Когда?

Смертельной опасностью угрожало богам чудовище Тиáмат, воплощавшее первозданный хаос, но борьбу с ним начал Мардук. В страшной схватке он победил чудовище, когда вверху еще не было неба, а внизу — земли. Именно из огромной туши Тиамат, разрубив ее пополам, Мардук сотворил небо и землю.

На небо он водворил двенадцать созвездий, затем поделил между Шамашем и Сином каждые сутки. На земле Мардук вырастил травы и леса, населил горы и долины зверями, попросил бога неба Ану спустить сверху птиц, а бога подземных вод Эа — заполнить воды рыбами.

Когда повсюду расцвела жизнь, задумал премудрый Мардук увенчать ее разумными существами, подобными богам, но более слабыми и обреченными на смерть. Эти существа должны служить богам, чтобы они могли проводить без забот свою вечную молодость в веселых пирушках и других развлечениях.

Довольный плодами трудов своих, Мардук каждому светилу небесному указал его путь, чтобы не ошибалось оно и не блуждало без дела.

Он твердый год установил и предписал Его на месяцы делить. Двенадцать месяцев назначил он в году, Им три звезды придал, Чтобы они сезонов смену представляли. Луне он повелел светить, Чтоб ночь слепую освещать И, будучи ночным светилом, Чтоб дней число определять.

Жрецы Мардука хорошо изучили путь Луны вблизи от двенадцати созвездий, опоясывающих небо. Самым важным было созвездие Тельца: ведь бык-телец, запряженный в плуг, облегчал тяжелый труд земледельца. До сих пор сохранились и другие названия созвездий: Скорпион, Козерог, Рыбы, Рак, Лев. На небе появился целый зоопарк, пояс созвездий, который греки позже назвали «зодиаком» — «кругом животных».

На глиняных табличках вавилоняне записывали движение Луны и видимые размеры ее в отдельные дни. Очень точно рассчитали они по своей шестидесятиричной системе, как увеличивается освещенная часть Луны с каждым днем после ее «рождения». При этом узкий серп, впервые восходящий после безлунных ночей, оценивался в пять единиц, а полный диск Луны — в двести сорок (60X4),

Вавилонский зодиак.

Но халдейские жрецы-астрономы так и не могли объяснить, почему сменяются лунные фазы. Они считали, что великое ночное светило, подобно мячу, с одной стороны окрашено в серебристо-белый цвет, а с другой — в темный. Когда Луна поворачивается к Земле темной своей стороной, она по цвету сливается с ночным небом и становится невидимкой. Наступают безлунные ночи, а после них вновь возрождается узкий серп.

Жрецы аккуратно записывали каждое новолуние и полнолуние, чтобы составлять календарь. Но очень сложно движение Луны, и трудно было заранее точно рассчитать, когда появится узкий серп. От одного его рождения до другого проходит неодинаковое и неровное число суток: то около двадцати девяти, то почти тридцать.

Никак не согласуешь лунный месяц и сутки — они так же несоизмеримы, как год и сутки. А без согласования этих трех мер времени — года, месяца, суток — нельзя разработать правильный календарь: ведь не от Луны, а от Солнца зависит смена времен года.

Четыре знаменательных дня

«Если у тебя спрошено будет: что полезнее — солнце или месяц? — ответствуй: месяц. Ибо солнце светит днем, когда и без того светло, а месяц — ночью. Но с другой стороны: солнце лучше тем, что светит и греет, а месяц только светит, и то лишь в лунную ночь».

Так шутил Козьма Прутков[6]. Конечно, Луна не соперник Солнцу, однако есть у нее кое-какое преимущество: в ясную ночь всегда можно узнать изменчивый адрес Луны среди созвездий зодиака и проложить ее путь по звездной карте. А как уследить за движением Солнца среди звезд: ведь днем их не видно и никаких других примет на небе не сыщешь.

Правда, всем известно, что Солнце встает на востоке, потом поднимается к югу и заходит на западе. Однако это привычное наше убеждение не вполне верно: Солнце восходит в точке востока и закатывается в точке запада только два раза в год. И поднимается оно к югу сегодня не так, как вчера, каждый день неприметно изменяя свой путь. А в связи с этим изменяется и долгота дня, как вы можете убедиться по соседним листкам отрывного календаря.

В зимний полдень низко стоит Солнце, и короток его путь от восхода до заката. Поэтому коротки и зимние дни, а ночи самые длинные.

Медленно растет день, Солнце к полудню поднимается все выше, и видимый путь его продвигается к северу. Становится теплее, начинают таять ледяные сосульки на крышах, и вот уже зазвенели, зажурчали веселые ручейки. Близится 20–21 марта, весеннее равноденствие: день всюду на нашей планете равен ночи.

Каким мы видим путь Солнца в пору равноденствий (21 марта, 23 сентября) и солнцестояний (22 июня, 22 декабря).

Пусть вас не смущает, что по календарным листкам этот день на несколько минут дольше двенадцати часов, а ночь короче. Получается так потому, что воздушная оболочка Земли искривляет лучи Солнца, как эго показано (для наглядности преувеличенно) на стр. 50. Это преломление лучей, или атмосферная рефракция, словно приподымает светило, и мы видим его над горизонтом еще до восхода и после захода. Поэтому удлиняется и день, то есть светлая часть суток.

Именно 20 или 21 марта в нашем Северном полушарии начинается астрономическая весна. И Солнце в этот день восходит и заходит как раз в точках востока и запада, вернее, центр солнечного диска совпадает с этими точками.

Постепенно наше главное светило все больше отступает от этих точек к северу и дальше всего уходит к 21 или 22 июня. В итог самый длинный день — в Москве он продолжается больше 17,5 часа — Солнце в Северном полушарии выше всего поднимается над горизонтом. Несколько суток подряд долгота дня не меняется. И Солнце почти не изменяет своего пути, будто «остановилось» на достигнутой высоте. Наступило летнее солнцестояние — начало астрономического лета.

После этого дня Солнце вновь «поворачивает» к югу. С каждым днем оно восходит и заходит южнее, а 23 сентября опять встает и закатывается точно на востоке и на западе. Пришла пора осеннего равноденствия: день снова сравнялся с ночью, и началась астрономическая осень.

Все дальше уходит Солнце к югу, все ближе к горизонту и короче его путь от восхода к закату. И вот 21–22 декабря, в самый короткий день — в Москве он продолжается всего лишь 7 часов, — наступает зимнее солнцестояние: снова «останавливается» дневное светило, а затем опять начинает продвигаться к северу. В этот день начинается астрономическая зима.

Когда у нас, в Северном полушарии, весеннее равноденствие, в Южном полушарии тоже равноденствие, но осеннее. С нашим летним солнцестоянием там совпадает зимнее, и наоборот. Поэтому, когда у нас начинается лето, в Южном полушарии наступает зима, а наш весенний расцвет для природы Южного полушария — пора осеннего увядания.

Световые лучи небесных тел, проходя из космического, безвоздушного пространства сквозь все более плотные слои земной атмосферы, все сильнее искривляются. Эта рефракция искажает истинное положение светил больше всего на горизонте: для нас Солнце всегда восходит раньше, а заходит позже, чем в действительности.

Особенно интересно наблюдать восходы Солнца в дни равноденствий и солнцестояний по компасу и отрывному календарю: на каждом листке указано, когда появляется краешек Солнца над горизонтом и как изменяется долгота дня [7].

Обратите внимание, как изменяются моменты восхода и захода Солнца, а также долгота дня до и после солнцестояния — в 1968 году оно наступило 21 июня.

У халдейских жрецов не было ни компаса, ни печатного календаря и часов. Впрочем, часами им служил прямой шест, установленный точно по отвесу на ровной площадке. Эти «часы» греки называли гномоном, или охотником за тенью. Тень от гномона падает в сторону, противоположную Солнцу, и передвигается одновременно с ним. Медленно ползет она по площадке-«циферблату» и указывает, который час. Сутки от зари до зари вавилоняне делили на двенадцать часов, как и год — на двенадцать лунных месяцев. Это было очень удобно при шестидесятиричном счислении.

Такие часы не надо заводить, и они не останавливаются, лишь бы светило Солнце. Правда, время они указывают только днем, но это не беда: ночью на небесах есть другие часы — Луна.

Тень от гномона служила не только часовой стрелкой, но и компасной. Настоящего компаса тогда еще не было, но направление тени указывало страны света. Ранним утром длинная тень направлена к западу, затем, постепенно укорачиваясь, в полдень она смотрит на север, потом снова начинает расти и вечером указывает на восток. Вот вам и компас!

Гномон — указатель или «ловец тени»: в утренние часы тень вытягивается вправо (на запад), в вечерние — влево. При наивысшем положении Солнца тень направлена на север и указывает полуденную линию — располагается вдоль меридиана.

Конечно, такие часы-компас в карман не положишь, зато их можно использовать как своеобразный календарь.

Длина тени изменяется не только в течение дня. Зимой в полдень Солнце стоит ниже, чем весной и летом, поэтому тень длиннее, а день короче. После зимнего солнцестояния все выше поднимается Солнце, тень укорачивается и удлиняется день.

На широте Вавилона в пору летнего солнцестояния тень совсем коротышка и ютится у самого основания гномона. В это время Солнце на безоблачном небе вавилонском стояло почти над головой. Начиналась та страшная жарища, от которой ежегодно умирал вечноюный Таммуз-Мардук.

По длине полуденной тени можно судить о том, когда наступают солнцестояния и равноденствия, правда не очень точно: эта тень с каждым днем удлиняется или укорачивается почти незаметно.

Однако гномон помог сравнивать путь Солнца по небу в разные дни и рассчитывать этот путь среди невидимых днем звезд.

Важное открытие

На плоской равнине Двуречья нет ни гор, ни холмов — во все стороны открыт широкий простор. И почти всегда прозрачно-ясные ночи позволяли жрецам без помех наблюдать небесные светила.

Алмазной россыпью искрится звездный шатер над Землей. Все звезды движутся по таким точным круговым путям, словно сами боги начертали их циркулем. Каждая из них хорошо знает свой путь и строго соблюдает установленный свыше порядок: не отстает от соседок и не обгоняет их. Все они шествуют на недосягаемой высоте с одинаковой скоростью, словно прибиты или подвешены к небесному своду.

Жрецы так и решили: звезды раз навсегда прикреплены к «тверди небесной» — прочному куполу, который вместе с ними вращается вокруг Земли. Поэтому всегда одинаковы расстояния между звездами и взаимное их расположение. Но все-таки, как ни странно, вид звездного неба постепенно меняется.

Одни звезды видны всю ночь напролет, другие в течение ночи успевают взойти и закатиться. А те звезды, что вчера после заката Солнца сияли на западе близко от горизонта, сегодня в это же время опустились еще ниже и завтра уже совсем не будут видны — они исчезнут с неба бесследно. А на востоке перед утренней зарей всплывут звезды, которых вчера вовсе и не было.

Такой мы видим северную часть неба на широте Москвы. Здесь никогда не заходят всем знакомые Большая и Малая Медведицы, но проследите, как изменяется положение их и других созвездий в различные времена года.

Выходит, будто вся «небесная твердь» постоянно и постепенно сдвигается от востока к западу. Поэтому и меняется еженощно вид звездного неба. Особенно заметны эти перемены, если наблюдать отдельные созвездия из месяца в месяц.

Вот заходит Солнце, и при угасающем свете вечерней зари вблизи от созвездия Рака показался бледный серп Луны — начался новый месяц. Пройдет около тридцати дней, и снова на западе появится новорожденный серп, но уже в созвездии Льва.

Теперь, сколько ни ищи, нет на небе созвездия Рака. Конечно, догадывались жрецы, не могло же оно пропасть бесследно, провалиться сквозь небо, раз прикреплено к тверди. Наверное, оно осталось на своем месте и скрылось под горизонтом лишь потому, что зашло одновременно с Солнцем.

В начале следующего месяца такая же история повторится и с созвездием Льва: оно станет невидимкой, потому что Солнце будет именно в этом созвездии, и, конечно, закатятся они одновременно. Затем та же судьба постигнет Деву и остальные созвездия зодиака.

Каждый месяц Солнце словно переселяется из одного созвездия в другое. Путешествуя по этим небесным вехам, наше дневное светило понемногу отступает к востоку, подобно Луне, но гораздо медленнее: Луна обходит пояс зодиака меньше чем за месяц, а Солнцу для этого нужен целый год.

Каждые 29–30 дней Луна «догоняет» Солнце, и тогда наступает новолуние.

Оказывается, можно проследить путь Солнца среди невидимых днем звезд. Можно даже заранее угадать, когда и в каком созвездии оно будет «обитать» в любом месяце. Правильна ли такая догадка, легко проверить в момент полного солнечного затмения: на потемневшем небе загораются звезды и безошибочно указывают адрес Солнца.

Долог путь or наблюдений к открытию. Много лет изучали халдеи звездное небо, сравнивали по гномону, когда и где — в каких точках горизонта — восходит и заходит Солнце в разные дни, на какую высоту оно поднимается в полдень.

Эти наблюдения и помогли сделать важное открытие: Солнце всегда проходит по одной и той же дороге среди двенадцати созвездий зодиака и, совершив полный круг, вновь возвращается к началу своего путешествия. А началом его халдеи считали то созвездие, где Солнце «гостит» в пору весеннего равноденствия. Именно в это время начинал разливаться Тигр и наступал Новый год.

Так представляли себе вавилонские жрецы движение Солнца вокруг Земли: в июле, например, Солнце, если смотреть с Земли, находится в созвездии Рака, в августе — Льва, и т. д.

Но мало сделать открытие — нужно правильно объяснить его. Жрецы неверно истолковали свои наблюдения. Солнце каждый день движется по небу с востока к западу, как и все звезды, но, подобно Луне, отстает от них и понемногу отступает в противоположную сторону — к востоку. Вот по чему оно и кочует по всем созвездиям зодиака.

На самом-то деле «обманывают» нас небесные светила: в действительности движется Земля вокруг Солнца, а нам только кажется, что Солнце кружится около Земли и в течение года путешествует по двенадцати созвездиям зодиака.

Как в действительности движется Земля вокруг Солнца: в июле Солнце видно с нашей планеты в направлении на созвездие Рака, в августе — Льва, и т. д. Как видите, положение Солнца по отношению к созвездиям на обоих рисунках одинаково, но первый рисунок изображает это положение искаженно.

Халдейские астрономы считали кажущееся годовое движение Солнца среди звезд действительным, истинным. Но это превратное объяснение не помешало им сделать еще одно особенно ценное открытие: сколько времени продолжается год.

Халдейская восьмилетка

Если бы звезды сияли днем, легко было бы составить правильный календарь: достаточно только заметить и записать, когда, в каком созвездии бывает Солнце. Но заметить это нельзя — приходилось догадываться, а позже — рассчитывать и вычислять видимый путь Солнца среди невидимых звезд. Задачу эту халдейские астрономы решили с большой для того времени точностью.

Они рассуждали так. Каждый шаг человека переносит его примерно на двойную ширину тела. И Солнце шагает так же, передвигаясь каждый раз на два своих поперечника. Сколько же таких «шагов» должно оно сделать, чтобы обойти все небо?

По расчетам выходило, что Солнце за день делает сто восемьдесят шагов над Землей, и столько же за ночь под Землей, а всего за сутки получалось триста шестьдесят. Это не вполне точно: возможно, что жрецы-астрономы умышленно подогнали число шагов божественного светила к шестидесятиричному счислению (360=60X6).

Во всяком случае, можно поблагодарить халдеев за их вольную или невольную погрешность. Раз Солнце делает по своему кругу 360 шагов, решили они, значит, и любой круг следует делить тоже на 360 частей. С тех давних пор сохранилось в веках и дожило до нашего времени удобное деление окружности на 360 градусов [8].

Кроме ежедневного своего путешествия с востока на запад, Солнце, как вы помните, еще продвигается понемногу в противоположную сторону. Халдейские астрономы полагали, что Солнце каждые сутки «пятится» к востоку на один шаг-градус. За 360 дней оно обходит весь круг — двенадцать созвездий — и возвращается к началу своего пути.

Наверное, сами боги устроили так, что год продолжается ровно 360 дней, радовались жрецы. Но многолетние наблюдения обнаружили ошибку. Солнце совершает видимый годовой путь по кругу зодиака не за 360, а за 365 1/₄ суток. По лунному же календарю за 12 месяцев проходило только 354, на 11 1/₄ суток меньше. Как выйти из этого положения?

Нельзя ведь начинать один год с новолуния, 1-го числа месяца нисанну, следующий год — на 11 1/₄, потом на 22 1/₂ дня позже и т. д. С таким календарем даже ученым жрецам не мудрено заблудиться в дебрях времени.

Каждый месяц должен иметь целое число суток (не 29 1/₂, а 29 или 30), и каждый год — целое число месяцев (12 или 13). Но из лунных месяцев нельзя точно составить год: если в нем будет 12 месяцев, то получится 354 дня, а если 13, то выйдет 383,5.

Кроме того, по религиозному верованию, каждый месяц непременно следовало начинать с первого появления лунного серпа. Наконец, день Нового года, 1 нисанну, должен, по возможности, совпадать с весенним равноденствием — порой разлива рек Тигра и Евфрата.

Видите, сколько обязательных правил, а попросту говоря, надо было согласовать две несоизмеримые меры времени: лунный месяц с солнечным годом. И халдеи нашли остроумный, очень простой выход.

В календаре, рассуждали они, каждый год не хватает 11 1/₄ суток; за восемь лет эта недостача составит ровно 90 (11 1/₄ X 8) суток, или три месяца по 30 дней. Значит, в течение восьми календарных лет надо трижды добавлять по месяцу, то есть в каких-то трех годах считать не по 12, а по 13 месяцев, и все будет в порядке. Ради этого стоит пожертвовать священным числом двенадцать.

ЗАМЕТКА ДЛЯ ЛЮБОЗНАТЕЛЬНЫХ

В году, или двенадцати лунных месяцах, было 354 (29,5X12) дня. За восемь лет по халдейскому календарю проходило 354X8, то есть 2832 дня плюс еще 90 (3 дополнительных месяца по 30 дней), а всего 2922 дня. И ровно столько же считали в восьми солнечных годах (365,25 X 8 = 2922).

Но вовсе не безразлично, в какие годы восьмилетки вставлять дополнительный месяц. Если делать это как попало, то начало года, 1 нисанну, может намного отступить от весеннего равноденствия. Дело это хитрое и стоит того, чтобы подробнее в нем разобраться.

Представьте себе, что начало первого года восьмилетки совпало с днем весеннего равноденствия. Этот год закончится через 354 дня, а следующий, второй год начнется на одиннадцать суток раньше равноденствия — не так уж много, можно потерпеть.

Но начало третьего года восьмилетки наступит раньше весеннего равноденствия на двадцать два дня — это уже чересчур. Лучше ко второму году добавить еще месяц. Правда, после этого третий год начнется через восемь дней после равноденствия, но это не беда.

Рассуждая таким образом, халдейские жрецы рассчитали, что тринадцатый месяц удобнее всего вставлять еще в пятый и седьмой годы каждой восьмилетки.

Правда, при этом начало года, 1 нисанну, неизбежно прыгало вокруг да около весеннего равноденствия: то забегало вперед, то отставало от него. Однако новогодие никогда не отступало от весеннего равноденствия более чем на пятнадцать дней. А к началу новой восьмилетки 1 нисанну вновь совпадало с равноденствием.

Таким удобным способом удалось больше 2500 лет назад согласовать лунный календарь с солнечным годом. В самом деле, за халдейскую восьмилетку проходило 2922 дня, как и за восемь солнечных лет. Чисто лунный календарь, каким он был до царя Хаммурапи, теперь окончательно превратился в лунно-солнечный. Месяцы, как и прежде, считали по Луне, но год теперь уже равнялся по Солнцу, и счет дней по обоим светилам аккуратно сходился.

— Вот как хорошо и просто получается! — ликовали жрецы.

Спору нет, действительно просто, но не так уж хорошо — недаром говорится: иная простота хуже воровства. На самом-то деле лунный месяц продолжается в среднем не ровно суток, то есть 29 дней и 12 часов, а около 29,53059 суток, то есть на 44 минуты 2,8 секунды дольше.

Разница как будто не так уж велика, но с каждым годом увеличивалась погрешность. Ведь в восьми годах надо бы считать не 2922 дня, а 2923,53, то есть в восьмилетке не хватало больше полутора суток, а за 80 лет (десять восьмилеток) набегало уже ни много ни мало — свыше 15 дней. Как видите, халдейский лунно-солнечный календарь не мог похвалиться большой точностью и удачным решением неразрешимой задачи.

И это тем более странно, что вавилонские астрономы уже около 4000 лет назад очень точно вычислили, сколько времени продолжается лунный месяц. В чем же дело? Виноваты несомненно жрецы. Они не дерзали нарушить освященную религией продолжительность ежемесячного путешествия бога Наннара-Сина.

Вдобавок жрецы еще усложнили свой календарь, установив очень неудачную меру времени — семидневную неделю. О ней и пойдет теперь речь.