, он не может рассчитывать на ее результативность. Прежде чем начать игру, нам необходимо проанализировать цель такого взаимодействия, его смысл и значение, соотнести все это с конкретными людьми, особенностями внешних условий, в которых мы будем это делать. Таким образом, необходимо выстроить технологию игрового взаимодействия, дающую нам не только осмысленность, целенаправленность, последовательность и операциональность наших действий, но и предвидение ее результатов.

«Айсберг» игрового взаимодействия

Чтобы представить себе, что же такое игра с точки зрения ее внутренних механизмов, давайте немного пофантазируем. Представьте себе игру в виде некоего айсберга. Мы все знаем, что айсберг – это ледовое образование, дрейфующее в воде, только 10 % которого находится на поверхности, а остальные 90 % скрыты под водой. Так и в игре. Видимый слой – это ее функциональное назначение, в какой-то степени именно «верхушка», которая будет видоизменяться («таять» или «леденеть») в зависимости от других составляющих игры, которые не видны глазу.

Рассмотрим существующие пласты «айсберга» игрового взаимодействия (см. рис. 1).

Рис. 1 . Айсберг игрового взаимодействия

I. Функциональный – самый верхний пласт игрового взаимодействия, то, что «лежит на поверхности», та самая «верхушка айсберга игры», видная всем, в том числе участникам. Это видимый пласт: кто и как играет, насколько увлечены ведущий и участники игрой и т. д. Данный пласт находится в прямой зависимости от задач, которые ставит игротехник или организатор игр.

II. Физиологический пласт игрового взаимодействия оказывает влияние на регуляцию физиологических процессов организма: реализацию потребности в двигательной активности, формирование тормозящей функции головного мозга, развитие координации движений, насыщение организма кислородом и т. п.

III. Психологический пласт игры. На этом уровне важно видеть влияние игры на психику человека: развитие памяти, внимания, мышления, воображения, регуляция эмоционального состояния и т. д.

IV. Обучающий пласт игрового взаимодействия – это создающий, формирующий, развивающий уровень, связан с приобретением умений, развитием качеств личности и т. п.

V. Личностный (латентный) пласт игры. Самый невидимый слой игрового взаимодействия. Он направлен на отсроченный результат, приводящий к личностному развитию участника игры, проявляется значительно позже окончания игрового взаимодействия.

При подготовке проведения игры, если мы хотим не просто хорошо провести время, но добиться какого-то конкретного качественного результата, необходимо учитывать цель, с которой проводится игра, и задачи, которые она решает. После игры целесообразно провести обсуждение или анализ игрового взаимодействия, причем затрагивая только те задачи и цели, которые участники могли увидеть и понять.

2.2. Логика организации игрового взаимодействия

Существует несколько правил организации эффективного игрового взаимодействия, которые нам необходимо учитывать.

Во-первых, каждый тренер, играя с участниками, должен всегда продумывать заранее логику построения игр , которые он будет использовать. Обычно игры выстраиваются по двум принципам:

• в соответствии с динамикой тренинговой группы (какие игры необходимы группе для поддержания динамики ее развития, для продвижения к рабочей стадии развития);

• в соответствии с логикой тренинга (сначала – актуализирующие игры и игры на осознавание, затем – игры на проработку и, наконец, интегрирующие игры).

Во-вторых, необходимо соблюдать структуру игры:

1. Настрой на игру.

2. Инструкция.

3. Ход игры/Коррекция хода игры.

4. Точка игры.

5. Анализ игры (подробно данный этап игры описан в книге «Игра в тренинге: личный помощник тренера»).

Теперь подробнее остановимся на рекомендациях к каждому этапу.

Очень важно создать соответствующее настроение на игру , провести так называемую настройку. Каждую группу людей можно условно назвать сложным ансамблем или сложным оркестром. Как и оркестр, группа требует своей настройки. Чрезвычайно сложно сразу взять и начать играть после слов «Давайте поиграем!». Вряд ли в этой ситуации участники охотно пойдут на контакт, сразу начнут играть. В зависимости от целей игрового взаимодействия настройка может быть разной, например: эмоциональной, физической, интеллектуальной, мотивационной и т. д. Настройка – очень важная составляющая любой игры. Кроме того, грамотно подобранная и качественно проведенная, она позволяет обеспечить физическую и психическую безопасность участников любого игрового взаимодействия.

В-третьих, тренер должен иметь достаточно большой запас-багаж игр , которые могут ему неожиданно пригодиться в самых различных ситуациях, возможно, «нарушающих» логику тренингового сценария, но актуальных для группы на данный момент.

Отдельно стоит сказать о том, что, приступая к любой игре, тренер должен очень четко представлять технологию игрового взаимодействия.

Итак, первым этапом любой игры является настройка на нее.

Настрой на игру может быть разным:

• прямая декларация тренинговой цели игры (правомерно для взрослых групп, особенно в обучающем тренинге). Суть этого настроя заключается в том, что участники группы знают, зачем они включаются в данную игру, они становятся сопричастными «тренерской кухне». Теперь и они, а не только тренер, знают – зачем;

• интрига в рамках игровой метафоры, своего рода художественный вход в игру. «Случалось ли вам когда-нибудь оказаться под теплым дождем в середине зимы? Хотите попробовать?»;

• небольшая легенда, притча. «Попали две лягушки в кувшин с молоком [1] . Вот и мы с вами сейчас станем этими лягушками»)

• активный призыв к действию, который сразу включает участников в процесс, не давая им задуматься. Динамичным, оптимистичным тоном тренер заявляет: «Сейчас мы с вами встанем и сделаем одну крайне приятную и интересную вещь!»

Вторым этапом любого игрового взаимодействия обязательно должна быть четко проговоренная, точная и логичная инструкция.

Что сказать, чтобы участники поняли, какая игра сейчас начнется?

Как сделать так, чтобы условия игры четко соблюдались?

Эти и другие вопросы возникают у начинающих игротехников практически постоянно. Ответы на них появляются, как правило, достаточно спонтанно, в свое время. Очень часто случается так, что, потратив вечер до предстоящего занятия на дословное прописывание инструкции, в процессе организации игрового взаимодействия чувствуешь, что вчера были найдены не те слова, которые хотят или готовы услышать участники сейчас. И тогда рискуешь – удерживая в голове суть игры, «рождаешь» для нее инструкцию «здесь-и-сейчас-для-этой-группы-в-этом-настроении». И, о чудо – добиваешься действительно лучшего результата! Тем не менее это было бы невозможно без проделанной «вчера» работы над инструкцией. Ведь инструкция – это своеобразный «портрет игры». Чем больше «портретов игры» мы нарисуем, то есть придумаем несколько разных вариантов инструкций, тем богаче будет наша личная «портретная галерея», тем богаче станет наш арсенал «инструкций-на-все-случаи-жизни».

...

Не бывает универсальных инструкций, как не бывает универсальных игр!

Не бывает двух одинаковых инструкций, как не бывает двух одинаковых игр!

…И двух одинаковых игротехников…

Тем не менее существует несколько универсальных правил составления и подачи инструкции игры.

1. Готовя инструкцию, необходимо соблюдать адресность. Что значит адресность? Это кому игра адресована и то, как можно предусмотреть в разных ситуациях разные варианты проведения игры. Каждый из нас должен обязательно соотнести данную игру с конкретными участниками. Для одной и той же игры, проводимой с разновозрастными («возрастной адрес») и разностатусными («статусный адрес») группами людей (например, дошкольники, старшие подростки, студенты, учителя, пенсионеры и т. п.), необходим свой вариант инструкции, более близкий и лучше понятный именно данной группе.

...

В качестве примера необходимости этого правила приведем игру «Снежный ком» (см. приложение 3). Когда группа встает в круг (или сидит в кругу), водящий (первый) называет свое имя, второй участник называет свое имя и имя первого участника, третий называет свое имя и имена первого и второго участников, затем четвертый называет имя первого, второго, третьего и т. д., а в конце – свое. Таким образом, этот «снежный комочек» катится от одного участника к другому, пока не превратится в «снежный ком».

Эта игра позволяет, конечно же, запомнить имена участников группы. Вместе с тем, играя в «снежный ком», мы с вами решаем и другие задачи: это не только знакомство ребят между собой, что является, в общем-то, функциональным пластом игрового взаимодействия, это еще и заявка на имя, которым меня будут называть в группе. Так, я могу быть, например, Ольгой, Олей или Оленькой и т. д. Это диагностический срез, не всем видимый и понятный, более глубинный пласт «айсберга игрового взаимодействия» – психологический и педагогический, – в процессе которого мы «видим» участников: каков их уровень коммуникативной культуры, стесняются ли они, стремятся ли они показать себя, «соригинальничать», привлечь внимание окружающих. В самой инструкции нам необходимо заложить этот пласт, например: «Называйте тот вариант своего имени, которым вы бы хотели, чтобы вас называли».

В зависимости от возрастного состава группы и количества участников эту игру можно усложнять, придумывая новые варианты. Например, если это младшие школьники, то у них должен быть «облегченный» вариант, потому что они вряд ли могут запомнить все имена, ведь в этом возрасте память не очень объемна, кроме того, они, конечно же, будут сидеть, волноваться и ждать своей очереди. В этом случае возможен вариант «снежного кома», когда называются, скажем, имена только последних трех участников. Если это подросток, то подростки, особенно старшие, вполне могут в эту игру играть с дополнениями. Например, вместе с именем можно добавить свой любимый жест или обратиться с приветственным жестом к окружающим, причем вводится условие: не повторяться. Можно показать свой любимый цвет, любимое животное и т. д. А можно кроме своего имени называть прилагательное на первую букву имени, которое участника характеризует, скажем, Володя – влюбчивый, Елена – единственная, Оля – очаровательная и т. д.

Таким образом, в старшем возрасте «снежный ком» начинает приобретать личностный характер, здесь мы немножко приоткрываем и свою личность, свои интимные идеи, потому что прилагательное, которое «прилагается» к имени, в той или иной степени выражает потребность в том, чтобы нас видели такой или таким.

Казалось бы, простая игра, но адресность заключается еще и в другом. Например, мы решили поиграть в «снежный ком» с младшими ребятами 9–10 лет, предполагая, что в группе будет не больше 15 человек. А их оказалось 30. Как младшему школьнику запомнить 30 имен? Догадываетесь, что это непосильная задача. Здесь же мы понимаем, что пока до последнего участника дойдет очередь, когда он должен говорить свое имя, он давно потеряет интерес к игре, в то же время это же произойдет и с первыми участниками. И это не наша вина. Это произойдет само собой, просто потому, что у ребят младшего школьного возраста внимание неустойчивое. Если вы используете игру «снежный ком», то группа должна быть не очень большая, в пределах 20–25 человек. Иначе мы столкнемся с негативными явлениями: потеря интереса, нервное возбуждение и т. п. Что же делать? Проводя подобную игру в таких условиях, можно, например, разбить участников на несколько микрогрупп. Тогда мы, скажем, поиграем и в «снежный ком» с десятью участниками, а с одиннадцатого человека «снежный ком» начинается как бы заново, то есть он не повторяет имена первых десяти участников, а начинается снова. Или можно «достать» из своего «багажа игр» другую игру на знакомство, более подходящую к сложившимся обстоятельствам.

Возможно использовать некие приемы, дающие «право на ошибку», когда мы, оказавшись пятым участником, сами делаем вид, что нам сложно запомнить имена, и просим всех подсказать. Сразу снимается психологическое напряжение, ребенку предоставляется подобное «право на ошибку», которого он больше всего боялся.

В адресности нужно учитывать также, сколько у вас мальчиков (юношей, мужчин) и девочек (девушек, женщин) будет в группе, потому что есть игры, в которых количество разнополых участников имеет принципиальное значение. Неэффективно и некорректно, если девчонки (девушки, женщины) будут изображать лиц мужского пола и наоборот.

Все эти нюансы можно легко предугадать, выстраивая технологическую карту игрового взаимодействия, в которой мы продумали логику: от настройки игры, ее инструкции, адресности до предполагаемого результата. Учли мы и реализацию принципа вариативности, так как каждая игра имеет множество вариантов, продумали инструментарий или оборудование, которое нам может потребоваться (например, игрушка, листы бумаги, маркеры и т. п.).

2. Продумывая и транслируя инструкцию, мы должны суметь настроить участников на игровую деятельность, следовательно, здесь очень важно, чтобы уровень эмоционального состояния был адекватным. Соответственно, вся инструкция должна быть эмоционально окрашена , поскольку без этого просто невозможно добиться желаемого результата. Инструкцию следует проговаривать играющим четко, динамично, делая акценты на особенно важных моментах игры.

3. Проговаривая инструкцию, необходимо грамотно расставить акценты на содержании игры , чтобы участникам было понятно, что и как делать, какие существуют правила, как этих правил придерживаться, как действовать в сложных (спорных) вариантах.

Конечно же, мы понимаем, что в игре есть несколько этапов: начало игры, ее основной период и финал. И вот здесь нам необходимо предусмотреть, чтобы в самом начале основного периода игры у нас была возможность еще раз обратиться к инструкции. Ведь участники могут забыть какие-то детали. Мы специально делаем еще раз акцент на правилах игры, чтобы добиться, с одной стороны, еще большей ее эффективности, а с другой стороны, отрегулировать темп игрового взаимодействия, сконцентрировать внимание на происходящем.

Ближе к окончанию игры мы обязательно даем финальную инструкцию, которая позволяет нам поставить «эмоциональную точку», зафиксировать результат.