Зеленый луч (мир «Земли лишних»)

— После работы утомленную барышню, конечно, можно угостить хорошим обедом, но если таким образом вы надеетесь получить больше, чем разрешают инструкции Ордена, вынуждена вас разочаровать,

— Но я надеюсь, инструкциями Ордена внеслужебная часть жизни сотрудников не регламентирована?

— Что ж, поговорим об этом за обедом. А работать принято по-разному, сегодня, если не случится аврала, я освобождаюсь после трех пополудни.

— Зафиксировал. Значит, в три в «Посейдоне».

— Договорились, Володя.

— Лучше Влад.

— Хорошо, Влад, до встречи.

Выглядываю на стоянку, джипа с трейлером там не обнаруживаю — значит, Руис уже разобрался с деньгами-документами и пошел квасить… в смысле нервы лечить. Снова пересекаю корпус «Иммиграционной службы» и выхожу на территорию Базы. Армейского вида плац, на две трети занятый под автостоянку, которая сейчас почти свободна. Руисов ржаво-серый пепелац, пара кирпичной окраски фордовских грузовиков,[26] могучий шестиколесный «краз»[27] — откуда, интересно, такой агрегат у латиноамериканцев вообще взялся-то? — серый открытый ветеран-«лендровер»[28] с высоким вертлюгом, на котором укреплен чехол с пулеметом (каким — неясно, но что это именно пулемет, сомнений нет), белый пикап «шевроле»[29] с горой коробок и тюков в кузове, горчичной окраски микроавтобус вроде «газельки», но на колесах чуть ли не от БТРа, и богатый кремово-золотой «паджеро».[30] Сплошной клуб любителей внедорожников.

Ладно, пора заглянуть в этот «Посейдон». А то желудок у меня еще по времени Старой Земли живет и напоминает, что там давно пора не обедать, а сразу ужинать, а следовательно, ждать еще шесть часов до обеда с Сарой — нерационально, и даже преступно по отношению к собственному организму.

Вывеска «Poseidonys» приглашающе сверкает с примыкающего к плацу трехэтажного кирпичного домика. Под ногами хрустит выжженная трава. Жарко, и будет еще жарче. Третий месяц, сказала Сара? то есть у них тут сейчас только-только весна? а что же получится летом?..

Ныряю в полумрак заведения.

Ничего так, уютненько. Хороший греческий ресторанчик в тихом уголке не прямо на пляже, но в двух шагах — для тех, кто знает. Темное дерево, основательные скамейки и табуретки, с полдюжины альковчиков, заплетенных растущим в кадках диким виноградом. В зале, где свободно разместится сто человек, народу всего ничего — трое за одним столом, двое за другим, да Руис за столиком у стенки. Неистребимый аромат оливкового масла, свежего хлеба и жаренного на углях мяса.

— Буэнос тардес, — возникает за стойкой полноватый пожилой мужичок, насквозь пропитанный этими самыми ароматами.

— И вам того же, — отвечаю по-английски. — Тут у вас голодных переселенцев обслуживают?

— Обязательно обслуживают, — акцент заметный, но понять можно. — Неправильно человеку голодным быть. Меню смотри, выбирай. Все свежее, все вкусное.

— Раз все вкусное, тогда и смотреть не буду; что-нибудь не острое и не очень жирное, пожалуйста.

— Сейчас соберу, садись за любой столик, пять минут жди. Пить что будешь? Пиво есть, светлое, из Нойехафена. Вишневка есть. Виски и джин из Конфедерации. Из-за ленточки ром, коньяк и шампанское есть, но дорого. Ну и лимонады-тоники всякие.

— Пока лимонад со льдом, голова свежая нужна, — отвечаю ему в тон. — Думать буду.

— А! Думай, правильное дело, вот твой лимонад. — Подает высокий бокал с чем-то бледно-оранжевым. — Новая жизнь, хорошо подумать надо, чтобы хорошей была.

Отхожу к столику у стены, где над стаканом с чем-то темным и крепким клюет носом Руис. Сажусь напротив; поднимаю бокал.

— Ну что, за новую жизнь?

— И как ты… можешь… вот так спокойно… — Стакан, похоже, не первый, да на голодный желудок, а Руис на моей памяти особо не пьянствовал — то ли потому как всегда за рулем, то ли просто не хотелось человеку. А без привычки выпивка башню сносит крепко, не раз наблюдал. — Все, все там осталось… и не вернуться…

Пожимаю плечами, отпиваю глоток лимонада. Холодный, кисловатый, привкус вроде померанцевого, но не такой резкий; самое то в местную жару.

Да, я вот так вот спокойно. Когда вижу, что сделать ничего не могу — то ли сил не хватает, то ли не знаю как, — просто сижу и жду, пока ситуация не повернется другим боком, авось там и получится чего переменить. Бесчувственная сволочь? обзывали меня и похуже. Пусть. Как говорят янки, talk is cheap, и в данном случае я с ними согласен.

— Значит, не вернуться. Значит, прежний Руис и прежний Влад где-то на перекрестке попались на прицел ищущим развлечений бандитос Арельяно, их расстреляли и вместе с машиной спустили в заброшенную шахту, где никого и никогда уже не найдут. Все, точка. Их больше нет. Зато мы — живы, и лично мне этот вариант загробного мира нравится больше, чем традиционные облака и всякие ангелочки с нимбами.

Приятель тупо смотрит на полупустой стакан; потом резко опрокидывает в себя остатки.

— За новую жизнь! — выдыхает он. — Прав ты… а сейчас мне надо…

— Знаю, куда тебе надо.

Встать Руис все-таки смог, и даже переставлять ноги у него почти получается, но без меня черта с два он бы вписался в дверь. Ладно, невелик труд — доволочь до трейлера и забросить тушку на кровать; росту в потомке достославных идальго полтора метра в прыжке, а у меня в резюме честно записано «сильный программист, работающий на высоком уровне» (то бишь легко снимающий сервер со шкафа). Проспится, поговорим дальше. Пара банок пива у него в холодильнике вроде оставалась, поправить здоровье хватит.

Возвращаюсь в зал; на столе уже ждет хорошая порция мусаки, коврига горячего даже на вид хлеба и салат с брынзой, помидорами и маслинами, а рядом — принесший все это хозяин.

— Напарник твой?

— Вроде как. Вместе сюда попали, сами не зная куда.

Тот кивает.

— Нервы, да. Бывает. А почему в машину отвел? У меня тут комнаты хорошие. Пятнадцать экю с ванной, десять с душем. Хочешь на день, хочешь на два.

— Пусть отлежится в трейлере, кровать там есть, да и привычнее — нервы как-никак. А комнату я возьму, спасибо, пока на день, после видно будет. С душем. — Ванну я тоже уважаю, но пока хватит и такой.

— Вот, бери, — Достает ключ с биркой «14». — По лестнице и в конец коридора. Да, извини, не представился: Деметриос зовут меня.

— А я Влад. Будем знакомы, — салютую бокалом. — Я потом спущусь поболтать, ладно?

— Всегда пожалуйста, обычно до полудня людей немного, а вот вечером наплыв. Кушай, отдыхай, думай.

Деметриос возвращается за стойку, а я отдаю должное еде — обед? нет, обед будет потом, с Сарой, так что это назовем вторым завтраком. Хлеб только-только из печки; запеканка с плотной поджаристой корочкой, начинка из поджаренного мясного фарша и какой-то капусты; греческий салат явно свежайший, пять минут как сорвали и смешали; вкусно — слов нет. Так и сообщаю Деметриосу, тот улыбается и кивает:

— Хорошо готовить — легко. Бери простые рецепты и свежие продукты, всегда будет вкусно. Если в блюде больше пяти составных частей, тебя обманывают.

Мэтры высокой кухни с этим поспорили бы. Ну а я не мэтр, мне абы сытно и вкусно.

Еще раз заглядываю в трейлер к посапывающему Руису, забираю рюкзак со шмотками, поднимаюсь в четырнадцатый номер. Деревянная дверь, комнатушка три на четыре, пол — гладко оструганная нелакированная доска, крепкая кровать «королевских» габаритов, шкаф с четырьмя вешалками, музыкальный центр с радиолой, над ним — полочка с дисками. Вторая дверь с зеркалом, за ней совмещенный санузел, умывальник и душ — бело-зеленый кафель и нержавейка. Кондиционера нет, но в углу вентилятор. Ничего лишнего, зато все потребное в наличии, и оформлено вполне уютно. Калифорнийские апартаменты мадам Ламоль в «Холидей Инн»[31] куда роскошнее, факт, только половина той роскоши лично мне на хрен не сдалась. Разве что интернет… ну, это тут вряд ли имеется. Две розетки в комнате, одна у умывальника; евросеть обычная, и на полочке тройник-переходник под американский и британский стандарты. Сервис, однако. Ополаскиваюсь в душе, плюхаюсь на кровать, раскрываю брошюрки. Раз уж имеется возможность сперва изучить новый мир «виртуально», воспользуюсь. Безопаснее.

Территория Ордена, база «Латинская Америка». Понедельник, 10/03/21 14:20

Рекламные брошюрки и путеводители глотаю по диагонали, вычленяя суть. В сухом остатке имеем Орден как центральную власть, отвечающую за связь переселенцев со Старой Землей, и массу властей местных, заправляющих национальными государствами. Над картой тутошнего шарика, вернее, обжитого сегмента этого шарика зависаю минут на двадцать. Большой Залив, делит «разведанную территорию» на северную и южную части, формой смахивает на сплюснутый и растянутый раза в три Мексиканский залив с Карибским морем в придачу, а вокруг Залива размещены пресловутые «национальные государства». За длинной — через весь материк — северной горной цепью, именуемую где Сьерра-Невада, где Сьерра-Гранде, где Кхам, располагаются Латинский Союз и Китай; замечательное соседство, ничего не скажешь. Северо-западный угол материка: в среднем течении реки Амазонки — Бразилия, отделенная от Латинского Союза цепью Скалистых гор (не иначе, португальский язык заставил отмежеваться от соседей), а чуть южнее, в нижнем течении той же Амазонки — Русская Конфедерация, разделенная пунктиром надвое (Московский протекторат и территория Русской Армии… ну-ну; впрочем, если здешняя Россия разместилась на Амазонке, то кто ей запретит быть конфедерацией). Восточная граница России проходит по тем же Скалистым горам, сползающим южнее мощных хребтов Сьерра-Гранде где-то на две трети дистанции до берега Залива, а за этими самыми горами, зажатая между морем и упомянутым Сьерра-Гранде — другая Конфедерация, уже Американская (ладно, такая хоть в истории отмечалась, помню); а еще чуть восточнее — Техас. Сепаратизм процветает. Но где, интересно знать, собственно Америка? ага, вот, на юг-юго-восток от Техаса солидный флоридообразный полуостров и пара примыкающих островов, подписанные «Американские Соединенные Штаты». Сиречь Колумбия, Манхэттен и Нью-Йорк. А в Нью-Йорке имеется Нью-Израиль, вейзмир, вельтполитика во всем своем безумстве… Так, дальше, восточную границу Техаса и вышеупомянутого Нью-Израиля образует Меридианный хребет, невысокий поперечный отросток Сьерра-Невада аж до самого Залива на юге, и вот на весь остаток континента на восток от Меридианного хребта и на юг от Кхамских гор Китая, до самого океана простирается Европейский Союз. Не иначе кому-то тут в свое время вспомнился наш анекдот о шведско-китайской границе… В юго-восточном углу ЕС небольшой полуостров Новый Уэльс и условно продолжающая его группа из трех островов — Новая Шотландия, Новая Ирландия и Новая Англия. Типа новоземельный вариант Британии; она тут тоже владычица морей, али как? по размещению вполне возможна, считай, выход из Залива весь ее. А чуть дальше на восточном берегу материка от Евросоюза отделена полоска, на которой написано «территория под протекторатом Ордена» и обозначены шесть «Баз по приему грузов и переселенцев» в столбик, четвертая сверху помечена стрелкой «вы здесь». И на том спасибо, хоть стартовая позиция известна. Единственная на все шесть Баз дорога ведет вдоль берега на север в город Порто-Франко «под совместным протекторатом Ордена и Европейского Союза», ага; в общем, мимо никак не проедешь.

Хорошо, что у нас тут еще? На юг и юго-запад от Русской Конфедерации, гранича через Амазонку и высящийся за ней Амазонский хребет с «территорией Русской Армии», на самом тутошнем «панамском перешейке»… Ичкерийский Имамат. Все, финиш, в Русскую Конфедерацию я не переселяюсь; чем в «той жизни» Украина лучше России была, так это отсутствием под боком Чечни, наши крымские, приднестровские и закарпатские разборки в сравнении с ихним кагалом — детский лепет… На южной стороне Залива, сразу за вольной Ичкерией — Великий Исламский Халифат вокруг текущей с неизведанного юга полноводной реки Евфрат, дальше на восток располагается Африканский Халифат Нигер-и-Судан (под лейбой «протекторат В.И.Х.»), сразу за ним — тупоносый полуостров Свободной Африканской Республики и неподалеку широкая береговая полоса Индии (эти обе помечены как «протекторат Британ. Содр.»), а между ними и вглубь погребенная в экваториальных джунглях Дагомея — тоже вольная и явно пока под протекторат никому не нужная. Ну и мне не нужная, то бишь на южный берег Залива в ближайшее время соваться незачем.

Еще есть цепочка островков, отсекающая от Большого залива акваторию устья Амазонки, то бишь кусок побережья Русской Конфедерации. Подписаны — Дикие острова. Хм. Учитывая чеченов в соседях, какие же там должны быть дикари? И еще пара островов на юго-запад от АСШ — мелкий «остров Ордена» и крупный «Нью-Хейвен», помеченные как «территория под протекторатом Ордена». Так же обозначен и довольно крупный остров без названия на выходе из Залива. Пожалуй, насчет моревладычной Британии я поторопился, с трех этих островов Ордену с его потенциальными ресурсами контролировать Большой Залив куда сподручнее.

Открываю справочник по местной фауне. Ну ни хрена ж себе… ясно, почему Сара про пулемет вспоминала. По некоторым монстрам типа большого крокодила, болотного ящера и рогача так явно крупнокалиберный напрашивается, а к морским левиафанам — зубастый кит, панцирная рыба и прочие мегалодонты — лично я отказываюсь лезть даже под прикрытием артиллерии. Вопрос оружия надо с Руисом обсудить, и серьезно. Еще тут водится масса змейсов и пиявсов, и прочая насекомая живность типа многоножек, пауков и сколопендр, чем дальше от саванны к джунглям, тем ядовитее… так, ну в целом стратегия понятна, пока не акклиматизируемся в новой жизни — в леса не лазим, а то лично я в гробу видал эти экзотик-туры по сельве-джунглям.

Все, по стратегии перерыв, больше отсюда пока не узнать. Раскрутить на поболтать Деметриоса, потом Сару — авось появится еще пара наметок.

(Сару, может, получится раскрутить и на большее, чем поболтать, только это уже не для информации. Руис нервы пытался лечить выпивкой — рецепт популярный, но на меня не действует: пить могу, расслабляться не выходит. Сигареты, травка и прочая химия — тоже не мое, не пробовал и не собираюсь. Какой способ прийти в себя после такого крышесноса остается, из общераспространенных? Вот-вот, оно самое, а барышня: а) вполне себе симпатичная, б) с пропорциями очень даже в моем вкусе, в) против легкого флирта вроде как не возражает… ну а дальше будем посмотреть.)

Переодеваюсь, спускаюсь в зал. Народу чуток прибавилось, Деметриос работает уже с помощником — средних лет мужичком, смутно похожим мордой лица на хозяина; младший брат, кузен — кто-то вроде того. Оба не так чтобы зашиваются, но для долгой беседы ситуация явно не располагает. Жаль, вопросов к местным знатокам у меня много.

Впрочем, на Деметриосе ведь свет клином не сошелся, так? А вон тот дядя за угловым столиком — дубленая шкура, кожаный жилет и широкополая шляпа в австралийском стиле, натуральный Крокодил Данди, — похож на знающего человека. Разумеет ли он английский или немецкий — черт его знает (про русский-украинский уже молчу), захочет ли болтать — тем более, но спросить-то можно. Спрашиваю. Облом: по-английски он кое-как понимает, но к разговору не склонен. Пожимаю плечами, возвращаюсь к стойке и беру еще бокал лимонада (специально попросил другого, поэкспериментировать). Этот почти зеленый и чуть послаще, лайм, мята и что-то непонятное; тоже ничего, но первый был получше.

— Жарко, — вздыхаю я.

— Привыкай, — отвечает Деметриос. — Сейчас-то еще не жарко, дожди две недели как закончились. Жарко через полгодика будет.

— У вас что, дожди раз в год?

— Почти. Сто двадцать дней «мокрый» сезон, остальное — «сухой». Если старыми мерками «весна-зима-лето-осень», то как выходит: сто дней — зима, сплошные ливни-грозы-бури; дней по десять — осень и весна, дожди через день-два; а дальше триста двадцать дней лето — никаких дождей, разве что ветер, облаков нет, солнце шпарит — или жарко, или очень жарко. Зимой-весной все под крышей сидят, потому как от дождей грязь — танк застрянет. Зато летом куда хочешь езжай, дорога ни к чему, да и нет у нас их, дорог.

— А что, карта врет? там и дорога до Порто-Франко нарисована, и другие…

— Ага, нарисована. Она и на местности нарисована. Ездят там чаще, колея и нарисовалась. Машины на стоянке видел? Только для таких и дорога, а другие у нас вообще нигде не проедут.

Ладно, машины — вопрос не главный, и так ясно, что джип Руиса для местных условий годится, хоть в этом повезло. Самое важное — что тут за жизнь, чем народ дышит, куда и как себя приткнуть? Подобное, понятное дело, каждый за себя решает, но знать, куда ветер дует и где против него не стоит плевать, хорошо бы заранее.

Кое-как сочиняю искомый вопрос. Деметриос кивает — минутку, мол, погоди, — обслуживает пару в ближнем альковчике и, вернувшись за стойку, говорит:

— Порядки у нас простые. Кто умеет и хочет работать, пробьется. На это и все правила здешние нацелены, никаких бумажек, никакой волокиты, только сам дело делай и другим не мешай. В общем, это и все, дальше уж кто чем занимается. У нас вот гостиница, полгода назад брат в Форт-Вашингтон перебрался, там ресторанчик открыл. Еще развернемся, средства свободные появятся и кузен Андрос свое дело заведет. Родня наша уже здесь, из-за ленточки всех выписали, как на ноги встали…

— Из-за ленточки?

— Из Старого Света, из-за «ворот» — так здесь зовут тот, старый мир.

— Ты, вижу, по нему не скучаешь?

— Вот ни капельки, — мотает головой Деметриос. — По прежним друзьям — случается, но по той жизни — нет. И все старожилы тебе то же самое скажут; кто здесь прижился, обратно не тянет.

Территория Ордена, база «Латинская Америка». Понедельник, 10/03/21 17:38

Успокоения для покемарив с полчасика, снова влезаю в душ. Гляжу на часы: скоро обед, плавно переходящий в свидание. Спускаюсь. Народу в зале заметно прибавилось, где-то четверть в орденской военной форме, остальные — кто в чем, но спортивно-туристский стиль решительно преобладает. Из колонок гоцает нечто громкое и зажигательно латиноамериканское, пара девиц посреди зала уже устроила мини-дискотеку. Что-то тут начнется вечером… впрочем, звукоизоляция в «Посейдоне» отменная, в номере почти и не слышно было. Быстро занимаю последний свободный альковчик, раз уж в плане романтический обед — нечего тесниться посреди зала. Минут через несколько сквозь дискотеку ко мне просачивается Андрос, который кузен и помощник хозяина, интересуется заказом.

— Пока воды со льдом. И скажи, ты Сару знаешь? здесь, на Базе работает.

— На грузовом терминале, невысокая, в очках и вот такая вот? — Андрос неопределенно изображает обеими руками контур женской фигуры, раза так в три покорпулентнее оригинала.

— В очках и невысокая, ага. Скажи, что она на обед любит?

— Хорошо прожаренное мясо, любое, но побольше. Иногда с вишневкой.

— Вот это мы и будем. И на закуску чего-нибудь легонького.

— Уже «мы»? Ну правильно, чего время терять, — ухмыляется Андрос. — Все принесу, десять минут подожди.

— С мясом не торопись, она придет не раньше шести, пусть горячее будет.

— Так до шести еще ого-го сколько…

Перевожу взгляд на часы… и тут до меня доходит, где я дурак. До Андроса тоже.

— Привыкай, ты теперь в Новой Земле, — хлопает он меня по плечу. — Так в шесть свидание или все-таки в три?

— В три — в восемнадцать, значит.

— То-то. Воду, вишневку и салат сейчас принесу, а мясо — уже как девушка придет.

Через несколько минут Андрос доставляет два прибора, солидную миску салата с какими-то морепродуктами, корзинку хлеба, графин вроде как с вином — видимо, пресловутая вишневка, цвету похожего — и большой бокал воды со льдом. Привычка у меня такая: от холодной воды мозги лучше работают.

Альковчики в «Посейдоне» всем хороши, душевные и уютные, но наблюдать за залом отсюда получается плохо, а за входом вообще никак. Поэтому Сара появляется можно сказать неожиданно. Одета все так же, песчаной окраски униформа и квадратные очки-поляроиды; подмышкой тоненькая папка, на поясе кобура с «береттой».

— Еще раз привет, Влад. У меня две новости: плохая и забавная. С какой начинать?

— Странный вопрос — с плохой, разумеется.

— Ну, мало ли. Так вот, вакансий по непосредственной специальности Орден вам предложить сейчас не может, в заявках таковой нет.

Пожимаю плечами: как бы и не сильно надеялся. За ленточкой эксперт по базам знаний, хороший кодер и сносный сисадмин завсегда пристроится не в одну, так в другую контору, однако на грубом инопланетном (или какой он тут) фронтире под мои таланты вряд ли найдется много задач.

— На неквалифицированный труд спрос всегда имеется, но тут решать уже вам. Подойдете в офис, покажу списки кого где больше ждут. В принципе можете не торопиться, начальный капитал у вас как у «беженца» для того и предусмотрен, чтобы осмотреться в новом мире…

— Сара, — прерываю я, — давайте не будем о делах, у нас свидание или где?

Барышня с преувеличенным вниманием осматривает альковчик.

— Если это свидание, то где, простите великодушно, положенный мне по сценарию букет нежно-бордовых гладиолусов?

— Я позволил себе отступление от сценария и заменил его на букет кулинарно-гастрономических достижений от Андроса и Деметриоса.

Она кивает.

— Сейчас — соглашусь, так и быть. Но в другой раз…

— Уже договорились, осознал, при первой возможности сделаю. Там нигде нет вакансии на флориста-цветовода?

В ответ получаю улыбку, теплую и приятную. Терпеть не могу лошадиных голливудских оскалов.

Разливаю вишневку по должным емкостям. Со всей ответственностью неквалифицированного сомелье фиксирую, что запах абсолютно не напоминает винный. Хотя алкоголь там пожалуй все же имеется.

— Традиционное, за встречу? — поднимаю я бокал с густо-красной жидкостью.

— Традиционное — за прибытие в новый мир, — улыбается Сара.

Чуть слышно касается моего бокала краешком своего, подносит к губам, отпивает глоток. Я делаю то же самое. На вкус… сладкое, вино не вино, ближайший аналог — пожалуй, ягодные настойки типа клюковки-рябиновки, только градусов восьми от силы. Приятная штучка. И с креветочным салатом неплохо идет, что бы там ни твердили ревнители «с рыбой только белое вино». Креветки, кстати, солидные, судя по кусочкам в салате — величиной со взрослого омара.

Немного подкрепившись, Сара говорит:

— А теперь забавная новость. Через «ворота» Тихуаны сегодня в час дня прибыли некие Саймон Толливер и Альберто Гарсия. Оба благополучно зарегистрированы, сейчас их в банке обрабатывают.

— И где тут смеяться? — не понимаю я.