Родителей — в отставку? Разрушение семьи под видом борьбы за права детей

Я думаю, мы тоже вскоре замрем, когда подросшее поколение Братц выйдет на наши улицы. Это будет уже не просто развязная, матерящаяся молодежь «поколения Барби», а нечто принципиально иное. Ребенок, с малолетства (Братц, как указано в том же рекламном проспекте, предназначены для детей от 3 лет) привыкший играть порнодивами и подражать их образу жизни, не может не повредиться. О глубине этого повреждения пока судить преждевременно: таких воспитательных экспериментов (во всяком случае, в массовом масштабе) в нашей стране еще не было. Но то, что без последствий это не останется, очевидно. Не в преддверии ли грядущих перемен в массовое сознание вбрасывается мысль, что «дети мудрее нас» и потому они должны учить взрослых, а не наоборот, как было всегда? Да и тема «детей индиго», якобы новых, особых, «звездных», обладающих сверхъестественными способностями, ясновидением, тоже зазвучала в последние годы, думаю, неспроста.

Пропагандисты «феномена индиго» утверждают, что таких ценных личностей воспитывать нельзя. Они сами кого хочешь воспитают, поскольку «знают все и обо всем». «Мы, даже слышим предостережения, скорее похожие на угрозы: дескать, из-за неправильного отношения к ним «индиго» запросто могут превратиться в детей-убийц, потому что, когда они чувствуют, что на пути выполнения их «особой миссии» возникают препятствия, им «ничего не остается, как убрать то, что, по их мнению, мешает», пишет «Православная газета для простых людей» № 3 (57) 2006 г., цитируя пособия по воспитанию таких детишек. И добавляет: «Для достижения своей высшей цели «индиго», по мнению тех, кто их раскручивает, не останавливают ни перед чем».

Страшно представить себе, какая жизнь нас ожидает если мы будем сидеть сложа руки и дадим мрачным пророчествам сбыться.

Почему несоблюдение иерархии — смерть?

В нашей с Ириной Медведевой книге «Проклятие Хама» мы уже цитировали это высказывание архимандрита Рафаила (Карелина). Но мне оно кажется таким важным, что я приведу его еще раз. «В душевном плане пятая заповедь представляет собой учение об иерархии. Нужно подчинить себя вышестоящему звену в единой иерархической цепи (как бы включить себя в некую энергетическую сеть) — подчинить, чтобы, иметь возможность воспринять. Здесь непокорность старшим — это выключение себя из структуры. Без соблюдения иерархии и субординации (подчинения низшего высшему) невозможно никакое общество и никакая система, начиная с семьи и кончая государством, даже более того: начиная с атома и кончая космосом» (Архимандрит Рафаил. Умение умирать или искусство жить. Издательство Московского подворья Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. 2003. С. 158).

И действительно, без соблюдения иерархии (которое непременно подразумевает послушание) все начинает деградировать. Бунт «детей» против «отцов» или «низших» слоев общества против «высших» ведет к мятежу, к революции. А революция сеет хаос. Государственные, общественные структуры оказываются парализованными, жизнь распадается. Смертность в условиях хаоса, естественно, резко возрастает.

И лишь с укреплением новой власти (т. е. с установлением новой иерархии) либо с подавлением мятежа и восстановлением прежней иерархической структуры наступает хоть какая-то стабилизация.

Схожая картина наблюдается и на уровне семьи. Там, где дети не слушаются родителей, а те борются между собой за главенство, царит разобщенность и даже враждебность.

Не все, что блестит, золото. Не все, что сладко, сахар.

Сегодня такое новаторство стучится к нам в двери, как ювенальная юстиция, а за ней — ювенальная полиция. Нет, русский народ достаточно уже оплакал «подвиг» Павлика Морозова, который во имя «высоких» интересов предал своих родителей. И мы уже хорошо знаем, что Запад сейчас страждет от этих новаторств, когда подростки в переходном возрасте не хотят ни учиться, ни жениться. Мама только за ушко возьмет такого Митрофанушку: «Ну, когда ж ты образумишься? Баранкин, будь человеком!» А он уже тянется за мобильным телефоном, вызывает ювенальную полицию, говорит, что попраны его детские права. Маму заключают в тюрьму, папу увольняют, ребенка уводят в детский дом. Мне скажут: батюшка, страшные сказки на ночь глядя вы рассказываете! К сожалению, это не сказки. Будем держаться, дорогие друзья, нашей отечественной традиции воспитания, образования. А это какие традиции? Кнут пусть висит на стенке — как наглядная агитация, а пряники давайте откусывать. То есть на положительных эмоциях воспитывайте наших детей, не загоняя их, как тушканчиков, в чувства страха, собственной неполноценности и не разбаловывая. Нам достаточно одного «вождя краснокожих», который напугал всю прогрессивную общественность.

Протоиерей Артемий Владимиров, настоятель Всехсвятского храма г. Москвы (Из беседы в прямом эфире телеканала «Союз» 13 февраля 2008 г.)

Такие семьи часто разрушаются. А если до развода не доходит, то дети все равно растут в атмосфере, калечащей их психику. Она хаотизируется, нередко развиваются различные психосоматические заболевания, что, естественно, не удлиняет человеческую жизнь. Многие подростки из неблагополучных семей бегут от родительских распрей на улицу, попадают в группу риска, могут рано погибнуть. И в любом случае, даже при самом благоприятном развитии событий, такой ребенок с раннего детства получает образцы неправильного, разрушительного поведения. Они глубоко запечатлеваются у него в душе, и потом ему бывает очень трудно избавиться от этих вредных стереотипов. А если он, повзрослев, будет так же реагировать на какие-то ситуации, как реагировали в его семье, или подобным образом выстраивать отношения, то и у него, скорее всего, не сложится семейная жизнь. А может, он и вовсе не захочет иметь семью и детей.

Тем более что в этом ему сейчас есть кому помочь: антисемейные установки транслируются в массы по самым разным каналам, начиная от подростково-молодежных СМИ и кончая некоторыми школьными программами и даже детскими игрушками (см. выше про Братц). В тех же семьях, где младшее поколение командует старшим, у детей, вдобавок к вышесказанному, развивается множество пороков: эгоизм, своеволие, грубость, черствость, жестокость, лень, безответственность и другие вредные для нормальной жизни качества.

Нетрудно себе представить, какой хаос возник бы, если бы большинство людей хотели всегда настаивать на своем и ни за что не отвечать. Это были бы даже не джунгли, потому что в звериных стаях очень строго соблюдается иерархия, а нечто совсем уж дикое, бесоподобное. Вот что говорит о духовных корнях непослушания игумен N, чья книга от чего нас хотят спасти: НЛО, экстрасенсы, оккультисты, маги» уже выдержала не одно переиздание:

«В Евангелии мы читаем, как Сам Христос, Сын Божий, был послушен своим родителям. Вот — краеугольный камень воспитания. Господом дана человеку пятая заповедь. В Священном Писании прямо сказано, как дети должны относиться к родителям: уважать их, почитать. В первую очередь это означает послушание. Оно совершенно необходимо нашей душе, потому что человек после грехопадения заразился дьявольской гордостью. Именно послушанием врачуется и изживается грех гордыни, который присущ душе каждого человека. Поэтому обязательно надо воспитывать в ребенке умение подчинить свою волю воле любящих родителей. Для непредвзятого сознания совершенно очевидно, что отец и мать подчиняют и направляют волю ребенка, чтобы дать ему что-то доброе, уберечь от зла. Ребенок, не имея ни жизненного опыта, ни развитых аналитических способностей, не может проанализировать последствия своих желаний и поступков, и то, что ему кажется хорошим, может привести к тяжким последствиям.

Поэтому послушание благотворно в плане Божественном для воспитания личности ребенка, для уничтожения в нем чувства исключительности, которая является проявлением гордыни — главного из всех грехов. Когда же в ребенке превалирует злоба, неимоверная гордыня, нежелание подчиняться своим родителям, учителям и т. д. (то, что раньше называлось расторможенностью), — это признак болезненного состояния души этого ребенка. А с точки зрения Православия, такой ребенок одержим злым духом. Такой дух — иначе говоря, демон, который может вселиться в человека, — чрезвычайно горд. Гордыня — это основа основ всего демонического мира. Демоны отпали от Бога именно через гордыню. Поэтому ребенок, одержимый злым духом, в первую очередь, вызывающе непослушен. Он желает слушать никого» (интервью о детях-«индиго» «Искушение сверхспособностями» в «Православной газете для простых людей». № 3 (57) 2006 г.).

Добавлю от себя, что такой ребенок неизбежно попадет в беду, поскольку сатана — враг рода человеческого, человекоубийца искони, о чем свидетельствует даже одно из его наименований — Аваддон, по-еврейски «губитель». Как тут не вспомнить, что именно за соблюдение пятой заповеди человечеству обещано счастье и долгожительство? Все остальные заповеди даны безо всяких обоснований как императивы, а пятая — «почитай отца твоего и матер твою» — единственная, которая указывает на последствия «и благо ти будет, и да долголетен будешь ты на землей

(Втор. 5, 16).

Людмила Рябиченко,

председатель Калининградского отделения «Всероссийское родительское собрание»

Если сегодня мы не займемся ювенальной юстицией — завтра она займется всеми нами

В стране победившей ювенальной юстиции

Перефразируя известную пословицу о политике, можно сказать: «Если ты не занимаешься ювенальной юстицией — ювенальная юстиция займется тобой». Однажды к нам за помощью обратилась семейная пара из Гамбурга, Татьяна и Михаил — наши соотечественники, когда-то уехавшие за блеском «забугорного» счастья на «свободный Запад», но, к счастью для себя, сохранившие при этом российское гражданство. Построив в Германии свой индивидуальный материальный оазис, они не обрели-таки вожделенного счастья, не растущего на чужой почве, и собрались на Родину. Выбрав для возвращения Калининград, они провели переговоры с руководством области и были готовы переезжать. Но по приезде в Германию произошло так, что ювенальная юстиция забрала у них троих детей. Забрала по такой же причине, по которой будут забирать у всех нас, если мы не остановим грядущее зло.

История эта начиналась буднично и не предвещала ничего зловещего: их дочка повела себя плохо в школе. Переживая нормативный кризис семилетнего возраста, девочка стала агрессивной, причем умудрялась поколотить несколько 10-летних мальчишек одновременно. На увещевания родителей девочка не реагировала, а, казалось, наоборот, вела себя еще хуже. Школа потребовала от родителей принятия срочных мер, последней провокацией была угроза учительницы, заявившей: «Если вы ничего не предпримете, мы вашего ребенка исключим из школы».

Законопослушные граждане Германии приняли срочные меры. Но, поскольку они были воспитаны в России, мыслили они все-таки по-российски и знали: если ребенок, как говорится, «слетел с тормозов», не реагирует на беседы, просто не слышит слов, то его нужно вразумить. Папа вразумил. По тому месту, которое издавна служило родителям для этих целей. Это было обычное отеческое наказание, с любовью и родительским попечением, с последующим объяснением и взаимными примиряющими объятиями и поцелуями.

На этом, казалось бы, все было исчерпано, но на свою беду девочка воспитывалась в Германии — стране победившей ювенальной юстиции. Она пришла утром в школу и поступила так, как ее учили на занятиях по правам детей — обратилась к своей учительнице со словами: «Меня наказали дома». «Бедное дитя, — воздела к небу руки учительница, — да как они смели?! Не бойся, мы тебя защитим. Незамедлительно была вызвана ювенальная полиция — Югендамт, которая тут же прибыла в школу, подобно тому, как будут прибывать на место намеченные к созданию у нас в России «летучие бригады» ювеналыциков.

«Спасенные» от… родителей

Ребенку сказали: «Иди домой и никого не бойся, завтра мы тебя спасем». Родители до сих пор не могут понять, почему так произошло: любящая дочка, которая им доверяла, обо всем рассказывала, пришла домой и утаила о том, что их всех ждет. А утром, позавтракав и поцеловав на прощание маму и папу, спокойно отправилась в школу.

В школе девочку уже ожидали сотрудники Югендамт, которые увезли ее в приют, куда чуть позднее прямо с занятий в средней школе доставили ее 12-летнюю сестру и куда привезли с детсадовской экскурсии в зоопарке ее 5-летнего брата. Как потом пояснили — для того, «чтобы не разлучать».

Целый день родители обо всем этом ничего не знали и только к вечеру, обеспокоенные тем, что школьный автобус пришел без детей, кинулись их искать. Тогда их и известили, что отныне они уже не имеют права называться родителями. И с этого времени в их жизни начался новый этап — этап жизни «преступников», жизни, в которой у них неожиданно появились «хозяева», имеющие власть позволить или запретить увидеть собственного ребенка, написать ему письмо или поговорить по телефону. Они обрели новые обязанности: ходить на бесконечные многомесячные тестирования, проходить обследования, собеседования и встречи. И у них появился выбор: либо изо всех сил проявлять лояльность по отношению к Югендамт, унижаться, стараться понравиться людям, отобравшим у тебя смысл твоей жизни, либо биться за своих детей, невзирая на несопоставимость сил и бессмысленность борьбы, либо сломаться и погибнуть.

«Похитители»… собственных детей

Детские обиды часто рисуют картины: «Пусть я умру (меня заберут, я уеду), и вот тогда они заплачут, скажут: «Зачем мы так делали, почему обижали нашего несравненного ребенка?!» И тогда я встану (приеду, приду) и скажу: «Ну вот, поняли, будете теперь знать, как не покупать мне кроссовки (заставлять выносить мусор, не давать смотреть телевизор, ругать за двойки и т. п.)?!»». К сожалению, в жизни концовки таких сюжетов выглядят совсем по-другому. Через двенадцать дней жизни в приюте дети поняли, что «шутка» зашла слишком далеко, и сбежали домой. В субботу они сообщили родителям, что направляются к ним, те встретили их в соседнем квартале, семья вновь собралась вместе, все были счастливы.

Но родители, предупрежденные адвокатом, что за похищение собственного ребенка им может грозить девятилетний тюремный срок, как законопослушные немецкие граждане, все-таки надеющиеся на объективность суда и скорое воссоединение семьи, позвонили в ювенальную полицию и сообщили ее сотрудникам о том, что дети находятся у них, что их необходимо успокоить и что они в понедельник сами отвезут детей в приют. Их вежливо выслушали, приняли информацию к сведению и ничего не возразили, из чего родители заключили, что вопрос решен и согласован.

Но в воскресенье около 20 часов, когда семья готовилась ко сну и дети уже были раздеты, в доме появились «гости». Старшая дочь, увидев на пороге полицию, в страхе захлопнула дверь и куда-то забросила ключ, дети, в чем были, выскочили на балкон и стали по-русски (!) кричать: «Помогите!»

«Брали» семью тринадцать рослых полицейских. Выбили дверь, бросили мать на пол в наручниках, здоровый детина наступил ей ногой на шею. Провоцировали отца на драку — чтобы привлечь его к ответственности за неповиновение властям и тем самым лишить семью защиты. Понимая это, отец, скрежеща зубами, сам держал руки за спиной. Но все равно получил удар по голове и потерял сознание.

Когда он очнулся, все были в наручниках. Сбежавшиеся на шум и пытавшиеся остановить это безумие соседи тоже получили свое: у кого-то разбили видеокамеру, кого-то ударили об стенку, в результате свидетелей не осталось. Поняв, что помощи ждать больше неоткуда, и боясь, что сейчас их просто начнут убивать, родители и дети, тесно прижавшись друг к другу, стали сами продвигаться к выходу, согласные уже, чтобы везли куда угодно, лишь бы оставили в живых.

На улице их растащили по машинам, детей увезли в разные приюты, и даже детский адвокат трое суток не мог ничего узнать об их судьбе, родителей доставили в участок, и далее начались их мытарства по юристам, социальным службам, психологам, педагогам, и начался отсчет нового времени — более чем двухлетнего срока титанических усилий по возвращению детей, безо всякой надежды на то, чтобы это состоялось.

В жерновах

Обо всех муках таких родителей, попавших в жернова ювенальной юстиции, сейчас уже можно рассказывать бесконечно. Количество таких семей растет ежедневно, каждая история — разбитая жизнь и изломанные судьбы. В Германии изымают детей даже из родзала, если социальная служба считает, что мама не имеет достаточно знаний для воспитания ребенка: либо она слишком юна, либо слишком стара, либо у нее уже был изъят один ребенок, после того, как она развелась с мужем, осталась одинокой и не имела права, по мнению социальной службы, воспитывать ребенка. А если она после этого родила ребенка во втором браке, то она уже не может его воспитывать, потому что один ребенок у нее уже был изъят. То есть, как ни крути, всегда будешь лишен твоего ребенка. Если только ты попал на заметку, попал в картотеку, попал в «разработку» — будь добр, готовься, знай, что ребенок у тебя будет изъят.

Конечно, можно успокаивать себя: «Это у них, в Германии». Да, в Германии самая, наверное, злокачественная ювенальная система, обусловленная, вероятно, присущими национальному характеру пунктуальностью и педантичностью, когда, следуя букве инструкции, надзорные органы приходят к столь изощренному контролю над семьей, что это выходит за рамки здравого смысла, а масштабы контроля столь велики, что даже криминальная полиция остерегается связываться с Югендамт. Но этим отличие и заканчивается — механизмы ювенальной юстиции одинаковы во всем мире.

ТОЛЬКО СЕМЬЯ МОЖЕТ АККУМУЛИРОВАТЬ ЛЮБОВЬ

Я вижу, как западные адепты с помощью коррумпированных технологий ангажируют ключевые фигуры. Еще три года назад мы о них не слышали, а сейчас в Министерстве образования появилась группа лиц (фамилии их известны), ставших заядлыми проводниками ювенальной юстиции, как будто это дело их жизни. Совершенно ясно, что они исполняют чью-то волю, и не даром…

Счастье возможно только внутри семьи, для этого Бог создал человека. Потому что Бог — есть любовь, и только семья может аккумулировать любовь. Все, что к нам приходит с Запада, всегда вызывает настороженность, потому что видно, какие люди продвигают эти инновации, и потом мы видим результат.

Протоиерей Димитрий Смирнов, председатель Синодального отдела Русской Православной Церкви по взаимодействию с Вооруженными силами

Что такое изъятие детей?

Термин «изъятие детей» уже прижился в наших социальных службах. Но что такое изъятие детей? Как можно изъять ребенка? Это что, вещь с полочки? Тем не менее российские социальные службы уже работают в новом ключе. Также на изъятие детей произошла переориентация деятельности органов опеки.

К сожалению, необходимо признать, что как бы мы сейчас ни пугали себя тем, что ювенальная юстиция будет создаваться, — на самом деле она уже создана. Это никем не скрывается и легко подтверждается несложным анализом происходящего.

Продвижение Закона о ювенальной юстиции началось в 1995 г., после ратификации Россией Международной конвенции о правах ребенка и подписания «Пекинских правил». Когда-то, движимая желанием войти в «просвещенное западное сообщество», наша страна вместе со «всем миром» приняла эту Конвенцию. Теперь вожделенное «сообщество» достигнуто, а мы — пожинаем плоды.

14.09.1995 г. Указом Президента РФ Б. Н. Ельцина № 942 был утвержден «Национальный план действий в интересах детей», в соответствии с которым в числе мер по укреплению правовой защиты детства было предусмотрено создание системы ювенальной юстиции.

Относясь с детской доверчивостью к новым «западным друзьям», мы не умели еще читать между строк, принимая комментарии за факты. А ведь в Конвенции о правах ребенка изначально были прописаны и заложены механизмы всех тех процессов, которые сегодня вызывают нашу тревогу.

Например, ст. 37, 40 предписывают максимальное смягчение наказания малолетних правонарушителей, вплоть до его отсутствия; установление минимального возраста ответственности, ниже которого дети не подлежат наказанию. При этом нужно понимать, что отсутствие наказаний разрушит и без того шаткие границы существующих социальных норм и подведет Россию к ситуации Франции, неспособной погасить беспорядки, учиненные молодежными бандами в Париже в 2007 г.

Ст. 19 определяет право ребенка на «защиту от насилия со стороны родителей, законных опекунов или любого другого лица, заботящегося о ребенке» и принятие мер в отношении них. Один только факт возможности отнесения родителей к лицам, опасным для жизни ребенка, меняет социальные установки и осуществляет насильственную трансформацию общественного сознания. Знак равенства между словами «родители» и «враги» — бомба под основание мироустройства.

Деформация иерархии отношений

В середине 90-х была принята Европейская хартия участия молодежи в муниципальной и региональной жизни, которая легла в основу разработки соответствующих законодательных актов целого ряда стран Европы. Основываясь на положениях ст. 12 и 13 Конвенции о правах ребенка, Хартия предписывает государствам, которые ее подписали, максимально расширять права детей и молодежи (именно детей) на управление государством. Наша страна выполняет эти требования, поэтому у нас есть молодежные парламенты, молодежные правительства, министры-дублеры и другие молодежные структуры, которые как бы управляют страной. Создаются эти муляжи с одной только целью — показать детям, что они настолько не нуждаются во взрослых, что даже могут сами управлять государством. Это — один из механизмов ломки стереотипов, насильственная деформация иерархии отношений. В этом проекте нет ничего случайного.

В 2000 г. Россия подписала Европейскую социальную хартию. Параграф 2 ст. 11 Хартии предполагает в рамках «защиты права на здоровье» введение обязательного сексуального просвещения детей в детском саду и школе; ст. 17 — реализацию в России системы ювенальной юстиции, которая направлена на ограничение прав родителей в отношении своих детей.

В 2002 г. Закон о ювенальной юстиции был принят Госдумой в первом чтении. Затем ежегодно в июне предпринимались очередные попытки провести второе слушание этого закона. На последнем витке депутат Государственной Думы П. Крашенинников предлагал перевести вопросы изъятия детей из сферы административного права в судебное и упростить процедуру, проводя изъятие ребенка из семьи в закрытом судебном заседании в трехдневный срок. К счастью, совместными усилиями неравнодушных граждан эту попытку удалось блокировать, но она, к сожалению, не последняя.

Без суда и следствия

С 2003 года произошло изменение учебных планов гуманитарных вузов, в которых появилась новая специальность — «социальный работник». Расхожий образ «тетеньки, покупающей хлеб и лекарства для одиноких старушек», уходит в небытие, а вместо него в нашу жизнь уверенно вступает «помощник судьи с функциями социального работника» — тот самый человек, которому ювенальная юстиция даст право безо всякого ордера приходить в любую семью, осматривать имущество, квартиру, детей, родителей (!) и принимать решение об изъятии ребенка даже «в досудебном порядке», то есть просто сразу: подготовленные уже инструкции позволяют ему оформлять документы в течение трех последующих после изъятия дней.

ПОКОЛЕНИЕ РАЗНУЗДАННЫХ?

Сторонники внедрения ювенальной юстиции заняли свои общественные или государственные посты тогда, когда еще мало кто разбирался, что несет нам либерализм. Пока мы были растеряны, пока наши чиновники, «государственные мужи» определялись со своей гражданской позицией, в это время под дробь барабанов международных фондов были заключены очень серьезные соглашения, с министерствами в том числе, о продвижении проектов секспросвета, ювенальной юстиции, профилактике ВИЧ/СПИДа. И попробуй скажи, что в первом классе говорить о презервативах и путях заражения ВИЧ не очень удобно, — заклеймят позором. Это специально обученные агенты чужеродной идеологии. Многие из них считают, что они несут благо.

О правах ребенка ему начинают говорить в детском саду. Когда ребенок вырастает, зная, что родители ему очень многое задолжали и что есть органы, которые контролируют его интересы и потребности, ему очень легко манипулировать родителями. И вырастает дерзкий хамовитый потребитель, который, пока он ребенок, разнуздан, а став взрослым — не захочет иметь детей. Потому что он знает, что это такое.

Надежда Храмова, доцент Уральского Государственного политехнического университета им. Б. Н. Ельцина, кандидат психологических наук

В 2005 г. в стране началась информационная кампания по внедрению в общественное сознание представлений о необходимости введения в России ювенальной юстиции. В статье «Об организационном обеспечении» проекта «Закона о ювенальной юстиции» прямо говорится о том, что необходимо «внедрение в общественное сознание базовых сведений о международных стандартах, принципах, правилах и нормах, составляющих основу системы ювенальной юстиции». Тогда же на центральных проспектах Москвы и Санкт-Петербурга, по всей их длине, на расстоянии 100 м друг от друга (а такое тиражирование, по мнению психологов, усиливает восприятие человеком визуальной информации) появились плакаты с изображенной на синем фоне расколотой пополам чашкой и словами: «Насилие в семье. Участковый от слова «участие». Позвони».

В 2005 году началось внедрение в школьные программы курсов по изучению «прав ребенка». Родители стали изумленно жаловаться друг другу, что их дети в ответ на требования выполнять работу по дому стали неожиданно заявлять, что это нарушает их права, ущемлять которые родители не имеют права. В настоящее время такие курсы интегрированы в «ОБЖ», «Граждановедение» и прочие «новомодные» дисциплины, изданы красочные пособия и для детского сада, утверждающие, что родители обязаны «знать права детей и выполнять их». В методичках для воспитателей широко представлены разработки занятий для дошкольников, где рекомендуется разбирать, какие права нарушены, например, у героев сказки «Гуси-лебеди».

Репортажи о «зверствах родителей»

В те же годы в СМИ начались репортажи о «зверствах родителей», их количество и эмоциональная составляющая идут по нарастающей, а зрители и читатели, привычно принимающие все на веру, не задумываются о том, на чем реально базируются эти рассказы, и послушно ужасаются вслед за комментаторами: «Действительно, до чего дошли эти изверги-родители!»

При этом никто не задается вопросом, а сколько таких «извергов» лично он сам знает в своем обозримом окружении. Безусловно, такие случаи есть, отрицать это бессмысленно, не реагировать на них преступно. Но процент их не так велик, как нам со всех сторон внушают, и если внимательно посмотреть на так называемые «прецеденты», отбросив шелуху информационных истерик, то в сухом остатке за пять лет на многомиллионную страну наберется десяток-полтора, притом, что каждый такой случай, активно навязанный телемассовкой для повсеместного досужего обсуждения, вовсе не бесспорен, а скорее, требует веских доказательств, как, например, в пресловутом «деле Агеевых».

Ювеналка шагает по стране

В 2007 году власти Санкт-Петербурга приняли постановление о реализации региональной «Программы действий ЮНИСЕФ по созданию городов, доброжелательных к детям». Они же в свое время были первыми, приступившими к реализации проекта «Поликлиника, доброжелательная к подростку», ставящего задачи по реализации сексуального просвещения детей и подростков. Проект «Создание городов, доброжелательных к подростку» — это проект внедрения ювенальных технологий, это уже ювенальная юстиция.

— 20 мая 2009 г. Россия ратифицировала Европейскую социальную хартию, взяв на себя обязательства по выполнению ст. И и 17.

— 6 августа 2009 г. постановлением Президиума Совета судей Российской Федерации № 185 «О ювенальной юстиции в системе правосудия Российской Федерации» при Совете судей Российской Федерации образована рабочая группа по созданию и развитию ювенальной юстиции в системе правосудия Российской Федерации.

— 1 сентября 2009 г. создан институт детского омбудсмена — уполномоченного при Президенте по правам ребенка, заявлено о создании уполномоченных в регионах, намечено введение в структуры образовательных учреждений должности омбудсмена — специалиста по вопросам насилия в семье, не подотчетного органам образования.

— 16 октября 2009 г. министр здравоохранения и социального развития РФ Татьяна Голикова сдала на хранение в Совет Европы грамоту о ратификации Россией Социальной хартии.

— 12 ноября 2009 г. в Госдуме РФ состоялись парламентские слушания на тему: «Законодательное обеспечение практики внедрения ювенальных технологий в деятельность судов общей юрисдикции и комиссий по делам несовершеннолетних и защите их прав», указавшие на «необходимость введения ювенальных технологий, следуя международным обязательствам РФ при вступлении в Совет Европы» и осуществляя «интеграцию в международное правовое поле», — анализ материалов слушаний не оставляет никаких иллюзий: ювенальная система в России создана.

Количество пилотных регионов по внедрению ювенальных технологий выросло за эти годы с 4 до 30.

Безнаказанность

В Таганроге по модели монреальского суда (для внедрения за образец принята канадская система) создан первый ювенальный модельный суд. Там, в уютном особнячке, в окружении клеток с птичками и аквариумов с рыбками, за круглым столом мирно беседуют судья, прокурор, адвокат и… малолетний преступник, которого, невзирая на факт преступления, отныне просто «под страхом смерти» запрещено морально травмировать и которого предписано наказывать только в крайнем случае, заменяя положенное наказание «альтернативным уголовной ответственности».

Ростовский «Ювенальный центр», являясь методическим объединением, ведет переподготовку специалистов в стране, подготовку кадров осуществляет Научно-педагогический институт ювенальной юстиции РГСУ.

Создана система обязательного информирования медиками органов УВД обо всех случаях детского травматизма.

Отработана система создания прецедентов «родительской жестокости».

В 2010 г. в стране планируется создание единой сети «Детского телефона доверия».

Ребенка может быть лишена каждая семья

Осуществлено создание нормативной базы для составления системы учета семей, в которых «создается угроза жизни ребенка», для отработки механизмов изъятия детей из семей. В многочисленных инструкциях для проведения социального расследования (где расследование — там и приговор?), являющихся калькой с западных образцов, подробно расписано, как обследовать любую семью. Карта обследования семьи включает 15 разделов, внутри которых — от 5 до 9 пунктов. Согласно инструкции, по каждому из этих пунктов любого из проживающих на территории нашей страны, невзирая на уровень достатка и статус, можно лишить ребенка в любую минуту.

Перечень позиций настолько многопланов и всеобъемлющ, что подобрать критерий для признания семьи местом, где ребенку угрожает опасность, не составляет труда. Потому что, как следует из инструкций, «плохо делаешь» — это плохо, «хорошо делаешь» — тоже плохо. У вас угроза сокращения на работе? Все, вы лишаетесь ребенка. Вы хватаетесь за любую работу, чтобы заработать денег? Вы лишаетесь ребенка. Ваш ребенок вас не слушается? Вы лишаетесь ребенка. Вы слишком привязаны к ребенку? Вы лишаетесь ребенка. И под каждое такое обвинение подведено абсурдное, но по этой причине — жизнеспособное обоснование.

В результате описанного обследования ребенку присваивается статус СОП или НГЗ (смахивает на «член семьи врага народа»?), который отчего-то не расшифровывается, но в качестве продолжения имеет очень даже определенные указания: в случае СОП семья ставится на учет, и к ней в дом согласно установленному графику (раз в день, в неделю, в месяц — как решит социальная служба) начинает приходить социальный работник и проверять, как семья живет, чем питается, что делает; в случае же придания статуса НГЗ ребенок из семьи изымается.

На уровне клеточных связей

Активно происходит изменение общественного сознания: целенаправленно трансформируется понятийный аппарат, вводятся новые определения: «биологическая мать», «биологический отец», «биологические родители». Это предполагает появление новой классификации родителей и низводит кровное родство на уровень всего лишь клеточных связей, отрицая ценность и неповторимость той самой — единственной — мамы и того самого — единственного — папы, давших жизнь, и той самой единственной семьи, в которой тебя любят за то, что ты есть. Если есть биологические родители, есть и другие? Одним больше, одним меньше?

Но мать может быть только одна. Отец может быть только один. Семья может быть только одна. Любая семья — с низкой зарплатой, с маленькой площадью, с несовершенными, может быть, родителями — любая своя, родная семья — это та ценность, которую у ребенка никогда нельзя отбирать.

Что же касается прав детей — они у них, безусловно, есть. Вернее, не права, а право: у детей есть только одно право — право слушаться своих родителей. Потому что у родителей есть одна, самая главная, обязанность — отвечать за своих детей. И никакая инструкция это не сможет отменить.

«Все уже решено»?

Как относиться к тому, что на нас идет? Можно успокоить себя: «Да у нас детей только у маргиналов будут забирать — и поделом». Можно безнадежно махнуть рукой: «Да что мы можем-то, если все уже решено?» Можно поиграть с собой в прятки: «У нас такого никогда не будет. Они этого никогда не сделают». Увы, будет и, увы, сделают — если мы позволим. Да, ситуация обострилась настолько, что не понимать этого больше нельзя. Но нужно понимать также, что если нам уже нужно доказывать себе, что пятая заповедь имеет право (!) на существование, то все, что на нас идет, — закономерно и предсказуемо.

И поэтому закономерным заключительным аккордом звучит в этой какофонии всеобщего безумия «сольная партия» выданного на-гора 24 ноября 2009 г., в день (!) проведения общественных слушаний по ювенальной юстиции, нового документа — «Паспорта здоровья школьника», опубликованного на сайте Министерства образования РФ. Предполагается, что помимо личных данных, всегда относившихся к конфиденциальной информации, о состоянии здоровья, психологических, а у кого-то и психиатрических, особенностях, типе личности и многом другом, руками детей будут вписаны сведения об обустройстве комнаты, наличии мебели, а также — типе семьи, отношениях внутри нее, вредных привычках родителей, их месте работы, всех контактах семьи и много другой информации, предназначенной в итоге стать основой для создания тех картотек, на которых базируется применение «Инструкций по социальному расследованию».

Дети сами ответят на вопросы, заложенные в пресловутых 15 пунктах, накинув хрупкими ручками удавки на шеи своих родителей. По данным Министерства образования РФ, паспортизацию школьников всей страны намечено завершить в течение двух ближайших лет. Каким вырастет поколение детей, предавших своих отцов? Да, дети не виноваты — они не понимают. А взрослые — понимают ли они?

В известной когда-то каждому ребенку сказке о Мальчише-Кибальчише говорится: «Эй, вставайте!.. Пришла беда, откуда не ждали. Напал на нас из-за Черных гор проклятый буржуин… И патроны есть, да стрелять некому. И пушки есть, да снаряды подносить некому».

У нас есть кому «подносить снаряды» и есть кому «стрелять», нам осталось только понять, что беда уже пришла, и не где-то там, а вот она — стоит у порога и с хищным прищуром выбирает новую жертву, требует от нас тяжкую дань.

И поняв это, нужно ВСЕМ МИРОМ встать в оборону, нужно защитить наших детей, потому что больше и важней задачи у нас нет, не было и не будет.

Ирина Медведева, Татьяна Шишова,

соучредители Фонда социально-психологической помощи семье и ребенку

Надежно защищенные преступники

500 Ограблений, совершенных «шалуном»

Те, кто лоббирует у нас введение ювенальной юстиции, ориентируется на французскую модель. Посмотрим, что может дать она для перевоспитания малолетних преступников.

В 2007 г. издательство «Глагол» выпустило книгу в прошлом известного советского, но уже несколько десятилетий живущего в Париже писателя Анатолия Гладилина. Название весьма красноречиво: «Жулики, добро пожаловать в Париж!» Процитируем несколько фрагментов, не нуждающихся в комментариях. «На вечерней парижской улочке я вижу, как потрошат салон роскошного «мерседеса». На шухере стоит черный качок с мрачным выражением лица, рядом интеллигентный негр с седыми висками, который ласково улыбается редким прохожим. А в салоне шурует восьмилетний шоколадный мальчишка… Вот вам пример профессионализма с хорошим французским юмором, а главное, со стопроцентной гарантией безопасности. Ведь если прибежит хозяин «мерседеса», то получит по роже от качка. Редкие прохожие, оценив обстановку, ответят улыбкой седовласому интеллигенту. Ну а если вдруг появится полиция, то ей придется иметь дело лишь с восьмилетним мальчиком… А что поимеешь с восьмилетнего ребенка? Он заметил, что дверь машины открыта, и забрался в нее поиграть. Все? Все. Своего адреса, естественно, ребенок не помнит, поможет добраться домой сам. И полицейский, вздохнув, угощает ребенка конфетой и говорит, чтоб тот, возвращаясь домой, переходил улицу только на зеленый светофор».

«По французскому либеральному законодательству, — продолжает автор, — дети до 13 лет вообще не подсудны. Если на парижской улице двухметровый громила вырывает у вас сумочку и пинает ногой в живот, причем среди бела дня, то он делает это не потому, что такой смелый, а потому, что знает — он ничем не рискует, ему семнадцать с половиной лет и в худшем случае, после сотого привода в полицейский участок, ему дадут три месяца условно. В газетах такого громилу будут ласково именовать «ребенок». Полная уголовная ответственность во Франции начинается с восемнадцатилетнего возраста. В марте 2002 года в газетах проскользнуло сообщение, что в Нантере арестован восемнадцатилетний юноша, который терроризировал этот парижский пригород в течение трех лет. Он вырывал у пожилых людей сумки и кошельки, а если старушка упорствовала, то он ее избивал. Полиции были прекрасно известны его подвиги, но она перестала его арестовывать. Какой смысл? Приведут «ребеночка» в участок — и в тот же день после душеспасительной беседы судья выпускает его на свободу. И вот только в марте, когда милый мальчик достиг совершеннолетия, его арестовали, начали расследование и выяснили, что на совести у шалуна 500 (!!!) ограблений и избиений. Он их совершал от 4 до 7 в день. Думаю, что такая регулярность и работоспособность даже взрослому матерому преступнику не по силам».

«Бедные детки» не всегда ограничиваются избиениями и ограблениями. Люди, усвоившие правила новой, ювенальной жизни, зная об этом, предпочитают не связываться с ними ни при каких обстоятельствах. Ну а те, кто еще живет прежними, устаревшими понятиями, могут жестоко за это поплатиться.

Юбилейные показатели (в 2009 году французской ювенальной юстиции стукнуло 60 лет) впечатляют. Дважды за последние годы в Париже разражались многодневные подростковые бунты. Причем ювенальные суды выпускали на свободу даже тех «ребятишек», которые были захвачены на месте преступления. С 2002 года женская подростковая преступность выросла во Франции на 140 %. В драке на автомобильной станции в Шелле, например, участвовало около 100 (!!!) девчонок в возрасте от 14 до 17 лет. В ход шли ножи, гвоздодеры, палки и баллончики с газом.

Не хуже обстоят дела и в Англии. Банды из девочек-подростков, по сообщениям МВД Великобритании, отличаются особым садизмом. Криминальный возраст в результате усилий правозащитников сейчас снизился с 16 до 14 лет. Полиция сообщает, что в женской банде из Брикстона состоят даже десятилетние девочки. В городе Селби одна такая банда покалечила семидесятидвухлетнюю пенсионерку, сделавшую девочке замечание. Бедняга жила еще старыми представлениями и плохо изучала права детей. Или, может, по старости выжила из ума? Разве нормальный человек посмеет нынче делать малолеткам замечания? Кто как хочет, так себя и ведет. Права ребенка надежно защищены.

А канцлер Германии Ангела Меркель предложила ужесточить наказания для малолетних преступников. Возникает вопрос: как она отважилась на такое безумное предложение? А просто дела очень плохи: 43 % преступлений в Германии совершается лицами моложе 21 года. То есть, по немецким меркам, несовершеннолетними. Причем волна молодежной преступности продолжает нарастать.

Интересно, что ужесточила наказания для малолетних преступников даже прозападная Грузия. Еще в 2008 году парламент утвердил в третьем чтении законопроект, предусматривающий снижение возраста уголовной ответственности с 14 до 12 лет. Законодатели, которым, видно, ювенальные политтехнологи не успели задурить голову, справедливо сочли, что это будет содействовать сокращению уровня подростковой преступности. Права ребенка — это, конечно, хорошо, но когда приходится воевать по указке тех же западных хозяев, нельзя допускать разгула преступности, ослабляющего страну. И западные хозяева, обратите внимание, в данном случае закрывают глаза на такие, казалось бы, вопиющие нарушения прав «детей в конфликте с законом».

Разгул подростковой преступности

В России тоже есть люди, которые понимают, чем грозит разгул молодежной преступности. В мае 2007 года депутаты Алтайского края рассматривали вопрос об ужесточении наказаний для несовершеннолетних преступников. После бунтов в колониях были оглашены страшные цифры: до 50 % всех преступлений в среде несовершеннолетних — это тяжкие и особо тяжкие. Причем в последние годы эти преступления поражают еще и какой-то особой изощренной жестокостью, садистской изобретательностью.

Так, в 2007 году на одном из сочинских сайтов был объявлен «оригинальный» конкурс с премией в 3 тысячи долларов. Победителем должен был считаться тот, кто представит трехчасовую видеозапись садистской расправы над человеком. Только чтобы кровь была реальная, никакого клюквенного сока!

Призерами чуть было не стали восьмиклассницы из 22-й школы Приморско-Ахтарска, что на Кубани. Вдохновленные сценарным планом восемнадцатилетнего Димы Бычкова, они приволокли за волосы свою сверстницу по имени Рита на стадион, расположенный неподалеку от школы, и в течение двух с лишним часов избивали ее перед объективами камер. В результате, кроме сотрясения мозга и опасных для органов гематом, у девочки произошел закрытый компрессионный перелом позвоночника со смещением дисков. Правда, вожделенную премию получить не удалось: не дотянул «творческий коллектив» до трех часов. И не потому, что «рука бойцов колоть устала», а просто кто-то помешал. Но уже в тот же день восьмиминутный клип оказался в Интернете. А еще журналистке Ирине Давыдовой, которая написала об этом чудовищном случае в статье «Денег и зрелищ», школьники показывали минутный клип. В нем Риту и ее подружку Иру, пришедшую к ней на помощь, уже не только избивали, а и лихо убивали под бодрый рэповский мотивчик. Компьютерные технологии позволяют сейчас «подредактировать» документальную съемку, усугубив ее содержание. Убийство — это же круче, чем избиение! Соответственно, и смотреться будет с большим интересом.